Жанр: Фантастика
The Dragonrealm 3. Волчий шлем
Ричард Кнаак
Волчий шлем
The Dragonrealm 3.
"Волчий шлем": АСТ; Москва; 2001
ISBN 5-17-006709-7
Аннотация
Ричард Кнаак - достойный ученик "профессора Толкина". Человек, который сумел
воспринять принципы толкиновской школы фэнтези практически дословно - и создать на их
основе свой собственный, личный мир.
Мир, в котором лежит, где-то за таинственными Вратами, загадочная, недоступная
земля - некогда прекрасная и цветущая, а ныне познавшая кошмар нашествия безжалостных
завоевателей, что поклоняются волчьеголовому Разрушителю...
Мир, в котором плетет свои черные интриги полубезумный король магической страны
"повелителей коней" и играет в чудовищную, до поры лишь ему одному понятную игру
создатель Коня-призрака - демона, вырвавшегося из тысячелетнего заточения...
Мир, которому вновь и вновь угрожает опасность...
И тогда Зеленый Дракон поднимает против врагов магию Стихий...
И тогда могучий Грифон отправляется в смертельно опасный путь, дабы призвать на
помощь защитникам Добра великого бога драконьего племени...
И тогда Конь-призрак вступает в битву с Силою, его породившей и готовой овладеть им
снова...
Черные времена грядут для Драконьих Королевств.
Дни гнева. Дни Страдания. Дни Мужества...
Ричард Кнаак
Волчий шлем
Особая благодарность Гейл X., которая, по ее словам, прочла это
не только по обязанности, но и потому, что ей понравилось!
Р'Дейн споткнулся о вывороченный корень огромного дуба и плашмя растянулся на
земле. Не то, чтобы он был неуклюж; просто, когда тебя настигают бегуны, некогда смотреть
под ноги!
Он уже слышал их. Не шорох огромных когтистых лап, не лязганье хищных зубов - он
слышал жадное, нетерпеливое рычание. Вечно голодные, вечно жаждущие крови... Вот кто
истинные дети Разрушителя!
Р'Дейн поднялся и снова, в который раз, мысленно обратился с мольбой к своему
повелителю. Не его вина, что последний поход на Земли Мечты окончился полным провалом...
по крайней мере, не только его вина. Да, войско вел он - но ведь его начальники одобрили
план...
"Беги, безумец!" - одернул он себя. Сейчас не до прошлых ошибок! Бежать и бежать, без
оглядки, в слепой надежде на то, что вдруг - чего не бывает! - бывшие враги окажутся
спасителями.
Он и сам не понимал, откуда возникла безумная мысль, будто правители Сирвэка Дрэгота
помогут ему; однако в его положении больше уповать было не на что. Если помощь и придет,
то только из Земель Мечты. На этом континенте не осталось ничего, кроме Земель Мечты и
Империи, которой он когда-то служил - Империи, которая теперь предъявила ему счет,
разжаловав до простого солдата, до низкого ранга "Р", и бросив на растерзание этим тварям, от
которых, на его памяти, еще никому не удалось спастись бегством...
Он мчался все быстрей, но - что хуже всего - понятия не имел, где Ворота. Просто
бежал туда, где, по его представлению, лежали Земли Мечты, надеясь, что кто-нибудь увидит
его и...
Бегуны приближались. Казалось, он уже затылком чувствует их жаркое, смрадное
дыхание.
Повелитель Стаи и горстка его помощников сидели, не шевелясь, не сводя глаз с
одинокой фигуры, которая беспомощно металась по лесу, отделяющему восточный конец
Империи арамитов от окраин Земель Мечты. Внезапно что-то привлекло внимание Повелителя
Стаи; он подался вперед всем своим тяжелым, в доспехах, телом. Помощники вытянули шеи,
пытаясь разглядеть, что именно вызвало его интерес. Только один из них - единственный, кто
не сидел, а стоял во весь рост - не проявлял, казалось, ни малейшего любопытства к тому, что
творилось в кристалле Хранителя.
В комнате было темно, отчего зрелище в кристалле виделось отчетливей; и, сливаясь с
кромешной тьмой, фигуры в одинаковых доспехах из черного дерева казались зловещими
призраками. Повелитель Стаи внешне ничем не отличался от остальных, не считая огромного
роста и длинного, ниспадающего тяжелыми складками плаща из волчьих шкур -
единственного символа его высокого положения. Доспехи его - простые, гибкие, чрезвычайно
искусно сделанные - полностью закрывали исполинскую фигуру. Уже много лет никто не
видел Повелителя без этих доспехов.
Он снова наклонился вперед. Никто не смог бы угадать его мыслей - лицо Повелителя,
как и лица помощников, закрывал волчий шлем, символ преданности арамитов их идолу -
Разрушителю. У маски было злобное и коварное выражение - черты, которые приписывались
Разрушителю; на самом же деле только Повелитель Стаи и, может быть, еще один человек
видели истинное лицо божества. Остальные не знали, как выглядит их бог, - и не хотели знать.
Они служили ему; этого было достаточно. И не мудрено. Вряд ли у кого-то из них достало бы
смелости - не говоря уж о силе - бросить вызов сумрачному тирану. Он внушал им страх -
его руки, вдвое мощней, чем руки любого из них, могли запросто разорвать человека надвое,
даже если тот был в доспехах.
Один из них сидел особняком, держа руки над кристаллом и управляя изображением. Он
ничем не отличался от остальных, но все присутствующие знали: это - Хранитель. Хранители
всегда вели себя особым образом; иначе они просто не могли.
- Хранитель Д'Рэк! - прорычал один из Вожаков Стаи. - Сколько ему осталось до
Земель Мечты?
Хранитель Д'Рэк был единственным из собравшихся, не считая Повелителя Стаи, кто мог,
в случае необходимости, пренебречь строгостью ритуала. Все обязаны были являться на Совет
в церемониальных шлемах; Хранителю же позволялось надевать шлем, не закрывающий лицо,
с гребнем и густым волчьим мехом, сбегающим по спине. Эти шлемы считались менее
официальными и потому не предназначались для советов. Д'Рэк - грузный усатый арамит с
густыми, сросшимися в одну линию бровями - выбрал именно такой, открытый, шлем, чтобы
удобнее было целиком сосредоточиться на кристалле.
- Не исключено, что он уже пересек границу; когда дело касается Земель Мечты, точнее
сказать невозможно.
В голосе Д'Рэка звучало раздражение. Ни Повелитель Стаи, ни помощник, стоящий рядом
с ним, никогда не задали бы такого дурацкого вопроса. Из всех собравшихся в комнате только
они понимали, как трудно определить границы места, которое существует не только в
действительности, но и в сознании. В этом-то и заключалась ошибка Р'Дейна: он действовал
так, словно его врагов так же легко разыскать, как, к примеру, менлиатов, чье маниакальное
пристрастие к точности можно было исцелить только полным завоеванием. А владения хозяев
Сирвэка Дрэгота имели не более устойчивые очертания, чем утренний туман.
- Посмотрим на бегунов.
Огромная рука, в которой запросто поместились бы обе ладони Д'Рэка, сжалась в кулак -
интерес Повелителя к погоне возрастал. И этот голос... Вряд ли кто из членов совета не
поежился, услышав его. Вздрогнул и сам Хранитель. В голосе Повелителя было нечто, от чего
даже у самых невозмутимых Вожаков и Командоров пробегал холодок по спине. Этот голос,
как эхо, доносился со всех сторон, точно его обладатель присутствовал везде одновременно...
Только один человек не почувствовал тревоги - помощник, стоявший рядом с Повелителем.
Впрочем, о нем говорили всякое...
Д'Рэк кивнул, пробормотал что-то невнятное и принялся водить рукой над кристаллом
быстрыми волнообразными движениями. У каждого Хранителя был свой, послушный лишь ему
талисман; Д'Рэк, как один из старших Хранителей, управлял Волчьим Глазом, который
считался едва ли не самым могущественным талисманом волков-рейдеров. Волчий Глаз
обладал множеством удивительных свойств; сейчас была задействована лишь ничтожная часть
его силы.
Изображение в кристалле всколыхнулось и поплыло. Поначалу все видели только темное,
мутное пятно; даже сам Хранитель не сразу догадался, что это и есть бегуны. Как ни
поворачивал он кристалл, ему все же не удавалось разглядеть их получше. С бегунами всегда
так...
Расплывчатое волкообразное существо задержалось у корней дерева, явно напав на след
жертвы. Эта тварь была темней, чем доспехи ее хозяев, черней, чем сама ночь. Невероятно
длинная и узкая пасть распахнулась; ослепительно сверкнули похожие на кинжалы зубы и
показался по-змеиному раздвоенный язык... Чудовище подняло широкую, плоскую лапу и
принялось скрести ствол дерева изогнутыми когтями длиной с человеческие пальцы. Когти с
легкостью раздирали корни. Казалось, при таком сложении бегуны не могут быть быстры и
проворны; однако мало кому удавалось спастись от них.
К бегуну присоединился второй, затем - третий. Невозможно было разобрать, где
кончается одно существо и начинается другое; они словно перетекали друг в друга. Зато было
ясно видно, что у бегунов отличный нюх и могучие челюсти. Временами только и можно было
разглядеть в кристалле, что зубы да когти.
Бегун, который первым почуял след, метнулся туда, где несколько минут назад скрылся
Р'Дейн. За первым ринулись остальные. Бегуны выли, рычали, лаяли, созывая своих собратьев.
- Теперь посмотрим на жертву.
- Да, повелитель.
Д'Рэк проделал необходимые манипуляции с Глазом, и в кристалле вновь появилось
изображение бегущего человека. Лицо Р'Дейна (чересчур смазливое, угрюмо подумал Д'Рэк)
было искажено страхом. Он знал, что бегуны уже совсем близко и спасения ждать неоткуда.
- Сколько времени он там? - почти небрежно осведомился Повелитель Стаи.
- Больше суток, милорд, - ответил один из Командоров.
Огромная фигура Повелителя выпрямилась в кресле. После недолгих размышлений он
откинулся назад и коротко бросил помощнику, стоявшему у него за плечом:
- Кончайте эту игру.
- Слушаюсь, милорд. - Помощник натянул на лицо волчью маску и уставился на
кристалл. Д'Рэк сдержал раздражение. Он, как и все Хранители, терпеть не мог, когда чужаки
- особенно этот чужак! - совались к талисманам. Ведь талисман для Хранителя - это его
жизнь, его суть. Но Повелитель Стаи удостоил этого человека правом нанести последний удар
- и здесь старший Хранитель был бессилен.
Бегуны отчаянно выли, точно что-то терзало их изнутри. Помощник Повелителя не
сводил пронзительного взгляда с кристалла. Вой нарастал, становился все нестерпимей.
Кое-кто из Вожаков даже заткнул уши.
- Довольно.
Фигура в доспехах почтительно поклонилась Повелителю и отступила назад.
Р'Дейн знал, что оглядываться нельзя, но все же оглянулся, споткнулся о кочку и кубарем
покатился вниз по склону. Он сильно ударился о дерево. Дыхание перехватило; подняться он не
мог.
"Попался! Проклятый Разрушитель! Мерзкое божество..."
Сильные руки на удивление легко оторвали его от земли. В первый миг он подумал, что
его настигли бегуны; но эти твари сразу же разорвали бы его в клочья. Перед глазами Р'Дейна
все плыло, да и ресницы он разлеплял с трудом - веки казались неимоверно тяжелыми.
Последнее, что он разглядел, прежде чем погрузиться во тьму, - две расплывчатые безликие
фигуры...
Странно, но собравшиеся на совет волки-рейдеры ничего этого не видели. Они смотрели
на затравленного бывшего товарища, который не сумел угодить своему господину. Они видели,
как бегуны догнали бедолагу и радостно окружили; как один за другим они наскакивали на
Р'Дейна, кусали, рвали когтями и снова отпрыгивали - но всякий раз кольцо сужалось.
Наконец главный бегун выступил вперед и, урча, впился в человека взглядом, в котором
смешались предвкушение и презрение. Он обошел вокруг Р'Дейна, затем отступил на несколько
шагов и замер, выжидая.
Съежившийся от страха человек мог купить себе еще несколько мгновений жизни, если
бы остался неподвижным; но Р'Дейн отшатнулся от главного бегуна - и тем самым показал
этим тварям свою слабость.
Главный бегун сделал три шага вперед - и бросился на бывшего волка-рейдера.
Остальные, дико завывая, последовали его примеру.
Когда все было кончено - не осталось даже клочка окровавленной ткани! - Повелитель
Стаи поднялся на ноги. Казалось, его совсем не впечатлила сцена ужасной расправы,
совершившейся по его собственному приказу.
- Д'Рэк, отзовите бегунов. Остальные - хорошо запомните то, что увидели.
Повелитель Стаи удалился без фанфар, сопровождаемый только одним помощником -
тем самым. Д'Рэк наблюдал, как рейдеры, построившись шеренгой, покидают комнату. Он
прекрасно мог сам управлять бегунами. Однако его господин приказал сделать это другому
рейдеру с единственной целью - лишний раз подчеркнуть свое к нему расположение.
И неудивительно: Д'Шай всегда был его любимчиком.
Хранитель возобновил контакт с бегунами. Те повиновались ему с явной неохотой.
Должно быть, кровь жертвы привела их в неистовство. Что такое один жалкий кролик для такой
своры? Возможно, будь их два или три - тогда дело другое. Пожалуй, это было бы забавней.
Внезапно потеряв след, бегуны бесцельно кружили по лесу. Услышав зов Хранителя, они
не сразу подчинились.
Бегуны злобно скалились: во-первых, их одурачили; во-вторых, случилось нечто
необычайное.
Наконец преданность и страх взяли верх. Главный бегун взвыл и бросился назад, к псарне.
Остальные следовали за ним по пятам.
Они не видели двух фигур, которые стояли совсем неподалеку, держа тело
бесчувственного арамита. Даже когда один бегун на полном ходу задел дымчато-серый плащ,
он ничего не почувствовал, а лишь невольно отскочил в сторону и помчался дальше.
Когда последний из бегунов скрылся из виду, две фигуры повернулись к востоку. Воздух
перед ними дрожал и змеился; в материи, из которой была соткана реальность, зияла огромная
дыра. Если бы Д'Рэк по-прежнему смотрел в кристалл, он увидел бы вдали величественную
башню и тяжелые ворота, вокруг которых роились некие странные существа - стражники
Земель Мечты охраняли, вход в свою страну от непрошеных гостей.
Двое, несшие Р'Дейна, ступили в отверстие - и рваные края его сомкнулись.
Д'Рэк не ошибся. Земли Мечты действительно существовали не только в реальности, но и
в сознании. И Р'Дейн в последний миг, прежде чем потерять сознание, успел это понять.
- А ты уверен, что в этой твоей "надежной гавани" действительно безопасно?
Бисин, капитан ириллианского капера "Корбус", осклабился, обнажив острые драконьи
зубы. Почти все ириллианские капитаны либо принадлежали к правящим драконьим кланам,
либо, если они были людьми, преданно служили драконам. Бисин, в отличие от большинства
представителей своей расы, был приземистым, плотным, почти тучным. И хотя выглядел он
словно закованный в броню воин, чье лицо едва ли не полностью закрывал шлем, - все же
командование судном было для него более привычным и приятным занятием, нежели война на
море. Странно, если учесть, что "Корбус" принадлежал к числу самых победоносных "морских
разбойников".
- Уверен, лорд Грифон, еще как уверен. Мы с командой побывали там дюжину раз, не
меньше. Эти арамиты, волки-рейдеры, которые страшно кичатся своими успехами на море,
решили оставить эту гавань в покое - во-первых, она слишком далеко на юге; во-вторых, там
не осталось незавоеванных деревень, так что грабить некого. К тому же цели арамитов
отличаются от наших.
Грифон не стал просить его разъяснить подробнее. Слишком уж часто "цели" драконов
оказывались такими, что он не желал слышать о них. Даже представлять боялся. Вообще
непонятно, отчего драконы вдруг решили стать моряками. Похоже, что эта раса одержима
навязчивой идеей - все больше и больше уподобляться людям. Тем самым людям, которых
они временами так презирают. Странно. Зачем рисковать жизнью на пиратских судах, когда
можно принять изначальный драконий облик и напасть на добычу с воздуха?
Бисин, более разговорчивый, чем его сородичи, за время путешествия посвятил Грифона в
некоторые подробности этого вопроса. Он сказал, что дракону, который вздумает атаковать
иноземный корабль с воздуха, приходится быть настолько осмотрительным, что его силы и
способности теряют всякий смысл. Что толку от горстки плавающей разломанной древесины?
К тому же драконам его кланов трудно подолгу держаться в воздухе - а где приземлишься
среди океана? Пока будешь снова принимать человеческий облик, и потонуть недолго.
Почему-то драконы плохо держались на воде. Хотя кланы Синего Дракона и ходили в плаванья,
все же они были наземными существами - как и их двоюродные братья.
Капитан привел и несколько других доводов; но все же объяснение в целом показалось
Грифону подозрительным. Всю дорогу на борту "Корбуса" он наблюдал за драконами и понял
истинную причину: им просто нравится человеческий облик! Слова Бисина, может быть, и
звучали убедительно, но его тон лишь укрепил Грифона в его догадке. По поведению
некоторых членов команды, по их обмолвкам птицелев сообразил: многие даже и не помнят,
когда в последний раз принимали свой естественный образ! Более того: отпрыски драконов,
особенно после общения с людьми, учились принимать человеческий облик в гораздо более
юном возрасте - и весьма успешно! Грифон уже предвидел время, когда все драконы до
единого исхитрятся походить на людей - даже больше, чем сами люди!
Он чуть было не поделился этим соображением с Бисином, но вовремя прикусил язык.
Команда и так уже косо на него поглядывает. Осталось только сказать драконам, что они,
оказывается, стремятся быть людьми - и жди беды! Тут уж Грифону не сносить головы,
потому что драконов на судне - не счесть.
Несколько недель на борту "Корбуса" вымотали Грифона; но рассчитывать на отдых не
приходилось - и он, вздохнув, когтистыми руками вцепился в леер. Лицо обдало фонтаном
брызг. Мех и перья Грифона промокли; он не мог винить членов команды, которые всякий раз,
когда дул ветер, старались держаться с одной стороны от птицельва. Что поделать - так он
мучился всю жизнь.
Всю жизнь... Это было еще одно несчастье - может быть, самое главное. Около сотни
лет назад волны вынесли Грифона на берег Драконьего царства, к Пенаклесу - Городу Знаний.
Человек с лицом хищной птицы, львиной гривой и когтистыми руками, покрытыми мехом и
перьями. Зверь с человеческой душой, с остатками бесполезных крыльев. Не хватало только
хвоста.
Однако с давних, забытых времен у Грифона сохранились могущество мага и искусство
полководца. Он создал армию наемников - и она одерживала победу за победой, несмотря на
его нечеловеческий облик и решение по возможности уклоняться от работы на
Королей-Драконов. В те дни и в последовавшие за ними беспокойные времена он, как мог,
избегал моря. Оно порождало в его груди страшный, ни с чем не сравнимый холод. Грифон
всегда знал, что его прошлое лежит за Восточными Морями, но лишь совсем недавно он сумел
собрать воедино обрывки воспоминаний и набрался храбрости пересечь бездну, отделявшую
Драконье царство от тех земель, где он был рожден.
Храбрости-то он набрался, но путь от этого не стал легче. Его по-прежнему не отпускали
мучительные воспоминания о том, как море швыряло его, точно щепку, пока не выбросило,
полумертвого, на берег у Пенаклеса...
Капер развернулся, направляясь к потайной гавани, и Грифон поспешно перебрался на
другую сторону судна. Двигался он, как любой человек, эльф или дракон. Башмаки, правда,
были слишком широки, и все же походка Грифона походила на шаг искусного охотника.
Просторная одежда скрывала крохотные узелки на лопатках - крылья, а также тот факт, что
коленки птицельва сгибались не вперед, а назад, словно у птицы или кошки. А широкие
башмаки помогали укрыть от взглядов стопы, которые были похожи скорей на львиные лапы с
орлиными когтями, чем на человеческие ступни. Впрочем, после того, как Грифон столько лет
правил Пенаклесом, все это имело значение только для него самого - но все же имело.
Подданные принимали его за своего, и он старался отплатить им за эту любезность тем, что
старался выглядеть, как они. Конечно, это было глупо, но Грифону доводилось видеть глупости
и похуже.
Вспомнив Пенаклес, Грифон закрыл глаза. Что-то они думают о нем? Бросить город,
когда весь континент бурлит от перемен... Император-Дракон мертв; убит своим же сородичем,
которого тоже больше нет в живых. Северные земли до сих пор не могут оправиться от
потрясения - их разрушил перед смертью тот же Король-Дракон. Все шестеро
правителей-драконов мертвы; только у одного из них есть наследник, способный править.
Государства людей в пределах Драконьего царства, конечно, воспряли духом, влияние их
усилилось, однако и там дела обстоят не лучше. Мито Пика все еще лежит в руинах, граждане
его убиты или изгнаны рвущимся к власти драконом-захватчиком, лордом Тома, который и
сейчас еще в силе. Меликард, молодой король города Талака, фанатик, ставший калекой, с
изуродованными лицом и рукой после неудачной попытки похитить отпрысков покойного
Императора-Дракона. Дракончики были вверены заботам Кейба и Гвен Бедламов - близких
друзей Грифона, самых великих магов из всех ныне живущих. Они пользовались
покровительством Зеленого Дракона - единственного из Королей-Драконов, который
относился к людям дружелюбно.
Бисин отрывисто отдавал приказы команде, состоящей из людей, драконов и невесть кого
еще. Медленно, словно наощупь, "Корбус" входил в крохотную гавань. Капитану нравился этот
порт, потому что причаливать к нему надо было по узкому прямому пути - иначе напорешься
на подводный хребет, которых здесь было в избытке. Бисин говорил, что его ныряльщики не
раз видели следы злополучных кораблей, которым не удалось проделать этот трюк.
- Герцог Моргис на палубе! - раздался чей-то голос.
Грифон обернулся.
После того, как волки-рейдеры (особенно этот холеный аристократ Д'Шай) предприняли
попытку убить Синего Дракона - правителя Ириллиана - и Грифона, Король-Дракон продлил
свое перемирие с теперь уже бывшим правителем Пенаклеса. Синий Дракон владел кораблями,
которые совершали набеги на земли арамитов; это он приказал предоставить Грифону место на
"Корбусе". Грифон был полон решимости выяснить всю правду о своем прошлом. Последнее
столкновение с Д'Шаем выявило некие подробности, которые птицелев раньше не мог
припомнить, как ни пытался.
Д'Шай в той схватке погиб; он, казалось, сам решил шагнуть навстречу смерти. Птицелев
до сих пор не мог поверить в его гибель, хотя видел ее собственными глазами. И однако же,
каждую ночь перед его взглядом вставало насмехающееся лицо Д'Шая. Этот арамит - даже
мертвый! - стал очень важным звеном в цепи, связывающей Грифона с его прошлым.
Появился герцог Моргис. Руководствуясь принципом "доверяй, но проверяй", Синий
Дракон отправил с птицельвом одного из своих свежеиспеченных герцогов - в качестве
компаньона и советника. Как и его предшественники, Моргис был отпрыском самого Синего
Дракона, хотя на нем и не было отметок, которые могли бы позволить ему унаследовать
отцовский трон. Короли-Драконы были помешаны на отличительных признаках королевской
власти. Из-за этого в свое время чуть не погиб Синий Дракон; из-за этого же погибли двое его
сыновей - один от руки брата, а тот, в свою очередь, от удара Синего Дракона. Удара,
разорвавшего ему горло.
Несмотря на отсутствие царственных отметин, Моргис выглядел настоящим лордом. Он
был почти на целый фут выше Грифона (который и сам отличался высоким ростом) и зеленого
цвета с оттенком морской волны, характерным для его кланов. Многие из драконов, на которых
не было отметин, имели зеленую чешую - если родня не меняла ее цвет еще в раннем детстве.
Некоторых драконов воспитывали в соответствии с окраской и символами кланов. Так, кланы
Красного Дракона (нового Красного Дракона, поскольку старый давным-давно погиб от руки
сумасшедшего Азрана - отца Кейба) все были кроваво-красного цвета.
Шлем и доспехи были всего-навсего видимостью. На самом деле доспехи представляли
собой не что иное, как чешую, которой с помощью естественных драконьих чар была придана
видимость рыцарских лат. Почти все мужчины-драконы умели принимать человеческий облик,
и это умение оттачивалось из поколения в поколение. Моргис, как и многие молодые драконы,
предпочитал удобный человеческий образ тому, в котором был рожден, и тоже не желал
принимать изначальную форму - разве что если бы это был вопрос жизни и смерти. И то он
сперва подумал бы.
- Милорд Грифон, - проскрипел дракон.
Грифон отметил про себя, что его неприязнь к молодому герцогу вызвана не столько
цветом, сколько тем, что Моргис уж слишком похож на лорда Тома: длинный раздвоенный
язык, острые, точно лезвие, зубы, совершенно не похожие на человеческие. Драконий гребень
тоже выглядел внушительно, это была главная часть шлема - символ власти. Прежде Грифону
не раз доводилось видеть, как драконы меняют облик; он представил, как лицо Моргиса
удлиняется, превращаясь в драконью морду. Это был бы крупный дракон...
- Герцог Моргис.
- Вы уже решили, куда направитесь, когда мы сойдем на берег?
Именно эта мысль всю дорогу не давала покоя бывшему правителю Пенаклеса.
Попробовать пробраться в Канисаргос - вытянутую, словно змея, столицу Империи арамитов
- или же отправиться на поиски Земель Мечты и Сирвэка Дрэгота, о которых упоминал Д'Шай
и которые будоражили его истерзанную память?
- На восток, затем на северо-восток.
- Значит, вы хотите разыскать эти мифические Земли Мечты.
Это был не вопрос, а утверждение; намек на то, что дракон знал о решении Грифона
раньше, чем он сам.
- Да... и я думаю, что они не мифические.
Моргис повернулся к Бисину, который, удостоверившись, что его команда держит
ситуацию под контролем, подошел к двоим своим пассажирам.
- А вы что скажете, капитан? Вы знаете, где Земли Мечты?
- Они долж-ж-жны сущ-щ-ществовать, - задумчиво прошипел Бисин. Склонные к
педантизму драконы лезли вон из кожи, стараясь говорить на общих языках без ошибок. Для их
расы это было нелегко - особенно когда эмоции перехлестывали через край. - Должны...
иначе волки-рейдеры не тратили бы столько времени и сил на их завоевание.
- Вот это разумный подход. Сдаюсь. - Герцог Моргис улыбнулся. Улыбка была не из
приятных.
Грифон склонил голову набок, всматриваясь в берег. При большом желании он мог бы
принять людской облик, с человеческими глазами, но собственное зрение - наподобие
птичьего, только гораздо ост
...Закладка в соц.сетях
