Жанр: Фантастика
Кольца детей ауле
...нем, отдалившись от созданного ими мира. Они расстарались для своего жилища,
обеспечив его целебными травами, прекрасными цветами, лакомыми плодами и
диковинными животными, которых не было больше нигде на Арде.
Когда им захотелось общения и поклонения, они призвали к себе эльфов - и
покорные ваниары явились к ним, чтобы восхищаться ими. Теперь валары были
полностью удовлетворены своим бытием и редко оглядывались на остальной мир,
видимо, считая свою работу в нем завершенной.
Откуда в них появилась эта самоуспокоенность? Может, оттого, что, трудясь над
Ардой, они воплощали в бытие не свою, а чужую волю? Но если подобные мысли и
приходили в голову Олорину, он признавал господство валаров. Пусть этот мир
задумали не они, а Эру, Единый - тот, конечно, не мог справиться с такой работой
в одиночку. Боги-создатели, боги-помощники были необходимы, они были залогом
благополучия Арды, спасительной рукой помощи, за которую можно было ухватиться в
случае бедствия.
К тому же валары не мешали Олорину творить - потихоньку, полегоньку, не
производя слишком быстрых, бросающихся в глаза изменений на Арде. То тут, тот
там возникало новое поселение, уходили хищные звери и прятались зловещие
творения Мелькора, пролегали дороги, вызревали поля и закипала жизнь. И для
этого не требовалось особых чудес - просто вовремя брошенная подсказка,
предупреждение или совет. Олорин выучился творить другими средствами,
принимаемыми беглым взглядом небожителей за естественные изменения мира.
А старшие боги были так равнодушны к созданному ими миру, что даже такая
вольность, как сотворение шерстоногого народца из большой колонии кроликов,
прошла для них незамеченной. Олорин и за это ценил валаров - пока они глядели на
Арду сквозь пальцы, хозяйничал здесь он. И он любил этот мир наравне с Эру,
потому что был его ежедневным, незаметным, кропотливым творцом.
Сейчас этот творец, выглядевший почти так же, как и одно из живущих на Арде
творений - в сером балахоне и помятой синей шляпе, с посохом в руке, который
легко можно было принять за дорожный - вышагивал по лесной дороге, подделываясь
и подстраиваясь под жизнь обычных обитателей Средиземья. Так он лучше понимал их
и - что скрывать - получал гораздо больше удовольствия от такого бытия, чем в
подлинном облике могущественного истари.
Дорога была еще торной, но на ней появился налет заброшенности - она вела в Остин-Эдил
и к воротам Казад-Дума. Каждый раз, когда маг задумывался об этом, на
его лице проступала печаль. Случившееся противоречило его заботам об устройстве
Арды и перечеркивало многовековой труд ее обитателей, да и его собственный тоже.
Запущенная дорога напоминала ему, что честолюбивый майар грубо вмешался в ход
событий, стремясь подгрести под себя как можно больше и не подумав при этом, что
он даст захваченной земле за право властвовать на ней.
Затем вдоль дороги стали появляться селения атани, и маг повеселел. Он охотно
ночевал на их постоялых дворах, поедал их непритязательную пищу и развлечения
ради торговался за каждый медяк. Что он ел в пути и как он коротал промозглые
осенние ночи под открытым небом, не видел никто, но с ним не было ни теплого
походного одеяла, ни дорожной котомки с едой.
На полпути его застала зима, накрыв лесную дорогу ровным слоем белого снега. В
это время года путников было мало, поэтому маг двое суток шел по девственному
белому покрову, пока не наткнулся на следы.
Здесь прошел целый отряд, вышедший на дорогу с севера и направлявшийся на запад.
По размеру и форме обуви - тупому квадратному носку, по которому почти
невозможно было отличить правую ногу от левой - следы были оркскими. Судя по
обтаявшим кромкам отпечатков сапог, орки прошли здесь около суток назад. Среди
оркских следов виднелись овальные полузатоптанные ямы, при ближайшем
рассмотрении оказавшиеся следами небольшого тролля. Олорину были известны такие
тролли - вдвое меньше обычных, но очень подвижные, драчливые и не каменеющие на
свету.
Маг озабоченнно нахмурился. В последние столетия орки из Ангмара не показывались
в этих краях, а теперь они нагло вылезли на главную дорогу, несмотря на то, что
часть северных орков была разгромлена отрядом Элронда. По непонятным причинам
они появились в самом центре земель атани, миновав пограничные заставы.
Это наверняка был разбойничий рейд. Олорин заторопился вперед, чтобы догнать
отряд и выяснить, зачем сюда явились орки - а по необходимости и помочь в
обороне там, куда они направлялись. К вечеру он пришел в селение, носившее следы
учиненного орками разгрома.
Избы были разграблены, но большая часть населения спаслась от налетчиков в лесу.
Расспросив очевидцев, Олорин убедился, что орки действовали второпях, видимо,
только для того, чтобы пополнить запасы продовольствия. Судя по рассказам, в
отряде было примерно два десятка отборных оркских воинов, а с ними тролль,
вооруженный стволом небольшого дерева с грубо обломанным комлем на конце.
Пограбив село, они собрали всю провизию, какую могли унести, и двинулись дальше.
Ясно, что целью налета было не село, но для нападения на город орков было
слишком мало. Да и не было поблизости больших городов. Дело было и не в
бескормице - зима только начиналась, да и орки вели себя иначе. Если бы они
пришли сюда за едой, то обобрали бы село дочиста и вернулись бы назад.
Заинтригованный и встревоженный, Олорин поспешил вслед за ними.
Зима застала Горма, Фандуила и Рамарона на полпути к Казад-Думу. Снег выпал за
одну ночь, накрыв побуревшую траву толстым белым ковром. Вокруг царило полное
безлюдье - из-за осенней распутицы народ сидел по домам, а зимний путь еще не
установился.
В течение нескольких дней они не встретили никого. Пустынная дорога внушала
впечатление, словно они - последние разумные существа в этом мире, навевая
ложное чувство безопасности и в то же время утонченную, не поддающуюся описанию
тоску. Все трое друзей были разумными существами, не созданными для одиночества,
и оттого еще сильнее ощущали взаимную близость посреди бескрайнего леса, изредка
перемежающегося полянами и открытыми пригорками.
Фандуил заметил идущий навстречу отряд чуть ли не у самого горизонта, где
сходились воедино две полоски леса по обеим сторонам прямой, как стрела, дороги.
- Орки! - шепотом воскликнул он и сам испугался звука собственного голоса,
казалось, разлетевшегося по девственной тишине на несколько лиг вокруг.
- Где! - вполголоса воскликнул Рамарон.
- Тише ты! - зашикал на него Фандуил. - Неужели не видишь - впереди, на дороге?
Все трое остановились. Рамарон вгляделся вперед. Горм - тоже, хотя из-за
небольшого роста он не мог видеть так далеко. Тем не менее, он первым сообразил,
что нужно делать.
- Что же мы стоим? Давайте прятаться!
Друзья завертели головами, затем, не сговариваясь, кинулись в густой подлесок
справа от дороги. По пути Фандуил приостановился, чтобы натянуть тетиву на
боевой лук, дубовая основа которого до сих пор мирно торчала вместе со стрелами
из его колчана. Забежав примерно на четверть лиги вглубь леса, они остановились
и прислушались.
- Прячьтесь за стволами, а то вас заметят с дороги! - скомандовал Фандуил. На
свежем снегу за ними остались следы, но эльф надеялся, что орки не погонятся по
следу, если не увидят их самих. У такого большого отряда наверняка была какая-то
цель, от которой тот не станет отклоняться ради нескольких случайных путников.
Они замерли за деревьями, наблюдая за дорогой. Когда отряд приблизился, стало
видно, что в нем около двух десятков орков, среди которых вышагивал некрупный
тролль - массивный и безволосый, с толстой и серой складчатой кожей, словно у
южного зверя олифанта. Он был в безрукавке и штанах из медвежьей шкуры, в
кожаных, похожих на ведра сапогах, со здоровенной орясиной на плече, конец
которой был зажат в толстой корявой лапище. Зоркий глаз Фандуила отметил, что
орки были в обычных кожаных доспехах, с секирами и кривыми оркскими саблями.
Старший в отряде, заметный среди других по рогатому шлему и грубо сработанной
кирасе, был вооружен массивным треххвостым кистенем.
Поравнявшись с местом, где трое друзей свернули с дороги в лес, орки
остановились. Передовые из них стали разглядывать дорогу, до друзей донеслись их
хриплые, что-то энергично обсуждающие голоса. Спор продолжался недолго, а затем
орки повернулись и стали вглядываться в лес.
Они никого не заметили, но вожак махнул кистенем по направлению следов и отдал
приказ. Половина орков вместе с троллем и вожаком осталась на дороге, а другая
половина свернула в лес и пошла по следам.
Когда стало очевидно, что преследования не избежать, Фандуил прошептал друзьям:
- Бросьте вещи, оставьте только оружие, а когда я скомандую, бегите по лесу в
сторону Казад-Дума. Я вас догоню.
- Когда? - на всякий случай спросил Горм.
- Скоро. У меня всего десяток боевых стрел. - Он спустил мешок с плеч и
передвинул колчан поудобнее.
Орки прошли больше половины расстояния, отделявшего их от друзей, когда Фандуил
дал команду и Горм с Рамароном припустили по лесу на восток. Увидев их, орки
загалдели и погнались за ними. В суматохе они не поняли, что бегущих только двое
и беспечно повернулись спинами к эльфу, который выпускал стрелы одну за другой.
Не слишком поспешно, потому что стрел было мало и каждая должна была разить
наверняка, но орки заметили опасность с тыла, только когда полегло не меньше
половины отставших.
Они развернулись и кинулись на эльфа. Их лица были уязвимыми мишенями, поэтому
Фандуил разделался с ними еще быстрее, чем с предыдущими. Тем временем с дороги
заметили, что высланная в погоню группа быстро уменьшается. Осознав свою ошибку,
вожак орков во главе оставшегося отряда кинулся вслед за ними. Поскольку Горм с
Рамароном исчезли в лесу, орки дружно кинулись туда, где скрывался эльф.
Оставив последнюю стрелу для вожака, Фандуил уложил его на месте и пустился
бегом по лесу. Теперь, когда за его плечами не было тяжелого мешка, он мог
бежать по снегу, не проваливаясь и почти не оставляя следов. Вскоре он настиг
Горма с Рамароном, которые остановились у большого дерева, тяжело переводя дух.
- Кажется, оторвались, - приветствовал его появление Рамарон.
- Все, больше ни шагу, - с трудом выдохнул Горм. - Пусть за мной хоть толпа
балрогов гонится - вот на этом самом месте я их и встречу. Погибну геройской
смертью с "Чегиром" в руках.
- Подожди ты себя хоронить - никого еще нет, - сказал Рамарон. - Вот вещички
наши плакали - это обидно. В лесу, в такое время, да без всего...
- Рано радуешься, Рамарон. - Фандуил оглянулся. - За нами еще гонятся.
- Ни шагу с этого места... - упрямо пробормотал Горм, доставая из-за пояса
"Колун".
- Сколько их там, Фандуил? - спросил Рамарон.
- Около десятка, и с ними тролль. Эх, жалко, стрел у меня было мало!
Все трое встали с оружием в руках, готовясь встретить погоню. Сквозь оголенные
ветви подлеска уже виднелись первые орки. Тролль отстал, но за спинами орков
раздавалось трещание ветвей, разносившееся по всему лесу - слышать, как он
прокладывает путь через подлесок, мог не только эльф, но и полуоглохший гном.
- Великий Эру, ну о чем ты думал, когда посылал мне такую гнусь?! Что я тебе -
Берен, что ли? - пробормотал Рамарон, увидев серую тушу, продиравшуюся сквозь
подлесок. Он сказал это себе под нос, но достаточно громко, чтобы его услышал
стоявший рядом Горм.
- А я, по-твоему, Торгрим, что ли? - буркнул гном. - Вон и Фандуил наш - не
Феанор, а все равно уложил половину орков. Давай уж и мы с тобой постараемся -
что мы, не били их в Ост-ин-Эдиле?
Рамарону было некогда отвечать, потому что передовые орки уже выбежали из
подлеска и накинулись на них. По лесу разнеслись боевые крики и тяжелое дыхание
схватки, зазвенел металл о металл. Горм уложил одного орка, раскроив ему череп
вместе с защитным кожаным наголовником, Рамарон тяжело ранил другого. На
Фандуила напали сразу трое, и он был вынужден отступать, пятясь сквозь кустарник
и уворачиваясь от сабельных ударов. Вдруг он сделал резкий колющий выпад мечом -
и перед ним осталось только двое противников.
В это время к месту схватки подбежали остальные орки. Эльф продолжал пятиться,
но затем увидел, что Горма с Рамароном окружили, и стал отступать в ту сторону,
отбиваясь от обоих противников. Он развернулся и пробежал пару десятков шагов,
затем мгновенно повернулся и проткнул одного из преследователей. Оставшись с
глазу на глаз с третьим орком, Фандуил после ожесточенной схватки разделался и с
ним.
У Горма с Рамароном дела обстояли хуже. Встав спиной к спине, они бились с
остальными орками. Оба друга успешно защищались, но никому из них не удавалось
нанести смертельный удар никому из орков. К битве наконец подоспел и тролль - он
взревел и завращал над головой дубиной, но ему мешали окружившие их орки.
Охваченные боевой яростью, они и не думали расступаться перед ним.
Вдруг рядом сверкнула яркая вспышка и раздался оглушительный треск молнии. На
мгновение все участники боя остолбенели. Один из орков вспыхнул и занялся
ослепительным факелом. Он с воплями бросился в лес, а Горм воспользовался общим
замешательством и одним взмахом "Чегира" снес голову нападавшему на него орку.
Вторая молния подожгла еще одного врага, а третья ударила в морду тролля и
выжгла ему глаза. Тот взревел и наугад взмахнул дубиной, нечаянно пришибив на
месте подвернувшегося некстати орка. При виде взбесившегося тролля орки
запаниковали и обратились в бегство. Друзья успели прикончить еще двоих, а
остальных настигли в лесу молнии неизвестного союзника. Ослепший тролль ревел от
боли и злобы, молотя вокруг дубиной, но не мог найти никого из врагов.
Фандуил порылся в колчане, одним движением натянул тетиву на легкий лук, наложил
куропаточью стрелу и выстрелил. Тонкая стрелка легла точнехонько в глаз тролля,
войдя туда по самое оперение. Великан выронил дубину, вцепился обеими лапами в
стрелу и выдрал ее из глаза, затем покачнулся, упал, подергался и затих.
- Хороший выстрел! - Друзья обернулись на голос и увидели уже знакомого им
старца в сером балахоне и синеватой остроконечной шляпе. В руке он держал посох,
причем в таком положении, словно только что размахивал им в воздухе.
- Олорин! - вскричали они.
- Он самый, - удовлеворенно ухмыльнулся старик. - Хороший, говорю, выстрел.
- С такого-то расстояния... - Фандуил недоуменно пожал плечами, не понимая, за что
тут хвалить.
- А я как раз гадал, как мне покончить с этим троллем - моя магия не слишком-то
годится для этого. - Олорин подошел к ним. - Ну как вы? Вижу, что живы, а вот
целы ли?
- Сейчас посмотрим... - Горм поморщился и приподнял левую руку, чтобы оглядеть
бок. Его кожаный, обшитый стальными пластинками жилет был рассечен, края разреза
были окровавлены.
- Снимай жилет, - решительно распорядился Олорин. - А вы как?
- С мной все в порядке, - сказал Фандуил.
- Мне по ноге два раза попали. И по плечу, но не сильно. - Рамарон болезненно
поморщился. - По пальцам еще стукнули. - Он несколько раз сжал и распрямил
распухшие пальцы на правой руке. - Но через пару дней, наверное, опять смогу
играть. А где моя лютня?
Он оглянулся в ту сторону, где они побросали вещи перед сражением, и собрался
было идти туда, но Олорин остановил его:
- Куда ты с такими ранами? Фандуил ее принесет - ты ведь принесешь, Фандуил?
Пока эльф ходил за вещами и собирал свои стрелы, маг перевязал гнома с бардом и
развел костер, набрав кучку хвороста и коснувшись ее посохом.
Горм с Рамароном разместились на одеялах у костра. Теперь, когда напряжение
битвы осталось позади, было видно, что оба чувствуют себя неважно. Рамарон
приуныл и все время кривился от боли, Горма начинало лихорадить. Фандуил с
запоздалым ужасом подумал, что если бы не Олорин, все кончилось бы еще хуже.
- Не понимаю, как Коугнир мог оставить вас без присмотра, - проворчал маг,
помогая эльфу готовить лечебное питье. - А если бы я случайно не оказался
поблизости? Вы неплохо держались, но битва складывалась явно не вашу пользу.
- Он должен был остаться, чтобы охранять подземный город от Черного Гнома, -
пояснил Фандуил.
- Черного Гнома? - переспросил маг. - Кто это такой?
- Призрак Грора, бывшего вождя шестого клана.
- Уже? - Олорин заметно встревожился. - Это не простой призрак - Саурон называет
их назгулами.
- Да уж, не простой, - буркнул из-под одеяла Горм. - Коугнир говорит, что
Черного Гнома нельзя уничтожить обычным способом - такой призрак исчезнет только
вместе с гномьими кольцами.
- Вот потому мне и удивительно, что Коугнир оставил вас одних. Неужели он не
понимает, как ценны ваши жизни!
- Мы там успешно справились, с чем могли, - ответил Фандуил. - Мы уничтожили три
кольца, а одно не успели, потому что Грор обратился в... в назгула. Когда мы шли в
ту сторону, дорога была совершенно безопасной, и Коугнир не мог предвидеть...
- Должен был предвидеть! Тогда Саурон не знал про вас, но стоило вам уничтожить
хоть одно кольцо, как он сразу же понял, что к чему, и теперь приложит все
усилия, чтобы уничтожить вас. Вам осталось добыть только одно кольцо - да за
вами теперь будут гоняться все темные силы Средиземья, какие только подвластны
Саурону! Наконец-то я догадался, куда и зачем шли эти орки! За вами!
- За нами... - ошеломленно повторил эльф.
- Да, за вами. - Олорин помрачнел и задумался. - Пожалуй, я пойду с вами, а все
остальное подождет.
В этот день друзья остались на стоянке. Если бы сейчас было лето, им,
несомненно, следовало бы остановиться на несколько дней, но зимой в лесу было
так холодно и неуютно, что уже на следующий день они отправились в путь. Шли
понемногу, с частыми остановками, а ближе к вечеру устроились на ночлег на
первом же удобном месте.
Чтобы скорее исцелить раненых, Фандуил использовал не только травы, но и
эльфийскую лечебную магию. Он прикладывал к ранам длинные тонкие пальцы и шептал
певучие слова на языке авари, звучащие незнакомо и таинственно.
- А наши так не могут, - восхитился Рамарон, еще не видевший, как лечат эльфы.
- Да, для такой магии нужна хоть капля эльфийской крови, - согласился Фандуил. -
У атани есть знахари и шептуны, но они не отдают больному свою силу, а только
помогают ему обратиться к собственной.
- А как вы лечите? Это примерно как Палландо передавал свою жизненную силу нам с
Гормом?
- Вроде того, если учесть, что эльфы - не айнуры. Мы можем отдать только то, что
у нас есть.
Поскольку Фандуил был чистокровным эльфом королевского рода, он в совершенстве
владел лечебной магией. Уже наутро его друзья почувствовали себя лучше, а еще
через несколько дней их раны зажили полностью.
Олорин опекал их в пути, словно заботливая наседка. Когда к раненым вернулись
силы, он настоял на том, чтобы продолжать путь по лесу в стороне от дороги. Маг
был уверен, что этот оркский отряд - не последний. Его подопечные так и не
узнали, прав он был или не прав, потому что до самого Ост-ин-Эдила не встретили
ни одного врага.
Следовало бы сказать - до бывшего Ост-ин-Эдила, но друзья все еще не могли
привыкнуть к тому, что чудесного города, где бок о бок жили эльфы, гномы и
атани, больше не было на свете. Когда они подходили к нему - не по дороге, по
которой теперь не ходил никто, кроме врагов, а по лесу, словно злоумышленники -
они все еще безотчетно надеялись увидеть из-за деревьев высокие золотые кроны
дубов, а рядом на поляне - изящные домики наземного города, обнесенные
кружевными палисадниками.
Но ничего этого там не было. Перед ними раскинулась пустынная заснеженная поляна
с выступающими буграми на местах обгоревших комлей дубов. Белый снег закрыл эту
рану, словно безупречно чистая, умело наложенная повязка.
Маленькая компания собиралась выйти на поляну, как вдруг в ее дальнем конце, где
начиналась дорога к воротам Казад-Дума, показалась вереница темных фигурок. Все
четверо попрятались на опушке за деревьями, наблюдая за встречным отрядом.
- Нет, это не орки, - сказал Фандуил, приглядевшись. - Это гномы.
- Гномы? - встрепенулся Горм. - В это время года? И так много? Не может быть!
Фандуил покосился на него - он очень не любил, когда гном сомневался в его
наблюдениях.
- Да, гномы, - недовольно сказал он. - С тележками. Они, похоже, что-то куда-то
перевозят.
Поскольку Горм сам был гномом, ему было известно, что его сородичи никуда не
возят тележки, особенно зимой.
- Но зачем? - подивился он.
- Откуда мне знать, если даже ты этого не знаешь! Ты же гном, тебе должны быть
известны обычаи своего народа!
Процессия приближалась. Из-за дальнего леса появлялись все новые и новые
приземистые фигурки.
- Это гномы, - подтвердил Олорин. - И как много! Похоже, это не войско -
большинство из них без доспехов. Давайте выйдем к ним и спросим, куда и зачем
они направляются.
Друзья вылезли вслед за Олорином на поляну и направились навстречу гномам. Те
заметили их и закопошились, пропуская вперед вооруженных воинов в доспехах.
Вблизи стало видно, что гномы катят с собой шахтовые вагонетки, колеса которых
были наспех переделаны для наземных дорог. Каждую вагонетку тащили четверо
гномов - двое спереди за кожаные ремни, двое подталкивали сзади.
Вагонетки были набиты домашним скарбом, прикрытым меховыми покрывалами. Рядом
шли гномихи, одетые по-мужски и оттого похожие на безбородых подростков.
Немногочисленные гномьи дети, тепло укутанные, выглядывали с повозок между тюков
с вещами.
- Великий Махал! - пробормотал Горм. - Никак переезжают!
- Это твои родичи? - спросил Олорин.
Взгляд Горма обошел обоз.
- Нет, не мои - это клан Хъёрта. Вон впереди один из их Почетной Десятки - я
узнал его.
Первые охранники обоза поравнялись с путниками - могучие воины с боевыми
топорами в руках. Их возглавлял представительный пожилой гном в митриловых
доспехах, с длинной полуседой бородой, по-дорожному заплетенной в косицы.
Поздоровавшись с ними, Олорин сказал:
- Мы направляемся в Казад-Дум, чтобы засвидетельствовать почтение многославному
Дарину. Могу я узнать, все ли благополучно в его владениях?
Гном в митриловых доспехах остановился, а за ним и остальные охранники. Их
примеру последовал весь обоз, используя случайную остановку для передышки.
- Это ты, Таркун... - узнал гном мага. - Давненько ты у нас не появлялся. Нет,
Таркун, не все у нас благополучно. Наоборот, все у нас плохо так, что хуже
некуда. Дошло до того, что с родных мест бежим.
За его спиной толпились воины с топорами, главы семейств и их родичи, впрягшиеся
в постромки тележек, усталые женщины и молчаливые дети на повозках. На лицах
переселенцев застыло общее выражение сиротства и обреченности.
- Почему? - спросил Олорин. - И где же доблестный Хъёрт, ваш правитель? Почему
его нет с кланом, если клан бежит из дома?
- Его больше нет в живых, но и угодья мертвых не приняли его. - Гном обернулся
назад к горам. - Сейчас он там, в своих владениях. Да не допустит великий Махал,
чтобы он последовал за нами!
- Он стал назгулом! - воскликнул маг.
- Не знаю, кого ты зовешь назгулом, но теперь он - призрак-убийца. Словно
гнусный орк, он убивает своих кровных сородичей - тех, кого он должен защищать и
за кого он в ответе перед Махалом.
- Куда же вы переселяетесь - сейчас, в середине зимы?
Гном горестно вздохнул.
- Может, наши собратья из Синих гор приютят нас, хоть на время. А там мы
отправим разведчиков и выберем подходящее место.
Олорин вспомнил о Черном Гноме, но не стал говорить о нем и без того отчаявшимся
беженцам. В Синих горах оставался Коугнир, который должен был защитить их.
- Неужели все гномы покинули Казад-Дум?! - ужаснулся он.
- Не все, - ответил гном. - Пока еще не все. Летом клан Дарина объявил войну
четвертому клану и разгромил его. В начале осени все оставшиеся члены этого
клана во главе с Гарадом ушли в Серые горы. Насколько мне известно, они
собирались занять покинутый город в западной части хребта, а затем поискать
рудные залежи в его восточной части.
- А сам Дарин?
- Там он, в Казаде. Его клан перекрыл все ходы и выходы, чтобы спастись от
призрака Хъёрта, но не знаю, сколько они продержатся. Уйдут, наверное, как и мы,
если их до того призрак не поубивает.
- Понятно... Благополучного вам пути! - У Олорина язык не повернулся сказать
"счастливого".
- А ты, Таркун, все-таки идешь в Казад? Ты там поосторожнее... - сказал на
прощание предводитель беженцев.
Гномы прошли мимо - воины, повозки, женщины, дети. Четверо путников отправились
дальше по проложенной ими колее. Горм еще долго оглядывался назад, пока обоз не
миновал поляну и не скрылся в лесу.
Пока они шли до Казад-Дума, им встретилось еще несколько обозов. Клан Хъёрта,
оставшийся без правителя, в паническом беспорядке бежал с обжитого места. Гномьи
семьи поспешно упаковывали пожитки и уходили под руководством старейшин или
просто так, группами в несколько семей, одновременно собравшихся в дорогу и
надеющихся догнать или подождать сородичей в пути. Слишком опасно было
задерживаться в Казаде - каждый день приносил новые жертвы.
Друзья заночевали на берегу озера неподалеку от Каскадного Водопада. Наутро
ворота Казад-Дума раскрылись и выпустили еще одну группу гномов. На вопрос
Олорина те ответили, что они - последние беженцы клана.
- Итак, в Казад-Думе остался только клан Дарина, - печально подытожил маг, когда
гномы прошли мимо стоянки. - Что мы будем делать?
Горм и Фандуил растерянно переглянулись, понимая, что в клане Дарина их не ждут
с распростертыми объятиями. Но подобная нерешительность была не в характере
Рамарона.
- Ясно что, - ответил бард. - Как только мы уничтожим кольцо Дарина - оно ведь
будет последнее, которое надо уничтожить - призрак Хъёрта исчезнет. Значит, мы
заходим внутрь, объясняем это Дарину и берем кольцо. Или как-нибудь еще его
берем.
Олорин невольно улыбнулся.
- Интересный план. Возможно даже, Дарин согласится отдать нам кольцо, если это
избавит Казад-Дум от назгула. Но, к сожалению, здешние гномы сильно настроены
против эльфов. Если они увидят ср
...Закладка в соц.сетях
