Жанр: Фантастика
Лига Теней 2. Дух камня
...вале имели место
и другие планы. В доме Вельдан и Казарла чародеи планировали побег.
- Ты готова? - прошептала Вельдан Аили. Трактирщица кивнула.
- Выходите, когда берег будет чист, - тихо сказала она. Аили выглядела
спокойной, но лицо ее было бледным, и чародейке стало стыдно. Несколько последующих
минут могут полностью изменить жизнь молодой женщины, и то решение которое
пришлось принять Аили, далось ей нелегко.
Вельдан знала, что она беспокоится о Завале. Человек, который всю жизнь был
убежден, что за пределами Завесы нет ничего, а в мире не существует никаких разумных
созданий кроме людей, вдруг оказался в самом центре невероятных событий. Он оказался
завязан в борьбе между группировками Тайного Совета, и неизвестно было, чем это
кончится... Вельдан не уставала восхищаться поступком Аили...
Трактирщица махнула друзьям рукой, подхватила свою корзинку и вышла в ночь.
Опасность грозила не только Аили. Вельдан отлично знала, что коль чародеи
покинут дом вопреки приказу архимага, с этой дороги не будет возврата. Если план
Маскулу провалится, и Кергорн не будет свергнут, им с друзьями следует ожидать
изгнания, а то и казни. Кентавр всегда ясно давал понять, что в Тайном Совете нет места
мятежникам. Сколько раз, будучи еще ребенком, Вельдан слышала печальную историю о
ренегате Аморне, служившую примером и предостережением...
- Выше нос, хозяйка. - Голос дракена как всегда звучал бодро. - Эта драчка за
власть вот-вот начнется - независимо от того, что станем делать мы. Так что незачем
забивать себе голову. Все, что нам надо сделать, это вовремя успеть примкнуть к
победителю.
Элион согласно кивнул:
- Каз прав. И сдается мне, в Гендивале достаточно людей, недовольных Кергорном,
чтобы позиции мятежников стали очень сильны.
Дракен повернул голову к Элиону, глянув на него с немалым удивлением.
- Элион? Ты сказал, что я прав? Ты не заболел случайно?
Чародей усмехнулся.
- Только не обольщайся.
- Тсс. - Хотя все они общались мысленно, Вельдан приложила палец к губам в
старом как мир жесте. Она осторожно выглянула в узкую щелочку между шторами. -
Началось. Аили разговаривает с Эндосом.
В свете ламп, висящих по обе стороны двери, Вельдан было хорошо видно Аили,
которая смеялась, болтая со стражником. Она протянула ему свою корзинку. Она
протянула ему свою корзинку.
- Вот, - сказала трактирщица, и голос ее эхом разнесся в ой тиши. - Эти
неблагодарные, оказывается, уже поели. Обидно будет, если все мои труды пропадут зря.
В корзине полно пирожков с мясом. Крикни своего приятеля, и вы сможете поделить их
пополам.
Эндос, с вожделением глядя на корзинку, сделал слабую попытку возразить, мямля,
что, дескать, его напарнику не позволено оставлять свой пост. Аили, однако, не обратила
на это внимания.
- Я пойду и приведу его, ладно? - беззаботно сказала она и исчезла за углом дома,
оставив корзинку.
Минуту спустя она вернулась вместе с Тирнном. Тот покидал свой пост с явной
неохотой, но Аили держала его за руку и без умолку болтала, заглушая все протесты.
- Ой, ну не глупи, - трещала она. - Всего-то пара минут. Выбери что захочешь, и
можешь возвращаться обратно.
Вельдан опустила штору.
- Пошли.
Задняя дверь дома, как и все прочие, годилась для дракеновских пропорций. Четверо
чародеев тихо выскользнули наружу и заспешили под укрытие деревьев, стремясь
удалиться как можно дальше, пока не вернулся Тирнн и не приметил золотое сияние
Вауре. Вместе с тем им приходилось двигаться тихо, чтобы странные звуки в лесу не
возбудили подозрения стражников. Им приходилось перемещаться крайне осторожно, в
особенности Казу с его размерами и весом. Впрочем, дракен обучался передвигаться тихо
и весьма преуспел в этом, а в дубраве было мало подлеска. Беглецы шмыгнули в лес и
добрались до вершины холма, успешно миновав освещенные тропинки, на которые падал
свет из окон домов Тайного Совета. Хотя они были почти уверены, что Эндос и Тирнн
обнаружат их побег, и готовились в любую секунду услышать звуки тревоги, все было
спокойно и тихо. По мере того как друзья отходили все дальше от поселения, возрастали
их шансы добраться до жилища георна незамеченными.
Чародеи осторожно крались по склону холма, вздымавшегося над берегом
спокойного Нижнего Озера. Даже один-единственный лучик света мог выдать их, а
оперение Вауре ярко блестело в темноте. Потому они уговорились, что при малейшем
признаке погони феникс отделится от них и направится в противоположную сторону,
чтобы увести преследователей, в то же время мерцающие перья освещали дорогу, а в
случае крайней необходимости чародеи могли воспользоваться ночным зрением Казарла.
Вход в подземное жилище Маскулу находился на самом краю поселения, высоко над
узким перешейком, разделявшим Нижнее и Верхнее Озера. Здесь ландшафт изменялся:
холм перетекал в лесистый склон, а затем в крутые каменистые скалы, поросшие рябиной,
чертополохом и чахлыми хвойными деревьями, которые из последних сил цеплялись
корнями за трещины и расселины. Ночь здесь казалась темнее, ибо звездное небо было
затянуто пеленой облаков, всегда висящих над холмами вокруг Верхнего Озера.
Элион вздрогнул. В черные дни, что последовали за смертью Мельнит, он часто
приходил к суровому Верхнему Озеру, желая побыть наедине со своим отчаянием. Теперь
этот пейзаж вызывал лишь горестные воспоминания, мрачные и угрюмые мысли, которые
он тщетно гнал от себя.
- Что за дурное место для дома, - пробормотал он.
- С нашей точки зрения, да, - сказала Вауре, - но какая георнам разница, что
там, наверху? Их интересуют лишь скалы да подземелья. Здесь они видят красоту,
которую прочие расы не в состоянии оценить.
- Так же, как мы не можем оценить твою привычку сидеть в камине, - буркнул
Элион.
- Именно, - отозвалась феникс. - И так же, как мой народ не может понять,
зачем людям так часто нужно залезать в воду...
- Это все очень интересно, - заметил Каз, - но сейчас нам бы лучше подумать о
кентаврах. Полезли-ка под землю. Думаю, у нас еще будет время заняться сравнением
особенностей разных рас.
Вельдан положила руку на плечо дракена. Понятно, отчего он язвительный,
подумала она. Он-то был единственным в своем роде, так что не мог принять участия в
разговоре о сравнении рас.
Вход в дом Маскулу был хитро укрыт за нависающим пластом земли, где игра света
и теней отвлекала глаз от неприметной расщелины. Настоящей же дверью был валун
необычной формы. Стоило повернуть его вокруг своей оси - и за ним открывался проем,
ведущий в глубь земли. Казалось, там не было места для дракена, но в конечном итоге -
ценой немалых усилий - он втиснулся внутрь, кляня весь белый свет.
- Знаешь, - заметил Элион, - похоже, это не тот вход, который использует
Маскулу. Он сюда просто не пролезет.
- Ну надо же! - едко отозвался дракен, вылизывая чешую. - Кто бы мог
подумать...
- Маскулу держит свои собственные входы в секрете, - сказала Вауре, - и
постоянно меняет их расположение. Засыпает старые туннели и выкапывает новые,
чтобы никто не выследил, где они находятся. Говорит, что опасается шпионов.
- Думаю, ему это не грозит, - фыркнула Вельдан. - Принимая во внимание
агрессивную натуру георнов, осмелюсь предположить, это должен быть кто-то очень
смелый - или очень глупый, - чтобы отважиться на такое...
Когда Элион установил валун на место и закрыл дверь, чародеи оказались во тьме, и
лишь перья Вауре мягко мерцали золотистым светом. Вельдан вынула из кармана
яйцеобразный светильник и повернула в разные стороны две половники, разламывая
печать между ними. Мягкий зеленоватый свет просочился сквозь ее пальцы, озаряя
красиво отделанный туннель с гладкими стенами из полированного камня, которые
опускались вниз, уводя к сердцу скалы. Воздух был сухим и прохладным, без следа
сырости, хотя никто не заметил признаков вентиляции. Георны, владыки камня, способны
построить целые подземные города, где воздух пригоден для дыхания. Такой небольшой
туннель был для них детской игрой.
Чародеи зашагали по проходу, уводящему вниз. Пол имел легкий уклон, но был
гладким и удобным для ходьбы, поскольку коридор понижался постепенно, плавно
заворачиваясь спиралью. В стенах то и дело встречались боковые ответветлениякоридоры.
Некоторое время друзья шли в молчании, каждый из них знал о сомнениях и
беспокойстве всех прочих но никто не хотел заговаривать об этом первым. Вельдан
гадала, открыт уже их побег или нет. Она не хотела, чтобы Аили попала в беду из-за того,
что они натворили. Чем дольше стражники не обнаружат исчезновение пленников, тем
меньше вероятность того, что Кергорн свяжет их побег с Аили...
После узкого туннеля жилая часть обиталища георна - круглая зала примерно
шестидесяти футов в диаметре - показалась невероятно огромной. Странное мерцание
озаряло ее, пятна тусклого света были раскиданы здесь и там - несомненно, для удобства
гостей, ибо самому Маскулу освещение не требовалось вовсе. Зеленоватое мерцание
бросало тусклые отсветы на стены пещеры, но большая ее часть оставалась погруженной
во мрак.
Здесь не было ничего похожего на мебель, по крайней мере с точки зрения человека,
хотя стены изобиловали пустотами и нишами разнообразных форм. Кое-где камни были
гладко отполированы и блестели, словно атлас. В других местах они оставались грубыми
и шершавыми или же их покрывала причудливая гравировка. Вельдан знала, что под
землей георны не пользуются зрением, которое им в полной мере заменяют тактильные
ощущения. Многочисленные щетинки на ногах и подвижные сегменты панциря
обеспечивали необычайную чувствительность, так что они могли "видеть" чуть ли не
каждым дюймом своего тела. Несомненно, для Маскулу это место отличалось
несравненно большим многообразием, чем для нее самой.
Стоило им войти, как из темного угла поднялся человечек и неуверенно направился
в их сторону. На миг Вельдан решила, что это один из ее прежних спутников, но тут в
голове раздался голос Байлена.
- Наконец-то вы явились. Я уже начал волноваться.
Что ж, ничего удивительного. Надо полагать, что и последний из троицы
Слушающих тоже где-нибудь здесь. Вельдан гадала, куда подевались Тулак и Заваль. В
зале их не было, однако чародеи потратили столько времени, добираясь сюда, что Вельдан
не сомневалась - Тулак с Завалем успеют раньше. Может, они отдыхают в какой-нибудь
другой комнате? Несомненно Маскулу все разъяснит, когда придет. Вельдан уже
собиралась спросить Вауре, кто должен их привести, когда явился георн.
В пещеру вел еще один туннель - поначалу незамеченный чародеями. Через него-то
и прошел Маскулу. Он явился так и внезапно, что Вельдан и Элион подскочили от
неожиданности.
- Добро пожаловать, - мысленно произнес георн, но его сияющие алмазные
жвала шевелились в такт словам. - Пусть мой дом и не самое удобное место для вашего
вида, все же, надеюсь он обеспечит вам укрытие перед лицом опасности, исходящей от
Кергорна.
- Спасибо тебе, старший чародей, - сказал Элион.
- Да, мы все очень благодарны, - добавила Вельдан. Она тоже использовала
мысленную речь, и все же глубоко вдохнула, подыскивая правильные слова. - Не мог бы
ты рассказать нам, что происходит? Мы слишком долго отсутствовали - Каз и я, - и
выпали из событий. Я знаю, что мы позорно провалили задание, и крайне сожалею. Но
все же я не ожидала от Кергорна настолько резкой отповеди. Он должен понимать, что
неудача может постичь любого чародея. Этон погиб под оползнем. Что мы могли
поделать?
- Ничего, - отозвался Маскулу неожиданно мягким тоном. - Успокойся, Вельдан.
Разумеется, вы ничего не могли сделать, чтобы предотвратить смерть дракона. И
архимаг понял бы это, не будь он так увлечен борьбой с новыми веяниями. Кергорн никак
не желает понять, что секретность и изоляция не помогут предотвратить нынешний
кризис. Если Тайный Совет и, право же, весь наш мир, хочет пережить разрушение
Завес, боюсь, нам следует найти нового лидера.
- Под которым ты разумеешь себя?
Каз, как водится, был гораздо менее тактичен, чем его напарница.
Георн издал шипящий звук, который означал у него смех.
- Ах, Казарл, только ты один и можешь осмелиться задать мне в лицо подобный
вопрос.
- Кто-то должен это сделать, - невозмутимо отозвался дракен.
- Что ж, справедливо, - согласился Маскулу. - Коль скоро я предлагаю вам
встать на мою сторону, вы имеете право знать, кого или что вы поддерживаете. - Он
оглядел всех своими сверкающими красными глазами. - Я не собираюсь становиться
архимагом. В этом можете быть уверены. Позже, когда придет время, вы встретитесь
с тем, кто давно уже заслужил право занять это место. Он сам расскажет вам о своих
намерениях и планах. Теперь же вы можете отдохнуть и подождать своих человеческих
друзей.
- Как? - сказала Вельдан. - Ты хочешь сказать, что они еще не пришли? Я-то
думала, они нас опередили. Тулак и Заваль должны были оказаться здесь давным-давно.
- Это странно, - обеспокоено сказала Вауре. - Дэссил отправился за ними. Если
б возникли проблемы, он бы, разумеется... - Она замолчала, и Вельдан поняла, что Вауре
пытается связаться со своим другом Слушающим. Внезапно яркое оперение феникса
померкло. - Не могу до него достучаться, - прошептала она. - Он не отвечает. С ним
что-то случилось...
Повисла оглушающая тишина. Чародеи в молчании взирали друг на друга. Маскулу
нервно пошевелился, заскрежетав своими пластинами.
- Если Кергорн узнал о нас, - прошипел он, - тогда конец всем нашим планам.
- А мы даже не можем выяснить, в чем дело, - заметил Элион. - Иначе рискуем
угодить в ловушку, в которой Заваль и Тулак служат приманкой.
- Проклятие! - Вельдан поджала губы. - И что прикажете нам теперь делать?..
ГЛАВА 22
ПЛАЩ И КИНЖАЛ
Алианна ждала с командиром Гальвероном перед маленькой задней дверью
Цитадели Мечей Божьих. Она была рада, что он хранит молчание. Менее всего на свете
напряженной и испуганной воровке была нужна бессмысленная беседа.
Они выполняли свой план. Алианна знала, что ей следует делать. Гальверон показал
условный стук, который откроет ей доступ в Храм. Тяжелый мешок за ее плечами был
наполнен взрывчатым порошком и мотками шнура: ноша, которая очень ее волновала,
хотя рудокоп Ареом уверял, что пока она не окажется вблизи каких-нибудь огней или
свечей, все будет в порядке. Теперь она должна только дождаться, когда сработает
диверсия (если она сработает), и она может бежать и делать свою страшную работу - так
или иначе.
Задумавшись, Алианна не сразу услышала тихое покашливание. Она оглянулась и
увидела Пакрата, вынырнувшего из теней. Обогнув Гальверона по широкой дуге, он
приблизился к девушке.
- Я... я кое-что тебе принес, - сказал он. В руках Пакрат держал охапку
изодранных лохмотьев. В руках Пакрат держал охапку изодранных лохмотьев. Алианна
не пошевелилась, чтобы взять ее, и тогда он тряпку прямо ей в руки. - На.
Алианна сделала над собой усилие, чтобы не отшвырнуть с омерзением неприятный
серый предмет. Он выглядел грязным и зачуханным, каковым, принадлежа Пакрату,
несомненно, и был. Так почему же вор носится с ним, как с величайшим сокровищем?
Мне это не нужно. В любой момент может наступить момент, когда станет пора
идти и встретиться с кошмарными чудовищами. Очень возможно, что я не доживу до
завтра. Почему он выбрал время именно сейчас, чтобы приставать ко мне с каким-то
дурацким шмотьем, вынутым из помойки?
Лицо Пакрата слегка дрогнуло.
- Давай, - подбодрил он. - Возьми это, пожалуйста. Это подарок за спасение
моей жизни. Это самое ценное, что у меня есть.
- Это? - сказала Алианна прежде, чем сумела оборвать себя. - Что это такое? -
поспешно добавила она, видя, как на лице его отразились боль и обида.
- Это плащ-невидимка, - гордо сообщил Пакрат.
- Но... но, Пакрат. Мне он не кажется невидимым. Я его отлично вижу, -
запротестовала Алианна.
К сожалению...
- Да нет же, я не говорю, что этот плащ правда невидимый, - сказал он
нетерпеливо. - Я хочу сказать, что когда надеваю его, он делает меня невидимым. Это...
как бы это сказать... камуфляж, вот что это такое. - Он любовно погладил грязную
тряпку. - Эта маленькая прелесть столько раз спасала меня от шлюхиных детей Мечей
Божьих, что и сосчитать невозможно. - Он с неприязнью покосился на стоящего
поблизости Гальверона. - Честно, Алианна, тебе стоит надеть его, если ты уходишь. Тебе
нужна любая возможность, которая поможет укрыться от этих тварей.
Пакрат встряхнул плащ и развернул его для обозрения. На первый взгляд он казался
серым, но на самом деле был соткан из сотен веревочек и обрывков материи разных
оттенков, о результате одежда выглядела сплошным пятном какого-то невразумительного
цвета, которое смущало взгляд и, казалось, уводило его прочь от реального объекта.
Вдобавок множество веревочек и тряпочек были пришиты только одной стороной и
свободно свисали, еще более отвлекая потенциального наблюдателя. Глядя на эту одежку,
Алианна внезапно поняла, как ее спутник мог с такой легкостью раствориться в тенях.
Но...
- Но, Пакрат, - сказала она мягко. - Я собираюсь идти по снегу. Все эти
полосочки были бы великолепны в неосвещенной комнате или на улице, но на белом я
буду видна почти так же хорошо, как в плаще Мечей Божьих.
Пакрат ухмыльнулся.
- А, - сказал он, - вот здесь ты не права... Видишь?
Он повернул плащ другой стороной, и она увидела, что с изнанки он был сделан
точно так же, но из кусочков грязно-белого, бледно-голубого и бледно-зеленого и мириад
оттенков легчайше серого.
Изумленная такой блестящей выдумкой, Алианна приняла у него плащ.
- Спасибо, Пакрат, - сказала она. - Это... - Она не находила слов. - Это
невероятно. Сколько трудов ушло, чтобы сделать такое?
- О, это не только я, - сказал он добродушно. - Это семейная реликвия.
Досталась мне от бабки, она была в свое время легендарной воровкой. Она оставила его
моему отцу, а тот передал моей мамаше перед тем, как его повесили. Мать хранила эту
шмотку для меня, пока я не подрос настолько, чтобы ею воспользоваться. Мы все
дошивали его понемножку, чуть-чуть там, чуть-чуть здесь...
Жаль только, что никому из вас не пришло в голову хоть раз его постирать.
Алианна мысленно одернула себя. Возможно, патина копоти, жира и грязи была
составной частью камуфляжа. И если крылатые хищники охотятся по запаху, этот,
несомненно, смутит их.
- Лучше бы поторопиться, - мягко сказал Гальверон от двери. - У них было
достаточно времени, чтобы соорудить ловушку.
- Давай скорее, - подстегнул Пакрат. - Надевай.
Алианна повиновалась.
- Я возьму его только на время, ладно? Я верну его тебе завтра.
Она протянула свой темный плащ Гальверону и обернула непрезентабельную
одежку Пакрата вокруг плеч, бледной стороной вверх, поверх своего мешка. К ее
удивлению, он был таким легким, что она не почувствовала никакого дополнительного
веса.
- И капюшон, - напомнил Пакрат.
Алианна ощутила брезгливость при мысли о том, чтобы натянуть грязную тряпку,
населенную блохами, вшами и Мириаль знает, кем еще, на волосы. Ей пришлось
напомнить себе, что эго действительно хороший камуфляж. В конце концов, гнид и вшей
можно вывести, а вот если ее распотрошат, то это уже навсегда. И если грязный плащ
поможет этого избежать, то кто она такая, чтобы жаловаться?
Мириаль, помоги мне!
С содроганием она надвинула капюшон, уверяя себя, что это только ее воображение
заставляет ее скальп начать зудеть и чесаться. Глядя в сияющее лицо Пакрата, она
выдавила улыбку и еще раз поблагодарила его.
Скорее бы Алестан начинал. Чем скорее я доберусь до храма, тем скорее смогу
снять проклятую штуковину.
Брат словно уловил ее мысли. Сверху донесся грохот, и камни Цитадели задрожали.
Снаружи она услышала вопли хищников, какие-то капли дождем посыпались на снег.
Гальверон приоткрыл дверь.
- Выбирайся во двор по возможности быстро, - прошептал он. - Удачи.
Алианна сделала глубокий вдох и быстро побежала, низко пригибаясь к земле, из
двери налево. Так она могла держаться у стены, используя ее одновременно как
проводника и как прикрытие. Двор с его высокими стенами был погружен во тьму, воздух
был плотным и ледяным, заполненным кружащимся снегом. Ближе к Цитадели земля
была засыпана влажными черными ошметками. По-видимому, взрыв Ареома зацепил по
крайней мере одну жертву.
Крылатые темные тени мерещились ей там и тут, заставляя девушку холодеть и
вжиматься в камень, но затем все твари, кажется, направились к крыше Цитадели. Иногда
ползком, иногда двигаясь перебежками от одного укрытия к другому, предводительница
Серых Призраков продолжала свой путь к краю двора. Это легкая часть пути, напомнила
она себе. Обширное открытое пространство перед Храмом, заваленное останками
мертвых горожан было еще впереди.
Удивительно, но Пакратов "плащ-невидимка" и в самом деле приносил пользу. Не
то чтобы он заставлял ее хотеть предпринять ненужный риск, но, казалось, помогал
двигаться еще более тихо и незаметно, чем обычно. Сверху, с крыши Цитадели, ветер
доносил до нее крики крылатых хищников, дерущихся за еду.
Пожалуйста, пусть они едят друг друга, или по крайней мере бедного Тоселя.
Пусть жертвой не окажется мой брат.
Но задумываться в этот момент об Алестане означало отвлечься от своей
собственной задачи. Такое могло стоить ей жизни. Завтра. Завтра Алианна узнает, выжил
ли он. Воровка заставила себя бежать дальше и думать только о себе и своем пути сквозь
ночь.
Девушка достигла входа во двор Цитадели, не встретив никаких препятствий, и
почувствовала, что ее надежда возрождается. Укрывшись в тени арки, она вгляделась в
огромную открытую площадь перед Храмом, и у нее перехватило дыхание от ужаса.
Хищники вокруг Цитадели были сметены ловушкой, но остальные их собратья были
здесь. Куда бы Алианна ни посмотрела, она видела крылатые фигуры, восседавшие
подобно зловещим горгульям на кучах закоченевших тел. В узких окнах храма горели
яркие фонари, по-видимому, поставленные там в попытке отпугнуть ночных тварей и не
дать им приблизиться к зданию. Бледный свет рассеивался падающим снегом, но тем не
менее его хватало, чтобы рассмотреть тварей, занятых жутким пиром. Сотни крылатых
чудищ были повсюду. Девушка могла видеть злобные сверкающие глаза, отражающие
свет фонарей алым мерцанием, когда время от времени одно из них отрывалось от еды и
окидывало площадь пристальным взглядом. Похоже, крылатые монстры прекрасно
видели в темноте.
Ужас ледяными пальцами стиснул сердце Алианны.
Я не смогу. Не осмелюсь. Мне придется вернуться назад.
Но когда она снова взглянула на Храм, то увидела летучих бестий, собиравшихся
подле закрытых верхних окон. Если она вернется, то укрытие имеет мало шансов
выстоять эту ночь. К тому же, если ее миссия обернется провалом, Гальверон может
осудить ее и ее друзей как воров и выкинуть их в любой момент.
Нет, он этого не сделает!
А что ему помешает? Он всего лишь пообещал позаботиться о них, если ты
доставишь взрывчатый порошок в Храм.
Но я пыталась. Это уже немало, верно?
Не будь дурой. Он проклятый Меч Божий. Никому из них нельзя верить.
В глубине души она знала, что циничный внутренний голос прав. Она обязана
выполнить свою часть сделки. Это единственная возможность заставить Гальверона
сдержать данное слово.
Алианна глубоко вдохнула. Ей был известен способ, дающий шанс пробраться через
площадь незамеченной. Хотя при мысли об этом у нее свело желудок, другого пути
воровка не видела. Она вынула кинжал из-за пояса и сунула его в ножны на запястье,
откуда его легко можно было вынуть, не рискуя запутаться в плаще. Затем, надвинув
капюшон прямо на лицо, она легла на живот и поползла.
Она как могла плотнее прижималась к земле, двигаясь с болезненной
осторожностью, выбирая путь между нагромождениями трупов. Если вдруг ее заметят,
несмотря на Пакратов плащ, девушка надеялась, что ее примут за одно из тел. Падающий
и кружащийся снег прикроет все признаки ее передвижения. Остается только молиться,
чтобы никто из тварей не учуяли живое мясо, несомненно, более лакомое, чем замерзшие
трупы.
Необходимо было оставаться поближе к стене с ее тенями снежными завихрениями.
Ползти через центр открытого пространства, сплошь занятый крылатыми хищниками,
было бы самоубийством. Так что эта часть ее путешествия должна занять даже больше
времени, чем она пробиралась от Цитадели до базилики. Она понимала, что каждая
минута промедления увеличивает риск для людей в Храме, но это волновало ее в
последнюю очередь. Если промедлить, холод станет для нее таким же смертельным
врагом, как и крылатые твари: будучи вынужденной передвигаться по заснеженной земле
крайне медленно, она теряла тепло е угрожающей скоростью. Через несколько минут ее
начало трясти, несмотря на теплую одежду и плащ. Штаны на коленках пропитались
ледяной жижей, и воровка знала, что одежда скоро протрется и уже не будет защищать от
прикосновения к ледяной земле. Скоро она ощутила, что влага пропитала даже кожаные
перчатки Мечей Божьих, которые она надела. Но теперь у нее не было выбора - она
должна двигаться, не важно как. Алианна отчаянно пыталась подбодрить себя.
Это не может длиться вечно. Я доберусь раньше, чем сама замечу, и буду сидеть
около горящего огня в сухой одежде, и они дадут мне горячий суп и завернут в одеяла, и я
буду героем, спасшим Храм.
Обнадеживающие мысли. Как жаль, что их недостаточно, чтобы оградить ее от
ужасов ночи. Чтобы не быть замеченной крылатыми хищниками, Алианна была
вынуждена распластаться ничком, не поднимая головы, прижимаясь лицом к мертвецам,
которые лежали повсюду. Их лица - там, где они еще оставались, застыли в выражении
муки и ужаса. У некоторых кожа была содрана, обнажая белые кости черепов. У многих
головы были раздавлены как яичная скорлупа. Алианна благодарила судьбу за то, что снег
хоть немного прикрыл трупы, сотни тел были растерзаны, и землю покрывала плотная
корка смерзшихся внутренностей и крови. Конечности вывернуты под неестественными
углами. Оторванные, изжеванные руки и ноги с клоками плоти валялись на снегу там, где
обедали крылаты
...Закладка в соц.сетях
