Жанр: Фантастика
Пусть Бог не вмешивается 3. Правила чужой игры
...тот
никого не пощадит. Не та у него репутация. Но сдаваться?.. Это смерть.
- Что скажешь, Ролка?
- Что ты хочешь? - Хриплый голос дрожал от ненависти.
- Чтобы ты отпустил заложников. Всех. Целыми и невредимыми. А сам можешь не
выходить. Я к тебе зайду. И мы поговорим. Один на один.
- Чего? Ты не спятил?
- Спроси об этом у своей жены. Она ведь красавица, просто супер. Мои парни без ума.
Энергичный мат и новый скрежет зубов.
- Мне все равно подыхать. С чего ты взял, что я не захочу захватить с собой побольше
народу?
- Тогда прихвати и еще двоих. Теперь условия диктую я. Если через десять минут из
магазина не выйдут заложники, я лично отрежу у пацана пальцы на левой руке. И брошу их
тебе в окно. А потом - нос жены. И так далее - понемногу, помаленьку...
- Ах ты, сука епаная!
- От такой же суки слышу! Не я убивал людей в Зоне. Не я гнал их в "забой". Не по
моему приказу травили стариков собаками! - Последние слова я кричал, взведенный до
предела. - Ты даже не вспоминал о правилах! Ты, подонок, уничтожал сотнями, а теперь
хочешь сказать, что я не прав?
Я перевел дыхание, глянул на побелевшую руку и уже спокойнее продолжил:
- Десять минут, все заложники. Твои прихлебатели меня не интересуют, сдадутся - суд.
Нет - пуля. А ты ждешь меня. Ты знаешь, что я всегда так делаю. Все. Через десять минут
люди не выйдут - жди гостинцы.
Я бросил трубку и сел на диван. Меня трясло. Ненависть и ярость с легкостью завладели
сознанием и прямо?таки жаждали крови. То, чужеродное, все чаще и все легче выходило на
поверхность и будоражило меня.
Немного остыв, я вышел на улицу и двинул к первой линии оцепления.
Возле Гулетина стояли несколько человек в камуфляжной форме оливкового цвета с
коричневыми и желтоватыми пятнами. Форма новая, опрятная, рукава аккуратно подвернуты,
куртки надеты навыпуск, на поясе широкие ремни с кобурами. На ногах берцы нового образца
- облегченные, с толстой мягкой подошвой.
Увидев меня, комиссар сказал:
- А вот и командир отдельного батальона. Знакомься, Артур, - это из "Волода". А это
- майор Томилин.
Три пары внимательных, слегка прищуренных глаз посмотрели на меня. Короткие
стрижки, твердые черты лица, волевые подбородки, сомкнутые губы. Фигуры у всех крепкие,
тренированные. Во взглядах - спокойствие и уверенность. Вот они какие, спецназеры...
- Капитан Уваров.
- Лейтенант Миронов.
- Лейтенант Дибич.
Я пожал три руки, кивнул в сторону стоявших на другой стороне улицы автобусов.
- Ваши?
- Да.
- Успели все же... Хорошо.
- Так вот какой легендарный Оборотень, - без улыбки сказал Уваров. - Давно хотел
познакомиться...
- Что у вас нового, майор? - спросил Дибич. - Вы разговаривали с бандитами?
- Да. Через... - я глянул на часы, - семь минут Ролка должен отпустить заложников.
- Что? Отпустить? - На малоподвижном лице Уварова отразилось удивление. - С чего
это вдруг?
- Я взял его семью. Поставил ультиматум. Ролка думает.
- А если передумает?
Я усмехнулся, вспомнив голос боевика.
- Вряд ли. Он не хочет услышать нечто неприятное.
- Вы ему пригрозили? - сообразил Миронов.
- Да.
Во взгляде Миронова проскользнула неприязнь. Наверно, считал, что трогать семью
бандита нельзя. Мол, посторонние люди и все такое прочее.
- Что вы намерены предпринять? - спросил я у Уварова.
- Пока изучаем обстановку.
- Понятно. Мой ротный, капитан Кантин, сидит в том доме. У него план здания и
сведения о боевиках. Можете использовать это.
- Благодарю, - кивнул Уваров. - Обязательно.
- Наша штурмовая группа нашла похожее здание и провела тренировку. Они покажут
где.
Уваров вновь кивнул, благодаря. И тут моя радиостанция ожила.
- "Куб", это "Конус", - вызвал Владнек. - У бандитов суета. Бегают по этажу, шумят.
Я видел заложников, их гонят вниз.
- Понял, "Конус".
- В пределах наблюдения трое бандитов. Могу снять.
- По моей команде. Жди. Будут новости - докладывай.
- Они отпускают людей? - спросил Гулетин.
- Не знаю. Но что?то у них там происходит. Через две минуты узнаем.
Боевики занервничали. Мой ультиматум выбил их из колеи.
Ролка поставлен в тупик - или казнь его семьи, или сдача в плен. Но если он своей
жизнью распорядиться мог, то его подельники подобного исхода не желали. Поэтому в здании
сейчас шел ожесточенный спор. Внимание за обстановкой было ослаблено.
Снайперы дважды докладывали, что Ролка в поле их зрения. Потом сказали, что четверо
боевиков могут быть выведены из игры разом. Но я приказа не давал. Уцелевшие способны
перебить всех заложников. Тем временем штурмовая группа смогла незаметно подойти к
зданию и занять исходные позиции. Атака могла быть начата в любой момент.
Я ждал звонка, стоя у телефона и глядя в окно. Вот?вот должен позвонить Ролка. Или не
позвонить, тогда вызову его сам.
Сзади кто?то подошел.
- Вы намерены штурмовать магазин?
Я повернул голову, рядом стоял командир спецназа Уваров. Капитан тоже смотрел в окно,
перед его взглядом одно из звеньев штурмовой группы как раз занимало позицию перед
складскими воротами. Сапер аккуратно и быстро крепил заряд рядом с замком.
- Если Ролка не примет предложение.
- Но ваши люди никогда не освобождали заложников...
- Точно. Но штурмовать здания им приходилось не один десяток раз.
- Там заложники...
- Капитан, - оторвал я взгляд от окна, - ваши люди готовы занять место моих бойцов
и провести штурм по всем правилам? Они успели изучить планировку здания и рассчитать
расстановку сил? Вы гарантируете, что никто из заложников не пострадает?
Уваров молчал. У них не было времени подготовить штурм. Ролка не зря спешил с
выполнением требований, он отлично знал: если "Волод" будет проводить операцию - ему
крышка.
- И все равно. Риск огромен.
- Да. Но разве у нас есть выход?
Вопрос остался без ответа, потому что в этот момент зазвонил телефон.
- Да.
- Оборотень? - Голос Ролки был напряжен сверх всякой меры. - Слушай сюда! Ты
меня на понт не возьмешь! С моей семьей ты ничего не сделаешь, тебя за это свои же посадят!
Понял?
- И что дальше?
"Значит, его сообщники послали его на хрен и пригрозили убить, если он попробует их
продать. Убедили, что мы не посмеем... Ну, тогда получи!.."
- Дальше - ты сажаешь вертолет перед зданием и лично встречаешь нас у него! Мы
выходим с заложниками, отпускаем всех, кроме четверых. Они и ты летите с нами в Ламакею
Уяснил?
- А теперь слушай меня, мудак! Через три минуты ты будешь слышать, как твою жену
мои бойцы начнут трахать во все щели и отрезать ей при этом уши! А твоему щенку я лично
отрежу все пальцы и заброшу их тебе в окно. Пересчитаешь. Если не хватит, отрежу последний,
пока еще маленький. А если ты думаешь, что я не посмею, то мы притащим обоих сюда, к
магазину, и на твоих глазах будем их убивать! И если ты хоть одного заложника убьешь или
ранишь, мы возьмем вас живыми и будем рвать на части! Уяснил?!
Ролка молчал. Мой голос мало походил на голос нормального человека. Скорее на
спятившего от крови и бойни отморозка, способного пустить под нож любого, кто стоит у него
на пути. А раз так, то все угрозы относительно "накажут - не накажут" не проходят. Сейчас
значило только мое слово. Только мое. И он это отлично понимал.
- Все. Пошел отсчет! Даю две минуты!..
Я бросил трубку и поднял радиостанцию.
- Всем! Говорит "Куб". По моему сигналу - начинаем. "Конус", как только Ролка или
трое его людей одновременно окажутся на прицеле - дайте знать.
- Есть.
- Вы и вправду искалечите его семью? - с некоторым недоверием спросил Уваров. Но в
его глазах явственно читался ответ - сделает.
- Капитан, - несколько грубовато сказал я, - ты за кого меня держишь? Я не палач и с
детьми не воюю. Не принимай психологический ход за психоз.
"Издевательства", которые Ролка слышал по телефону, были не чем иным, как
буффонадой. Да, жена Ролки и вправду стонала от боли - ее усадили на стул и несколько раз
чувствительно ущипнули за руку. И то только потому, что добровольно изобразить боль она не
захотела.
Вообще?то я считаю, что женщина, взрослая, все понимающая и отлично знающая, с кем
живет, несет ответственность за свои действия. Никто не заставлял ее выходить замуж за
убийцу и бандита. А если любовь застила ей глаза, значит, совесть и порядочность спали. Не
может нормальный человек, зная, что рядом живет чудовище, быть с ним. Да еще пользоться
награбленным добром, делая вид, что не понимает, откуда все пришло.
Что до ребенка... Семилетний мальчишка мирно играл в комнате под присмотром
профессиональной няньки. А Ролка по телефону слышал голос совершенно другого пацана.
Радован успел найти ребенка приблизительно такого же возраста и уговорить помочь одурачить
плохого дядю. У мальчишки талант пропадает - так изобразить плач и причитания, что даже
недоверчивый бандит поверил!
В дела взрослых детей вмешивать нельзя - в этом я тоже убежден. И ставить им в вину
проступки родителей невозможно. Они просто пока не соображают что к чему.
Капитан все понял, усмехнулся и качнул головой.
- Да. От Оборотня всего можно ожидать.
Мы вышли на улицу. У Влада все было готово. Две штурмовые группы заняли позиции,
снайперы наблюдали за окнами, за соседними домами стояли шесть машин "скорой помощи" и
две пожарные машины.
- Что у них? - спросил я у Кантина.
- А? - Влад повернул к нам голову. - Похоже, они начали выяснять отношения друг с
другом. Бардак.
- Отлично. Тогда начинаем...
Я проверил оружие, подождал, пока Влад отдаст распоряжение, и сказал стоявшему рядом
Алану:
- Я иду внутрь после наших. Ты останься здесь.
- Командир. - Алан поправил автомат на плече и качнул головой. - Я с тобой. Если
что - мне голову оторвут.
- Кто?
Алан повел глазами на Влада, усмехнулся.
- И одного хватит...
- Так... Запомни, командую я. Приказы отдаю я. Кто кому голову будет отрывать -
тоже решаю я. А эту крутую компанию потом предупрежу, чтобы не усердствовали в охране
начальства.
Алан промолчал, но по нему было видно, что он не согласен.
- Ладно, хрен с тобой. Идем вместе. Ролка мой, если выживет. На тебе - обеспечение
нашего тет?а?тет.
- Понял...
- "Вертушка" готова, - доложил Влад.
- Все. Поехали!
Через минуту над головами на высоте полусотни метров пролетел вертолет Ми?8. Рев
моторов заглушил все звуки, кое?кто в оцеплении присел, испуганно глядя вверх. В здании
шум, конечно, услышали и теперь ломали голову, в чем дело.
- Эй, Ролка? - проорал в мегафон Влад, когда вертолет отлетел в сторону. -
Слышишь? Это заказанная тобой "вертушка". У меня приказ Оборотня - мы отпускаем твоих
людей, а ты сейчас выпускаешь заложников и сам выходишь без оружия. Понял?
О вертолете я Ролке и не говорил, так что подобный поворот дела поставит его в тупик. А
его люди обрадуются - их вроде как выпускают. Опять внутренний конфликт и пауза, чтобы
принять решение. И вот сейчас...
- "Куб", Ролка в окне второго этажа, в угловой комнате!
- "Куб", двое боевиков выглянули в окно. Заложников не вижу.
Вертолет как раз сделал новый виток и опять завис над зданием.
- Всем! Штурм!
Разом ахнули восемь гранатометов, запуская газовые гранаты внутрь комнат. Следом
улетели светошумовые гранаты, способные вывести человека из строя на довольно долгий срок.
Правда, вместе с бандитами выйдут из строя и заложники, но это уже мелочи.
Два мощных взрыва - складские ворота и дверь запасного выхода сорвало с петель. Дым
еще не начал распространяться по воздуху, а внутрь уже влетели штурмовые группы. Еще одна,
сидевшая под окнами, разом подняла и приставила к стенам лестницы. По ним бойцы проникли
на первый этаж. А с "вертушки", зависшей над крышей, прыгали бойцы еще одной группы.
Бандиты, хоть и ждавшие нападения, не были готовы к такому повороту событий. Сначала
переговоры и мой ультиматум, потом жаркий спор и новый разговор, угроза Оборотня,
выяснение отношений и вдруг - новое предложение и "вертушка" в качестве приза. А затем -
вновь спор. Как ни крути, но бдительность и внимание притуплены. Реакция на штурм
запоздалая и оттого не эффективная. Вдобавок снайперы сразу вывели из строя трех боевиков.
Едва штурмовая группа исчезла в дверях, я рванул следом.
Коридор, поворот, двери, лестница и опять коридор. Я взлетел по ней за две секунды,
сканируя обстановку вокруг, но никого, кроме трех трупов боевиков, не обнаружил. Где?то в
стороне и на первом этаже еще гремели выстрелы, но это уже эпизодически.
Запищала радиостанция.
- Артур! Все, дело сделано! Восемь трупов, один раненый. Заложники на складе и в
кабинете директора. Все целы, но оглушены и в шоке.
- Где Ролка?
- На втором этаже, в угловой комнате. Ранен в ногу. Пока жив.
- Понял, иду. Вызывайте "скорую" и выводите людей.
...Ролка действительно был жив. Снайперы, зная, что я хочу лично с ним "побеседовать",
стреножили боевика, но не убили. Он сидел на полу с простреленным насквозь бедром под
охраной бойца и сжимал руками раненую ногу.
- Иди, - сказал я бойцу и сел напротив Ролки.
Выглядел он неважно. Похудевший, осунувшийся, с трехдневной щетиной и грязным, в
разводах лицом. Глаза горят, губы закушены - ногу раздирало от боли.
- Привет, корешок! Долгожданная встреча...
- Ты - Оборотень?
Слова давались Ролке с трудом, но он держал фасон. Не стонал, не клянчил. И говорил
почти спокойно.
- Где моя семья?
- У нас. Живы?здоровы.
- Да?
- Да. Никаких пыток и избиений. Я тебя взял на понт.
- А я поверил...
- Так и было задумано, - кивнул я.
Ролка замолчал. Руки, сжимавшие бедро, побелели от напряжения. Он пробовал
остановить кровотечение, но сил не хватало. Брючина уже намокла и потяжелела.
- Жаль, зацепили. Я хотел с тобой один на один. Как и обещал.
- Не страшно? - Бандит с трудом усмехнулся. - Хотя ты вроде всегда выходил против
пленных. Даже с оружием.
- Против захваченных, Ролка. Есть разница. Пленных мы пальцем не трогаем. Под суд -
и все. А захваченных в бою используем для повышения боеготовности подразделения...
Ролка плюнул мне под ноги, злобно сказал:
- Посмотрел бы я на тебя, если бы ты против меня...
- У тебя никаких шансов.
- Не уверен.
- Зря. Вспомни Томаса.
- Кого?
- Забыл своего любимого гладиатора? Железный Томас. Которого завалили в раздевалке
в твоей Прайде.
Ролка наморщил лоб, вспоминая, потом спросил:
- И что?
- Ты нашел его без головы, разрубленным на две части. Как раз тем ударом, которому он
так хотел научиться.
- А ты откуда знаешь?
- Дело в том, что расчленение провел я.
- Ты? - Бандит недоверчиво хмыкнул. - Врешь...
- Не вру. И его, и Ломика, и Дрына...
- Так... значит, тот побег - твоя работа?
- Точно.
Ролка скрежетнул зубами, выругался. С ненавистью глядя на меня, крикнул:
- И что теперь? В плен потащишь? Или как Томаса?.. Ну? Чего тянешь?!
Я смотрел на него, пытаясь понять, что сейчас чувствую. Та ярость и ненависть, что были
еще пять минут назад, исчезли. И эта мразь не нужна, и бить его незачем. А тащить с собой?..
Его все равно шлепнут. Чего время терять.
- Ладно. Закончим балаган.
Он смотрел на меня злыми глазами, не делая попыток отползти и вымолить жизнь. Знал,
что невозможно. Черт, вот за что я уважал этих скотов. За умение принять смерть достойно!
Хотя попадали и другие кадры, ползали на коленях и лизали руки. Но Ролка ползать не будет.
- Прощай!
"Стечкин" смотрел ему в лоб. Ролка опять плюнул, стараясь попасть мне на ноги.
- Да пошел ты на х..!
И взгляда не отвел.
Отдача чуть подбросила пистолет, рука привычно вернула его на место, опять направив в
цель. Но повторения не потребовалось. Аккуратная дырочка краснела точно в центре лба между
бровями.
- Прощай... - повторил я и пошел к выходу.
На улице вовсю трудились медики, оказывая заложникам помощь. Несколько машин уже
отъехали. Оцепление еще сдерживало толпу, но сквозь ее ряды проникли родственники
потерпевших, с плачем и криками обнимали своих, спешили увести домой. Детей, попавших в
плен, уже усадили в кареты "скорой помощи".
Бойцы роты охраны выносили тела боевиков, складывали их у крыльца. Кое?кто из зевак
хотел подойти к ним, но их не пустили.
Влад успел увести наших бойцов подальше от этой суеты. У дома, кроме Алана и
командира снайперов Владнека, никого не осталось.
- Поздравляю, - подошел капитан Уваров. - Здорово сработали.
Я пожал его руку и устало кивнул. Внезапно навалилось сонное состояние.
- А где Ролка?
- Там... наверху.
Капитан понятливо кивнул.
- Извини, нам пора. Хочешь, заскакивайте в Мегар. Посидим, поговорим.
- Да уж, поговорить есть о чем. И поучиться тоже.
- Брось, капитан. Это нам надо учиться. Просто мы сегодня приехали раньше.
К нам спешили Гулетин, кто?то из мэрии и несколько телевизионщиков с камерами. Но я
только махнул им рукой и пошел к бронетранспортеру, который Влад выгнал прямо на дорогу.
Разговаривать с кем?либо мне не хотелось. Потом, все потом...
Новости европейского телевидения
...Под непрерывными ударами войск Ругии армия Ламакеи отходит назад,
пытаясь создать хотя бы видимость организованного отступления. Однако передовые
части Ругии буквально висят на плечах измотанных круглосуточными боями солдат
республики.
Наши военные эксперты в один голос утверждают, что только отчаянная и
самоотверженная борьба диверсионных и партизанских отрядов в тылах ругийских
войск не позволяет тем ускорить наступление.
Сейчас войска Ругии близки к тому, чтобы выйти ко второй части стратегической
линии обороны на рубеже Вуконица - Агревик. По уверениям Ламакейского
руководства, эту линию Ругия возьмет, только залив ее океаном крови своих солдат.
Однако успех морских десантов, которые довольно быстро заняли плацдармы
почти на уровне первой линии обороны, внушают подозрения, что и вторая линия не
простоит дольше месяца. С потерей этой линии дальнейшее сопротивление Ламакеи
теряет смысл...
19.02.97
Передовица лондонской "Таймс" за 19.02.
...Инициатива правительства Англии о предоставлении морского коридора для
эвакуации женщин и детей с окруженного полуострова не нашла поддержки в
правящих кругах Ругии. Как заявил министр иностранных дел Ругии господин
Кожевников, вместо женщин и детей на кораблях нейтральных стран могут оказаться
военные преступники, спасающие своих чемоданы, и прочее отребье, желающее
избежать справедливого суда.
Им же был предложен вариант контроля со стороны Ругии за посадкой на
корабли, но подобная идея оскорбляет достоинство Великобритании, так как ставит
под сомнение ее порядочность...
Шифрованное послание помощника президента Ламакеи в Белый дом, Вашингтон
Если в ближайшие дни ваша администрация не предпримет решительных шагов
по прекращению военных действий со стороны Ругии, то мы окажемся в весьма
тяжелом положении.
Смотря на вещи реально, можно сказать, что мы продержимся не больше двух
месяцев, после чего любые действия с вашей стороны будут бесполезны...
Из ежедневной сводки с ТВД, предоставляемой президенту Ругии
...Прорыв стратегической линии обороны завершен. Передовые части танковых
корпусов вышли к Солзино и Бренко. Противник в спешном порядке отводит свои
войска назад, пытаясь организовать оборону. В силу сложившейся обстановки
командование фронтом не видит необходимости в немедленном продолжении
наступления, так как вводить в бой части без должной разведки и подготовки опасно.
Во избежание больших потерь сегодня был отдан приказ на переход к обороне.
Одновременно в штабе фронта готовится план по нанесению двойного удара,
способного пробить вторую линию обороны и выйти на оперативный простор.
Генштаб с планами фронта ознакомлен и в целом его разделяет...
19.02.97
Утренний выпуск новостей немецкого телевидения
...Одной из главных новостей дня стало известие из Ругии. Вчера в Валдане при
попытке взять заложников был убит знаменитый главарь бандитов Ролка. Пожалуй,
самая одиозная фигура Зоны, некоронованный король вольных земель. Как нам стало
известно, обезвредил Ролку и его отряд Оборотень - командир особого полицейского
подразделения, фигура не менее знаменитая и еще более загадочная. Как передают
наши источники, Оборотень сразил Ролку в бою один на один. Этот обычай дарить
последний шанс противнику сделал Оборотня героем многих историй и слухов.
Теперь, когда с бандитами практически покончено, гибель самого сильного и
неуловимого стала символом окончания эры вольных земель и того образа жизни,
который привлекал всеобщее внимание и вызывал такой интерес во всем мире...
- У тебя что, кулаки сильно чесались? Или нервы из строя вышли? Зачем ты вообще
полез к нему?
Холодный, немного раздраженный голос Дорича звучал в тиши кабинета, как раскаты
грома. Глаза смотрели строго и неодобрительно, на скулах плясали желваки. Губы едва
шевелились, выплевывая слова.
- Ты в курсе, что он настрочил жалобу в центральный аппарат Управления о твоем
самоуправстве?
- Нет.
- Так знай. Такая бумажка есть... кхм. О неадекватном поведении командира отдельного
батальона полиции, его недозволенном поведении и рукоприкладстве по отношению к офицеру.
- Эта мразь сбежала с позиций и оставила беззащитным город. И раненых солдат.
- Для этого есть трибунал. Он решит, кому и сколько отвесить, чтобы мало не
показалось.
Раздражение комиссара не проходило. Я стоял у стола, слушая его, и неотрывно смотрел в
глаза.
Впервые Дорич выговаривал мне, да еще по такому поводу. Повод, кстати, был отменным
- избиение капитана полиции Лабедина и причинение ему тяжких телесных повреждений.
Региональный комиссар только приехал из столицы и первым делом вызвал меня. Чтобы
отругать...
- Совсем спятил на службе? Привык бандитов бить, теперь и на своих кидаешься.
- Он мне не свой.
- Хватит, Томилин! Меня достали умники в центральном Управлении, кричащие, что ты
творишь беспредел по отношению к боевикам, а теперь еще и это! Впредь изволь держать свои
руки подальше от всякого рода негодяев. Ясно?
- Да.
- Что?
- Так точно, господин региональный комиссар!
Я ретиво выпятил грудь, бросил руки вдоль тела и едва не щелкнул каблуками ботинок. И
преданно посмотрел на начальство, так вроде положено усердному служаке. Мать его!..
Дорича мое усердие не умилило. Он так же строго смотрел, на меня, словно хотел увидеть
что?то особенное.
- Разрешите вопрос, господин региональный комиссар?
- Ну?
- Господин капитан Лабедин опять вышел сухим из воды? И опять с повышением? А его
покровитель опять сделал вид, что ничего особенного не произошло?
- Хм! Я бы не сказал. - Голос комиссара изменился. - Так уж вышло, что
высокопоставленный родственник Лабедина вчера вечером арестован за растрату казенных
денег и передачу конфиденциальной информации третьим лицам. Посему оказать помощь
своему оболтусу не в силах.
- Да?
- Да. А сам оболтус... ждет трибунала. Вместе со своим заместителем и командиром
первого взвода. Именно они решили убежать с позиций, остальные были не в курсе.
- Отлично. Надеюсь, лет пять каторжных работ он получит.
- Посмотрим. Слушай, хватит столбом стоять. Тоже мне бравый солдат Швейк!
Хм! А сесть?то он мне и не предлагал. Но тон изменился, и строгость исчезла. Сделал
необходимый выговор, и все, шум закончен.
- Садись. И слушай. - Дорич начал выкладывать из папки бланки и бумаги. - Твоя
операция в Валдане и уничтожение Ролки у всех на слуху. Газеты, журналы, телевидение
наперебой поют одно - Ролка убит Оборотнем! В общем, отличился!..
Я скромно промолчал. Газеты и прочие средства наврали безбожно. И поединок, и
предсмертные слова Ролки, и слезы раскаяния, и окровавленный нож в моих руках... Не
хватает только сошедшего с небес ангела и прощального залпа из всех стволов...
- Директор Управления просил передать тебе личную благодарность.
- Угу. Благодарю.
- Авьялин тоже передает благодарность и привет. И еще - на твое имя выписана премия
в размере двухсот тысяч рублей.
- Я не один там был...
- Знаю, - махнул рукой Дорич. - Никого не забудем. Твоим орлам вообще положен
дополнительный пакет поощрений за успешное освобождение Зоны. Так что наград на всех
хватит.
"Ложка меда после порции ремня... Психолог, блин..."
- Но это не все.
- Я уже понял.
Дорич впервые за сегодняшнюю встречу улыбнулся. Подмигнул и достал из сейфа
бутылку коньяка.
- Выпить не грех. Столько событий. Вообще я не сказал: за тот бой против пятисот
боевиков тебя решили представить к звезде на знак.
- Но...
- Знаю, - как всегда, угадал мои мысли комиссар. - К наградам представят всю роту.
Как минимум - красная полоса. Плюс премии, бонусы и прочее. Но тебе как командиру -
звезду. И Кантину тоже.
Чувствовать себя героем страны, пусть и чужой!.. Черт, странно это! Не зная, как
реагировать на поток наград и почестей, я молчал. Слишком все внезапно.
Мы выпили, закусили шоколадом и посидели молча. Потом Дорич спрятал бутылку,
разложил свои бумаги и врубил компьютер. По его сосредоточенному виду стало ясно -
пришло время работы.
- Давай сначала по обстановке. Что у вас на сегодняшний день?
- На сегодняшний день Зона Полного Отчуждения как таковая больше не существует.
Есть оперативные тылы действующей армии, есть отдельные группы бандитов, мародеров, а
также диверсантов и агентов противника. Последними занимается контрразведка, а остальными
- мы. Батальон практически перешел на освобожденные территории Ламакеи. Теперь вся
работа будет сосредоточена там.
- Ясно. За полное освобождение Зоны - еще одна награда. Батальону.
Дорич пробежал пальцами по клавиатуре, что?то черкнул в бумагах. Скомкал и выбросил
два листа, потер руки и спросил:
- Как формирование бригады?
- Идет полным ходом. Личный состав отобран и проходит подготовку. Техника и оружие
поступают. Базы готовят. Что еще? Аэродромы для вертолетной эскадрильи решили
подготовить не в одном месте, а в каждом батальоне.
- Логично.
- Пока все. Части, включенные в состав бригады, уже прибывают железнодорожным и
автомобильным транспортом.
- Напомни, кто уже приехал.
- Батареи РСЗО "Прима" и САУ "Гвоздика" из сводного артдивизиона, дивизион ПВО,
химрота, рота РЭБ... Развернуты в роты взвода инжене
...Закладка в соц.сетях
