Жанр: Фантастика
симфония веков 4. Реквием по солнцу
...вангардом. Но я был глуп.
Началась Сереннская война, а я и понятия не имел, что в мире существуют ф'доры, запертые в
Подземные Палаты много веков назад. Легенды о них забылись, или я не обращал на них должного
внимания. Меня вела храбрость глупца. Мне доводилось встречать представителей четырех
перворожденных рас. С сереннами и митлинами, детьми звезд и моря, меня связывала дружба. С
потомками драконов, такими как ты, Эши, порождениями земли, мне не раз приходилось скрещивать
клинки. И я хорошо знал кизов - многие из них были Кузенами, Братьями Ветра, рожденными стихией
воздуха. Не хватало только огня, о чем я мог бы и сам догадаться. Тсолтан был врагом моего короля, а
значит, и моим тоже, с самого начала войны, поэтому рано или поздно мы должны были его найти. А
когда нам это удалось, я отправился за ним один. Я нашел его возле Шпиля, его логова в старом мире. Я
знал, что он непременно должен будет явиться туда.
Маквит заметно оживился, его глаза продолжали смотреть на струи дождя, словно сквозь них он
видел прошлое.
- Его приспешники не имели для меня значения. Я напал на них с такой яростью, что Кирсдарк
начал дымиться, отнимая жизнь у этих жалких слуг демона, словно он стал лавиной или прибойной
волной. - Древний герой негромко рассмеялся. - Мне нравился свист опускающегося клинка, легкий
скрежет стали, перерубающей кости. Великолепное ощущение! Но борьба с самим демоном - совсем
другое дело. Сначала, естественно, он сражался. Тсолтан не знал, кто я такой, не понимал, что я - его
смерть. У него в руках была сила стихии огня, а впереди - вечность, но я обладал решающим
преимуществом: он не мог меня убить.
- Почему? - напрягся Акмед.
- По очень простой причине, - спокойно ответил Маквит. - Я нес его в своем теле.
Ветер швырнул в лицо Акмеда струю дождевой воды, и он судорожно закашлялся.
- Что вы сказали?
- Я принял его в себя, в свое тело, как это сделал Майкл. Я пригласил его к себе. - Лицо
Маквита потемнело. - А потом начал с ним бороться. Сумев отделить мрак, наполнявший мою
собственную душу, от того, что принес в нее демон, я постиг истину и смог уничтожить его дух. Мой
народ, мой меч, мое одиночество - я был тенью короля. Все это давало мне океан силы. И я утопил в
нем демона. Держал его огонь под водой моей жизни. В конце концов он начал умолять, льстить, но ему
пришлось сдаться. Тело я уничтожил раньше, поэтому, сломив сопротивление демона, я выкинул его
прочь из своей души, а его сущность развеял ветер - так ему пришел конец. Не осталось даже искры
черного огня, способного зажечь свечу и разогнать мрак Шпиля, где царила вечная тьма. Надеюсь, вы
не думаете, будто это время превратило меня в дряхлого старика? Боги, конечно нет! Мое нынешнее
жалкое состояние есть следствие суровых испытаний, выпавших мне в жизни, а время тут ни при чем.
Настоящая причина в том, что я никогда не мог остаться в стороне, видя чужую беду. Вот и сейчас я
мчусь вместе с вами на встречу с демоническим отрядом. И всю жизнь меня преследовали бесконечные
требования, с которыми ко мне обращались люди. - Он бросил мрачный взгляд на Эши. - Не говоря
уже о Гвиллиаме. Но я не жалею, что растратил себя, - продолжал он, понемногу успокаиваясь. -
Бессмертие - ужасная глупость. Все умирает, исчезает. Даже горы стареют и рассыпаются в прах,
острова уходят под воду. И если бы не ф'дрры, с их бесконечным стремлением к разрушению, появился
бы другой фанатик, который пленил бы солнце и обрушил его на землю. Это закон жизни: наступает
время, и она подходит к концу. Тот, кто не желает принять эту истину, еще хуже ф'доров с их
неутолимой жаждой всеобщего разрушения.
Акмед увидел, что Эши дрожит.
- В чем дело? - резко спросил он.
- Я не смогу, - прошептал король намерьенов. - Много лет назад меня коснулся ф'дор, пальцы
демона вошли в мою грудь и забрали кусочек моей души. Поэтому я знаю, что не в силах сражаться с
чудовищем таким способом.
- Я тоже, - сказал Акмед.
Маквит внимательно посмотрел на них обоих:
- Даже ради спасения жены? Ради друга?
Акмед и Эши молчали.
Вспышка молнии озарила море. Древний воин покачал головой:
- Мне очень жаль. Но я рассказал вам лишь об одном способе борьбы с демоном. Он для вас не
подходит, однако вы можете победить его иначе. Возможно, вы благородные люди и достойные
монархи. И ты, Эши, хороший муж, а ты - хороший друг. Но вы не Кузены. Ни один из вас не создан
для этого, в вас слишком сильно ощущение собственной личности. Ваша судьба - править людьми, а
Кузены никогда не были правителями. Мы братство, глядящее сквозь мрак и время, но одну вещь мы
принимаем слепо: мы созданы для того, чтобы служить.
- Я сделаю это, если не будет другого выхода, - твердо проговорил Эши, глядя в темноту. -
Если демон ускользнет от Акмеда во время ритуала Порабощения, я совершу невозможное, лишь бы он
не сумел спастись.
Маквит улыбнулся и погладил ножны Кирсдарка.
- Сомневаюсь, что это потребуется. - Его голос впервые прозвучал сильно и чисто. - У тебя
самое подходящее для этого оружие. Мы все зависим от баланса клинка, воды, воздуха, огня и земли.
Великие мечи позволяют изменить равновесие. Многие пытались выковать такие, но только очень
немногим это удалось. Как вы знаете, всего мечей, связанных со стихиями, было пять, каждый создали
умелые, любящие руки. Звездный Горн, выплавленный звездным светом, - дар сереннов, родившихся
в сумерки богов. Звезды обладают древним могуществом, но они слишком далеки от нас. Был еще
огненный меч, соединенный со звездным мечом, но он исчез, и никто ничего не знает о его судьбе.
Клинок, принадлежащий Майклу, повелевает ветром, но ветер скоротечен. Именно вода побеждает
темный огонь, если ее ведет истинная рука. Море - это та стихия, которая необходима каждому из нас.
Целостность земли можно нарушить, ветер потерять, огонь погасить. Лишь вода будет с нами до конца.
Кирсдарк - наш меч.
Акмед, до глубины души ненавидевший воду, тяжело вздохнул.
- Если сомневаетесь в силе воды, посмотрите на меня, - шутливо произнес Маквит. - Соль
прекрасно все сохраняет. Вы знаете, что в глубинах океана есть рыбы, которым по сто лет? Верьте в
свой меч, верьте в себя. И если вам покажется, что вы проигрываете, вспомните, что вечная жизнь
далеко не всегда является благословением.
Послышался раскат грома, будто само небо подтверждало его последние слова.
52
А ПОТОМ НАСТУПИЛО утро.
Серый, предвещающий беду дождь лил с затянутого тучами неба, ветер то завывал с новой силой,
то совершенно стихал, оставляя после себя вездесущий туман, который ужасно раздражал Акмеда.
Они следовали за Маквитом, доверившись его связи с врагом, возникшей еще в старом мире,
однако каждый следующий шаг в тумане, клубящемся над встревоженным морем, делал их уверенность
в успехе все более зыбкой.
Наконец древний герой остановился и привязал свою лошадь к одному из немногих оставшихся
деревьев. Эши с Акмедом последовали его примеру, отметив, что над лесом на востоке Гвинвуда все
еще поднимается черный дым.
- Он здесь, - спокойно сказал Маквит. - Внизу, рядом с морем.
Майкл стоял на самом конце мыса и с нетерпением смотрел вниз, на двух отобранных Фергусом
солдат, которые на веревках спускались вдоль крутой каменной стены.
- Что вы видите? - крикнул он, стараясь перекрыть шум сильного дождя.
Один из солдат заглянул в пропасть и покачал головой.
- Продолжайте спускаться! - прокричал Майкл. - Она там! Я знаю, что она внизу!
"Ты ничего не знаешь. Ты только надеешься, что она там".
Голос демона был полон отвращения. Майкл отвесил себе пощечину.
- Молчать! - визгливо завопил он. - Прекрати меня изводить!
"Ладно. Я предоставлю это женщине, если ты ее найдешь".
Краем взгляда сенешаль уловил внизу какое-то движение. Он повернулся и посмотрел на Фергуса:
управляющий торжествующе размахивал руками.
Майкл перевел взгляд в сторону каменной стены, возле которой, над волнами и черными
зазубренными рифами, раскачивались на веревках солдаты. Ветер принес их голоса:
- Здесь внизу пещера, милорд!
- Я знал! - выкрикнул сенешаль, возбужденно потирая ладони. - Продолжайте спускаться!
Он наблюдал за восходящими потоками воздуха, соленые брызги летели ему в лицо, но тут он
уловил необычный звук, какую-то вибрацию, задевшую его барабанные перепонки. Он отмахнулся от
нее, как от назойливой мухи, но неприятный звук становился все громче, все сильнее и вскоре стал
почти болезненным.
Майкл повернулся и посмотрел на восток, туда, где начинался мыс.
Из серой дымки возникли три человека, точнее, два и еще один, находившийся чуть в стороне. Он
замер немного левее, неясная фигура, окутанная туманом и сливающаяся с каплями дождя. Майкл и не
заметил бы его, если бы не меч с сияющим голубым клинком.
Меч со старой земли.
"Кирсдарк, - удивился Майкл. - А я-то думал, что он исчез вместе с Островом".
Голос демона, вечно звучащий у него в голове, внезапно смолк, и у сенешаля впервые за долгие
века появилось ощущение, будто он остался один в своем теле.
Одетый в черное высокий человек, стоявший справа, вдруг резко поднял вверх руку - казалось,
он хочет кого-то остановить.
Внутри собственного сознания Майкл ощутил взрыв - это запаниковал демон, он метался и
сыпал проклятиями на древнем языке своей расы.
"Дракианин", - с отвращением прорычал демон.
Майкл окинул быстрым взглядом человека, стоявшего между охотником на демонов и
обладателем Кирсдарка. Когда-то он был высоким, но теперь его плечи поникли, возраст и время брали
свое. Казалось, его сутулую фигуру может унести даже легкий бриз.
- У меня нет на это времени! - взвыл сенешаль. - Убирайтесь!
Акмед испытывал муки ритуала Порабощения, когда человек, к которому их привел Маквит,
начал махать на них руками:
- У меня нет на это времени! Убирайтесь!
Ирония происходящего настолько потрясла его, что он едва не прервал ритуал, пытаясь подавить
сухой смешок, вырвавшийся из его груди.
"Какое подходящее ему придумали имя, - подумал Акмед, очищая разум от посторонних
мыслей. - Зловонное Дыхание".
Он напряг поднятую левую руку, призывая все четыре ветра, чья сущность давала силу ритуалу
Порабощения.
"Биен", - беззвучно позвал Акмед. Северный ветер, самый сильный. Он открыл свою первую
гортань и пропел его имя; звук отразился в его груди и первом желудочке сердца. Акмед поднял
указательный палец, чувствительную кожу на кончике защипало, когда его коснулся порыв ветра.
"Джэн", - мысленно прошептал он. Южный ветер, самый стойкий. Дракианин призвал его на
помощь второй гортанью, использовав второй желудочек своего сердца, и ощутил, как закручивается
южный ветер вокруг его среднего пальца. Пульсации воздуха стали сильными и четкими, и он
продолжил ритуал, использовав третью и четвертую гортани и оставшиеся желудочки сердца.
"Льюк". Западный ветер, ветер справедливости.
"Зэс". Восточный ветер, ветер утра. Ветер смерти.
Подобно нитям паутины, потоки ветров повисли на пальцах Акмеда, ожидая его команды. Четыре
ноты слились в одну.
Человек, стоявший на конце мыса, с ужасом смотрел на дракианина, затем как будто сбросил
наваждение и обнажил меч.
Тайстериск вылетел из ножен, добавив свой голос к реву урагана. Он шипел и выл, словно шторм,
терзающий скалы.
Пальцы Акмеда сжались, грациозным движением он метнул сеть, сплетенную из четырех ветров,
опутывая ею демона, обитавшего в теле Майкла.
Он связал нити ветров, после чего намотал их на ладонь.
Эши, заметивший сигнал, вышел из тумана своего волшебного плаща.
- Где моя жена? - резко спросил он, и над морем раскатилось многоголосие дракона: сопрано и
альт, тенор и бас, - звук отражался от земли и падал в пропасть, возле которой они стояли.
Майкл улыбнулся и показал на юго-запад, где в море виднелась тень корабля.
- Обслуживает команду, - елейным тоном сообщил он, и его улыбка стала еще шире. - Они по
очереди развлекаются с ней. Не сомневаюсь, что пошел уже третий или даже четвертый круг. Я и сам
использовал ее семь раз. Как в прежние времена. И это будет повторяться снова и снова.
В груди Эши расцвела ярость, он сделал шаг вперед, но остановился, дожидаясь знака, что ритуал
Порабощения начался.
Акмед резко отвел руку назад, и все нити ветра натянулись.
Глаза Майкла округлились. Даже на таком расстоянии Эши заметил, что белки его глаз
подернулись серой пеленой.
Тело слегка дернулось в сторону Акмеда.
Песня дракианина, от которой все внутренности Майкла как будто скручивались в тугой узел,
стала громче.
Медленно приближаясь к краю пропасти, Акмед заметил, что Эши поудобнее перехватил рукоять
Кирсдарка.
Майкл застыл на месте, словно пораженный ударом молнии.
До сенешаля оставалось всего несколько шагов, и Акмед еще сильнее натянул нити ветров.
Рука Майкла с зажатым в нем Тайстериском дернулась назад.
Эши начал приближаться к нему, подняв Кирсдарк, по клинку которого струились сине-голубые
блики.
И в этот момент мощным ударом Майкл рассек воздух между собой и Акмедом, разрубив нити
ритуала Порабощения.
Майкл сделал угрожающий жест в сторону Акмеда, и тот почувствовал, как ему сдавило грудь,
оборвав его могучую песнь на полу ноте.
А в следующее мгновение мощный порыв ветра швырнул его далеко в море.
ЭШИ НЕВОЛЬНО отступил на шаг, когда король болгов упал с утеса. Он подбежал к самому
краю и направил свой меч в сторону беснующегося прибоя. Используя собственную связь с морской
стихией, он приказал волне подхватить дракианина и унести его в сторону от острых рифов. При этом
Эши прекрасно знал, что, спасая Акмеда от опасности разбиться о скалы, он подвергает его опасности
утонуть.
Майкл закинул голову и расхохотался. Ветер подхватил его голос, - торжествующее ликование
человека, хриплое хихиканье демона.
- Ты пошутил, да? - поинтересовался он у Эши, который с отчаянием вглядывался в серые
волны, пытаясь обнаружить Акмеда. - Ты думал, что сумеешь удержать меня при помощи ритуала
Порабощения? Я повелеваю ветрами, глупец. Я и есть ветер, Огненный Ветер, Ветер Смерти.
Его голос внезапно охрип, присутствие демона стало более отчетливым, вокруг голубых глаз
появились красные ободки.
- Я пожру твою душу, - прошипел он, делая шаг к Эши. Теперь клинок Тайстериска стал
видимым - внутри него горел черный огонь. - Но я не стану убивать тебя сразу. Сегодня ты взойдешь
со мной на корабль. Прежде чем позволить моей команде надругаться над тобой, я сделаю тебе подарок.
Ты сможешь посмотреть, как я буду насиловать твою прелестную жену, которая теперь принадлежит
мне.
Эши лишь крепче сжал рукоять меча, его дыхание участилось.
И тут он услышал звенящий голос Маквита, исходящий, казалось, прямо из его ладони,
сжимавший Кирсдарк:
"Иди. Спасай его".
Эши обернулся. Древний герой стоял, расправив плечи, его тело на глазах набирало силу, словно
он держал в руках водяной меч.
"Предоставь его мне". Голос звучал в сознании Эши, будто он проникал через рукоять Кирсдарка
в его ладонь, а затем, через сердце, в мозг.
В словах Маквита была заключена сила и уверенность, то был приказ Кузена, его предка.
И кирсдаркенвара, владельца Кирсдарка.
"Раз уж нам суждено было встретиться, я хочу, чтобы вы запомнили обо мне одно, но самое
главное: я всегда доводил до конца начатое дело".
Эши повернулся к Маквиту и протянул ему меч.
Старик покачал головой. Эши в последний раз услышал его голос:
"Он может повелевать ветрами, но я - меч".
И Эши вспомнил слова старого воина, произнесенные им в темноте, когда они прятались от дождя
в развалинах.
"Море - это та стихия, которая необходима каждому из нас. Целостность земли можно нарушить,
ветер потерять, огонь погасить. Лишь вода будет с нами до конца.
Наш меч - Кирсдарк".
Эши крепко сжал рукоять меча. Неистовые волны силы прошли через его руку, полностью
изменяя его тело, - он превратился в водяную пыль. Эши успел кивнуть своему предку, а затем,
оттолкнувшись, прыгнул вслед за Акмедом в бушующее море.
Рапсодия держалась на поверхности прибойной волны, упираясь спиной в стену и вцепившись
руками в маленький плотик из вулканической породы, когда вдруг услышала голоса:
- Здесь внизу пещера, милорд!
"О боги, нет, - подумала она. - Он меня нашел".
Она еще крепче вцепилась в плот и медленно, дюйм за дюймом, приблизилась к выходу из
пещеры, пытаясь хоть что-нибудь рассмотреть поверх бурлящей воды. Было время отлива; если она
продвинется еще дальше, они ее увидят, но если она останется...
У нее не было выбора.
"Пойдем, дитя мое. - С этой мыслью она сделала глубокий вдох и ухватилась за внешний край
пещеры. - Время пришло".
Она с силой направила вперед плот, нырнула под волну и мощно оттолкнулась от стены ногами.
Течение тут же подхватило ее и потащило вниз, затягивая в бурлящий водоворот. Грудь сдавило,
она невольно выдохнула воздух и теперь мучительно боролась с желанием сделать вдох, больно
ударяясь телом о неровное дно.
Рапсодия продолжала цепляться за плот, но течение было таким сильным, что его затягивало на
глубину вместе с ней.
Ее тащило все дальше к морю. Она смутно ощутила, как с утеса падает тело и какие-то люди висят
на веревках, но потом все исчезло, кроме рева обезумевших волн.
Сенешаль с улыбкой смотрел, как второй человек, пытавшийся ему угрожать, спрыгнул с утеса
вслед за первым.
Он повернулся к последней фигуре, чтобы разглядеть третьего врага, последнего противника,
которого способна оказалась выставить против него эта земля, и с удивлением отметил, что человек
этот стал выше и шире в плечах, однако так и остался стариком в нелепых лохмотьях и теперь
приближался к нему, улыбаясь всем своим морщинистым лицом. С низким поклоном Майкл
посторонился, освобождая край утеса.
- Поверьте, я не стану вас задерживать, - ухмыльнулся он. - Вы можете прыгнуть вслед за
ними.
- Иди ко мне, - позвал старик.
Майкл нахмурил лоб.
- Прошу прощения? - Он был скорее удивлен, чем рассержен. - Должно быть, ты спятил,
старик. Ты явно не понимаешь, где находишься, и не представляешь, с кем говоришь.
- Нет, я знаю, - качнул головой старик. - Однако я говорю не с тобой.
Сенешаль закатил глаза, начиная сердиться, но уже в следующее мгновение до него дошел смысл
слов старика. Тот говорил на гортанном языке ф'доров.
- Кто ты? - прорычал Майкл, угрожающе поднимая Тайстериск.
- Я тот, кто гораздо восприимчивее тебя, Майкл, - ответил старик, подходя ближе. - Я прожил
больше тебя и не пользовался мечом вместо костыля, да и помощью демонического гостя тоже. Моя
стихия, вода, старше твоей - ветра, она предшествует ей в череде даров Создателя. Я сильнее и
достойнее и во всех отношениях лучший выбор, чем ты. Я бы давно покончил с тобой, если бы ты не
оказался таким жалким трусом. Жизнь покинула бы твое бесполезное тело, которое похоронили бы в
куче навоза. И ты сгнил бы там, принеся хоть какую-то пользу. - Он подошел вплотную к сенешалю.
- Я черный лев. Тот, кто стоит в тени короля. Защитник королевы. Тебе много лет удавалось избегнуть
встречи со мной. Теперь я тебя нашел. Но мне нужен не ты.
Сенешаль задрожал от ярости и страха, но его рука продолжала сжимать меч.
- Маквит, - прошептал он, - ты должен был умереть вместе с Островом.
- А тебе следовало умереть еще раньше. Впрочем, не имеет значения, что должно было
произойти. Важно лишь то, что будет сейчас. - Маквит сделал приглашающий жест рукой и вновь
заговорил на темном и древнем языке: - Иди ко мне. Брось его. Он разочарует тебя, если не сделал
этого раньше.
Сенешаль поднял левую руку и направил ее ладонью в сторону древнего воина. В тот же миг шар
из черного огня, влекомый ветром, метнулся вперед. Пламя вспыхнуло перед стариком.
Однако горело оно совсем недолго и через секунду с шипением погасло, словно на него набросили
влажную ткань.
Маквит лишь смотрел на сенешаля.
От ярости лицо Майкла почернело. Он собрался одним мощным ударом снести голову Маквиту,
но услышал голос, заставивший его замереть на месте:
"Стой".
Маквит даже не пошевелился.
Сенешаль чувствовал, что демон обдумывает варианты.
Майкл стиснул зубы, чтобы подавить панику и хоть немного успокоиться.
- Неужели ты настолько глуп, что всерьез собираешься перебраться к нему? В твоем
распоряжении Владыка Ветра, ты сам - слуга Огня! Зачем тебе вода? Если тебе нужен еще один меч, я
прочешу всю прибрежную полосу и найду место, где тот глупец его выронил. Ты не сможешь сжигать
все вокруг при помощи воды. Этот человек - лишь высохшая оболочка!
Он вновь поднял меч.
Маквит левой рукой с силой ударил вверх по плоскости клинка. Меч Майкла ушел верх, и он
отступил назад, оказавшись у самого края обрыва.
На Майкла нахлынули воспоминания о сереннской истории и об этом человеке, не знавшем
поражений. Он попытался избавиться от них, выбросить из сознания страх, ревность и благоговение
перед древним воином, тенью короля, защитником королевы. Сенешаль ненавидел свое восхищение,
свою слабость перед незапятнанной репутацией великого воина и его искусством. Он попытался забыть
день, когда он принял предложение демона и решил скрыться от древнего охотника, то огромное
облегчение, которое испытал, избежав мести Маквита навсегда. Во всяком случае, так ему казалось
тогда.
Но ему не удалось справиться со своим страхом.
Потому что ф'дор тоже помнил о тех событиях.
Демон перелистывал страницы прошлого. Он готовился сделать выбор.
Майкл стоял на краю утеса, внимательно глядя на Маквита: похоже, тот сломал себе руку,
поскольку она бессильно свисала вдоль тела. Одна из костей пробила кожу, кровь медленно стекала на
землю.
"Какой же человек ищет поединка, но не приносит с собой доспехов и меча? "
Ф'дор между тем задавал себе тот же вопрос.
Со слабой улыбкой, в которой не было ни малейшей радости, древний герой едва слышно
заговорил:
- Значит, ты сам не владеешь огнем, Майкл? Какая жалость! А вот я без чужой помощи прошел
по дну моря, побывал во многих местах.
Шелест его шепота заставил ветер стихнуть. Через мгновение Майкл понял смысл ужасных слов.
Маквит знал, как попасть в Подземные Палаты.
Впервые за многие годы демон в его голове молчал, обдумывая открывающиеся перед ним
возможности.
В глубинах своего сознания Майкл ощутил, как перемещаются чаши весов - перемещаются не в
его пользу.
Лицо сенешаля исказилось от ярости.
- Ты его хочешь? - заорал он. - Ну так иди к нему! Я убью вас обоих!
И он прыгнул к древнему воину, потеряв голову от ярости.
Маквит схватил Майкла здоровой рукой за пояс, дернул на себя и бросил на каменистую землю.
Пока они боролись, Маквит презрительно фыркнул прямо в ухо Майклу:
- Зловонное Дыхание!
Он отпрянул назад, вглядываясь в человека, лежащего под ним на земле. Затем наклонился и
вонзил ему в живот зазубренную кость, торчащую из предплечья.
Майкл задохнулся от боли.
Наделенный могучей энергией своей родной стихии, о чем Майкл даже не подозревал, Маквит
поднял своего врага в воздух и встал у самого обрыва.
Майкл пытался нанести удар клинком, но они находились слишком близко, и поэтому он лишь
задел лезвием лицо Кузена. Хлынувшая кровь залила Маквиту глаза, но сенешаль так и не сумел
нанести удар.
Неожиданно у Майкла возникло ощущение, будто его подхватила огромная приливная волна.
Он увидел, как земля и небо стремительно меняются местами, а обрыв неотвратимо приближается.
Майкл попытался ухватиться за край, но его руки пролетели мимо, энергия старого воина, поразившего
сенешаля собственной костью, была слишком велика - он отбирал его демоническую душу.
И выбил Тайстериск из его руки.
Майкл почувствовал, как мрак поглощает его разум, - это могущество ветра с жутким хрипом
покинуло его тело и душу.
В глубине своего сознания Майкл еще ощущал, как демон отчаянно ищет другое существо, в
которое он бы мог переселиться, но Маквит позаботился о том, чтобы спасение стало невозможным.
Даже лошади находились слишком далеко.
Сквозь боль Майкл попытался призвать ветер, чтобы тот смягчил его падение, но ничего не
произошло. Казалось, океан с нетерпением ждет его тело.
Вопль сенешаля слился с воем ветра и смолк, когда он упал на рифы.
Акмед взлетел на гребень подхватившей его волны, беспомощно размахивая руками. Он был один
посреди бешено ревущего прибоя.
"Не паникуй, - уговаривал он себя. - Не паникуй".
Огромные валы шли один за другим, заглушая все его чувства, обжигая кожу, точно кислота. Он
пытался не дышать, не сдаваться, сопротивляться подхватившему его течению. Он знал, что если
сумеет покинуть полосу прибоя, то волны успокоятся и он сможет держаться на поверхности воды.
Но ничего не мог с собой поделать.
Ненавистная зеленая вода сомкнулась у него над головой, мириады сигналов, постоянно
штурмующих его мозг, неожиданно смолкли, остался лишь глухой шум, глубокие, мерные удары волн
- море окутало его, подобно небу.
Последней смутной мыслью, промелькнувшей в сознании Акмеда, было воспоминание о старом
мире. В тот день он в полных доспехах скакал на лошади по мосту, который рухнул прямо под ним, и
он вместе с лошадью упал в огромную реку, разделявшую Остров на две части. В те дни река вышла из
берегов из-за весенних ливней. Тогда он ближе всего подошел к смерти, и теперь прежняя
беспомощность и ужас вернулись к нему, и его сознание затопил мрак.
Он уже терял сознание, когда сильная рука, с каждым мгновением казавшаяся все тверже,
подхватила его под затылок и вытащила из тишины зеленых глубин в холодное и светлое царство
воздуха.
- Спокойно, - сказал Эши, - я тебя держу. Дыши.
Двое мужчин уже целую вечность качались на волнах, с тревогой посматривая на далекую
вершину утеса.
Эши призвал на помощь восприятие дракона и попытался найти подходящее место, чтобы
выбраться на берег. Продолжая поддерживать Акмеда, он вдруг в смятении увидел картину, которая
навсегда врезалась в его память.
Двое мужчин сплелись в смертельной схватке, и тень демона металась между ними. Их тела были
соединены костью Маквита, их души стали одним целым - мост черного огня и зла от н
...Закладка в соц.сетях
