Жанр: Фантастика
Черный Ярл 2. Дети хаоса
...икнуть. Что еще? Да, это неплохо бы.
Дон Карлос, стоя на коленях перед Луизой, просил ее руки и сердца, а та, не веря своему
счастью, положила руки ему на плечи и шептала. - Да, да, да.
Рыцарь пошарил в воздухе, вытащил оттуда изумленного Альфонсио с пером в руках, а
затем и камеристку Королевы Эльфов, Лейзу. Та, видимо, что-то делала с магией, потому что от
ее последних слов перед ней разлилось золотистое сияние.
- Вы двое, ничего не хотите сказать друг другу перед лицом богов и людей? - строго и
напористо спросил сэр Ровер, не давая им опомниться. - Не пожалеете.
Те несмело переглянулись, и взялись за руки.
- Да, черт возьми! Лейза, я - вас - люблю!
- Долго же ты соображал. - глаза эльфийки подозрительно заблестели, когда она обняла
Альфонсио. - И я - тебя - люблю.
- Ура! - коротко и страшно прокричал рыцарь. Он подхватил уплывающее золотистое
сияние, разорвал, и сделал из него две вроде как фаты. Накинул их на невест.
- А теперь я провожу обряд обручения!
Он вынул из сапога черный кинжал, который забыла в его доме Королева Эльфов, и
сделал широкий разрез прямо в воздухе. Оттуда повалил дым.
- За мной, и пусть все демоны Ада разбегутся, спасая свои хвосты! Штурм унд дранг, как
писал покойный фон Клаузиц!
Покойный теоретик военной тактики и стратегии фон Клаузиц не подкачал, и дон Карлос
наконец спрятал свою почерневшую рапиру, а Альфонсио отбросил в сторону изъеденный
ядовитой кровью боевой нож.
- Что это? - спросила донья Луиза, зачарованно глядя на танцующие в гигантской чаше
языки пламени.
- Это ваша надежда и будущее. - деловито и немного устало ответил рыцарь в
истерзанной черной одежде. Он осмотрел свой оставшийся матово-серым скимитар и сунул в
ножны за плечами. - Потом пройдете инициацию, и вас ждет учеба в Университете Магии.
- Да, любезные мои, именно так. - кивнул он, стоя у двери на первых ступенях
лестницы из бледно-розового материала.
- И последнее. Не хочу лезть в ваши дела, но послушайте моего хорошего совета.
Первого малыша вам лучше завести именно там. - он вновь посмотрел в огонь.
- А как же без свадьбы? - сомневался дон Карлос.
- Это она и есть. - отрезал рыцарь. - И скрепляет куда крепче и надежнее. Вас обручат
сами боги. Малыш Ян Четвертый появился как раз после этого , да и мои двое первенцев тоже.
А формальности потом обсудите с Императором. Он все устроит.
Он склонил голову, на миг-другой задумался.
- Идите. Но очень советую, драгоценные мои - не смущайтесь там. Я встречу вас на той
стороне и провожу в столицу.
- Мы так и сделаем. И да благословят вас боги за вашу доброту, сэр Ровер.
Как же, благословят! Миллика задумчиво смотрела, как рыцарь в черном, метнувшись из
ниоткуда, встретил обе пары, счастливые и запыхавшиеся. К чему он ведет, этот непонятный
человек? И ведь нить его судьбы спряталась, а к богам он примкнуть явно не спешит. Да куда
им, смертным! Еще лет пятьдесят-сто, прежде чем освоятся с дарованной им силой. С
дарованной? Богиня всего живого нахмурилась. Да нет, сами вырвали. Молодой, волчьей
хваткой вцепились в хвост удачи. Зубами рвали жизнь, и вырвали-таки свой заветный клок
счастья. Ох, не пришлось бы потом пожалеть... А что тут поделаешь?
Рядом сидела Зима и нежно баюкала на руках свою первую дочь, которую все боги,
собравшись, нарекли Даной. Малышка сладко сопела, прижавшись к матери, и счастливо
улыбалась чему-то в своем детском сне.
- Они меня беспокоят, - тихо сказала Снежная Королева, - Я боюсь их новой,
непонятной и грозной силы. Уж не собираются ли они свергнуть нас?
Миллика вздохнула.
- Вот ты и произнесла вслух слова, которых втайне боимся все мы. Думать дальше мне
просто страшно. Если будет битва, от миров внизу даже руин не останется.
- Может, и так. - проронила Зима, млея от нежности к прильнувшей к ней дочери. -
Только - мне теперь есть кого защищать. И я буду сильна, как никогда.
- Кстати, - Миллика повернула к ней увенчанную звездами голову. - А как это вы с
Сетом нашли друг друга? Вроде бы вы были сама противоположность... а теперь я гляжу - где
же были раньше мои глаза? Да вы прирожденная пара!
- Не знаю. - богиня холодов счастливо пожала плечами в белом платье. - Рано или
поздно мы нашли бы друг друга. Если бы дожили.
Миллика печально кивнула.
- Да, много богов погибло. Кто в битвах, кто по дурости.
- Последняя - Хаос. - напомнила Зима. - Или - первая?
На этот вопрос не смогла ответить даже богиня. Она вновь склонила в думах свои
прекрасные глаза.
Сэр Ровер едва дал отдышаться, и потащил их дальше. Элинор удивилась, а потом
обрадовалась прибавлению семейства "наших".
- Лейза! И ты?..
А потом, мягко и нежно проверив, сообщила разрумянившимся женщинам о будущем
мальчике у Лейзы и Альфонсио, и о девочке у Луизы и дона Карлоса. Обе пары смущенно
обрадовались, а целительница, ядовито улыбаясь, осведомилась у рыцаря в черном:
- А не стать ли вам официальной свахой?
Тот, слегка улыбаясь, погрозил кулаком и осведомился, по-прежнему ли леди Бру
заведует Университетом. Получив утвердительный ответ, вновь поставил портал.
Вышли как раз в приемной перед лакированой дверью с табличкой "Ректор
Университета". Оттуда очень кстати вышли двое преподавателей, и Ровер затащил обе пары в
кабинет. Леди Бру, сидя в кресле и черкая в бумагах, грозно воззрилась на них от дальней стены
комнаты, утопающей в зелени.
Она несколько мигов смотрела, затем все поняла. Встала, улыбнувшись, и сердечно
поприветствовала и поздравила прибывших. После того, как шутливо оттаскала за ухо грозного
некроманта, обратилась к вновь посвященным.
- Через два квадранса - на инициацию. В списки учащихся первого года я вас включу.
Так что - ищите жилье поблизости от Университета, и завтра же - на занятия. И учтите, что
поблажек делать не буду! - погрозила она. - Наоборот - учиться будете прилежнее всех.
Рыцарь потащил дальше, и вот обе пары ввалились в приемную Императора. Альфонсио
метнулся к столу, пошарил там, и кивнул.
- Хозяин у себя. И обе королевы там же.
Сэр Ровер не стал выносить двери в своей излюбленной манере, а просто отворил их, и
мягко втолкнул своих подопечных в кабинет.
Император остановился на полуслове.
- Альфонсио, где тебя носит? И что...
Тут все сидящие в кабинете догадались, что к чему. Айне и Элеанор первым делом
расцеловали в щеки обеих невест и утащили их в угол, где оживленно стали выспрашивать
подробности, ахая и вздыхая. А хозяин кабинета в свою очередь поговорил с мужчинами, а
потом схватился за голову.
- Да где же я найду другого секретаря, столь же ответственного?
Королева Эльфов насмешливо отозвалась с другого конца стола.
- Наверное, там же, где я - замену Лейзе.
Император вздохнул, покачав головой.
- Ну ладно. С Университетом вы разобрались? Хорошо. Альфонсио, ты вроде бы не из
простого звания? Все равно, рыцарский титул давно заслужил.
И, не мешкая, произвел церемонию посвящения в рыцари. А затем подтвердил и
торжественно привел к присяге друг другу Луизу и дона Карлоса.
- Вызови пока канцлера, чтоб оформил бумаги по всем вам. Как у вас с финансами? И не
скромничать!
Оба мужчины гордо и независимо выпрямились.
- Понятно. - хмыкнул Император.
- Позвольте мне вмешаться, - влез сэр Ровер. - Как я понимаю, оба жениха - сироты?
Ну, тогда свадебный подарок за мной, и не беспокойтесь о деньгах.
- Сумасшедший миллионер. - шутливо буркнула Айне.
- Теперь ступайте, а мы тут еще немного поговорим, - улыбнулся хозяин кабинета.
В банке "Фродо и сыновья" рыцарь заставил всех слегка ошарашенных четверых
быстренько подписать бумаги на счета по миллиону цехинов, а потом через портал потащил в
университетский городок. Подвел к аккуратному двухэтажному домику.
- Даже с учетом детей, вам должно пока хватить места. Вон та улица ведет к
Университету, а вот по этой за углом - филиал банка.
И, не давая опомниться обеим парам, поклонился и исчез.
Объявился он перед Хроносом. Бог времени что-то чертил и обдумывал, сидя недалеко от
входа на Мост Богов. Заметив прибывшего, кивнул.
- Привет, деда!
- Привет, Ровер. Все хулиганишь помаленьку?
Рыцарь уже извлек пару бутылочек искристого Aedorne с замотанными проволокой
горлышками.
- Тут у меня кое-что вышло... Говорят, для торжественных случаев - самое оно!
- А что, есть повод?
Ровер на миг задумался, и нашелся.
- Ага, деда. Мне тридцать пять стукнуло.
- Малолетка. - добродушно усмехнулся бог, и убрал свой чертеж.
Когда откупорили и выпили первую бутылку искрящегося и пенистого вина, Хронос
кивнул. - Да, неплохо. Не просто для торжественных, а для радостных и хороших случаев.
Они долго беседовали, сидя под холодными и равнодушно моргающими звездами.
- Послушай, деда, ты неправ. Для чего же тогда вы создавали мир и воспитывали нас?
- Вы - наши дети. - Хронос довольно усмехнулся.
- Тогда объясни мне, дураку. - горячился рыцарь. - Вы что, хотели нас видеть
послушным и безропотным стадом? Рабами божьими, как проповедовали святоши из Царства
Света?
- Нет. - решительно возразил бог времени. - Никто не желает детям своим участи и
судьбы раба.
- Тогда - отчего кое-кто из бессмертных начинает коситься на нас? По-моему, никто не
собирается скидывать вас отсюда, сверху. И я не провел через Пламя ни единого подлеца или
карьериста!
Хронос пожал плечами, глядя куда-то в бесконечность.
- Эти кое-кто страшатся вашей новой и стремительно растущей силы.
Сэр Ровер нахмурился, и горько бросил.
- Значит - вы все-таки хотели видеть нас безмозглыми и покорными овцами. Ладно, это
ваша ошибка. Только, деда, предупреди горячие головы, что я это предвидел и принял меры.
Начнут делать гадости - не успеют даже пожалеть об этом.
Бог времени посмотрел на блистающий и прекрасный Мост.
- Опять молнии в рукавах, ураганы в карманах... Не переживай, я не допущу мордобоя.
Как понимаю - уходишь? И - чего хочешь?
Рыцарь встал, поклонился, собираясь уходить, и заметил на прощанье.
- Разберись, что же хочешь ты сам, и на чьей ты стороне. Ведь может снова встать
вопрос об уничтожении этого мира. И прочисть мозги морским богам - моряки что-то
жалуются.
Глава 6
Лет эдак немного спустя
- Дядьку Ровер, а почему ты двери дома для хозяйки не откроешь? - спросила рыжая и
веснушчатая Вирея, сирота лет шестнадцати, которая сидела в тени яблони и, заплетая косу,
наблюдала, как дядька ловко распрягает коней из телеги.
Ровер, крепкий, быстрый и немного неразговорчивый воин, появился в их Осинках лет
восемь или девять тому. Деревня стоит на отшибе - поля со всех сторон окружены дремучими,
колдовскими лесами. Наверное, поэтому и не добрались сюда ни солдаты окрестных баронов,
ни сборщики податей. А те немногие, кому удавалось избегнуть диких, но словно
натравливаемых кем зверей, и уберечься от гнева друидов, присматривающих за здешними
лесами, - те либо остались в деревне, либо исчезли. Дело в том, что по какой-то прихоти
судьбы, чуть ли не каждая вторая женщина в Осинках рождалась с Даром повелевать
невидимыми силами. На сельской площади стояла их, чаровниц, школа, и каждая, от девчонки
до старухи Хальды, училась там или учила других. Так и вышло, что время словно
остановилось для оставшейся вольной деревни, а века, войны и потрясения проходили мимо
людей, где-то там, за бескрайними сумрачными лесами.
- Ну, - Ровер поправил выбившиеся из-под обруча с зеленой звездой волосы, и стал
разгружать мешки с зерном в амбар. Крепкое хозяйство поднял этот непонятный пришелец, ох
крепкое! Взял участок Чуня, который залил зенки и утоп в болоте, а теперь его дом и поля -
лучшие в Осинках. Вроде и не селянин, а как-то ловко у него все выходит. Вот и сейчас -
поставил мешок в сусек, и показался в дверях. Весь припорошенный мукой, одетый только в
штаны и сапоги. Да рукоять меча, с которым он никогда не расстается, торчит из-за плеча.
- Видишь ли, Вирея. - дядька Ровер, оказалось, уже разгрузил все мешки. - Придет в
дом хозяйка, да по заветам предков, все в доме ее. А ну как выгонит меня под дождь и снег?
- Что ты, дядьку! - возмутилась девчонка, взмахом руки загоняя пустую телегу под
навес. - Да кто ж такое удумает?
- А ведь это не супротив ваших обычаев. - тот огляделся на дворе и, присев на колоду
для рубки дров, закурил свою трубку. - Помнишь, как мне и осот на поля напускали, и
скотину травили? Не любят меня ваши чародейки, хоть я им на мозоль и не наступал.
Вирея задумалась, глядя, как полосатый котяра, прижавшись к доскам забора,
подкрадывается к воробьям, беспечно порхнувшим с крыши к дверям амбара. Оно, конешно, и
правда - чужак. Только, как сказала тетка Селя, поболе б таких пришлых. В том годе пятерых
лихих бандюг порубил, которые на дальних полях объявились. Как оказалось, были у них
талисманы заговоренные, вот Килия, старшая над чаровницами, и не могла их отвадить. Сам
дядька зелья пьет в меру, не озорует. И все равно, посматривали на него как-то искоса. Хотя,
когда надо было чем пособить, или совет держать, к нему первому шли.
- Одна ты, Вирейка, в гости захаживаешь.
Девушка улыбнулась, и выдала секрет.
- Так ты ж, дядьку, в дальних краях побывал. Когда говоришь, ужно так интересно! Так
дивно про диковины на белом свете кажешь - Укирько раз от радости рот раззявил, в кустах
подслушивая, и пчела в рот залетела.
Она хихикнула.
- Пришлось ему к нашим бежать, а то язык в губах не помещался. Но даже не заорал.
Дядька встал, потому как на улице Лушка и Укирько пригнали с пастбища череду. Во
двор, недовольно помукивая, забежали несколько коров.
- Зорька, не балуй. - буркнул он, раскрывая дверь в чисто убранный хлев.
"И когда только успевает?" - подумала Вирея, привычно отцепив с хвоста неугомонной
телки пышный репей. Вроде и не чаровник, а работа горит да спорится. Тетка Килия казала, что
у него на полях ни разу ни мокрой хляби, ни суховея не было. К чаровницам с поклоном да
подарками не ходит, помощи не просит. Может, потому? Однако ж ее привечает, хотя и других
вроде тоже - словом лихим ни разу не обидел.
Видимо, усиленная работа мысли отразилась на ее конопатом лице, потому как дядька
улыбнулся ей, выйдя из хлева, где уже накидал в ясли свежего сена.
- Не ломай голову, красна дивчина, сходи лучше погуляй. Вон, на Вербный Луг уже
парочки идут, поют. А парней пригожих у вас тут полно.
В самом деле, над рекой уже поднялись еле заметные седые полосы вечернего тумана, а
деревенская молодежь по двое, по четверо, уже потянулась на лужок в обрамлении старых верб,
где так хорошо играть или займаться чаровництвом.
- Да ну их, охальников! - отмахнулась Вирея. - Им бы только зацеловать до
памороков, да за пазуху рукой полезть. В голове одни песни да гуленые мысли. А Лель в мою
сторону и не глядит...
- Ух ты какая сурьезная вся. Польешь мне?
Молодая, но смышленая чаровница вытянула ладони, призвала облик Воды, и на спину
дядьки полилась свежая, холодная струя. Весело фыркая, он ловко обмылся и, выйдя из-под
чародейского водопадика, как-то по-собачьи отряхнулся. Вытерся полотенцем, скинул меч и
накинул темную, нарядную рубаху с серебряными пуговками. Надел сверху перевязь и, слегка
посерьезнев, проверил черный засапожный кинжал, на который ревниво косились и старшие
чаровницы, и сельский кузнец Микула.
- Собрался куда, дядьку? - подхватилась с завалинки Вирея.
- Да ваши из школы баяли, что в урочище под Кривой Горкой горгулья завелась. Пока
они там раскачаются еще... А зима на носу. Как пить дать, вывела эта пакость птенцов.
Расплодятся - совсем худо будет.
- Да что ж ты страсти такие на ночь-то говоришь?
- Да не говорю я. - Ровер открыл калитку. - Надо сходить глянуть.
Вирея подошла, и пренебрежительно глянула на меч за плечами дядьки.
- И ты с одной ентой железкой супротив горгульи пойдешь? Видать, правду люди
думают, что не простой рубака ты. Да и обруч на тебе не иначе, как чаровной.
- А я этого никогда и не отрицал. - серьезно сказал тот и, пропустив девушку вперед,
закрыл за собой калитку и накинул на верхний колышек петлю - чтоб ветром не хлопала.
- Уж не упился ль ты, дядьку, отвара вербены? Да горгулью ж, гадость таку, только
волшбой и можно взять! Железо не берет, будь ты хоть кто!
- Посмотрим. - они уже шли по деревенской улице, спускаясь к мосту. Впереди вовсю
подымался от воды туман, а за рекой, справа, уже вспыхнуло пламя костра на Вербном Лугу. -
Ну, солнышко рыженькое, пока. Завтра свидимся.
Вирея всплеснула руками.
- Да ты никак руки на себя решил наложить? На ночь глядя хто-зна куда идешь да
смерти лютой ищешь.
Дядька Ровер чуть нахмурился и остановился посреди моста.
- Послушай, Виреюшка. Я в ваши дела колдовские не лезу с советами...
Девушка ничуть не смутилась, а призадумалась.
- Ну да, не лезьте и вы ко мне. Так? И ведь послал вроде куда подальше, и обидеться не
на что. Пойти с тобой, что ли?
- Не сробеешь? - спросил дядька, глядя в черную воду с длинными извивающимися
водорослями. - Ну, пошли.
Когда через пару сотен шагов вышли на обрывистый край ущелья, за которым в почти
потемневшее небо вздымалась Кривая Горка, он сказал, не обращая внимания на круглые от
удивления глаза девушки. - Говорили мне, что в норах этих тварей иногда находят сокровища,
что они с людей собирают. После того, как слопают. Так что, если найдем чего, будет тебе на
приданое.
- Ой... да я ведь ничего с собой и не успела взять. - опомнилась Вирея. - Как же мне
ее пригощать-то?
- Что, сробела без амулетов да клубочков своих? А ты силой да смекалкой действуй.
И, не обращая на нее никакого более внимания, спрыгнул вниз.
- Ого-го! - раздался его крик из темноты. - Где ты, птица подлая? Выходи да встреть
погибель свою!
Девушка поспешила следом, не зная, чего боится больше - оставить этого дурного
Ровера на растерзание горгулье, или же остаться одной здесь, на краю обрыва... На бегу
облизывая ладонь, расцарапанную о заросли дикой малины, она почти уткнулась в широкую
спину дядьки. Хотя он ей был и не родственник, а все равно - старших в Осинках принято
было почитать.
- Где она? - шепотом спросила Вирея, чувствуя, как противно дрожат ноги, а со спины
вниз скатился мерзкий холодок. Когда, пошарив у подножья Кривой Горки, вышли на поляну,
стало чуть светлее. Рядом бесшумно выкатился из кустов Ровер.
- Ага! Вот она, пожаловала! - громко и бесшабашно заявил он.
Сверху упало что-то большое, багрово мерцающее, с крыльями. И обдало просто ужасной
вонью. Противно хихикая, горгулья бросилась к ним. Дядька врезал ей кулаком между глаз,
причем Вирея могла бы поклясться, что едва заметила его удар - так он быстро двинулся.
Пока тварючка - а она была размером с деревенского бугая - удивлялась неожиданному
сопротивлению, ее противник вытащил из-за плеч оружие и, держа его двумя руками, сделал
шаг вперед.
Блеск стремительно мелькнувшего матового клинка - и раздался тупой удар, словно
бревном о скалу. Меч отскочил, вырвав лишь несколько перьев. Правда, и горгулью унесло на
тот конец поляны. Выровнявшись в воздухе и хрипло каркая, она развернулась опять к ним.
- Ложись! - прогремел над ухом голос дядьки, и он подбил Вирею под колено. Над
головой тут же, опаляя затылок, пронеслась жаркая струя огня. А когда она высунула лицо из
кустика голубики, дядька уже сшиб горгулью на землю и, наступив ногой на бьющееся крыло,
размашисто рубил ей толстую уродливую шею. - Подсоби!
Девушка вскочила. Не соображая, что и как надо делать, зачем-то набросила на голову
демонической птицы чары молчания, которыми втихомолку затыкала рты самым рьяным
острословам и зубоскалам.
- Это дело! - довольно оскалился дядька, мерно и быстро орудуя мечом. - Теперь
огнем-то и не плюнет. Да придержи ей башку чем!
Вирея на миг в удивлении подняла брови, а затем, не соображая, как она это сделала,
движением рук вмяла в землю страшную зубастую пасть, которая вознамерилась было цапнуть
ее за ногу. Ровер сразу с удвоенной силой забил в одно и то же место. Наконец, жесткие и
твердые перья разлетелись, и жуткий полутораручник с хрустом перерубил шейные позвонки.
- Уф! - дядька утер пот, отдуваясь и наблюдая, как темно-багровое свечение нехотя
покидает тело горгульи. Затем наклонился, выдернул несколько перьев из конца крыла, и
протянул гадливо заткнувшей нос Вирее. - Чего столбом стоишь? На, перед вашими старшими
отчитаешься.
Девушка одной рукой взяла пучок твердых перьев, повертела в пальцах, и положила в
свою полотняную котомку для трав.
- Свет начаровать сможешь, дите?
Вирея на миг вспыхнула от возмущения и, как-то очень легко и быстро, сотворила шарик
света. Темнота отступила, но за пределами круга света стало совсем ничего не видно.
- Так что же это выходит, дядьку? Я и без чаровных талисманов могу?
Ровер осмотрелся, и указал рукой в сторону.
- Да почти все вы можете, только боитесь. Там ее логово, этой твари. Пошли, а то и
полночь скоро.
- Слухай, дядьку Ровер. - внезапно остановилась девушка. - А у этой... горгульи -
просто так птенцы завестись могут? Или петух нужен?
Дядька глянул на горбатый склон горы, по которому они немного поднялись, почесал
затылок.
- Хм, а верно говоришь! Ну ничего, еще одного порубим. Ты только, рыженькая, под
огонь больше не попадайся.
Обогнули бугристый валун, застрявший на склоне, и почти сразу в нос ударила струя вони
от разлагающейся кучи костей, а над ней обнаружилось довольно широкое пятно мрака - вход
в пещеру.
- Ишь как устроились, стервецы. - проворчал дядька, сделал знак - помолчи, мол, и
прислушался. Из пещеры донеслось тихое шипение и далекая возня.
Ровер с сомнением глянул на девушку.
- Огнем можешь толкнуть туда? Да не робея, от души. Там наших нету.
Вирея пожала плечами и подошла. Протянула руки в направлении уходящего вглубь горы
хода, сосредоточилась. Вызвала перед внутренним взором облик Огня. Зачерпнула как можно
больше и, чувствуя, как от напряжения заныло в висках, толкнула жар вперед. Гудящий шар
пламени метнулся по тоннелю, освещая зализанные, испачканные стены и свод.
Ровер стоял и незаметно наблюдал. Неплохо, девочка моя, неплохо. Тебя бы в
Университет отдать - цены б тебе не было... Ага! В глубине пещеры глухо ухнуло, завыло. И
тут же раздался разъяренный вопль обожженной гигантской птицы.
- Ну, сейчас вылезет. - он усадил шатающуюся от слабости Вирею на камень сбоку от
входа, и снова обнажил свой меч. Прислушался к приближающемуся пыхтенью, бросил клинок
обратно в ножны и надел странные металлические перчатки. Малость отдышавшаяся Вирея тут
же подозрительно прищурилась на них.
Как только голова "петуха", кашлявшего дымом, оказалась снаружи, девушке стало
как-то неуютно и страшно - настолько тот оказался большим. Однако дядька нимало не
смутился и с размаху врезал этому горгулю по темечку. Тот издал короткий возмущенный
вопль и, не успев взлететь, вывалился из пещеры прямо на груду костей у входа. Дядька
прыгнул сверху, и, не давая опомниться, замолотил своими бронированными кулаками опять
же по макушке. Руки его гулко и с хрустом несколько раз ударили, и здоровенный, жутко
вонючий птах малость притих. Ровер как-то диковинно ухватил того за шею, и из его рукавиц
вырвались бледно-зеленые извивающиеся то ли лучи, то ли волны. Впились, выпивая жизнь, в
башку птицы. Пару раз дернувшись, тварь сразу обмякла.
Вскочившая на ноги Вирея метнула в ужасную пасть шар воды с добавкой кое-каких
травок. Глотнув и мелко-мелко задрожав, горгуль дернулся последний раз, и его
тускло-огненное свечение погасло.
- Неплохо, - кивнул дядька, - Дурман и волчья красавка?
И стал выдирать перья из крыла.
- А ты не так прост, дядьку. Не просто воин. - Вирея устало улыбнулась.
- Да и ты тоже. - усмехнулся тот. - Только в деревне-то не болтай лишнего, ни к чему
это. А силу свою потихоньку проверяй да осваивайся с ней. Мало ли что...
Когда пучок больших, с локоть, жестких до хруста перьев оказался в котомке Виреи, они
полезли внутрь пещеры. Морщась от забившей нос липкой вони, девушка старалась двигать
свой шарик света впереди согнувшегося перед ней дядьки. Попав в более широкое и высокое
место подземелья, тот распрямился и шагнул в сторону, давая проход.
- Ага, - буркнул он, шевеля ногой обгорелые тушки. - Птенцам хватило. Любо-дорого
поглядеть, как ты их Малым Огненным заклятьем...
Вирея смахнула с лица волосы и огляделась. Ход закончился в большой, шагов
пятнадцать, подземной камере. Тут, казалось, и вовсе не было чем дышать от вони и гари.
- Чем-чем?
Дядька, вороша что-то в дальнем конце, с неохотой ответил. - Так по науке называется
то, чем ты их поджарила.
- По науке? Выходит, на свете и другие школы чаровниц есть? И ты, дядьку, учился там,
а теперь силу свою скрываешь? Натворил чегой-то и убег?
- Головастая... О, нашел! Иди-ка, глянь.
Обогнув черно-пепельную кучу, в которой угадывалась голова и лапы, девушка шагнула
поближе. Под неярким светом заблестела кучка золота и драгоценностей, изрядно посыпанная
сажей и мусором.
- Мамочки мои! - изумилась Вирея. - Да я в жисть столько не видала. Тут можно всю
деревню купить.
Ровер уже деловито пересыпал ценности в непонятно откуда взявшийся кожаный мешок,
отбрасывая в сторону камешки и обглоданные кости. - Да нет, таких, как ваша, на три-четыре
хватит. Так что будет тебе в чем на гульки пойти да покрасоваться.
- Нет. - со вздохом, но решительно отрезала девушка, осматривая какой-то браслет.
Потерла пальцами, полюбовалась, и тоже отправила в мешок. - Мы все ценное относим в
Школу. Чтоб, значит, на благо опчеству.
- Если по совести, девонька, тут половина моя. А я вашим теткам ничего не обещал. А
если мой подарок, от всей души сделанный, не примешь, обижусь смертно.
На это Вирея не нашлась, что ответить, и переправила в мешок несколько последних
монет.
Дядька поворошил остатки мусора.
- Вроде все? Пошли отсюда, рыженькая, а то меня уже с души воротит.
Снаружи, с наслаждением вдохнув показавшегося неимоверно чистым и свежим ночного
воздуха, они спустились со склона горы, кое-где поросшей кривыми, сейчас черными соснами.
Дядьк
...Закладка в соц.сетях
