Жанр: Фантастика
Русь былинная 2. Войны былинных лет
...э... э... Ага! "Кольцо Всевластия, цена восемь руб.
шестнадцать коп.".
- Что-то дороговато! - удивился Илья. - Восемь золотых за такую вот безделицу.
Кузнец с важным видом вернул кольцо несколько разочарованному находкой Муромцу.
- И как это оно сюда попало, - почесал макушку Колупаев, - ума не приложу...
Богатырь в ответ пожал плечами и надел потерянную кем-то безделушку на указательный
палец, надел - и охнул от изумления.
Густой, наполненный солнцем лес разом пропал.
Пропал вместе со Степаном, что было вдвойне ужасно.
Муромец сидел на большой удобной скамье в каком-то непонятном, заполненном людьми
тереме. Люди, как и сам Илья, сидели точно на таких же совершенно одинаковых скамьях и
ждали непонятно чего.
Этих скамеек было здесь превеликое множество, и на каждой сзади имелся особый
порядковый номер. В конце терема на высокой отвесной стене было натянуто гигантское белое
полотно, и многие из сидевших с нетерпением время от времени на него поглядывали, словно с
минуты на минуту оттуда должен был выскочить бешеный барабашка.
- Дядя, хочешь попкорна? - спросил маленький черненький мальчик, сидящий по
левую руку от Муромца.
Илья судорожно сглотнул.
- На, держи! - Пацан протянул богатырю небольшой белый мешочек.
Илья отрицательно помотал головой. Затем зажмурился, желая немедленно проснуться.
- Ну, как хочешь, - безразлично отозвался мальчишка.
Муромец открыл глаза: жуткий терем никуда не исчез, а люди все прибывали и
прибывали.
- Сейчас начнется, - предупредил малец, - второй сеанс. Слушай, мужик, а как тебе
первая часть "Возвращения короля", понравилась?
- Э... э... э... - беспомощно проблеял Илья и зачем-то кивнул.
- Мне тоже, - улыбнулся мальчишка. - Арагорн крутой, просто ништяк.
Внезапно погас свет.
Муромец вздрогнул, вцепившись в мягкую спинку ближайшей скамьи.
Белое полотнище на стене ожило, налившись яркими живыми красками. В светящемся
оконце возникло недовольное лицо того самого черного мага, жилище которого совсем недавно
было разгромлено неугомонным богатырем.
Строго взглянув на Муромца, маг нахмурил седые брови и, взмахнув посохом, громко
произнес:
- Сними кольцо, дурак!
Илья сразу понял, что волшебник обращается именно к нему. Спина богатыря покрылась
холодным потом.
Снова зажмурившись, он сделал над собой усилие и нервно стянул с указательного пальца
золотую безделушку.
Кошмар исчез.
Муромец снова стоял в знакомом лесу, сжимая в потной руке волшебное кольцо.
- Степа-а-а-а-н... - как резаный заголосил Илья. - Степа-а-а-а-н... ты где?!!
Из-за ближайшего дерева выскочил обеспокоенный Колупаев с булатным копьем
наперевес.
- Илья? Где ты был? Я уже битые полчаса тебя ищу, по лесу бегаю.
Бледный Муромец стремглав бросился к другу.
- Ты просто мне не поверишь. Когда я надел кольцо, то попал в очень странное место.
Там было много людей, и со мной говорила огромная живая картина.
- Я верю тебе, - ответил кузнец, ободряюще хлопая трясущегося богатыря по плечу. -
Ты исчез прямо у меня на глазах. Вот стоишь, а потом смотрю, а тебя уже нет. Я первым делом
решил, что ты в Навье Царство ненароком угодил. Все, думаю, поминай как звали.
- Дык... - пролепетал Илья, затравленно шаря взглядом по залитому солнцем лесу. -
Наверное, это кольцо лучше выкинуть...
- А если оно все-таки золотое? - усомнился Колупаев. - Лучше отдай его мне на
хранение.
- Нет! - гневно отрезал богатырь, алчно сверкая глазами и пряча кольцо за пазуху. -
Что мое, то мое... ни за что с ним теперь не расстанусь.
- Ну, как знаешь, - с подчеркнутой холодностью отозвался Степан.
Заросли рядом с ручьем разошлись, и оттуда стали по одному выскакивать давешние
зверообразные воины с длинными кривыми мечами.
- Дарна! - взрыкивающе прохрипел разукрашенный птичьими перьями вожак. -
Кнагерат раан...
Муромец без промедления полез на ближайшее дерево.
Колупаев же спокойно снял с плеча верный лук, присел на одно колено и, выхватив из
колчана особую железную стрелу, выстрелил в приближающегося врага.
Стрела со свистом прошила сразу трех воинов. Солдаты попытались расцепиться и,
потешно подпрыгивая, побежали прочь, игнорируя гневные команды предводителя отряда.
Вторая стрела угодила вожаку прямо в лоб. Воин сильно скосил глаза, задумчиво ощупал
торчащую из головы железяку и так же задумчиво упал навзничь, нелепо задрав облаченные в
лыковые лапти ноги.
Скорострельности кузнеца можно было только позавидовать.
Из сорока вооруженных уродов до русичей сумел добраться только один, но на него, как
назло, свалился не удержавшийся на дереве Муромец, который и свернул шею размахивавшему
мечом бедолаге.
- Твой первый поверженный в бою враг! - торжественно объявил Степан, помогая Илье
подняться на подкашивающиеся от страха ноги.
Распластавшийся под тушей богатыря воин выглядел неважнецки. На месте
перекошенного лица находился грязный нечесаный затылок.
- Дык это я его так?! - с содроганием спросил, отряхивая кольчугу, Илья.
- Откуда, понимашь, они взялись? - спросил Муромец, осоловело осматривая место
недавней схватки. - Ни с того ни сего на нас выскочили. Отчего так? Что им от нас было
нужно?
- Может, время испросить хотели, - задумчиво предположил Степан, - или не знали,
как пройти в местную избу-читальню.
Однако неприятности, как видно, только начинались.
Русичи торопливо шли незнакомым лесом, как вдруг из небольшого оврага на
взвизгнувшего Илью выскочило что-то маленькое и жутко злобное.
Кузнец поначалу решил, что это сбесившийся енот-полоскун либо ополоумевший буйный
хорь. Однако дело обстояло гораздо хуже.
- Ая-яй... - взвыл Муромец, пытаясь сбросить с ноги вцепившегося в его могучую
ляжку отвратительного карлика с волосатыми немытыми ножищами. - Он прокусил мои
кольчужные штанцы!..
Карлик отцепился от ноги богатыря и, выхватив маленький, напоминавший зубочистку
меч, снова кинулся в атаку.
- Да что же тебе от меня надобно?! - отчаянно заголосил Илья, делая рывок к
спасительному дереву.
Карлик подпрыгнул, но достать мечом карабкающегося по стволу Муромца не смог.
Колупаев с недоумением наблюдал за разыгрывающейся сценой.
Задрав лохматую голову с серыми заячьими ушами, карлик злобно посмотрел на
обнявшего крепкую сосну богатыря.
- Верни кольцо, гад! - неожиданно могучим басом потребовал коротышка.
- А вот не верну! - склочно отозвался с сосны Илья. - Это я его нашел, и теперь оно
мое, понял ты, недомерок!
- Предлагаю по-хорошему, верни кольцо! - снова упрямо потребовал жутко настырный
карлик.
- Пошел к лешему! - гневно проревел Муромец, забираясь еще выше.
- Ну хорошо... - зловеще предупредил коротышка и, спрятав в ножны меч, исчез в
ближайших зарослях.
- Ты что творишь, убоище? - прокричал снизу Илье недовольный поведением богатыря
Степан. - Ты почему местных жителей обижаешь? Ясно ведь, что кольцо не твое, за каким
псом ты начал артачиться?
- А чё это он, понимашь?! - гаркнул сверху Муромец. - Я кольцо в ручье нашел, и
теперь оно мое, что с воза упало, то к половцам попало!
- Так, значит! - кузнец гневно упер руки в бока. - На принцип снова пошел, да?
- Да! - с большим вызовом выкрикнул богатырь.
- А ты помнишь, ушанка драная, что приключилось с тобой, когда ты в последний раз
артачиться начал? - поинтересовался Колупаев.
- Нет, не помню! - буркнул Илья. - И вспоминать не желаю. Так или иначе, но никому
я это кольцо не отдам.
- Отдашь-отдашь, еще как отдашь! - зловеще проговорил Степан, снимая с плеча лук и
накладывая на тетиву стрелу. - А ну спускайся с дерева, идолище болотное...
Муромец нехотя пополз по стволу вниз.
Еще не успело выбраться из-за горизонта заспанное солнышко, а главнокомандующий
мериканскими войсками уже был на ногах. Вчера он лег пораньше, контуженная голова
по-прежнему время от времени напоминала о себе острой болью, и поэтому старому вояке
требовался регулярный отдых.
Хорошо хоть, выдалось несколько спокойных дней. Вот подойдет обещанное
подкрепление, тогда уж всем будет не до крепкого сна.
"Как бы дисциплина в войсках не упала", - с тревогой думал главнокомандующий,
отворяя люк штабного "скорпиона".
В лицо тут же ударил стылый морозный воздух, и сна как не бывало.
Старый вояка ступил на снег, прикрыл за собой бронированный люк и сладко зевнул.
Затем попробовал сделать зарядку, но лишь больно ушиб ногу о гусеницу стоящего рядом
танка.
Тихо шипя и потирая ноющее колено, главнокомандующий огляделся, и глаза у него
слегка вылезли из орбит.
У деревьев и вокруг белых маскировочных палаток в абсолютной тишине на снегу
валялись неподвижные тела.
"Химическое оружие! - решил главнокомандующий и зажал перчаткой нос. - Как же
это я, старый дурак, забыл в "скорпионе" респиратор".
Катастрофа была очевидной.
Пока он безмятежно спал, русичи вероломно применили некое неизвестное доселе
химическое оружие. Внутри бронированной машины человеку ничто не угрожало, так как в
танке стояли особые фильтры воздуха.
Старый вояка поразмыслил и вдохнул студеный воздух полной грудью.
Ядовитые пары наверняка уже рассеялись, иначе он упал бы замертво, еще когда
выбирался из танка.
Не веря своим глазам, главнокомандующий на негнущихся ногах побрел в глубь
вымершего лагеря. Найдя тело своего адъютанта, он остановился, горестно стягивая с головы
черную фуражку.
Зеленоватый, окоченевший на морозе труп внезапно дернулся и сипло произнес:
- Старшина, откупорьте еще одну... для наших храбрых зенитчиков.
Брови у старого вояки взметнулись на лоб, он надел фуражку и, присев, внимательно
вгляделся в лицо адъютанта.
И как это он раньше не заметил, что бездыханное тело дышит?
Чуткий нос главнокомандующего уловил очень знакомый запах. Мериканец наклонился
ближе, и ему в лицо ударил крепкий перегар.
- Так вот оно что!
Лежавшие вокруг солдаты были повально пьяны. Хлипкая дисциплина рухнула в
одночасье. Но где же они раздобыли спиртное? Ведь в войсках была строго запрещена любая
выпивка. Причем запрещена не просто так. Дело было в том, что спиртное действовало на умы
рядовых заокиянских граждан крайне разлагающе. Хлебнув лишку, они тут же начинали вести
крамольные речи и напрочь отказывались потреблять знаменитые "шматсы".
Это была уже не армия, а сборище слабовольных тупых идиотов.
"Хотя в принципе, - тут же подумал вояка, - идеальные солдаты именно такими и
должны быть".
Гневно потрясая кулаками, главнокомандующий как ошпаренный бегал по пропившему
свою боевую славу лагерю.
Однако утренний кошмар продолжался.
Среди валявшихся в снегу воинов бродило удивительное существо. При ближайшем
рассмотрении этим существом оказался огромный детина в сияющих ратных доспехах,
вооруженный огромным железным молотом, коим он выборочно тюкал по головам лежавших
на земле без чувств мериканцев.
Лицо у богатыря почему-то было покрашено в синий цвет, как видно, для маскировки.
"Наверняка это местный коммандос", - лихорадочно подумал старый вояка, вытаскивая
пистолет.
Синелицый диверсант, не обращая ни малейшего внимания на нервно перезаряжающего
оружие мериканца, продолжал деловито орудовать молотом.
Главнокомандующий прицелился и выстрелил.
Пуля с легкостью отскочила от ратной кольчуги богатыря.
Старый вояка, рассвирепев, выпустил во врага целую обойму.
Тут же стало ясно, что кольчуга ни при чем, пули вообще не брали детинушку, отскакивая
от него совершенно волшебным образом.
Тюкнув молотом очередного солдатика, неуязвимый богатырь недовольно обернулся.
- Чего тебе не спится в такую-то рань, мил человек?
Говорил витязь на мериканском без какого-либо акцента, что было, пожалуй, еще
удивительней его неуязвимости.
- Ты кто такой? - хрипло спросил главнокомандующий, опуская бесполезный пистолет.
- Я Кондратий! - спокойно ответил русич. - Навий богатырь.
- А что ты делаешь с моими солдатами?
- Ясное дело, молотом охаживаю.
- Но зачем?!
- Так ведь ежели кто чересчур напьется, то я того обязательно хвачу. Таков закон. На
Руси все об этом знают, однако же все равно пьют безо всякой меры. А эти так и вовсе
нажрались до свинского состояния. Вот я и пришел урожай собирать.
Обхватив гудящую голову руками, главнокомандующий уселся прямо в глубокий снег.
- Я все понял, - невнятно пробормотал он, - это был хорошо продуманный план. Ну
конечно же, откуда в лесу взяться такому количеству выпивки. Как же это я проморгал
вражескую диверсию? Ведь спиртное не с неба, в конце концов, упало.
- Нет, не с неба, - благодушно подтвердил Кондратий, с размаху обрушивая молот на
пытающегося встать с земли адъютанта. - Куда собрался, касатик, лежи пока...
Главнокомандующий затравленно поглядел на довольного своей работой навьего
богатыря.
- Вон она, телега, на которой в лагерь бочонки с первачом лыковым приехали! -
Кондратий указал на перевернутую деревянную повозку, валявшуюся посередине военного
лагеря.
- О нет... - тихо простонал мериканец.
- Убирались бы вы отсюда подобру-поздорову! - от души посоветовал Кондратий и,
взвалив на могучее плечо молот, пошел прочь от вымершего вражеского лагеря.
В то утро Тихон проснулся в маленькой краинской избе от жутких непонятных криков.
Поначалу княжий племянник спросонья решил, что на Киев снова напали мериканцы. Но,
к счастью, он здорово заблуждался.
Накинув одежку и повесив на пояс ратный меч, Тихон осторожно выглянул в оконце и тут
же облегченно вздохнул.
Дикие крики издавали четверо привязанных к пушкам казаков, которых неистово порол
нагайкой раскрасневшийся на морозе Богдан Шмальчук.
Русичи с одобрением наблюдали за поучительной экзекуцией. Бичуемые казаки ревели на
весь град Киев похлеще застрявших в нечищенном дымоходе домовых.
- Получайте, стервецы! - приговаривал краинский гетман, вовсю работая славной
половецкой нагайкой. - Я вам покажу, как мои приказы нарушать, я вам устрою небо в
алмазах, а задницы в полоску...
- Пощади, батька! - выли казаки. - Не по собственной воле злодейство измыслили,
навьи силы темные нас попутали...
- Скорее уж зеленый змий, нежели нечисть какая, - рассмеялись столпившиеся у места
экзекуции русичи.
Позор провинившихся казаков был вдвойне ужасен. Мало того, что их здорово пороли,
так еще и при всем честном народе.
Честной народ радостно улыбался, а некоторые даже строили мученикам обидные рожи.
- Будете еще супротив атамана своего идти? - вопрошал Шмальчук, полосуя красные
ягодицы.
- Нет... не будем, пощади нас... ой... ой... - ревели казаки, и не было этому позору
конца.
"Видно, и впрямь что-то серьезное учудили", - подумал Тихон и, подойдя к громко
ржущему немолодому воину, тихо спросил:
- Послушай, брат, а за что это гетман своих так охаживает?
- Да за дело, дружище, - доброжелательно ответил воин. - Они секретное задание
давеча получили во вражеский лагерь пробраться, а вместо этого вусмерть напились. Хорошо
еще, что атаман их не сплоховал и все чин чином исполнил. Такие вот дела.
- Ну-ну, - покачал головой дружинник, думая о том, что князь Всеволод за такое
наверняка бы посадил своих подручных на кол.
- Пощади-и-и-и... - ревели казаки, - мы больше не будем...
Шмальчук удовлетворенно осмотрел горящие огнем полосатые зады, после чего с
некоторым сожалением стал сворачивать нагайку.
- А гетман у краинцев что надо, - прошептал на ухо Тихону разговорчивый воин, -
нагайка-то у него слабенькая, без вплетенных в кожу железяк. Такая стегает больно, но рубцов
на коже не оставляет.
- Это было последним предупреждением! - бросил привязанным к пушкам казакам
суровый гетман. - Не знаю, простит ли вас атаман. Я приказывать ему не волен. Так что сами
у него прощение вымаливайте.
И, заложив руки за спину, Шмальчук чинно направился к возвышавшейся неподалеку
каменной резиденции.
Тихон поразмыслил малость и не спеша двинулся следом.
Свое важное решение княжий племянник принял сегодня ночью. Конечно, Всеволод был
вправе его не отпускать. Момент для отлучки дружинник выбрал действительно не самый
удачный. Не сегодня-завтра начнется новая битва. И кто знает, как оно там повернется?
Хотя, по правде говоря, пользы от Тихона немного.
От горынычеплана его заранее мутило. Корабельные стрельцы, ежели что, и без него
справятся. А пушка на носу все равно неисправна, так что дружиннику делать на борту
воздушного корабля вроде как нечего.
С этими мыслями княжий племянник вошел в огромный кремль, предварительно сняв с
головы припорошенный снегом шлем.
Всеволод Ясно Солнышко, как водится, сидел в хоромах на втором этаже, уткнувшись в
берестяную карту Руси. Прочие князья с аппетитом завтракали. Весьма довольный собою
Шмальчук сбросил с плеч кафтан и во всеуслышание заявил:
- Ох, и всыпал же я сейчас этим поганцам...
- Ага, мы все слышали! - подтвердили князья.
- Мало дал! - пробасил батька Лукаш. - Мои седорусы на подобные непотребства в
жизни бы не пошли.
- Так то ж седорусы, - усмехнулся Шмальчук, - а енто мои казаки. Знаете, братья,
честное слово, мне иногда самому стыдно за своих же соплеменников. Такое порой учудят, что
волосы дыбом становятся.
- Ничего, Богданыч, - ободряюще сказал Вещий Олег, - ты их перевоспитаешь, я в
тебя верю.
Всеволод обернулся, заметив в дверях трапезной переминающегося с ноги на ногу
Тихона.
- Ну, чего уже там тебе?
Племянник смущенно кашлянул.
- Ну, заходи, раз пришел!
Тихон вошел, пряча глаза.
- Деньжата нужны али что? Выкладывай давай.
- Неспокойно мне, князюшка, за судьбу брата пропавшего. Всю ночь вот не спалось.
- Так! - Всеволод строго посмотрел на непутевого племянника. - Говори далее.
- Отпустил бы ты меня, князюшка, за Григорием. Я быстро. Одна нога здесь - другая
там. А ежели лошадку отрядишь, так я и того шибче управлюсь. Долина Горячих Камней ведь
недалеко, несколько часов конного пути.
- Ах, вот оно что, - кивнул Ясно Солнышко, - вот, значит, где Григорий
запропастился. Что ж, ступай. В тяжкий момент тебя отпускаю, однако негоже бросать на
произвол родного брата. А о лошадке не беспокойся, лучшую тебе выдам. Только смотри в
лапы к врагу не угоди. Проведают, что ты мой родственник, выкуп потребуют, а то и обмен
пленными. Нам сейчас сие ни к чему.
- Спасибо, князюшка! - Тихон еле сдерживал радость: и коня ему пообещали, и
благословение на дело доброе дали.
Вот так удача.
- Ну, ступай, ступай, - улыбнулся Всеволод, - в таких делах спешка никогда не
помешает.
- И то правда! - пробасил прислушивавшийся к разговору батька Лукаш, плутовато
подмигивая смущенному молодцу.
ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ
Секретное оружие
Передышка в войне нужна была русичам как воздух.
Последние две битвы здорово измотали витязей, хотя крупных потерь среди них не было.
Ранений вот много. А все Буй-тур Всеволод мудрая головушка. Правильно стратегию
разработал, ну и прочие князья, ясное дело, ему помогли.
Всеволод всеми силами старался свести людские потери на нет.
Но легко сказать, да трудно сделать.
Перво-наперво Ясно Солнышко посылал в бой российские воздушные силы, которые
здорово трепали наступающего противника. Затем на врага набрасывались боевые избушки с
полным боекомплектом, после чего агрессор попадал под огонь тульской артиллерии. И уж
затем в бой шли основные силы, лучшие воины Руси, последний оплот и защита родных земель.
Конечно, немного их было, но каждый стоил нескольких десятков.
Сила же врага была и в оружии, и в численности.
На русичей наступали профессиональные отборные войска, числом ни в какое сравнение
не шедшие с немногочисленными отрядами храбрых витязей. Храбрость, конечно, берет
города, но когда на тебя надвигается черная бурлящая лавина, тут никакой доблести не хватит,
сметут аки соломинку и тут же затопчут.
Ежели обдумать итоги последних двух битв, то видно, что обернулись они для Руси
отнюдь не победами. Это были всего лишь короткие отсрочки, отсрочки скорого
сокрушительного поражения, которое, казалось, было теперь неизбежно.
Все это понимали, и князья, и прочие, кто за судьбу земли-матушки радел. Понимал это и
Иван Тимофеевич, великий оружейный затейник. Русь и так была многим ему обязана. Да уже
только за одно то, что он Илью Муромца породил, народ готов был старику в каждой избе
первач лыковый выставлять. Илья ведь считался знаменитым российским заступником,
национальным символом силы и доблести удалой молодецкой. Многие витязи шли в бой с
именем Муромца на устах.
Среди народного ополчения ходили слухи, что Илья Муромец перед самым вторжением
один на один супротив силы вражеской вышел. Никого не боялся славный богатырь. Твердо
стоял он, опираясь на верный двуручный меч, посреди чистого поля, спокойно ожидая
противника. Гневно сверкали ясные очи, красиво развевался на ветру атласный, расшитый
золотом плащ. Таким вот он многим и запомнился, хотя и половцу ясно, что никто его и в глаза
не видел. Твердили, поглотила героя вражья сила. Наверняка дорого обошлась врагу его гибель.
Вот так всяческие байки и рождались.
А о кузнеце Степане Колупаеве никто и слыхом не слыхивал. А ведь Степан, пожалуй,
был последним НАСТОЯЩИМ богатырем Руси.
Но нужна ли слава истинному герою?
Вопрос, мягко говоря, риторический.
Но, конечно, не только сыном своим непутевым прославился Иван Тимофеевич. Он
здорово помог Руси, отливая в Туле превосходные пушки. Это он придумал боевые избушки и
чудесную дальнобойную мортиру. Это он в самом начале войны создал силой своего
удивительного ума великолепный горынычеплан.
Но, как оказалось, всего этого было недостаточно для победы.
И тогда оружейный затейник, просиживая ночи напролет над замысловатыми чертежами,
придумал ядреную бомбу.
Задум был сугубо секретный, ведали о нем только князья. И вот настал день, когда они
таки решились спуститься в тайный подземный сруб Ивана Тимофеевича, чтобы выяснить, как
идут секретные работы, ибо время здорово поджимало. Со дня на день ожидалось очередное
вражеское наступление.
Под покровом ночи шестеро славных мужей российских направились в глубокий лес, где
в условленном месте, замаскированный под старый пенек, располагался вход в тайный сруб
оружейного затейника.
- Куда ты ведешь нас, Сусанин-герой? - шутил Шмальчук, время от времени
подначивая шагавшего во главе княжеского отряда Всеволода.
- Идите вы в баню, я сам здесь впервой, - весело отзывался Ясно Солнышко.
В ночном заснеженном лесу вполне можно было заплутать, но Всеволод отлично знал
дорогу.
Шмальчук за спиной князюшки тихо захихикал.
- Мужики, хотите загадку?
- Валяй! - отозвался замыкающий отряд батька Лукаш с двуручником на широком
плече.
- Вот скажите мне, - хитро улыбнулся гетман, - чем отличается рыба-пила от
рассейского мужика?
- Ну... - призадумались князья.
- Наверное, носом, - предположил Вещий Олег. - У рыбы-пилы он длинный и острый,
а у рассейского мужика красный и сплюснутый, ну, ежели в драке недавно побывал.
- Нет, неверно! - усмехнулся Шмальчук.
- Ну тогда... да леший его знает.
- Ага! - обрадовался гетман. - Не отгадали. Так вот, рыба пила, а рассейский мужик
пил, пьет и будет пить!
Князья громко рассмеялись, что противоречило всякой конспирации.
- Тише вы, кони! - зашипел Всеволод.
- Кстати, - встрепенулся Владимир, - к вопросу о пьянке... как же там с нашей
диверсией, все ли удалось?
- Еще как, - подтвердил Шмальчук, - ужрались аспиды до посинения.
Командующий-то у них контуженный, за всем не усмотрит.
- А откуда тебе известно, что диверсия удалась? - с подозрением спросил Осмомысл.
- А мне сам Кондратий нашептал, - солидно ответил гетман. - Он еще говорил, что
какой-то мериканец пытался его убить... вот умора была.
- Хватит трепаться, мы уже на месте! - оборвал соратников Всеволод, останавливаясь у
едва различимого в темноте пенька.
Сняв варежку, Ясно Солнышко условным образом постучался.
Пень без промедления откинулся в сторону, и в круглом освещенном проходе появилась
белобрысая голова Левши.
- Спускайтесь скорее, - проговорил помощник Ивана Тимофеевича, - затейник вас
уже ждет.
Князья по одному осторожно забрались в узкий лаз.
Пенек бесшумно стал на место.
По деревянной лесенке русичи спустились в подземные помещения секретного сруба.
Князь Всеволод строил некогда это тайное убежище для собственных нужд, но позже
решил отдать подземные укрепления Ивану Тимофеевичу.
Оружейный затейник поджидал князей в просторной, ярко освещенной горенке. Русичи с
интересом рассматривали протянутые по стенам веревки со стеклянными светящимися
грушами.
- Ай-яй!!! - вскрикнул Шмальчук, дотронувшись до одного из стеклянных светляков.
- Осторожно, они горячие! - поспешно предупредил отец Муромца.
- Но что это, затейник? - удивился Всеволод.
- Енто електричество! - важно пояснил Иван Тимофеевич. - За окияном уже давно это
используют, но я вырабатываю его по-особому. Вон видите тот деревянный короб?
Князья поглядели в угол сруба, где стоял небольшой, сколоченный из досок ящик с
прозрачным оконцем в боку.
- Это и есть мой електрический генератор!
- А как же он работает? - поинтересовался любознательный Вещий Олег.
- А можете поглядеть, ежели желаете, - усмехнулся оружейный затейник.
Князь Олег, с любопытством глядя на ящик, подошел к нему и осторожно заглянул в
прозрачное оконце. Внутри, к своему удивлению, он обнаружил частично
материализовавшегося барабашку, удирающего от разъяренного маленького лесовика. Оба
представителя российской навьей нечисти были привязаны к особому железному колесу,
которое бешено вращалось, подчиняясь магической силе бегающих по кругу волшебных
отродий.
- Ну и ну! - только и нашелся что сказать пораженный князь.
- Общеизвестно, - назидательно изрек Иван Тимофеевич, - что барабашки издавна
враждуют с лесовиками. Как видите, я сумел это использовать во благо науки. Мое изобретение
зовется "барабашкофорная машина".
- А ежели лесовик барабашку таки поймает? - с сомнением проговорил князь
Владимир. - Да они тебе тут весь сруб в щепки разнесут.
- Не поймает, - беззаботно махнул рукой отец Муромца, - я крепко их привязал.
Кроме удивительного "електричества" в секретном срубе было много еще вс
...Поділитися у соцмережах
