Жанр: Учеба
Как выжить в тюрьме
...кого естества и лишь изредка, на короткое время, выскальзывал наружу.
Это был взгляд сильного, уверенного в себе хищника. Незачем было смотреть на
доску, чтобы понять, кто выиграл, а кто проиграл - взгляд, высокомерно
скользнувший по камере, сам сказал обо всем.
Дедуля не лгал, когда говорил, что посвятил жизнь школе и детям. Он в натуре
работал преподавателем в общеобразовательной школе. Обладая несколько
романтическим складом ума, учитель пения втайне мечтал состариться и умереть на
рабочем месте. Подобно актерам, умершим прямо на сцене во время спектакля и
обязательно при большом скоплении народа.
Однако директор школы на сей счет был совершенно иного мнения, и как только
учитель пения достиг почтенного возраста, как его тут же с почетом вытурили на
пенсию. Всевозможные мольбы и долгие, тягостные разговоры о том, что "...я ещё
полон сил и без учеников мне не жить..." ни к чему не привели. Директор взял на
освободившееся место свою любовницу - симпатичную выпускницу консерватории, а
бывшему коллеге четко и ясно сказал, что пора отдохнуть и "...пожить в свое
удовольствие...", а в случае чего - "... займитесь репетиторством или
выращиванием помидоров на приусадебном участке...".
Чего-чего, а подобного поворота событий учитель пения ну никак не ожидал. Он
свято верил в то, что без него данное учебное заведение существовать просто не
сможет. Однако, стены не рухнули, потолок не обвалился, а ученики и коллеги
восприняли отправку старика на пенсию как нечто само собой разумеющееся.
Жизнь для уже бывшего учителя потеряла смысл, вкус и цвет. Он по привычке,
сложившейся за долгие годы, вставал в одно и то же время и шел на работу. Часами
бесцельно слонялся по школьным коридорам или простаивал в приемной директора с
одной и той же просьбой - взять обратно на работу. Хотя бы на полставки, на
любых, каких угодно условиях. В ответ - гробовое молчание. Более того, он
настолько надоел своими жалобами, что директор в достаточно резкой форме дал
указание вахтеру и близко не подпускать не в меру настойчивого пенсионера к
школьному порогу. После двух-трех малоприятных сцен в вестибюле
(к тому же, в присутствии учеников) дедуля, казалось бы, угомонился. По крайней
мере, в школе его больше не видели.
Спустя две недели тело директора школы нашли в сквере неподалеку от дома, где он
регулярно, каждое утро, выгуливал ярко-рыжую таксу. Согласно заключению судебномедицинской
экспертизы, смерть наступила в результате удушья. Как утверждали
свидетели, во время прогулки к директору подошел пожилой человек невысокого
роста. Директор не имел ни малейшего желания что-либо с ним обсуждать, а потому
демонстративно повернулся к подошедшему спиной, давая тем самым понять, что
разговор окончен. Собеседник спорить не стал, неторопливо снял с себя
замусоленный галстук и так же неторопливо набросил его со спины на шею владельца
бегающей по скверу таксы. Свидетели, издалека наблюдавшие за разыгравшейся
сценой, не сразу осознали, что в действительности произошло у них на глазах.
Между тем пожилой человек усадил директора на скамейку и, устало стряхнув со лба
пот, удалился прочь. Такса лениво улеглась на землю возле ног хозяина,
флегматично уткнув нос в его начищенные до блеска ботинки.
Гулявшая поблизости тощая хозяйка такого же тощего добермана с нескрываемым
любопытством приблизилась к скамейке, долго вглядывалась в лицо сидящего
мужчины, а затем истерически заорала: "Человеку плохо! Валидол! У кого есть
валидол?". Как полагается, собралась толпа зевак. Примерно через час приехала
скорая, а ещё через часа полтора у входа в сквер замелькал цветомузыкой
милицейский бобик.
Под конец вторых суток расследования обстоятельств происшедшего героические
поиски блюстителей правопорядка увенчались успехом. Личность пожилого человека
была установлена, и в тот же вечер учитель пения, "павший жертвой интриг",
расположился рядом со мной на дощатом настиле в тюремной камере. Правда, пробыл
дедушка с нами недолго. Его забрали к концу недели так же внезапно, как привели.
Однажды утром, во время завтрака, дедулю заказали без вещей, судя по всему - на
допрос. Больше мы его не видели.
На подольском КПЗ, когда перебрасывают из одной камеры в другую, обычно
заказывают арестантов с вещами. Иногда могут вызвать и без вещей, но тогда
надзиратель забирает их через несколько часов или, в исключительных случаях, в
конце дня. Что же касается дедулиного кулька с броской надписью " Coca-Сola", то
он простоял в камере более полутора суток. Мне долго не давала покоя мысль,
почему кулек забрали не сразу, не в тот же день? Не только от самого старика, но
и от его вещей веяло холодом и странной, необъяснимой тревогой.
Можно только гадать, почему правила и порядки в одной тюрьме столь разительно
отличаются от правил и порядков в другой. Складывается впечатление, что все эти
заведения подчинены разным ведомствам, а не одному. Ума не приложу, чем шахматы
не угодили местным царькам на Подоле. На Лукьяновке играй в них сколько угодно.
Было бы с кем.
Другое дело - карты. Здесь тюремщики единодушны. Если во время обыска находят
самые обычные карты, продающиеся на свободе в любом киоске - крику, вони,
разговоров... Откуда, чьи, кто принес в камеру? Кто с кем играл и на что? Ой,
вэй! Одним словом, жди неприятностей вплоть до карцера и отбития селезенки. Чего
они так взъелись на карточные игры? Чем им не нравится, к примеру, рамс, терц,
деберц, сека, покер или, скажем, преферанс? Может быть, потому, что с мусорскими
мозгами они даже в дурака толком-то играть не умеют? Что поделаешь - бывает. Чем
больше наблюдаю за мусорами, тем больше убеждаюсь, что слово "мусор" и слово
"мент" вовсе не обозначают профессию гуманоида. Это диагноз, указывающий на
количество и качественное состояние мозговых извилин в черепной коробке
человекоподобного существа.
Однако вернемся к карточным играм. В человеческом сознании карты прочно
ассоциируются с антисоциальными элементами. Почему-то принято считать, что в
карты играют исключительно шулера, ворье, тунеядцы и хулиганы, и ни к чему
хорошему подобное времяпрепровождение не приводит.
Отчасти в этом есть некий смысл. Карты - игра азартная. Практически всегда
играют "под интерес". Примеров, когда, казалось бы, умные люди проигрывали за
вечер целые состояния и попадали в немыслимые долги, - сколько угодно. К тому же
переиграть профессионала практически невозможно. Профессионал на то и
профессионал, он так готовит и выстраивает игру, что мяч в ней всегда залетает в
одни и те же ворота.
Помимо шахмат и карт в тюрьме можно увидеть, как заключенные играют в домино
(козел, телефон, дуб), в нарды (длинные, короткие, бешенные), в кости (тысяча,
покер). Во все вышеперечисленные игры играют как под интерес, так и без
такового. Вместе с тем не следует расслабляться, если садишься играть без
интереса. Игра - штука опасная. Смотришь - сел лох играть без интереса, а под
конец игры уже самого себя проиграл. Слишком много придумали люди друг для друга
капканов и всевозможных заманух, чтобы технично запрессовать намеченную жертву.
Да что говорить? Король Баварии Максимилиан II был свергнут с престола в 1704
году за то, что он на досуге проиграл в бильярд государственную казну.
В зависимости от того, против кого конкретно идет игра, капканы могут быть
расставлены изощренно и продумано - в одних случаях, примитивно до неприличия -
в других. Помню, как один пассажир, назовем его Васей, арестованный за угоны
автомобилей, сел играть в нарды без интереса. Сыграли одну игру. Он выиграл.
Вторую сыграли. Он проиграл. Вдруг выигравший объявил, что обговаривали играть
без интереса только первую игру, все остальные игры идут под интерес, и Вася ему
уже должен. Стоящие рядом свидетели дружно закивали, что выигравший однозначно
прав и нечего здесь возмущаться напрасно. Вася не на шутку разозлился и, считая
себя крупным специалистом по нардам, от большого ума сел играть дальше, чтобы
наказать сокамерника. Однако сокамерник почему-то больше не проигрывал, а
Василий играл до тех пор, пока в конце концов не понял, что проигрывать ему уже
давным-давно нечего и до конца тюремного срока ему суждено гнить не где-нибудь,
а на параше. Не сильно радостная перспектива для парня, который ещё вчера
бахвалился "подвигами" на свободе и разглагольствовал о том, что у него есть все
данные стать лет через пять, как минимум, вором в законе.
Игра - штука опасная не только для самих игроков, но порой и для тех, кто
находится рядом. Неписаные правила тюрьмы гласят: в чужую игру влезать нельзя.
Некоторые арестанты, из когорты любителей раздавать умные советы, забывают об
этом, а потом не знают, как отбиться от свалившихся на голову неприятностей. Не
имеет значения, кому такой умник дал совет - победителю или проигравшему. При
любом раскладе советчик будет виновен в проигрыше одного из игроков, а так как
они играли под интерес, то советчик и должен платить по счету.
Естественно, любителю давать бесплатные советы такая постановка вопроса не
нравится, он начинает возмущаться, высказывать недовольство. Слово за слово... В
конечном счете выясняется, что за всё нужно платить - за "бесплатный" совет, за
любое неосторожное слово, невзначай брошенное в перепалке.
Подобные истории, похожие, как две капли воды, случаются довольно часто. Чаще
всего - случайно, реже - игроки сознательно разводят сокамерника, втягивая его в
игру. Обычно им в этом помогает кто-то из приятелей, играющих роль посторонних
наблюдателей. На начальном этапе их задача состоит в том, чтобы заинтересовать
предполагаемую жертву игрой. В таких случаях вокруг игры создается много шума,
возни и суеты, да так, что не обратить на происходящее внимание в тесном
каменном гробу практически невозможно. Когда первоначальная цель достигнута и
жертва стоит неподалеку, наблюдая за игрой, к делу подключается провокатор. Его
задача состоит в том, чтобы жертва сказала об игре или об одном из игроков хоть
что-то, за что можно было бы ухватиться. Например, (если играют в шахматы) у
потенциальной жертвы вырывается: "Я бы пошел конем". Брошено вскользь и, может
быть, даже совершенно безотносительно к данной игре. Однако один из игроков тут
же ходит конем. Второй начинает орать:
- Ты чего подсказываешь, я что ли с тобой играю?
Посторонний наблюдатель (или наблюдатели) сочувственно начинает кивать головой:
- Зря ты в игру влез.
Арестант начинает объяснять, что он никому не подсказывал, а вмешиваться в игру
- у него и мыслей таких не было. В ответ слышит:
- Ты не съезжай. Влез в игру - отвечай!
И какая-то мелкая шавка пропищит, выглядывая из-за чьей-то широкой спины:
- По всей строгости тюремных законов!
И начинается...
Если абстрагироваться и посмотреть на ситуацию как бы со стороны, то видишь, что
в тюрьме ничего принципиально нового не придумали. Что за решеткой, что на
свободе - мало кого обрадует, если кто-то влезет в игру или вклинится в чужой
базар, однако на воле, в отличие от тюрьмы, подобное поведение чаще всего сходит
с рук. Существует масса причин, по которым среднестатистическим гражданам на
свободе неловко делать замечания окружающим, ляпающим языком по поводу и без
такового. То ли в силу воспитания, то ли боясь испортить отношения, казалось бы,
"из-за ерунды". Впрочем, даже если окажется, что происходящее вовсе не чепуха и
кое-кому, судя по всему, таки надо ответить за слова, излишнее любопытство или
полезные советы, у виновной стороны есть шанс пусть с позором, но ретироваться с
места событий.
Другое дело тюрьма. В тюрьме уходить некуда. За спиной максимум два-три метра
пространства и многометровые тюремные стены. Здесь можно рассчитывать только на
Господа Бога и на свои собственные силы. Ломиться к мусорам под улюлюканье
сокамерников, умоляя, чтобы перевели в другую камеру - глупо, унизительно и, по
большому счету, ничего не решает. Тюрьма маленькая, новости в ней разносятся
быстро. Таким путем ещё никому не удавалось слинять в сторону. Более того, те
арестанты, которые шли на такой шаг, до конца срока попадали в зависимость к
операм, становясь, в лучшем случае, заурядными стукачами. В какую бы камеру
ломовые не попали - им уже не приходится рассчитывать на уважение со стороны
сокамерников со всеми вытекающими отсюда последствиями.
Я уже отмечал - жизнь в тюрьме патологически гипертрофирована. В бетонном гробу
самое незначащее происшествие может вырасти до события вселенского значения. В
тюрьме муха раздувается до размеров слона достаточно быстро. Был бы повод. Что
уж говорить, если скучные тюремные будни вдруг и вправду разрезает нечто
неординарное. Например, внезапная гибель соседа по камере, к которому как-то уже
и привыкнуть успел, или появление на горизонте не в меру колоритного пассажира,
в результате чего одни заключенные начинают периодически харкать кровью, а
другие расцветают, словно майские розы после весеннего ливня.
Дни за решеткой похожи друг на друга, как капли воды на ржавой тюремной решетке.
Месяцы спрессовываются в памяти в один или в несколько дней, словно ты провел в
тюрьме не годы, а совершенно незначительный отрезок времени. Впрочем, ничего
удивительного в этом явлении нет - человеческая жизнь измеряется не количеством
дней в календаре, а тем, как, чем и насколько она наполнена. Вот и получается,
что некоторые пассажиры, если измерять их жизнь сухим подсчетом прожитых лет,
живут достаточно долго, но на самом деле их, казалось бы, длинная жизнь - всего
лишь сущий пустяк.
За решеткой выходные дни и праздники навевают на арестантов ещё большее уныние,
чем обычные будни. В рабочие дни хоть что-то да происходит - на допросы тягают,
из камеры в камеру перебрасывают, в дурку на медкомиссию могут свозить. Хоть и
плохонькое, но развлечение. А в выходные и на праздники - хоть волком вой, в
коридорах не слышно возни, в общем - никакого движения. К тому же пессимисты
начинают тоску нагонять воспоминаниями о том, как они на воле праздники
отмечали, словно, их сентиментальные рассказы кому-нибудь интересны. Тьфу!
Слушать противно.
Другое дело - Новый год. Это тебе не какой-нибудь там День Независимости и даже
не майские праздники. Тут есть о чем вспомнить. За трое суток до новогодней ночи
такое движение по тюрьме начинается, что крышу срывает. Санта Клаусы врываются в
хату с обысками через каждые полчаса. Попкарь постоянно висит на глазном.
Активно блюдут, дабы в камере не появилось нечто недозволенное (наподобие водки
и наркоты), а заодно высматривают - что бы да слямзить у арестантов. Знают
антихристы, что накануне Нового года родственники заключенных готовят передачи
побогаче и какой-нибудь подарок стараются вложить: одни - теплые домашние носки,
другие - красивый спортивный костюм. В зависимости от фантазии и материального
состояния оставшихся на свободе.
Чем ближе бой курантов - тем лучше настроение у тюремного персонала. Кое-кто из
надзирателей уже не вполне устойчиво передвигается на ногах, но при этом
бдительности не теряет - сказывается многолетний опыт работы. Всё, что можно
было отобрать, у заключенных давно отобрали и раздеребанили между собой, а
теперь лениво расхаживают по тюрьме, как те павлины по зоопарку. Фуражка на
затылке, грудь колесом, морда красная - типичные представители украинских
правоохранительных органов.
Не знаю, как кому, но мне раньше не приходилось встречать Новый год в столь
специфичной и колоритной обстановке. В последние годы новогодние праздники
проходили спокойно и по-домашнему тихо, без какой-либо претензии на
оригинальность. А тут - такой коллектив! Незабываемая атмосфера!
К новогодней ночи арестанты готовились заблаговременно. С продуктами в тюрьме,
прямо скажем, не густо, поэтому всё, что могло претендовать на звание вкусной и
здоровой пищи, заранее, недели за три, откладывалось в сторону.
Утром 31-ого ни с того, ни с сего сокамерники основательно переругались между
собой. Очевидно, для разрядки решили выплеснуть друг на друга всё то, что
накопилось в душе за прошедший и, судя по отзывам, далеко не самый приятный год.
Правда, до кровопускания дело не дошло - прибежали гуманоиды с дубинками и для
порядка двоих, причем - не самых буйных, перекинули в соседнюю хату. Вместо них
в камере появились мутный кавказец, который сразу же юркнул под одеяло и слез с
пальмы только без пяти минут двенадцать, и Душечка - веселый толстяк с кульком
конопли.
То, что Душечка был мусорским от начала и до конца - сомнений не вызывало ни у
кого из здравомыслящих арестантов, но его кулек пришелся настолько кстати, что
никто не стал рыться в чужой биографии. Публика курнула и заметно повеселела,
кое-кто для пущего кайфа выпил груду таблеток. Одним словом, настроение всё
больше и больше стало напоминать праздничное.
Кульминацией дня стало приготовление торта. До этого никто не выделялся ни
кулинарным талантом, ни опытом в подобных делах. Стол накрыли огромным куском
целлофана, на котором и начали мешать всё подряд. Какого-либо конкретного
рецепта, естественно, не было. Торт делали интуитивно, отталкиваясь от
воспоминаний. Кому-то показалось, что в нем должна быть курага - он и высыпал
туда кураги сколько хотел. Другому почудилось, что торт недостаточно сладкий -
тут же растопили несколько плиток шоколада в тюремном тромбоне. Полученной
смесью полили бесформенную массу, лежащую на целлофане.
По мере того, как в светлых арестантских головах рождались всё новые и новые
идеи, нечто под кодовым названием "торт" разрасталось, занимая всё больше и
больше места. В процессе приготовления возникла проблема - торт принципиально не
хотел застывать, расползаясь в стороны вместо того, чтобы расти вверх, как было
задумано первоначально. Пока часть арестантов мешала в тромбонах смесь, которая,
по их мнению, приведет к застыванию, вторая часть сокамерников останавливала
расползание, обкладывая торт по периметру корками хлеба. Третьи давали ценные
указания. Кому-то пришла в голову идея сшить нитками корки хлеба, чтобы торт
имел более ясные очертания. Возникла дискуссия. Решили не сшивать, дабы не
выковыривать во время еды из зубов нитки.
Самое удивительное, что ближе к полуночи торт таки застыл и на вкус получился на
редкость удачным. Пожалуй, это был один из самых вкусных тортов, какой я в своей
жизни когда-либо пробовал.
Около двенадцати уселись за стол - совершенно разные люди - как по возрасту, так
и по взглядам на жизнь. С разными судьбами, с разным прошлым и ещё более разным
будущим. Мы сидели на деревянной скамье, и на какое-то время все различия между
нами были забыты. Какая разница, кто и куда держит путь, кому в Ад, кому в Рай,
кто хищник, а кто добыча? Все мы были равны, и каждый из нас хотел верить в то,
что все беды и несчастья вместе со старым годом уйдут в небытие, что новогодняя
ночь подарит чудо, и лучшие дни впереди. Никто не хотел вспоминать о том, что
ровно год назад мы тоже о чем-то мечтали...
Насколько я помню, на воле принято открыть в полночь бутылку шампанского, и
радостно разливая по бокалам искрящийся напиток, что-нибудь пожелать. Обычно
воздух сотрясают возгласами: "С Новым годом!" и "С Новым счастьем!" Да ещё
ракету запустят в ночное небо. В цивилизованных странах правительство развлекает
население разноцветными фейерверками и ёлку на центральной площади устанавливают
высотой в небоскреб.
У нас на столе тоже стояла ёлочка, аккуратно вырезанная лезвием из новогодней
открытки. Ну и что, что маленькая, ну и что, что ненастоящая? Многие из тех, кто
празднуют Новый год дома, также ставят на стол небольшие искусственные елки.
Дешево и сердито. Только вот самый главный тост, который произносят в тюрьме,
никогда не услышишь по ту сторону тюремных ворот:
- Свободы, братва!
Иногда добавляют:
- Побольше Удачи!
Оно и понятно - на воле люди не ценят то, что имеют. Желают себе и другим того,
чего у них нет или, может быть, есть, но в недостаточной мере. На самые простые,
очевидные и ценные вещи чаще всего никто не обращает внимания. Ну кому, скажи,
придет в голову пить за свежий воздух, за чистую воду, за солнечный свет? Сама
постановка вопроса звучит как-то глупо, смешно...
Душечка мечтательно прогнусавил, отхлебнув из тромбона чифир:
- Эх, девчонок бы сюда...
Заключенные понимающе хмыкнули. Некоторые не прикасались к женщинам уже
несколько лет.
Дениска смачно высморкался в подушку:
- На что тебе эти мандавошки? От них одни проблемы! Головной боли не
оберешься...
Глава 14. Секс и тюрьма
"- Боже мой, как я ошибся! - Сказал ежик, слезая с кактуса"
(ситуация)
Когда заходит речь о таких малопривлекательных местах, как тюрьма, граждане,
которые почему-то ещё не успели побывать за решеткой, нередко интересуются,
лениво потягивая из кружки пиво: "А как там обстоят дела с сексом?".
Вопрос, как по мне, несколько придурковатый. Отчего-то не задаются вопросами,
как там, в тюрьме, со свежим воздухом или с едой. Обывателей в первую очередь
интересует именно секс. Как говорится, у кого что болит - тот о том и
спрашивает.
Помню, ещё на свободе мне пришлось пару раз присутствовать во время разговоров
на подобную тему. Может быть, кому-то и повезло, но лично я ни разу не услышал
ответ, хотя бы отдаленно относящийся к разряду умных. Обычно спрашивающий
умничал, выдвигая гипотезы о роли гомосексуализма и мастурбации в тюремных
условиях, а отвечающий (из числа освободившихся зеков) напускал на себя
глубокомысленный вид и, как дятел, кивал головой, изображая из себя человека
знающего и во всех отношениях опытного. Оба несли такой бред, словно находились
не в пивной, а на приеме у психиатра.
Как бы там ни было, а подавляющее большинство homo sapiens живет крайне
примитивно. Их существование сводится к тому, чтобы заработать какие-то деньги
(желательно, не прикладывая чрезмерных усилий), поплотнее набить жратвой
внутренности, посидеть на унитазе, сходить раз в полгода на футбол и, влив в
себя стакан водки, завалиться в постель с какой-нибудь шлюхой. Подобное
существование мало чем отличается от жизни других животных класса млекопитающих.
За исключением того, что они, в отличие от человека, не разрушают собственный
организм путем поедания, вливания, вдыхания и вкалывания в себя всевозможного
дерьма, значительно сокращающего продолжительность жизни.
Теперь относительно секса. В реальной жизни среднестатистических граждан он
такой же, как, скажем, курение - монотонный, однообразный и невообразимо
скучный. Ничего общего с тем сексом, который нам показывают на экранах
кинотеатров, он не имеет. Вместе с тем, подобно тому, как курильщик не может
представить себе жизнь без сигареты, так и большинство homo sapiens не могут
представить себе жизнь без этих смешных и глупых движений туда и обратно.
...Над головой у меня что-то заворочалось и заскрипело. Это Костлявый, кряхтя,
сполз с пальмы.
- А ты всё пишешь...
По его интонации сложно было понять - то ли он спрашивает, то ли утверждает,
констатируя факт. Увидев название главы, Костлявый задумался, что само по себе
для него было совершенно не характерно. Думал он долго - минут сорок. После
того, как компьютер в голове у Костлявого перебрал все возможные варианты,
парень с удивлением уставился на меня:
- О чем ты собрался писать? В тюрьме секса нет.
И он был прав на все двести. О какой сексуальной жизни можно говорить, находясь
в таких скотских условиях?
С какой стороны ни подходи, единственным возможным вариантом ответа на вопрос:
"Как там с сексом?"- могло быть только одно - убрать на время отсидки из
сознания всё то, что связано с этим коротким и вредным словом. Выключить,
подобно тому, как мы выключаем яркий свет, повернув внутри себя выключатель
усилием воли. Когда-нибудь, когда выберемся на свободу, щелкнем его в обратную
сторону. Ну, а пока о сексе лучше не думать. Что касается сексуальной энергии,
то её разумнее всего научиться трансформировать и направлять в другое русло.
Попытаться, к примеру, использовать во время выполнения различных физических
упражнений, направленных на совершенство тела и укрепление воли.
Некоторые пассажиры почему-то панически боятся длительного воздержания. Им
кажется, что если забыть о сексе на много лет, то потом вернуться к нормальной
интимной жизни будет уже невозможно. Подобные опасения совершенно напрасны (за
исключением тех случаев, когда арестант зацикливается на собственных
переживаниях до такой степени, что они приводят его к устойчивому неврозу). Ещё
никому и никогда воздержание не повредило. Скорее - наоборот. По большому счету,
потенция и способность к полноценному сексу - это вопрос скорее к психике
человека, а не к его физиологии. С физиологической точки зрения здесь всё
понятно - организм должен быть способен давать достаточный прилив крови к
тазобедренному суставу. Всё остальное - возбуждение, экстаз и так далее и тому
подобное - происходит в человеческом мозге.
Так что спи спокойно. Если ты в хорошей физической форме и у тебя всё в порядке
с головой, то воздерживайся хоть тридцати лет - после выхода на свободу ты
сможешь иметь полноценные интимные отношения. Не беспокойся о сексе. Без него, к
счастью, за решеткой жить можно. Это не воздух. Вот только жаль, что лучшие годы
жизни проходят в тюрьме, и их не вернуть. Впрочем, это уже другая проблема.
Зрелые люди относятся к воздержанию достаточно спокойно. Чего не скажешь о
малолетках. Такое впечатление, словно у них шило торчит в заднем проходе, а
вместо мозгов пачка маргарина. Представители подрастающего поколения судорожно
бегают по хате с вырезками из порножурналов, рассказывают друг другу эротические
истории, смакуя подробности, и зависают на параше по несколько раз на день.
Однажды Костлявый заловил Душечку во время оргазма.
- Дрочит, падло, на параше, - искренне возмутился Костлявый, стоя посреди хаты.
- Братва, что делать с ним будем?
Мнения, как всегда, разделились. Одни утверждали, что тем самым Душечка поставил
камеру на грань экологическ
...Закладка в соц.сетях
