Жанр: Фантастика
Dragonrealm Origins 2. Дети дрейка
...я
от этой штуки прежде, чем она утратит ко мне интерес и решит... решит..."
Чародей не мог заставить себя завершить мысль.
- Делай что-нибудь еще для меня! - потребовало отверстие.
Что он знает о Темном Коне, что можно использовать, чтобы отвлечь внимание этого
существа?
- Можешь ты заставить себя сократиться? - Он показал руками, что имеет в виду. - А
можешь, например, разрастись вот так?
Пятно внезапно приняло тот самый, указанный им, размер. Геррод лишь изумленно
моргал - существо моментально откликнулось на его предложение. Он знал, что призрачный
скакун реагировал не менее быстро - об этом говорил Дру Зери. Однако было неясно,
насколько быстро будет реагировать этот обитатель Пустоты. Герроду следовало вести себя
поосторожнее. Он не мог позволить этому чудищу узнать, что происходит.
- А теперь что? - проревело пятно - так, что у Геррода зазвенело в ушах.
"Что теперь?" Действительно! Стало ли оно конем, подобно собрату? Нет, оно, скорее,
будет обшаривать мысли чародея в поисках образа лошади. Геррод не имел никакого желания
позволить этому созданию копаться у него в мозгу - тот мог от этого измениться. Он
почувствовал удар - настолько резкий, что не успел взять себя в руки. Геррод закричал во весь
голос - трудно сказать, когда он наконец сможет остановиться.
- Развлеки меня, я сказал. - Холодный тон не оставлял никаких сомнений, что
начинается время мучений для Геррода.
- Ты...
- Другие мелкие существа, вроде тебя, - они какое-то время были забавны! Я
обнаружил, что, когда я вот так касался их, они делали забавные вещи! Я многому научился у
них! И многому научусь у тебя! У меня теперь даже есть имя! - Существо хихикнуло; это
тревожило. - Я обманул тебя, вот как! Хорошая игра, верно? А теперь объясни мне, что такое
имя и какое имя у меня было все это время!
"Безумное... бесчеловечное, абсолютное сумасшествие! Это существо лепечет, как
дурачок, но этот дурачок в состоянии запросто меня уничтожить - стоит ему лишь
захотеть", - думал Тезерени. Страх, несмотря на все его усилия, слишком глубоко укоренился
в нем. Как развлекать это безумное создание достаточно долго, чтобы суметь найти выход из
этой Пустоты? Для этого должно что-то найтись, если вспомнить рассказы Дру Зери о Темном
Коне!
- Ты был очень умен, - наконец сказал он отверстию. - Ты меня обманул во всем. Ты
был почти так же умен, как Тем... другое "я", о котором ты упомянул. Тот был очень, очень
умен.
Пятно пошевелилось и снова увеличилось в размере. Геррод спросил себя: а не зашел ли
он слишком далеко. Ему удалось сформировать понятие, но у него не было уверенности, будет
ли от этого какая-то польза. Для успеха своего замысла он во многом будет основываться на
высокомерии и детском невежестве обитателя Пустоты.
- Я создал другое "я"! Разве это не самое умное? Как могло другое "я" - этот Темный
Конь - быть умнее?
В ушах чародея звенело. Он заткнул их руками и закричал в ответ:
- Есть много способов быть умным! Некоторые гораздо удивительнее, чем другие!
Позволь мне рассказать тебе историю!
Как бы учитывая его боль, голос вечноживущего сделался почти переносимым. Уважение
Геррода к Темному Коню возросло. А с другой стороны, это ужасное создание...
- Что такое "история"? Геррод заколебался.
- Ты снова играешь со мной? Если это так, зачем мне трудиться и рассказывать тебе, что
такое "история"!
- Я не играю с тобой! Что такое история? Это забавно? Я хочу позабавиться! Я понимаю,
что значит забавляться!
- Это может быть очень забавным. - Ему хотелось бы пообсуждать понятие "забава",
но Геррод, будучи враадом, знал, что его собственный народ - когда он правил Нимтом, -
"забавляясь", частенько вел себя точно так же садистски и безумно. - История - это...
Допустим, я рассказал тебе о хитроумной уловке другого "я" и о том, как узнал о ней.
Получилось бы что-то вроде истории. - Это была бы также необходимая ему завязка. В
рассказе Дру Зери было что-то, что могло помочь ему... а он едва не упустил эту деталь!
- Твой другой голос прячется! Почему?
Геррод окаменел. Существо почти что захватило его мысли, его "другой голос".
- Ему нужно спрятаться - прежде чем я смогу рассказать тебе историю. Дело... в том,
что таков уж я есть!
Пятно сократилось снова, явно удовлетворенное объяснением. Геррод чувствовал себя
так, как будто он раскачивается на краю пропасти; его противник был непредсказуем. Любое
движение и любое неправильное слово могли означать для чародея конец.
- Ты хочешь услышать мою историю?
- Это могло бы оказаться забавным! Мне приятно, когда меня забавляют, ты же знаешь!
Как вообще начинается история?
Геррод облегченно вздохнул.
- Иногда они начинаются со слов вроде: "Однажды..." или "Давным-давно...". Эта
начинается так: "Был человек по имени Дру Зери..."
Он стал рассказывать историю, убирая, как мог при этих обстоятельствах, любые
упоминания о том, как этот Зери оказался здесь и как волшебник и его найденный здесь
спутник покинули это место. Рассказывая, Геррод размышлял над тем, как убежать ему самому.
Колдовство враадов не помогло Дру Зери. Возможно - он не решился даже подумать над этим
- могла подействовать магия мира основателей? Геррод владел ею - и был в этом уверен, но
поддаться ей...
Его беспокойный компаньон молчал на протяжении всего рассказа. Геррод махнул рукой
на другие свои заботы и снова сосредоточился на этом существе, поскольку рассказ почти
пришел к концу. Тому было забавно - в этом сомнений не было. Последует ли оно
предложению Геррода? Подозревало ли оно, что у Геррода на уме, или просто играло с ним?
- ...и когда возникло другое "я" - это было новое существо, замечательное, огромное
животное, называвшее себя Темный Конь!
Что подумал бы о нем его отец, о нем, плавающем в каком-то забытом месте и
рассказывающем истории, чтобы остаться в живых?
- У меня есть имя! Ты хочешь знать какое? - Пятно говорило почти как взволнованный
ребенок, и Геррод едва не рассмеялся, несмотря на то что находился в опасности.
- И какое?
- Я - Йерил! - Отверстие раздулось до гигантских размеров. Геррод размахивал
руками и ногами, но чувствовал, как его затягивает в зияющую пасть, которой был его
нежеланный спутник.
- Йерил! Остановись! Пожалуйста!
Йерил сократился до крошечного пятна чуть больше ладони чародея. Оно - более
подходящим теперь казалось "он" - хихикал снова.
- Я испугал тебя! Хорошо! Вкус страха бодрит меня лучше всего!
"Существо, с которым повстречался Дру Зери, повело себя совершенно иначе, - снова
подумал Геррод. - Как это неудачно для меня". Если обитатель Пустоты доволен, то для
Геррода это и к лучшему. Тем временем чародею надо было продолжать давить на Йерила.
- Тебе понравился рассказ?
- Очень! А могу я сочинить другой рассказ?
- Если хочешь. У меня найдется кое-что лучше, чтобы развлечь тебя... и доказать, что ты
умнее, чем Темный Конь.
Хотя и было невозможным, чтобы отверстие продемонстрировало какие-либо чувства, у
Геррода возникла уверенность, что Йерилу сделалось любопытно.
- И каким же способом? - наконец спросило пятно.
- Измени себя - как это сделал он. Нерешительность... А затем:
- Прежде я никогда такого не делал.
- Как и Темный Конь.
- Здесь нет этого "коня", чтобы я мог принять похожую форму.
Тезерени позволил себе слегка улыбнуться, надеясь, что смысл этой гримасы останется
непонятым для Йерила.
- Это лишь чтобы доказать, что ты такой же умный, как он. Если ты хочешь доказать,
что ты гораздо умнее, тебе понадобится новая форма, какой у Темного Коня не было.
Йерил едва ли не хныкал.
- У меня нет никакой другой формы, чтобы взять ее как образец! Здесь только ты и я!
Геррод притворился, что обдумывает, как справиться с этой трудностью.
- Хорошо, тогда тебе придется принять форму чего-нибудь вроде меня! Темный Конь
никогда такого не делал! Это доказало бы, что ты умнее его!
- Замечательно!
- Однако это могло бы оказаться для тебя слишком трудным...
- Вовсе нет! Смотри!
Будучи все еще тем же самым крошечным отверстием в пустоте, Йерил начал
сворачиваться внутрь себя. Делая это, он, похоже, не терял собственного "я". Чародей
размышлял о превращении, описанном Дру Зери. Если сравнивать с тем, что делал сейчас
Йерил, имелись и сходства, и различия; но для Геррода имел значение лишь конечный
результат.
Вид обитателя Пустоты заметно изменился. Теперь он начал походить не на отверстие, а
на оболочку. У Геррода не было желания коснуться его, чтобы убедиться, так ли это. В течение
своих странствий Темный Конь неоднократно поглощал противников - например, искателей;
хотя размерами Темный Конь был и побольше.
Оболочка сделалась жестче. Теперь для Геррода настало время проверить свою теорию.
Чародей наклонился вперед и спросил:
- Ну как? Успешно? Йерил не ответил.
- Ты можешь ответить мне? Ты слышишь меня? Снова молчание.
Темный Конь вошел в состояние, которое - как думал Дру Зери - было таким же, как у
куколки насекомого. Он буквально изменил свою сущность, чтобы с большим удобством
пребывать в реальном мире. Насколько припоминалось Герроду, то преобразование длилось
день или чуть больше. Геррод не имел никакого представления, как долго продлится это
состояние Йерила, в особенности потому, что времени в Пустоте не существовало. Но Геррод
надеялся, что для его целей этого времени хватит.
Чародей вздохнул. Какой бы легкой не представлялась теперь ему его победа, далась она
ему с большим трудом. Йерил был непредсказуем, и победа над ним все еще могла оказаться
лишь иллюзией, мечтой - если обитатель Пустоты решит вырваться из своего кокона прежде,
чем чародей окажется далеко.
- Мое заклинание привело меня в эту точку. Значит, колдовские силы враадов должны
здесь подействовать!
Дру Зери утверждал, что это не так - или, по крайней мере, колдовство не подействует
достаточно сильно. Несмотря на эти неутешительные мысли, Геррод решился сначала
прибегнуть к колдовству враадов.
Он попытался определить свое местонахождение. Как и перед тем самым моментом, когда
его постигла неудача, он ощутил присутствие Темного Коня где-то вне пределов Пустоты; но
ощущал не настолько явственно, чтобы попытаться найти Коня. Что еще хуже, находящийся
поблизости кокон Йерила отвлекал его внимание настолько, что Тезерени в конце концов
пришлось с отвращением отказаться от этой попытки. Поможет ему колдовство враадов или нет
- а он все еще думал, что поможет, раз ему удалось установить эту пространственную
связь, - его нынешнее местонахождение не позволяло ему этого сделать.
Геррод не мог вернуться обратно. Единственное, на чем он мое сосредоточиться, - это
поисках местоположения призрачного скакуна. Мир основателей будет для него потерян, если
он не сумеет воспользоваться методом Шариссы.
- Ты глупец, Геррод! - Любое время, потраченное впустую, означало, что растет
вероятность того, что он по-прежнему будет находиться здесь, когда кокон Йерила раскроется.
Ему придется сдаться - но лишь однажды.
А как описала это Шарисса? Расслабься и отдайся магии? Та, как предполагалось, будет
выглядеть радугой - или линиями силы.
Он не видел ни того ни другого, но он ощущал странное покалывание в теле, как будто
некая жизненная сила пронизывала все его тело. Новая волна паники едва не захлестнула его,
но он поборол ее. Магии этого мира не удастся изменить его в своих целях! Командовать здесь
будет он!
Что-то на мгновенье блеснуло перед глазами. Это не была радуга. И не линии силового
поля, пересекающиеся в бесконечности. Скорее - путь, уходящий в Пустоту.
"Путь?" Что-то говорилось о неких путях, которыми пользовались Темный Конь и
волшебник, чтобы выбраться из этого адского места, которое и местом-то нельзя было назвать.
Чисто по привычке Геррод попытался ухватить этот путь. И лишь когда не сумел найти его
снова, задумался, чем же он сейчас занимается. Магия враадов взаимодействовала с
колдовскими силами мира основателей, но не без огромных усилий и с малонадежными
результатами.
- Ладно, проклятье тебе! Бери меня! Только на этот раз! - Он расслабил мышцы -
сознательно этого добиться не удалось, - и позволил потоку силы войти в него. Он теперь
ощущал не просто щекотку, а почесывание - но изнутри.
"Пути, - подумал чародей. - Пути есть. Я просто должен открыть мою волю навстречу
этим путям".
Вновь появился длинный, извилистый путь, уходящий сквозь пустоту к отдаленному
сияющему пятну. Геррод улыбнулся. С тем же присутствием духа он заставил себя плыть к
зовущему следу. Вероятно, был и лучший способ сделать то, чего ему уже удалось достичь, но
эти поиски он оставит, как и многое другое, до лучших времен. Чародею сейчас нужно было
лишь одно - найти путь, который приведет его в Драконье царство.
Иной сияющий путь пересек первый.
Глаза чародея сузились. Тут возникли третий и четвертый пути, никак не связанные с
остальными. Геррод сквозь зубы произнес заклинание - а затем и вслух, после того как перед
его глазами возник целый лабиринт следов, ведших во все стороны.
Пустота была не такой уж и пустой. Более того, она была забита, но такими мелочами, что
даже существо, подобное Йерилу, вероятно, никогда не замечало их.
"Который же из путей верный?"
Он мысленно попытался определить это, доверившись своей вновь обретенной мощи, а не
вопреки ей. Как враад, владевший волшебством, он мог в прошлом оценивать кое-какие
различия между путями. И надеялся, что сможет сделать то же самое и сейчас.
Первый след, на который он взглянул, моментально исчез. Геррод знал, что ему нужен
другой. Это был не тот - в этом-то чародей был уверен. Приободрившись, Геррод проверил
другие и проследил за тем, как они тают по мере того, как его сознание анализирует их в
качестве возможных вариантов. Большая часть просто давала не то ощущение - как если бы
Геррод знал, что они ведут в места, куда он не собирался. Некоторые вызвали у него сильное
беспокойство... а один путь показался таким леденящим, таким тревожащим, что он оставил
этот след едва ли не в панике. И все же, отирая пот со лба, он был доволен. Из огромного
множества осталось лишь несколько десятков. Многие исчезли еще до того, как он изучил их;
возможно, Герроду помогло подсознание.
Растаяло еще несколько путей - но тут Геррод вспомнил о своем спутнике. Он ощутил
настоятельную потребность повернуться и убедиться, что все нормально. Не просто из-за
внезапной озабоченности: он был абсолютно уверен, что должен обернуться.
Что он и сделал.
Кокон пульсировал.
Йерил скоро появится... а что потом делать Герроду?
Геррод мгновенно повернулся и просмотрел остававшиеся для него пути. Их было еще
слишком много.
- Ты глупец! - пробормотал он.
Все пути исчезли - кроме одного, на котором Геррод остановил свой выбор. Он знал, что
этот путь доставит его в земли Драконьего царства - и только. В этот момент имело значение
только это.
Его тело, словно обескураженное окончательным решением Геррода, внезапно оказалось
на выбранном пути. Чародей неуверенно шагнул вперед. Какой бы тонкой дорожка ни казалась,
она с легкостью выдержала его. Геррод пытался не представлять себе, что может произойти,
если он оступится.
Та же самая внутренняя тревога, которая подсказала ему, чтобы он оглянулся,
прокатилась волной дрожи по всему его телу.
Тезерени больше не нуждался в ободрении. Он помчался по сияющему воздушному пути,
нимало не смутившись даже тогда, когда расширяющееся впереди него сияние внезапно
вспыхнуло и поглотило его.
Его приветствовали синее небо и скалистые холмы. Геррод моментально окинул взглядом
открывшийся ласковый пейзаж, пробежал наугад несколько шагов, споткнулся и упал.
Когда он рухнул на твердую землю и покатился по ней, то припомнил все привычные
ругательства своего отца. Растений, смягчающих удар, здесь не было. По крайней мере, ни одно
из них не задержало его падение. Только когда он столкнулся с камнем, слишком большим,
чтобы перекатиться через него, движение незадачливого чародея приостановилось.
Геррод не мог сказать, как долго он пролежал так. Внешний мир, когда он ненадолго
открыл глаза, казался лишь размытым пятном. Он ощутил вкус крови и удивился, что не
покрыт ею с головы до ног. Все его тело было в ушибах. Геррод не хотел даже знать, сломал ли
он что-нибудь, - он просто лежал на том же месте, надеясь, что боль пройдет или что он
потеряет сознание.
Кто-то ткнул его тяжелым тупым предметом и пошевелил. Геррод понял, что некоторое
время дремал, хотя и не знал, долго ли. Боль уменьшилась, хотя и не слишком сильно.
Посыпались новые удары - на этот раз в более чувствительные точки тела. Геррод с воплями
откатился подальше назад и заставил себя раскрыть глаза. Вначале у него по-прежнему все
плясало перед глазами. Однако со временем окружающие предметы обрели более четкие
очертания.
И Геррод понял, что его положение не было блестящим.
Перед ним стояло существо, более высокое, чем он сам, - если бы он мог стоять. Оно
было вдвое шире его и покрыто твердой чешуей темно-коричневого цвета с оранжевыми
пятнами. Некоторые части тела блестели. Тупой предмет оказался массивным боевым топором.
Он видел, что чудищ было по крайней мере пятеро. Все они обменивались друг с другом
криками - как бы обсуждая его судьбу. Пристально вглядываясь в них, Геррод не мог
избавиться от чувства, что он попал в плен к гигантским и злонамеренным животным, которые
специально обучились ходить на задних ногах.
Это были квели.
Глава 10
Эти недели были для Шариссы тяжелыми. Она не смогла найти никакого способа снять
повязку; дважды она едва не задохнулась - хотя никто об этом не узнал. Баракас Тезерени,
который за это время разговаривал с нею только трижды, пообещал ей позволить поговорить с
Темным Конем... но обещание осталось невыполненным. Дни Шарисса в основном проводила
с госпожой Альцией - или с какой-нибудь другой женщиной из клана Тезерени. Шарисса
обнаружила, что дочери Баракаса так же похожи друг на друга, как и его сыновья. Она не могла
запомнить ни одно из их имен, а внешне большинство из них даже выглядело совершенно
одинаково. Среди сыновей, по крайней мере, имелись небольшие различия.
Похоже было, что теперь важное положение занимают лишь Риган и Лохиван. Эсад также
был на виду, но его главной задачей было доставить отцу какие-то сведения - а затем
поспешить прочь. Остальные сыновья были такими же одинаковыми, как их сестры,
родственники и даже те посторонние, принятые в клан, которые уже давно жили среди
Тезерени.
"Он создает их всех по своему подобию, - ядовито подумала Шарисса, наблюдая за тем,
как повелитель Тезерени отдает приказ о военной вылазке в горы. - Риган прежде всего -
отражение отца".
Риган докучал ей ухаживаниями трижды. В нем было нечто жалкое; он и в самом деле
обожал ее. Путаница в мыслях делала его безобидным - хотя во время их второй встречи он не
хотел ограничиться тем, чтобы просто подержать ее за руку.
Именно Лохиван, кого она не желала больше видеть снова, прервал то, что могло бы
привести к неприятным осложнениям. Он как будто стоял в тени и подстерегал именно такой
момент, а затем приблизился к ним в сопровождении двух воинов и сказал брату, что их ждут.
И только после того, как братья ушли, предоставив часовым проводить Шариссу, она
вспомнила о своих горьких чувствах по отношению к любезному, но коварному Тезерени.
Сейчас Шарисса сидела у себя в комнатах - гораздо более уютных, чем те, куда ее
поместили вначале. Снаружи что-то происходило: Тезерени суетились по неясной для нее
причине. Новые комнаты Шариссы находились на самом верху крепости - если не считать
башни. Поэтому она могла видеть двор, округу и горы в отдалении: замечательный вид - но не
с точки зрения членов клана.
Шарисса встала, подошла к окну и выглянула наружу. Ворота были распахнуты, из них
выезжало несколько наездников. Патрульные на летучих дрейках пролетели над стенами, чтобы
присоединиться к собратьям. К разочарованию Шариссы, участники вылазки, похоже, не
понесли урона; волшебница надеялась, что их могут уничтожить неизвестные пока еще силы
искателей.
Ее глаза начали блуждать по двору... пока она не обратила внимание на фигуру, которую
хотела увидеть снова. Двое Тезерени, как и раньше, тащили эльфа к маленькому, довольно
неприметному строению, находившемуся слева от ее окна. Эльфа в первый раз вывели из
подвального каземата, в котором его держали с момента пленения. Значило ли это, что он
все-таки рассказал им то, чего они добивались, или же он просто надоел Тезерени?
Внезапно Шариссе захотелось покинуть комнату. Зачем - она и сама не могла бы
сказать. Она направилась к двери. И обнаружила ее незапертой, но у Шариссы не было ни
малейшего желания попытаться ее открыть. Шарисса привыкла подчиняться заведенным здесь
порядкам.
- Стража!
Прошла секунда, показавшаяся вечностью, прежде чем кто-то открыл дверь. Одна из ее
безымянных женщин-телохранителей вошла в комнату с оружием наготове. Шарисса даже не
пыталась запоминать имена своих охранниц, тем более что они менялись слишком часто.
- Вы чего-нибудь желали, госпожа моя Шарисса?
- Я желаю выйти отсюда и немного подышать воздухом.
- Для этого вам не нужно мое разрешение. Я нахожусь здесь для вашей безопасности и
чтобы заботиться о ваших потребностях.
Высокая стройная волшебница уперла руки в бока - ее единственная реакция на
заявление охранницы.
- Я знаю, что по внутреннему двору я могу ходить, но я также знаю, что вы будете
наблюдать за мной... для моего же блага. Я просто подумала, что заранее предупрежу вас.
Охранница, похоже, не поняла, что же хотела сказать эта чужачка. Именно этого и нужно
было Шариссе. Чуть-чуть высокомерия - и чуть-чуть невнятицы. Вести себя и покорно, и
дерзко. Она обнаружила, что членам клана - за исключением немногих - иметь с ней дело
было хлопотно.
Единственные, кто представлял для нее угрозу, были Лохиван, госпожа Альция и, конечно
же, сам Баракас.
Во внутреннем дворе гудела толпа Тезерени, собравшаяся вокруг вернувшихся с военной
вылазки. Шарисса, разгуливавшая неподалеку, обратила внимание на довольный вид Тезерени.
Новости, которые принесла эта экспедиция, оказались благоприятными для них. Это могло
означать лишь то, что воины не встретили серьезного сопротивления и что гнездовье искателей
было либо покинуто, либо так слабо защищено, что ничто не могло воспрепятствовать клану
завладеть им.
Шарисса мельком бросила взгляд на Лохивана, которому - в последний момент - не
поручили возглавить эту экспедицию. Эта честь досталась одному из его младших братьев,
Дагосу, которого она немного знала и поэтому именно сейчас не хотела рисковать, привлекая к
себе внимание излишними вопросами о нем. Дагос, однако, был почти что пустым местом -
беспрекословно подчинялся своему отцу и повелителю и едва ли обладал хоть каким-то
подобием характера. Шариссе не был понятен этот выбор, однако объяснить мотивы Баракаса
представлялось невозможным.
Шарисса разглядывала толпу, не забывая о том, чтобы время от времени поглядывать на
свою охранницу. Та разрывалась между желаниями справиться с обязанностями и что-то
узнать. Именно это и нужно было Шариссе.
Она приблизилась к толпе, стараясь держаться подальше от охранницы. Та, ведомая
любопытством, также подошла поближе. Глаза охранницы задержались на Лохиване и Дагосе,
которые что-то оживленно обсуждали.
Под прикрытием толпы Шарисса проскользнула к плененному эльфу.
То, что она перехитрила охранницу, ей представилось не такой уж большой удачей:
женщина найдет ее. Волшебнице, однако, требовалось несколько мгновений, чтобы поговорить
с пленником и получить о нем представление. Если у того еще сохранилась какая-то воля, то,
возможно, он мог бы помочь ей бежать. Если же нет - он хотя бы мог рассказать ей кое-что об
окружающей местности и о том, куда ей есть смысл идти.
Имелась и другая причина - в которой она не призналась бы и себе. Подобно своему
отцу и Герроду Тезерени, Шарисса отличалась изрядным любопытством по отношению к
новым обстоятельствам и людям.
Она вошла в строение, где держали эльфа. Охранников не было. Они вышли во двор -
что доказывало, насколько важна для клана эта экспедиция. Шарисса прошла по короткому
коридору и заглянула в дверь первой же попавшейся камеры. Поскольку эльф был здесь
единственным заключенным, то Шарисса не удивилась, найдя его с первой же попытки.
Было сомнительно, что эльфа необходимо охранять: после нескольких жестоких допросов
и малого количества пищи и воды он больше походил на оболочку, чем на живое существо. Его
руки и ноги были закованы в цепи, напоминавшие ее повязку, так что становилось понятно,
почему он не прибегал к волшебству. Его голова свисала на грудь, как будто он спал, но, когда
она положила руку на прутья решетки двери, эльф поднял голову.
В его глазах по-прежнему горел огонь. Они истязали его тело, но волю победить не
смогли.
- Я помню вас. - Голос его был немного хриплым, но спокойным и вежливым. - Вы
выглядите очень невинной в сравнении с другими. Мне думается, это дает вам преимущества.
- Я не принадлежу к ним.
- Вы... вы похожи на них, хотя выглядите скорее как лесной дух, чем как оживший
покойник. К тому же вы свободно расхаживаете повсюду.
Она наклонилась вперед, чтобы рассмотреть его получше.
- По вашим речам кажется, что вы не настолько избиты, как можно было бы судить по
вашему виду.
Он рассмеялся, но смех больше походил на карканье.
- Меня очень хорошо побили, госпожа моя!
- Нет, я думаю, что вы вынесли допрос лучше, чем хотите убедить меня в этом.
- Вы думаете, мне хочется, чтобы это продолжалось снова и снова? Вы думаете, что эта
боль мне доставляет удовольствие?
Его губы потрескались, и было очевидно, что он страдал от жажды.
Шарисса осмотрелась вокруг, но нигде не смогла найти воды. Ключа от его камеры она
тоже не нашла. Ей придется разговаривать с ним отсюда, из коридора.
- Послушайте меня! Я - не одна из них! Мы принадлежим к тому же народу...
- Значит, вы из враадов. -
...Закладка в соц.сетях
