Жанр: Фантастика
Кинтарский Марафон 2. Бег к твердыне хаоса
...ут расценить это как атаку и уничтожить нас, несмотря на
деревья. К тому же биржанцы сейчас нагие и безоружные. Можем ли мы так поступить?
Он вздохнул.
- Возможно, и стоило бы. - Он посмотрел на обугленные кучи, дымящиеся на
зеленой траве. - Почему-то внутри скафандра я чувствую себя более уязвимым. Обрати
внимание - эти тучи игнорируют тех троих. Они охотятся только за скафандрами!
Она кивнула.
- Понимаю. Давай вернемся к остальным. Думаю, нам предстоит сделать сложный
выбор.
Всю дорогу назад она молчала. Наконец Чин спросил:
- Чувствуешь себя виноватой? Как будто сама убила этого биржанца?
Она кивнула.
- Вроде того. Они ведь не были нам настоящими врагами.
- Не вини себя. На самом деле ты не убила его - ты спасла жизнь другим трем.
- Как это?
- Если бы мы не поторопили их, они преспокойно надели бы свои скафандры и
направились бы прямиком к этому лугу. И скорее всего, эти облака испепелили бы их еще
до того, как они поняли бы, откуда исходит опасность. - Он вздохнул. - Надо сказать,
тот малыш очень быстро выздоровел. Еще несколько часов назад он бился в агонии и был
почти при смерти из-за потери крови. А сейчас, смотри-ка - бегает, наклоняется,
катается по траве. Я, похоже, гораздо лучший врач, чем я думал!
Вернувшись, они обнаружили, что Морок купается, а Манья сидит возле ручья. Чин
с Кришей пересказали им все, что случилось на лугу.
- Капитан прав, Криша, - сказал Морок. - Не расстраивайся. Возможно, мы
действительно спасли остальных биржанцев. Вопрос только в том, что хотя мы здесь
теперь единственные обладатели скафандров, нам от них мало пользы. Я видел все, что
произошло. Мы не сможем пройти в них по этому лугу.
Криша кивнула.
- Что бы это ни было, оно запрограммировано не давать никому ничего пронести
через этот луг.
- Это младшие демоны, охраняющие вход в цитадель Ада, - настаивала Манья. -
Почему вы не хотите признать очевидное? Просто нас загипнотизировали, запретив
видеть абсолютное зло, что обитает здесь!
- Меня никто не смог бы загипнотизировать, - напомнил ей Чин. - Однако, я уже
жалею, что мне пришла в голову эта идея насчет аккумуляторов миколианцев. Они бы
никогда не прошли здесь в скафандрах, и это решило бы все проблемы.
- Откуда вы могли знать? - успокаивающе сказал Морок.
- Тебе просто нужно было перерезать им глотки, пока они были в трансе, - резко
сказала Манья. - Вот это действительно сразу решило бы все проблемы!
Капитан вздохнул.
- Возможно, я просто недостаточно решителен. Возможно, вы и правы -
признаюсь, эта мысль посетила тогда и меня. Если миколианцы преуспеют в своем деле и
станут служить демонам, я буду винить себя за это всю свою оставшуюся - скорее всего,
непродолжительную - жизнь. Но я солдат. В бою я буду выполнять свой долг, но за
время этого путешествия я понял, что не могу быть убийцей. Что бы там ни было, просто
не могу.
- Вы хороший человек, Ган Ро Чин, - заверил его Морок. - Вам не в чем себя
упрекнуть. А ты, Манья, помни, что миколианцы - не демоны, они люди, как и мы. Если
они верят в то, во что верят, и действуют так, как действуют, то это лишь потому, что они
были воспитаны в рамках варварской культуры. Они не выбирали, как мы, какими им
быть. Греховность злых заключается том, что они злы по собственному выбору и ради
собственной гордыни.
- Если домашнее животное жестоко мучают и тренируют быть кровожадным
убийцей, у него тоже нет выбора, - ответила Манья. - Но вы убьете бешеное животное,
чтобы оно не убило вас, независимо от того, чья это вина.
Криша была слишком расстроена, чтобы сдерживаться.
- Все это бесполезно! Какой смысл рассуждать, что нам нужно или не нужно было
делать раньше? Они не демоны, а мы не боги. Мы достаточно часто ошибались, и
наверняка еще не раз ошибемся. Единственное, что нам сейчас нужно решить - это как
нам двигаться дальше. Все остальные, хотя они и лишились скафандров, идут вперед,
пока мы тут обсуждаем философские вопросы!
Даже Манья поняла, что Криша права.
- Как ваша нога, Святой? - спросила она.
- Как ни странно, намного лучше, - ответил он. - Еще немного одеревеневшая,
но опухоль почти исчезла! - Морок встал на обе ноги, и Манья была поражена, увидев
улучшение.
- Поразительно! - выдохнула она, осматривая ногу. - В этой воде, должно быть,
содержится какое-то уникальное лекарство!
- Возможно, этим и объясняется быстрое выздоровление того молодчика, -
задумчиво сказал Чин. - А я-то себя хвалил! Ну да ладно. По крайней мере, нас больше,
чем биржанцев, которые теперь вооружены не лучше нас, и столько же, сколько
миколианцев, и если эта живая изгородь действительно представляет собой такой
лабиринт, как это кажется отсюда, то у нас еще будет шанс их догнать. И все же хотелось
бы, чтобы у нас была хоть какая-то защита. Этот коринфианец разделается с нами за пару
секунд.
Морок расправил крылья.
- Может быть, я попробую взлететь над этим лабиринтом и указать вам путь? -
предложил он. - Вряд ли теперь кто-то сможет подстрелить меня с земли. Условия здесь,
в общем-то, благоприятные, хотя мне придется делать только небольшие перелеты, так
как здесь нет ветра и парить невозможно.
- Эти штуки тоже летают, - предупредила Криша. - По-моему, вам лучше
оставаться на земле.
- Возможно. Увидим. Может быть, они охраняют только периметр, а за лугом
летать уже безопасно.
Ган Ро Чин выключил скафандр и выбрался из него.
- Мне немного неловко, - сказал он смущенно, - но другого пути нет.
Криша, вздохнув, сделала то же самое.
- Видимо, мне придется уйти из этой жизни в таком же виде, в каком я пришла в
нее, - сказала она сухо. Она тоже испытывала смущение - не перед теми двумя,
принадлежавшими к другой расе, а перед Ган Ро Чином.
- Ты выглядишь превосходно, - заверил ее капитан, радуясь, что его мысли нельзя
прочесть.
Теперь только Манья оставалась в своем трико. Они направились в сторону луга,
однако, дойдя до него, обнаружили, что тучки все еще на месте и движутся взад-вперед,
как будто поджидая их.
Впервые увидев их наяву, а также заметив обугленные останки скафандров, Манья
почувствовала себя менее уверенно.
- И что же мне делать? - спросила она нервно.
- Ты должна довериться богам и своей мудрости, - ответил Морок. - Здесь я не
могу подсказать тебе решение.
Она вздохнула.
- Я буду мишенью, которую они с радостью атакуют, - сказала она после
недолгого размышления. - Я не дам им такого повода. - И, сказав это, она полностью
разделась.
И они двинулись через луг.
Тучки продолжали двигаться у них над головами, словно конвоируя их. Проходя
мимо останков Дарквиста и сожженных скафандров, все четверо нервно поглядели наверх
- тучки не предпринимали никаких враждебных действий.
Полчаса спустя они натолкнулись на останки коринфианца. Это тоже было
испытанием для их нервов - они в любую минуту ожидали, что он воспрянет к жизни и
нападет на них, безоружных, но вскоре поняли, что он мертв окончательно и
бесповоротно.
- Вот так облегчение! - сказал капитан. - Теперь наше соотношение сил -
четыре - три - три, и все команды одинаково уязвимы.
Вскоре их взору предстало еще более успокаивающее зрелище - тучки, резко
развернувшись, с бешеной скоростью ринулись к лесу и принялись за поливку.
- Видимо, когда мы прошли полпути, они решили, что мы уже вряд ли будем
представлять угрозу, - заметил Морок. - Но боюсь, они так же быстро примчатся назад,
если мы сменим курс.
Вскоре они добрались до стены живой изгороди.
- Интересно, - сказала Криша. - Я их не чувствую. Будьте начеку - я на
некоторое время ослаблю блокировку.
Они подождали, стараясь думать как можно меньше, и до них издалека донеслись
обрывки мысленной речи, но так же внезапно они исчезли.
- Вот и все, - сказала наконец Криша. - Если они не могут слышать нас, то и мы
не можем слышать их. Я попробую поэкспериментировать, чтобы решить эту проблему,
иначе они могут почувствовать нашу блокировку и, хоть и не смогут ничего выведать, но
будут знать, что мы где-то здесь. С другой стороны, они не будут нас слышать - если,
конечно, не разовьют эмпатические или еще какие-нибудь способности. Мне придется
периодически снимать блок, чтобы не упустить их, и в такие моменты мы будем для них
открыты. Я просто не смогу научить вас всех блокировать свои мысли самостоятельно.
- Делай что должна, - сказал ей Морок. Он осмотрел живую изгородь сверху
донизу. - Мне кажется, более серьезная проблема сейчас - это как нам попасть внутрь.
Ган Ро Чин слегка улыбнулся.
- Разве не ясно? Конечно, идти налево, пока не найдем вход. Ручаюсь, они
поступили именно так.
Они шли вдоль изгороди почти час, пока не нашли вход в лабиринт. Судя по всему,
за ними пока что никто не следил.
Им сразу же пришлось выбирать между двумя направлениями.
- Предлагаю придерживаться левого направления, пока это возможно, или пока мы
не обнаружим, что столкнулись с исключением из правила, - сказал капитан. - И все же
у меня есть чувство, что не все будет так просто.
Он не ошибся. Уже у второго поворота они наткнулись на препятствие, высотой
метров в тридцать, на которое им было страшно даже посмотреть. Не то чтобы оно
закрывало проход - оно закрывало его лишь наполовину, но это была гигантская статуя
из черного мрамора, скульптура непередаваемой жути: огромная тварь со множеством
щупалец и когтей, предназначенных для того, чтобы рвать на части. Она прямо-таки
излучала уродство и - о да, то самое зло, так хорошо знакомое команде.
Кроме, конечно, Ган Ро Чина, который мог видеть в статуе лишь уродство с
эстетической точки зрения.
- Почему вы остановились? - недоуменно спросил он. - Это же просто
скульптура!
Они медленно пошли дальше по дорожке, возглавляемые капитаном, но не успели
еще приблизиться к статуе вплотную, как Криша вскрикнула:
- Стойте!
Он остановился и с удивлением обернулся к ней.
- Что такое?
- Эта тварь пошевелилась! Клянусь вам!
- У статуи есть разум, капитан! - подтвердил Морок. - Не могу объяснить как,
но я чувствую это.
В мозгу у Криши промелькнула догадка:
- Помните наш сон? Там были те же цвета, и та же злоба... Это было отображение
этой твари! То, что мы видели во сне, воплощено в этой статуе!
- Чепуха, - сказал Чин, но тем не менее остановился. Теперь и ему показалось, что
он уголком глаза заметил движение. Они меня напугали, сказал он себе. Но они обладали
способностями, каких у него не было, и по крайней мере один кусочек этой головоломки
был лишь у них. Когда Криша говорила, что читает мысли кого-то, находящегося далеко,
он в ее словах не сомневался. Почему же сейчас он ей не верит? И все же ему нужны были
более веские доказательства, чтобы заставить его изменить правилу.
Стоп! Может быть, выход все же есть!
- Криша, посмотри-ка, есть ли у него мысли, если сможешь.
Она глубоко вдохнула, сняла блок и уставилась на идола. Вдруг она тихо ахнула и
вновь поставила блок.
- Есть! - сказала она. - Я вдруг почувствовала... нечетко, правда... просто
соприкоснулись разумами...
- Я тоже это почувствовала, - подтвердила Манья. - Эта тварь отвратительна.
Морок выглядел несколько подавленным, как будто какие-то нежеланные для него
воспоминания всплыли наружу. Но все же он сказал:
- Криша, тебе придется убрать блок. Не сейчас, в присутствии этой твари, а потом.
Иначе мы не найдем путь.
Она кивнула.
- Только давайте поскорее уберемся отсюда, Святой. Какое ужасное создание!
- Ну ладно, - сказал Чин. - Мы изменим правилу и пойдем направо.
- Боюсь, этот путь очень опасен, намного более опасен, чем все другие, хотя и
привлекателен, - сказал Морок. - Там, во сне, проход тоже сторожило зло, но он был
хотя бы прямым. Здесь же нас ждет лабиринт.
- Да, - согласилась Криша. - Но вспомните: зло было столь могущественно, а
путь был так узок, что никто не мог пройти, не попав в ловушку.
Джимми Маккрей впервые испытал, насколько тяжело быть эмпатом. Страдание,
исходящее из самой глубины души Модры, было настолько сильным и
душераздирающим, что он не мог сосредоточиться на других делах.
- Нам надо идти, - сказал он ей. - Я тоже многое потерял в жизни; я потерял все
еще задолго до того, как попал сюда, а здесь лишился и тех крох, что у меня оставались.
Но кое-что я здесь и нашел. Я понял, что действительно не хочу умирать, понял, что хочу
найти объяснение всему этому, хочу узнать, кто это все устроил, и встретиться с этим
подонком лицом к лицу.
Она горестно взглянула на него.
- Ушли единственные три существа, которые были мне по-настоящему близки, -
сказала она, глубоко вздыхая. - Один - еще до того, как ты пришел; собственно говоря,
мы взяли тебя на его место. Потом Трис. А теперь еще и Дарквист. Когда я впервые
поднялась на борт нашего корабля, все было иначе. Было весело, мы все были
товарищами. До тех пор я просто не знала, что это значит - жить. Впервые в жизни я
действительно жила! Они были моей семьей. Я знала их лучше, чем собственную семью
- и они меня тоже. А теперь их больше нет. Никого из них нет. Ну, где-то на корабле,
наверное, жив еще Трэн, но это уже не то.
- У тебя вроде бы есть муж? - спросил Джимми.
Она кивнула.
- Я знала его меньше трех недель. Я провела намного больше времени с тобой, чем
с ним. Я вышла замуж по любви и, в каком-то смысле, ради ощущения безопасности и
надежности - за несколько недель до этого я пережила жуткие вещи, - но в основном
потому, что у него были деньги и влияние, и он мог спасти нас от банкротства. В
основном, я сделала это, чтобы сохранить команду, чтобы она не распалась. И посмотри,
чем это кончилось! Трис вышиб себе мозги, Дарквист превратился в липкую лужицу, а я
сижу здесь, голая, в мире, которого я не знаю и который хочет меня прикончить. И что
даже если я чудом вернусь назад? Куда? К кому? Зачем? Все потеряно.
- Ну вот, опять ты начинаешь, - сказал он ей строго. - Наслаждаешься своим
горем, как когда-то я. "О горе мне! Лучше бы я никогда не рождался, чем так страдать!"
Чушь все это; чушью было, чушью и останется. Это тебя погубит - а здесь, уж поверь
мне, и так хватает того, что может тебя погубить, и без твоей помощи. Может, я и не знал
тебя с младенчества, но я тоже часть твоей команды. Как и Молли. Да, ты ранила Ланкура,
но ты не убивала его. Убил себя он сам. Думаешь, это нормально для влюбленного
человека? По-моему, нет. Может, ты и хочешь вечно страдать о нем, но у тебя все равно
не выйдет. Рано или поздно ты найдешь кого-то еще. Может быть, не сразу, может, жизнь
еще потреплет тебя, но ты выстоишь, и раньше или позже начнешь новую жизнь. Если
честно, судя по тому, что ты мне рассказывала, мне кажется, что ты сделала
неправильный выбор. И Ланкур, и ты оба были недостаточно взрослыми, чтобы у вас чтото
получилось.
Эти слова разозлили ее. Он ожидал, что получит пощечину, зайдя так далеко, но
другого выхода не было.
- Дарквист ничем не отличается от нас с тобой. Он пошел сюда добровольно. Мы
пошли на этот луг, потому что так решила команда. Возможно, мы были и не правы,
может быть, был и другой выход - в любом случае, нас никто не заставлял идти сюда. По
крайней мере, и Дарквист, и я - мы оба считали, что так будет легче всего. Нас ведь
предупредили об облаках! Демоны у врат предупредили нас, и мы получили
подтверждение от миколианцев. Если мы настолько глупы, чтобы игнорировать три
предупреждения, страшные вещи будут происходить с нами и дальше - не из-за судьбы и
не из-за Кинтара, но лишь из-за того, что мы так полагаемся на свое мнение, что не
слушаем никого и делаем ошибки. А в этом месте ошибки убивают; меня спасла чистая
случайность. Ты прекрасно знаешь, что Дарквист никогда не снял бы скафандр и не
бросил бы пистолет. Он был рационалистом и верил лишь в то, что можно потрогать -
или надеть. Он погиб, защищая свою группу и выполняя свой долг. Я сожалею о
случившемся, и хотел бы, чтобы этого не случалось, но я не стану оплакивать смерть, если
она была достойной.
Она смотрела на него скорее озадаченно, чем зло. Это был новый Джимми, которого
она раньше не знала - или, возможно, просто не замечала.
- Ты говоришь то ли как Трис Ланкур, то ли как один из мицлапланских жрецов.
Чего ты от меня требуешь?
- Ничего. Только чтобы ты вносила свой вклад в группу, оказывая ей такую же
поддержку, какую я оказываю тебе. Где-то здесь кроется объяснение всего
происходящего. То, что обнаружили те исследователи, обладает мощью, выходящей за
пределы нашего воображения, и представляет собой величайшую угрозу для нашего мира.
Кто бы за этим ни стоял, сейчас он знает о нас все. Не только о нас как о личностях, но
обо всем - о наших расах, наших мирах, нашем прошлом и настоящем. В этом и состояла
функция тех демонов - они стояли и притворялись мертвыми, а сами тем временем
получали нужную им информацию прямо из умов тех, кто их исследовал. Потом они
освободились и прикончили их, поскольку больше в них не нуждались; они разрушили
цимоля и считали всю информацию с его механического мозга. А потом, перебив всех,
они ушли оттуда с этой информацией, чтобы донести ее до своих хозяев. Они знают о
нашей цивилизации больше, чем мы сами. А мы, те, кто остался от наших трех групп, -
единственные, кто знает об их существовании!
Модра кивнула.
- Но они же могли убить нас в любой момент! Зачем было заставлять нас
проходить через все это?
- Действительно, зачем? Миколианцы и твои друзья-мицлапланцы ведь тоже не
дураки. Тот, кто выживет, будет победителем. Возможно, что в конце, когда мы узнаем
ответы на все свои вопросы, выжившие позавидуют мертвым - но я не доставлю им
удовольствия убить меня, пока не увижу их лицом к лицу! Такие, как мы с тобой, для
этого и созданы. Нам нечего терять.
Модра улыбнулась ему, а Молли, наклонившись к его уху, прошептала:
- Джимми женится и на ней?
Он засмеялся - возможно, впервые за долгое время.
- Она уже замужем, моя дорогая, - ответил он, вставая на ноги и помогая встать
Модре.
Широким жестом он указал куда-то в произвольном направлении.
- Ну ладно, мои красавицы. Финишная черта где-то там, и все, что от нас требуется,
чтобы достичь ее - это просочиться мимо нескольких мерзких тварей. Что было, то
прошло. Мы начинаем все сначала, прямо здесь и прямо сейчас! Никакие силы рая или ада
не смогут остановить ирландца, по обе стороны от которого две красивые девушки; а если
и смогут - что за достойный конец для ирландца!
- Ох, Джимми, замолчи! - хором воскликнули обе женщины.
Город был очень древним - таким древним, что ни один из календарей,
придуманных самыми древними народами, не имел в нем смысла.
Его широкие улицы и высокие узкие здания были безмолвны, словно гробницы,
нетронуты и необитаемы тысячи и тысячи лет. А в центре, в Великой Пирамиде, в самом
сердце этого великого безмолвного города, шевелились спящие, хлопали черные крылья и
оживление пробегало по дворцу, где стоял Принц.
- Они пришли! - кричали их мысли. - Мы ждали так долго, и они, наконец,
пришли! Скоро, очень скоро они возьмут ключи от Хаоса и откроют новый век, наше
время! Мы становимся все сильнее и сильнее, и с каждым крохотным мгновением час
нашего освобождения близится! Скоро начнется наше величайшее приключение, как
давно предсказывал наш Господин, и на этот раз Врата Рая не одержат победу!
Закладка в соц.сетях
