Жанр: Фантастика
Жанры 3. Фантастика
...их агентов, срывать их козни.
Еще в начале шестидесятых при Комитете был создан секретный "космический отдел". Тогда
там работало всего полтора десятка сотрудников. Я попал туда мальчишкой, сразу после
института. Впоследствии, когда размеры угрозы стали яснее, отдел был преобразован в
серьезную структуру с мирным названием Центр профилактических разработок. Санаторий -
это название неофициальное, от латинского sanatio, то есть санация, оздоровление.
Аналогичные учреждения есть в США, Британии, Франции, Японии и ФРГ. К сожалению, из-за
"холодной войны" долгое время сотрудничество между нами почти отсутствовало. Есть
мнение, что противостояние Восток-Запад тоже было спровоцировано Мигрантами. Старый
принцип "разделяй и властвуй".
Роберту наконец удалось привлечь внимание Анны.
"Что ты про все это скажешь? И еще: что на самом деле думает этот полковник?".
"Я не знаю. Не знаю... Но этот человек верит в то, о чем говорит. Будь осторожен.
Когда будешь принимать решение, решай не рассудком - душой".
Дарновский сдвинул брови.
"Какое решение?"
"Скоро узнаешь".
"Как это - душой?"
"Сам поймешь".
И она снова отвернулась.
Полковник же, не догадываясь об этом беззвучном обмене мнениями, продолжал свою
лекцию:
- Наш советский Санаторий первым вычислил, что кратчайший выход на инопланетян -
не космические полеты на неуклюжих керосинках, а агентурная работа, то есть направление, в
котором мы, чекисты, традиционно сильны. Ведь главная трудность войны с Мигрантами
заключается в почти полном отсутствии информации о противнике. Мы не знаем, кто они, где
расположена их планета, как они выглядят. Судя по тому, что их привлекают природные
условия Земли, они должны быть сходного с людьми физиологического устройства. Однако до
сих пор ни один из Мигрантов к нам в руки не попал - ни живым, ни мертвым. Несколько раз
мы обнаруживали микрообломки летательных аппаратов, тех самых пресловутых НЛО,
потерпевших крушение или по счастливой случайности сбитых нашими ракетами. Но проку
было мало - похоже, у них там встроен механизм самоаннигиляции. Значит, решили мы,
будем добираться до этих существ через завербованных ими агентов. Во-первых,
людям-перевертышам наверняка что-то известно об их инопланетных хозяевах. А во-вторых,
рано или поздно при помощи агента-двойника мы зацапаем и космического гостя.
Роберт обеспокоенно взглянул на Анну - поняла ли она, куда клонит ветеран
антимигрантского Сопротивления. Но девушка по-прежнему на него не смотрела, на ее лице
застыло отсутствующее выражение.
- Мы похожи на белорусских партизан, - горько усмехнулся полковник. - Воюем не с
немцами, а с соотечественниками-полицаями. Именно так - "полицаями" - у нас в Санатории
называют сознательных предателей человечества. Иногда эти выродки добираются до очень
высоких постов, потому что получают поддержку от своих покровителей, а кроме того
обладают незаурядными способностями. О, Мигранты умеют подбирать кадры. - Снова
невеселая улыбка. - Принятый международный термин для таких людей - "зомбоиды",
потому что они принадлежат не себе, а тем, кто их прозомбировал. Использовать этот материал
во благо человечества уже невозможно.
Трое "мутных"
- Но кроме "зомбоидов-полицаев", существуют еще так называемые "мутанты" или, как
прозвали их наши ребята, "мутные". Это люди, которые по той или иной причине попали в
поле зрение Мигрантов, подверглись обработке и обладают разного рода необычными
способностями. Один, например, мог дышать под водой, другой летать, третий - вы будете
смеяться - генерировал электричество.
Никто не засмеялся. Даже до Дронова наконец дошло - он тревожно посмотрел на
Роберта.
Александр Александрович тем же доверительным тоном продолжил:
- У нас нет единого мнения, зачем Мигранты это делают. Возможно, экспериментируют
- нельзя ли использовать человечество для обслуживания, разделив по полезным функциям:
человек-птица, человек-рыба, человек-генератор и прочее. Согласно другой гипотезе, "мутные"
- своего рода мины замедленного действия. Мигранты расставляют их в самых разных местах,
чтобы однажды активизировать для каких-то своих целей. Когда нам удается выявлять таких
людей, мы помещаем их под тщательнейшее наблюдение. За "мутными" наверняка следят и
Мигранты, а значит, есть шанс рано или поздно взять кого-то из них или хотя бы "полицая"...
- Полковник обезоруживающе улыбнулся. - Здесь я сделаю паузу, потому что вижу по
вашим лицам: вы уже поняли, к чему я веду.
- Мы - "мутные"? - набычившись спросил Дронов.
- Да, вы "мутанты".
- Спасибо, что не "полицаи", - язвительно заметил Дарновский.
- Да, с этим я вас поздравляю. - Васильев серьезно посмотрел на него. - Чтобы снять с
вас подозрение, понадобилась долгая, обстоятельная проверка. По-хорошему, ей следовало бы
продолжаться еще несколько месяцев, потому что проведены не все тесты, но Руководству вы
понадобились именно сейчас.
- Почему? - подался вперед Роберт, пытаясь разглядеть выражение лица Александра
Александровича.
- Об этом вы скоро узнаете. Не от меня.
- А что это был за Белый Столб? - спросил вдруг Дронов. - Ну, в который автобус
вмазался?
- Вы имеете в виду инцидент 10 мая 1980 года? - уточнил Васильев. - Автобус
врезался в летательный аппарат Мигрантов, только что приземлившийся на ночном шоссе.
Аналогичный случай имел место в Неваде в 1964 году, но там погибли все пассажиры -
корабли Мигрантов изготовлены из какого-то сверхпрочного материала, ракета "земля-воздух"
разбивается об него в труху, если только по случайности не угодит в сопло. Вы двое, конечно,
тоже погибли, но были меньше покорежены, чем остальные, и Мигранты сумели вернуть вас к
жизни. Следов медицинского вмешательства на ваших телах обнаружить не удалось, но это
из-за того, что наша техника находится на слишком низком уровне. На прощанье Мигранты
сделали каждому из вас по подарку. А может быть, ваши экстраординарные способности -
просто побочный эффект медицинской операции, это тоже одна из версий.
Роберту очень нужно было узнать, что обо всем этом думает Анна. Он повернулся к ней и
вдруг увидел, что девушка спит, опустив голову на плечо.
- Что с ней? - вскричал он. - Она нездорова?
- Нет-нет, - успокаивающе поднял руки Александр Александрович. - Просто уснула.
Физически она слабее, чем вы двое. И к тому же находилась в пасифицированном состоянии на
10 дней дольше. Пускай отдыхает. Она здесь персонаж второстепенный, вспомогательный.
- А в самом деле! - спохватился Дарновский. - При чем здесь Анна? Ее ведь в
автобусе не было.
- Именно над этим мы ломали голову весь последний год, как только она появилась
около вас обоих. Вначале преобладала точка зрения, что Марианна Долина - "зомбоид",
подосланный, чтобы активизировать наших "мутантов". А может быть, для того, чтобы вы
уничтожили друг друга, поскольку оказались непригодны для какой-то неизвестной нам цели.
В определенный момент - когда вы вцепились друг другу в горло, нам показалось, что вторая
версия верна. Группа наблюдения приняла спонтанное решение защитить вас двоих, а ее изъять
для лабораторного обследования. Но Марианна Игоревна не "зомбоид". Она скорее всего тоже
относится к категории "мутантов". Правда, природа ее дара не вполне понятна. Судя по всему,
это гипертрофированная интуиция, то есть внерациональная способность предугадывать
события. И еще Марианна, судя по некоторым признакам, умеет невербальным образом
воздействовать на эмоции окружающих. А почему она оказалась в одной связке с вами,
понятно. Свой трудно идентифицируемый дар она получила тогда же и там же.
- Как это? - удивился Дронов.
- В 1980 году ей было девять лет. Она шла домой из пансионата "Березки", несла сумку
с продуктами. Провизия была ворованная, поэтому девочка и оказалась на шоссе в такое
позднее время. Вероятно, дело было так. Водитель автобуса, вылетев из-за поворота, сначала
увидел посреди дороги странный объект, вывернул руль влево, чтобы избежать столкновения,
увидел на обочине, прямо перед собой, застывшую девочку и рефлекторно снова рванул
машину вправо... Следственная группа обнаружила в непосредственной близости от места
аварии следы детских ног. Этот факт особо отмечен в протоколе - предполагалось, что
ребенок мог видеть катастрофу и дать свидетельские показания. Что маленькая Марианна там
увидела, мы не знаем. Возможно, зрелище крушения повергло ее в глубокий нервный шок, и
наши сердобольные космические приятели ее тоже слегка "полечили". К сожалению,
допросить Марианну Игоревну, даже в пасифицированном состоянии, невозможно - она не
владеет речевым аппаратом.
- Так, получается, вы ничего про нее не выяснили? - спросил Роберт.
- Почему же, мы выяснили всё. - Полковник заглянул в книжечку. - Биологический
отец девушки установлен. Лаптев Игорь Сергеевич. Ничего особо интересного: был под
Москвой в студенческом стройотряде; имел маленькое приключение с лычковской девицей,
матерью Марианны; о существовании дочери не знает; работает инженером по технике
безопасности. Теперь мать. Долина Евдокия Прокофьевна. Бросив грудного ребенка, уехала.
Сейчас замужем, двое детей, живет в Калининграде. От мужа, корабельного механика, наличие
добрачной дочери скрывает. В общем, достойная особа. Это ж надо - деревенскую девочку
назвать Марианной, - возмущенно заметил Александр Александрович, как будто именно в
этом состояло главное злодеяние беглой Евдокии Прокофьевны. - Вся эта анкетная лирика
ничего не дает и не объясняет. Ясно одно: вы трое в одном и том же месте, в одно и то же
время, так сказать, родились заново.
- Тройняшки, что ли? - засмеялся Дронов, святая простота. Весело ему стало!
Полковнику вот весело не было. Наоборот, с каждой минутой он делался всё серьезней.
Пожалуй, даже напряженней.
- Можно выразиться и так. - Васильев помолчал. - Ну вот, Роберт Лукич и Сергей
Иванович. Я рассказал вам всё, на что был уполномочен. Теперь вам нужно хорошенько обо
всем этом подумать. Не так-то просто осознать, что наш мир не совсем таков, как кажется
недостаточно информированному большинству.
- А почему не сообщить человечеству об угрожающей опасности? - вызывающе
поинтересовался Роберт. - На кой нужна вся эта секретность? Нравится ощущать себя
жрецами-хранителями великой тайны?
- У нас с Западом по этому поводу нет единства позиций, - спокойно объяснил
полковник. - Наше руководство считает, что незачем устраивать панику. Есть компетентные
органы, пускай у них голова болит, а попусту нервировать население незачем. На Западе же
действуют иначе. Они уже лет тридцать потихоньку внедряют идею инопланетной опасности в
массовое сознание. Разве вы не видите, сколько в Голливуде снимается фильмов на эту тему?
Американцы считают, что это поможет человечеству избежать психологического шока. Ну, не
знаю, поживем-увидим...
Он взглянул на часы.
- Все, товарищи. Время. Вам нужно собраться с мыслями перед тем, как каждый из вас
примет решение.
Дронов взорвался:
- Решение, решение, да что за решение-то?
- Об этом с вами будет говорить директор. - Васильев торжественно поднял палец. -
Лично.
- Когда?
- Не могу сказать. Он очень занятой человек. Если хотите, погуляйте по территории, у
нас тут очень красиво. И столовая отличная. Как при коммунизме - всё есть и всё бесплатно.
- Стоп! - насторожился Дарновский. - Вы говорили, что мы свободны и можем идти
на все четыре стороны, а теперь "погуляйте по территории"...
- Можете отправляться домой или куда вам угодно. Директор сам вас найдет.
Единственно лишь Марианне Игоревне придется на некоторое время здесь задержаться.
В заложницах оставляют, понял Роберт. Порылись у нас в мозгах и теперь твердо знают,
что без нее мы никуда не денемся.
- Зачем это? - воинственно поднялся из кресла Дронов.
- Понимаю, о чем вы подумали. - Полковник с видом оскорбленного достоинства
вздохнул. - Марианна Игоревна тоже совершенно свободна. Но вы видите, в каком она
ослабленном состоянии. Ей нужно пройти курс реабилитации - это денька три-четыре,
максимум пять. Вы сможете ее навещать, когда пожелаете. Можно было бы подержать ее на
постельном режиме и в домашних условиях, но... - Он тактично понизил голос. - Насколько
я понимаю, это вопрос пока открытый? В смысле, в чьих домашних условиях она будет
пребывать. Не мое дело и не смею вторгаться, но как человек старшего возраста и изрядного
опыта позволю себе дать вам совет. Будет лучше, если вы предоставите Марианне Игоревне
сделать выбор самой.
Бывшие напарники посмотрели друг на друга, челюсти у обоих нехорошо сжались.
- Я дождусь здесь, когда она проснется, - твердо сказал Роберт.
- И я, - подхватил Дронов. - А там видно будет.
- Ради бога. - Александр Александрович устало потер глаза. - Я пока наведаюсь к себе
в кабинет, поработаю. Не прощаюсь - еще увидимся.
Когда он вышел, в комнате наступила полная тишина, лишь ровно дышала спящая Анна.
- Потолкуем? - шепнул Дронов. Роберт показал на стены: не здесь. Сергей кивнул.
- Пошли во двор, перекурим это дело.
Открыл окно, ловко перемахнул через подоконник. Роберт, кряхтя, полез за ним.
Та, без которой смерть
Уже с той стороны окна оба, не сговариваясь оглянулись на девушку в кресле.
- Сама так сама, - сказал Роберт. - Это будет по-честному. Согласен? Мы оба знаем,
каково без нее, но давай дадим друг другу слово, по-мужски. Если она выберет меня - ты
сваливаешь. Совсем, вчистую. Я то же самое. Хотя по мне лучше в петлю.
- Только без твоих гипнотических штучек, - набычился Дронов.
- Гипнозом не владею. А то бы ты у меня на поводке ходил, как дрессированный
медведь. Так что? Уговор или мочиловка без правил?
Дронов закрыл глаза - видно, не очень поверил в атропин. Подумал. Тряхнул головой.
- Лады.
Они крепко пожали друг другу руки. Хоть Роберт и был уверен в победе, а все же
перехватило дыхание.
Вокруг не было ни души. Над клумбами порхали бабочки, по верхушкам деревьев
погуливал легкий ветер, аккуратные дорожки желтели просеянным песком. В самом деле -
санаторий, да и только.
Теперь, когда главное определилось, надо было сменить тему.
- Чего от нас хотят, как ты думаешь?
Сергей пожал плечами.
- Ясно чего. Внедрить к инопланетянам, двойными агентами.
- Ты что, поверил в эту лабуду? - усмехнулся Дарновский, щурясь. Расширенным
зрачкам было больно от яркого света.
- Так ведь ответственный сотрудник Комитета! - изумился Дронов. - Самого
секретного подразделения! Иван Пантелеевич, и тот спасовал. Такие люди ваньку валять не
станут.
- В спецслужбах псих на психе сидит и психом погоняет. Чем секретнее, тем чеканутей.
Какие на хрен инопланетяне? Никто их не видел, откуда они прилетают, неизвестно, чего хотят
- тоже, одни гипотезы. Но при этом целая свора получает немеряные бабки, может запросто
ловить людей и замораживать им мозги. Законы им по фигу, твори что хочешь - Родина
разрешает. Несколько хитрых сволочей из разных стран, с большими звездами на погонах,
изобрели эту дурку, чтоб держать за горло весь мир. Как же, планета в опасности! Получайте,
спасители человечества, полный карт-бланш. А все потому, что на свете полно людей, которым
нравится верить в заговоры, тайные козни и коварного, вездесущего врага. Вот на ком все эти
ЦРУ, КГБ и прочие "Интеллидженс-сервисы" держатся. Напуганными людьми удобно рулить.
Сереж, хоть ты-то с ума не сходи.
- А Дар - твой и мой? Откуда он по-твоему взялся?
- Да мало ли на свете не изученных наукой явлений. Может, это следствие клинической
смерти.
- А Белый Столб?
- Галлюцинация. Или какая-нибудь шаровая молния нетипичной конфигурации. Не
знаю! Этот Васильев говорит, что Анна была на шоссе и все видела. Но ни про какой Белый
Столб она мне не рассказывала.
- Как она расскажет, если она немая!
- Это она для тебя немая.
Они качнулись навстречу друг другу, готовые вцепиться друг в друга.
- Ты все-таки ее гипнотизировал, гад! - бледнея, прохрипел Дронов. - Я... я за нее
тебе глотку перегрызу.
Он коротко посмотрел в окно и вдруг просиял.
- Проснулась!
Роберт тоже повернулся, но ничего не увидел - только смутные контуры.
А Дронов уже карабкался на подоконник. Едва удержавшись, чтоб не стащить гада за
ремень обратно, Дарновский полез следом.
Дронов подоспел к Анне первым. Опустился на колени, взял ее за кисти, да еще стал
целовать руку, сволочь.
- Как ты, любимая? Тебе лучше, солнышко? - сюсюкал Дронов, и она позволяла ему
слюнявить себе пальцы, но смотрела, между прочим, на Роберта, глаза в глаза!
Целовальщику кивнула, погладила по волосам, и тот триумфально оглянулся на
Дарновского: что, мол, съел?
Пускай радуется. Зато Роберт вел с ней разговор.
"Эти люди опасные психи. Я вытащу тебя отсюда".
"Нет, они не сумасшедшие. Старик говорил правду. Те, кого он называет "Мигрантами",
действительно существуют. Это они спасли нам жизнь и оставили на память по подарку".
Роберт потрясенно заморгал. Не верить Анне он не мог.
"Значит, опасность для Земли действительно существует?"
"Этого я не знаю. Старик верит в то, что говорит, но он злой, он только прикидывается
добрым. А у злых людей и правда злая. Сам всё про человечество да про человечество, а
никакого человечества нет. Есть ты, есть я, есть каждый человек в отдельности. И стоит
один человек не меньше, чем остальные миллиарды. Но Старику на одного человека наплевать.
Он видит лес, а деревьев не видит".
"Я тебя не понимаю. - У Роберта голова шла кругом. - Так Белая Колонна была? Ты ее
видела?".
"Видела. Но это была не колонна и не столб. Луч. Он светил сверху вниз. Уперся в землю.
Стал короче, короче. А внутри был свет. Живой".
"В каком смысле?".
"Не знаю. Белый живой свет, я хорошо это помню. А потом из темноты появился другой
свет - желтый, мертвый. Скрежет, треск, крики. Дальше ничего не было. Но я знаю: те,
кого старик называет "Мигрантами", не злые. И мешать им не нужно".
"Тебе про них что-то известно?".
"Ничего. Но я чувствую".
- Милая, я буду здесь с тобой, пока ты не поправишься, - сказал Дронов. - Никуда не
уйду.
"Да, так будет лучше. А ты иди", - услышал Роберт и покачнулся, будто от удара в
лицо.
"Я не оставлю тебя здесь! С этими. И особенно с ним!".
"Не бойся. Мы больше не расстанемся. Я всегда смогу говорить с тобой, даже если ты
далеко", - сказал ему нежный синий взгляд.
"Я не понимаю...".
"Я тоже. Но это так. Раньше не могла, а теперь могу. Вот отвернись. Слышишь
меня?".
"Да".
"А теперь отойди к двери. Слышишь?".
"Слышу".
"Я сейчас не могу уйти отсюда. У меня совсем нет сил. Я очень устала. Иди и ничего не
бойся. Я буду с тобой".
Когда она ему это пообещала, Роберт сразу успокоился. Оглянулся на Дронова,
по-прежнему ползавшего на коленках, улыбнулся с чувством жалостливого превосходства и
вышел в коридор.
Навстречу, дымя трубкой, шагал полковник Васильев.
- Уходите? Я распоряжусь, чтобы вас отвезли домой. Идите по главной аллее направо.
Она длинная, полтора километра. Разомните мышцы, подышите воздухом. К вечеру обещали
дождь, а сейчас благодать. Выходите через проходную, вас пропустят, и подождите снаружи.
Машину подадут туда.
Роберт шел по длинной прямой дорожке, щурился от просеянных сквозь листву
солнечных лучей и вел разговор с Анной.
"Видишь, я могу говорить с тобой, расстояния между нами больше не существует".
"А я? Как мне позвать тебя?".
"Когда-нибудь это произойдет само собой. Тебе просто нужно этого очень захотеть...
Сегодня ты примешь важное решение. Я уже знаю, каким оно будет. И ты знаешь".
"Нет, не знаю".
"Знаешь. Они найдут тебя".
"Кто? Мигранты? Как? Когда?".
Ничего не изменилось, точно так же светило солнце и под ногами шуршал асфальт, но
Анны с ним уже не было. Ее голос умолк.
ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ
В дирекции
Сергей держал ее за руки, чувствовал тепло. Они были вдвоем, темнила Роберт наконец
ушел - понял, что ему не светит, что свой выбор Мария уже сделала.
Одно только смущало - она на него совсем не смотрела, и взгляд какой-то нездешний,
отсутствующий. О чем думает, непонятно.
Он прижался лбом к ее коленям, обнял их. Тогда легкая рука погладила его по голове,
взъерошила волосы.
Дронов посмотрел вверх. Вот теперь Мария глядела на него, глаза у нее были такие, будто
она очень хочет ему что-то сказать.
- Я для тебя всё сделаю, мне бы только понять. Ты чего хочешь, а?
Но как он ни старался, так и не въехал. Заметил только, что в углах рта у нее стала
просвечивать улыбка, а на скулах проступил румянец - тот самый, от воспоминаний о котором
его бросало в жар все долгие месяцы.
И надо же, в такой момент в комнату вперся полковник. Причем сначала вошел, а потом
уже постучал - привлек к себе внимание.
- Сергей Иванович, вас ждет директор. Идемте, я провожу.
- Я вернусь, - сказал Дронов Марии.
- Конечно, вернетесь. И очень скоро. Разговор будет недолгим, - уверил его Васильев.
А Сергей с неудовольствием подумал: "Откуда он знает? Может, я еще поломаюсь".
- Куда идти-то? - спросил он во дворе. Других зданий поблизости не наблюдалось -
одни кусты да деревья.
- Лучше подъедем. Территория здесь изрядная, до дирекции с километр будет.
Они сели в черную "волгу" - Александр Александрович за руль. Снял с сиденья
кожаную папку, небрежно кинул назад, включил радио, и машина тихо зашуршала по асфальту.
По радио передавали новости. Сначала Дронов почти не слушал. Потом вздрогнул,
навострил уши.
- ...причем отдельные экстремистские элементы и просто горячие головы, не
разобравшись в ситуации, пытаются возводить вокруг так называемого "Белого дома"
баррикады. Решением Государственного комитета по чрезвычайному положению с двадцати
одного ноль ноль в Москве вводится комендантский час. Гражданам, не имеющим
специального пропуска выходить из дома запрещается. Нарушители буду задерживаться
сотрудниками правоохранительных органов. Для поддержания законности и порядка в город
будет введен дополнительный контингент внутренних войск, в том числе танки и боевые
машины пехоты. Граждан просят сохранять спокойствие и во избежание несчастных случаев
воздержаться от пользования частным автотранспортом. Временно исполняющий обязанности
президента товарищ Янаев...
- Ёлки, это что за фигня? - ошарашенно спросил Сергей.
- Да, такие у нас дела, - хмуро ответил полковник. - Решается, быть Советскому
Союзу или не быть. Именно поэтому директор и принял решение вывести вас из
пасифицированного состояния, не доведя тестирование до конца.
- А зачем мы ему?
- Вы, Сергей Иванович. Персонально вы, в первую очередь. Однако мы уже приехали.
Он сам вам расскажет.
Автомобиль остановился перед небольшим, уютного вида домом, к которому никак не
подходило официальное название "дирекция". С отвеса черепичной крыши спускался густой
занавес из стеблей дикого винограда, на высоких окнах с раскрытыми деревянными ставнями
белели ситцевые занавесочки. Такие дома Дронов видел только в фильмах - французских или
там итальянских.
- Ступайте-ступайте, - поторопил его полковник. - Я потом.
В прихожей на диване сидел человек в белой рубашке и галстуке, смотрел телевизор. На
экране показывали площадь, битком набитую народом. Потом крупно балкон, и на нем Ельцин.
Он тряс чубом и что-то говорил, охранник прикрывал президента Российской республики
пуленепробиваемым щитом.
- Сегодня днем на площади перед Белым Домом прошел многотысячный митинг в
поддержку президента РСФСР Бориса Ельцина и российского правительства, - рассказывали
за кадром. Никогда раньше Дронов не слышал, чтобы у телевизионного диктора взволнованно
подрагивал голос.
Коротко оглянувшись на вошедшего, человек в белой рубашке показал:
- Вам туда. - И снова уставился в экран.
Внутри дом оказался больше, чем казалось снаружи. Сергей прошел по коридору, где на
полу лежал домотканый деревенский коврик.
Приоткрыл дверь, думая, что попадет в предбанник или секретарскую.
Но попал сразу в директорский кабинет. Это было ясно по размеру, по Т-образному столу,
по хреновой туче телефонов и карте мира на стене. Плюс в углу еще стоял государственный
флаг.
Как следует всё разглядеть, правда, Дронов не мог - солнце уже клонилось к закату, а
окна кабинета выходили на запад, так что пришлось прищуриться и даже прикрыть глаза
ладонью.
У стены тоже помигивал телевизор, здоровенный - наверно, метра полтора по диагонали.
Картинка та же - митинг перед Белым Домом. Только без звука.
А у подоконника стоял мужчина, поливал из лейки цветы. На фоне ослепительного яркого
прямоугольника было видно только силуэт.
Мужчина повернулся и сказал знакомым голосом:
- Давай сюда, Сережа. Что ты встал?
Это был Сэнсэй - такой же, как всегда, подтянутый, в элегантном синем блейзере, седой
бобрик волос посверкивает на солнце.
Полицай Чубатый
- Вы? - обомлел Дронов. - А... а что вы-то здесь делаете?
- Работаю, Сережа. Уже который год.
Иван Пантелеевич подошел, по-дружески обнял питомца за плечо, усадил в кресло, а сам
пристроился тут же, на подлокотнике, так что Сергею пришлось задрать голову.
- Сам всё обустраивал, налаживал. Даже дом этот сам спроектировал. В нем спокойно
работается и хорошо думается. "Венецианское окно и вьющийся виноград, он поднимается к
самой крыше", - с чувством продекламировал Сэнсэй какую-то цитату. - Теперь ты часто
будешь здесь бывать.
- Так вы не в ВЦСПС работали? И не в ЦК? - всё не мог опомниться Дронов.
- Нет, Сережа. Я давно, с семидесятых, возглавляю направление по борьбе с
Мигрантами. Сначала это был отдел, потом центр, потом управление, теперь вот Санаторий, но
цель нашей деятельности не менялась. Смысл моей жизни - уберечь нашу бедную планету от
оккупации. Васильев рассказал вам, что мы держим на особом учете всех "мутантов". Ты на это
слово не обижайся, способность к мутации - неотъемлемое условие эволюции и вообще
совершенствования. Тебя я вел лично, с самого начала. Во-первых, потому что парень ты
перспективный. А во-вторых, потому что ты мне понравился. Ты не просто обладатель
драгоценного Дара, ты личность, человек с характером. Я вы
...Поділитися у соцмережах
