Жанр: Драма
Муравьи 2. День муравья
...йствительно дает пищу для размышления: когда вскрыли
крысам черепа для изучения мозга, заметили, что самый сильный стресс переживали
эксплуататоры. Они боялись, что эксплуатируемые перестанут им подчиняться.
Эдмон Уэллс.
"Энциклопедия относительного
и абсолютного знания", том II
58. НА СУШЕ
Вода лижет им спины. 103683-й и его товарищи неистово вгрызаются в потолок. Тела
были покрыть водяной пылью, и тогда - о чудо! - они вдруг добрались до сухой комнаты.
Это спасение.
Они быстро заделывают вход. Выдержит ли песчаная стена? Да, поток огибает ее и
устремляется в менее прочные коридоры. Прижавшись друг к другу в маленьком помещении,
муравьи чувствуют себя лучше.
Мятежники пересчитываются: выжило не больше полусотни. Кучка деистов бормочет:
Мы недостаточно кормили Пальцев. За это они порвали небо.
Согласно мирмекийской космогонии, планета Земля имеет форму куба, а облака
удерживают "верхний океан". Каждый раз, когда вес верхнего океана становится слишком
велик, потолок трескается и происходит то, что называется дождем.
Деисты же утверждают, будто трещины в облаках образуются от когтей Пальцев. Как бы
там ни было, в данный момент муравьи помогают друг другу прийти в себя. Одни совершают
трофоллаксис. Другие растирают друг друга, стараясь сохранить запасы тепла.
103683- й прикладывает свои ротовые присоски к стенке и чувствует, как весь Город
сотрясается под атаками воды.
Бел- о-кан парализован, его совершенно оглушил этот полиморфный враг, который
простирает свои прозрачные лапы в каждый закоулок. Будь он неладен, этот коварный тихоня
дождь, который просачивается в любую щель не хуже муравья. Солдаты по наивности
отбиваются от дождя мандибулами-саблями, стуча по наползающим на них каплям. Рассечь
одну из них значит бороться с четырьмя другими. Когда бьешь лапкой по дождю, дождь
цепляется за лапку. Когда стреляешь в дождь кислотой, дождь становится кислотным. Когда
толкаешь дождь, дождь затягивает тебя.
Жертв потопа уже не сосчитать.
Все поры Города широко раскрыты.
Бел-о-кан тонет.
59. ТЕЛЕВИДЕНИЕ
На экране появилось взволнованное лицо мадам Рамирез. За то время, пока она билась над
последней загадкой, над этой цифровой последовательностью, зрительская аудитория передачи
удвоилась. Что это: садистское удовольствие видеть, как кто-то до сего времени безупречный
вдруг начинает сдавать позиции? Или же публике легче отождествить себя не с победителем, а
с побежденным?
Ведущий, как всегда в прекрасном настроении, задает вопросы:
- Итак, мадам Рамирез, вы нашли отгадку?
- Нет. Все еще нет.
- Сосредоточьтесь, мадам Рамирез! На какие мысли вас наводит эта последовательность
цифр?
Камера остановилась сначала на доске, потом на мадам Рамирез - она задумчиво
рассуждала:
- Чем больше я смотрю на эту последовательность, тем больше я теряюсь. Это сложно,
очень сложно. Но мне кажется, я заметила некую закономерность... Единица всегда стоит в
конце... Группы двоек в середине...
Она подошла к доске, где были написаны цифры, и голосом школьной учительницы
прокомментировала:
- Можно предположить, что это экспоненциальная прогрессия. Но это не совсем так.
Сначала я подумала, что это последовательность единиц и двоек и вот возникает цифра "три" и
тоже присутствует в последовательности... Тогда я подумала, что, может быть, здесь вовсе нет
никакого порядка. Мы имеем дело с миром хаоса, с цифрами, расположенными в случайной
последовательности. Однако моя женская интуиция подсказывает, что это не так, что они
расставлены не случайно.
- Так, на какие же мысли вас наводит эта картина, мадам Рамирез?
Физиономия мадам Рамирез внезапно просияла. - Боюсь, вы будете смеяться, - сказала
она. Зал взорвался аплодисментами.
- Дайте мадам Рамирез подумать, - вмешался ведущий. - Она о чем-то думает. О чем
же, мадам Рамирез?
- О рождении вселенной, - сказала она, нахмурив лоб. - Я думаю о рождении
вселенной. Один - это божья искра, она разгорается, а потом множится. Может, вы
предлагаете мне в качестве загадки математическое уравнение, управляющее вселенной? То,
что Эйнштейн тщетно искал всю жизнь? Грааль всех физиков мира?
На этот раз ведущий сделал загадочную мину, как нельзя лучше подходящую к теме
передачи.
- Кто знает, мадам Рамирез! Ведь это "Ловушка для...
- ...мысли"! - дружно подхватила публика.
- ...именно для мысли, а мысль не ведает границ. Итак, мадам Рамирез, ответ или
джокер?
- Джокер. Мне нужна дополнительная информация.
- Табло! - потребовал ведущий.
Он написал последовательность:
1
Потом, не заглядывая в шпаргалку, дописал:
- Я напоминаю вам ключевые фразы. Первая: "Чем больше у вас ума, тем меньше у вас
шансов найти". Вторая: "Надо забыть все, что знаешь". И вот вам третья для вашей
проницательности: "Как и вселенная, эта загадка берет начало в абсолютной простоте".
Аплодисменты.
- Могу я дать вам совет, мадам Рамирез? - спросил ведущий, вновь просияв.
- Прошу вас, - ответила кандидатка.
- Я думаю, мадам Рамирез, вы недостаточно просты, недостаточно глупы, словом,
недостаточно пусты. Вам ставит подножки ваш собственный ум. Вернитесь назад, станьте той
маленькой наивной девочкой, которая все еще живет в вас. А что до моих дорогих
телезрителей, я говорю им: до завтра, если пожелаете!
Летиция Уэллс выключила телевизор:
- Передача становится все интересней, - сказала она.
- Вы нашли отгадку?
- Нет, а вы?
- Тоже нет. Если хотите мое мнение - мы слишком умные. Этот ведущий прав.
Мелье пора было уходить. Он рассовал пробирки по глубоким карманам.
На пороге он еще раз спросил:
- Почему бы нам не помочь друг другу, а не надрываться в одиночку?
- Потому что я привыкла действовать в одиночку, а еще потому, что полиция и пресса
никогда не бывают заодно.
- Никаких исключений?
Она тряхнула своими короткими волосами цвета черного дерева.
- Никаких исключений. Ступайте, комиссар, и пусть победит лучший!
- Раз вы так хотите, пусть победит лучший!
Он исчез на лестнице.
60. В ПОХОД
Дождь выдохся и отступает. Отступает по всем фронтам. И на него тоже имеется свой
хищник. Имя ему - Солнце. Давний союзник мирмекийской цивилизации заставил себя ждать,
но пришел, как всегда, кстати. Он быстро закрыл зияющие раны на небе. Верхний океан больше
не льется на мир.
Спасенные от беды белоканцы выходят, чтобы обсохнуть и обогреться. Дождь - это как
зимняя спячка, только вместо холода влага. Это намного хуже. Холод усыпляет, а вот влага
убивает!
Снаружи восхваляют победоносную звезду. Некоторые затягивают древний победный
гимн:
Солнце, войди в наши панцири,
Оживи наши больные мышцы
И объедини наши мысли.
Весь Город подхватывает эту пахучую песню. Бел-о-кан изрядно потрепан. То немногое,
что осталось от купола, изрешечено градинами, из пробоин вытекают прозрачные струйки воды
с черными сгустками - это утонувшие муравьи.
Переселенцы из других Городов выглядят не лучше. Неужели одного ливня хватило,
чтобы разрушить горделивую лесную Федерацию рыжих муравьев? Простого дождя, чтобы
положить конец империи?
Сквозь пробоины в куполе виден солярий: мокрыми гранулами плавают коконы в мутной
жиже. Сколько кормилиц встретили смерть, спасая расплод на вытянутых лапках? Некоторые
коконы удалось сохранить, удерживая их над головой кончиками лапок.
Несколько муравьев-привратников, которые своими головами затыкали входы в Закрытый
город, все же выжили. Они потрясены масштабами катастрофы. Сама Шли-пу-ни поражена
размером убытков.
Разве можно в таких условиях построить что-то на века? К чему весь ум, если немного
воды - и мир отбрасывается к первым дням муравьиной цивилизации?
103683- й вместе с мятежниками выползает из убежища. Солдат тут же подходит к
королеве.
После всего, что случилось, придется отказаться от крестового похода против Пальцев.
Шли- пу-ни замирает, обдумывая его слова. Потом спокойно шевелит антеннами,
отвечает, что нет, поход -это первостепенная задача, и ничто не сможет его отменить. Она
добавляет, что элитные войска, размещенные внутри Закрытого города, целы и в резерве есть
жуки-носороги.
Мы должны истребить Пальцы, и мы это сделаем.
Разница только в численности: вместо восьмидесяти тысяч солдат у 103683-го будет
только... три тысячи. Конечно, численность уменьшилась, но все они опытные воины и
прекрасные бойцы. Правда, вместо планируемых вначале четырех эскадрилий теперь будет
только одна, но тридцать скарабеев это лучше чем ничего.
103683- й покорно склоняет усики. Но он с прежним пессимизмом оценивает
перспективы этой жалкой экспедиции.
Шли- пу-ни удалилась и продолжила свою инспекцию. Местами стены уцелели, и это
спасло целые кварталы. Но потери огромны: в основном погибли коконы и молодняк.
Шли-пу-ни решает ускорить темп кладки, надо как можно скорее заселить свой город. В
сперматеке есть миллионы активных сперматозоидов.
И раз надо откладывать яйца, она будет их откладывать.
В Бел-о-кане всюду что-то чинят, кормятся, лечат, подсчитывают ущерб, решают
проблемы.
Муравьи легко не сдаются.
61. КАМЕННЫЙ СОК
В номере отеля "Боривачи" профессор Максимилиан Мак-Хариос изучал содержимое
пробирки. Вещество, которое он получил от Каролины Ногар, превратилось в черную
жидкость, похожую на каменный сок.
Зазвонил колокольчик. Этих двух гостей ждали. Супружеская пара эфиопских ученых -
Жиль и Сюзанна Одержен.
- Ну как? - с порога спросил мужчина.
- Все прекрасно, все идет по плану, - спокойно ответил профессор Мак-Хариос.
- Вы уверены? Телефон братьев Сальта не отвечает.
- Подумаешь! Они, наверное, уехали в отпуск.
- Каролина Ногар тоже не берет трубку.
- Они так много работали! Вполне естественно, что теперь они хотят немного отдохнуть.
- Отдохнуть? - передразнила Сюзанна Одержен.
Она открыла сумочку и протянула газетные вырезки, в которых сообщалось о смерти
братьев Сальта и Каролины Ногар.
- Вы что, газет не читаете, профессор Мак-Хариос? Газеты уже окрестили эти события
"триллером лета"! И это у вас называется "все идет по плану"?
Рыжего профессора, казалось, ничуть не обеспокоили эти новости.
- Чего ж вы хотите? Нельзя зажарить омлет, не разбив яйца.
Эфиопов, похоже, это беспокоило гораздо сильнее,
- Будем надеяться, что "омлет" будет зажарен до того, как разобьют все яйца!
Мак- Хариос улыбнулся. Он показал им пробирку на соломенном тюфяке.
- Вот он, наш "омлет".
Все взгляды устремились на черную жидкость с нежно-голубыми отблесками. Профессор
Одержен очень бережно спрятал драгоценную пробирку во внутренний карман пиджака.
- Я не знаю, что происходит, Мак-Хариос, но будьте осторожны.
- Не беспокойтесь. Пара моих борзых сумеет защитить меня.
- Ваших борзых! - воскликнула женщина. - Они даже не гавкнули, когда мы пришли.
Хороши церберы!
- Как раз сегодня вечером их здесь нет. Ветеринар оставил их у себя для осмотра. Но
завтра мои верные стражи снова будут охранять меня.
Эфиопы ушли. Усталый Мак-Хариос улегся спать.
62. МЯТЕЖНИКИ
Выжившие мятежники собрались под цветком земляники неподалеку от Бел-о-кана.
Ягодный аромат перебьет запах бесед, если вдруг поблизости окажется ненужный усик.
103683-й присоединился к группе. Он спрашивает, что они собираются делать теперь, когда их
осталось так мало.
Старший из них, недеист, отвечает:
Нас осталось мало, но мы не дадим Пальцам умереть. Чтобы прокормить их нам
придется работать еще больше.
Одна за другой поднимаются антенны, выражая одобрение. Потоп не смыл их решимости.
Один деист поворачивается к 103683-му и указывает ему на кокон от бабочки:
А ты должен отправиться в путь. Ради этого. Доведи этот поход до края мира. Так
надо для миссии Меркурий.
Попробуй привести с собой пару Пальцев, - просит другой, - мы будем ухаживать за
ними и посмотрим, смогут ли они размножаться в неволе.
Самый младший в группе, 24-й, просится в поход с 103683-м. Он хочет увидеть Пальцы,
понюхать их, может, даже потрогать. Доктора Ливингстона ему мало. Он всего лишь
переводчик. А так хочется прямого контакта с богами, пусть даже уничтожая их. Он настаивает,
он пригодится 103683-му, например, будет держать кокон во время битв.
Остальных мятежников удивляет такая кандидатура.
Почему, что не так в этом муравье? - спрашивает 103683-й.
Молодой 24-й не дает им ответить и упрашивает солдата взять его с собой в эту новую
одиссею.
103683- й принимает это предложение и больше ни о чем не спрашивает. Запахи
поблизости сообщают ему, что ничего особо страшного в этом 24-м нет. Он сам узнает во время
путешествия, из-за какого "изъяна" над ним подтрунивают товарищи.
Но тут еще один мятежник просится в путешествие. Это 23-й, старший брат 24-го.
103683- й обнюхивает его и одобряет. Эти добровольцы будут для него желанными
помощниками.
В поход выступят завтра утром с первыми лучами солнца. Два брата, 23-й и 24-й, просто
должны ждать здесь.
63. ЖИЗНЬ И СМЕРТЬ МАК-ХАРИОСА
Профессор Максимилиан Мак-Хариос уверен: он слышал шум, там, в ногах своей
кровати. Что-то разбудило его, он напряженно замер. Потом включил ночник и приподнялся.
Сомнений нет: одеяло тряслось мелкой дрожью.
Но ученый такого уровня не позволит себя напугать. Встав на четвереньки, он полез под
простыни головой вперед. Сначала он улыбнулся, его развеселило и заинтриговало то, что
могло вызвать эти движения. Но когда ОНО напало на него, то, оказавшись в этой тряпичной
пещере, он не успел даже защитить лицо.
Если бы в этот момент кто-то оказался в номере, он решил бы, что поверхность кровати
так оживленно шевелится в ночь любви.
Но то была не ночь любви. То была ночь смерти.
64. ЭНЦИКЛОПЕДИЯ
Мутация. После аннексирования Тибета туда переселились китайские семьи, чтобы
показать, что эта страна также населена китайцами. Но в Тибете трудно переносить
атмосферное давление. С непривычки оно вызывает головокружения и отеки. Возникла
психологическая загадка: китайские женщины оказались не способны там рожать, тогда как
тибетские женщины, без осложнений рожали в самых высокогорных деревнях. Все
происходило так, будто тибетская земля отторгала пришельцев, органически непригодных
для проживания на ней.
Эдмон Уэллс.
"Энциклопедия относителъного
и абсолютного знания", том II
65. ДЛИННЫЙ ПЕРЕХОД
На рассвете солдаты начинают собираться там, где когда-то были ворота номер 2, теперь
от них осталась лишь куча раздавленных мокрых веточек.
Те, кому холодно, делают небольшую разминку. Другие точат мандибулы или
вспоминают боевые приемы и военные хитрости.
Наконец над увеличивающейся численно армией поднимается солнце, сверкают кирасы.
Все ликуют. Все понимают: наступает великий момент.
Появляется 103683-й. Многие узнают его и приветствуют. Рядом с ним два
брата-мятежника. 24-й несет кокон бабочки, сквозь который смутно виднеется что-то темное.
Что в этом коконе? - спрашивает один воин.
Еда всего-навсего, - отвечает 24-й.
Появляются жуки-носороги. Пусть их осталось всего тридцать, они все равно производят
впечатление! Все сгрудились и любуются ими вблизи. Все хотят увидеть, как те взлетают, но
они объясняют, что делают это только тогда, когда это действительно необходимо. А пока они,
как и все, будут передвигаться по земле.
Пересчитываются, подбадривают друг друга, поздравляют, подкрепляются. Распределяют
медвяную росу и лапки утонувшей тли, собранные среди мусора. У муравьев ничего не
пропадает. Поедают даже яйца мертвых нимф. Намокшие, как губки, куски мяса ходят по
рядам, просушиваются, потом жадно поглощаются.
Как только покончили с этой холодной говядиной, настойчивый сигнал приказывает
армии подравняться для марша. Вперед, в поход против Пальцев!
Отправление.
Муравьи продвигаются длинной процессией. Бел-о-кан направляет свою вооруженную
руку на запад. Солнце лучится приятным теплом. Солдаты запевают древний пахучий гимн:
Солнце, наполни наши панцири, оживи нами на труженные мышцы. И объедини наши
разрозненные мысли.
Вокруг подхватывают:
Мы все - пылинки солнца. Пусть искры осветят наши умы, и наши умы однажды тоже
станут искрами света. Мы все - это теплота. Мы все - солнечные песчинки. Пусть Земля
укажет нам путь! Мы пройдем ее вдоль и поперек и дойдем до самого края. Мы все -
солнечные песчинки.
Наемные муравьи ponurines не знают слов. Они поддерживают пение, поскрипывая
черешками листьев. Чтобы музыка звучала лучше, хитиновым кончиком груди они проводят по
рифленому поясу, расположенному внизу колец на их брюшке. Таким образом получается звук,
напоминающий стрекотание сверчка, но только более резкий и не такой звонкий.
Военная песня допета, дальше муравьи продвигаются молча. Они шагают не в ногу, но
сердца их бьются в унисон.
Каждый думает о Пальцах, вспоминает ужасные легенды об этих чудовищах.
Объединенные в войско, они радостно продвигаются вперед и чувствуют себя всемогущими.
Поднимается ветер: кажется, он тоже решил поторопить большой поход и облегчить ему
задачу.
103683- й шагает во главе и вдыхает запах трав, листьев и веток, проплывающих над его
антеннами
Повсюду обилие запахов. Мелкие животные страхе разбегаются, пестрые цветы завлекают
опьяняющими ароматами, темные стволы, конечно же, укрывают вражеские отряды,
папоротники-орлы кишат diables-cherche-midi...
Да, все на месте. Как и тогда, в первый раз. Все пропитано этим чудесным запахом -
запахом большого приключения, которое начинается еще раз!
66. ЭНЦИКЛОПЕДИЯ
Закон Паркинсона. Согласно закону Паркинсона (ничего общего с одноименной болезнью),
чем интенсивней развивается предприятие, тем больше на нем посредственных работников,
которым, тем не менее, довольно прилично платят. Почему? Просто потому, что начальники
боятся, что на их место придут конкуренты. Лучший способ не создавать опасных
соперников - нанимать малокомпетентных людей. Лучший способ подавить в них любые
поползновения к инициативе - это переплачивать им. Таким образом, начальники
обеспечивают себе стабильный покой.
Эдмон Уэллс.
"Энциклопедия относительного
и абсолютного знания", том II
67. НОВОЕ ПРЕСТУПЛЕНИЕ
- Профессор Максимилиан Мак-Хариос был светилом химического университета в
Арканзасе. Неделю назад он приехал во Францию и остановился в этом отеле, - докладывал
инспектор Каюзак, заглядывая в папку.
Жак Мелье осматривал комнату и делал заметки. Дежурный полицейский просунул
голову в дверь:
- Журналистка из "Воскресного эха" хочет видеть вас, комиссар. Впустить ее?
- Да.
Летиция Уэллс, как всегда, была неотразима в одном из своих черных шелковых
костюмов.
- Добрый день, комиссар.
- Добрый день, мадемуазель Уэллс! Каким ветром вас занесло? Я думал, мы должны
работать каждый сам по себе, пока не победит сильнейший.
- Это не мешает нам одновременно находиться на месте загадок. В конце концов, когда
мы смотрим "Головоломку для ума", то каждый по-своему решает одну и ту же задачу... Вы
провели экспертизу с пробирками из КОХ?
- Да. По лабораторным данным это мог быть яд. Там куча всего, названия я не запомнил.
Одно токсичней другого. Уверяют, что там есть из чего наделать инсектицидов.
- Ну что же, комиссар, теперь вы знаете столько же, сколько я. А что дало вскрытие
Каролины Ногар?
- Остановка сердца. Многочисленные внутренние кровоизлияния. Старая песня.
- Хммм... А как насчет этого? Опять все тот же ужас?
Рыжеволосый ученый лежал на животе, голова была повернута в сторону собравшихся: на
лице безумный страх, он будто призывал их в свидетели. Глаза вылезли из орбит,
отвратительные слизистые выделения изо рта заливали широкую бороду, из ушей еще сочилась
кровь... Странный клок седых волос спадал ему на лоб, и надо было выяснить, была ли у него
эта седина до наступления смерти. Мелье еще раз обратил внимание на то, что руки были
сцеплены на животе.
- Вы знаете, кто он? - спросил он.
- Наша новая жертва является, или точнее являлась, Максимилианом Мак-Хариосом,
профессором мировым именем в области создания инсектицидов
- Ну да, инсектицидов... Кто может быть заинтересован в убийствах авторитетных
создателей инсектицидов?
Вместе они приступили к осмотру тела знамени того химика.
- Может, это Лига защитников природы? - предположила Летиция.
- Ну да, а может, и сами насекомые? - усмехнулся Мелье.
Летиция покачала черной челкой.
- Почему бы и нет. Но газеты читают только люди!
Она протянула газетную вырезку, где сообщалось о прибытии в Париж профессора
Максимилиана Мак Хариоса на семинар по проблемам борьбы с насекомыми в мире. Там было
даже указано, что он остановился в отеле "Бельвю".
Жак Мелье прочел заметку и передал ее Каюзаку, тот приобщил ее к делу. Потом он
продолжил внимательно изучать комнату. В присутствии Летиции он очень хотел блеснуть
своим профессионализмом. По-прежнему никакого орудия, нет следов взлома, отпечатков на
стеклах, никаких видимых ран. Как у братьев Сальта, как у Каролины Ногар - никаких улик.
И здесь тоже не проходила первая когорта мух. Значит, убийца оставался на месте не
менее пяти минут после наступления смерти, как будто для того, чтобы понаблюдать за трупом
или замести следы.
- Вы обнаружили что-нибудь? - спросил Каюзак.
- Мух снова спугнули.
Инспектор был потрясен. Летиция спросила:
- Мухи? При чем тут мухи?
Комиссар обрадовался тому, что настал его час, и прочел ей небольшую лекцию о мухах:
- Идея раскрывать уголовные дела с помощью мух досталась нам от некоего профессора
Бруареля.
В 1890 году в каминной трубе одной парижской квартиры был обнаружен
мумифицированный труп младенца. В той квартире за предыдущие несколько месяцев
сменилось много жильцов: кто из них спрятал маленький трупик? Бруарель разгадал загадку.
Он взял на анализ яйца мух изо рта жертвы, определил время их созревания и таким образом
смог с точностью до недели определить время, когда младенца запихнули в эту трубу.
Виновных арестовали.
Красивая журналистка была не в состоянии скрыть своего отвращения, а Мелье
вдохновенно продолжал:
- Я сам однажды воспользовался этим методом и с его помощью раскрыл преступление:
учитель начальных классов был найден мертвым в школе, а убили его в лесу, и уже потом
перенесли в класс, чтобы выглядело как месть ученика. Это засвидетельствовали мухи. На теле
убитого были личинки лесных мух.
Летиция подумала, что при случае эта теория могла бы стать темой для ее статьи.
Довольный своим выступлением, Мелье вернулся к кровати. Всматриваясь в светящуюся
лупу, он наконец заметил крошечную дырочку идеальной квадратной формы снизу на
пижамных брюках погибшего. Журналистка подошла к нему. Он подумал, потом все-таки
сказал ей:
- Видите эту маленькую дырочку? Я видел такую же на пиджаке одного из братьев
Сальта. И точно такой же формы...
ЗЗЗЗЗзззззз...
Этот характерный звук отозвался в ушах комиссара. Он поднял голову и на потолке
заметил муху.
Она немного проползла, взлетела и сделала виток на их головами. Раздраженный
полицейский хотел ее прогнать, но комиссар остановил его. Он следил за полетом и хотел
увидеть, куда она сядет.
- Смотрите!
Ее бесконечные круги истощили терпение все: полицейских и журналистки, но наконец
муха опустилась на шею трупа. Потом скользнула под подбородок. И исчезла под телом
Мак-Хариоса.
Заинтригованный, Жак Мелье подошел и перевернул тело, чтобы посмотреть, куда
уползла муха.
Вот тогда он и увидел надпись.
Профессор Мак-Хариос нашел в себе силы обмакнуть палец в кровь, вытекавшую из
ушей, и написать на простыне одно-единственное слово. Затем он рухнул вниз, возможно,
чтобы заслонить эту надпись о' убийцы, а возможно, потому что уже был мертв...
Все присутствующие подошли и прочли семь букв
Муха высасывала своим хоботком кровь из первой буквы - "М". Потом, покончив с
этим, она принялась за "У", "Р", "А", "В", "Ь" и "И".
68. ПИСЬМО К ЛЕТИЦИИ
"Летиция, моя дорогая доченька,
Не суди меня строго.
Оставаться с тобой после смерти твоей матери я не мог: я смотрел на тебя, а видел ее, и
это было подобно ударам раскаленного добела ножа по сердцу.
Я не из тех крепких мужчин, которые, стиснув зубы, могут выстоять в любых
обстоятельствах. В такой ситуации я не в силах сопротивляться, и я покорно плыву по течению.
Я избрал бегство - такое поведение принято считать трусостью. Но ничто другое не
спасет ни тебя, ни меня
Ты вырастешь совсем одна, одна выучишься, тебе придется найти в себе силы и идти
вперед. Когда многого не хватает - это не самая плохая школа. В жизни мы всегда одиноки, и
чем раньше это осознаем, тем лучше будет для нас.
Ищи свою дорогу.
Никто из моей родни не знает о твоем существовании. Я всегда умел хранить в тайне то,
что мне дороже всего. В тот момент, когда ты получишь это письмо, я буду уже мертв. Поэтому
не стоит меня разыскивать. Свою квартиру я завещал моему племяннику Джонатану. Ты туда
не ходи, с ним не разговаривай и ничего не требуй.
Наследство, которое я тебе оставляю, совсем другое. Большинству людей мой подарок
мог бы показаться бессмысленным. Но для пытливого и предприимчивого ума он бесценен. И
вот что я тебе доверяю.
Это чертежи машины, которая позволит расшифровывать пахучий язык муравьев. Я
назвал ее "Пьер де Розетт", потому что она дает уникальную возможность построить мост
между двумя видами, двумя высокоразвитыми цивилизациями.
Это машина-переводчик. С ее помощью можно не только понимать язык муравьев, но и
говорить с ними. Вести диалог с муравьями! Ты представляешь себе?
Я начал использовать ее сравнительно недавно, но она уже открыла мне столько чудесных
перспектив, что осуществить их остатка жизни не хватит.
Продолжи мое дело. Прими эстафету. Потом ты передашь ее другому избранному тобой
человеку, - главное, чтобы это устройство никогда не было забыто. Но действовать надо в
строжайшей секретности: еще не настало то время, когда интеллект муравьев мог бы явиться
людям при свете дня. Расскажи об этом только тем, кто будет полезен для развития этого
контакта.
Может б
...Закладка в соц.сетях
