Жанр: Фантастика
Хроника великой войны
... были
обращены на лорда. В глазах строителей читалась радость: они хотели
верить, что трудились не напрасно и что их работа сыграет важную,
основоопределяющую роль в спасении Королевства Трех Мысов.
- Смотрите же! - комендант Грохбундера указал рукой на крышу
Драконьей башни, где на высоте более ста локтей от горного склона был
установлен толстый шпиль.
Счастливые строители подняли глаза и увидели, как медленно
поднимается над возведенным их руками зданием знамя. Сначала оно
неуклюжей тряпицей липло к флагштоку, но вдруг ветер подхватил его,
взметнул, и оно раскрылось во всю ширь.
- Ура! - закричал Добин, и люди с орками подхватили его возглас.
В их разверстых зрачках застыло колеблющееся полотнище флага
Королевства Трех Мысов.
День подходил к концу.
Верховный Маг гхалхалтаров Гархагох сидел у своего скромного шатра,
глядя на угасающее небо. Он слабо улыбался, ловя сморщенными старческими
губами последний поцелуй отлетающего заката. Лучи заходящего солнца
красноватыми отсветами дрожали в седине его длинной бороды и окрашивали
в оранжевые тона страницы разложенной перед магом книги. Рядом в
раскрытом деревянном футляре покоилось длинное гусиное перо и стояла
чернильница. Гархагох проследил, как солнце медленно соскальзывает в
оскалившуюся горными пиками пасть горизонта. Свет мерк, и, пока не стало
совсем темно, старец взял в руки перо и склонился над книгой. Часть
страницы была покрыта геометрическим рисунком гхалхалтарских рун, другая
же оставалась пустой, и на ней маг аккуратно вывел: "11-ое число второго
летнего месяца. Целый день шли по направлению на запад, преследуя
отступающего неприятеля. Через три таких дня мы достигнем Жоговенских
гор и там, скорее всего, примем серьезный бой".
Граф Этельред открыл глаза, уставившись в распростершийся над ним
купол шатра. Все его тело находилось в состоянии приятной истомы.
Вставать не хотелось, он даже не мог пошевелиться - признак начинающейся
болезни, одолевающей старости. Граф все же усилием воли заставил себя
оторвать голову от подушки. Опершись на локоть, он некоторое время
смотрел прямо перед собой, потом крикнул оруженосца:
- Эй, Винфильд!
Юноша быстро появился из-за занавеси, отделявшей покой графа от
основного пространства шатра и от покоев его семьи.
- Винфильд, принеси одежду.
- Да, ваша светлость.
Оруженосец скрылся. Этельред кряхтя сел, опустив ноги с кровати и
почувствовав через коврик холод земли. "Не простыть бы. Только этого не
хватало". Граф поспешно убрал ноги, нелепо замерев на кровати в ожидании
оруженосца.
- Ваша одежда, милорд.
Граф кивнул и с помощью Винфильда стал облачаться в тесные воинские
одеяния. На всякий случай он одел поверх рубашки прочный, набитый
войлоком кафтан, который мог защитить от шальной стрелы.
- Как поживает графиня? - поинтересовался граф, когда оруженосец
помогал ему одеть сапоги.
- Изволила проснуться.
- Хорошо. Мы скоро трогаемся, - кивнул Этельред.
Умывшись, граф вышел из шатра, где его уже ожидали солдаты. Все
начиналось заново: подъем, сборы, переход, обеденный привал, снова
переход и наконец сон. И хоть сейчас было утро, граф почувствовал, что
уже мечтает о ночлеге.
Было два часа после полудня, когда лорд Карен в сопровождении
тридцати дракунов опустился на улицах горной деревеньки Толоб. Она
притулилась на большом выступе, на котором всем домам места не хватило,
поэтому часть строений, скособочившись, вились по склону, раскинув в
стороны скрюченные руки плетней. Три избушки исхитрились прилепиться на
самом обрыве уступа, там где склон был отвесным. Они даже не имели под
собой земли и осиными гнездами висели над бездной, прикованные толстыми
цепями к толще скалы. В этих странных хибарах жили крылатые люди,
которых в этой части гор было много. Впрочем, крылатые люди позаботились
о своих бескрылых соседях и сделали подвесные, перекидные мостки.
Лорд Карен внимательно оглядел окрестности, как будто собирался
давать неприятелю сражение прямо здесь. Оценив, насколько удобны будут
горы для ведения засадной войны, полководец вошел в дом, выбранный им
для временного проживания. За ним последовали три верных дракуна. В
сенях потолок был низок, и даже лорд Карен, не отличавшийся высоким
ростом, боялся удариться о выпирающие стропила. В самом доме было
попросторней и посветлее. Через два затянутых бычьим пузырем оконца в
комнату проникал ретушированный белый свет. Он освещал стол, постеленную
на нем скатерть и глиняный кувшин с теплым козьим молоком, которое
хозяйка надоила для дорогих постояльцев. Карен присел на стул в углу,
его люди расселись на табуретах. Мебели в доме не хватило, поэтому
пришлось занять у соседей.
Хозяйка, женщина лет сорока, стала накрывать на стол. Солдаты с
удовольствием смотрели, как появляется на столе простая деревенская еда:
ячменный хлеб, лук, соль. Она выглядела не столь изыскано, как яства,
подававшиеся во дворце лорда Карена в Жоговене, но все были голодны и
потому с жадностью приступили к трапезе. Отхлебнув свежего козьего
молока, Карен вытер побелевшие губы и обратился к хозяйке, которая робко
стояла в дверях, ожидая, когда гости наедятся:
- А вы как, здесь остаетесь или уезжаете?
- Здесь. Куда ж нам деваться.
- Не боитесь?
Хозяйка пожала плечами. На её простом широком лице появилось
выражение слепого смирения:
- Богатые могут взять свои сережки, колечки там разные, богатства и
на драконах улететь хоть в столицу. А мы люди скромные. Мы себе
позволить не можем.
Лорд Карен посмотрел на нее:
- А если б могли, улетели бы?
Женщина пожала плечами:
- Не знаю. Может и улетела бы, да только что в столице-то делать? Там
ни работы, ни своего угла не найдешь.
Красивое, с тончайшими прожилками, трепещущими на раскрытой мембране,
крыло подалось чуть назад, открыв вид большой крепости. Среди
нагромождения башен и стен выделялось квадратное гигантское сооружение,
сделанное наполовину из камня, наполовину из дерева. Мальерон, не
привыкший к драконьим перелетам и боявшийся высоты, сделал усилие и
распрямился, готовясь предстать перед комендантом крепости во всем
великолепии.
- Садимся здесь, ваша светлость? - услышал Мальерон телепатический
вопрос летящего рядом с ним дракуна.
- Это Грохбундер? - в свою очередь мысленно спросил лорд.
- Да.
- Тогда опускаемся.
Мальерон потянул узду, и дракон дернулся вниз. Лорд так испугался,
что едва не выпустил поводьев. Ветер заложил ему уши и облепил лицо
холодным, пронзительным потоком.
Описав широкий круг, дракуны выбрали площадку на крыше одной из
угловых башен и направили своих послушных драконов к ней. Мальерон
увидел, как заметались на стенах люди. Лорд бы посмеялся над их забавным
замешательством, если бы не огромный крен, с которым дракон шел на
посадку. Мальерон закрыл глаза в надежде, что ему станет легче, но
подступившая темнота ещё больше напугала его. А вдруг он уже летит в
бездну! И лорд поспешил раскрыть веки. Башня была уже совсем рядом, и
дракуны половчей уже садились на нее.
Мальерон почувствовал слабый толчок. Лишь увидев, что дракон уже
стоит на башне, лорд вздохнул с облегчением и стал отвязываться от
седла. С непривычки эта процедура заняла очень много времени, и один из
сопровождавших его воинов даже помог ему расстегнуть сложный замок
заднего ремня. Мальерон осторожно ступил на хрящ в основании крыла
дракона и, подхваченный своими людьми, очутился на земле. Только тогда
он почувствовал себя уверено.
Пять человек уже ожидали его у края башни. Дав ему несколько
мгновений, чтобы отойти от головокружительного полета, они приблизились.
- Кто вы?
- Я - лорд Мальерон.
- Чем вы можете это подтвердить?
Криво усмехнувшись, Мальерон протянул вперед руку, на указательном
пальце которой красовался большой гербовой перстень. Солдаты
поклонились, узнав знак отличия лордов.
- Коли вы прибыли с добрыми намерениями, вы желанны в этих стенах.
- Спасибо, - выронил Мальерон. - Я бы хотел узнать, где комендант?
- Лорд Добин у себя в покоях.
- Доложите ему обо мне.
- Лорд Мальерон? - переспросил солдат, желая удостовериться, что
правильно запомнил имя.
- Да.
- Я доложу. Пока же вы можете обождать во внутренних гостевых
галереях.
Мальерон кивнул.
- Кто приехал? - лорд Добин не сразу понял слова камердинера.
- Лорд Мальерон, ваша светлость.
- Черт! - подскочил Добин. - Только его тут не хватало. Почуял
горячее дело и тут же прилетел. Надеется прислужиться к гхалхалтарам.
- Что с ним делать? - поинтересовался слуга.
- Пусть отдохнет с дороги, а потом приведи его ко мне. Выдели ему
покои в Малой Западной башне и смотри, чтобы с него не спускали глаз. На
стены и в другие башни Мальерона не пускать.
- Будет исполнено.
Слуга вышел, оставив лорда Добина в тягостном раздумии. Если
Мальерон, этот приспешник Альфреда Черного и почитатель Хамрака, прибыл
из столицы в Грохбундер, значит, скоро должно было случиться что-то
скверное. А Добин ещё не успел полностью отойти от потери родного
Жоговена.
Тяжелая поступь гхалхалтарских пехотинцев, как из старого ковра,
выбивала из дороги клубы пыли. Пучки травы боязливо прижимались к земле,
страшась силы кованых сапог.
Гамар ехал впереди колонны. В ушах у него гудела дробь шагов, и он
наслаждался её мощным перезвоном. Военачальник думал, что каждый шаг
приближает его к главному сражению, к которому он шел тридцать лет, с
тех пор, как стал активным членом партии войны. Все его усилия были
направлены на то, чтобы в один прекрасный день этот сладостный момент
настал. И вот остались считанные часы. Гамар смотрел то на горы, то на
идущих солдат. Их лица были суровыми, глаза твердо устремлены вдаль, и
Гамар был уверен, что они так же, как и он, жаждут боя. Все устали от
неизвестности, от бесконечных переходов. Наконец все должно было
решиться. Люди должны быть повергнуты, и военачальник уже представлял у
себя под ногами рваные полотна знамен Королевства Трех Мысов.
12-ое летера подошло к концу. Лорд Карен разделся, забрался под
одеяло и негромко приказал слуге:
- Затуши свечу.
Тот кивнул, подошел к столу, заслонив спиной пламя. На стене
отразилась его великанская тень и вдруг исчезла. Стало темно, и
неожиданно проступили на темном фоне стены два квадрата окон. В одном из
них дрожал светлый лик луны, и оно казалось живым по сравнению со своим
мертвым, темным двойником. Лорд Карен долго смотрел на луну. В углу
возился его слуга, а снаружи раздавались шаги стражи и лай собак. Потом
все затихло, и наступило вселенское молчание. Оно навалилось на лорда и
властно смежило ему веки.
Ему, как это часто случалось в последнее время, особенно после сдачи
Жоговена, снилось детство. Он маленьким мальчиком бежал в море, а
волны, вспениваясь у его щиколоток, рвались навстречу ему. Отлив был
большим, и он бежал долго, пока наконец не прыгнул и не распростерся
грудью на холодной воде. Карен-мальчик сделал несколько взмахов,
упиваясь зрелищем вырывающихся пенных брызг. И вдруг разгневанный
водяной схватил его за грудь и стал тянуть ко дну. Он попытался
стряхнуть его, но тщетно - он тонул.
Карен дернулся и раскрыл глаза - на его груди сидел огромный серый
кот хозяйки. Оранжевыми, похожими на раскрытые бутоны сказочного цветка,
глазами зверь пристально смотрел на него. Лорд улыбнулся, смеясь над
своим страхом во сне, потянулся к животному рукой и почесал за ухом. Кот
мурлыкнул и приник к груди полководца, прося ласки. Карен гладил его и
думал, что все должно быть хорошо.
За дверью послышалась возня. Слуга вздрогнул и оторвал голову от
подушки. Карен увидел его растерянное со сна лицо с отлежанной, красной
щекой. Кот мягко спрыгнул на пол.
Лорд встал:
- Поднимайся. У нас сегодня трудный день.
Слуга резко вскочил и, натянув штаны, бросился в сени за тазом с
водой.
Через приоткрывшуюся дверь лорд услышал участливый голос хозяйки.
Умывшись и одевшись, Карен выглянул в сени. Хозяйка была там,
переливая из кадки в кувшин надоенное молоко. Завидев её за такой
простой, напомнившей ему наблюдения детства работой, лорд улыбнулся, и
странной показалась улыбка на его темном, постаревшем лице в поросли
недельной щетины.
- Молочко вам, - женщина приподняла голову.
- Спасибо.
Карен вернулся в комнату и сел за стол. В окно он видел чистое небо.
С далеким присвистом пролетели по нему два десятка дракунов. Все хорошо.
Армия уже в горах. Теперь гхалхалтарам придется не так-то легко.
На завтрак хозяйка отварила яйца. Карен осторожно постучал их об
стол, глядя, как поползли по белым полушариям трещинки. Сначала он жадно
высосал желток.
- Садись и ешь тоже, - сказал лорд слуге.
Тот почтительно склонился и присел на соседний табурет.
Карен взял кувшин, поднес его к губам и собирался сделать глоток, как
вдруг со двора донеслись быстрые шаги и послышался скрип двери.
- Кто там? - спросил Карен, уставившись на слугу.
Тот, поняв желание хозяина, поднялся:
- Сейчас, пойду посмотрю.
Однако пришелец появился сам. То был один из старых дракунов. Из-под
густых седых бровей он устремил взор на Карена и, чуть опустив голову,
произнес:
- Лорд Толокамп прилетел.
Карен побледнел и поспешно опустил кувшин на стол, боясь, что тот
выскользнет из рук.
Лорд Карен вышел из дома. Солнце больно ударило ему в глаза
рассыпчатым ливнем ослепительных лучей. Лорд зажмурился, едва различив
силуэты идущих навстречу людей. Впереди шагал узкоплечий худой человек.
Карен узнал его:
- Приветствую вас, лорд Толокамп.
- Взаимно.
Худой Толокамп приблизился к командующему армией вплотную. Карен
вгляделся в гладко выбритое лицо приехавшего и заметил, что тот слегка
улыбается, отчего его круглый мясистый нос задрался чуть кверху.
- С чем пожаловали?
- С грамотой, в которой король Иоанн уведомляет вас о вашем
отстранении.
- Вам, наверное, было трудно найти меня посреди гор? -
поинтересовался
Карен, не давая своему противнику насладиться сознанием собственной
победы.
- Да, отыскать вас, признаться, было нелегко, но ради такого дела я
бы обошел все ущелья пешком.
- Неужели вам так хочется добиться моего отстранения?
- Скажу честно: "Да", - кивнул Толокамп, - ибо ваши действия губят
армию.
Карен промолчал. Он задумался, как ему убедить своего соперника в
необходимости отступления к Грохбундеру.
- Полагаю, новый командующий - вы?
- Да.
- В таком случае нам надо серьезно поговорить.
Толокамп чуть презрительно взглянул вниз на Карена, но потом
одумался: осадить его он всегда успеет, а, быть может, бывший
командующий подаст хорошую мысль. Выслушать не помешает.
- Хорошо.
- Идемте в дом, - предложил Карен, направляясь к избе, в которой
остановился.
Охранник-дракун открыл им дверь и лорды, пригнувшись, прошествовал в
сени.
- Черт! - воскликнул Толокамп.
Карен обернулся:
- Что стряслось?
- Ну и потолок, - высокий Толокамп потирал ушибленный лоб.
- Не обращайте внимания, - пряча улыбку, буркнул лорд Карен.
Его рассмешило искривленное лицо нового командующего. Сидел в столице
и, поди, отвык от военных условий. Карен со скрытым интересом взглянул
на своего преемника, когда они вошли в маленькую, бедную комнатку. Лицо
Толокампа на мгновение вытянулось, рот раскрылся, и из горла вырвался
странный, нечленораздельный звук.
- Присаживайтесь, - указал Карен на свободный табурет.
Толокамп с опаской опустился, словно боялся, что мебель под ним
развалится.
- Я бы хотел удостовериться в наличии грамоты.
- Пожалуйста, - хрустящий свиток оказался в руках у Карена.
Он развернул его и начал читать приказ о собственном отстранении с
поста командующего восточной армией. Взор Карена был устремлен на
каллиграфически выведенные строки документа, но он всем своим существом
ощущал торжествующий взгляд своего соперника, и потому лицо его
оставалось неизменным во время всего прочтения грамоты. Он не хотел
доставлять Толокампу удовольствие от одержанной победы. Карена даже не
интересовало содержание свитка - он знал его наперед. Просто ему
необходимо было время, чтобы собраться с мыслями. Наконец он
почувствовал себя готовым, отложил бумагу и спросил:
- И что же вы намерены делать теперь?
- Давать сражение.
- Где?
Толокамп на мгновение задумался:
- У подножья гор.
- Извините, но, с моей точки зрения, это было бы неразумно.
Гхалхалтары сильнее нас. По моим данным, их около тридцати тысяч, в то
время как мы можем собрать не более двадцати пяти. В массе своей их
войска обучены лучше. Открытое сражение будет губительно для нас.
- Простите, милейший, но вы, кажется, запамятовали, что у нас сильная
кавалерия, которая применима только в поле. Или, вы полагаете, кони
способны, подобно горным козлам, скакать по склонам?
- Наша кавалерия не выдержит натиска и трех гхалхалтарских корпусов,
- Карен подался вперед. На лбу его блеснули крохотные капельки пота. -
Если вы положитесь на силу рыцарей, то совершите чудовищную ошибку.
Помните, у Хамрака есть ещё превосходные маги, которые разнесут ваш
блестящий строй к черту.
- Я умею сражаться против магов.
- Жалко, вас не было во время взятия Альта осенью 146-го. Этот
городок обошелся нам потерей двух сотен бойцов, среди которых, кстати,
были и рыцари. А по моим подсчетам, город обороняло менее десятка
гхалхалтарских магов. Это вам ни о чем не говорит?
Толокамп пожал плечами:
- Да, жалко, что меня там не было, иначе мы бы потеряли не более
десятка пехотинцев.
- Господи, - Карен подался назад, сделав глубокий вдох. - Вы же не
мальчишка. Откуда у такого мужа такая юношеская самоуверенность?
Одумайтесь!
Толокамп исподлобья смотрел на сидящего напротив него лорда и
вспоминал Совет лордов в 146 году, когда Хамрак только-только занял
Фортейден. Тогда Карен прежде всего заботился о своем городе и судьба
остального королевства не трогала его. Теперь он сдал Жоговен, потерял
то, чем дорожил более всего. У него ничего не осталось. Разве можно
доверять такому человеку?
- Хорошо, делайте, что хотите, - сдался Карен. - Только имейте ввиду,
что это единственная наша армия, способная противостоять гхалхалтарам.
Другой нет и не будет. Если вы проиграете, то вся вина за гибель
Королевства Трех Мысов будет лежать на вас. На вас, дорогой мой друг.
Толокамп впился взглядом в ожесточившееся лицо лорда Карена,
столкнулся с режущими серыми глазами лишенного войска полководца и
потупился. Нет, он слишком сильно любит Иоанна и дорожит своей родиной,
потому у него не хватит духа взять на себя подобную ответственность. Он
не сможет один принять решение о месте проведения главного сражения.
- Я соберу сегодня вечером Совет лордов.
- Здесь?
Толокамп огляделся:
- Здесь тесно.
- Тогда в Грохбундере.
- Согласен, - кивнул лорд Толокамп.
Войско шло скорым походным маршем, когда Хамрак приостановил коня,
почувствовав что-то необычное - как будто воздух впереди стягивался и
густел. Небо перед бессмертным стало шелушиться, тонкими волокнами
струиться вниз, наматываясь на невидимый стержень и формируя подобие
приземистой фигуры. Воины, бредущие рядом, замедлили шаг и
приостановились. Некромант на всякий случай воздел руку, готовясь
обезвредить неожиданного пришельца в случае опасности. Когда фигура
приобрела относительно четкие очертания, стало постепенно проявляться
лицо. Хамрак пристально вглядывался в игру полутонов и теней, следя, как
вырисовывались тонкие надбровные дуги, покатый костяной лоб, оскал
крупных зубов и две точки горящих глаз. Материлизовавшийся скелет
уставился на бессмертного и заговорил чуть дребезжащим голосом:
- Посланец от Сакра к королю гхалхалтаров Хамраку Великому.
Бессмертный изумился: только такие изощренные маги, как скелеты,
способны послать в качестве вестника отображение одного из своих
волшебников.
- Я - Хамрак Великий. Говори, - повелитель гхалхалтаров повернул коня
боком так, чтобы лучше слышать посланца.
Создавший видение маг находился слишком далеко, и потому призрак
иногда мерк. Глаза его то вспыхивали ярким пронзительным светом, то
тускнели и проваливались глубоко в серые глазницы. Слова посланца
звучали не совсем внятно.
- Сакр веле... пере..., что он, следуя примеру вашего... начал
наступление и сейчас наход... в пятидесяти кило... от Вертора.
- Это все?
Скелет второй раз повторил то же самое, а потом, так и не ответив на
вопрос бессмертного, растворился...
К вечеру новость о начале военных действий на западе Королевства Трех
Мысов облетела всю гхалхалтарскую армию, и солдаты с ещё большим рвением
стали ждать предстоящего сражения. Почему скелеты уже в одной дали от
Вертора, а они находится от столицы за тридевять земель?
Лорд Мальерон вышел во внутренний дворик. Он хотел взобраться на
стену, но у ступеней, ведущих наверх, дорогу ему преградил рослый
стражник.
- Извините, сюда невелено.
- Ты что, спятил? Я лорд, - Мальерон с ожесточением сунул тяжелый
гербовой перстень в толстую рожу охранника.
- Невелено. Приказ коменданта, - упрямо ответил солдат, не обращая
внимания на сверкавший перед его носом перстень.
- Хорошо, - Мальерон решил не спорить и спокойно отошел в сторону. В
конце концов ему не так уж надо было взбираться на стену - просто хотел
полюбоваться видом окрестностей. Лорд Добин всегда был глуповат в том,
что не касалось стратегии и фортификаций, поэтому наивно полагал, что
Мальерон прибыл для того, чтоб изучить план Грохбундера и впоследствии
передать его Хамраку. Зачем? Подробную схему всех башен и стен можно
было сделать и с высоты драконьего полета. Лорд Мальерон явился в
Грохбундер лишь с той целью, чтобы, благодаря своему влиянию, заполучить
какой-нибудь корпус, состоящий из ненадежных наемников-гномов. Карен,
понятное дело, и не дал бы ему, носящему клеймо предателя, верных людей,
а вот добиться командования над двумя-тремя сотнями наемников было
возможно.
Наверху раздался свист, затем шум, как будто ураган навалился на
крепость и яростно захлопал всеми имевшимися в Грохбундере дверьми.
Мальерон поднял голову и увидел влетающих в Драконью башню дракунов. Их
было около сорока. Ничего особенного - каждый день в крепость прилетали
и улетали десятки дракунов. Однако Мальерону показалось, что он узнал
предводителя прибывших. За четыре года, которые они не виделись, он
сильно изменился, но Мальерон все равно различил его характерный острый
профиль и сбитую, чуть сгорбившуюся фигуру - лорд Карен. Мальерон
насторожился: сам главнокомандующий прилетел, значит, произошло или
только произойдет нечто важное. Приспешник Альфреда Черного направился к
Драконьей башне.
Лорд Добин радостно раскрыл объятия, встречая только-только
отвязавшегося от седла лорда Карена.
- Как у вас? - поинтересовался полководец.
Добин улыбнулся, и под черной полосой его густых усов обозначилась
контрастная белая полоса зубов:
- Все отлично. Крепость подготовлена к обороне.
- Прекрасно, - Карен опустил голову. - А вот у меня не очень.
- Что такое? Гхалхалтары?
- Нет, пока, слава Богу, нет. - Карен взглянул на встревоженное лицо
Добина. - Я отстранен от командования.
- Толокамп?
- Именно.
Лорды молча спустились с верха Драконьей башни на первый этаж, где
хранились в пухлых мешках запасы зерна на случай осады. Солдаты
безмолвно следовали за ними.
- И что же теперь будет? - наконец спросил Добин.
- Не знаю. Я попытаюсь сделать все возможное, чтобы предотвратить бой
на равнине.
- Но это же глупо, давать сражение в поле, когда армия уже укрепилась
в горах.
- Я понимаю, но надо объяснить это Толокампу, - хмыкнул Карен. - Я
уговорил его собрать сегодня вечером совет.
- Совет? - Мальерон неожиданно появился перед лордами, усмехаясь в
свои седые, закрученные усики.
Карен замер как вкопанный.
- Да, я забыл предупредить, - замялся лорд Добин.
- А зря. О появлении лорда надо докладывать, - злорадно хихикнул
Мальерон. - Вы, кажется, говорили о совете. Позвольте узнать, во сколько
он начинается?
Выражение изумления сползло с лица лорда Карена, и он твердо
произнес:
- Этого вам знать не надобно.
- То есть как? Я - лорд, а потому имею право присутствовать на всех
советах, если сочту это необходимым.
- Сейчас война, а потому, как командующий восточной армии я запрещаю
вам появляться на совете.
Лорд Мальерон ещё не знал о смене полководцев и потому, вместо того,
чтобы тактично осадить Карена, дерзко произнес:
- Вы пустите меня, иначе я проложу дорогу с помощью своих солдат.
Черты лица Карена заострились, как это бывало, когда он злился:
- Ваших солдат? Сколько их? Десять-двадцать?
- Восемь человек, - ответил Добин.
Карен резко обернулся к нему:
- Так чего же вы медлите. Схватите их и бросьте в темницу. Пусть
посидят несколько деньков, отдохнут.
Добин махнул рукой, и, прежде чем Мальерон успел дернуться, два дюжих
ратника подхватили его под руки.
Серебристого окраса, поджарый и длинный, как его могущественный
хозяин, дракон лорда Толокампа влетел в темные недра Драконьей башни.
Новый командующий
...Поділитися у соцмережах
