Жанр: Эзотерика
Уставы небес. 16 глав о науке и вере
...ганы тела связаны со знаками Зодиака (см. коптский
манихейский трактат Кефалайа, М., 1998). Представления о взаимосвязи мира
атомов и мира звезд и планет типичны для современного оккультизма; см.,
например, высказывания Г. Гурджиева:
Расширение сознания происходит не в одном направлении, скажем, в
направлении большого космоса; направляясь вверх, оно одновременно
направляется и вниз... Если, допустим, человек начал чувствовать жизнь
планет, если его сознание переходит на уровень мира планет, он одновременно
начинает чувствовать и мир атомов, их жизнь, так как его сознание переходит
и на этот уровень... И большее, и меньшее требуют для своего познания
сходных перемен в человеке (П.Д. Успенский, В поисках чудесного, с.236,
237).
Здесь важно отметить возможность психологического истолкования связи
микро- и макрокосма (речь идет о развитии сознания). Подробнее "атомистика"
Гурджиева обсуждается ниже.
В конечном счете, "атомистические" подходы в традиционных религиях
подчеркивают единство мира.
"Принеси сюда плод ньягродхи (символ космического дерева жизни)". "Вот
он, почтенный". "Разломи его". "Он разломан, почтенный". "Что ты видишь в
нем?" "Эти маленькие семена, почтенный". "Разломай же одно из них". "Оно
разломлено, почтенный". "Что ты видишь в нем?" "Ничего, почтенный".
"Поистине, дорогой, вот - тонкая [сущность], которую ты воспринимаешь;
поистине, дорогой, благодаря этой тонкой [сущности] существует эта большая
ньягродха... И эта тонкая [сущность] - основа всего существующего, То -
действительное, То - Атман. Ты - одно с тем, Шветакету" (Чхандогья упанишада
6.12).
[Тот], который един, лишен цвета, посредством многообразной силы
творит, [согласно своей] скрытой цели, различные цвета. Это, поистине,
огонь, это ветер, это и луна. Это, поистине, чистое, это Брахман, это вода,
это Праджапати (Шветашватара упанишада).
Вкус воды - это Я, о Партха...
Я в земле благой чистый запах (Бхагавадгита 7).
При правильном понимании символов подобные места можно найти и в
Библии:
От начала (!) для добрых создано доброе, как для грешников - злое.
Главное из всех потребностей для жизни человека - вода, огонь, железо, соль,
пшеничная мука, мед, молоко, виноградный сок, масло и одежда: все это
благочестивым служит в пользу, а грешникам может обратиться во вред (Сирах
39:31-33).
Ибо чаша в руке Господа, вино кипит в ней, полное смешения, и Он
наливает из нее. Даже дрожжи ее будут выжимать и пить все нечестивые земли
(Псалтырь 74:9).
Для сравнения опять приведем слова ученого-физика.
Поэт сказал однажды: "Весь мир в бокале вина". Мы, вероятно, никогда не
поймем, какой смысл он в это вкладывал, ведь поэты пишут не для того, чтобы
быть понятыми. Но бесспорно, что, внимательно взглянув в бокал вина, мы
поистине откроем целый мир. В нем и физические явления (искрящаяся жидкость,
испарение, меняющееся в зависимости от погоды и вашего дыхания, блеск
стекла) и атомы (о которых нам говорит уже наше воображение). Стекло - это
очищенная горная порода; в его составе кроются секреты возраста Вселенной и
развития звезд. А из какого удивительного набора реактивов состоит это вино!
Как они возникли? Там есть закваска, ферменты, вытяжки и разные другие
продукты. Ведь в вине скрывается большое обобщение: вся жизнь есть
брожение... Сколько жизни в этом кларете, если он навязывает нашему сознанию
свой дух, если мы должны быть столь осторожны с ним! Наш ограниченный ум для
удобства делит этот бокал вина на части: физику, биологию, геологию,
астрономию, психологию и т.д., но ведь природа на самом деле никакого
деления не знает! (Фейнмановские лекции по физике, вып.1, М., Мир, 1977,
с.71)
Представления о строении микромира, аналогичные восточным, сохранились
в оккультизме, где они часто сочетаются с уже устаревшими
естественнонаучными взглядами. В то же время, с символической
(психологической) точки зрения такие построения содержат рациональное зерно.
По этому поводу в "Тайной доктрине" Е.П. Блаватской и книгах ее
многочисленных последователей, наряду с изложением теософских идей,
цитируются высказывания выдающихся ученых. Повторим цитату из "Сознания
атома" Алисы Бейли.
Я не верю, что материя инертна и действует только под воздействием
внешней силы. Мне кажется, что любой атом обладает определенным количеством
примитивного разума. Посмотрите, сколькими тысячами способов соединяется
атом водорода с атомами других элементов, образуя при этом самые различные
вещества. Неужели вы хотите сказать, что они делают это неразумно? Атомы
приобретают в гармоничном и полезном отношении красивые или интересные формы
и цвета или издают прекрасные ароматы, как бы выражая свое удовлетворение...
соединенные вместе в определенные формы, атомы составляют животных низшего
порядка. И, в конце концов, они объединяются в человеке, который
представляет собой разум всех атомов.
- Но откуда же появляется эта разумность?
- От какой-то силы, которая гораздо больше нашей.
- Так значит вы верите в разумного Создателя, в Бога?
- Конечно. Существование такого Бога, с моей точки зрения, вполне может
быть доказано химией (из интервью Т. Эдисона).
Разумеется, в оккультных и алхимических доктринах речь идет не о личном
Боге, а о мировой душе (anima mundi).
Полезно также провести некоторые параллели с современной психологией. В
"эзотерической" психологии (см, напр., А.И. Зеличенко, Психология
духовности, М., 1996) четырем первоэлементам сопоставляются типы
психологических состояний: земле - тяжелые, вязкие, навязчивые состояния;
воде - плавные, текучие состояния; воздуху - состояния парения, свободного,
легкого творчества (но и хаотичность, беспорядочность); огню - состояние
интуитивного прозрения, мистического озарения, экстаза.
В соционике (науке о классификации психологических типов человека)
четырем юнговским психологическим функциям (логика, эмоциональность,
сенсорика, интуиция) сопоставляются четыре "физических" понятия - материя,
энергия, пространство и время (см., напр., Е. Филатова, Соционика для вас,
Новосибирск, 1994).
В схеме "мироздания", которую объяснял своим ученикам Г. Гурджиев (см.
П.Д. Успенский, "В поисках чудесного"), все возможные состояния материи и
духа (начиная с металлов и минералов и кончая людьми различного духовного
уровня и Богом-абсолютом) связываются с различными частотами вибраций -
типами "водорода", "углерода", "азота", "кислорода" (эти термины
употребляются не в традиционном физико-химическом смысле). Само понятие
атома у Гурджиева, как и обычно в оккультной литературе, также существенно
отличается от естественнонаучного:
Под атомом какого-то вещества понимается мельчайшее количество этого
вещества, которое сохраняет все его химические, космические (!) и
психические (!) свойства. Ибо помимо своих космических свойств любое
вещество обладает также психическими свойствами, т.е. некоторой степенью
разумности (!). Поэтому понятие "атом" относится не только к элементам, но и
ко всем сложным формам материи, выполняющим определенные функции во
вселенной или жизни человека. Существует атом воды, атом воздуха
(атмосферного, пригодного для дыхания человека), атом хлеба, мяса, и т.д.
(П. Успенский, цит. соч., с. 204).
Разумеется, сопоставлять такие взгляды с физическими и химическими,
мягко говоря, затруднительно. В то же время, представителям
естественнонаучного мировоззрения, вероятно, полезно узнать, что достаточное
количество людей в XX веке придерживались и придерживаются аналогичных
взглядов, причем в некоторых отношениях подобный подход демонстрирует свою
высокую практическую эффективность - так же, как и тибетская медицина,
гомеопатия, и пр. Все это заставляет еще раз задуматься о том, является ли
практика критерием (научной) истины (см. главу 5). В действительности в
подобных схемах, как и в средневековой алхимии, физическая и химическая
терминология используется скорее для описания психологии человека, от
которой никуда не уйти.
В таком настроении Ульрих раскрыл свою работу, прерванную много недель
и даже месяцев назад, и взгляд его тут же упал на то место с
гидродинамическими уравнениями, дальше которого он не пошел. Он смутно
помнил, что стал думать о Клариссе, когда на примере трех главных состояний
воды попытался продемонстрировать новую математическую возможность; и
Кларисса отвлекла его тогда от этого. Но порой память восстанавливает не
слово, а атмосферу, в которой оно было произнесено, и Ульрих вдруг подумал:
"углерод", и у него ни с того ни с сего возникло чувство, что он продвинулся
бы вперед, если бы только знал сейчас, во скольких состояниях встречается
углерод; но вспомнить это не удалось, и вместо этого он подумал: "Человек
бывает в двух состояниях. Мужчиной и женщиной" (Р. Музиль, Человек без
свойств).
Эксперименты психиатра С. Грофа (см. ниже гл.12) продемонстрировали
возможность психологического проникновения человека в микромир. Такое
погружение имело место и в мистическом опыте традиции Шри Ауробиндо, который
в принципе достаточно хорошо воспроизводим, хотя, конечно, и требует
осмысления.
Расщелина была бесконечно и бездонной, становилась как туннель: все уже
и уже... И я опускалась ниже и ниже, без воздуха, без света, задыхаясь [ср.
с "Алисой в стране чудес" и т.д.]. Внезапно я как будто натолкнулась на
пружину у самого дна, пружину, которой я не заметила: с невероятной силой
меня выбросило из расщелины и швырнуло в бесформенный, безграничный простор.
Он был всемогущим и несметно богатым, как будто эта безбрежность была
сотворена из бессчетных крошечных точек, точек, не занимающих никакого
пространства - теплых, темно-золотых. Все было абсолютно оживотворенным,
оживотворенным силой, казавшейся беспредельной. И, кроме того, неподвижным.
Совершенная неподвижность, но заключающая в себе невероятную интенсивность
движения и жизни. И жизнь была так... многочисленна, что ее можно было
назвать лишь бесконечной. И энергия, власть, сила и покой - покой
вечности... Я не чувствовала изменчивости: все было как бы усыпано (этими
точками). И каждая из этих "вещей" (не могу их назвать частицами или
осколками, если не брать точки в математическом смысле, точки, не занимающей
пространства) была как оживотворенное золото: испещрена теплым светом; я не
могу сказать ярким или интенсивным, это вовсе не было светящимся: масса
крошечных золотых точек, ничего кроме этого (из дневника Матери, цит. по:
Сатпрем, Разум клеток).
10. Выводы из квантовой механики: субъект и объект
Посылает слово Свое на землю; быстро течет слово Его; дает снег, как
волну; сыплет иней, как пепел (Псалтырь 147:4-5).
Пошевелись - и появится тень. Осознай - и родится лед. Но если не
двигаться и не сознавать, неминуемо окажешься в норе дикой лисы (дзен).
But above and beyond there's still one name left over,
And that is the name that you never will guess;
The name that no human research can discover -
But THE CAT HIMSELF KNOWS, and will never confess.
When you notice a cat in profound meditation,
The reason, I tell you, is always the same:
His mind is engaged in a rapt contemplation
Of the thought, of the thought, of the thought of his name:
His ineffable effable
Effanineffable
Deep and inscrutable singular Name (T.S. Eliot).
Как уже говорилось, крупнейшими событиями в физике начала XX века было
создание теории относительности и квантовой механики. "Мировоззренческий"
статус этих двух великих теорий различен: если теория относительности
является в определенном смысле завершением классической физики, то квантовая
механика, по мнению ряда исследователей, поставила вопросы, которые не могут
адекватно обсуждаться в рамках традиционного естественнонаучного
мировоззрения, сложившегося начиная с XVII века. Его основным постулатом
является возможность четкого разделения субъекта и объекта познания и
связанное с этим резкое противопоставление "материи" и "сознания". Явную
философскую формулировку этого постулата принято связывать с именем Декарта,
а примером его успешного применения к описанию части "реальности" (очень,
правда, ограниченной) на многие века стали "Математические начала
натуральной философии" Ньютона. Некоторые авторы называют такую
фундаментальную мировоззренческую установку "ньютоновско-картезианской
парадигмой".
Следует, впрочем, подчеркнуть, что взгляды самого Ньютона и Декарта
были намного более содержательными и интересными, чем эта "парадигма" (см.,
например, обсуждение различия расхожего "картезианства" и мировоззрения
Декарта в "Картезианских размышлениях" М. Мамардашвили). Вообще, однозначное
противопоставление субъекта и объекта вовсе не обязательно для западной (и
тем более восточной) культурно-философской традиции.
Поскольку объекты нашей мысли отнюдь не полностью независимы от ее
состояний, то обе эти разновидности мысли [логическая и аффективная] не
только сливаются в каждом человеке, но могут, до известной степени,
поставить его перед двумя мирами, по крайней мере непосредственно перед тем
и вслед за тем "первым и неописуемым мигом", относительно которого один
знаменитый религиозный мыслитель утверждал, что он бывает в каждом
чувственном восприятии, прежде чем чувство и зрительное наблюдение отделятся
друг от друга и займут места, где мы привыкли их находить: станут вещью в
пространстве и размышлением, заключенным теперь в наблюдателе.
Каково бы, стало быть, ни было соотношение между вещами и чувством в
зрелом мировосприятии цивилизованного человека, каждый все-таки знает те
исполненные восторга мгновения, когда дифференциация еще не произошла,
словно вода и суша еще не разделились [ср.Быт.1:6-8] и волны (!) чувства
составляют с холмами и долами, образующими облик вещей, один сплошной
горизонт (Р. Музиль, Человек без свойств).
Тем не менее, именно обсуждаемый "дуализм" (эмпирическая эффективность
и полезность которого вне сомнения) радикально отличает естественнонаучную
картину мира от других, как представляется, более глубоких подходов.
Развитие квантовой физики заставило поставить вопрос о возможной
недостаточности и исчерпанности данной парадигмы даже в рамках самого
естествознания.
В возникших спорах приняли участие почти все выдающиеся физики нашего
времени (кроме позитивистски настроенных исследователей, вообще не склонных
обсуждать мировоззренческие вопросы как "ненаучные"). По-видимому, спор
далеко не завершен (хотя в книгах гуманитарной направленности изложение
каких-то конкретных точек зрения по этому вопросу зачастую предваряется
словами "Современная физика установила, что..."). Здесь мы изложим некоторые
проблемы, возникшие в связи с развитием квантовой механики и заставившие
физиков, впервые в истории своей науки, обсуждать ее по-настоящему глубокие
основы.
Ранний период развития квантовой физики (1900-1924) характеризуется
прежде всего формулировкой законов излучения в идеальной модели "абсолютно
черного" (т.е. не отражающего) тела и введением "кванта действия" (М. Планк,
1900), открытием световых квантов и "корпускулярно-волнового дуализма"
(двойственной природы) света (А. Эйнштейн, 1905 и последующие работы), затем
построением модели атома Бора (Н. Бор, 1913) и гипотезой Луи де Бройля о
волновых свойствах электрона (1924). Ключевым моментом здесь является
осознание "корпускулярно-волнового дуализма" как универсального свойства
материи. Второй этап, начавшийся с 1925 года, характеризуется построением
формальной теории, описывающей этот дуализм (В. Гейзенберг, М. Борн, П.
Иордан, Э. Шредингер, П. Дирак, В. Паули, 1925-1927; Дж. фон Нейман, 1932;
Р. Фейнман, 1946, и другие исследователи) и глубоким обдумыванием возникших
в связи с этим концептуальных проблем ("принцип неопределенности"
Гейзенберга, "статистическая интерпретация волновой функции" Борна, "принцип
дополнительности" Бора, и др.). Существуют хорошие популярные изложения
физической сути корпускулярно-волнового дуализма (см., например, прекрасные
книги Р. Фейнмана "Характер физических законов" и "КЭД: странная теория
света и вещества"), к которым мы и отсылаем читателя. Здесь мы лишь приведем
без обоснования ряд относящихся к делу фундаментальных физических фактов.
Во многих физических экспериментах свет ведет себя как волна,
демонстрируя типичные проявления "интерференции" и "дифракции". Примером
интерференции могут служить цвета тонких пленок - скажем, радужные цвета
бензиновой пленки на поверхности воды, переливающиеся и изменяющиеся при
изменении угла зрения. Дифракция - это, в частности, отклонение света от
прямолинейного распространения при прохождении его через маленькие
отверстия, известное с XVII в. В то же время, в ряде других явлений
(например, фотоэффект - выбивание светом электронов из металла) свет ведет
себя как пучок частиц - световых квантов, или фотонов. "Зернистое", то есть
дискретное, строение света в определенных условиях буквально видимо
невооруженным глазом (опыты С. И. Вавилова, см. его популярную книгу "Глаз и
Солнце", М., Наука, 1981). Такое же "двусмысленное" поведение - иногда
волновое, иногда корпускулярное - присуще и другим микрообъектам, например,
электронам, нейтронам и т.д. Скажем, при регистрации электрона любыми
счетчиками он ведет себя как частица (всегда регистрируется целый электрон и
никогда - его часть), но при отражении электронного пучка от поверхности
кристалла наблюдаются типично волновые явления, подобные происходящим при
отражении света от так называемой дифракционной решетки.
Математическое описание такой ситуации возможно различными способами,
из которых по-видимому самым глубоким является фейнмановский формализм
"интегрирования по траекториям". Утверждается, что электрон представляет
собой частицу, т.е. неделимый объект, проявляющийся всегда только как целое
и характеризуемый вполне определенными значениями электрического заряда,
момента вращения (спина), массы и т.д. Однако под действием заданных внешних
сил он движется не по вполне определенной траектории в соответствии с
ньютоновской механикой, а с определенными вероятностями по всем траекториям
сразу. Все, что мы можем найти - это вероятность его нахождения в данной
точке в данный момент времени. При этом интерференционные (волновые) явления
обусловлены тем, что эта вероятность не равна сумме вероятностей движения по
каждой траектории: складываются не вероятности, а комплексные числа,
называемые амплитудами вероятности; суммарная вероятность есть квадрат
модуля суммарной амплитуды. При этом бессмысленно говорить о значении
скорости электрона в данной точке пространства, поскольку он движется
одновременно во многих (и даже в бесконечно большом числе) направлений.
Типичная траектория электрона представляет собой непрерывную линию, ни в
одной точке не имеющую касательной. Итак, если мы обнаружили (с помощью
счетчика заряженных частиц), что электрон в данный момент времени находился
в данной точке пространства, мы принципиально не можем сказать, чему была
равна и куда была направлена в этот момент его скорость. В то же время, мы
можем, применяя экспериментальную установку другого типа, измерить скорость
электрона - но тогда мы принципиально не сможем сказать, где именно он
находился в момент этого измерения.
В других ситуациях, не связанных напрямую с движением частиц, квантовая
механика также ограничивается лишь вычислением вероятностей различных
событий. Например, она может в принципе рассчитать, с какой вероятностью
ядро радиоактивного изотопа распадется в определенный день с 10 утра до 5
вечера, и эти статистические предсказания при наличии достаточно большого
числа ядер будут точны (скажем, если указанная вероятность была 20%, то в 5
вечера действительно останется лишь 80% ядер данного типа от числа бывших в
10 утра). Но она принципиально не может ответить на вопрос, когда именно
распадется данное конкретное ядро, и распадется ли оно вообще в указанный
промежуток времени. Более того, утверждается, что ответ на этот вопрос
невозможен принципиально.
Разумеется, такая ситуация представляет собой серьезный вызов
классическому идеалу строгой причинности. В рамках
"ньютоновско-картезианской парадигмы" казалось бесспорным, что в принципе
можно предсказать или объяснить любое явление, если знаешь достаточно
детально все причинно-следственные связи в системе. Квантовая же механика
утверждает, что вопрос о причине распада данного конкретного ядра ровно в
полдень (если такое событие произошло) не имеет смысла - оно могло
распасться на час раньше, или на час позже, или вообще не распасться в
заданный промежуток времени, и невозможность для нас ответить на вопрос о
точном времени этого события принципиальна, то есть не устранима никаким
более детальным исследованием этого ядра и его окружения.
Важно подчеркнуть, что в тех случаях, когда квантовая механика
"соглашается" отвечать на тот или иной вопрос, ее ответы неизменно
подтверждались всеми до сих пор выполненными экспериментами. Например, она
способна вполне успешно рассчитывать характеристики различных спектральных
линий в атомах, молекулах и твердых телах, расстояния между атомами в
молекулах, и т. д., и до сих пор физики нигде не столкнулись с ее
неадекватностью. Разумеется, в каждом конкретном расчете приходится делать
какие-то дополнительные приближения, которые приходится контролировать
отдельно, но в ряде случаев мы имеем точное решение задачи, например, для
спектра атома водорода. При этом никаких расхождений между результатами
экспериментов и предсказаниями квантовой механики обнаружить не удается. В
то же время, на ряд вопросов, традиционно считавшихся вполне допустимыми
(например, о значении координаты и скорости электрона в данный момент
времени) она ответа не дает. В такой ситуации не приходится говорить о
"неправильности" квантовой механики, но кажется уместной постановка вопроса
о ее "неполноте", то есть неокончательном характере и существовании более
фундаментальной теории, способной дать ответы на вопросы, лежащие за
пределами квантовой физики. Такую позицию, в частности, занимал
первооткрыватель корпускулярно-волнового дуализма А. Эйнштейн. Известно его
высказывание "Бог не играет в кости", означающее отказ признать чисто
статистическую теорию за истину в последней инстанции. Приведем более полную
цитату (которая вызывает явно "каббалистические" ассоциации) и ряд связанных
с ней:
Квантовая механика заслуживает всяческого уважения, но внутренний голос
подсказывает мне, что это не настоящий Иаков. Теория дает много, но к
таинствам Старого она не подводит нас ближе. Во всяком случае, я убежден,
что Он не играет в кости (из письма А. Эйнштейна М. Борну 4.12.26,
Эйнштейновский сборник 1972, М.: Наука, 1974, с. 7).
Очевидно, никогда в прошлом не была развита теория, которая, подобно
квантовой, дала бы ключ к интерпретации и расчету группы столь разнообразных
явлений. Несмотря на это, я все-таки думаю, что в наших поисках единого
фундамента физики эта теория может привести нас к ошибке: она дает,
по-моему, неполное представление о реальности, хотя и является единственной,
которую можно построить на основе фундаментальных понятий силы и
материальных точек... Неполнота представления является результатом
статистической природы (неполноты) законов (А. Эйнштейн, Собр. научн.
трудов, т. 4, с. 220)
(отметим здесь ссылку на понятия силы и материальной точки: Эйнштейн
полагал, что дальнейшее углубление понимания должно базироваться на понятии
поля; подробнее об этом см. в главе 11).
Целью теории является определение вероятности результатов измерений в
системе в заданный момент времени. С другой стороны, она не пытается дать
математическое представление того, что действительно имеет место, или того,
что происходит в пространстве и времени. В этом пункте современная квантовая
теория радикально отличается от всех предшествующих физических теорий как
механических, так и полевых. Вместо того, чтобы дать модель для изображения
реальных пространственно-временных событий, она дает распределения
вероятности для возможных измерений как функций времени... Некоторые физики,
и в том числе и я сам, не могут поверить, что мы раз и навсегда должны
отказаться от идеи прямого изображения физической реальности в пространстве
и времени или что мы должны согласиться с мнением, будто явления в природе
подобны азартным играм (там же, с. 238, 239).
Наиболее глубокий анализ причин этих затруднений концептуального
характера был дан Н. Бором в ходе разработки его знаменитого "принципа
дополнительности":
...Решающим является признание следующего основного положения: как бы
далеко ни
...Закладка в соц.сетях
