Жанр: Фантастика
Олимпийские хроники 3. Непобедимый эллин
...редположил сын
Зевса, глядя на лежащего внизу царя зверей.
- Скорее его привлек твой... м... м... м... несколько экзотический наряд, - в свою
очередь предположил Софоклюс.
- Ну конечно же! - обрадовался Геракл. - Ведь на мне шкура левы, и внизу тоже вроде
как лева! Гм... думаешь, они родственники?
- Кто?
- Ну, мой лева и этот.
- Ну, если учитывать, что одного из них ты убил...
- Да в том-то и дело, - покачал головой великий герой, - не убивал я его, а уже
дохлого в лесу нашел.
- А я слышал несколько иную версию, - усмехнулся историк. - Нехорошо врать
личному хронисту. Мне вот врать дозволяется, а ты, как основной первоисточник, должен
всегда говорить только правду и ничего кроме правды. Потом уж я сам решу, что выбрасывать
из твоего рассказа, что утаить, а что и вовсе переврать. Короче, лучше оставляй вранье мне,
профессионалу.
- Договорились! - грустно кивнул Геракл.
Лев внизу с подвыванием зевнул и вроде как собрался малость прикорнуть перед сытным
обедом.
- М-да, похоже, это надолго, - посетовал историк и полез в сумку за восковой
дощечкой.
- Лева, лева, - тихо позвал Геракл.
Лев внизу задвигал ушами и нехотя открыл правый глаз.
- Это не я твоего родственника завалил, - начал оправдываться сын Зевса. - Он сам
помер от несварения желудка.
Но царь зверей все эти объяснения проигнорировал и вскоре умиротворенно задремал.
- Слушай, - засунув острую палочку за ухо, Софоклюс с интересом посмотрел на
героя, - почему бы тебе не перестать придуриваться и не спуститься вниз, дабы раз и навсегда
проучить эту глупую кошку?
- Не понял?
- Спустись и задуши его!
- Задушить леву?! - в ужасе зашептал Геракл. - Да ты что?!
- А в чем, собственно, дело? - удивился историк. - Тоже мне защитник обездоленных
животных нашелся. Если ты еще не понял, то я тебе поясню: ЭТОТ ЛЕВ ХОЧЕТ НАС
СЪЕСТЬ!
- Маловат он для такого подвига, - с сомнением отозвался сын Зевса.
- Ну если даже и не съест, то здорово покусает. Я же тебе уже говорил.
- Всё равно!
- Что "всё равно"?
- Я не стану убивать леву!
- О Зевс, но объясни мне, почему?
- Потому что я родился под созвездием Льва! - огрызнулся Геракл.
- А... ну тогда да, - извиняющимся тоном протянул Софоклюс. - Что ж, подождем,
пока он сдохнет с голоду.
- Да нет, это вряд ли, - как-то уж очень многозначительно усмехнулся герой, и
историку ненароком подумалось, уж не спихнет ли сын Зевса его сейчас вниз и тем убьет сразу
двух зайцев. Накормит голодного друга леву, а заодно освободит себе путь на все четыре
стороны, пока хищник будет лакомиться несчастным Софоклюсом.
Но Геракл вопреки идиотским предположениям историка лишь поудобней устроился на
толстых ветках и, смежив веки, сонно проговорил:
- Ты вроде хотел спокойно поразмыслить об этом запутанном деле немейского хомяка.
Вот и поразмысли, а я пока часок-другой вздремну.
"М-да, поразмыслишь тут спокойно", - недовольно подумал Софоклюс, с опаской
поглядывая на храпящего внизу льва. Вскоре к взрыкивающему храпу царя зверей добавилось
героическое сопение задремавшего Геракла.
Историк и сам не заметил, как его сморил сон. Через какое-то время Софоклюс проснулся
и от удивления вытаращил глаза: к дереву приближался высокий полуобнаженный мужчина.
Лева внизу тоже проснулся и разглядывал дерзкого незнакомца с глубочайшим
гастрономическим интересом.
- Эй, Геракл! - тихо позвал историк, похлопав героя по могучему плечу.
- Как, что, где? - встрепенулся сын Зевса, едва не свалившись с дерева.
(Непредвиденное падение героя вполне могло закончиться для отдыхавшего внизу льва
очень плачевно).
- К нам гости.
- Да это же Гермес! - расплылся в улыбке Геракл. - Эй, парень, давненько не
виделись.
- Что, сидите? - в свою очередь улыбнулся Гермес.
- Врау-у-у-у... - выдал лев и стал с ленцой подниматься на лапы.
- Лежи, блохастый, - коротко бросил хищнику вестник богов, и царь зверей, как ни
странно, подчинился.
- Да вот сидим, как видишь, - смущенно ответил великий герой. - Тебя, наверное, Зевс
послал?
- Он самый! Сказал, что так ему неинтересно. Короче, слезайте с дерева.
- А лева?
- Какой лева?
- Ну этот, что внизу.
- А, этот...
Вестник богов наклонился и выдрал из растущих поблизости кустов небольшую
хворостину.
- А ну, пошел-пошел...
Лев слегка недовольно взрыкнул, получил по усам хворостиной и, тем удовлетворившись,
горделиво затрусил в сторону речки.
- Этот лев ненастоящий, - пояснил Гермес, выбрасывая хворостину.
- Как это ненастоящий? - спросил Софоклюс, спрыгивая с дерева. - Ой, мамочка...
- Да вот так, он ручной, любимый домашний питомец правителя Немей.
- Так чего же это он по горам бегает, а не у правителя Немей во дворце сидит?
- А он очень любознательный, - пояснил божественный вестник. - Вы как дураки
бежали, а он с вами познакомиться хотел, дружески обнюхать, дать лапу...
- Оттяпать голову, - продолжил за Гермеса спустившийся с дерева Геракл.
- Да говорю же, он ручной! - не унимался Гермес.
- А я вот слышал, - прищурясь, добавил сын Зевса, - что правитель Немей недавно
куда-то запропастился. Все его ищут, гонцов вот по соседним городам разослали, а его всё нет и
нет.
Софоклюс почесал оттопыренное ухо, за которым торчала острая палочка для письма:
- Вообще-то лев, на мой взгляд, казался довольно сытым. Не в этом ли секрет внезапного
исчезновения правителя?
- Ты это о чем? - не понял Геракл.
- Да так, фантазирую.
- Ладно, весело тут с вами, но нужно мне на Олимп возвращаться, - усмехнулся
Гермес, подкручивая регуляторы подачи топлива на своих реактивных сандалиях.
- Вестник, погоди! - отряхнувшись от глубоких раздумий, вскричал внезапно
историк. - Ты случайно не знаешь, вам, олимпийцам, в этой Немее регулярно жертвы
приносят?
- Да сатир его знает, - пожал плечами Гермес. - Нужно у Зевса спросить... Ладно,
отойдите подальше, полетел я...
И, слегка подпалив траву, огненогий посланник богов исчез в направлении Олимпа.
- Чего это ты его расспрашивал? - удивился Геракл. - При чем тут эти
жертвоприношения?
- Кажется, я всё понял! - торжественно объявил Софоклюс. - Я только что разгадал
тайну немейского хомяка!
- Ну-ка, ну-ка...
- Не всё сразу. Видишь вон тот симпатичный лесок с речушкой?
- Ага, туда ушел лева.
- Вот именно. Сейчас мы тоже туда пойдем и кое-что поищем.
- А точнее?
- Точнее? Ну, некое несоответствие пейзажу. Слишком зеленую траву либо одинаковые
деревья.
- Да это запросто, - обрадовался сын Зевса, - я уже отсюда вижу, вон у холма трава
какого-то ядовитого цвета.
- Скорее туда! - возбужденно вскричал историк.
Добежав до холма, Софоклюс внимательно осмотрел землю и, наклонившись, ловко
поддел замаскированное в высокой траве медное кольцо.
- Геракл, помоги...
Геракл помог, открыв в земле прямоугольный проход. Из темной дыры пахнуло
копченьями. Софоклюс осторожно ступил на деревянную лестницу, затем зажег лучину и
медленно спустился вниз.
- О! - восхищенно донеслось из подземного тайника.
- Что там? - крикнул сын Зевса.
- Прыгай сюда...
Геракл спрыгнул и восторженно прицокнул языком.
Огромный подземный склад всевозможной снеди просто поражал воображение. И чего
тут только не было: пифосы с вином, всевозможные соленья, сушеное мясо с ягодами,
заморские специи, зерно в специальных мешках, копченая птица, сушеная рыба... всего и не
перечислишь.
- Поселиться здесь, что ли? - мечтательно произнес сын Зевса.
- Гляди! - Софоклюс указал на лежавшие в углу снятые с дедаловой мельницы лопасти.
- Ага! - кивнул Геракл, плотоядно шевеля античным носом. - Итак, с чего начнем? Я
предлагаю вон с той аппетитной баранины.
- Здесь нельзя ничего есть, - покачал головой Софоклюс.
- Но почему? Оно ведь еще не испортилось!
- Это пища богов!
- Как так?
- Всё это утаили от олимпийцев местные жители. Вместо того чтобы приносить богам
жертвы, они вероломно, скорее всего по ночам, сносили всё сюда в свой тайный склад.
- А как же зловещий хомяк?
- Никакого немейского хомяка никогда не существовало, - рассмеялся историк. - Я
сразу это понял, как только про жуткую напасть услышал. Всё это выдумка, причем не очень
оригинальная. Мол, всё сожрало чудовище, и богам спрашивать не с кого.
- Да-а-а-а... дела, - ошарашено протянул Геракл. - Честно говоря, я бы ни за что не
догадался, так бы и искал в горах этого сатирового хомяка.
- Скажи спасибо, что у тебя есть такой наблюдательный хронист, - снова рассмеялся
Софоклюс.
Когда греки выбрались наружу, там их уже поджидал вестник богов Гермес.
- Ну, ребята, - с восхищением произнес он, - спасибо вам! А Зевс всё гадает, почему
эти немейцы жертвы перестали приносить, совсем, что ли, обнищали или, может, год у них
неурожайный выпал?
Из висевшего рядом с Гермесом небольшого облачка появилась смазливая физиономия
Эрота.
- Ну ладно, кончай там трепаться! - склочно выкрикнул бог плотской любви. - Я
включаю конвейер. Гермес, грузи жратву!
- Помочь? - с готовностью предложил Геракл.
- Да нет, - махнул рукой божественный вестник, - как-нибудь и сами справимся...
- Ах, стервецы, - плевался на светлом Олимпе разгневанный Громовержец. - Жулики,
ворье. Ну я вам покажу, я вам такую бурю устрою, надолго запомните! Подумать только,
обворовывать МЕНЯ, ЗЕВСА!
Бедные-бедные немейцы.
Глава шестая
ПОДВИГ ВТОРОЙ: ЛЕРНЕЙСКАЯ ГИДРА
На обратном пути в Тиринф, трясясь в золотой боевой колеснице, Софоклюс торопливо
творил строки великого эпоса.
- Твои враги, Геракл, станут кусать себя за уши...
- Это хорошо! - согласился сын Зевса. - Но позволь полюбопытствовать, с какой
стати?
- Коварный план Эврисфея с треском провалился, - принялся пояснять Софоклюс. -
Ему не удалось тебя опозорить. Представляю, как он гаденько хихикал, думая, что ты, Геракл,
потный и злой бегаешь сейчас по Немейским горам в поисках проклятого хомяка.
- Несуществующего хомяка! - поправил историка герой.
- Ну да, ну да. Но всё произошло не так, как того хотелось бы Эврисфею. На Олимпе все
довольны. Зевс наверняка пир закатит. Полагаю, твоему временному повелителю уже сообщили
о нашем триумфе.
- Это наверняка, - улыбнулся Геракл.
- Вот и хорошо. Значит, дело за малым - запечатлеть всю эту историю, так сказать, для
простого народа, а также для далеких потомков и прочих...
- Просто отличная идея! - согласился великий герой, свистом подгоняя мчавшихся во
весь дух лошадей.
- Естественно, - продолжал Софоклюс, - ни о каком немейском хомяке и речи быть не
может. Надо придумать какое-нибудь действительно страшное чудовище.
- Двухголовый великан пойдет? - с ходу предложил сын Зевса.
- М... м... м... не годится, уже было.
- Ну тогда скунс-убийца!
- Нет, тоже не подходит, тем более что скунсы в Греции не водятся, а обитают в далекой
Эфиопии.
- Медведь-шатун...
- Банально...
- Огнедышащий змей...
- Э... нет, братец, это вообще не из нашего национального эпоса, это из сказаний
народов, что проживают за краем земли.
- Тогда пусть это будет лева!
- Лева?
- Ну да, тот самый, что так навязчиво хотел с нами познакомиться.
- А что, это идея! - воспрянул духом Софоклюс. - И звучит очень даже неплохо -
"немейский лев". Только я его сделаю гигантским и весьма кровожадным.
- Валяй, - благодушно разрешил сын Зевса.
- А ну-ка, придержи лошадок, я эпос набросаю...
Геракл послушно приструнил лошадей, и Софоклюс, пожевав конец деревянной палочки,
изящно вывел:
Подвиги Геракла: подвиг первый - немейский лев.
- Заголовок ничего, - похвалил сын Зевса. - У меня бы вышли сплошные каракули.
Историк кивнул и чуть ниже почерком помельче начал:
Немейский лев, порожденный очередной пьяной связью Тифона с Ехидной, был просто
невероятной величины. Проживал он в горах около славного города Немей, ежедневно
опустошая многолюдные окрестности, которые очень скоро стали малолюдными. Жители
Немей были, как назло, все упитанные и жизнерадостные, так что голодная смерть
распоясавшемуся чудовищу в ближайшие десять лет явно не грозила.
Но тут, к несчастью для хищника, прознал о творящихся в Греции кровавых безобразиях
некий Эврисфей, который и послал в Немею великого, могучего героя Аттики Геракла
Олимпийского...
- Лихо чешешь! - подивился расторопности Софоклюса сын Зевса. - Значит, вот она
какая, твоя история. Всё красиво и правдоподобно.
- И главное, - быстро добавил ученый, - никогда ни хрена не проверишь!
Прибыв в Тиринф, Геракл снова застал там верного посланца трусливого Эврисфея.
Присев на камень у перекрестка, Копрей мирно дремал, по всей видимости, устав ждать, когда
приедет сын Зевса.
- Эй, приятель, как там поживает наш общий знакомый? - прокричал Геракл, резко
останавливая колесницу.
- Что-что? - испуганно переспросил Копрей, мгновенно проснувшись.
- Как там Эврисфей, спрашиваю? - Посланец сокрушенно покачал головой.
- Что, по-прежнему хандрит? - удивился Софоклюс.
- Беднягу опять свалил острый приступ диареи, - скорбным голосом ответил Копрей.
- Так-так, - усмехнулся сын Зевса, - не иначе приступ с ним случился после того, как
он вспомнил о моей недавней угрозе. Вот он со страху и обделался!
- Да-да, я передал Эврисфею твои слова.
- Ладно, сатир с ним, с Эврисфеем, что там за второе задание, я хотел бы поскорее о нем
узнать.
Копрей наклонился и нервно зашарил руками, раздвигая высокие стебли придорожной
травы.
- Что случилось? - встрепенулся Софоклюс.
- Где-то здесь я оставил восковую дощечку с заданием, - пояснил посланец. - Куда же
она запропастилась?
- А ну-ка, повернись! - гаркнул Геракл.
- Что, что?
- Повернись кругом, тупица!
Копрей обиженно поджал губы, но просьбу героя выполнил.
- Ну вот, я так и думал, - вздохнул сын Зевса.
Восковая дощечка намертво приклеилась к седалищу посланца, нелепо болтаясь на
длинной одежде.
- Ой, по-моему, я на нее сел, - засуетился Копрей, стягивая через голову серую
хламиду.
Подошел Софоклюс, поглядел на размытые остатки текста.
- Восстановлению не подлежит! - вынес неутешительный вердикт историк.
Геракл снова вздохнул:
- Давай, остолоп, по памяти... - Копрей наморщил лоб.
- Что-то там было по поводу лернейской гидры. Хоть убейте не знаю, что это такое. Но
вот где это искать, помню хорошо. Езжайте в Арголиду. Там на берегу небольшого залива
расположен город Лерна. Гидра живет в тамошних болотах, больше я, увы, ничего не могу вам
сказать.
- Спасибо и на этом, - кивнул Софоклюс.
- А что мне передать Эврисфею? - Сын Зевса улыбнулся:
- Передай недоноску, что перед тем как его убить, я сперва вырву ему вредоносный
язык!
- Хорошо, я передам твои слова!
Геракл довольно кивнул и, развернув колесницу, а глаз прикинул, сколько им с
Софоклюсом придется ехать до Арголиды. Получалось всего ничего, с остановками в
придорожных питейных заведениях где-то часа полтора.
Но по пути в Арголиду случилось непредвиденное.
Поначалу Геракл особого внимания на мчавшуюся сзади черную колесницу не обращал.
Ну мало ли какой-то придурок вдруг возомнил, что он на ипподроме. Однако странный
преследователь всё не отставал, постепенно нагоняя повозку сына Зевса.
- Что это еще за местный лихач тут нашелся? - с неудовольствием проворчал Геракл, и
не подумав прибавить скорости.
Софоклюс, вывернув шею, посмотрел назад.
- К сожалению, из-за пыли ни сатира не видно.
- Танат побери эти дороги! - воскликнул великий герой, когда золотая колесница резко
подскочила на выбоине.
- По-моему, он собирается идти на обгон, - с тревогой предупредил Софоклюс.
- Пусть обгоняет.
- Ты его пропустишь?
- А почему бы и нет? Нам лишняя задержка в дороге ни к чему, хотя по мордасам этому
наглецу съездить, конечно же, следовало бы, чисто в профилактических целях.
Колесницы поравнялись.
Теперь ничто не мешало рассмотреть лихого возницу. Им оказался атлетически
сложенный молодой человек с длинными черными волосами и короткой бородкой. Поверх
легкой туники на нем были медные доспехи. Голову венчал остроконечный шлем, из ножен
торчала рукоять меча. Непонятно.
- Хэй-хэй-хэй... - азартно выкрикнул незнакомец и, повернувшись к Гераклу, медленно
вытянул в его сторону сжатую в кулак правую руку и так же медленно отогнул вверх средний
палец.
Сын Зевса несколько раз моргнул, отказываясь верить своим глазам.
- Какого рожна?! - гневно вскричал Софоклюс, и это вывело Геракла из временного
ступора.
- Никто, - яростно проревел герой, - никто не смеет безнаказанно оскорблять
великого сына Зевса!
Прокричав это, Геракл передал вожжи Софоклюсу, а сам схватился за верный лук.
Глаза у незнакомца округлились. Хлестнув взмыленных коней, он легко вырвался вперед
и скрылся в туче пыли за каким-то неприметным поворотом.
- Разрази меня Крон! - отчаянно выругался сын Зевса, опуская лук. - Кто это был?
Софоклюс в ответ пожал худыми плечами:
- Кем бы он ни был, теперь он долго не проживет.
- Это уж точно! - мрачно подтвердил Геракл. - теперь я его и из долины асфодела
достану. Нет, ну каков наглец!
- М-да, - согласился историк, - нравы в Греции с каждым годом катастрофически
падают.
Вдалеке показались высокие стены города Лерны.
- Геракл, сворачивай, - посоветовал Софоклюс, - ведь нам нужны болота, а не сам
город,
- Нет, ты мне скажи, что приличному герою делать на вонючих болотах? - возмущенно
поинтересовался сын Зевса, искусно поворачивая колесницу на проселочную дорогу.
- Ну, не знаю, - несколько растерялся историк. - Эврисфею, конечно, виднее. Да и
какая тебе, в общем-то, разница, если вместе с тобой путешествует профессиональный хронист.
- Гм... - неопределенно хмыкнул великий герой.
- Хорошо, положим, тебе не нравятся болота. Согласен, мерзкое место и ничего
хорошего от него ждать не приходится. Тогда чего бы ты сейчас хотел?
- Часок вздремнуть, - мечтательно произнес Геракл, - на солнышке полежать.
- Ну а как же подвиги?
- А подвиги сами собой как-нибудь сделаются.
- Ну-ну... - Софоклюс с большим неодобрением поглядел на великого спутника.
Через полчаса выехали к болотам.
- Дальше пойдем пешком! - объявил сын Зевса и, спустившись с колесницы, ловко
поскакал по темно-зеленым кочкам.
- Эй, погоди! - прокричал историк, не поспевая за скачущим героем. - Мы ведь ничего
не знаем об этом месте.
Геракл остановился.
- Болото как болото, не хуже и не лучше других грязных луж. Воняет здесь довольно
обычно. Лягушки вон квакают, топкие места ряской затянуты, скукотища.
- Значит, где-то здесь и обитает очередное чудовище? - Софоклюс нервно поежился.
- Ну да, - усмехнулся сын Зевса. - Жуткое чудовище вроде немейского хомяка.
- Да кто его знает... - опасливо пробурчал историк, поправляя за плечами сумку с
драгоценными восковыми дощечками.
Скотина Эврисфей знал, куда их посылать. Видно, решил, мерзавец этакий, в очередной
раз помучить. Комары на лернейских болотах кусались нещадно. Дышать было решительно
нечем, солнце припекало, зловонная жижа под ногами противно чавкала. Словом, сущий
кошмар и никакого чудовища не надо.
- Геракл, а Геракл, - через некоторое время проговорил Софоклюс, - скажи мне, а
отчего тебя комары не кусают?
Сын Зевса лучезарно улыбнулся.
- А я регулярно натираю свои бицепсы розовым маслом, дабы поприкольней смотрелись,
в смысле, чтобы блестели словно от пота.
В общем, если кто и страдал во время этого болотного приключения, так это Софоклюс. А
ведь он ничего плохого Эврисфею пока не сделал.
- Гляди, друг, - через некоторое время удивленно воскликнул сын Зевса, - вроде как
чье-то жилище невдалеке виднеется!
И впрямь, на ровном черно-зеленом горизонте вырисовывалось нечто невысокое, светлое
и вроде как с дверями.
- Заброшенный храм, - смело предположил историк.
- Кому? - недоуменно спросил Геракл. - Местным лягушкам?
Однако приземистое квадратное строение не выглядело заброшенным.
- В таком случае, если это не храм, - принялся на ходу рассуждать Софоклюс, - тогда,
пожалуй, это логовище местного кровожадного чудовища. Этой... как ей... хидры!
- Гидры, - поправил оговорившегося историка Геракл и на всякий случай обнажил
выкованный на Олимпе меч.
Приземистое строение казалось довольно странным, если не сказать дурацким. Во всяком
случае, в самой Греции таких нелепых коробок никогда не строили. К слегка приоткрытой
белой двери вели высокие каменные ступени. Над самой дверью имелась большая надпись, к
счастью, на греческом.
Геракл прищурился, но смог разобрать лишь первое слово, дальше шла какая-то
белиберда.
- Гидра, - вслух прочел сын Зевса, - что ж, выходит, мы уже на месте.
Софоклюс благоразумно спрятался за спину могучего героя.
- Вылезай, гадина! - оглушительно вскричал Геракл, потрясая мечом. - Выходи,
уродливая скотина!
- А почему ты решил, что она уродина? - шепотом вопросил из-за спины героя
Софоклюс.
- М... м... м... - промычал сын Зевса, - а нормальное существо будет жить в
подобном месте?
Гидра не появлялась, тогда Геракл повторил угрозу, добавив пару "теплых" слов, и даже в
сердцах топнул ногой. Но и это, к его удивлению, не помогло.
- Придется нам самим туда войти, - вздохнул великий герой.
- Ага, - разозлился историк, - войти и оказаться прямо в хитроумной ловушке. Откуда
ты знаешь, может, этих безобидных на первый взгляд домиков везде тут понатыкано, а внутри
обглоданные трупы любопытствующих вроде нас с тобой.
- Софоклюс, не дури, - гневно одернул спутника Геракл, - мне и так нелегко. Но
любую опасную миссию нужно выполнять, коль назвался героем. Не забывай, за нами сейчас с
трепетом наблюдает весь Олимп!
- А вот это весьма сомнительно, - возразил Софоклюс, поглядывая на затянутое
дождевыми тучами небо. - Сейчас как хлынет, и мы окончательно здесь увязнем.
- Вперед! - скомандовал Геракл и, бухая огромными сандалиями, с грохотом вломился
в приземистое строение.
Внутри оказалось довольно просторное аккуратное помещение, намного превышающее
видимые размеры здания. Сын Зевса даже на всякий случай протер глаза. Затем вышел наружу,
огляделся, снова вошел.
- Что там такое? - прокричал снизу обеспокоенный Софоклюс.
- Ничего, - деловито буркнул Геракл.
- Как так?
- А вот сам поднимись и посмотри.
Превозмогая природную робость (трусость!), историк осторожно взбежал по ступеням.
Заглянул внутрь и тихонько присвистнул.
- Несоответствие общей перспективы внутреннему содержанию, - философски изрек
ученый.
- Чего? - испугался за рассудок хрониста сын Зевса.
- Непонятка! - коротко пояснил Софоклюс.
- Да это и без тебя ясно.
Войдя, греки затворили за собой дверь и стали придирчиво осматривать огромное
помещение. Первое, на что они обратили внимание, были далекое равномерное гудение и
легкая вибрация. По стенам помещения были разбросаны непонятные штуковины. Многие из
них светились разными цветами, некоторые едва заметно двигались, а кое-где и вовсе еле
слышно стрекотали.
- Стало быть, хозяин отсутствует, - сразу сделал логический вывод Софоклюс.
- Кто отсутствует? - переспросил великий герой.
- Ну этот... или эта... Гидра.
- Что ж, - кивнул сын Зевса, пряча меч в ножны, - мы не спешим, подождем...
Ожидание чудовища грозило затянуться надолго, и греки решили пока изучить получше
удивительное логовище.
- Лучше здесь ничего не трогать, - посоветовал Софоклюс, в ужасе косясь на два
странных прозрачных глаза с дергающимися внутри красными усиками.
- Эх, вот же невезуха! - в сердцах воскликнул Геракл. - Даже присесть в этом сарае
негде.
Не успел сын Зевса закончить свою тираду, как из стены напротив, словно по команде,
выдвинулся небольшой овальный столик, а с ним два симпатичных стула. На столике,
переливаясь чудесным золотистым содержимым, поблескивали дивный сосуд и два небольших
кубка.
- Волшебство! - тихо прошептал хронист, восхищенно глядя на столик.
- Возможно, это отрава, - предположил осмотрительный сын Зевса, но любопытство
пересилило мрачные опасения.
Аккуратно расположившись за овальным столиком, Геракл деловито откупорил
чудо-сосуд и осторожно понюхал пузырящуюся жидкость.
- М... весьма недурственно...
- Что это? - поинтересовался Софоклюс.
- Пахнет перебродившим виноградом.
- Так это вино?
- Возможно, но какое-то странное.
- Отравленное?
Сын Зевса задумчиво крутил в руках прозрачный сосуд:
- А вот мы прямо сейчас и проверим.
- Как проверим? - сразу же почувствовал неладное историк.
- На тебе!
- Да ты что, Геракл!
- Давай-давай, не бойся, иди сюда.
- Я хронист, меня нельзя травить!
- Да никто и не собирается тебя травить. Ты просто продегустируешь это удивительное
вино.
- А если оно отравлено? - Геракл пожал плечами:
- В таком случае тебя будет согревать мысль, что ты спас жизнь величайшему
греческому герою, сыну самого Зевса!
- М-да, славная, достойная участь, - проворчал Софоклюс, присаживаясь за столик
напротив Геракла.
Сын Зевса не спеша разлил пенящееся вино по кубкам и многозначительно уставился на
историка.
- Ну хорошо-хорошо, - наконец не выдержал Софоклюс и взял свой кубок. Опасливо
понюхал. Поморщился.
- Знай же, Геракл, сын Зевса, что если я сейчас помру, то ни одна живая душа в Греции
не узнает о твоих подвигах.
- Я понимаю, - серьезно кивнул герой.
- И всё же по-прежнему настаиваешь, чтобы я это выпил?
- Угу!
- Ну что ж, ты сам напросился!
Историк зажмурился, вздохнул и сделал небольшой пробный глоток. Моргнул, почмокал
губами, отрыгнул и, закатив глаза, медленно сполз на пол.
- Софоклюс! - в ужасе вскричал Геракл, бросаясь к хронисту. - Не смей умирать,
скотина, ты обязан закончить мой эпос!
Лежащий на полу без движений историк открыл правый глаз.
- Я так и знал, - грустно посетовал он.
- Ты это о чем? - несколько опешил сын Зевса.
- Моя скромная персона тебя нисколько не беспокоит, тебе главное эпос, твои великие
подвиги! Геракл, по-моему, ты законченный эгоист.
Отряхнув львиную шкуру, могучий герой демонстративно вернулся обратно за столик.
- Хорошо, я эгоист, - согласно кивнул он, - но тогда ты жалкий комедиант. Ведь на
какую-то долю секунды я и впрямь подумал, что вино отравлено.
- Да нет, очень даже неплохой напиток. - Со
...Закладка в соц.сетях
