Жанр: Учеба
Азарт
...ли считать ограды.
Одной ей хватило - третья тройка, она
велела эти три тройки записать и понеслась в ванную. Кости схватила Баська.
- Лучше бы из этого были две пары, - гневно фыркнула она при виде двух
шестерок и одной пятерки. - Ладно,
ничего не поделаешь, бросаю. Третья шестерка... Нет, мне этого мало.
Еще раз! Считайте ограды.
- Первая... вторая... третья... Все!
Четвертая шестерка ее удовлетворила, она записала ее наверх, так как из
двух зол лучше было потерять каре, чем
оставить "гору" в минусе.
Павел записал каре вниз как каре, потому что благодаря броску с руки оно
считалось у него втройне, а к верху это
не относится. Баська же наверху как раз вышла на ноль, компенсировав все свои
минусы.
Я бросила, с горечью и упреком посмотрела на две четверки и приступила к
дальнейшим броскам. Два броска -
ничего. Ограды! Использовав одну, я получила три четверки. Записала их наверх.
Тадеуш переложил ручку в левую руку и бросил. Две четверки, шестерка...
- Четверки у меня уже есть. Ладно, будь что будет...
Он начал бросать к этой одной шестерке, и сразу же вышли две пары,
шестерки и пятерки, один забор сохранился.
Кости взял Павел.
- Забыл, что я им говорил, а так здорово подействовало...
- И так неплохо, - успокоила его я, - две пары, восемь и восемь -
шестнадцать. Хочешь такие?
- Хочу. Запиши. И две ограды.
- Зачем тебе столько оград? - скривилась Баська.
- На черный день. Кто теперь?
- Ева. Она там сохнет или устроила постирушку?
- Иду, иду, - сказала Ева, выходя из ванной в моем халате. - Ты не
возражаешь, что я надела твой халат? У меня все
мокрое.
- Могу тебе также одолжить блузку и кофту. И даже какую-нибудь юбку. Но
это потом, сейчас иди бросай.
Ева бросила. Две шестерки и помойка. Она уже сделала движение, чтобы
бросать дальше, и остановилась.
- Нет, ничего не выйдет. Запишите шанс.
Сколько там?.. Двадцать одно. Очень хорошо.
- Кому как, - заметила Баська и пробормотала что-то себе в ладошку.
Бросила. - Три единицы? С ума от этого
можно сойти. И оград у меня нет?
- Есть три, - ответил Тадеуш.
- Ладно, буду бросать. Все равно, будь что будет.
Две четверки, пять, шесть и один. Ирония судьбы, четверки у нее уже были
записаны. Она отложила в сторону
пятерку и шестерку, бросила еще раз, получились две пары.
- Записать! В норме.
Я получила две пары и пошла в кухню за очередным чаем для Евы. Тадеуш
выбросил две пятерки, две тройки и
единицу. Две пары у него уже были, записал себе минус три. Павел бросил
осторожно: две двойки, тройка, четверка и
шестерка.
- Так и тянет на большой стрит. Но не буду.
А может?..
Он вдруг схватил одну двойку, потряс и вытряс недостающую для большого
стрита пятерку.
- Записать! И одну ограду!
- Вот уж действительно судьба слепа, всю дорогу ходит не туда, куда
нужно, - провозгласила в пространство Баська.
Ева молча бросила, недоверчиво косясь на стакан, который я как раз
поставила рядом с ней на стол. Глянула и
вскрикнула.
- Вот это да! Раз, два, три, четыре, пять! Я правильно вижу? Малый стрит!
И два забора!
- Бедному и ветер в лицо дует, а богатому и черт детей качает, -
пробурчала Баська и обратилась к зажатым в руке
костям:
- Вы себе представьте, что я богатая, хорошо?
Ей пришли две тройки, и она велела записать их наверх. Тадеуш записал,
тоже наверх, четыре шестерки. Павел
выбросил три пятерки и записал как тройку. Оград у него было больше всех, и он
их старательно хомячил. Ева, храбро
отодвинув стакан с чаем, выбросила две тройки, двойку, четверку и шестерку.
Тройки у нее уже были.
- Ну хорошо, попробую подурачиться, - безнадежно заявила она и стала
бросать дальше, оставив себе одну
шестерку. После трех бросков их у нее стало три, и тогда она сообразила:
- Хорошо, а на что мне это все? Шестерки у меня уже есть. Тадеуш, что ж
ты мне не сказал, что у меня уже есть?
- Я думал, что ты бросаешь на покер, - оправдывался Тадеуш.
- На покер, ха-ха-ха! Считайте ограды.
Сколько их у меня?
- Тринадцать.
- Ну ладно.
Хор отозвался сразу же. При четвертом броске она получила две четверки и
потребовала записать ей фулл.
- Ну! - предупреждающе сказала снова Баська своим ладошкам.
В последнюю секунду нам удалось прикрыть стол руками, и ни одна кость не
слетела на пол.
Две шестерки, две тройки, а ей нужны были пятерки.
- Что-нибудь придумаю, - решила она. - Сколько у меня оград?
- Пять.
Третьим броском она получила третью шестерку и также записала фулл.
- Обращаю твое внимание, что у тебя все еще нет пятерок, - уведомил ее
Тадеуш. - И тебе нужно их четыре, иначе
останешься в минусе.
- Прошу меня не расстраивать, - ответила Баська. - Пойду налью себе чая,
кто еще хочет? Сиди, я твою кухню знаю.
Потребность в чае высказал Павел. Баська забрала два стакана и вышла. Я
начала бросать.
- Один, два, три, пять, шесть... О нет! Не скажу, куда могут отправляться
эти стриты. Тадеуш, сколько там у меня?..
Семь. Постой, у меня еще есть законнные броски.
Я получила еще две пятерки, всего три.
Слишком мало. После двух оград пришли две шестерки.
- Урожай фуллов. Ладно, записывай.
- Так бороться с этой физикой или нет? - бормотал Тадеуш, весь в
сомнениях. Он положил ручку в корытце и
бросил.
После чего при виде многочисленных четверок расстроился и начал бросать
дальше всеми костями, явно тоскуя по
пятеркам. После двух заборов он набрал их четыре и записал себе с большим
облегчением. Верх он заполнил и вышел на
плюс 5.
Баська вернулась с дымящимся чаем в нужный момент, как раз к своей
очереди. Подала один стакан Павлу,
который поставил его в корытце под лампой, а второй стакан поместила рядом со
стаканом Евы. Взяла кости и бросила.
- Оград у меня нет, да? Тогда пусть они задумаются, что делают!
Кости как-то не особенно задумались и сделали ей назло. Шесть, пять,
четыре и две двойки.
- Большой стрит прямо-таки напрашивается, - поощрительно заметил Павел.
- Еще чего... - начала она воинственно, но вдруг схватила одну двойку и
покатила ее по столу. Появилась
недостающая тройка.
- Вот это да! У тебя было видение? И еще мне одна ограла осталась!
- А я хотела бы пятерки, - тяжело вздохнула я.
Хотеть я могла себе сколько угодно, а вышли две шестерки и две четверки,
и я не имела представления, что мне с
ними делать. Оставила шестерки, остальное бросила, и вышла одна пятерка. В
отчаянии я оставила пятерку, и с первым же
забором вышли четыре. Вот и я верх заполнила.
Начал играть Тадеуш, уместив ручку на блюдце возле стакана Павла.
Испортил пять оград, чтобы выбросить фулл, потому что не захотел бросать
на стриты. Павел забрал кости, потряс
ими, и вдруг одна из них выскользнула у него из кулака. Кость стремительно
понеслась через весь стол в направлении
Баськи. Баська, пытаясь ее поймать, резко вытянула руку, выстрелив ею, как из
пращи, и без промаха попала Павлу в глаз.
Схватившись за глаз с хриплым воплем, Павел стукнул локтем в полочку под лампой,
и его стакан вместе с корытцем
грохнулся на пол, весь чай вылился Тадеушу в ботинки, а кости разлетелись по
всей комнате. Тадеуш зашипел, потому что
чай был еще горячим, и начал торопливо сдирать с ног обувь.
- Столько натворить одним замахом - большое искусство, - охнул он в
изумлении.
Расстроенная Баська, перегнувшись через него, пыталась оторвать руку
Павла от лица и обследовать его глаз.
Тадеушу некуда было отодвинуться, так как за ним была стена. Я ей тоже мешала,
поэтому вскочила, оттолкнув стул,
который перевернулся назад и спинкой разбил стекло в книжном шкафу. Нам грозило
всеобщее разрушение.
- Это злой дух пролетал через твою квартиру, - убежденно сказала Ева,
предусмотрительно не трогаясь с места.
- Боюсь, он все еще летит, - обеспокоенно ответила я.
- Может, это у него такой длинный хвост? - нервно сказала Баська. - Убери
ты руку, посмотри, ты еще видишь? А
вторым видишь? Я не нарочно, честное слово!
- Первым тоже вижу, - сказал Павел, осторожно выглядывая на свет из-под
ладони. - Кучу звезд и какие-то
разноцветные кусочки.
Какое счастье, что я не ношу очков!
- Конечно, не нарочно, если бы нарочно, никогда бы в жизни так не попала,
- заверила я Баську, которая
продолжала приставать к Павлу:
- А нас видишь? Или только разноцветные кусочки? Они что, двигаются,
летают? А может, ты хочешь водички
попить? Убери же, бога ради, руку, дай посмотреть! А что ты видишь между
кусочками? Тебе больно?
- Может быть, вы мне все-таки позволите снять носки? - вежливо спросил
Тадеуш, прижатый к спинке стула.
Павел наконец отвел руку от глаза, и оказалось, что заметных повреждений
он не получил. Он поморгал, огляделся
и заявил, что больно не очень, а число звезд и разноцветных кусочков явно
уменьшается. Ева решила, что злой дух вместе
со своим хвостом уже пролетел, встала с дивана и начала собирать с пола кости.
Нашла четыре штуки, пятая куда-то завалилась.
Я вытащила второй комплект, чуть более угловатый, чем первый. Точнее
говоря, мне ничего не надо было
вытаскивать, кости хранились в стаканчике на полке у самого стола, я их просто
высыпала.
- И чего я так разнервничалась? - гневно сказала Баська. - Сейчас все
уберу.
- А что тут убирать, - махнула я рукой и отправилась на кухню за щеткой.
- Лучше налей ему чаю. Чая должно
хватить, разве что со стаканами возникнут проблемы прежде, чем мы закончим эту
игру.
- В таком случае давайте играть быстрее, - предложил Тадеуш и развесил
свои носки на подлокотнике кресла. - Кто
должен бросать? Постойте, кажется, мне нечем писать.
Павел, по-видимому, уже избавился от декораций перед глазами, так как без
особого труда нашел под ногами
пенопластовое корытце, отряхнул его от чая и уместил под лампой. Среди осколков
стекла отыскалась шариковая ручка. Я
замела стекло, стакан и блюдце в угол прихожей, предупредив Тадеуша, чтобы он
туда не наведывался, пока не обуется, а
мусорную кучу обозначила щеткой, водрузив ее сверху. Ситуация вернулась в
состояние равновесия.
- Тебе бросать, - сказал Тадеуш Павлу. - Сможешь?
- Почему нет? - ответил Павел и бросил.
Увидев единицу, тройку, шестерку и две пятерки, он решил оставить пятерки
и уже следующим броском получил
третью. После второго броска ему выпали две шестерки, нужные ему как дырка от
бублика.
- Тогда тратим ограды...
- Первая, - начал хор, - вторая... третья...
В конечном итоге первый этап выиграл Павел, которому удалось выбросить
еще и большой покер, то есть пять
шестерок. За ним шел Тадеуш, сразу же после него - Ева, потом я.
Баська, понятное дело, в конце, поскольку пятерки не выпадали ей ни за
какие сокровища и она не смогла набрать
их в достаточном количестве.
Весь фокус с большим покером заключается в том, что результат в этой
последней рубрике всегда умножается на
три и пять шестерок дают 90 очков. Это очень существенная позиция, сравняться с
которой могли бы только фулл и каре,
выброшенные с первой попытки.
Мы перешли ко второму этапу.
- У тебя ноги не мерзнут? - спросила я Тадеуша. Как говорится, лучше
поздно... - Может, дать тебе грелку или
какие-нибудь носки?
- Грелку не надо, а вот носки бы пригодились. Или тапки домашние. Ноги
все еще мокрые, чего я в запале до сих
пор не заметил.
- Пожалуйста, у меня от сыновей что-то осталось...
- Самое паршивое время года, - вздохнула Баська. - Уже холодно, а еще не
топят.
Тут я вспомнила, что где-то завалялся электрический обогреватель.
Поставила его у двери в другую комнату и
включила. Ева развесила на нем свою юбку и блузку, а также носки Тадеуша,
ботинки пристроила носами вверх. После чего
вернулась к столу, и Павел снова начал бросать.
Он сразу же выкинул три тройки и без каких-либо проблем записал их. Ева
записала две единицы, то есть минус
один. У Васьки вышел фулл из трех пятерок и двух единиц.
- Теперь буду набирать ограды про запас, - заявила она, - даже если мне
придется все зачеркивать.
- Пока тебе ничего не надо зачеркивать, у тебя все само выходит, -
заметила я, с грустью соглашаясь на свои две
двойки.
Заняв почетное второе место сразу же за Павлом, Тадеуш примирился с
пенопластовым подносиком и перестал
воевать с ручкой. Он выбросил пару шестерок и, страшно довольный, записал.
- Как-то все резко стартуют, с визгом шин, - высказался Павел, бросая. -
О, две пары. Только мне такие не нужны,
запиши мне две единицы.
Я тоже буду собирать ограды про запас.
- Если две единицы - это блестящий старт, то я предпочитаю быть скаковой
лошадью, - язвительно заявила Ева. -
Что там? Три, три, два, четыре, пять... Пожалуйста, мне две тройки. И две
ограды.
- Ты хотела сказать - клячей? - поправила ее Баська. - Это Павел со своим
стартом все сглазил... У меня две
единицы, пусть так и останется.
- Один, два, три, четыре, пять, - считала я в изумлении. - У меня малый
стрит, записывай скорее!
Тадеуш остановился на двух тройках. Павел выбросил большой стрит, и ему
опять можно было ни о чем не
беспокоиться. Ева записала пару из двух шестерок. Я выбросила три шестерки и
записала их как тройку. Тадеуш получил
две шестерки и две тройки, но тройка и пара у него уже были, поэтому он нехотя
остановился на двух парах. Павел вздохнул
и попросил записать пару из двух пятерок. Ева получила две пары чуть крупнее:
шестерки и четверки. А Баське ее две пары
- четверки и двойки - не понравились, и она остановилась на одной двойке.
- Опять ты вовсю набираешь минусы, - обратила я ее внимание. - Пары у
меня нет? Тогда пиши. Из шестерок.
После одного из очередных бросков мне выпали три четверки, я страшно
обрадовалась и решила приготовить себе
чаю. Чай требовался не обязательно горячий, сойдет и холодный, но чайник
оказался пуст. Я налила воду, поставила чайник
на плиту и вернулась в комнату.
За это время Тадеуш тоже успел выбросить и записать три четверки.
- Четверок мне не надо, - предупредил Павел. - Четверки у меня уже есть.
Две тройки...
Тройки у меня тоже есть. Эти кости глупые, что ли? - Он на некоторое
время задумался. - Бросаю на карету, -
объявил он. - Категорически. Или, еще хуже, на покер!
- Он сошел с ума, - в ужасе констатировала Ева.
- Вовсе нет. Больше оград у меня не будет, это единственная возможность.
Он снова начал бросать всеми костями, презрев одинокую четверку. Мы
следили за ним с огромным
любопытством. Одна шестерка вышла сразу, потом долгое время ничего, при
четвертой ограде у него их было уже четыре, а
шестым броском он добился своего покера. И еще у него оставались четыре ограды.
Ева получила две пятерки, четверку, двойку и единицу.
- Пятерки у меня уже есть?.. Сейчас... Если я запишу одну двойку, на
сколько минусов я выйду?
- Восемь, - подсчитал Тадеуш.
- Восемь... А четверка и шестерка, это десять? Пиши одну двойку!
- Теперь у тебя двойки полезут, как муравьи, - предсказал ей Павел.
Баська согласилась на две четверки.
- Добавлю к ним. Бросаю на четверки, чтобы никто ничего не говорил!
Третью четверку она получила сразу же, и у нее сохранилась одна ограда.
- Четверок мне больше не надо, - грозно предупредила я.
Разумеется, тут же пришли две, и я просто не знала, что с этим фантом
делать. Отложила пятерку и шестерку и
заявила, что буду бросать до двух пар.
Я израсходовала на эти две пары пять оград, а по пути получила каре из
пятерок. Обычная ирония судьбы, однако,
коль скоро я заявила, что буду бросать до двух пар, никакая другая комбинация не
считалась. Тадеуш опять не выбросил ни
одной двойки, зато у него была шестерка, и он раздумывал о шестерках наверху.
Двумя бросками он получил четыре. У
Павла было две пятерки.
- С двумя парами я даже и связываться не буду, - решил он. - Бросаю
пятерки.
Тадеушу пришли четыре четверки, он ужасно обрадовался и записал каре. Он
явно вышел в лидеры. Павел заметил
опасность и решил мобилизоваться. Заявил, что бросает на верхние пятерки, хотя с
руки не получил ни одной.
- Раз кости сошли с ума, то, может, они хоть как-то ошибутся, - пояснил
он генезис своего решения. Ему не хватало
уже только одной мелочи - тройки.
- Я знаю, что я буду вычеркивать, - заранее объявила Ева. - Так и есть,
долой большой стрит! За это прошу записать
мне две ограды.
- И мне, пожалуйста, большого долой, - потребовала Баська при виде двух
единиц.
Я себе выдумала фулл, он не пришел, и я в таблице выглядела хуже всех.
Тадеуш вдруг заметил, что у него еще нет
тройки.
- А сама она не могла прийти? - мрачно спросил он и бросил.
- Может, и могла, но, видно, не хотела.
Ева, к собственному изумлению, заработала покер, у Баськи вышло
недостающее каре. Я велела зачеркнуть мне
большой стрит и записать две ограды. Тадеуш сделал то же самое, с большим трудом
получив перед этим свою упрямую
тройку.
- Считаем! - распорядился он.
После двух игр оказалось, что лучший все еще Павел, сразу же за ним -
Тадеуш, Баська вышла на третье место, а я
перешла на последнее.
У Павла оставалось две ограды, у Евы - ноль, у меня две, у Баськи семь, а
у Тадеуша шесть.
Мы начали третий этап, самый страшный.
- Единицы, - безрадостно объявил Павел. - Так они мне сейчас и выйдут.
Получив одну, он даже удивился.
Ева не выбросила ни одной, что было нормально, и записала минус три и две
ограды. Баська получила одну, я тоже,
а Тадеуш опять же ни одной. Все мы упорно набирали заборы.
- А теперь я буду бросать, например, пятерки, - мрачно оповестил всех
Павел.
Он мог спокойно говорить подобные глупости, так как третий этап все равно
играется в жестко установленном
порядке.
- Ну, ну? - неожиданно проявила горячий интерес Баська.
Подвох не помог, двойка выпала у него только одна. Он ее записал, и минус
у него на горе вырос до 6. Ева тоже
получила одну двойку, минус 7. У Баськи вышли многочисленные шестерки.
- Заборы у меня есть? Тогда попробую.
Раз... два... Меня сейчас удар хватит. Оградами!
Есть одна... Три! Пиши', двойки в норме, два забора я испортила!
- Еще чуть-чуть осталось, - успокоил ее Тадеуш.
Я остановилась на одной двойке, и у меня стало столько же, сколько и у
Павла. Тадеуш выбросил две.
- Бросаю... бросаю... на шестерки! О черт...
У него вышли две шестерки, а фактически ему нужны были тройки, которых не
появилось ни одной. Он повторил
операцию.
- Две, в норме. Сколько это выходит?..
Минус девять? Остаются пятерка и шестерка...
Пиши! Без оград.
Ева бросила.
- Ax, - сказала она взволнованно, - целых две! Сколько это... Семь,
десять... Можно отыграться. Пиши! И две
ограды!
- Две! - крикнула счастливая Баська. - Пиши! И две ограды!
Мы уже добрались до одной пары, когда Тадеуш внезапно задержался посреди
броска и как-то странно повернул
ухо в направлении прихожей.
- Мне кажется или у тебя в кухне действительно что-то пыхтит? Или, может,
стреляет?
В ту же секунду до меня донесся характерный звук, и я сорвалась со стула.
- Господи боже, чайник!!!
Пустой раскалившийся чайник стрелял как бешеный. Несколько мгновений я не
знала, что делать, потому что
руками его невозможно было взять. Вслед за мной в кухню ворвалась Баська.
- Тряпкой!
- Нет, у меня только рукавичка... Где эта зараза... Вот она!
За это время Баська нашла тряпку, обернула ею чайник, хотела схватиться
за ручку, но тряпки было слишком
много, а она схватилась неудобно, и раскаленный чайник рухнул на пол. Ноги нам
удалось уберечь. Я подняла чайник и
быстро сунула под кран, он немного пошипел и успокоился. Я налила воды и снова
зажгла газ.
- Надо его прокипятить пару раз, а то будет вонять. У меня уже есть такой
опыт, я в жизни сожгла разных
чайников штук двадцать.
- А какой-нибудь запасной есть?
- Есть, только очень большой.
- Лучше большой, чем слишком маленький.
А, это тот, который ты держишь в ванной... Действительно, на целый
армейский полк хватит...
Тадеуш любезно подождал с бросками до нашего возвращения. Вышли у него
две четверки.
- Лучше уж эти, чем единицы, - высказался он.
Павел тяжело вздохнул, бросая на две пары.
И как ни странно, получил их, причем не самые плохие, две пятерки и две
тройки. Ева получила еще более крупные
пары - две шестерки и две тройки, Баська - две пятерки и две четверки, по очкам
то же самое, что у Евы. Мне повезло
меньше - две четверки и две единицы.
- Ничего не поделаешь, запиши. Удивляюсь, что эти две пары вообще вышли.
- Я тоже удивляюсь, - подтвердил Тадеуш, получив две пятерки и две
тройки.
Павел начал следующую комбинацию, тройку, и сразу получил смесь.
- Если уж бросать, то хоть на старшие, - заявил он, откладывая в сторону
одну шестерку.
После двух бросков у него была все та же одна шестерка. Пришлось
прибегать к оградам.
Уже после первой он получил вторую шестерку и три единицы.
- Вот тебе и тройка. Не хочешь такую?
- Не хочу. С таким же успехом я мог бы ее сразу зачеркнуть.
Вторая ограда дала перебор - еще две шестерки.
- А нельзя это записать как карету? - спросил он расстроенно.
- Нельзя, - решительно ответила Ева. - Каждый бы так хотел.
Мы уже добрались до "шанса", после старательного вычеркивания обоих
стритов, когда Тадеуш снова стал
прислушиваться.
- Мне кажется, что твой чайник снова стреляет, - сказал он неуверенно,
прежде чем Павел успел взять в руки кости.
Я встала и направилась в кухню значительно спокойнее, чем в прошлый раз,
хотя и была несколько удивлена,
потому что налила очень много воды и она попросту не могла выкипеть. И все-таки
проклятый чайник исхитрился снова
оказаться пустым. Он подпрыгивал на плите, а вода находилась на подносе плиты и
на полу. Причину я отгадала сразу.
- Лопнул, зараза, черти бы его взяли...
- Можешь ему этого не желать, это уже случилось, - успокоила меня Баська,
которая опять прибежала за мной. -
Ну что? Идти в ванную за вторым чайником?
- Иди. Его тоже нужно будет прокипятить, потому что я давно им не
пользовалась.
Водрузив на плиту чуть ли не пять литров воды, я решила, что теперь можно
долго не волноваться, и вернулась в
комнату, оставив лужи на произвол судьбы. Павел перестал трясти кости и бросил
на каре. И получил его сразу же!
- Ну, знаете, это уже невыносимо! - выкрикнула Баська. - Даже когда он
проигрывает, то все равно выигрывает!
Как он это делает?
- Он уже почти списал горку, - с удивлением сказал Тадеуш, записывая
Павлу 72 очка. - Если бы у него не было на
горе минусов, мы могли бы уже лезть под стол и плакать.
- Если бросишь еще и покера с первого броска, я тебе в своем доме ни
куска еды не дам.
Изо рта буду вытаскивать...
- У меня две пятерки, - сообщила Ева. - Сколько оград?
- Одиннадцать.
- Считайте... Первая... вторая... Зараза!
На второй ограде ей пришли еще две пятерки. Покер. Именно сейчас, на
каре!
- Похоже, что с покером я могу заранее попрощаться, - мрачно сказала она.
- Извини, пожалуйста, - сказал Тадеуш. - Я ошибся, посчитал Павла вместо
тебя, это у него одиннадцать. У тебя
было только шесть оград. Осталось еще четыре.
- Ты меня чрезвычайно обрадовал!
- Да тихо вы! - воскликнула Баська. - У меня две пятерки. А палок
сколько?.. Только точно, без ошибок!
- Одиннадцать.
- Ты уверен, что не Павла опять считаешь?
- Уверен. И не себя...
- Ну хорошо. Уже третья пятерочка... Еще один нормальный бросок. Есть!
Разумеется, у меня вышло хуже всего, одна пятерка. Меня это рассердило, я
собрала все кости. Одна шестерка. Ни
одной...
- Сколько у меня оград? Уже вижу, шесть.
Черт бы их побрал. Считайте!
Со второй оградой пришла четвертая шестерка, четыре ограды сохранились
мне на покер.
Тадеуш искоса глянул на Павла.
- Чем дольше трясти, тем лучше будет результат...
- Только, пожалуйста, не до завтра, - попросила Ева спустя некоторое
время.
- У кого результат, а у кого нет, - заметил Павел, увидев, к чему привели
шуточки Тадеуша. - Хотя... Единичек как
муравьев.
- Карета из единичек, - сказал Тадеуш. - Трижды четыре - двенадцать.
Записываю!
- Боже милостивый, сколько же у него этих оград?!
- Восемнадцать, - посчитал Тадеуш. - У меня нехорошее предчувствие.
Рекорд при покере был двадцать семь.
- И вышел?
- Нет. Тот тип выбросил его двадцать восьмым броском, который уже не
считался. Не помню, кто это был.
- Какой-нибудь бедный неудачник, - высказался Павел и бросил.
Вздохнул, отодвинул в сторону одну шестерку и стал бросать дальше. За
нормальные броски он набрал три.
- Ну а теперь эти семнадцать оград...
- Первая... вторая... третья... - начали мы. - А вот и четвертая
шестерка!
На седьмом дополнительном броске пришла и пятая семерка.
- Я же говорила, что у тебя слишком много этих оград! - упрекнула его
Баська.
Ева выбросила сразу же три шестерки. Когда она перешла к оградам,
шестерок было уже четыре.
- Первая... - начал хор. - Вторая... третья... Есть!
- Нужно установить какую-нибудь премию за сохранившиеся ограды, -
пробормотал Павел.
- Мы над этим подумаем, - пообещала Баська. - Что тут у меня? Две
пятерки... Ладно, не будем требовать многого.
При пятом дополнительном броске она сменила пятерки на шестерки и
заработала покер на десятом. Я знала, что у
меня нет шансов, однако порядочный азартный игрок никогда не сдается.
К собственному удивлению, я добилась успеха последней оградой.
- Кто-то в конце концов должен провалиться, - вздохнул Тадеуш. - Видимо,
это буду я.
Он ошибся в своем предвидении: потратил на покер всего пять
дополнительных бросков из своих восемнадцати.
Шестерки шли как бешеные. С огромным интересом мы ожидали окончательного
подсчета очков.
В середине арифметических действий я вдруг увидела какие-то странные
полоски дыма, тянущиеся из передней, и
почувствовала странный запах. Вроде бы знакомый, и все-таки чужой.
Прежде чем я успела высказаться по этому поводу, что-то сверкнуло,
грохнуло и погас свет. Внезапная темнота
была встречена всеобщим стоном.
- Ничего, ничего, у меня есть свечи, - поспешно сказала я. - Мне как раз
показалось, будто что-то коптится. Только
спокойствие... У кого-нибудь есть под рукой зажигалка или спички?
Павел щелкнул зажигалкой. При ее свете я нашла на книжной полке
подсвечник со свечой, всего один раз схватив
при этом Тадеуша за голову. При свете
...Поділитися у соцмережах
