Жанр: Экономика
Двенадцать принципов производительности
...у дорогу я легко узнавал по ее глубоким выбоинам даже в
самые темные ночи. Ежегодно по ней медленно проходило на север до полумиллиона
длиннорогих, злобных, узкобедрых техасских быков, несших с собой техасскую лихорадку.
Коровы оставались в Техасе и рожали новых длиннорогих быков все той же плохой
породы. Теперь все это изменилось. Коротконогие герфордские и галлоуэйские быки дали
отличное коротконогое потомство, упитанное и спокойное. Этих новых быков возят на
север в великолепнейших вагонах, а против техасской лихорадки устроен строгий
карантин.
Наилучшей основой для мирных и гармонических отношений, для высокой
производительности труда является тщательный отбор первосортного человеческого
материала и полное исключение "длиннорогих техасских быков" в образе человеческом.
Именно таким способом комплектуются у нас офицерские кадры армии и флота. Сначала
тщательно отбирают кандидатов, учитывая образование, состояние здоровья и даже
биографию, дающую указания на некоторые моральные свойства, а затем обращаются с
принятыми честно и справедливо. Именно этим элементарным и явно недостаточным
приемам мы обязаны тем, что в армии и флоте наблюдается гораздо меньше
бесчестности, грубости, явной непорядочности, чем в других организациях: как
государственных и муниципальных, так и частновладельческих. Если офицер ведет себя
хорошо, то он останется на службе и медленно, но верно повышается в чинах. Его
социальное положение очень высоко, он является желанным гостем в любом обществе, в
самом взыскательном клубе.
Почему же, спрашивается, наше производство так систематически пренебрегает
элементарным приемом отбора, за собой целые тысячелетия опыта?
Капитан китобойного судна набирает свою разношерстную команду обманом и насилием,
а потом управляется с ней при помощи ветхо заветной дисциплины: око за око, зуб за зуб,
рука за руку, нога за ногу, ожог за ожог, рана за рану, удар за удар. Словом, здесь мы
видим lex talionis во всем его неприкрытом безобразии. Администратор, Набирающий
рабочих с таким же безразличием, не пытающийся даже выяснить, подходит ли юный
кандидат к предстоящей ему работе по своим склонностям, физическому развитию и,
главное, способностям, не желающий определять, годится ли человек, пришедший за
работой, в члены трудовой организации, обладает ли он соответствующими моральными
устоями, знаниями и навыками, такой администратор по необходимости вынужден
всецело полагаться на мастеров, столь же своевольных и недисциплинированных, как и
он сам. Ему поневоле приходится рассчитывать не столько на моральное, сколько на
физическое воздействие.
Видя дурно воспитанных детей, мы порицаем не их, а их родите лей. В суровую зиму 1900
года, при переходе по ужасным юконским дорогам, некоторые золотоискатели так
жестоко били и увечили своих непослушных собак, что за них пришлось вступиться
конной полиции. Но у хорошего хозяина тщательно подобранные собаки слушались
каждого слова. Выказывая ту жадную и привязчивую натуру, которую приписывает им
Метерлинк, они весело прыгали вокруг хозяина и готовы были идти за него на смерть.
Почин в деле настоящей справедливости, основанной на исключении многих и отборе
немногих, должен исходить не от рабочих, а от работодателей. "Какою мерою мерит
работодатель, той же мерою возмерится ему. Поэтому, как хочешь, чтобы поступали с
тобою люди, так и поступай с ними сам". Но одной сердечной доброты, одного желания
быть честным и справедливым - мало. Почти всем мальчикам суровая школа бывает
полезнее любящей, снисходительной и слабой материнской руки.
На практике настоящая честность в отношениях почти невозможна без соединений
некоторых качеств, к сожалению, лишь очень редко встречающихся в одном и том же
человеке. Эти качества - благожелательность и, главное, чувство справедливости. Как ни
редко встречается такое сочетание, трудность здесь не может считаться не преодолимой,
ибо многие люди, выдвигающиеся на руководящие посты совсем другими свойствами,
обладали тем или иным из этих необходимых элементов. Здесь можно комбинировать
качества разных людей. Чтобы выпустить хорошую книгу объединяются писатель,
иллюстратор и издатель; иногда книга бывает даже результатом работы двух авторов; так
было, например, с Эркманом и Шатрианом, из которых один обладал глубиной, а другой
ясностью и чувством пропорции. Работая вместе, они создали целую серию прекрасных
романов из жизни той области, которая лежит между землями германцев и галлов. Точно
таким же образом один человек мог бы создавать пита тельное тесто альтруизма, другой
человек, обладающий воображением, мог бы придавать этому тесту форму хлебов и
выпекать их, а третий, воодушевленный справедливостью, мог бы развешивать и де лить
хлеб, чтобы каждый получил свой заслуженный ломоть.
У нас постепенно распространяется вера в евгенику. Тщательный отбор и скрещивание
домашних животных и птиц дают через несколько поколений большое улучшение породы.
Отсюда считают, что если бы применить тот же метод к людям, то вскоре удалось бы
устранить почти все беды, от которых страдает человечество. Быть может, в этом
предположении много вероятного, но несомненно, что в нем есть и тройная ложь.
Древнейшее из домашних животных - овца, совершен но утеряла способность
самосохранения. Без человеческого надзора и защиты стадо овец неминуемо гибнет. Овцы
могут жить самостоятельно только на некоторых островах, где нет хищных зверей и птиц,
ядовитых растений, где круглый год стоит ровная и мягкая погода. Но и в таких
исключительных условиях они скоро выщипывают все траву и погибают с голоду.
Не раз уже было доказано, что для искоренения тысячелетних прирожденных
склонностей и свойств мало нескольких поколений искусственного подбора.
Эксперименты Дарвина показали, что все разнообразнейшие, так далеко разошедшиеся
друг от друга породы голубец очень быстро возвращаются к породе обыкновенного дикого
голубя.
Достаточно ли мы опытны, чтобы не то, чтобы знать, но х
Поштучная плата вопроса не разрешает. Введение ее было попыткой заменить отношения
штатной службы отношениями торгового договора и оплаты личной производительности.
Но совершенно уничтожить отношения штатной службы невозможно. Завод есть
организация более высокая, чем стая воробьев или чаек. Производственное предприятие
неизбежно связано регулярными часами труда и вообще целым рядом отношений,
заставляющих каждого работника применяться к общей установке. Однако поштучная
плата есть попытка установить некоторый эквивалент выработки за уплачиваемые деньги.
Если рабочий получает почасно 30 центов и если предполагается, что в час он может
изготовить одну единицу изделия, то сдельная ставка и устанавливается в размере 30
центов за штуку. При этом рабочему говорят, чтобы он гнал выработку изо всех сил:
предполагается, что он может выработать в час и больше 30 центов. Назначая эту
поштучную плату, предприниматель очень заботится о том, чтобы она была для него
выгоднее, чем 30 центов в час; и все же, как только рабочий начинает выгонять в час по
50 центов, предприниматель сейчас же начинает соображать, как бы ему еще снизить
расценку.
Когда начала входить в употребление быстрорежущая сталь, то ронокские мастерские
Норкфольско-западной железной дороги работали поштучно, по определенному договору.
И вот, хотя на старых станках с инструментами из углеродистой стали обточка бандажа
отнимала целых восемнадцать часов, а усовершенствованные станки и инструменты из
быстрорежущей стали сократили продолжительность этой операции до трех часов,
рабочие все же отчаянно сопротивлялись пересмотру сдельных расценок.
Ясно, что расценки, установленные двадцать лет тому назад, не могут быть правильными
сегодня. С одной стороны, жизнь дорожает, а потому должна расти и плата за труд, с
другой стороны, усовершенствованное оборудование колоссально повышает возможности
вы работки. Приходится пересматривать ставки, а их пересмотр почти всегда является
сигналом к ожесточенной войне в промышленности.
Трудный и щекотливый вопрос о заработной плате был однажды мирно и успешно
разрешен следующим справедливым соглашением:
1. Работа оплачивается почасно в круглых центах.
2. В соответствии с местными условиями эта почасовая оплата исходит из основной
ставки 20 центов в час, а затем повышается и понижается интервалами по два цента, то
есть 16,18, 20, 22, 24, 26 центов и т.д., падая до 6 и поднимаясь до 60 центов в час и более.
3. Почасовая оплата каждого отдельного рабочего устанавливается по; соглашению между
ним и нанимателем.
4. Без особой премии рабочие работать больше девяти часов в день не обязаны.
5. Нормальный рабочий день устанавливается в 9 часов.
6. На каждую операцию устанавливается эквивалент времени (норма
продолжительности).
7. Достигать указанной нормы продолжительности рабочий не обязан. Основное
жалованье зависит не от выработки, а от числа часов, проведенных им в мастерской.
8. Нормы продолжительности пересматриваются, снижаются и повышаются в связи с
изменением условий, но ни в коем случае не в связи с высокой индивидуальной
выработкой отдельных рабочих.
9. Пересмотр норм продолжительности осуществляется компетентными и
беспристрастными специалистами, причем причина, место, время и пределы пересмотра
должны быть известны обеим сторонам.
Если эти правила выполняются на заводе строго и неуклонно, если с ними знакомят
каждого вновь поступающего рабочего, то серьезные расхождения могут возникать только
по третьему пункту. Время от времени заработная плата неизбежно повышается или
падает; это вызывается, с одной стороны, удорожанием или, наоборот, удешевлением
жизни, а с другой - колебаниями спроса и предложения. Нормы оплаты труда должны
гарантировать автоматическое продвижение рабочих в высшие разряды по мере
накопления опыта и стажа, по мере повышения производительности. Должно наступить
время, когда все дело повышения и понижения ставок зарплаты будет передано
специальному арбитражу или согласительным комиссиям, которые и займутся
устранением всяких поводов к спорам и беспорядкам. На одной фабрике с большим
успехом проведена следующая система. При 100% производительности рабочему
полагается почасовая ставка в 28 центов плюс премия в 20 центов в день. При 60%
производительности почасовая ставка снижается до 20 центов и, кроме того, рабочий
лишается премии. При 80% производительности почасовая ставка равна 26 центам, а
премия - 3,25 цента за штуку изделия. Рынок и условия конкуренции не позволяют
платить рабочему 20 центов в час при производительности в 60%, но повышение
индивидуальной производительности дает такую экономию накладных расходов, что при
увеличении выработки на 66% заработную плату можно повысить не на 66%, а на 68%. С
другой же стороны, рабочие данной специальности считают себя вправе требовать по 28
центов в час, и действительно, если рабочий дает полную производительность, то столько
ему и следует платить.
Остальные восемь пунктов никаких особых пояснений не требуют. Ставки,
выражающиеся в дробях цента (например, 19 центов час), безусловно, нелепы и
недопустимы. Такая нелепая ставка существовала на одном крупном предприятии, где
индивидуальная производительность труда рабочих не превышала в среднем 60%, а во
многих случаях падала и ниже 50, причем ее, безусловно, можно было повысить на целых
20%. И вот администрация предприятия отчаянно сопротивлялась округлению этой
нелепой цифры до полных 20 центов. А между тем, такое округление, безусловно,
окупается упрощением и облегчением всех учетных и контрольных операций.
Поскольку десятичное деление доллара принято Соединенными Штатами, если не
ошибаюсь, еще в 1804 году смешно и глупо постоянно возвращаться к четвертушкам и
осьмушкам или прибавлять рабочему по полцента в час или, еще хуже, давать ему
дополнительно по 25 центов при девятичасовом рабочем дне. При интервалах в 2 цента
счетные машины работают вдвое быстрее, вычислительные таблицы зарплаты
оказываются вдвое меньше, чем при интервалах в один цент. Если ученик начинает с 10
центов в час, а через десять лет доходит до 30, то эти 20 центов ему так же легко можно
прибавлять по два, как и по одному, а сроки прибавок можно рассчитать таким образом,
что бы общий его заработок от этого не пострадал.
Вполне допустимо, что за восемь часов работы человек может вы полнить полный и
правильно рассчитанный дневной урок. Но за девять часов тот же самый урок может быть
выполнен при меньшем напряжении и, следовательно, при меньшем утомлении.
Спрашивается, что лучше, идти девять часов по три мили или восемь часов по 3,375 мили
в час? Полагаю, что лучше всего будет идти девять часов по 2,7 мили. Опыт показывает,
что при нормальном девятичасовом рабочем дне с колебаниями по бригадам от восьми до
девяти часов работа идет достаточно хорошо. Если на заводе установлен девятичасовой
рабочий день, а между тем один из рабочих бригады, состоящей из девяти человек, на
работу не явился, то, чтобы справиться с дневным уроком, бригада должна либо работать
напряженнее обычного, либо затратить несколько больше времени. И, несомненно, что
справедливее будет именно второй способ; чем заставлять людей перенапрягаться, лучше
заплатить им за сверхурочный час.
Рабочий день, превышающий десять часов, одинаково губительно действует и на рабочих,
и на предприятие. Я не знаю ни одного случая, когда частые сверхурочные давали бы
хорошие результаты. Сверхурочная работа допустима лишь в самых неотложных случаях,
причем рабочие должны получать за нее высокую премию, а администрация должна
помнить, что каждый случай сверхурочной работы снижает производительность
мастерской и увеличивает себе стоимость производства.
Основным средством для устранения всех недоразумений является выработка
эквивалентов времени или норм продолжительности по каждой операции. Все
современные крупные биржи работают на основе эквивалентов (образцов). На тюк
хлопка, на бушель пшеницы имеется установленный стандартный эквивалент в столько-то
фунтов; на доллар имеется стандартный эквивалент в столько-то граммов золота.
Как шахта продает своему заказчику уголь, так и рабочий продает предпринимателю свое
время. Но дело в том, что заказчик покупает у шахтовладельца не уголь, а
предприниматель покупает у рабочего не время: первый покупатель тепловые единицы,
второй покупатель выработку. Точный эквивалент между определенной операцией и
временем (а не заработной платой) так же существенно необходим, как эквивалент между
топливом и тепловой единицей. К счастью, оба эти эквивалента вполне поддаются
точному научному определению. Пусть мы никогда не осуществим их на практике - все
равно исходным пунктом для проектирования современных машин, для
усовершенствования их по сравнению с прототипами, работавшими пятьдесят лет тому
назад, является тот факт, что 776 футо-фунтов дают повышение температуры фунта воды
на один градус по Фаренгейту. Машиностроитель вовсе не обязан непременно
осуществлять этот эквивалент. Точно так же и рабочий не обязан осуществлять
эквивалент времени. Его жалованье от этого не зависит. Это жалованье выплачивается
ему в тех же размерах, даже если он эквивалента не выполняет, хотя при
нормализованных условиях и надлежаще нормированных операциях эквиваленты,
безусловно, выполнимы. Сто ярдов в десять секунд - это не есть нормальный эквивалент.
Нормальный эквивалент - это четыре мили в час и двадцать миль в день при шести днях
ходьбы в неделю.
Для того, чтобы эквиваленты оставались справедливыми, их необходимо время от
времени пересматривать в связи с изменением условий, но ни в коем случае не в связи с
повышением зарплаты.
Подобно всем прочим принципам производительности справедливое отношение к
рабочим и служащим должно быть нормализовано, оно должно находиться в согласии со
всеми прочими одиннадцатью принципами, должно составлять специальный предмет
работ особой высококвалифицированной штабной группы, пользующейся помощью и
советами целого ряда специалистов: характерологов, гигиенистов, физиологов,
психологов, бактериологов, знатоков техники безопасности, инженеров по отоплению и
освещению, экономистов, специалистов по вопросам зарплаты, бухгалтеров, юристов.
Словом, в этой работе, как и во всякой другой, необходимо пользоваться всей сокро
вищницей соответствующих человеческих знаний. Пользуясь поддерж кой правильной
организации предприятия, основываясь на идеалах и здравом смысле, развиваясь под
влиянием советов компетентных спе циалистов, упрощая свои задачи при помощи
немедленного исключе ния неподходящего человеческого элемента, принцип
справедливос ти проводится в жизнь путем быстрого, точного и полного учета, путем
нормирования операций, путем точных писаных инструкций, путем подробных
расписаний и вообще всего, чего требуют от предприятий двенадцать принципов
производительности.
Двенадцать принципов производительности принадлежат нашему времени, как газовые
установки, динамомашины, паровые турбины; они почти так же современны и новы, как
аэроплан; они вызваны к жизни сложностью современного производства и современных
жизненных условий. В каком порядке их издавать - это не важно. Мы начнем с учета, но
надо помнить, что без коренной стандартизации и нормализации всех прочих сторон дела
учет не может быть ни быстрым, ни точным, ни полным. Поэтому вопросы учета нам
поневоле придется трактовать теоретически, показывая лишь тот хребет основных
учетных операций, от которого подобно ребрам отходят учетные функции более
специального характера. Существует учет нормализованных условий, учет нормированных
операций, учет дисциплины, учет справедливости. Но основным является все же учет
себестоимости и производительности, который и осуществляется путем универсальной,
общепринятой и необычно простой формулы, полностью покрывающей
производительность операций и производственную себестоимость материалов,
исполнителей и оборудования.
Глава VIII Шестой принцип - Быстрый, надежный, полный, точный и
постоянный учет.
Схватившись за раскаленную докрасна кочергу, ребенок сразу получает и информацию, и
совет, и предостережение, и учетную запись. Все это оказывается вполне надежным,
прочным, немедленным и полным. Учетный документ в виде шрама остается на очень
долгое время.
Таким образом, многие сообщения природы отличаются большой надежностью,
немедленностью и прочностью. Они доходят до нас и до прочих животных через
посредство чувств: видим, слышим, обоняем, чувствуем вкус и, главное, осязаем. Два
нерва соединяют мозг с глазами, два с ушами, два с носом; но с поверхностью кожи мозг
соединяется многими сотнями нервов. Ожогов человек очень бережется, так как за них
природа наказывает неизбежно, быстро и точно, но бактерий мы боимся гораздо меньше,
хотя они опаснее ожогов (от одного туберкулеза умирает, быть может, в тысячу раз
больше людей, чем от ожогов); дело в том, что здесь результат не так верен и не так скор.
Цель учета состоит в том, чтобы увеличить число и интенсивность предостережений,
чтобы дать нам такие сведения, которых мы через внешние чувства не получаем. Если
налить в паровой котел воды, развести под ним огонь и закрыть все клапаны, то
получится вещь гораздо более опасная, чем раскаленная кочерга. Никаких внешних
признаков, указывающих на приближение катастрофы, такой котел не дает. Он слишком
горяч, чтобы щупать его рукой, хотя, вероятно и возможно устроить такое место, к
которому машинист мог бы безопасно прикасаться, чтобы видеть, не слишком ли
поднялась температура. Термометр - это уже гораздо более совершенное орудие учета
температуры; но на практике мы при работе с паровым котлом пользуемся целыми тремя
учетными приспособлениями, причем все они действуют надежно и быстро, а один из
них, кроме того, является и полным или достаточным. Во-первых, машинист наблюдает за
манометром, во-вторых, он наблюдает за водомерным стеклом, в-третьих, котел снабжен
предохранительным клапаном, который выпустит лишний пар даже в том случае, если
машинист заснет. Именно благодаря этим трем приспособлениям, из которых одно даже
действует независимо от человека, паровые котлы и взрываются так редко. Мы со всех
сторон окружены естественными формами предостережения, учета обстоятельств (слово
"учет" здесь все время употребляется. в самом широком смысле).
Учет имеет своей целью победу над временем. Он возвращает нас к прошлому, позволяет
заглядывать в будущее. Он побеждает и пространство, сводя целую железнодорожную
систему в простенькую кривую графика, расширяя на чертеже тысячную долю
миллиметра до целого фута, измеряя по линиям спектроскопа скорость движения
отдаленнейших звезд. Он побеждает и температуру, давая нам возможность учитывать
миллионную долю градуса или разницу температур луны и солнца, достигающую многих
тысяч градусов.
Животные тоже создают учетные документы и читают их, они тоже сообщают их друг
другу, побеждая время и пространство. Наивное удивление лани при виде
приближающегося самца делает большую честь ее скромности; но ведь ее следы пахнут
мускусом, и запах этот не выветривается по нескольку дней, дает возможность выследить
ее за много миль, что делает такую же честь ее бессознательной предусмотрительности.
Человек же общается с человеком через тысячелетия; фигурки, высеченные на камне,
иероглифы, отпечатанные на глине или вырезанные на граните, рассказывают нам такие
вещи о хетах и египтянах, каких мы не знаем о своих прямых предках - германцах и
галлах, или о своих непосредственных соседях - индейцах. Письмо -это великое
изобретение. Ноты, то есть запись музыки, - это изобретение еще более великое, ибо оно
позволяет нам при помощи зрения воспроизводить материал слуха и тем самым заполняет
пропасть между двумя внешними чувствами. Закрепление звука на граммофонной
пластинке, закрепление движения на кинофильме - это торжество искусства учета.
Граммофонная пластинка есть чудеснейшее, если не полезнейшее, из всех наших учетных
орудий, кроме самого мозга, ибо она закрепляет и позволяет точно воспроизвести и
трепет, и стон, и все оттенки музыкального произведения. Эта тоненькая линия, эта
совершенная учетная запись позволяет нам когда угодно воспроизвести те же сотрясения
воздуха, ту же гармонию хора и инструментов.
Учетным документом мы называем все, что дает нам сведения. Люди уже давно поняли
необходимость учета, но еще не вполне понимают, что и как надо учитывать. Знакомясь с
делами крупного производственного предприятия, мы не знаем, чему больше удивляться:
полному ли отсутствию надежных, быстрых и точных данных или невероятной массе
всяческих учетных документов и таблиц, составляемых ценою напряженного труда и
огромных расходов, но не отличающихся ни надежностью, ни быстротой, ни полнотой.
Даже при наличии всех этих качеств учетная работа постоянно загромождается массой
параллельных сведений, то есть сведений ненужных, не имеющих никакой цены и только
повышающих себестоимость учета. Примером такого параллелизма может нам послужить
учет потребления угля паровозами. Обычно расходы по эксплуатации паровозов
высчитываются с мили, но вдруг мы наталкиваемся на параллельную таблицу,
показывающую, сколько миль пробега приходится на тонну угля. В крупных предприятиях
ежемесячные учетные сводки отличаются огромным многообразием. При обследовании
зачастую оказывается, что двадцать лет назад тогдашний председатель правления создал
определенную учетную систему, а потом его преемник ввел другую, которая и ведется
параллельно первой, в дальнейшем третий и четвертый председатели прибавили к этому
свои требования, а между тем все таблицы и сводки, фигурирующие в первой, самой
старой системе, все еще продолжают составляться и трудолюбивые конторщики всю свою
жизнь работают над аккуратным подсчетом данных, которыми уже лет десять никто не
интересуется.
Конторский персонал может работать очень усердно, но при этом приносить делу очень
мало пользы. В этом случае работа его будет с высшей точки зрения непроизводительной.
Так, паровая машина, расходующая по 50 фунтов парового давления на лошадиную силу,
работает непроизводительно, хотя и потребляет много угля.
Учет необычайно многообразен, причем некоторые его частные формы необходимы нам
для продолжения жизни. В частности, нас специально интересует учет производственных
расходов. И вот между двумя крайностями - с одной стороны, учетными документами
вселенной (как, например, ежегодное возвращение сезонов или медленное возрастание и
увядание всякого организма), а с другой стороны, учетом расходов между этими двумя
крайностями и помещается учет производительности, представляющий для нас при
современном состоянии производства совершенно исключительный интерес. Мы до сих
пор не научились сколько-нибудь широко пользоваться понятием производительности.
Мы очень интересуемся, сколько стоит десяток яиц, но сколько весит каждое яйцо, на это
мы внимания не обращаем; мы спрашиваем, сколько стоит тонна угля, но почти никогда
не знаем, 10 или 15 тыс.термических единиц содержит фунт этого угля; мы отчаянно
сопротивляемся рабочим, требующим десятипроцентной прибавки, а сами спокойно
терпим 50% непроизводительности труда. На десять тысяч человек не найдется, быть
может, и одного, кто хотя бы приблизительно знал истинную питательность пищевых
продуктов. Мы знаем их цену, но не ценность, и если бы кому-нибудь пришло в голову
вычертить кривую ценности фунта пищевых продуктов и против каждого продукта
указать его цену, то кривая выглядела бы как запись сейсмографа во время землетрясения
или как запись магнитной иглы по время извержения на солнце.
В 1896 году все Соединенные Штаты помешались на валюте, причем никто из
многотысячных защитников золота не знал, что вследствие колебаний спроса и
предложения цены на золото колеблются резче, чем цены на какой-либо иной товар,
только колеблются не от часа к часу, как акции золотых приисков на бирже, а от декады к
декаде.
Одна из
...Поділитися у соцмережах
