Жанр: Учеба
Компьютерная лингвистика для всех: Мифы. Алгоритмы. Язык.
...ля серьезных
научных разработок - нет и намека на понимание
языка. Правильный подход должен начинаться с моделирования
мира.
Любое языковое сообщение проявляет
двойственную
сущность. С одной стороны, это отражение фрагмента
реальности с одновременными изменениями и
взаимодействиями многих величин. С другой - текст
разворачивается в виде последовательной линейной
цепочки символов, задающей запись текста и его восприятие.
"Если бы ум был способен выражать
идеи так, "как он их
воспринимает", то, без всякого сомнения, он "выражал
бы их все
сразу". Но это совершенно невозможно, так как если "мысль
-
простое действие", то "ее высказывание - последовательное
действие".
этом состоит специфика языка, отличающая его
и от
представления (представлением которого он, однако, в
свою очередь
является), и от знаков (к которым он принадлежит
на равных
правах). Язык не противостоит мышлению как внешнее
-
внутреннему или как экспрессия - рефлексии. Он не противостоит
другим знакам - жестам, пантомимам, переводам, изображениям,
эмблемам, как произвольное или коллективное - естественному
или единичному. Но он противостоит им всем как последовательное
- одновременному. По отношению к мышлению и знакам
он
то же самое, что и алгебра по отношению к геометрии:
одновременное
сравнение частей (или величин) он заменяет таким
порядком,
степени которого должны быть пройдены последовательно,
одна за другой. Именно в этом строгом смысле язык оказывается
анализом мысли: не простым расчленением, но основополагающим
утверждением порядка в пространстве" 104.
Таким образом, в представлении разума
текст возникает
как динамический параллельный процесс, определяющий
активности и взаимодействия одновременных
алгоритмических структур, и выражается интерпретацией
такого представления в виде линейной
последовательности символов.
Для того чтобы уметь автоматически генерировать
тексты, необходимо прежде всего описать взаимодействующую
модель мира, затем научиться строить последовательную
интерпретацию модели на уровнях
отдельных фрагментов и предложений (рис. 14).
Язык появился как особое отражение параллельной
реальности. Компьютеры исторически возникали
в обратном порядке. Сначала осваивались последовательные
ЭВМ, затем начался активный переход к параллельным
вычислительным комплексам. Поэтому
программисты сначала обжились в мире последовательных
языков программирования, а сейчас перешли
к параллельным языкам.
В любом литературном произведении выделяются
герои, объединяемые между собой сильными ассоциативными
связями. Например, в романе Л. Н. Толстого
"Анна Каренина" Анна связана с Вронским, Кити с
- - - - -
104 Фуко М. Слова и вещи. - С. 136-137.
Левиным, в "Мастере и Маргарите" М. А. Булгакова
Мастер связан с Маргаритой, Иешуа с Пилатом, Воланд
со своей темной веселой компанией. Такое неразрывное
объединение объектов в одну действующую
стрктурную единицу в программировании называется
процедурой или процессом. В случае параллельного
программирования, когда разрешаются одновременные
действия разных объектов, обычно говорят о процессах.
Так как литературное произведение описывает
фрагмент реальности с возможными одновременными
событиями, то, следуя устоявшейся в программировании
традиции, мы тоже будем рассматривать в литературных
текстах процессы. Итак, Анна Каренина и
Вронский, Кити и Левин, Мастер и Маргарита, Иешуа
и Пилат, Воланд и компания представляют собой отдельные
замкнутые главные процессы. Процессы взаимодействуют
между собой, изменяя значения собственных
параметров. В свою очередь, каждая единица
такого процесса также может содержать подчиненные
взаимодействующие процессы. Так, у Маргариты
есть домработница Наташа, тоже участвующая в событиях,
у Пилата - воины, начальник тайной службы,
Иешуа имеет ученика Левия Матвея и оказался в
одной компании с двумя разбойниками. Все они могут
в определенной степени существовать и действовать
самостоятельно. Неделимый элементарный процесс
- это структурная единица текста с элементами
собственного независмого развития, но уже без таковых
подчиненных объектов. Нос майора Ковалева
из повести Н. В. Гоголя образует главный процесс, нос
Буратино - просто константа, входящая в процесс
Буратино".
Состояния героев внутри процессов описываются
глобальными и локальными переменными. Значения
глобальных переменных известных другим процессам,
могут изменяться в моменты взаимодеиствия процессов,
значения локальных изменяются только внутри
процесса, которому они принадлежат.
В настоящее время программисты заняты активными
поисками выразительных, удобных языковых
средств для описания параллельных взаимодействующих
процессов. Такие языки уже существуют и реализованы
на параллельных ЭВМ. В США по заказу министерства
обороны разработан язык АДА, по-видимому,
сдающий свои позиции, в Европе доминирует
язык ОККАМ, созданный английской фирмой INMOS
для транспьютерных систем. ОККАМУ, кажется, сопутствует
звезда удачи. Автор этой книги участвует в
разработке ПАРУС-технологии программирования
(ПАРУС расшифровывается как Параллельные Асинхронные
Рекурсивные Управляемые Системы).
ПАРУС-системы программирования дают возможность
расширять любые языки развитыми средствами
параллельного взаимодействия и рекурсивного подчинения
объектов друг другу. ПАРУС удачно описывает
процессы лингвистической обработки информации.
ОККАМ вписывается в ПАРУС как частный, но реализованный
практически на транспьютерах случай.
Анализ литературных текстов с позиций алгоритмических
процессов позволяет выявить закономерности
и приемы, применяемые разными авторами при
построении литературных форм. С другой стороны -
и это то, к чему мы стремимся, создавая параллельные
программы, генерирующие текст, и пропуская их
через последовательную моделирующую программу, -
можно надеяться на создание автоматических генераторов
текстов.
ДИАЛОГИ
Взаимодействия литературных текстовых процессов
обычно описываются диалогом. Происходит информационный
обмен, иногда передаются объекты из разных
процессов.
" - Я, игемон, никого не призывал к подобным действиям,
повторяю. Разве я похож на слабоумного?
- О да, ты не похож на слабоумного, - тихо ответил прокуратор
и улыбнулся какой-то страшной улыбкой, - так поклянись,
что этого не было.
- Чем хочешь ты, чтобы я поклялся? - спросил,
очень оживившись,
развязанный.
- Ну, хотя бы жизнью твоею, - ответил прокуратор, - ею
клясться самое время, так как она висит на волоске, знай
это!
- Не думаешь ли ты, что ты ее подвесил, игемон? - спросил
арестант. - Если это так, ты очень ошибаешься.
Пилат вздрогнул и ответил сквозь
зубы:
- Я могу перерезать этот волосок.
- И в этом ты ошибаешься, - светло улыбаясь и заслоняясь
рукой от солнца, возразил арестант, - согласись, что перерезать
волосок уж наверно может лишь тот, кто подвесил.? "/105
Передаются объекты-слова из одного процесса в
другой и возбуждают ассоциативные связи в семантической
сети каждого процесса. Даже явно повторяются
ключевые слова при каждом обмене. Как бы выполняется
подтверждение принятия ключевой информации.
Иногда при диалогическом обмене управляющий
процесс может получать информацию о состояниях
другого процесса, изменять ее и возвращать с новыми
значениями.
"И тут прокуратор подумал: "О, боги мои! Я спрашиваю его
о чем-то ненужном на суде... Мой ум не служит мне больше... "
И опять померещилась ему чаша с темной жидкостью. "Яду
мне,
яду! "
И вновь он услышал голос:
- Истина прежде всего в том, что у тебя болит голова,
и
болит так сильно, что ты малодушно помышляешь о смерти.
Ты не только не в силах говорить со мной, но тебе трудно
даже
глядеть на меня. И сейчас я невольно являюсь твоим палачом,
что меня огорчает. Ты не можешь даже и думать о чем-нибудь
и мечтаешь только о том, чтобы пришла твоя собака, единствен-
- -
105 Булгаков М. А. Мастер и Маргарита, - М,: Современник,
1986. - С. 22.
ное, по-видимому, существо, к которому ты привязан. Но
мучения
твои сейчас кончатся, голова пройдет" /106.
Иешуа в процессе диалогического взаимодействия
получил имя глобальной переменной из процесса Пиат
характеризующей физическое состояние прокуратора
- головная боль. Иешуа изменил значение этой
переменнои и передал его обратно в процесс Пилат.
На языке взаимодействующих параллельных процессов
это записывается так:
Процесс Иешуа
ПРИНЯТЬ х из процесса
Пилат;
ГЕНЕРИРОВАТЬ текст
приемки;
ИЗМЕНИТЬ х;
ГЕНЕРИРОВАТЬ текст
передачи;
ПЕРЕДАТЬ х в процессе
Пилат;
Процесс Пилат
ГЕНЕРИРОВАТЬ текст
передачи;
ПЕРЕДАТЬ у в процесс
Иешуа;
ПРИНЯТЬ у из процесса
Иешуа;
ГЕНЕРИРОВАТЬ текст
приемки;
Команды ПРИНЯТЬ и ПЕРЕДАТЬ - это парные
команды, которые срабатывают одовременно, когда
оба процесса приходят к выполнению этих команд;
переменная х принимающая переменная процесса
Иешуа; у - переменная, характеризующая состояние
прокуратора. Иешуа - управляющий процесс, так как
он вносит изменения в процесс Пилат.
Как видим, для задания движения текста в диалоге
достаточно после каждого получения информации
возбуждать соответствующую семантическую сеть, извлекать
из нее необходимые образы, оформлять их в
виде предложений и передавать их обратно.
Интересны диалоги с программой, пишущей стихи
Летящие слова. Возможен такой диалог.
- Тебе нравятся рыжие георгины?
- Рыжие георгины, Очень. Ад. Грех. Героин, Героиня. Убийство.
Крик. Смех.
- Хватит, Ты мыслишь интересно, но ушла от ответа.
- А что ты знаешь про любовь?
- Любовь. Тревожные колокола. Дыханье,
Смещенье. Кровь. Убийство Поэт. Талант.
Любовь. Ошеломление. Боль. Мятежная кровь.
Вода. Слезы. Смех. Лица. Пустота, Ложь. Любовь...
- Хватит, хватит. Не продолжай.
- Продолжение. Борьба. Итог - самосожжение.
- Молодец. Извини, но я спешу.
- - - -
105 Там же-С. 20
И так далее 167 - 171 (но если это кому-то нужно напишите мне yankos@dol. ru)
ИИИИИИ
ИИИИИИИ
В ЭТИХ ГРУСТНЫХ КРАЯХ...
ПСИХОЛИНГВИСТИКА
рекурсии
Рекурсия вызывает определенный психолингвистичеческий
эффект. Ее восприятие человеком всегда сопрождается
чувством тревоги и даже, в отдельных случаях,
страха и ужаса. Чем больше глубина рекурсивной
вложенности, тем сильнее тревога.
В. Набоков в "Защите Лужина" описывает трагическую
гибель талантливого шахматиста, увидевшего
в реальной жизни игру, повторявшую загадочню
шахматную комбинацию.
"И вдруг радость пропала, и нахлынул на него мутный и
тяжкий ужас. Как в живой игре на доске бывает, что неясно
повторяется какая-нибудь загадочная комбинация, теоретически
известная, - так намечалось в его теперешней жизни последовательное
повторение известной ему схемы. И как только
прошла
первая радость - что вот он установил самый факт повторения, -
как только он стал тщательно проверять свое открытие
Лужин
содрогнулся. Смутно любуясь и смутно ужасаясь, он прослеживал,
как страшно, как изощренно, как гибко повторялись
за это
время, ход за ходом, образы его детства (и усадьба, и
город,
и школа и петербургская тетя), но еще не совсем понимал,
чем
это комбинационное повторение так для его души ужасно.
Одно
он живо чувствовал: некоторую досаду, что так долго не
замечал
хитрого сочетания ходов, и теперь, вспоминая какую-нибудь
мелочь - а их было так много, и иногда так искусно поданных,
что почти скрывалось повторение, - Лужин негодовал на
себя,
что не спохватился, не взял инициативы, а в доверчивой
слепоте
позволил комбинации развиваться".
"Тщательно и по возможности
хладнокровно Лужин проверял
уже сделанные против него ходы, но, как только он начинал
гадать, какие формы примет дальнейшее повторение схемы
его
прошлого, ему становилось смутно и страшно, будто надвигалась
на него с беспощадной точностью неизбежная и немыслимая
беда".
"Да и эти падения случались
не по его вине, а являлись
серией ходов в общей комбинации, которая искусно повторяла
некую загадочную тему" /107
Набоков описал наиболее характерные
ощущения
рекурсивного повторения схемы жизни.
Поэт Г. Раевский (1897 - 1963) рекурсивным приемом
выразил настроение отчаянной безысходности.
Мы - те, кто падает и стонет
И те, чье нынче торжество;
Мы - тот корабль, который
тонет,
И тот, что потопил его.
Х. Л. Борхес часто писал об ужасе удвоения, который
он с детства испытывал при заглядывании в большие
зеркала. Он все время строил рекурсивные лабиринты.
"В эту ночь царь слышит из уст царицы свою собственную
историю. Он слышит начало истории, которая включает в
себя
все остальные, а также - и это уже совершенно чудовищно
-
себя самое. Вполне ли ясны читателю неограниченные возмож-
- -
107 Набоков Вл. Машенька. Заищита Лужина. Приглашение на
казнь. Другие берега: (Фрагменты) Романы. - М.: Худож. лит., -
1988. - С. 212, 213, 225, 229.
ности этой интерполяции и странная, с нею связанная опасность?
А вдруг царица не перестанет рассказывать и навек недвижимому
царю придется вновь и вновь слушать незавершенную
историю
"Тысячи и одной ночи", бесконечно, циклически повторяющуюсяИ
Выдумки, на которые способна философия, бывают
не
менее фантастичны, чем в искусстве: Джосайя Ройс в первом
томе
своего труда "The World and the Individual" (1899) сформулировал
такую мысль: "Вообразим себе, что какой-то участок
земли
в Англии идеально выровняли и картограф начертил на нем
карту
Англии. Его создание совершенно - нет такой детали на
английской
земле, даже самой мелкой, которая не отражена в
карте,
здесь повторено все. В этом случае подобная карта должна
всключать в себя карту карты, которая должна включать
в себя
карту карты карты, и так до бесконечности".
Почему нас смущает, что
карта включена в карту и тысяча
и одна ночь в книгу о "Тысяче и одной ночи"? Почему нас
смущает,
что Дон Кихот становится читателем "Дон кихота",
а Гамлет
- зрителем "Гамлета"? Кажется, я отыскал причину:
подобные
сдвиги внушают нам, что если вымышленные персонажи могут
быть читателями или зрителями, то мы, по отношению к
ним
читатели или зрители, тоже, возможно, вымышлены. В 1833
году
Карлейль заметил, что всемирная история - это бесконечная
божественная
книга, которую все люди пишут и читают и стараются
понять и в которой тактике пишут их самих" /108.
Интересно, что математики
при помощи компьютеров
создали удивительные рекурсивные ландшафты,
в которых любая сколь угодно малая окрестность устроена
так же, как и вся поверхность.
Блез Паскаль представлял природу как
некоторую
рекурсивную, везде повторяющуюся сферу. Ему принадлежит
определение: "Природа - это бесконечная
сфера центр которой везде, а окржность нигде".
В черновике сохранилась запись "устрашающая
сфера".
В современных фильмах ужасов часто
появляются
повторяющиеся вложенные образы: арки, зеркала мозаики,
винтовые лестницы.
Древние давали рекурсивные самоссылающиеся
определения бога. Возможно, для того, чтобы не называть
его истинного имени. По их представлениям, познавшего
истинное имя бога ждет неминуемая, ужасная
смерть. Его имя связывали с какой-то бесконечной
вселенской глубиной, в которую никто не отважится
заглянуть. Как назвать того, кто выше высокого, огромней
огромного? Можно только представить себе
процесс бесконечного роста и одновременного увеличения
объема. Каждый раз, зафиксировав какой-то
рост или объем, мышление, следуя определению,
- - - -
108 Борхес Х. Л. Скрытая магия в Дон Кихоте//Проза
разных
лет - С. 213.
должно еще добавить к этому росту или объему. Наблюдательные
древние, тонко чувствующие природу,
такими определениями выражали ее рекурсивное диалектическое
развитие. Рекурсивное определение допускает
бесконечное развертывание не имеющее ни начала,
ни конца. В рекуусии замаскирована актуальная
бесконечность.
Можно самим придумать рекурсивные определения
и раскрывать их в длинные цепочки уточнняющих определений.
Получается что-то от магического заклинания
и древней молитвы.
Рассмотрим, например, рекурсивное определение
F = a1Fa2Fa3.
Раскрывая F в правой части по этой же формуле,
получим более сложное определение F= a1a1Fa2
Fа3а2а1Fа2Fа3а3. Пусть F означает ОН, а1 - большой,
а2 - грозный, а3 - мудрый. Тогда получим
ОН - большой ОН грозный ОН мудрый
ОН - большой большой ОН грозный ОН мудрый грозный
большой ОН грозный ОН мудрый
мудрый
Можно рискнуть и на более глубокие раскрытия:
ОН - большой большой большой ОН грозный ОН мудрый грозцый
большой ОН грозный ОН мудрый
мудрый грозный большой
большой ОН грозный ОН мудрый грозный большой
ОН
грозный ОН мудрый мудрый мудрый:
Легко впасть в транс, повторяя такие определения.
Можно попробовать и другие варианты исходных
определений, с несколькими уточняемыми символами.
Получаются более загадочные комбинации слов.
Многочисленные примеры показывают, что в литературе,
живописи, музыке рекурсивные приемы сочетаются
с описаниями средствами жанра ощущений
тревоги и страха. Возможно, рекурсивные повторы
связаны с чувством глубины и создают такой же психологический
эффект, как и тот, который возникает,
когда человек заглядывает в пропасть. Это опасно -
туда можно упасть. Отсюда и чувство тревоги. Но иногда
так хочется туда заглянуть. Там может быть чтото
неведомое, а может быть, даже то, что человек все
время ищет. Поэтому все же так тянет заглянуть в
таинственную глубину. А некоторые даже отваживаются
исследовать глубины рекурсии. Рекурсия повтором
сюжетных схем показывает возможность бесконечной
глубины бытия. Сознание погружается в рекурсию
и выплывает из нее на поверхность простого
мышления, погружается и опять выплывает. Такое
движение в волнах разума создает активность мышления.
Мозг умеет строить рекурсивные образы.
Психологам
известно, что мозг обладет стековой организацией
памяти (под стеком в программировании понимают
организацию очереди по типу "последним пришел,
первым вышел"). Например, иностранные языки
в старости забываются в порядке обратном проядку
изучения. Работающие с ЭВМ сразу вспомнят, что
структуры дают возможность эффективно реализовать
рекурсию.
Психотропные вещества, воздействуя на мозг,
могут
вызывать рекурсивные видения. Человек может
видеть себя со стороны, летать, может увидеть кого-то,
наблюдающего за собой. Такие видения часто возникают
при приеме наркотиков-галлюциногенов, в частности
LSD. Цюрихский профессор В. А. Штоль описывает
опыт на себе по приему этого наркотика.
"Вначале галлюцинации были элементарно просты:
лучи, сноп лучей, дождь, кольца, вихрь, петли, водяные
брызги, облака и так далее. Потом галлюцинации
стали более сложными: арки, ряды арок, бесконечное
море крыш, виды пустынь, горные террасы,
мерцающие огни, звездное небо невиданной красоты.
Эти сложные картины то и дело перемежались первоначальными
элементарными образами... Интересно,
что все видения состояли из бесконечного числа повторений
одних и тех же элементов: многочисленных
искр, кругов, арок, окон, огней и т.д. Ни разу не видел
я чего-нибудь в единственном числе, наоборот,
одно и тоже все время повторялось в различных сочетаниях...
" 109
Наблюдаем рекурсивную организацию образов
из
простых базовых.
С рекурсией, возможно, связана еще одна неясная
медицинская проблема, получившая название "синдром
Стендаля". Французский писатель Анри Мари
Бейль-Стендаль путешествовал по Италии, изучал
итальянскую живопись и культуру. Он опубликовал
книги, посвященные Италии: "Рим, Неаполь и Флоренция",
"История живописи в Италии" и "Жизнь
Россини". В 1817 г. во Флоренции, рассматривая картины
художников эпохи Возрождения, он внезапно
потерял сознание. В наше время аналогичные случаи
встречаются все чаще у посетителей флорентийских
музеев. В Италии даже выделено специальное финансирование
на изучение этого феномена. Возможно
следующее объяснение. Живопись итальянского Ренессанса
началась с картин флорентийца Джотто, который
первым применил перспективу и тем самым
стал создавать объемные изображения. Перспектива
- это тоже рекурсивная схема. Художник мысленно
делит пространство на срезы и для каждого применяет
одну и ту же процедуру плоского нанесения
на паверхность картины, но с коэффициентом уменьшения.
Искусство Джотто продолжили флорентийские
мастера. В картинах Гирландайо, Боттичелли, Козимо
Медичи для подчеркивания перспективы появляются
повторяющиеся и резко уменьшающиеся ступени лестниц,
деревья, арки, фигуры. Часто изображаются окна
или открытые двери, за которыми открывается
своя картина, а в ней возможна другая. Леонардо да
Винчи и Рафаэль развили искусство воздушной перспективы
(локально применяемый принцип перспективы).
Картины ранних итальянских мастеров Возрождения
воздействуют на сознание первозданным ощу-
- - -
109 Глезер Г. Драматическая медицина. - М.: Мол. гвардия
1962. - С. 109.
Рафаэль. Афинская академия (иллюстрация)
щением глубины пространства. Сознание моделипует
погружение в пространство. Представим ощущения
зрителя в музее.
Тишина. Мягкое освещение зала. Погружаешься
в
давние времена, в картины, в детали картин, детали
деталей. Следишь взглядом за повторяющимися ступенями
древнего замка, арками и колоннами храмов,
фигурами людей. Рассматриваешь детали переднего
плана и тут же видишь другие детали заднего плана.
Сознание рекурсивно качается туда и сюда, туда -
в глубину - и обратно, туда и обратно, туда... В какой-то
момент действительность перестает существовать,
и где-то в мозге недремлющий страж сознания
вызывает спасительный шок. По всей видимости, присмотревшись
к творениям старых мастеров и к тем,
кто падает в обморок, созерцая эти картины, можно
создать специальные гипнотизирующие картины, под
воздействием которых многие бы теряли сознание.
Сам гипноз также как-то связан с рекурсивным
погружением
сознания. Гипнотизер что-то говорит или
даже просто молчит, но фиксирует ваше внимание, и в
какой-то неуловимый момент его копия возникает у
вас в голове где-то сзади, и уже оттуда звучит его повелительный
голос. Он виден еще впереди но уже и
внутри. Сознание раскачивается в глубину и обратно,
туда и обратно, и отключается. Остается только голос,
который теперь уже может заняться внушением. Гипноз,
как и картины старых мастеров, вызывает одновременное
совмещение в сознании далекого и близкого,
что приводит к полному или частичному отключению
сознания.
Подведем итог. Рекурсия в лингвистике и в искусстве
вообще применяется для раскрытия протяженности
и глубины действия, пространства, времени и любых
других параметров бытия. В арсенале лингвистической
рекурсии множество выразительных схем. Это
простые повторы слов: далеко-далеко, глубоко-глубоко,
тайная тайных ("... Ансельм шагнул мимо сторожа
в расселину и через чашу золотых колонн - в тайная
тайных голубых недр" (Г. Гессе, "Ирис")); в некоторых
языках - составные глаголы, указывающие на
усилие и протяженность действия (в английском -
добавка глагола do; " I do know") перестановочные
("Ночь, улица, фонарь, аптека... аптека, улица, фонарь")
и замыкающие начало и конец повествования
прямые повторы слов; повторы сюжетных схем развития;
рекурсивные вызовы одной схемы с разным наполнением
параметров. Рекурсия вызывает чувство
тревоги, так как она связана с ощущнием глубины.
Челоаек все полнее познает природу. Пытается
эмоционально ощутить всю глубину бытия. Процесс,
начатый в эпоху Ренессанса, привел к появлению
мощного рекурсивного разума, вступающего в противоречие
с древним инстинктом самосохранения. Человек
с неизбежностью вступает в грустные края своих
отражений.
Ветер гонит
листву. Старых лампочек тусклый накал
в этих грустных
краях, чей эпиграф - победа зеркал,
при содействии
луж порождает эффект изобилья.
Даже воры
крадут апельсин, амальгаму скребя.
Впрочем, чувство,
с которым глядишь на себя, -
Это чувство
забыл я /110
ДРЕВНИЕ, ДРЕВНИЕ ВРЕМЕНА
Давние времена, когда мифы еще ждали своего появления.
Человек, смутно осознающий свой разум, задумчиво
вглядывается в зеркальную гладь лесного
озера. В нем отразилась простая картина мира. Вот
лес. Вот небо. Вот облака. А вот и сам человек. Он
- -
110 Бродский И. Конец прекрасной эпохи // Нева. -
1989. - Э 4.
пристально всматривается в эти первые знаки, и ему
казалось, что сейчас раскроется какая-то тайна. Он
что-то чертит на прибрежном песке. Подул ветер. Задрожала
вода, бесконечным количеством солнечных
отражений разрушив простую картинку. И уже ничего
не разглядеть в этом зеркале мира. Все меняется,
дрожит, искажается. Направляясь к своим кострам,
человек решил вернуться ночью, чтобы посмотреть на
отражения звезд. А набежавшие волны надежно стерли
первые имена, которые чертил человек.
Вернемся к историческому анализу структуры мысли.
Как уже подчеркивалось ранее, мышление возникло
как механизм опережающего анализа отдельного
акта движения. Человеческий разум отсчитывает свою
историю с того момента, когда непрерывном действии
он стал узнавать отдельные его составляющие
части. Их всего три: источник действия (охотник), сам
акт действия и его направленность (жертва). Звуковое
выражение этой ситуации и составило первые
предложения. Узнаем: подлежащее-сказуемое-дополнение.
Трудно сказать, какие части действия стали
узнаваться первыми. От этого зависит, что появилось
раньше - глагоолы или существительные. Об этом часто
спорят филологи. Возможно, вначале стали узнаваться
существительные, обозначающие жертву, затем
действия и, наконец, их источник. Есть некоторые доводы
в пользу такого порядка становления человеческого
мышления и языка. На древних наскальных
рисунках сцены охоты появились позже изображений
отдельных животных, на которых охотился человек.
И только потом появились рисунки хищников и богов.
Вначале язык был неразрывно вплетен
в ткань бытия.
Слова вырастали в оболочки вещей, а мир приобрел
новое обозначающее измерение. Все новые фигуры
мира раскрывались в этом растущем пространстве,
возникали новые имена, стабилизировались порождающие
конструкции языка. Вещи освещались
словами, и в этом едва зарождавшемся свете Вселенная
уже разглядывала свои отражения.
Разуму, няучившемуся рациональному мышлению
по типу охотник
...Поділитися у соцмережах
