Жанр: Энциклопедия
Сто великих операций спецслужб
...нных поспешил взорвать пещеру, где
находился эксперимент ный урановый котел. Но это уже не имело серьезного
значения.
Приступили к допросу ученых. Среди них был выдающийся физ| Отто Ган,
первооткрыватель деления ядра урана, основного проце/ делающего возможным
создание атомной бомбы, и несколько дру видных исследователей. Но все еще
отсутствовал Гейзенберг, главь "объект" среди немецких физиков. Выяснилось, что
за несколько до захвата городка он уехал на велосипеде к своей семье в Бавар!
ВТОРАЯ МИРОВАЯ ВОЙНА 1939-1945 ГОДОВ
361
самую ценную техническую документацию запечатал в герметически закрытый бидон,
который сбросил в яму с нечистотами. Американский солдат, проклиная все на
свете, сумел вытащить этот бидон. С солдатским юмором бидон, не отмывая,
подложили под открытое окно комнаты, где спал ГоудСмит. Как и предполагали, в
нем находились основные доклады о немецких изысканиях, связанных с урановым
котлом.
Полковник Паш решил во что бы то ни стало захватить Гейзенберга. Это удалось
сделать в маленьком городке Урфельде, южнее Мюнхена, еще находившемся в руках
немцев. Узнав о прибытии американского отряда, к Пашу и его людям явились два
высокопоставленных офицера СС и выразили желание немедленно сдаться американцам
вместе со своими отрядами в несколько сотен человек. Но американский лейтенант
про-, говорился, что их всего семеро... и Пашу пришлось срочно удирать из
Урфельда вместе со своим трофеем - ученым Гейзенбергом.
В Гейдельберге всех захваченных ученых-физиков разместили на одной из вилл, а
затем отправили в Париж. Все они считали себя важными персонами,
"первооткрывателями" в области атомного оружия, и лишь 6 августа 1945 года -
день первого атомного взрыва над Хиросимой - поняли, как глубоко они
заблуждались.
На этом, по существу, закончилась погоня за немецкими физиками-ядерщиками.
Миссия "Алсос" нашла всех ведущих разработчиков немецкого ядерного проекта, все
документы и материалы. Четырнадцать человек были интернированы, четверо уже
находились в США. Осталось лишь несколько физиков-ядерщиков в Берлине или в
советской зоне оккупации Германии, часть ученых попала в британскую зону
оккупации, а затем в Англию, несколько ученых - во французскую.
"ЭНОРМОЗ"
Еще в конце 1938 года ученые теоретически рассчитали, что процесс распада урана
может протекать в форме взрыва колоссальной силы. После начала Второй мировой
вбйны по инициативе венгерского ученого, переселившегося в Америку в годы
фашизма, Лео Сциларда, Альберт Эйнштейн направил письмо на имя президента
Рузвельта.' В нем он указал на возможность появления бомб нового типа и высказал
опасение, что фашистская Германия может первой создать такую бомбу.
Американские генералы отнеслись к этому письму скептически, но Рузвельт,
уловивший суть опасности, учредив консультативный Комитет по урану, который стал
наблюдать за исследованиями и ввел строгую цензуру на публикацию любых работ по
атомной проблематике. В журнале "Физикл ревю" 15 июня 1940 года появилась
последняя научная публикация на эту тему американского ученого Макмиллана. После
этой даты в научной прессе Запада наступило полное молчание.
На этот факт обратил внимание начальник научно-технической разведки СССР Леонид
Романович Квасников, инженер-химик по образованию, по долгу службы следивший за
всеми научными публикациями в иностранной прессе. Нью-йоркский резидент
советской разведки
100 ВЕЛИКИХ ОПЕРАЦИЙ СПЕЦС
ВТОРАЯ МИРОВАЯ ВОЙНА 1939-1945 ГОДОВ
Г. Б. Овакимян также заметил исчезновение открытых публикаций, о че и сообщил в
Центр. Осенью 1940 года по инициативе Квасникова в зидентуры в США, Англии,
Франции и Германии была направлена о. ректива: выявлять центры поиска способов
применения атомной эне гии для военных целей и обеспечить получение достоверных
сведе* по созданию атомного оружия.
В ответе, полученном из Германии, говорилось, что в засекреченнс
исследовательском центре возле Пенемюнде немцы разрабатывают д станционно
управляемые снаряды (имелись в виду "Фау-1" и "Фау-2" способные нести заряд
большой мощности. В феврале 1941 года ш Йоркская резидентура сообщила: "...По
сообщению агента Вир, ядерг исследования в США проводятся с некоторого времени
секретно: у ные опасаются, что их публикации могут помочь немцам создать СЕ
атомную бомбу..."
Ознакомившись с шифровкой, Квасников подумал: "Умолчание \ каком-то секрете -
лучшее доказательство его существования. Тепе| главное - не затерять атомный
след. А еще уговорить начальника ведки Фитина не докладывать пока об этом
наркому Берии". Квасш.. опасался, что Берия все равно не поверит и обвинит
разведчиков в зинформации.
В резидентуры ушло новое указание: продолжить выявление науч* центров по
созданию атомной бомбы, установить, на какой стадии ходятся разработки и какие
научные силы к этому привлечены.
25 сентября 1941 года из Лондона поступила ценнейшая инфор.. ция, добытая
агентом советской разведки "Лист" (Дональдом Макле
Разведчики-"атомщики" А. А. Яцков, Л. Р. Квасников, В. Б, Борковский и А. С.
Феклисов
ном) о состоявшемся 16 сентября 1941 года совещании Комитета по урану, на
котором было решено в течение двух лет создать урановую бомбу. Комитетом
начальников штабов было вынесено решение о немедленном начале строительства в
Англии завода по изготовлению урановых бомб. Сообщалось также, что английские
физики определили критическую массу урана-235, а также сферическую форму заряда,
разделенного на две половины и другие технические параметры. Весь проект получил
кодовое наименование "Тьюб Эллойз" ("Трубный сплав").
Эту информацию доложили Берии. Его первая реакция была отрицательной: это
дезинформация, направленная на отвлечение материальных, людских и научных
ресурсов от удовлетворения насущных нужд фронта. Примерно в то же время на имя
Сталина пришло письмо от на-* ходившегося на фронте ученого-физика Г. Флерова,
который имел возможность следить за зарубежной научной литературой и тоже
обратил внимание на отсутствие каких-либо публикаций по ядерной тематике. Вскоре
из Лондона поступил полный доклад Уранового комитета, который не только
подтвердил серьезность намерений англичан, но и содержал важные технические
данные. Внесла свой вклад и войсковая разведка: в феврале 1942 года ею был
обнаружен дневник с математическими формулами, принадлежавший убитому под
Таганрогом немецкому офицеру, по-видимому, мобилизованному на фронт ученомуфизику.
Научная экспертиза дневника установила, что это были расчеты,
свидетельствующие о немецких работах по делению урана.
Теперь и Берия убедился в серьезности положения. По его указанию Квасникову было
поручено подготовить докладную записку на имя Сталина. В ее основу была положена
мысль о том, что в СССР уже давно ведутся исследования по разработке способа
использования атомной энергии урана для изготовления взрывчатых веществ. В то же
время агентурным путем получены достоверные данные о развернувшихся научноисследовательских
работах по созданию урановой бомбы в Англии, США, Франции и
Германии. В записке далее говорилось о целесообразности создания при
Государственном комитете Обороны научно-совещательного органа из авторитетных
лиц, которые могли бы координировать и направлять работу в этой области.
Предлагалось также "обеспечить секретное ознакомление с материалами разведки ар
урану узкого круга лиц из числа видных ученых и специалистов с целью оценки ими
разведин-формации и соответствующего ее использования".
К этому времени уже существовала Урановая комиссия АН СССР, о чем разведка не
знала, а академики в свою очередь и не подозревали о наличии научно-технического
направления в советской разведке.
Теперь все зависело от Сталина, и он решил объединить усилия ученых и
разведчиков. В конце 1942- года состоялось специальное заседание ГКО. В нем
участвовали крупные ученые А. Ф. Иоффе, Н. Н. Семенов, В. Г. Хлопин, П. Л.
Капица и молодой заведующий лаборатории И. В. Курчатов. Иоффе и Капица
отказались от предложения Сталина возглавить работу по атомной тематике и
предложили кандидатуру Курчатова.
В феврале 1943 года была создана Лаборатория № 2 при АН СССР,
100ВЕЛИКИХ ОПЕРАЦИЙ СПЕЦСЛ1
ВТОРАЯ МИРОВАЯ ВОЙНА 1939-1945 ГОДОВ
руководителем которой был назначен И. В. Курчатов, ставший к этоиц времени
академиком. Он пригласил к себе Ю. Харитона, И. Кикоина Я. Зельдовича и Г.
Флерова.
По линии разведки ответственным за получение атомной инфор" ции был назначен Л.
Р. Квасников. Он встретился с Курчатовым, ко рый сказал ему:
- Как мне сообщили из вашей службы, у американцев над атомнь проектом работают
200 тыс. человек. У нас только сто ученых и научш сотрудников. Мы оказались в
роли догоняющих и очень полагаемся вашу помощь. Нам необходима любая информация,
которая отражала I уровень проработки различных проблем учеными США и Англии.
Внешняя разведка разработала крупномасштабную операцию по щ никновению в
зарубежные научно-исследовательские центры и на пр мышленные объекты. Она
называлась несколько необычно: "Энормоа что в переводе означало "Нечто страшное
и чудовищное". К участию! ней было допущено всего несколько человек: в
центральном аппарате начальник разведки П. М. Фитин, его заместитель Г. Б.
Овакимя^ Л. Р. Квасников и переводчик с английского языка Е. М. Потапова;| ньюйоркской
резидентуре - резидент В. М Зарубин, сотруднт С. М. Семенов, А. С.
Феклисов, А. А. Яцков; в лондонской резидеь ре - ее руководитель А. В Горский и
его помощник В. Б. Барковск,,
К этому времени президент США Ф. Рузвельт и премьер Англ" У. Черчилль
договорились о планах совместного создания ядерного о жия и обмене научной
информацией по этой проблеме. Усилия учеь были объединены под названием "Проект
Манхэттен". Американцы ч мели ассигновать крупные финансовые средства на этот
проект. Что касается Англии, то там не только не смогли выделить такие деньги, и
поняли, что в их стране, постоянно подвергаемой опасности нем'е ких
бомбардировок, разворачивать эти работы очень опасно. Воспс зовавшись этим,
американцы стали ограничивать передачу информаь Великобритании, а затем, под
видом обмена научными делегациями, реманили к себе ведущих ученых британского
проекта "Тьюб Элло* Г. Бете, Э, Вигнера, Э. Теллера, Э. Ферми, Р. Пайерлса и
других.
На главных объектах "Проекта Манхэттен": хэнфордском и ок-{ жском заводах, а
также в Лос-Аламосской лаборатории (штат Нью-Г сико) разрабатывались конструкции
атомной бомбы и технологиче" процесс ее изготовления. Для сохранения всех этих
работ в тайне ", риканские власти приняли беспрецедентные по тем временам меры у
зопасности и конспирации. Об этих работах знал весьма ограничений круг лиц.
Достаточно сказать, что даже вице-президент США Гарри Т|( мэн узнал о них, лишь
вступив в должность президента после кончи Рузвельта. Крупнейшие ученые, занятые
в проекте, числились под жими именами и фамилиями, сотрудники лабораторий - под
номе ми и даже не имели водительских прав на свое имя. Они находились 1
небслабным наблюдением ФБР и военной контрразведки, не имели яр покидать свои
квартиры после 22 часов, их телефонные переговоры " стоянно прослушивались. Под
особым контролем оказались ученые
специалисты неамериканцы. Даже письма от родственников они получали по
анонимному адресу: "Армия США, п/я 1663". Ученым из Лос-Аламоса лишь по выходным
дням разрешалось выезжать в близлежащие курортные городки Альбукерк и Санта-Фе.
Посторонним же, даже местным жителям из штата Нью-Мексико, не позволялось
появляться вблизи ядерного объекта. Внутри городка разрешалось переходить из
лаборатории в лабораторию только в сопровождении охранника.
Все эти, а также другие меры безопасности позволили впоследствии руководителю
"Проекта Манхэттен" генералу Гровсу авторитетно заявить: "Мы создали такую
систему защиты, сквозь которую даже мышь не смогла бы проскочить'". Ну что ж,
может быть, мыши там и не шастали, а что касается советской разведки...
Главная стратегическая задача операции "Энормоз" заключалась в том, чтобы помочь
советским ученым сократить срок создания собственной атомной бомбы и сделать
так, чтобы в своих исследованиях и экспериментах они не пошли по неправильному
пути. Для этого следовало проникнуть в святая святых "Проекта Манхэттен" - ЛосАламосскую
лабораторию с ее абсолютной закрытостью и жестким режимом
секретности.
Задача ставилась еще шире: предполагалось найти подходы через родственников и
знакомых к главному разработчику американской атомной бомбы Роберту Оппенгеймеру
и его ближайшему помощнику, всемирно известному итальянскому физику Энрико
Ферми. Об Оппенгей-мере было известно, что в молодости он был дружен с членами
компартии США, оказывал им финансовую помощь, а в годы Гражданской войны в
Испании поддерживал левых, и по этим причинам его не хотели допускать к участию
в атомном проекте. Однако именно генерал Гровс, призванный защищать проект от
проникновения нежелательных элементов, сумел доказать необходимость участия
Оппенгеймера в разработке атомной бомбы.
Чтобы направить работу нью-йоркской резидентуры в нужное русло, туда был
командирован в качестве заместителя резидента Л. Р." Квасников. Он сумел
доказать Зарубину, что резидентура в первую очередь должна заниматься не
политической, а научно-технической разведкой. Созданная им самостоятельная
группа имела своего шифровальщика и автономную связь с Москвой. В нее был
включен самый опытный разведчик, бакалавр технических наук С. М. Семенов. Кроме
того, по настоянию Квасникова, в Лос-Анджелесе, Вашингтоне и Сан-Франциско были
введены должности помощников резидента по научно-технической разведке.
Советской разведкой были охвачены почти все объекты американского "Проекта
Манхэттен". В Чикагской лаборатории, разрабатывавшей "начинку" для атомных бомб,
был приобретен весьма ценный источник - крупный ученый "Млад", который вскоре,
по приглашению Р. Оппенгеймера, переехал на работу в Лос-Аламос. На заводе в
Хэнфорде были завербованы два ученых-физика - "Анта" и "Аллен"; агент "Фогель"
освещал ход строительства атомных предприятий; наконец, в Лос-Аламосе начал
действовать еще один агент "Калибр" - инженер Дэвид Грин-глас. Он работал в
цехе, изготавливавшем приборы и инструменты для
Збб
100 ВЕЛИКИХ ОПЕРАЦИЙ СПЕЦС
ВТОРАЯ МИРОВАЯ ВОЙНА 1939-1945 ГОДОВ
сборки бомбы и хорошо разбирался в ее конструкции. Именно он пе вым сообщил, что
в Лос-Аламосе разрабатываются два вида атомк бомбы - урановая и плутониевая.
В 1943 году по предложению Оппенгеймера в состав английской умной миссии при
"Проекте Манхэттен" был включен известный ев ми теоретическими исследованиями по
атомной бомбе немецкий учет! Клаус Фукс. До этого он проживал в Англии. После
нападенийСитле на СССР он по собственной инициативе предложил свои услуги сов
ской разведке и был завербован под кличкой "Чарльз". Через полг работы на заводе
в Ок-Ридже, на котором производился уран-235, ус Фукс был переведен в ЛосАламос,
где, таким образом, оказались " три советских агента - "Млад", "Чарльз"
и "Калибр".
Но наличие ценных агентов в самом необходимом месте - это , леко не все.
Наиболее уязвимым звеном в работе разведки является 1 редача секретных
материалов. Квасников организовал дело так, что; ты фотографировали документы у
себя на работе и передавали непр ленную пленку, которую в случае опасности можно
было засветить.
Проводить встречи в самом Лос-Аламосе было невозможно, и проходили в курортных
городках Санта-Фе и Альбукерке. Для этой це резидентурой использовались агентысвязники
"Стар", "Раймонд", "Л ли", "Оса" и другие. Работа их была нелегкой и
опасной. Известен неоднократно описан случай с "Лесли" - Леонтиной-Терезой
Пэтке, ". же Леонтина Крогер, Леонтина Коэн - известной разведчицей, Гер ем
Российской Федерации. Имея при себе материалы от агента, она пс верглась
полицейскому контролю у вагона поезда. Пытаясь якобы ти куда-то запропастившийся
билет, она сунула полицейскому в ру пакет с прокладками, в котором была спрятана
пленка. Когда поезд " отходить и она вскочила на подножку вагона, вежливый
полицейс" вернул пакет с бесценным грузом.
К началу 1945 года агентура, работавшая по атомной проблемати^ поставляла
исключительно ценную информацию. Вот отрывки из о? ва Курчатовым: "...Получение
данного материала заставляет нас по I гим вопросам проблемы пересмотреть свои
взгляды и установить • новых для советской атомной физики направления в
работе..." "Ма риал большой ценности.... Таблицу точных значений сечений деде"]
урана-235 и плутония-239 позволяет надежно определить критичес!( размеры атомной
бомбы..."
В то же время он ставил перед разведкой и конкретные задачи: "...I лучение
подробных сведений по магнитному способу выделения урай 235 является крайне
желательным..."
Помимо внешней разведки значительные заслуги в добыче цевд информации по атомной
проблеме имеет и военная разведка.
Большим успехом в добыче атомных секретов стало привлечение " ветской военной
разведкой к сотрудничеству канадских физиков Ден"} да Смита, Нэда Мазерала и
Израэля Гальперина. В начале 1945 Канаду прибыл из Англии ранее завербованный
агент "Алек", учен* экспериментатор Аллан Нан Мэй, который, в частности, передал
воевд
му разведчику П. С. Мотинову образцы урана-235, нанесенного тончайшим слоем на
платиновую пластинку. К сожалению, результаты работы военной разведки на атомном
поприще менее известны не только в силу присущей ей конспирации, но и потому,
что в соответствии с решением руководящих инстанций вся получаемая военной
разведкой информация по этой проблеме передавалась в ведомство Берии.
Квасников выполнил почти все указания Центра, кроме одного: ему не удалось
установить контакт с Р. Оппенгеймером и Э. Ферми. Он телеграфировал: "...что
касается охоты на О. и Ф., то это невозможно: оба имеют личных телохранителей,
они находятся под постоянным наблюдением гонщиков (сотрудников слежки ФБР. - И.
Д.)."
В 1945 году из Центра поступило указание: в связи с усилением слежки со стороны
ФБР законсервировать работу с наиболее ценной агентурой до особого распоряжения.
Квасников на свой страх и риск дал подчиненным указание: усилить бдительность,
но работу продолжать. К этому времени, кроме весьма важных научно-технических,
расчетных конструкторских ,и других данных по атомной проблеме информация
разведки содержала сведения и о планах и перспективах исследований американцев
по термоядерному оружию. Были получены данные о начавшихся приготовлениях к
первому испытательному взрыву атомной бомбы в пустыне Аламогордо, который
планировалось осуществить 10 июля 1945 года, о чем сообщил агент "Чарльз".
Но свою первую атомную бомбу американцы взорвали не 10, а 16 июля, во время
Потсдамской конференции трех держав. Трумэн, получив телеграмму с закодированной
фразой "Роды прошли удачно", почувствовал себя хозяином Вселенной. ЧВ перерыве
между заседаниями он сообщил Сталину о создании в США нового оружия. К удивлению
Трумэна, Сталин не проявил к сообщению особого интереса и только заметил: "Очень
хорошо! Используйте это оружие против Японии". Трумэн заявил окружившим его
членам делегации: "Этот азиат ничего не понял". Вернувшись с официального
заседания в свою резиденцию, Сталин сказал В. М. Мо-лотову и маршалу Г. К.
Жукову: "...они сочли, что я недооценил их достижения, и потому были
разочарованы моей реакцией. Надо сегодня же поторопить наших ученых с созданием
атомной бомбы".
Для Трумэна было бы полной неожиданностью узнать, что Сталину уже давно все
известно о разработках и поспешных приготовлениях американцев к испытанию первой
атомной бомбы. Сталину было известно и заявление заместителя госсекретаря США
Джозефа Грю, сделанное через 10 дней посЛе окончания Великой Отечественной
войны: "Если что может быть вполне определенным в этом мире, то это будущая
война между СССР и США" и заявление Гровса: "Главное назначение нашего проекта -
покорить русских".
Первые "испытания" урановой1 и плутониевой бомб на живых людях американцы
провели 5 и 9 августа 1945 года, сбросив эти бомбы на Хиросиму и Нагасаки и
уничтожив сотни тысяч мирных жителей. Это придало новое ускорение советскому
атомному проекту. 29 августа 1949 года была взорвана первая отечественная
атомная бомба. Началось великое атомное противостояние двух великих держав.
ХОЛОДНАЯ ВОЙНА
"ХОЛОДНАЯ ВОЙНА"
"ВЕНОНА"
Резидент ГРУ в Оттаве полковник Николай Заботин проснулся , громкого плача
ребенка в соседней комнате. Рядом, с мученически выражением лица, заткнув уши
пальцами, лежала жена.
- Я не могу, я больше так не могу! Или сделай что-нибудь, или уеду.. Каждую
ночь, каждую ночь... "
Заботин и сам понимал, что так дальше продолжаться не может. И шился на шаг,
последствия которого оказались непредсказуемыми.
В соседней комнате жил шифровальщик Игорь Гузенко с женой. младенцем, который
еженощно устраивал нескончаемые "концерта В здании военного атташата не осталось
свободных квартир, куда мол но было бы переселить Гузенко с семьей. И полковник
решился на н| виданное нарушение: разрешил шифровальщику снять квартиру в гор!
де, что категорически запрещалось правилами безопасности. Это случ| лось летом
1944 года. Заботин сообщил в центр.
Вскоре пришел приказ переселить Гузенко с частной квартиры V. ратно в дом
военного аттащата. Цо Заботин не выполнил его. В сента ре 1944 года было принято
решение об отзыве Гузенко, но он продо. жал работать. Год спустя начальник ГРУ
Ф, Ф. Кузнецов прислал ши"| ротелеграмму с категорическим приказом без
промедления отправ" Гузенко с семьей в Москву. Ее расшифровал сам Гузенко. Он
понял, телеграмма содержит явные угрозы в его адрес. Она ускорила его пс который
6н давно замышлял.
Вина Н. Заботина в том, что произошло, была бесспорной. Он пс ностью доверил
Гузенко хранение и уничтожение всей секретной пе, писки. Гузенко снимал копии с
документов, требовавших хранения" подлежащие уничтожению прятал. К тому же он
воспользовался одш из двух ключей от сейфа резидента, хранившихся в специальном
зал, чатанном конверте. В сейфе находились дела на агентуру и доверенш лиц. В
делах же содержались имена, клички и прочие секретные даннь Гузенко открывал
сейф и аккуратно переписывал их в свою тетрадоч! 5 сентября 1945 года Гузенко
обратился в редакцию газеты "Отга Джорнэл" и, вкратце сообщив о себе, попросил
содействия в пред лении ему политического убежища. Но журналисты не поверили
Столица Соединенных Штатов Америки Вашингтон
отказались разговаривать. Так же отреагировала и канадская полиция. Гузенко
вернулся в дом, где проживал, и спрятался в соседней квартире. К этому времени в
резидентуре объявили тревогу, к Гузенко приехали сотрудники атташата и
попытались взломать его дверь. Полицейские пресекли это нарушение порядка и
взяли Гузенко под свою защиту. Так он оказался первым послевоенным перебежчиком.
Канадские власти передал^ Гузенко американцам. Он явился к ним не с пустыми
руками, а прихватив портфель с совершенно секретными документами, раскрывающими
цели и задачи резидентуры ГРУ в Канаде. Использовав эти материалы,
контрразведывательные службы США и Канады разоблачили ряд агентов советской
разведки. Раскрыв разведывательную сеть ГРУ (об агентах внешней разведки он не
знал) в са372
100 ВЕЛИКИХ ОПЕРАЦИЙ СПЕЩ
ХОЛОДНАЯ ВОЙНА
экспериментах. Таких людей были тысячи, но на данного агента 61 еще одна
"зацепка": его сестра училась в одном из университетов Восточном побережье США.
Подозреваемым оказался Клаус Фукс, времени разоблачения сотрудник британского
ядерного центра. Су ствует несколько версий его разоблачения.
По одной из них, в учреждении, где он работал, была умышлен* допущена "утечка"
информации о том, что один из ученых является со| ветским агентом.
Психологический нажим на'Фукса оказался столь СИЛЕ ным, что он сам вынужден был
"явиться с повинной". Такой метод бь избран, чтобы зашифровать "участие"
"Веноны" в его разоблачении.
По другой версии, Фукс упоминался вместе со своей сестрой Крис в секретных
документах, похищенных Гузенко еще в 1945 году. Слея за Кристель позволила
выявить советского агента Гарри Голда, которь признался, что одно время служил
передаточным звеном между Фуксов и советской разведкой. Но при допросе Фукса ему
сказали, что он задер жан на основании радиоперехвата. Одна версия противоречит
другой, н^ тут привлекает внимание незначительная деталь: в одном случае мнима
слежка "прикрыла" собою "Венону", в другом - наоборот.
В дешифрованном в 1950 году сообщении, которое 'было перехваче но еще в 1944
году, упоминался некий советский агент, работавший научно-исследовательском
атомном центре в Лос-Аламосе. Данные аг туры уточнили, что речь идет о Давиде
Грингласе, брате Этель Розенбер В июне 1950 года Гринглас признался в том, что
он являлся советск агентом и при этом сотрудничал с мужем Этель Юлиусом
Розенберго* Тот якобы похвалялся, что руководит целой разведывательной сетьк
работавшей на СССР и поставлявшей в Советский Союз данные о раз работках в
области ядерной энергии и других научно-технических дс тижениях США.
Супруги Этель и Юлиус Розенберги были арестованы. Они не пря знали себя
виновными; более того, не было доказательств их вины, кро\ показаний Грингласа.
Тем не менее их приговорили к смертной казг и, несмотря на многочисленные
протесты международной общественна сти, в том числе религиозных организаций и
лично Папы Римского, о* были казнены на электрическом стуле 19 июня 1953 года.
Безусловно, немалую помощь аналитикам "Веноны" оказали агент как схамого начала
работавшие на ФБР, так и советские, ставшие на ] предательства. Одним из них
была Элизабет Бентли, которая через пя месяцев после побега Гузенко явилась с
повинной в полицию. Она всле за Гузенко подлила масла в Огонь антисоветской и
антикоммунистиче кой кампании, "охоты за ведьмами", "холодной войны".
В 1948 году в С
...Закладка в соц.сетях
