Жанр: Фантастика
Сварог 9. По ту сторону льда
...ыть от бессилия и столь жестоких шуточек судьбы.
Найти желаемое, жизненно необходимое не для него лично, а для всего этого мира - и
оказаться не в состоянии им воспользоваться...
Он понурился, уронив руки... и едва не взревел от радости. Как обычно и случается в
подобные минуты с загнанным жизнью в тупик человеком, мозги работали с невероятной
четкостью, слов но безотказный ревнаган.
Сварог вспомнил моряцкий санаторий в Хелльстаде - и содержимое бювара
штандарт-навигатора. Среди прочих бумаг, удостоверений и бланков нашлись тогда две
глянцевых картонки с цветными полосками и цифирно-буквенными кодами. Одна украшена
силуэтом корабля, другая - подводной лодки. Учитывая, что штандарт-навигатор, по всем
прикидкам, был на флоте важной персоной...
Терять, в конце концов, нечего. Совершенно. Вспомнив код, он протянул руку, тронул
пальцем чуть шероховатую клавишу, и она легко подалась, ушла в панель до краев. На
зеленоватом экране загорелась соответствующая буква. Так-так-так...
Закончив, он отвел руку и без нужды взялся за пояс, чтобы никто не заметил, как
подрагивает рука. Прошло не менее столетия, исполненного бездумного оцепенения, прежде
чем женский голос с ничуть не изменившейся интонацией сообщил:
- Допуск действующий. Вход разрешен. Турникет моментально исчез, огни погасли.
Губы Сварогу покривила горькая, ироническая усмешка - для безмозглых машин
словно и не было этих пяти тысяч лет, и слава Богу, слава Богу...
Чистейший коридор с полукруглым потолком, все выложено металлическими, вроде бы
алюминиевыми панелями (Сварог давненько видывал в последний раз алюминий и оттого не
мог определить толком). Неяркий свет ламп дневного света. Тишина.
- Задрайте кто-нибудь дверь, - бросил он, не оборачиваясь. - Вряд ли это сложно...
Командный пункт на земных подводных лодках располагался, насколько он помнил, в
рубке. Следует ожидать, что и здесь...
Нажим на ручку, дверь подается мягко, бесшумно - дверь без единой таблички или
хотя бы номера. Нет, непохоже. Обилие компьютеров с погасшими экранами, столов с
картами, каких-то толстых книг... Скорее, штурманская. Ну-ка, вторую...
Вот теперь он был там, где и следовало обосноваться в первую очередь. Большая
комната в форме полукруга. Четыре черных кресла, окруженных пультами и экранами. Одно
из них чем-то отличалось от остальных - чуть побольше, чуть помягче, металлические
детали не белые, а светло-золотистые. Рассуждая логически...
Решительно шагнув вперед, Сварог опустился в это кресло. Что-то мешало, тыкалось в
бок - ага, абордажная сабля. Чуть сконфуженно, словно прежние хозяева субмарины могли
его сейчас увидеть, Сварог стянул перевязь через голову и бросил саблю на пол.
Положил руки на пульт. Уже не в первый раз его прошило, пронизало насквозь, словно
порыв ветра, это непередаваемое словами ощущение. Теперь он умел.
Странная Компания почтительно выстроилась за его спиной, затаив дыхание. Кто-то
шумно отдышался - и тут же, судя по звуку и подавленному ойканью, получил
чувствительно локтем в бок.
Умение и доскональные знания - опять-таки не одно и то же. Можно сказать, он освоил
лодку примерно наполовину. Чтобы разобраться в остальном, одних безукоризненно
работавших заклинаний было мало - нужно изучить память компьютеров, справочники,
которые здесь наверняка найдутся... Но этим можно заняться и потом. Того, что он уже знал,
было достаточно, чтобы, не мешкая, прийти на помощь капитану Зо.
Он тронул несколько клавишей. Тот же бесстрастный женский голос докладывал, что
машинной вахты нет на месте, что вахты боевой части-один нет на месте, как и вахты боевой
части-два, боевой части-три, что штурманская группа на вызов не отвечает, что центральный
пост молчит. Но все эти безрадостные рапорты уже не могли испортить радости - женский
голос всякий раз интересовался, не желает ли командир перейти на автоматическое
управление данными подразделениями, замкнуть все на себя - и Сварог, легко догадаться,
всякий раз именно этого и желал. Он уже понял, что этой подводной громадиной в
состоянии управлять один-единственный человек, лишь бы знал, чего конкретно хочет и
умел нажать нужные клавиши и вслух отдать нужные приказы. Поразительная техника! И,
прежде чем нажать очередную полусферическую кнопку, он вновь подумал с горечью: как
же так вышло, что создатели этой фантастической и грандиозной машинерии в одночасье
однажды провалились в небытие? Что за катаклизм сотряс планету? Точнее, почему так
вышло?
Но на эти вопросы ему не могла дать ответ никакая электроника, и не было времени на
бесплодные умствования. Включив обзорные экраны, он осторожненько, буквально по
сантиметрам отвел "Рагнарок" от причала, развернул его носом к туннелю и пошел на
погружение.
Навыков бы еще, навыков в обращении с этой громадиной! Но откуда им взяться? На
командном пункте царила приятная прохлада, невидимые кондиционеры исправно работали,
но Сварог все равно обливался потом не в переносном, а в самом прямом смысле, ведя
субмарину по туннелю в ореоле тускло сияющих кругов.
Кто-то, быть может, мог его и упрекнуть, но сердце у него аж заходилось от щенячьего
восторга - подводная громадина, грандиозное скопище искусных механизмов, хитрой
электроники и жуткого оружия повиновалось ему, словно велосипед... душа пела нечто
радостно-матерное.
Покинув туннель, он приблизился к поверхности на перископную глубину, поднял
перископ, выстроил его на панорамный поиск и включил ночное видение. За его спиной
вновь раздалось восхищенное оханье - на большом обзорном экране, охватывавшем все
помещение по дуге, появилось четко различимое ночное море и ясные силуэты трех
кораблей. Все было не зеленоватым, как в земных ноктовизорах, а светло-синим, но Сварог
моментально освоился.
Один горротский корабль маячил далеко в стороне, окутанный пламенем -
определенно вышел из боя и боролся сейчас с огнем. Два других выполняли непонятные
Сварогу маневры, временами паля из пушек, пытаясь зажать "Божьего любимчика" в клещи
или как там это у моряков именуется.
Сразу видно было, что "Божьему любимчику" досталось изрядно - паруса зияют
огромными одрами с неровными краями, в двух местах над палубой столбы дыма, несколько
пушечных портов слева разворочены прямыми попаданиями. Но он держался, маневрировал
и стрелял. Горротские фрегаты не то чтобы одолевали - но их все же было два, не
уступавших противнику размерами и числом пушек...
- Держитесь, ребята, - громко сказал Сварог сквозь зубы. - Сейчас тряхнет...
"Рагнарок", всплыв на поверхность, шел к одному из фрегатов, вспарывая воду
бульбообразным носом, окруженный широкой полосой бурлящей пены". При ярком лунном
свете его не могли не заметить, фрегат попытался отвернуть, но скорость у него была
дохленькая по сравнению с тем, что мог выжать Сварог, даже не выжать, всего-навсего
включить треть маршевого хода...
Субмарина ударила корабль в корму, но ее, огромную по сравнению с парусной,
деревянной скорлупкой, даже не сотрясло как следует - хотя удар, конечно, почувствовался.
Сварог отвернул влево, по неопытности дав слишком много газку, словно неопытный
шоферский ученик. "Рагнарок" в результате ударил фрегат еще и правым бортом, описав в
море широкую дугу, Сварог нацелился носом на место столкновения - и увидел, как
горротец оседает в воду разбитой кормой, как рушится бизань-мачта, а за ней и грот, как два
оставшихся участника драки совершили неуклюжие маневры, словно споткнувшийся
человек...
Его лицо перекосила злобная радость. Это за Батшеву, подумал он, замедляя ход. За
беззащитных, которых преспокойно расстреливали из-под воды ваши чертовы союзнички...
Теперь на своей шкуре почувствуете, как оно бывает, когда вас громит нечто, неизмеримо
превосходящее по совершенству...
Он коснулся клавиши. На экран мгновенно легли три алых концентрических кольца,
крест-накрест пересеченные прямыми линиями. Потом раздвоились. Одно из них накрыло
горрот-ский фрегат, другое совместилось с "Божьим любимчиком".
Женский голос доложил:
- Цели захвачены, идет сопровождение. Противокорабельные ракеты на "товсь".
- Левый объект - цель! - крикнул Сварог в полный голос. - Правый - отставить! Левый
- цель!!! Правый - отставить!!!
- Приказ принят, - без тени эмоции ответила электронная женщина, которая и
женщиной вовсе и не была, а всего лишь мельтешением импульсов. - Левый объект - цель,
правый - отставить.
Кольца, накрывшие силуэт "Божьего любимчика", исчезли, а те, что алели на фоне
горротского фрегата, остались.
- Ракету по левому объекту! - крикнул Сварог. - Пуск!
Неизвестно, правильно ли он подал команду. Голос-призрак бесстрастно откликнулся:
- Принято. Пуск.
Ослепительный клубок огня отделился от носовой части лодки. Четкая дымная полоса
понеслась к фрегату, коснулась его словно бы безобидно, беззвучно - и над морем встал
разлапистый фонтан багрового пламени, пронизанного желтыми вспышками, взбухло темное
облако, в нем бешено крутились, разлетаясь далеко над волнами, какие-то куски, обломки,
нечто вроде лоскутьев...
Ракета определенно была рассчитана на то, чтобы причинить непоправимый вред
гораздо более прочному и серьезному кораблю. Горротский фрегат она попросту разметала в
щепки. Когда погасло пламя и немного рассеялся дым, когда осела взбаламученная вода, на
том месте, где только что был фрегат, плавало лишь скопище чего-то непонятного,
разрозненного.
Кто-то охнул за спиной Сварога, кто-то затейливо выругался - в семьдесят семь
морских чертей и долбаного осьминога. Похоже, Тетка Чари.
- Вот так мы нынче воюем, судари мои, - сказал Сварог, оборачиваясь к ним, все еще
не в состоянии убрать с лица прикипевшую, как маска, гримасу. - Впечатляет? Меня тоже...
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
ПО ТУ СТОРОНУ ЛЬДА
- По правде говоря, я себе представлял эти места совершенно иначе, - сказал Сварог
негромко. - Море мрака, Море мрака... Я-то полагал, здесь и вправду стоит вечный мрак.
Как любой может убедиться, ничего похожего. Неприятный уголок, согласен, тоску
навевает, неуютно здесь до того, что в затылке свербит... но где же мрак?
Он стоял на крыше рубки, у высоких, по грудь, металлических перил, красотой и
продуманностью напоминавших кованую решетку какого-нибудь парка. Рука через них еще
могла бы пройти, но человек ни за что бы не вывалился при самом сильном крене - к тому
же перила автоматически выдвигались еще выше как раз в той стороне, куда "Рагнарок"
опасно накренило бы (чего пока, к счастью, не произошло). Вся субмарина была напичкана
подобными полезными хитростями, облегчавшими жизнь и работу экипажу, по крайней
мере, те помещения, что они успели исследовать.
"Рагнарок" шел совсем тихим ходом - оставленная у штурвала Мара получила
строжайший приказ не увлекаться и вести лодку со скоростью улитки, набираясь практики.
Пресловутого мрака, из-за которого эти места и поучили свое название, Сварог пока что не
наблюдал. Море было почти обычным - разве что оттенок какой-то странный, сероватый -
небо заволокли бело-серые облака, опять-таки мало отличавшиеся от привычной непогоды.
Солнца не видно, однако субмарина и стоявшие у перил люди отбрасывали смутные тени.
Вот только туман... Быть может, и не туман вовсе, высокие, до самого неба, полосы
тянулись слева направо, напоминая, скорее, ленты, чем обычную туманную пелену. Ленты из
шляпы неведомого фокусника столь исполинских размеров, каких и в самых страшных
сказках не бывает. Они то закрывали от глаз все вокруг, то проплывали где-то над головой,
так, что самые высокие мачты не задели бы их верхушками. Они колыхались, сминаясь
гигантскими плавными складками, образуя то выступы, то впадины изящных
геометрических форм. Было в них что-то устойчивое и неуловимо регулярное, отличавшее от
обычной мглы, и вместе с тем они были невесомы и проницаемы, как самый обычный туман,
субмарина проходила сквозь них беспрепятственно, в конце концов, Сварог решился
подняться на вольный воздух вместе со сподвижниками - и ничего страшного не произошло,
разве что, когда лицо на миг оказывалось в этой зыбкой полосе, становилось самую чуточку
холоднее, и ощущался запах, похожий на снежный. Магии в них не присутствовало ни
капельки - правда, Сварог, наученный горьким опытом, зарекся делать твердые выводы.
Временами, однако, попадалось кое-что другое, заставлявшее верить, что название свое
это море получило все же не зря - совершенно черные то ли айсберги, то ли острова, куски
мрака довольно правильной формы, возвышавшиеся над водой и больше всего
напоминавшие скалы, которые какой-то хулиган, располагавший кучей времени и массой
возможностей, старательно опрыскал черной краской. При встрече с первым таким объектом
Сварог инстинктивно отвел лодку в сторону, обогнул "скалу" - но радар показал, что
плотностью эта штука равняется окружающему воздуху. Что вскоре же было подтверждено
экспериментальным путем - проще говоря, с крыши рубки швырнули одну из совершенно
ненужных здесь абордажных сабель, и она канула в черную пустоту. Вторая сабля,
брошенная на привязи в глубины второй "скалы", была вытащена назад целехонькой. И тем
не менее Сварог запретил совать в черноту руку - хотя пылавший научным энтузиазмом
Леверлин и порывался было. Кто их знает. Если Белая Волна уничтожала все неживое в
неприкосновенности сохраняя живую материю, эти черные айсберги могли поступать с
точностью до наоборот...
- Это смотря где, - сказала Тетка Чари, к которой Сварог в первую очередь и
обращался, как к единственному на борту эксперту, однажды побывавшему на "Божьем
любимчике" в сих негостеприимных водах. - Тут много разных диковинных мест. В одном
уголке одно, а в другом совершенно другое, мы тогда часа два шли в совершеннейшем
мраке, тьма стояла такая, что от бизани не видно было грота, и никакие факелы не помогали.
А потом корабль вышел... я вам, честное слово, не вру... в какое-то другое место, и небо там
было белесое, вроде скисшей сметаны, усыпанное звездами, совершенно как наше, - вот
только звезды все до одной были черные. И при этом сияли. Не могу вам этого объяснить
человеческими словами, но они были черные и сияли. И еще там стояли на небе две луны -
одна в виде тоненького полумесяца, растущая, а вторая - почти цельный круг. Чем хотите
клянусь, не носить мне титула - небо было белесое, а звезды и луны - черные... Черные - но
светили и сияли. Чтоб мне лопнуть...
- Не стоит вам лопаться, - серьезно сказал Сварог. - Во-первых, вы нам всем нужны, а
во-вторых, я заранее верю. Все возможно. По моему сугубому убеждению, вам еще повезло,
что никуда не провалились без возврата - потому что иные, я слышал, проваливались с
концами...
- Я тоже слыхала, - кивнула Тетка. Ну, мы оттуда живенько ушли в туман, и очень
быстро все исчезло...
Леверлин сказал вполголоса:
- А я слышал, что в Море Мрака есть явление, которое лучше всего назвать
коловращением. Мол, в том самом месте, где одни путешественники встретили какое-то
странное чудо, другие нашли нечто совершенно другое...
- Бывало такое, - нисколечко не думая, кивнула Тетка Чари. - Вот, скажем, Бугас, едва
войдя в Море со строго определенного курса и на определенных координатах, наткнулся на
кипящую, как он описывал, воду - холодное кипение, бурление скорее, и в нем бултыхались
во множестве самые натуральные отрезанные человеческие головы. Все, как одна,
синехонькие, словно от давних покойников - вот только глазами моргали и вроде бы даже
вслед кораблю какую-то гнусь выкрикивали, в борт пытались зубами вцепиться. А через
месяц Одо-Нахалюга в том же самом месте ни видел никакого бурления и уж тем более
голов, зато наткнулся на какие-то странные льдины, словно бы и не льдины вовсе: тонкие,
красноватые, и по ним какие-то огоньки играли. А те самые головы потом видел кто-то еще в
совершенно другом месте. Есть похожие рассказы и про других. Так что вы правильно
подобрали словечко - коловращение поганых чудес, точно...
- Вы мне вот что скажите, естествоиспытатели вы мои, - произнес Сварог нарочито
безразличным, даже ленивым тоном. - Знает кто-нибудь точно - есть какие-нибудь
специфические феномены для той точки в море, под которой затаился Великий Кракен? Не
торопитесь, хорошенько подумайте. Мне нужно кое-что уточнить...
После недолгого молчания за его спиной завязалась дискуссия вполголоса, главным
образом между Теткой Чари и Леверлином, хотя и другие не остались в стороне,
добросовестно припоминая все, что доводилось слышать в жизни об этих местах. Сварог не
прислушивался особо, ожидая конкретных результатов.
Он кое о чем умолчал, чтобы не ронять командирского авторитета и не расхолаживать
пылавших энтузиазмом сподвижников...
Насколько мог, он освоился с субмариной, хотя многого не понимал до сих пор,
например, представления не имел, что за энергия приводила ее в движение. Не атомная, по
крайней мере. Некая энергия, которую собирали и копили, словно солнечные батареи, те
самые странные пирамидки, покрывавшие добрую половину корпуса. Но и не солнечная -
лодка прекрасно подзаряжалась, стоя под толщей камня...
Он понятия не имел, что за орудие находится в той самой носовой башенке. Прежде
всего, оно не стреляло ничем, если можно так выразиться, материальным - всю внутреннюю
поверхность ствола занимала некая ажурно-ячеистая конструкция из какого-то металла с
многочисленными вкраплениями желтых ограненных кристаллов размером с кулак. Так что
были сильные подозрения, что речь тут идет опять-таки о какой-то энергии. Энергетический
пучок и, судя по некоторым наблюдениям, могучий, учитывая, какие мощности на орудие
могли подаваться с корабельных агрегатов. Сварог знал, как из этой шутки стрелять, как
менять подаваемую на неведомую пушку мощность, выяснил даже, покопавшись в памяти
бортового компьютера, что называется она "гразерт" - но что это такое, на каком принципе
действует, так и не доискался. Ничего удивительного. Вряд ли на каком-нибудь из земных
крейсеров нашлись бы письменные разъяснения типа: "Корабельное орудие - это
устройство, при помощи пороховых газов метающее металлический конус со взрывчатым
веществом внутри"...
Со всем остальным проблем не было: торпеды обычные и предназначенные для
Великого Кракена, ракеты, способные с одинаковым успехом работать как по кораблям, так
и по суше, даже две башни с самыми обычными пушками, выдвигавшиеся из палубы на носу
при необходимости - например, чтобы опять-таки врубить по береговым объектам.
Он, правда, там и не доискался пока что, в чем специфика приготовленных для
Великого Кракена торпед. Знал лишь, что они отличаются от обычных - компьютер четко
делили имевшиеся на борту торпеды на две категории: обычные и другие, те самые... Они и
по виду отличались, в чем Сварог убедился лично. "Гостинцы для Кракена" были, похоже,
серебряными, числом в полдюжины (по количеству носовых торпедных аппаратов), покрыты
непонятными символами. Вполне могло оказаться, что и начинка их не имела ничего общего
с обычной, чему никак не стоило удивляться - ну как же, волка-оборотня можно взять только
серебряной пулей, а не обычной свинцовой...
Самое любопытное, пожалуй, открытие сделал не он, а Мара, в отличие от остальных
его сподвижников, неплохо владевшая компьютером. Именно она обратила внимание
Сварога на список офицеров экипажа - точнее, на то, что четверо из них, кроме обычных
званий, именовались еще "братьями". Брат навигатор, брат флаг-лейтенант, брат
даль-штурман... После чего были предприняты разыскания в соответствующих каютах и
документах - и обнаружилось немало интересных вещиц. Рано пока что делать
окончательные выводы, но Сварог всерьез подозревал, что означенные офицеры были не
просто военными, а кем-то вроде членов воинствующих монашеских братств, какие и до сего
дня существовали на Таларе. Как-то все это меж собой переплеталось - воинское соединение
"Морские Короли" и монахи в списках экипажа, найденные в каютах предметы и
молитвенники - и особые торпеды для Кракена. Найденного хватало для того, чтобы
выдвигать такие именно гипотезы.
Но это, в общем, не имело сейчас особого значения, главное было известно -
давным-давно сгинувшие подводники всерьез собирались уничтожить великого Кракена
именно этими торпедами, а значит, был шанс и была надежда... О деталях и подробностях
можно порассуждать потом, когда найдется достаточно времени, чтобы изучить лодку и ее
архивы обстоятельно и подробно...
В конце-то концов, напомнил себе Сварог, именно так обстояло не только с
загадочными торпедами. До сих пор никто не знал, почему именно серебро уничтожает иную
нечисть окончательно и навсегда - но разве недочеты в теории мешали практике? Никоим
образом, даже совершенно неграмотный, темный крестьянин мог прикончить оборотня,
нашлась бы в хозяйстве серебряная пуля, меткой бы оказалась рука...
Гораздо хуже было другое. То, о чем он умолчал. Сварог командовал сейчас
великолепной субмариной, как раз и предназначенной в незапамятные времена для
уничтожения Великого Кракена, но при этом представления не имел, где ему искать цель...
Он лишь примерно представлял, где залег Кракен. И не мог, хоть ты тресни, привести
субмарину к тому месту.
Потому что, как выяснилось очень быстро, великолепная навигационная аппаратура
лодки оказалась бесполезной. Ее нельзя было совместить с нынешней реальностью, по
крайней мере, сейчас, своими силами - не хватало умения ни у Сварога, ни у Мары, и
заклинания ничем помочь не могли.
Все изменилось. Изменился угол, под которым ось вращения планеты была некогда
наклонена к плоскости вращения. До Шторма он составлял примерно сорок градусов, а
теперь - практически девяносто. Отчего, в свою очередь, решительным образом изменилось
звездное небо над планетой, и великолепной электронике попросту не к чему было
привязаться. Она не узнавала нынешнего небосклона, что выяснилось в первую же ночь. Как
ни старался Сварог, приятный женский голос, начисто, к счастью, лишенный способности
удивляться и негодовать, повторял две фразы: "Система не получает сигналов от
навигационных спутников", "Система не в состоянии отыскать опорные точки звездной
навигации". Ни обходные маневры, ни прямые приказы не помогали - нельзя было требовать
от электроники больше того, на что она способна, компьютер не мог сориентироваться под
этим небом, о чем настойчиво и докладывал. Быть может, его можно перепрограммировать
без особых трудов, привязать к нынешней звездной россыпи - но ни Сварог, ни Мара этого
не умели, а Элкон остался в Латеране...
Компасы всех разновидностей, имевшиеся на лодке, тоже были теперь бесполезны - та
география, к которой они только и приспособлены, канула в небытие.
Так что методы в некоторых отношениях ничуть не отличались от тех, какими Сварог
обнаружил вход в туннель - могучему, великолепному "Рагнароку" оставалось лишь
бороздить Море Мрака взад и вперед, как самой обычной шлюпке, пока Сварог не
высмотрит Кракена простым глазом. А это было гораздо труднее, чем даже на скорлупке
Тагарона искать туннель...
- Лед, - громко и уверенно сказала вдруг Тетка Чари.
- Что? - встрепенулся Сварог, успевший глубоко погрузиться в собственные
безрадостные мысли.
- Чаще всего поминают про лед, - сказала она. - Говорят и про какую-то черную
радугу, и про диковинных, словно бы не от этого мира, рыб, вечно кружащих на поверхности
над тем местом, про магнитную гору, про крики и стоны, опять-таки будто и не
человеческими устами исторгаемые... Но вот чаще и упорнее всего поминают про лед. Так и
в легендах говорится, и в балладах поется - "По ту сторону льда". Мол, Великий Кракен
спит на дне, заслонившись ледяной стеной, а когда придет его время, стена начнет
помаленьку трескаться, рассыпаться в куски... Вообще-то, в последние недели стали
шептаться, что айсберги и есть те самые обломки ледяной стены. И что-то в этом есть.
Откуда им еще взяться?
- Присоединяюсь, - кивнул Леверлин. - В серьезных книгах - то же самое. Лед.
Слишком древний и назойливый мотив. Вот только в магнитную гору я не верю...
- Вольному воля, - пожала плечами Тетка Чари. - Но знавала я одного шкипера,
который лет двадцать назад один только и выплыл из Моря Мрака на доске, когда магнитная
гора притянула их корабль, и он об нее расшибся со всего размаху. После всего этого шкипер
самую малость повредился умом, но человек был достойный доверия...
Леверлин дипломатично промолчал, хотя по его лицу было видно, что наука имеет на
сей счет свое мнение, в корне несхожее с моряцким фольклором. Бони, похлопав себя по
нескольку уменьшившемуся за время плаванья чреву, жизнерадостно сообщил:
- А вот у нас один дед рассказывал... Чтобы приманить Кракена, нужно отправить
лодочку, а в нее посадить девицу, чтобы пела какую-то особую песню, которую и знающие
старики не помнят. И непременно нужно, чтобы она была натуральной девственницей в свои
шестнадцать годочков, даже нелапаной и нечмоканой. Но поскольку такую в жизни не
найти, хоть золото предлагай по весу, Кракена, дед говорил, хрен приманишь...
Грянул общий хохот. Сварог, единственный не принимавший в том участия, досадливо
поджал губы. Они никак не могли проникнуться всей серьезностью затеянного предприятия.
Для них "Рагнарок" сам по себе стал восьмым чудом света, и на его борту они казались сами
себе мифологическими витязями, свято веря, что командир, отыскавший такое сокровище и в
два счета его укротивший до полного повиновения, одним махом свернет горы, подобно
древним богатырям...
Он вздрогнул, поднял голову. Что-то менялось в происходящем. Исполинские ленты
тумана, застилавшие полнеба, вдруг пришли в движение, они сминались, переплетались,
завивались вовсе уж диковинными фигурами, словно подхваченные порывом сильнейшего
урагана - но Сварог не чувствовал ни малейшего дуновения ветерка, да и остальные тоже.
Полное безветрие стояло. И все-таки туман, корчась, уносясь комьями слева направо,
поразительно быстро таял, горизонт очищался.
Потом в ту же сторону, слева направо, пошла странная рябь
...Закладка в соц.сетях
