Жанр: Фантастика
сказания трех миров 5. Геомант
...очтение - это то, чего тебе всегда недоставало, мальчик. Так же, как и твоему
несчастному отцу. Ну хорошо, задавай свой вопрос.
- Юлия, - попросил Ниш, - возьми, пожалуйста, кристалл в руки.
Она повернула в его сторону закрытое маской лицо и дотронулась до хедрона одним
пальцем.
- Нет, возьми его, Юлия.
Она негромко вскрикнула, то ли от ужаса, то ли от боли. Наместник ласково
похлопал ее по руке, и Юлия выполнила просьбу Ниша.
- Посмотри внимательно на того человека, который стоит к тебе спиной. Ты
узнаешь его?
- Нет, - ответила Юлия.
- Все это чепуха, - раздался чей-то голос. - Я и так знаю, кто платит деньги. -
Грист поднялся со своего места. - В отличие от остальных, я выполняю свою работу.
- Вы хотите сказать, что я не выполняю свою работу? - вкрадчиво спросил Флудд.
Грист вспыхнул:
- Нет-нет, что вы, лар, прошу меня простить. Но этот человек уже заперт в
темнице, лар.
- О! - удивился наместник. - И кто же это?
- Тот самый, кто вечно слоняется без дела и сует свой любопытный нос в дела,
которые его совершенно не касаются. Это Мосс, лар. Эйрин Мосс.
- Этот дурачок! - со смехом воскликнул Флудд.
- Он вовсе не дурачок, лар. Это очень хитрый шпион, который так долго дурачил
всех нас.
- Даже меня? - угрожающе спросил наместник.
- Боюсь, что так, лар.
Ксервиш Флудд махнул рукой страже:
- Приведите сюда Мосса, да не спускайте с него глаз! Не давайте ему по пути
подсмотреть какие-нибудь секреты! - Он весело расхохотался над собственной шуткой.
Смеющийся наместник до ужаса напоминал веселящийся труп. Но Ниш всерьез
задумался, не выдает ли Мосс себя за кого-то другого? Наместник не настаивал на
продолжении расспросов Юлии, и некоторое время в комнате было тихо. Но вот с
топотом вернулись запыхавшиеся стражники.
- Лар, лар, заключенный сбежал! - крикнул один из них.
- Как это могло случиться?
- Замок в двери выжжен дотла. Это колдовство! Казалось, Флудда это ничуть не
удивило.
- Что я вам говорил, лар? - произнес Грист. - Это доказывает его вину.
- Да, это явно что-то доказывает, Грист, вот только я не знаю, что именно.
Флудд повернулся к Нишу:
- Продолжай свои вопросы, механик. Уверенность Ниша несколько поколебалась,
но он продолжил:
- Юлия, у этого человека в кристалле есть талант к Тайному Искусству?
- Очень маленький, - тихо кивнула она. - Крошечный.
- Тогда ты сможешь разыскать его на своей модели. Юлия неуверенно пожала
плечами.
- Пожалуйста, Юлия. Там должен быть узелок, соответствующий способностям
этого человека.
Иризис, вне себя от волнения, вскочила на ноги. Наместник тоже поднялся. Юлия
едва заметно кивнула:
- Он там есть.
Среди собравшихся пробежал тревожный шепоток. Один за другим люди в волнении
поднимались со своих мест.
- Это Мосс! - закричал Грист. - В погоню, пока не поздно!
- Тихо! - Наместник поднял руку. - Первый, кто нарушит тишину, сегодня же
отправится на фронт.
- Юлия, этот человек находится в комнате? - продолжал Ниш.
- Да, - прошептала чувствительница.
- Ты можешь его показать?
Она показала на середину. Толпа медленно раздалась на две стороны, и в центре
остался только один человек.
- Да как ты смеешь, лживая сучка! - заревел надзиратель Грист и бросился вперед.
Его схватили и крепко держали за руки и одежду.
- Солдаты, обыщите комнату надзирателя! Летописцы, отправляйтесь с ними.
Юлия, ты тоже пойдешь и посмотришь, чтобы ничего не укрылось в тайниках. Быстро!
Воцарилась напряженная тишина. Надзиратель Грист словно обратился в статую.
Ясно различимый пряный запах ниги заполнил все пространство. Ниш не осмеливался
надеяться. Наконец в коридоре раздался топот множества ног, и в зал вернулись солдаты и
летописцы. Спустя некоторое время неслышно подошла Юлия.
- Ну? - выжидающе поднял брови Флудд.
- Мы ничего не нашли, - ответил первый солдат.
- Вы подтверждаете это? - обратился наместник к писцам. - Обыск был
тщательным?
- Все было так, как они говорят...
- Проклятие! - взревел Грист. - Я потребую компенсацию за урон, причиненный
моей репутации.
- Конечно, - сказал наместник. - Как только докажешь свою невиновность.
- Но солдаты ничего не нашли! - огрызнулся Грист.
- А чувствительница? Она принимала участие в обыске?
- Да, лар, - в один голос ответили оба летописца.
- Юлия, подойди сюда, - позвал Флудд. - Ты тоже ничего не нашла?
- Только это.
Чувствительница вынула из-под одежды потрепанный кожаный кошель.
- Это было спрятано под полом и запечатано чарами, - пояснил один из
летописцев.
Наместник перевернул кошель и высыпал на пол его содержимое. Целая пригоршня
звенящих слитков платины. Глаза наместника встретились с глазами Гриста, и на лице
Флудда вспыхнуло такое сильное презрение, что у Ниша по коже поползли мурашки.
- А я-то гадал, как ты удовлетворяешь свою привычку к ниге на жалованье
надзирателя!
Грист ничего не ответил, но его глаза беспокойно забегали.
- Ты неудачник, Грист. Ты был плохим надзирателем, никудышным сержантом, а
потом снова паршивым надзирателем.
- Все против меня, лар. Люди всегда пытались меня унизить.
- И во всем этом виноват кто-то другой?
- Да, да, конечно!
- Что ты еще можешь сказать в свое оправдание, Грист?
- Чувствительница лжет, лар. Они все лгут. Они никогда меня не любили.
- Мне ты тоже никогда не нравился. Но ведь это не единственная твоя вина, не
правда ли? Это ты испортил кристаллы Тианы. Ты отравил ее каллуной. Ты убил
аптекаря, чтобы заткнуть ему рот.
Грист молчал.
- Предатель Грист, ты будешь казнен завтра на рассвете способом, который
соответствует твоему ремеслу и занимаемой должности. Помощник, какой это будет
способ казни?
Женщина что-то прошептала ему на ухо.
- Очень подходяще, - сказал наместник с дьявольской усмешкой. - Тебя сбросят
в камнедробилку. Уведите его!
Солдаты уволокли кричащего и ругающегося Триста из комнаты.
- Мастер Иризис, - продолжал Флудд. - Все недоказанные обвинения сняты.
Наказание за доказанные провинности откладывается на год. В случае надлежащего
исполнения обязанностей мастера на производстве наказание может быть отменено.
Судебное разбирательство на этом закончено.
Ниш поднялся со своего места.
- А как же быть с Моссом, лар? Нельзя позволить...
- Мосс был моим осведомителем на заводе последние семь лет, - негромко
ответил наместник. - И, надо признать, очень хорошим осведомителем. Никто ни разу
его не заподозрил. Ты мог бы у него многому научиться, мальчик. Но в этих краях он
больше никогда не появится.
ГЛАВА 52
После шести недель каторжного труда напряжение ослабло. Люди были настолько
измотаны, что участились ошибки и увеличилось количество несчастных случаев. Теперь
они работали по шесть полных дней в неделю, а на седьмой - получали полдня отдыха.
Во второй из этих урезанных выходных, когда Ниш сидел в затемненной комнатке
чувствитель-ницы, Юлия внезапно подпрыгнула. Как обычно, на ней не было другой
одежды, кроме штанишек и майки из паутинного шелка, сквозь который заманчиво
просвечивала гладкая кожа.
- Я ВИЖУ ее!
- Юлия! - Ниш бросился к девушке с распростертыми объятиями, но она
оттолкнула его. - Извини! - Ниш позабыл, какая чувствительная у нее кожа. - Я так
обрадовался!
- Твоя одежда словно железными крючьями впивается в тело. Я тебя не ударила? Я
так старалась ее увидеть, Ниш!
Юлия теперь стала чувствовать себя намного лучше. Она редко надевала маску,
предпочитая защитные очки. Один или два раза она выходила из помещения без
наушников и ушных затычек. Такой риск был для чувствительницы серьезным
испытанием, но она выдержала. Ее мозг мог справиться с перегрузкой одного органа
чувств, если все остальные были надежно защищены. Если уши были закрыты, дневной
свет Юлию уже не раздражал так сильно, как прежде. Только обоняние оставалось все
таким же сверхчувствительным. Может быть, даже чуточку больше, словно компенсируя
остальные органы. Тончайшая струйка какого-то запаха, не ощутимого для нормальных
людей, могла надолго вывести ее из себя. За пределами своей комнаты Юлия всегда
ходила с затычками в ноздрях.
Ниш не раз гадал, что именно помогло Юлии приспособиться к резким переменам в
ее жизни. Может, из-за его дружеского участия и покровительства Иризис? За последние
месяцы девушка получила столько ласки и заботы, сколько не было во всей ее
предыдущей жизни. Она поняла, что далеко не каждый человек готов распорядиться ею
как вещью. Но уж Ниш точно хотел ее использовать, и в душе сам это признавал. Он ясно
осознавал свои чувства. Ниш каждую ночь мечтал об обладании ее миниатюрным
женственным телом, жаждал прикоснуться к мягким и почти невесомым волосам, к
нежной, словно младенческой, коже, ласкать ее маленькие груди и пышные бедра. Больше
всего на свете он хотел проникнуть в ее лоно, услышать крик наслаждения и ощутить ее
тугую плоть.
- Я вижу ее, - повторила Юлия, вырывая Ниша из сладких грез.
- Где она находится? Чувствительница указала на юго-запад.
- Ты уверена?
Юлия продолжала указывать в том же направлении.
- Как далеко отсюда?
- Не знаю. Далеко.
- Когда ты ее в первый раз увидела?
- Среди ночи. Ее не было несколько месяцев, а прошлой ночью она появилась,
словно цветок раскрыл свои лепестки. Кристалл светил так ярко, что все остальные рядом
с ним померкли. И еще я видела горы и озера.
Это уточнение мало чем могло помочь. На юго-западе горы и озера простирались на
сотни лиг.
- Пойду-ка я лучше поищу наместника.
Флудд дважды за последний месяц был на заводе, а сегодня как раз собирался
уезжать. Юлия настороженно отступила к самой стене.
- Твоего друга Ксервиша, - пояснил Ниш.
Юлия расслабилась и неуверенно улыбнулась. После недолгих поисков Ниш
отыскал маленького человечка у главных ворот.
- Что такое? - нетерпеливо спросил его Флудд. - Докладывай покороче, механик.
Погода портится, а к ночи я должен быть в Тикси. Еще один силовой узел иссяк, и никто
не знает почему.
- Чувствительница видит Тиану. Наместник глубоко вздохнул:
- В каком направлении?
Любой другой на его месте задал бы вопрос: "Где? "
- На юго-западе. Далеко отсюда.
Наместник кивнул, нацарапал что-то на клочке бумаги и отдал записку капитану
своей охраны. Тот отдал честь и торопливо удалился. Ксервиш направился к зданию
завода. Его походка была какой-то вихляющейся и странной, словно большинство костей
находились не на своих местах.
- Пойдем посмотрим, что мы можем из этого узнать. И никому ни слова!
Юлия радостно приветствовала наместника, но, несмотря на все старания и уговоры,
не сообщила ничего нового. В конце концов она расстроилась и замкнулась в себе, и Ниш
с Флуддом оставили ее в покое.
- Как бы мне хотелось иметь в своем распоряжении один из дальнеговорителей
прошлых лет, - разочарованно заметил Флудд.
- А что это такое? - спросил Ниш, никогда не слышавший такого названия.
- С их помощью можно было разговаривать с человеком, находящимся на
противоположном конце Лауралина. Безумный Голиас изобрел этот прибор около трех
тысяч лет тому назад. Он использовал какие-то особые кристаллы и провода, которыми
соединял их.
- И что с ним стало?
- Его предательски убили в надежде завладеть секретом, но вскоре кристаллы
погасли, и уже никто не смог восстановить работу прибора или понять его устройство.
Голиас был одним из самых могущественных мансеров и, без сомнения, управлял
прибором при помощи какого-то заклинания. Но и заклинание, и секрет устройства
умерли вместе с ним. Если бы мы обладали таким приспособлением...
- Я не понимаю, как это нам помогло бы, - сказал Ниш.
- А еще механик!
Ксервиш свернул к столовой, и Ниш последовал за ним. Наместник положил себе на
тарелку печеные овощи, пшенную кашу и маленький кусочек отварной рыбы, потом залил
все острым красным соусом и пошел к столу. Ниш недавно пообедал, так что он выбрал
чай из розовых лепестков и засахаренные сливы.
- Если бы вы объяснили, лар, - попросил он, стоя рядом с наместником с чашками
в руках.
- Садись, парень.
Ксервиш ел быстро, пользуясь старомодными палочками вместо ножа и вилки. Его
манера поведения за столом несколько удивила Ниша, но он не подал вида. Еще будучи
помощником купца, он убедился, что некоторые вещи, недопустимые в одних странах,
могут быть вполне приемлемыми в других. Кроме того, Флудд принадлежал к другому
поколению, да еще мог изменить судьбу Ниша одним движением руки. И все же Ниш
чувствовал, что перед ним человек более гибкий, чем его отец, он всегда был готов
выслушать чужое мнение.
Ксервиш окунул палец в воду, собравшуюся на краю плохо вытертой тарелки.
Несколько зернышек пшена прилипли к его узловатому пальцу. На поверхности стола он
начертил извилистую линию, обозначавшую побережье и обширную дугу Великих Гор,
потом вытянутыми овалами обозначил внутренние моря Таллаламель и Милмиламель.
Между ними подразумевалось огромное пространство, покрытое лесами и озерами.
- Мы находимся вот здесь. - Наместник поставил палец у восточного края горной
гряды. - Чувствительница указала на юго-запад, и это место может находиться в любой
точке на прямой линии. А если бы... если бы у нас был дальнеговоритель и мы могли бы
слышать другую чувствительницу... скажем, где-то в Драу, и она могла бы обнаружить
Тиану, скажем, на северо-востоке... - Наместник начертил другую линию, пересекшуюся
с первой. - Мы без труда определили бы это место.
Ниш был поражен. Идея была совершенно очевидной, но он никогда не додумался
бы до этого сам. Его уважение к наместнику заметно возросло. Ксервиш одним взмахом
смахнул карту со стола.
- Но, увы, у нас нет дальнеговорителей, а даже если бы и были, то как бы мы
смогли объяснить еще одной чувствительнице, кого она должна искать среди миллионов
людей? Боюсь, это совершенно невозможно!
Флудд поднялся из-за стола.
- А если перенести чувствительницу в другое место, мы могли бы осуществить эту
идею?
Наместник снова сел.
- Отличная мысль, мальчик, но как это сделать? Она должна за короткое время
преодолеть громадное расстояние. Линии ее взгляда должны пересекаться под достаточно
большим углом, иначе ничего не получится. А мы еще не можем путешествовать с такой
скоростью, особенно зимой.
- Может, на корабле? - взволнованно спросил Ниш. - За неделю при
благоприятной погоде можно преодолеть сотню лиг вдоль побережья.
- Но тогда мы еще больше удалимся от Тианы. А когда вернемся, она может
переместиться на другое место. И в любом случае путь до ее укрытия займет долгие
месяцы.
Ниш обхватил голову руками. Должен же быть какой-то выход.
- Если бы мы могли летать, как тот лиринкс, который ее унес.
- Наши мансеры бьются над этим уже четыре тысячелетия, - сказал наместник. -
И никакого намека на успех.
- Но лиринксы...
- У них есть крылья, мальчик! - проворчал Ксервиш. - И даже они не могут
удержаться в воздухе без Тайного Искусства. Их крылья были приспособлены к условиям
Бездны. Попытки летать на Сантенаре погубили больше ли-ринксов, чем все наши армии,
вместе взятые.
- Да, Юлия несколько часов не могла разговаривать после того, как лиринкс улетел
вместе с Тианой, - задумчиво произнес Ниш.
- Юлии еще повезло! Они способны вызвать такой поток энергии, что ее мозг мог
выгореть дотла.
- А нельзя изготовить летающий планер, вроде того, на котором улетела Тиана?
- С того самого дня, когда вы вернулись, я засадил за этот проект лучших
механиков, - ответил Ксервиш Флудд. - Они сделали проект планера, лишь ненамного
превосходящего воздушных змеев, которых запускают дети. Мы изготовили один образец,
но он может поднять в воздух только одного человека не крупнее тебя. Мы могли бы
запустить планер со скалы, и в лучшем случае он пролетит пять лиг, пусть даже десять.
Но что будет, когда он приземлится где-то в неизвестном месте? Пилот наверняка
погибнет, поскольку его невозможно отыскать. Кроме того, полет слишком зависит от
направления и силы ветра. Нет, Ниш, над этой идеей придется еще немало потрудиться.
- А может, установить на нем особый контроллер, вроде тех, что используются в
кланкерах?
- Об этом мы тоже думали. Но кланкер опирается ногами о землю. А как заставить
машину подняться в воздух?
- А весла?
- Тоже пробовали. Слишком тяжелая конструкция. Хорошая идея, механик, но нам
не по силам ее осуществить.
Остаток дня Ниш провалялся в кровати, пытаясь найти выход. В Сказаниях
упоминалась только одна летающая машина - знаменитая конструкция карона Рулька,
которую он изобрел во время своего заточения в Ночной Стране. Но две сотни лет назад
конструкцией воспользовалась Магрета, что-544 бы перевезти тело Рулька к его народу, и
после этого машина была разрушена. Ни один мансер не видел ее вблизи, а Рульк не
оставил после себя никаких записей. Еще один секрет, унесенный в могилу своим
автором.
Как же могут летать люди, если нет ни крыльев, ни достаточно мощных планеров,
ни конструкции Рулька? Ниш ломал голову весь вечер, но так ничего и не придумал,
поэтому решил лечь спать пораньше.
В середине ночи Ниш проснулся с готовым решением проблемы в голове. Он
вспомнил детскую игру, которой они забавлялись вместе с братьями и сестрой. Из
обрезков бумаги при помощи клейстера они мастерили небольшие шары, держали их над
огнем, а потом отпускали и спорили, чей шар пролетит через трубу и приземлится дальше
всех.
Ниш был самым младшим и никогда не выигрывал, но зато продолжал мастерить
шары даже после того, как остальные дети утратили к ним всякий интерес. Примитивные
баллоны обычно переворачивались и чаще падали в огонь, чем поднимались над трубой.
Тогда Ниш додумался прицепить на ниточке груз под отверстием в шаре. Первый же
усовершенствованный летающий шар взмыл над трубой и приземлился только на
соседней улице. После такого успеха и Ниш потерял интерес к этой игрушке. Теперь он о
ней вспомнил. Вскочив с кровати, он принялся за эскизы и через некоторое время уже
стучал в спальню наместника.
Дверь открылась после длительного бормотанья и проклятий на его голову. В свете
горящей свечи наместник предстал перед Нишем совершенно обнаженным. Его обычно
скрытое под одеждой тело выглядело не лучше, чем искалеченные пальцы.
Многочисленные белые шрамы пересекали торс наместника, а из-за ужасающей худобы
можно было увидеть каждую косточку его скелета. Каким же пыткам его подвергли?
- Что тебе надо, черт побери?
- Я нашел решение, лар! Баллон с горячим воздухом.
Ниш протянул свои наброски. Ксервиш небрежно схватил листки. Целую минуту он
изучал эскизы, потом отступил на шаг и со словами "Чертов идиот! " захлопнул дверь
перед самым носом механика.
Ниш растерянно пожал плечами. Полночь миновала совсем недавно, так что можно
отправляться досыпать. Он сделал все, что мог.
В надежде отыскать лагерь Тиана решила довериться своему инстинкту. Инстинкт ее
обманул. Вскоре она остановилась на краю рощицы, оценила свои возможности. Без огня
они с Хаани замерзнут насмерть. Но кремень и трут остались у костра, огонь развести
невозможно.
Удерживая на руках девочку, она неуклюже подняла амп-лимет и задумалась. Та
полянка и следы, ведущие к лагерю, могли быть на расстоянии полета снежка, но с какой
стороны? На дерево забираться она не решилась из опасений, что девочка снова убежит.
Хаани застонала и вздрогнула. Тиана опустила ее в снег, сняла с себя куртку и
закутала девочку. Ее ноги просунула в рукава и завязала снизу. Потом сделала нечто
вроде люльки из висевшего на поясе шнура и привязала спеленатую Хаани к спине.
Теперь руки освободились. Тиана прислонилась к дереву и попыталась извлечь энергию
при помощи амплимета. Но он не подавал признаков жизни. В этой местности не было
силовых узлов. Тиана ощущала скрытую в глубине земной коры энергию, но только как
смутное свечение, которое не могла использовать. На таком морозе ее мысли текли
гораздо медленнее. Даже при помощи шлема и сферы у костра не было никакой надежды
настроить амп-лимет.
Тиана закрыла глаза и ощутила некоторое тепло, сохранившееся между ней и
девочкой. Но его было слишком мало. Хаани уже стучала зубами от холода. Если бы у нее
в руках был шлем! Тиана мысленно видела его перед собой. Эта способность была одной
из причин ее успехов, пока она была ремесленником. Тиана могла со всех сторон
рассматривать различные предметы при помощи только внутреннего зрения. Если она
рассматривала работающий механизм, вроде часов, то могла заставить их отсчитывать
время и мгновенно находила неисправность.
При одном из поворотов шлема Тиана ощутила легкий толчок вправо. Она
повернулась в ту сторону, и ее потянуло вперед. Возможно ли, что амплимет
притягивается шлемом? Тиана мысленно развернула шлем, и в нем засветился хедрон. Как
только шлем повернулся в другую сторону, свечение пропало.
Может, хедрон и амплимет притягивают друг друга? Почему бы и нет? Оба
кристалла целую вечность провели рядом в глубине земли. Принцип Общности
утверждал, что связь должна сохраняться хотя бы некоторое время, несмотря на
удаленность предметов. Тиана снова мысленно развернула шлем и добилась наибольшего
свечения хедрона. И снова ощутила толчок. Она шагнула раз, другой, ощущение
притяжения не пропадало. "Отлично, - обрадовалась она. - Так кристаллы приведут к
лагерю".
Тиана шла уже довольно долго, примерно столько же времени заняли у нее поиски
убежавшей Хаани. Но тут девочка вздрогнула и громко вскрикнула. Видение пропало.
Успокоив Хаани, она больше не смогла сосредоточиться на шлеме. Тогда отправилась в
том же направлении, надеясь вскоре выйти к костру. Тщетная надежда! При сильном
снегопаде в лесу она могла пройти в пятидесяти шагах от костра и не увидеть его.
В довершение ко всему разболелась раненая нога. К утру, если она доживет, рана
может доставить массу неприятностей. Тиана продолжала идти, но надежда таяла с
каждым шагом. Хаани не могла убежать так далеко. Не дальше тысячи шагов. Тиана снова
остановилась, гадая, долго ли еще продержится, но вдруг уловила слабый запах дыма. Она
повернулась по ветру и подняла лицо, принюхиваясь, как собака-ищейка. Иногда запах
исчезал, но потом становился все отчетливее. Оступаясь на каждом шагу от слабости, она
прошла еще несколько спанов и наконец увидела за деревьями свет костра. Последние
шаги Тиана пробежала. Она уложила Хаани поближе к огню и стянула с ее ног рукава
куртки. К счастью, на холодных ступнях девочки не было белых пятен обморожения. Ее
собственные ступни были в гораздо худшем состоянии, несмотря на толстые носки. Тиана
протянула ноги к огню, налила две кружки похлебки и протянула одну Хаани. Из глубины
куртки показалась рука, девочка взяла кружку и принялась есть. Она не поднимала глаз на
Тиану, то ли от стыда, то ли еще злилась на нее. Неважно. Теперь Хаани в безопасности, а
остальное не имеет значения.
Вскоре девочка начала клевать носом. Тиана уложила ее в спальный мешок и сама
устроилась рядом. Поначалу тельце Хаани напряглось, но вскоре она уснула и, к радости
Тианы, крепко прижалась к ней. В эту ночь Тиана видела самые ужасные сны в своей
жизни. Воспоминания о лиринк-сах, о битве с нилатлом, о поисках девочки и погибающем
Минисе сплелись в один кошмар, к которому присоединялись крики Хаани, тоже
метавшейся во сне. В какой-то момент Хаани снова попыталась вскочить и выбежать из
палатки, но на этот раз Тиана удержала ее, и через несколько минут девочка снова
заснула.
Утром Хаани стало лучше, но она по-прежнему не разговаривала. Оставалось только
ждать, пока время несколько уменьшит ее боль. Рана на ноге Тианы выглядела хуже, чем
накануне, а мускулы одеревенели от усталости. Но пришлось быстренько позавтракать и
отправляться дальше. Они спустились на лед реки и шли весь день без спешки, но и без
остановок. Хаани явно не хватало нагрузки - она первой вскакивала с места и последней
садилась отдыхать. Тиане оставалось только догонять ее.
По дороге Тиана много размышляла над ночными событиями. Амплимет не мог
работать на таком удалении от Ка-лиссина, а другого силового узла поблизости не было.
Поэтому она и не смогла связаться с аркимами. Вполне возможно, Минис еще жив.
Прошел день, потом еще два. Катиться по гладкому льду, покрытому тонким слоем
снега, оказалось очень легко. Постепенно они набрали скорость и теперь, по подсчетам
Тианы, проходили за день не меньше семи лиг. Часто по берегам попадались деревни, но
они никогда не останавливались.
В середине седьмого дня пути деревни на берегах стали многолюднее. Вдоль берега
тянулись непрерывные огороды, иногда встречались занесенные снегом рыночные
площади. Вскоре после полудня Тиана и Хаани достигли окраин города. Стало очень
людно. Сотни ребятишек играли на льду реки, цепочки носильщиков переносили
огромные количества тюков, некоторые несли груз на спинах, некоторые - на головах.
Оборванные мальчишки-рассыльные сновали среди роскошно одетых мужчин и женщин,
гуляющих вдоль берега. Зимой река была основной артерией городской жизни по
сравнению с разбитыми и замерзшими дорогами.
Тиана с девочкой не останавливались вплоть до самого порта, который находился
почти в центре Гисмеля. После долгих расспросов Тиана отыскала несколько
расположенных по соседству судовых контор. Она зашла в первую попавшуюся и
спросила о возможности поездки на запад. Из-за конторки ей ответила высокая
блондинка.
- Вам повезло. До вчерашнего дня несколько недель подряд бушевала снежная
буря. А уже завтра в путь отправляется "Норвал". Этот корабль идет в Милмиламель
через Трисс до самой Флахи.
- Я плохо знаю эти места, - сказала Тиана.
Она незаметно посмотрела на висящую на стене карту, чтобы выбрать населенный
пункт, до которого заказывать билеты. Так далеко к югу война еще не дошла, так что вряд
ли существуют ограничения на поездки.
- Я хочу заказать два места до Флахи.
Этот город, как успела заметить Тиана, находился на северном берегу Милмиламеля,
примерно в двух сотнях лиг от Гисмеля.
- Отдельную каюту, подвесные койки в трюме или места на палубе? - спросила
блондинка.
- Это зависит от стоимости, - осто
...Закладка в соц.сетях
