Жанр: Фантастика
Королевские Клинки 4. Утраченный идеал
...не давал задания одному
Клинку. Роланд даже намекнул, что Суизин может отказаться от задания, но это значило бы
провал, исключение, потерю пяти лет трудов. Великий Магистр просто предложил бы
следующему кандидату, а потом следующему и так далее, пока кто-нибудь не согласился бы.
Суизин никогда не уклонялся от поединка. Ему нравилось, что его считали смельчаком и
сорвиголовой. Он назвал свой меч "Внезапность".
Даже после единения Узами, когда подопечный и Клинок вместе скакали на лошадях по
Блэкуотеру, Дмитрий все равно отказывался говорить что-либо о себе лично или о своей
миссии. И Суизин не беспокоился на этот счет, так как был буквально отравлен предвкушением
приключений. Пелена спала с его глаз, когда он заметил двух всадников, приближающихся к
ним. Королевские гвардейцы. Дмитрия охватила паника. Он галопом помчался через болото в
объезд, чтобы избежать встречи. Суизин должен был следовать за ним, но успел узнать Хазарда
и Валианта и был уверен, что они узнали его.
Херон, 392: понимая, что шпионы короля выслеживают его подопечного, он повел
преследователей по ложному следу. Прав ли он был, оставив своего подопечного одного?
Бомон, 400: почему он этого не сделал ?
В Бримиарде Дмитрий потребовал от своего Клинка произнести заклинание, прежде чем
отправиться в порт. На корабле Суизин заметил личный штандарт Дмитрия. Он развевался
рядом со скиррианским и гевильским флагами. И это неудивительно, ведь груз "Биргит"
составляли слуги и телохранители князя, которые все время кланялись, шаркали ножкой перед
своим господином.
Так Суизин наконец узнал, что и сам является подарком для брата королевы. Все короли
Шивиаля приставляли Клинков к монаршим особам или просто очень знатным господам. Прочь
все мечты об опасностях и приключениях. Сейчас он всего лишь медаль, знак королевской
благосклонности.
Ну что ж, могло быть и хуже. Дворцы тоже могут быть опасны.
Сэр Уивер, 361: четыре Клинка погибли. Почему они заранее не вывезли тайно из страны
королеву Шину?
Скиррия - экзотическая, таинственная, опасная. Бомон, которого Суизин считал героем,
пропал в Скиррии года два назад.
После того как на "Биргит" были погружены бочонки с водой и провизия, корабль
отправился в долгий путь. И тут Дмитрий сделал неожиданное признание. Суизина не просто
отдали, его продали. Он был "Приложение 4, пункт 1" секретного договора. Царь Игорь хотел,
чтобы у него были свои собственные Клинки, и для этого требовался образец.
Итак, Суизину предстояло стать материалом для анатомического театра. Вот когда перед
ним разверзлась бездна.
Бомон, 400: хотя Великий Магистр обычно знал все, он признавал, что папка о Бомоне
была не полной. По большей части она содержала слухи и домыслы. Поначалу Бомон отказался
сотрудничать, но потом весной прислал отчет о битве, в которой участвовал сэр Оук. Этот
отчет открыл глаза всем на истинного царя Игоря. Из отчета было легко понять, что Клинки
сами видели, как опасность приближалась к лорду Вассайлу, их подопечному. Очень похоже на
случай "Херон, 392", Зная о неважном здоровье лорда Вассайла, можно ли было оставлять его
в Кинске и искать спасения без него? А может, правильный ответ для случая "Херон, 392" был
совсем неверным для случая "Бомон, 400"? Почему они не изучили тщательно суть своей
миссии и не предвидели опасность вовремя? Может, стоило вообще предотвратить приезд
лорда Вассайла в Скиррию?
Долгое путешествие было завершено. Сегодня "Биргит" встанет на якорь в Трейдене.
Дмитрий признал, что с этого момента он, Суизин, будет пленником так же, как и его жена и
дочь были заложниками, пока он находился в Шивиале.
Суизин, 402: что он сделал неправильно?
Он дал клятву верности бессовестному королю! Вот в чем дело. Княгиня Елена не была
заботой Суизина. Стратегия на ближайшее время должна заключаться в следующем: не
допустить схода Дмитрия на берег Скиррии. Но один Клинок не может захватить целый
корабль и заставить его плыть обратно в Шивиаль. Трое-четверо смогли бы, но не один,
Суизин смог припомнить единственный случай принятия подобного решения в хрониках
Айронхолла - "Берл, 356", хотя, несомненно, были и еще примеры, но они просто затерялись в
архивах. Каждый раз, взбираясь по рангоуту, он размышлял, пытаясь найти правильное
решение. Его подопечный был в опасности, а угроза Дмитрию служила сигналом к действию
для Суизина, но угроза жизни Дмитрия исчезнет, если не будет Суизина. Далеко внизу была
палуба, которая и казалась тем окончательным решением. Царь Игорь может получить обратно
князя, но он не смеет касаться Клинка.
Лодка-буксир была близко. Суизин стал быстро спускаться по вантам.
Буксир покачивался рядом, у борта, спустив парус. Официально Трейден был
единственным скиррианским портом, открытым для зарубежной торговли. Дмитрий сказал, что
это вообще единственный сколь-нибудь значительный город на этом унылом побережье.
Хорошо укреплен. Приблизиться к нему можно только по лабиринту неглубоких, петляющих
каналов, так что даже бэлы не могли подобраться незамеченными.
Суизин спрыгнул на палубу и прошел на ют. Он уже почти дошел до мостика, как вдруг
кто-то громко окликнул его:
- Старкмур!
Суизин живо обернулся.
К нему шел молодой человек, одетый в просоленную морским ветром и водой робу, а на
боку у него виднелась рукоять меча с белым камнем. На его лице появилась добродушная
улыбка.
- Бо!
Последнее, что о нем слышал Суизин, так это то, что Бомон подавал пиво в какой-то
таверне в Грандоне.
(Суизин, 402: почему он оробел?)
- Вот удача, брат! Клянусь, я здесь, чтобы помочь тебе и твоему подопечному. - Взяв
Суизина за руку, Бомон быстро повел его в сторону капитанского мостика. - Итак, будь на
нашей стороне, если случится драка. Ваше высочество, путешествие было приятным?
Дмитрий издал истошный вопль. Команда взвыла от ужаса, когда к судну вдруг
приблизились рыжебородые люди довольно зловещего вида. Подойдя к капитану Магнусу на
расстояние вытянутой руки, Бомон приставил меч прямо к его горлу.
Перспектива спасения поразила Суизина как гром среди ясного неба. Бэлы тем временем
толпой валили на борт корабля, все они были с голым торсом, а некоторые и вовсе без одежды.
Мачта корабля раскачивалась, как сумасшедшая, когда моряки взбирались по ней. Дмитрий
стал пробираться по палубе, но Суизин бросился к нему и резко оттолкнул в угол, подальше от
опасности. Боцман примчался на помощь Магнусу. Суизин сильно ударил его по спине, и тот
растянулся на палубе во весь рост. Суизин встал прямо перед своим подопечным, держа меч в
руке.
- Сдавайтесь! - прокричал Бо, обращаясь к капитану. - Сдавайтесь, и мы пощадим
корабль.
Гевилец попытался схватить меч руками, но это было жалкое противодействие мечу.
- Проклятие! - воскликнул Бо и нанес смертельный удар.
Было слишком поздно для бескровной капитуляции. Палуба представляла собой яростную
картину: с одной стороны рассвирепевшие бэлы, а с другой - команда, пытающаяся найти
хоть какое-то оружие - топоры, кинжалы, абордажные сабли. Рулевой вытащил нож из-за
пояса. Бо, как будто у него на затылке были глаза, резко обернулся и нанес сильный удар
сплеча, почти полностью отрубив ему руку. Тут появился боцман. Это был здоровяк с
кинжалом, и Суизин без всякого удовольствия нанес удар сзади. Да, жалкий способ начинать
карьеру.
А затем Суизина и самого кто-то крепко обхватил двумя руками.
- Идиот! - прокричал Дмитрий прямо в ухо Клинку. - Это пираты.
(Суизин, 402: зачем он помог бэлам похитить своего подопечного ?)
К счастью, Дмитрий не был достаточно тренирован. Суизин ударил его сначала ногой под
колено, а затем - локтем в солнечное сплетение. Дмитрий повалился на дощатую палубу.
Несмотря на отсутствие одежды и животные крики, бэлы были великолепными воинами,
В рукопашной схватке они прекрасно владели топором. Они уже захватили главную палубу и
приканчивали остатки обороняющихся. Около двадцати гевильцев сгрудились на носу корабля.
Остальные бились на корме, продвигаясь к юту и трапу, по которому пытались взобраться те,
кто находился на нижней палубе. Это только привносило еще большую сумятицу. При оружии
были и четверо телохранителей Дмитрия. Они намеревались спасти князя.
- Следи за трапом! - скомандовал Бо Суизину и побежал дальше.
Суизин подобрал кинжал боцмана.
(Суизин, 402: разве он не помнил, что разжалованный Клинок заслуживает еще меньше
доверия, чем любой другой человек?)
Какой-то вооруженный матрос, держа в руках шкворень, подступил к юту. Он
остановился, увидев меч Суизина, направленный прямо на него. С минуту они просто стояли,
глядя друг на друга. Суизин сделал ложный выпад, матрос попытался отразить удар, но меч
Суизина был очень скор и мгновенно поразил его в руку.
- Назад!
Но остальные продолжали подталкивать гевильца вперед; он попытался нанести удар, но
Суизин поразил его резким ударом в глаз и отбросил назад на толпу его товарищей.
- Следующий!
Он должен был охранять трап, а Бо взял на себя весь периметр корабля. В отличие от меча
Суизина шпага Бо была такой острой, что он легко мог отрубать пальцы, вцепившиеся в перила.
Так он и делал. Те, до кого невозможно было дотянуться, получали удар в лицо. Одновременно
он должен был следить, чтобы кто-нибудь не вцепился ему в икры или вообще не отрубил ногу.
Если бы Бо взял на себя лестницу, а Суизину поручил периметр судна, его меч оказался
бы бесполезным: им невозможно орудовать так, как шпагой. А шпага - превосходное оружие в
поединке один-на-один при условии, что другой не вооружен секирой. Бо предвидел все это.
Какой-то человек попытался взобраться по трапу, но меч Суизина мгновенно вошел ему
под мышку. Кто-то метнул нож, и он просвистел над ухом Суизина, как туча москитов. Еще
один пытался перелезть через перила прямо рядом с Суизином, но он быстро нанес удар. Здесь
шпага годилась так же, как маникюрные ножницы, но в глазах нападавших представляла
угрозу.
Смерть и жестокость, крики от боли, кровь. Судно неуклюже поворачивалось, паруса
хлопали и издавали звуки, напоминавшие раскаты грома.
Кого-то Суизин сразил в шею. Меч вошел прямо между шейных позвонков. Падающее
тело повлекло за собой Суизина, и он чуть не упал на сражающихся внизу. На краткий миг его
охватил ужас. Ему показалось, что сломался кончик меча. Но меч просто застрял в теле
убитого. Суизин почувствовал, что Бо приближается, чтобы прикрыть его. Ведь он оказался на
какое-то время без оружия.
Когда он поднялся, то увидел, что противник сдает оружие. Он выжил в своем первом
сражении.
7
Едва поостыв после сражения, два Клинка могли теперь улучить момент, чтобы как
следует рассмотреть друг друга. Одновременно они издали радостные возгласы и обнялись.
Бомон казался меньше, чем раньше. Суизин подхватил его на руки и закружил. Он будет жить!
Его подопечный вне опасности.
- Мои поздравления, - сказал Бомон, когда тот отпустил его наконец. - Ты прекрасно
овладел искусством балансировки.
- Спасибо. - И тут Суизин припомнил уроки фехтования, еще до того момента, как
Бомон был освящен Узами. Получить Кубок - потрясающе. Все в колледже просто с ума
сходили по этому поводу. - А что ты здесь делаешь?
- Кормлю москитов всю последнюю неделю и жду тебя. Великий Магистр послал меня
сюда.
- Как мило с его стороны.
- А еще король, хотя он и не совсем в курсе всей программы. Вот тот толстяк - брат
короля, Ателинг Зигфрид.
- Какая честь.
- А вот "Идигтрида". - Бо указал рукой на корабль. Алый парус был хорошо виден.
Можно было даже рассмотреть дракона с изогнутой шеей на нем.
- Что значит это слово?
- "Идигтрида"? Грубо говоря - третья попытка. - Тут Бо хитро усмехнулся. -
Подозреваю, он выбрал такое название, чтобы досадить братцу. Это в духе Зига.
- А мой подопечный, - Суизин оглянулся на Дмитрия, который все еще лежал на
палубе, раненный в живот, - теперь предназначен для выкупа?
- Нет, если все пойдет по плану.
- Ты отвезешь нас обратно в Шивиаль?
- Это один вариант. Ты понимаешь, что царь является реальной угрозой и для тебя, и для
твоего подопечного?
- Да, - с горечью ответил Суизин. - Я не вижу выхода. Но он будет жить! Жить!
Жить!
Бо отер пот со лба:
- Есть несколько выходов, но о большинстве из них лучше и не думать.
Князь Дмитрий был в шоке, он едва мог вынести происходящее. На него напал его же
Клинок, чтобы его мог похитить брат короля Ательгара - этот безумный бабник-варвар. А
пособничал ему воин, которого он видел на свадьбе сестры два года назад. Такое не должно
происходить с князем, который приходится шурином королю и царю!
Моряки и пассажиры собрались внизу, снося раненых. Многие бэлы продолжали метать
топоры, но теперь уже в оснастку корабля. Двое по залитым кровью ступенькам поднялись на
ют, чтобы утащить убитого рулевого. Затем пришел Ателинг Зигфрид - просто персонаж
ночного кошмара: из одежды на нем были сапоги, шлем да рыжие волосы по всему телу. Его
боевой топор был в крови. Похоже, он продрог до костей, но старался не показывать этого.
- Нельзя мешкать, - объявил он. - Ты в порядке, Дмитрий?
- Не очень, - простонал князь.
- Мне нужна информация, и поскорее. Мы и так чуть не сели на мель.
Дмитрий снова застонал, а Суизин еще не видел, что пираты совсем близко, на расстоянии
выстрела. Они громко горланили на берегу. Ветер зыбко колыхал изумрудно-зеленую траву на
холмах. И тут кто-то на верхней палубе задел одного из бэлов, и теперь его зычный голос
перекрывал шум прибоя.
- Альф ранен, - сказал Бо. - Но, похоже, язык у него не пострадал. Есть еще жертвы?
- Вроде нет, - прорычал бэл. - Да что могут эти никчемные гевильцы? А теперь,
Бомон, закрой рот и помолчи хоть раз. Князь, мы спасли вас из любезности для этого выскочки
фехтовальщика.
- Выкуп! Я заплачу выкуп! - стенал Дмитрий.
- Не раздражай меня! Я отпущу тебя, но ты должен сотрудничать с нами. Скажи мне, что
ты знаешь о Царицыне?
- Что? А, это загородный дом царя. Охотничий домик, тайное убежище.
- Был когда-нибудь там?
- Нет. И никто не был. Никто не знает, где это. То есть, я хочу сказать, это где-то к
северу от Кинска, но это все, что я знаю. Мне сказали, что я... - Голос Дмитрия дрожал.
Появился еще один громадный бэл.
- Пленники надежно спрятаны.
- Приготовиться покинуть корабль! - зычно прокричал Зигфрид. - Продолжай,
Дмитрий. Эта посудина разлетится в щепки минут через десять. Если хочешь уйти вместе с
нами, внеси и свою долю. Итак, Царицын.
- Что ты хочешь знать? Мне сказали, что в Трейдене меня будут ждать стрельцы. Они и
должны были сопроводить меня в Царицын, - бормотал князь. - И сэра Суизина, конечно,
тоже. А царь встретит, то есть должен был встретить, нас в Царицыне.
Зигфрид с любопытством поглядел на Бомона, а тот с сомнением произнес:
- Думаю, такое возможно.
- Нет, - возразил Суизин. - Мой подопечный - не заслонная лошадь. Вам нужен
какой-то Царицын, так и ищите его сами.
- А тебе нечем торговаться, фехтовальщик, - тут же возразил ему бэл.
- А ты не спеши биться об заклад; на этот счет, - резко отреагировал Суизин.
Пыл сражения еще не остыл в его жилах, но убийство брата короля вряд ли можно назвать
дальновидным поступком.
Бэл задорно рассмеялся, а затем продолжил допрос:
- Сколько человек там держит Игорь? Кто охраняет дом?
- Я не знаю, - лепетал Дмитрий. - Откуда мне знать?
- Что делает там Игорь?
Бэл, ломавший румпель, закончил свое дело и ушел. Посудина плыла к берегу,
поворачиваясь с боку на бок. Громкие крики ужаса и боли, доносившиеся снизу,
свидетельствовали, что пленники догадались, что их ждет. "Идигтрида" ловко подошла к
борту, и бэлы стали перепрыгивать на ее палубу.
- Что делает?! - завопил Дмитрий. - Да кто же это может знать? Ходят слухи о
пытках, страшном колдовстве и ужасающих оргиях. А еще о собаках. Он держит там
большинство своих собак, этих громадных монстров. Он кормит их человечиной.
- И это все? - угрожающе спросил Зигфрид.
- Что... - Тут Дмитрия озарило. - Казна! Он держит казну в Царицыне. Ларцы с
драгоценностями, слитки золота.
- Ты просто повторяешь слухи? Ты сам видел что-нибудь?
- Нет, конечно, но этим слухам можно доверять.
Пленники тем временем пытались выбить дверь, ведущую к боковому трапу. "Биргит"
содрогалась от ударов, и всех, кто там был, сильно кидало от борта к борту.
- То, что говорят двое, должно быть правдой, - решил Зигфрид. - Пора идти.
Он быстро и легко побежал, что казалось необычным при его грузном теле. Дмитрий
поплелся следом, Бо и Суизин замыкали шествие. А корабль снова ударился о дно, на сей раз
сильнее. Дерево треснуло.
Тут Суизину представился случай перемолвиться словечком с Бо без свидетелей:
- Ты купил нашу свободу за сокровища царя?
- Кое-что я купил. - Знакомая усмешка озарила лицо Бо. - Но если снова прольется
бэльская кровь, мне придется учиться дышать под водой.
Они побежали на главную палубу. "Биргит" снова ударилась. Четыре громадных бэла
удерживали оба судна абордажными крюками, но и они не могли удерживать ее на плаву долго.
- А как ты собираешься найти место, о котором никто ничего не знает? - все требовал
ответа Суизин.
Он все еще удивлялся тому, насколько его положение сейчас улучшилось по сравнению с
тем, что было полчаса назад.
- Верь мне, - ответил Бо. Тут раздался вопль:
- Подождите меня! Подождите! - Дмитрию удалось настигнуть Зигфрида, когда тот
уже перебирался через борт. Дмитрий вцепился ему в бороду, так как больше ухватиться было
не за что. - Ты не можешь бросить всех этих людей. Они же утонут. Там мои слуги. Они
работали на меня из поколения в поколение. Мои телохранители...
Бэл оторвал его руки от своей бороды и с ухмылкой сказал:
- Может, они значат для тебя больше, чем я думал. Не горюй о своих телохранителях,
князь.
И тут вдруг дверь с треском распахнулась, и люди повалили к трапу.
Ноя и жалуясь, Дмитрий плелся в сопровождении своего Клинка. Бо тоже присоединился
к ним, едва избежав столкновения с разгневанными гевильцами. Два корабля разошлись.
- Вам действительно не стоит беспокоиться о них, - спокойно сказал Бо. - "Биргит"
сядет на мель, и ей понадобится несколько дней, чтобы сойти с нее. Они доберутся до берега,
когда вода спадет.
- И тогда они погибнут от холода или голода. Бо пожал плечами:
- Я всего лишь стратег. У бэлов своя тактика. Здесь недалеко маяк.
- И что они там найдут? Дюжину мертвых моряков?
- Я отговаривал Зига от этого. Они не найдут подходящего судна - вот что важно. А
нам нужно подготовиться. В Трейдене ситуация прояснится. Оттуда в Кинск непременно
сообщат о нас,
- Плутишка! - сказала она. - Кто у нас большой плутишка? Поймала тебя!
Крепко обняв малыша, она уткнулась лицом в его шею и вдохнула его запах. Ребенок
радостно засмеялся.
Софья каждое утро проводила часа два с Борисом, и ничто не должно было нарушать этот
ритуал. Он уже мог очень хорошо ходить и даже быстро бегать, так что ловить его было
нелегкой задачей для женщины, одетой в длинную юбку, да еще ползать за ребенком по полу,
застланному медвежьей шкурой.
- Еще, - сказал маленький царевич.
- Ну, иди! Мамочка поймает тебя.
Борис радостно вскрикнул и бросился обратно в руки матери. Она оглянулась и, увидев
клыки собаки, сама чуть не закричала.
- Лежать, Леонид! - скомандовал царь. - Лежать, Андрей!
Когда он вошел в комнату, Софья была в дальнем углу комнаты, крепко обнимая сына.
Собаки выполнили команду. Эти были не такими громадными, как Василий, но все же одними
из самых крупных в своре.
- Ну, как мой мальчик сегодня? - спросил царь.
Он сильно постарел со дня смерти Федора - борода вся поседела, глаза как будто
ввалились. Ходил он ссутулившись, опираясь на слугу, носил с собой меч, хотя раньше редко
носил оружие.
Еще трое проследовали за ним в палату к царице - главный боярин Скуратов, маршал
Санин и зловещий воевода Стенька. Всегда государственные дела. Иногда Игоря посещала идея
посвятить царицу в такие дела, которые ее пугали, потому что его любимым методом
устранения неугодных помощников было обвинение в государственной измене, что трудно
опровергнуть.
- Собаки напугали его, государь, - сказала Софья. - Дайте ему минутку успокоиться.
На самом деле Борис боялся собак так же, как и своего отца, и всегда истерично кричал,
когда тот пытался взять его на руки. Она надеялась, что сейчас при посторонних он не будет
пытаться проделать это.
Царь сердито что-то проворчал и уселся на сундук.
- Плохие новости. А может быть, и хорошие. - Он попытался изобразить улыбку. -
Расскажи, главный боярин, моей жене, что поведал нам Унковский.
Старик прочистил горло и стал бормотать.
- Почтенный астролог объявил, - сообщил князь Санин, - что приближается время
справедливости, час расплаты за преступления. - Он ухмыльнулся в сторону Стеньки. Эти
двое ненавидели друг друга, и было просто невероятно, что они еще не поубивали один
другого. - А еще он сказал, что защитники будут нападать, а нападающие - защищать. Явное
предупреждение о том, что на армию полагаться нельзя.
Игорь проигнорировал сказанное, чтобы не провоцировать ссору.
- Ужасные времена! - повторил он. Коснулся рукояти меча. - Похож на тот, которым
убили моего сына. Твой брат мертв, жена, или похищен.
Она взяла на руки Бориса, чей плач перешел во всхлипывание.
- Бэлы! - В злобном оскале показались все зубы царя. - Они взяли на абордаж его
корабль в устье Звона. Увели Дмитрия, корабль посадили на мель. Половина команды убита
или утоплена. Измена! - бормотал он. - Предательство! Кто знал, когда он должен
вернуться? Отвечай, главный боярин!
- Гм... Возможно, многие, государь, - ответил Скуратов.
А если секрет был разглашен, значит, это произошло в Шивиале. Или в Гевиле. Да,
вероятно, в Гевиле. Если бэлы...
- Но почему князь? Там были и другие, за кого можно было бы потребовать выкуп. А
сокровища, которые можно было украсть? А рабы, которых можно продать? - Глаза царя
беспокойно смотрели то на одного, то на другого и все сильнее блестели, даже ярче, чем
желтый драгоценный камень на рукояти меча. - Объясните мне, как бэлы смогли похитить
человека, у которого есть Клинок?
Упоминание о Клинке испугало и насторожило Софью.
- У Дмитрия был Клинок, государь?
Это звучало неправдоподобно, но она не посмела высказать сомнение вслух. Заговорил
Стенька:
- Я чую измену, государь. - Заявить такое было самым верным способом привлечь
внимание царя.
- Да? Продолжай.
- Очевидно, князь Дмитрий заодно с бэлами. А иначе его Клинок защитил бы его. Он сам
подстроил свое похищение.
- Но зачем? - нетерпеливо спросил Игорь.
- Чтобы сбежать из-под наблюдения тех, кто действительно предан вам, государь.
Конечно же, он имел в виду своих стрельцов-шпионов. Софья хорошо знала, что
устраивать заговор не в духе Дмитрия. На это он неспособен. Но возражать царю было
бесполезно, когда он начинал искать изменников.
- А что он делает теперь? - требовал царь ответа, брызжа слюной, как голодная собака.
И снова у Стеньки ответ был наготове. И когда он толь- ко успел насочинять весь этот
бред?
- А разве он не наследник вашего величества, второй после царевича? Я подозреваю, что
ваш племянник находился под дурным влиянием за границей. Очень похоже на то, что он
поднимал армию на мятеж. Его войско сейчас наверняка сходит на берег в Трейдене.
Санин фыркнул. Все, что нравилось воеводе, он воспринимал с усмешкой и презрением. И
наоборот. Их вражда была основана на традиционном соперничестве между регулярной армией
и ополченцами, но было в этой вражде и много личного. Стрельцы были моложе и красивее,
как он сам, Санин, считал. Софья не обращала никакого внимания на это соперничество за
благосклонность царя.
- Или гонца с вестью о выкупе задержала какая-нибудь девица в трактире. Нет никаких
доказательств этой лжи.
- А при чем тут Клинки? - грозно спросил царь. Санин пожал плечами:
- Клинок обратит любую ситуацию в благоприятную. Живой пленник стоит больше, чем
мертвый. Его Клинок будет полезнее в качестве пленного.
- Клинки! - бормотал царь, касаясь рукояти меча. Клинки для него были
наваждением. - Он вернется. Так говорит колдун. Слышишь меня, жена? Колдуны говорят,
что это именно тот меч, который убил Федора, а Клинок, вонзивший его, непременно вернется
за ним.
Софья слышала эту чепуху сотню раз.
- Тогда, государь, вы должны быть очень осторожны. Клинки опасны.
Но такие привлекательные! По ночам в темноте и одиночестве она думала о том, что
отдала бы все, лишь бы еще раз обнять Бо, снова почувствовать вкус его поцелуев, показать ему
сына. Она знала, что он уцелел в той резне, так как Таша написала, что он и еще один Клинок
сопровождали ее в Шивиаль. Другой был наверняка Оук, потому что меч Аркелла нашли потом
в Мезерске. Несмотря на безумные мечтания Игоря, ни один Клинок никогда не вернется в
Скиррию. Они никогда не воссоединятся.
Стенька недовольно посопел и продолжал:
- Его величество забывает, что похищение произошло две недели назад. И как бы ни
была прекрасна девица из трактира, почему мы до сих пор не имеем сообщений от воеводы из
Трейдена?
- Да! Почему?
- Потому что Трейден тоже захвачен, государь. Предатели сдали ваш город врагам.
Такое заявление ничего не значило бы, скажи это кто-нибудь другой, но в устах Стеньки
звучало как обещание кошмара. В своем стремлении отомстить за смерть Федора Игорь уже
полностью разрушил Моркуту, Звоноград и дюжину близлежащих деревень. Никто, включая
кошек и собак, не выжил, причем многие жертвы умирали страшной мучительной смертью. И в
этой кампании отмщения Стенька заслужил царское расположение, вытворяя дьявольски
жестокие зверства. А теперь его лицо озарилось в предвкушении очередной мясорубки в
Трейдене.
Санин думал, очевидно, то же самое, что и Софья. На его лице отразилось отвращение.
- Государь, но если у вас есть сомнения насчет происходящего, - пошлите меня и моих
людей расследовать все это.
- Чтобы кому помочь? - триумфально спросил Стенька. - Звезды предупреждают, что
защитники стану
...Поділитися у соцмережах
