Жанр: Фантастика
Год черной обезьяны
...ин,
командир одной из армий, стоявшей у Уфы; он способствовал всеми мерами
наступлению белых и впоследствии с частью своего штаба, планами и кассой перешел
к белым; 3вегинцев, Веселый и др. В самой Москве, говорит Дашевский, "с военного
телеграфа мы получали сводки и информацию".
------------------------------------------
в телеграмме Чехо-словацкому национальному совету пишет, что "всего в Казани
взято было 40 000 пудов золота и платины в слитках и монете, т.-е. большая часть
всего запаса золота, принадлежащего Российскому государству, и 30000 пудов
серебра".
Очевидно, по дороге в Омск золотой запас достаточно растаял при содействии
эсеров и чехов, ибо колчаковский министр финансов Бурышкин исчислял привезенное
в Омск золото в 30 563 пуда. Отсюда Колчак начал переправлять золото во
Владивосток. При чем и здесь при перевозке "терялись" отдельные ящики, а атаман
Семенов и просто захватил в свою пользу 2000 пудов золота. Во Владивостоке было
получено 9043 пуда. Из них Колчак уплатил в разное время Франции, Англии, Японии
и Америке за их военную и прочую помощь 5 637 2/3 пуда русским золотом. 19 520
пудов колчаковцы увезти не успели, и они были захвачены красными войсками в
эшелонах. (Подробное сообщение об истории захваченного золотого запаса имеется в
"Экономической Жизни", No 198, 1920 г., статья Я. Ларозе "Судьбы нашего золотого
запаса". Цифровые данные в статье взяты из доклада П. А. Бурышкина совету
министров в Омске в середине декабря 1919 года.)
1) Представленный ему Всероссийской чрезвычайной комиссией по эвакуация.
2) Ведомость была "составлена по таблицам складов, указанных главным
довольствующим управлением".
— 230 --
Соответственно "волжским" планам изменилась и работа военной комиссии эсеров в
Москве. Дашевский, ее руководитель, рассказывает1): "К моменту 8-го совета
партии у нас определилась фактическая невозможность развития военной работы в
массовом направлении и создания боевых рабочих дружин. Но оказалась фактически
возможной работа, связанная с военными офицерскими организациями, постановка
всякой военной информации и разведки. Незадолго до 8-го совета партии перед нами
была поставлена задача способствовать созданию восточного фронта. И после 8-го
совета и принятых им решений задача эта перед нами стала совершенно определенно.
Мы решили усилить военными специалистами наши партийные организации,
расположенные в Поволжьи, которые в случае поднятия местных восстаний могли бы
повести работу создания более серьезных отрядов, организацию народной армии.
"Началась работа по собиранию и переотправке офицерства. Эта работа в
значительной мере выпала на мою долю, так как Моисеенко решил тогда в ближайшее
время выехать на восток и заканчивал переговоры с генералом Болдыревым (одним из
виднейших работников "Союза возрождения") и военным отделом... В качестве центра
военной поволжской работы мы избрали Саратов и там же устроили приемник
офицерских кадров... Большинство отправляемых была беспартийная военная молодежь
— офицеры, озлобленные против большевиков, стоящие в тяжелых материальных
условиях. Их республиканские настроения были под большим сомнением. Эта работа
продолжалась три месяца: май, июнь, июль — до начала августа, — момент моего
от'езда в Саратов...
"Велась мною также через одно лицо организация подрывной группы в целях
использования ее в ближайшем тылу большевистского фронта. Группа была создана из
3--4 человек. Суммы на отправку офицеров получались мною через Моисеенко из сумм
"Союза возрождения", а потом прямо из Центрального комитета. Тимофеев мне
говорил, что он имел свидание с французским консулом Гренаром и получил от него
деньги для передачи офицерам и военной организации... Все офицеры направлялись
мною в распоряжение партийной организации, Поволжского областного комитета".
Поволжский областной комитет эсеровской организации охватывал губернии:
Саратовскую, Самарскую, Симбирскую, Казанскую, Астраханскую, Тамбовскую,
Пензенскую и область войска Уральского.
--------------
1) Показания Дашевского на процессе эсеров, заседание 23 июня.
— 231 --
Организационным центром был Саратов, и работа велась главным образом в
прилегающих губерниях: Тамбовской, Пензенской и Самарской. Для руководства
военной работой тотчас после 8-то совета в Саратов был командирован Донской,
который и вошел по приезде в областной комитет. Как работали эсеры в Саратове
весной и летом 1918 года, можно судить по следующим показаниям Дашевского.
"Приехал я в Саратов в начале августа, по решению Центрального комитета партии
с.-р., для замены Донского в деле руководства военной работой. Состояние военной
работы к моему приезду было следующее. Прежде всего в самом Саратове, где был
центр, работа в тот момент была дезорганизована крупным провалом, бывшим
незадолго перед тем, в связи с которым целый ряд работников был арестован и
расстрелян. Однако центральные организации --областной комитет и солидная группа
специалистов военных работников — и целый ряд ячеек на местах оставались.
"Первоначальный план — сделать Саратов и район, к нему тяготеющий, центром
восстания на Поволжьи. В связи с этим туда были направлены большие партийные
силы. Уездные организации вели интенсивную работу по агитации среди крестьянства
и созданию боевых крестьянских ячеек. Надежды подкреплял оренбургский казачий
фронт против красных и слабость красного фронта... В городах работа была слабая.
Кое-где были офицерские группы: в Аткарске (20 человек), Покровске (30--40
человек) и т. д.
"Главной нашей задачей в Саратове была дезорганизация советского 4-го уральского
фронта, который стоял против казаков. Ответственный пост при штабе 4-й армии
занимал наш полковник Бредихин, получивший в июне месяце назначение от советской
власти формировать кавалерийский полк и кавалерийскую бригаду из двух полков. У
нас и возникла идея пополнить через него эти полки своим офицерским кадровым
составам, а затем — низшим... Но это провалилось, так как на фронте был
арестован какой-то офицер, перебиравшийся через фронт, военным контролем 4-й
армии, и через него добрались до дежурного генерала Оленихина и до полковника
Бредихина. Бредихин, предупрежденный, с двумя ад'ютантами успел удрать, а то,
что было в его бригаде, было ликвидировано. Такую же работу по пополнению частей
мы вели в самом Саратове. Так, электротехнический батальон, батальон связи,
минно-подрывная рота, — в них имелась серьезная связь с командирами этих частей
и офицерским составом. Для пополнения своими людьми мы получали из Питера и
Москвы людей из военной организации юнкеров, которых было много в военной
офицерской орга-
232 -
низации в Саратове. Эта работа велась август — сентябрь, — те месяцы, которые
я был в Саратове. Через свои связи мы вели военную разведку и информацию о
боевых приказах и частях и все это переправляли через фронт нашими связями.
"В Саратов был переброшен за месяц до меня Шкловский, и на него была возложена
задача организации подрывной работы на противоуральском фронте. Центр своей
работы он сделал в Аткарске, достал из минной подрывной роты пироксилин и
предлагал взрывать все поезда, которые шли в этом направлении, с чем большинство
не соглашалось. Он был принужден из Аткарска уехать ввиду слежки. По техническим
соображениям мы отклонили взрыв железнодорожного пути и решили его
дезорганизовать, заменив гайки, скрепляющие рельсы, своими внутри выпиленными,
которые легко снимались, и их снять в последний момент перед проходом поезда.
Это — в сентябре. В Саратове офицерская организация была 70--100 человек. У нас
с ними была тесная связь. В октябре военная работа в Саратове стала замирать,
вдобавок в октябре я из нашей организации человек 35 были арестованы, из них
человек 11--12 партийных, остальные--беспартийные офицеры".
Таковы были основные черты поволжской работы эсеров в Саратове. Как мы увидим
дальше (главы "Комуч" и "Сибирь"), не менее энергичную и предательскую работу
развили эсеры и в других городах Урала и Сибири. Выступления чехов шли под их
знаменем, и им передавали чехи власть в захваченных городах, тем более, что в
конце июня Центральный комитет партии социалистов-революционеров весь переехал в
охваченный чешским восстанием район, оставив в Москве лишь бюро Центрального
комитета. Еще ранее Центральный комитет призвал всех членов Учредительного
собрания — эсеров с'ехаться в волжские города.
Союз земельных собственников и Торгово-промышленный комитет 1).
В наследство от самодержавной России в дни кереновщины и после Октября
продолжали жить и бороться две крупные экономические организации капиталистов в
центре. Это — Союз земельных собственников и Торгово-промышленный комитет.
--------------
1) Все фактические данные этой главы я беру из статьи тов. Агранова "Обзор
деятельности контрреволюционных организаций в период 1918-1919 годов",
опубликованной в "Красной книге" Всероссийской чрезвычайной комиссии, Т.II.
— 233 --
При Временном правительстве Союз земельных собственников ставил своей задачей
борьбу с аграрными мероприятиями правительства. После Октября работа Союза
заключалась первые месяцы в разработке проектов восстановления частного
землевладения и возмещения убытков, причиненных революцией. Союз надеялся на
скорое падение советской власти. Во главе его стоял А. В. Кривошеин, видными
членами были: В. И. Гурко, И. Б. .Мейснер, М. Д. Ершов, Л. Л. Кисловский, В. И.
Стемпковский, С. Д. Урусов, А. И. Морозов и другие.
Состоя те монархистов, Союз, естественно, входил в "Правый центр"1). Однако,
когда началась Октябрьская революция по деревням и крестьяне железной метлой
погнали дворянчиков из их насиженных гнезд, теоретические занятия насчет
"возмещения убытков от революции" потеряли всякий смысл. Наиболее активные члены
Союза занялись борьбой с советской властью, участвуя в той или иной политической
группировке на Дону, на Украине или в центре; Союз же, как организация,
распался.
Более упорно держался Торгово-промышленный комитет. В это объединение входили
представители союзов промышленности всех отраслей: хлопчатобумажной, шерстяной,
льняной, металлической, шелковой (Кунин Н. Н.), союза об'единенной
промышленности (А. С. Морозов) и оптовых торговцев (П. А. Бурышкин).
Председателем Комитета был С. Н. Третьяков и заместителем — Н. Н. Кукин, а
потом С. А. -Морозов. После Октябрьского переворота члены Комитета внедрились в
ряд советских экономических учреждений (Центротекстиль и др.), чтобы всячески
вредить мероприятиям советской власти, и собирались для совместного обсуждения
действий.
Летом 1918 года Торгово-промышленный комитет выбрал одних представителей для
переговоров с союзниками, а других--с немцами, ища помощи против советской
власти в интервенции. Белые организации в центре и на Дону Комитет поддерживал
средствами. Его члены принимали участие и в "Правом" и в "Национальном"
центрах2), а Комитет поддерживал и ту и другую организацию деньгами.
"Правый центр".
Совет общественных деятелей3), возникший еще при Керенском в августе 1917 года,
имел (парламентский уклон и не удовлетворял наибо--------------
1) О нем см. ниже.
2) О них см. ниже.
3) См. о нем примечание в главе "Контр-революция на Дону".
— 234 --
лее боевые группы буржуазии и помещиков, жаждавших активной борьбы с Октябрьским
переворотом. Весною 1918 года среди них возникает мысль создать более
компетентную и действенную политическую группировку. Таковая и была создана в
марте 1918 года и получила впоследствии название "Правого центра".
"Правый центр" имел определенно монархический характер, так же как и Союз
общественных деятелей. Он прямо высказался против Учредительного собрания
вообще.
Один из руководителей "Правого центра", В.И. Гурко, сообщает о его образовании
следующее1):
"Убедившись, что Совет (Союз. — В.В.) общественных деятелей бессилен, некоторые
из его членов решили образовать весьма ограниченную по числу входивших в нее лиц
группу, поставившую себе целью связаться с военными кругами и при их помощи
создать силу, могущую свергнуть большевиков".
Первоначально группа была основана в виде девятки, по 3 члена от Совета
общественных деятелей, от партии к.-д. и от Торгово-промышленного комитета.
Скоро группа расширилась, и в не входили следующие представители: от Совета
общественных деятелей - Д. М. Щепкин, С. М. Леонтьев, Белоруссов (Белевский),
С.Д. Урусов; от партии к.-д. - Новгородцев, Н.И. Астров, Степанов,
Червен-Водали; от Торгово-промышленного комитета — С. А. Морозова, А.И.
Бурышкин, А.М. Невядомский и М.М. Федоров; от Союза земельных собственников --
А.В. Кривошеин (бывший царский министр), М.А. Ершов, В.И. Гурко, И.Б. Мейснер;
от крайних правых — Л.Л. Кисловский и Рогович. Кроме того, персонально в нее
входили Струве и Г.Н. и Е.Н. Трубецкие.
Председателем "Правого центра" был Новгородцев и отчасти А.В. Кривошеин,
игравший в нем вместе с В.И. Гурко и С.М. Леонтьевым доминирующую роль. Довольно
значительные суммы на его работу "Правый центр" получал через Морозова от
Торгово-промышленного комитета.
По связи с военными и офицерскими конспиративными кругами "Правому центру" не
повезло. Сначала сношение с ними, по словам Гурко, было поручено двум лицам:
присяжному поверенному Кистяковскому и члену Государственной думы В.А.
Степанову. "Сведения, которые они давали "Правому центру", - жалуется Гурко, -
были во всяком
--------------
1) "Архив" Гессена, т. XV: В.И. Гурко, "Из Петрограда через Москву, Париж и
Лондон в Одессу".
— 235 --
случае чересчур оптимистичны и... не соответствовали действительности".
После от'езда Кистяковского связь с военными подпольными организациями в Москве
вел сам Гурко. Он говорит1), что сведения от военных кругов он получал до
крайности туманные и "вся военная подпольная организация производила впечатление
чего-то несерьезного и... не мощного". Возглавлял эту офицерскую организацию2)
Довгерт. В ней же работал и кн. Крапоткин (Крупнейший земельный собственник),
полковник генерального штаба Скот, инженер Ильинский и др. "Наиболее энергичными
организаторами офицерских отрядов в Москве были два молодых кавалерийских
офицера — ротмистр Московского драгунского полка Золотарев, ротмистр
гвардейского кавалерийского полка Л. и офицер военного времени приват-доцент
К.3). Московская офицерская группа получала определенные ежемесячные пособия от
"Правого центра" за счет средств, отпускавшихся промышленными кругами. Сумма эта
в общем была довольно значительная, достигнув в мае и июне 800 тысяч рублей, но
самый размер пособий для каждого отдельного лица был невелик, превышая лишь для
отдельных лиц 250 рублей в месяц" 4).
Таким образом мы видим, что сорганизовать что-нибудь серьезное из военных
подпольных групп "Правый центр" не смог. Итти под открытым монархическим
забралом в этот период контр-революции не решалось даже большинство офицерства.
Но зато по части распродажи России агентам заграничного империализма "Правый
центр" проявил большую и расторопность и неразборчивость. Они почти одновременно
вели переговоры и с представителями Антанты и с представителями
австро-германского империализма. И тех и других они умоляли ввести свои войска
на русскую территорию и, свергнув советскую власть, превратить Россию тем самым
в свою колонию. Они заранее соглашались на все — лишь бы вернуть свою
собственность и свои барыши.
--------------
1) "Архив" Гессена, т. XV.
2) По приезде с Дона Савинков столкнулся с этой подпольной офицерской
организацией "Правого центра" и пишет о ней следующее: "Здесь (в Москве) я
разыскал тайную монархическую организацию, об'единявшую 800 офицеров гвардейских
и гренадерских полков. Их возглавляли видные общественные деятели, они мечтали о
конституционной монархии" — Савинков, "Борьба с большевиками", издание Русского
полит, комитета, Варшава, 1920 г.
3) Указанные Гурко начальные буквы фамилий, возможно, вымышлены.
4) Все взятое в кавычки — из статьи Гурко.
— 236 --
О переговорах с французской миссией Гурко пишет: "Переговоры с французскими
представителями велись в течение некоторого времени отдельными членами "Правого
центра". Велись они на квартире кн. Е. Н. Трубецкого, а участвовали в них, кроме
хозяина квартиры, А В Кривошеин, П. Б. Струве, В. И. Гурко и однажды Н. И.
Астров". Видимо, французы настаивали на об'единении с остальными антисоветскими
партиями, так как Гурко разражается по поводу них следующей истерикой:
"На самоуверенные и легкомысленные убеждения французов... переоценивавших силу и
значение русских социалистических кругов, об'единиться всем русским политическим
партиям... некоторые из нас возражали, что это не только невозможно, но и
бесцельно. Социал-демократы меньшевики и эсеры нам столь же чужды и
представляются нам столь же вредоносными для русского государственного бытия,
как и большевики"...
О переговорах с немцами Гурко пишет: "Как раз в то время, когда велись
переговоры с французами об образовании уральского фронта, некоторые
представители германского правительства завязали сношение с группой политических
деятелей умеренно правого направления в Петрограде. Со стороны этой группы
наиболее деятельное участие принимали В. Ф. Трепов и барон Б. Э. Нольде. Об этих
переговорах был осведомлен московский "Правый центр", и тут впервые возник
вопрос о возможности опереться на германцев в деле свержения большевиков...
"Московский "Правый центр" довольно продолжительное время верил в возможность
сговориться с немцами и при их помощи свергнуть большевиков. Велись по этому
поводу двумя командированными с этой целью членами "Центра" переговоры с
советником германского посольства Ритцлером. Были, впрочем, и другие посредники
между представителями Германии и русскими общественными деятелями. Живое участие
принимал в этом деле между прочим и бывшие обер-прокурор синода в кабинете
Витте, кн. А.Д. Оболенский. На частном совещании по этому вопросу в квартире
Оболенского принимал участие специально приехавший с этой целью из Ленинграда
барон Б.Э. Нольде.
"Немцы говорили о возможности прибытия в Москву из Смоленска, где они
находились, некоторых немецких воинских частей для непосредственного участия в
перевороте. Но после... они заявили, что непосредственного участия в перевороте
принять не могут, и лишь усиленно убеждали представителей "Правого центра"
произвести его собственными силами, говоря, что они со своей стороны лишь
помогут косвенно, дав возможность русским контр-революционным силам проникнуть в
склады
— 237 --
оружия, а также заставив к ним примкнуть будто бы всецело от них зависящий один
из латышских батальонов".
Таким образом "Правый центр" определился в большинстве как организация
германофильского направления. Однако к лету положение немцев на западном фронте
стало угрожающим, внутри Германии начались волнения. Германская буржуазия не в
силах была кинуть свои войска на Москву. Украина, занятая ими, уже застряла у
них поперек горла, она не только горела в огне крестьянских восстаний и
требовала для своей оккупации все больше войск: она революционизировала немецкие
войска, посылавшиеся в нее, и последние тоже начали кое-где выкидывать красные
флаги. Поэтому на просьбу "Правого центра" к германскому посольству занять
своими войсками Москву1) Ритцлер, советник германского посольства, принужден был
категорически ответить, что "этого спектакля мы русской буржуазии не дадим".
В то же время ослабление Германии вызвало прилив "рыцарской преданности"
союзникам у значительной части членов "Правого центра". И они заявили о своем
выходе из "Правого центра" в виде протеста против его германской ориентации. Так
произошел раскол "Правого центра" в июне месяце. Вышедшие из него члены
образовали новую политическую группировку под названием "Национальный центр".
"Правый центр" продолжал существовать до осени 1918 года, сообщая чехам через
фронт шпионские данные о Красной армии и ведя по мере своих сил другую
контр-революционную работу. Распался он в начале августа, так как все его видные
деятели уехали на юг, а кое-кто из оставшихся продолжал работать в других правых
организациях.
"Национальный центр".
"Национальный центр" держался всецело союзнической ориентации, и его программа
вполне совпадала с генеральской контр-революцией на Дону. Свои симпатии,
материальную и политическую поддержку он отдавал добровольческой армии и ее
генералам Алексееву и Деникину.
Так же, как донские генералы, "Национальный центр" немножко прикрывался
Учредительным собранием, хотя и говорил про него в общих и очень туманных
чертах. В состав его вошли представители высшей царской бюрократии, крупных
промышленников, землевладель--------------
1) "Правый центр" к этому времени даже успел разработать закон о
взаимоотношениях новых русских властей с германским командованием в период
оккупации.
— 238 --
цев, старообрядческих общин, церковного собора, земских и городских
дореволюционных учреждений, верхов кооперации и пр.
Председателем его был Дм.Н. Шипов вплоть до своего ареста, активными работниками
были: Н. Н. Щепкин, Н. И. Астров, Степанов, П. Б. Струве, М. М. Федоров,
Червен-Бодали, В. Н. Челищев, Карташев, О. П. Герасимов, С. А. Котляревский,
Огородников, В. Н. Муравьев, Н. К. Кольцов, Онуфриев, С. Е. Трубецкой, М. С.
Фельдштейн и т. д.
Программа "Национального центра" содержала в себе следующие пункты: 1) свержение
советской власти, 2) учреждение единоличной диктатуры с чрезвычайными
полномочиями в тесной связи с добрармией, 3) установление твердого порядка и
искоренение большевизма, 4) продолжение войны с Германией.
Таким образом здесь так же, как в добрармии, основным лозунгом борьбы было:
единоличная военная диктатура, как промежуточный этап к конституционной
монархии, о которой, естественно, и те и другие пока что умалчивали.
С самого своего возникновения "Национальный центр" завел тесную связь с
добровольческой армией генерала Алексеева и другими белыми генералами на юге. Он
составляет для Дона проекты законов буквально по всем отраслям государственного
строительства и пересылает их на юг. Лишь один аграрный вопрос не
разрабатывается, чтобы не вызывать трений с "Союзом возрождения". Во второй
половине лета 1918 года на Кубань были командированы Н. И. Астров, Степанов и М.
М. Федоров, чтоб взять под свое влияние добрармию. Они образовали там отделение
"Национального центра" и вошли в качестве советников в правительство на Дону.
"Национальный центр" был создан Центральным комитетом партии к.-д., и
большинство его членов были членами партии к.-д. В Ленинграде "Национальный
центр" имел свое отделение. По настоянию союзников в июле 1918 года произошло
об'единение "Национального центра" с "Союзом возрождения" на одной политической
платформе, при чем "Национальному центру" пришлось поступиться "единоличной
военной диктатурой" в пользу директории из трех лиц.
По поводу состоявшегося политического соглашения обе организации декларировали в
следущем обращении в сибирских и южных белогвардейских и эсеровских газетах1).
--------------
1) Я привожу текст обращения из газеты "Заря", Омск, No 79 от 18 сентября 1918
года.
— 239 --
"Письмо московских политических деятелей от 24 июля (6 августа) 1918 года". В
письме сообщалось, что оно написано от имени1) "Союза возрождения" и
"Национального центра" --двух политических организаций, договорившихся между
собой на одной общей политической платформе... Основания этой платформы сводятся
к следующему: воссоздание русской государственной власти, воссоединение с
Россией насильственно отторгнутых от нее областей и защита ее от внешних врагов.
Задачу воссоединения и защиты России (обе организации.--В. В.) рассчитывают
осуществить в тесном согласии с союзниками... "Союз возрождения" и "Национальный
центр" существуют параллельно, не сливаясь между собой... связью между ними
является партия к.-д., представители которой входят в то и другое единение".
Относительно формы государственной власти, которую мыслили оба об'единения после
свержения большевиков, в письме говорилось: "До установления окончательной формы
государственного устройства власть... должна являть собою наделенный полнотою
прав, независимый... верховный орган, конституция которого представляется в
форме директории трех. В состав этой директории с равными правами должны войти
авторитетное военное лицо, руководящее всеми вооруженными силами, и два лица,
представляющие социалистические и несоциалистические течения в стране..."
(читай: один к.-д., один правый эсер и один военный монархического пошиба в духе
генерала Алексеева-- Деникина. — В. В.).
Далее письмо высказывало недовольство Самарской учредилкой, считая ее совершенно
излишней, предупреждало о том, что немцы войну на империалистическом фронте
проиграли, и сообщало следующее: "В этом процессе национального возрождения обе
политические группы рассчитывают на помощь и живую поддержку со стороны
союзников... работа ведется, в постоянном взаимодействии с нашими союзниками, с
которыми удалось достигнуть соглашения по основным вопросам".
Таким образом под протекторатом союзников произошло политическое соглашение всех
антисоветских партий, начиная от монархистов и кадетов и кончая народными
социалистами и эсерами. Этим самым была согласована и общая линия
белогвардейского фронта, начиная с чехов и самарского правительства и кончая
донской контр-рево-люцией.
Между тем "Национальный центр" вел также деятельную контрреволюционную работу в
Москве и Ленинграде. Работа носила чрезвы--------------
1) Далее в кавычках текст письма.
— 240 --
чайно законспирированный характер, без всяких выступлений в легальной прессе.
Совместно с Торгово-промышленным комитетом "Национальный центр" потратил немало
усилий, чтоб разрушить хозяйственную деятельность советских органов, и поощрял
злостный саботаж во всех областях.
По признанию члена Центрального комитета партии к.-д. инженера Федотова, который
был председателем правления Орехов
...Закладка в соц.сетях
