Жанр: Драма
Сунг
...л
радиоперехват и выслал засаду. Наверняка в этом кишлаке не так уж много двух
рядом растущих пирамидальных тополей у полуразрушенного дувала. Можно было и
догадаться.
-"Файзабад - два?!" - делаю вторую попытку.
-Не болтай много, топай давай. - прозвучало в ответ.
Это мне уж совсем не понравилось. Я не стал перегружать лишними вопросами и без
того кипящие от напряжения мозги. Прыгнул в сторону наиболее темного угла в этом
чертовом доме, крикнул Музе:
-Ложись!
И врезал очередью в потолок. В сторону, откуда доносился голос.
От проема в тот же момент застучал автомат Муззафарова.
С потолка посыпалась труха и куски кизяка. Красной искрой комнату перечеркнул
огонек трассирующей пули. В голове промелькнула мысль: "Хорошо, что стены из
глины. А то на рикошетах сами бы легли..."
В тот же момент над головой прогрохотали шаги, и послышался шум спрыгнувшего с
крыши человека.
Я бросился к окну, квадрат которого явственно выделялся на фоне абсолютно черной
стены дома. Присел у обломанного деревянного подоконника. Выждал секунду и, не
дождавшись ни малейшего движения во дворе, наугад проредил его очередью вдоль и
поперек. Подумал: "Ворота Жук охраняет, так что этот гад не уйдет!"
"Мистер Икс", вопреки моим ожиданиям, не открыл ответный огонь. Я услышал сквозь
выстрелы его крик:
-Кончай палить, мудак!!! Свои, фуфел драный!
Последние слова заставили меня сомкнуть усики на взрывателе "эфки", которую уже
собирался швырнуть во двор. Если "духам" известно слово "мудак" и они его
научились произносить без акцента, то "фуфел драный" без подготовки, да еще и
под автоматным огнем, житель гор не выговорит.
-Прекратить стрельбу! - теперь уже заорал я, обращаясь к Музе.
Впрочем, если расейский воин дорвется до этого дела, то его просто так не
остановишь. Мой вояка не успокоился, пока не добил магазин до конца. Когда
доблестный сержант перезаряжал автомат, я воспользовался рекламной паузой и
снова крикнул:
-Урод и ебаный понос!!! Прекратить стрельбу! В дисбате сгною!!!
Мой последний аргумент подействовал.
-Живой! - окликнул я темноту, подойдя к проему двери.
-Живой... - неохотно отозвался разведчик теперь откуда-то сбоку.
Хорошая у парня выучка, ничего не скажешь: буквально за секунды сумел выйти из
сектора обстрела.
...-Ну и не морочь людям голову. Покажись. Мы здесь тоже не в бирюльки играем.
Разведчик "показался": встал из-за какого-то бугра и быстрым шагом подошел ко
мне.
-Офицер? - спросил он.
-Да.
-В каком звании?
-Тебе не все равно? Может, еще документы показать? Хочу тебя огорчить - нету.
Не знаю отчего, скорее, от пережитого, на меня напала болтливость. Это отметил и
разведчик.
-Захлопни варежку, герой, - посоветовал он, - Не был бы офицером, получил бы по
морде. Ты, урод, наше месторасположение засветил. Теперь валить всем надо
отсюда, пока "духи" не прискакали. А разбираться с нашим командиром будешь.
Боковым зрением я заметил несколько темных фигур, бесшумно перемахнувших через
дувал. Одновременно в воротах нырком, словно от тычка в спину, появился Жуков с
вывернутыми назад руками и без автомата.
Это мне совсем не понравилось, и я вновь поднял ствол.
Разведчик предостерегающе взмахнул рукой:
-Свои...
Один из четверки, перелезшей через забор, быстрым шагом направился ко мне, не
обращая внимания на направленный на него автомат. Но опускать его я не
собирался, пока один из моих людей находился в чужих руках.
-Все в порядке, Руслан! - крикнул ему мой визави.
Старший подошел ближе:
-Какого хуя стрельбу подняли, уроды?
-Аккуратнее нельзя? - Я - старший лейтенант! - ответил я ему, чувствуя, как
кровь приливает в голову.
-А я - майор! Ты, старлей, за этот шухер еще перед "Гиндукушем" ответишь!
-Отвечу! Надо было представляться как следует, а не в прятки играть. Могли бы и
завалить...
-Это мы могли бы завалить - с самого хребта на мушке держали. Клоуны... Кто так
ходит! Вас же было видно за пять километров!
-А ты другой маршрут знаешь? Нет?! Тогда молчи! - ответил я, - И вообще, прикажи
своим, чтобы они моих людей отпустили.
-Перебьешься!
-Это мой человек! Отпусти, я сказал! Не играй в Рэмбо, зрителей нет, не оценят.
Майор ничего не ответил, лишь упрямо нагнул голову.
-Руслан! - окликнул командира стоящий рядом с нами разведчик. - Успокойся. Надо
уходить. А то накроют. Не "духи", так свои с Сунга артиллерию наведут.
Жукова отпустили. Он стоял передо мной и, виновато опустив голову, потирал
затекшие от веревки руки.
-Как же ты так, "пограничный спецназ"? - укорил я его.
-Завяз я, товарищ старший лейтенант. В грязи, - ответил он хрипло, - Они сверху,
с дувала бросились. Я шаг в сторону хотел сделать, а ноги затянуло...
...-Нужно уходить! - упругой походкой ко мне подошел майор, - На берегу я с тобой
поговорю!
-Обойдешься! - огрызнулся я в ответ, - Я - офицер пограничных войск, а кто ты
такой, вообще не знаю! И вообще, мне с "Гиндукушем" надо связаться. Доложить.
-Докладывай, если надо. - Руслан подозвал своих людей.
Они демонстративно отошли в сторону, показывая, что мои секреты их не
интересуют. Мол, своих тайн хватает...
На окраине нас встретила вторая половина группы. Всего в подчинении у майора
Давлятова оказалось десятка полтора бойцов. Я подумал, что это многовато для
разведгруппы - больше похоже на отряд спецназа...
Мою догадку подтвердил "язык", сидящий с завязанными глазами у глинобитной стены
сарая. "Дух"был явно не простым боевиком. Достаточно было посмотреть на его
аккуратно подстриженную бороду, "пакистанку" из хорошего сукна на плечах и
дорогие канадские горные ботинки. Лицо ухоженное, не походит на обветренные
физиономии простых дехкан.
Важные гуси в одиночку не ходят - только с хорошей охраной. А если эта птица все
же здесь, то можно не спрашивать, куда делась его охрана. Такими делами
занимается бойцы спецназа ГРУ - реальные призраки афганской границы, а не какието
полумифические "черные аисты"...
Я еще раз посмотрел на ботиночки пленного. Хорошая обувь в горах равноценна
хорошему оружию. И то, что разведчики не разули пленного, всучив какие-нибудь
старые галоши, меня несколько удивило. Грешным делом даже подумал, что дорогую
обувь ребята приберегли для кого-нибудь из штабных в качестве презента. А чтобы
не таранить их в "эрдэшках" на своем горбу, решили: пусть пока на ногах у "духа"
погуляют.
Руслан проследил за моим взглядом, и поскольку мысли у военных сходятся, тут же
пояснил:
-Хотели сначала разуть, но передумали.
-Что-то ты не похож на мать Терезу, - заметил я.
Руслан ухмыльнулся:
-Спасибо за комплимент.
Он действительно не был похож на известную героиню духа и католической веры,
хотя не выделялся ни ростом, ни разворотом плеч.
В его худощавой фигуре чувствовалась недюжинная сила. А при взгляде в голубые,
чуть раскосые по-азиатски глаза, человек понимал: с этим "гомо сапиенсом" лучше
не шутить. Даже когда Руслан улыбался, его взгляд оставался напряженным, рысьим.
Люди с такими глазами действуют без промедления, а потом не мучаются комплексами
вины и рефлексией.
-Этот "дух" дороже самых дорогих ботинок, - сказал майор, - Его ждут в Душанбе
живым и здоровым. Поэтому пускай гуляет в своем родном обмундировании,
застудится еще или там ножку подвернет...
-Понял... - ответил я, - только не понял, зачем мы тебе понадобились.
Майор промолчал.
Это мне не понравилось. Пограничников учат азам оперативной работы, поэтому я
знал термин "использовать втемную". Он означал: выполняющий задание человек не
знает истинных целей, ради которых он действует. И это не только акт простого
недоверия мало информированному исполнителю. Потом их часто списывают за
ненадобностью. А в вопросах жизни и смерти мне совсем не хотелось быть
болванчиком в чужих играх.
-Слушай, разведка, кончай в шпионов играть, - сказал я Давлятову, - Сейчас мы с
тобой в одной упряжке. И мне желательно знать, ради чего я со своими бойцами
задницей рискую.
Руслан выдержал паузу для приличия и как бы нехотя ответил:
-Так и быть, старлей, уболтал... В общем, мы взяли "духа" на сопредельной
территории. Где, как, и кто он такой, тебе знать не обязательно. Меньше знаешь,
крепче спишь. "Тропили зеленую" (13) на этом участке. В районе отметки "16-04"
нас должен был встретить Бурнашов. Но "духи" спутали планы. Вышли раньше нас к
границе, оседлали отметку и решили не допустить к своим. Грамотно, суки,
сработали - как будто заранее знали маршрут нашего отхода.
-Утечка информации?
-Возможно. Но только не у меня в группе. За своих я уверен, а в остальном пусть
разбираются особисты. Это их хлеб - мы разведка, а не "контрики"... В общем,
Бурнашов погиб, нужно искать новое место перехода. Здесь не пройдешь: "духи"
хоть и понесли потери сегодня (классно вы их потрепали - молодцы!), но все же
оседлали выход к Сунгу, перекрыв все тропы, и здесь нам уже не пройти...
-Но мы-то прошли!
-Элементарная мышеловка. Обратно уже не выпустят. Они уверены в себе: с
наступлением темноты через Пяндж переправилось еще сотня боевиков. По нашим
подсчетам, сейчас здесь "духов" свыше двухсот человек. И вооружены очень
серьезно.
Я присвистнул.
...-Чтобы уничтожить эту бандгруппу, - продолжил майор, не обращая внимание на мой
удивленный свист, - на этом участке нет достаточных сил ни у вас, ни у "двести
первой" дивизии. Чтобы собрать кулак и подтянуть его сюда, потребуется время.
"Духам", конечно, вломят, но нам это уже не поможет. Поэтому я принял решение
уходить опять в Афган, и прорываться в новом месте.
-Где?
-Где получится. Для этого ты и нужен. На месте прорыва выйдешь к своим погранцам
и предупредишь, чтобы не завалили нас как "вовчиков".
-Но почему "Гиндукуш" не может обозначить место заранее и предупредить заставы о
вашем появлении?- удивленно спросил я, - Зачем все так усложнять?
-Мы еще не знаем, где нам удастся прорваться. Нельзя предупредить всех.
Оповестишь весь участок, а если на заставах среди солдат - таджиков или того
хуже, офицеров или прапорщиков, "духовские" информаторы?
-Среди пограничников предателей нет!
-Оставь пафос для собраний. Жизнь есть жизнь, и перестраховка никому никогда не
вредила. Так вот: если информация уйдет противнику - нам конец. Другое дело -
ты. Выйдешь один, с документами... Объявишь, что привел сдаваться целую
бандгруппу... В общем, туфту какую-нибудь прогонишь. За это время "Гиндукуша" в
известность поставят, и он нас всех вытащит. Еще орденок получишь за мужество и
героизм
-Промашка, Руслан...- ответил я, - Когда я говорил, что пошел к вам без документов
- не шутил. Действительно все бумаги на Сунге оставил. И мои бойцы тоже.
-Ч-черт...
-Как вы лоханулись, не пойму. Разве, когда ты в поиск отправляешься, берешь с
собой удостоверение личности офицера?
-Ах, ты блядь какая... - матерился Руслан.
-Это ты про меня?
-Про обстоятельства. ...Ну что ж, так пойдешь. Будешь молить Бога, чтобы свои же
"зеленые" не шлепнули.
-Веселенькая перспективка.
-Что ж, какая есть... Тебя как звать?
-Александром.
-У тебя семья есть, Сашка?
-Родители только.
-А жена?
-Не успел...
Я вспомнил Алену из Хабаровска. Ее мокрые от слез глаза. Губы, распухшие от
нашей последней бессонной ночи, горячо шептавшие мне в ухо: "Я дождусь тебя.
Обязательно дождусь..." Все-таки надо было жениться на ней - чем она хуже других,
во многом, наверное, лучше. Сейчас бы кто-нибудь после меня остался...
Я вспомнил салон самолета Ил-86, рейс Москва-Хабаровск.
Тогда при посадке в салон нас встретила стюардесса - голубоглазая блондинка с
высокой грудью.
-Талия полновата, - толкнул меня в бок однокурсник Костя Кашук по кличке "КоКа",
с которым нас распределили на Дальний Восток. - Мне нравятся с осиными талиями.
А эта лет через пять расплывется как бочонок...
Кашук еще в училище имел репутацию неисправимого ловеласа. Он старался как мог,
чтобы поддержать реноме. И даже умудрился закрутить роман с дочерью начальника
курса.
Народ хмыкал в кулаки:
-КоКа, ты же говорил, что твой стандарт - блондинки "натюрель" с ногами от
коренных и голубыми глазами, удивленно распахнутыми на этот мир, и "лифчиком"
четвертого размера!
Дочка полковника под этот стандарт никак не подходила: 156 сантиметров, темнорусые
волосы, средней величины карие глаза и маленькая грудь.
-Нарушаешь принципы, Костян! - балагурили однокурсники в курилке, - Если сегодня
отступился от блондинок, то завтра вообще на китаянок перейдешь. Как же тебя
потом на китайскую границу посылать? Ты ж неустойчивый элемент!
-Балбесы, держите выше! Это он на китайской границе неустойчивый элемент, а на
западной, где блондинок много, наоборот - самый что ни на есть благонадежный!
Туда его и пошлют...
-Хитрый!
-Да он с таким тестем дальше Москвы не уедет!
-Тут он все просчитал!
-Да вы что, мужики, - защищался КоКа, - Я никогда не буду карьеру за счет
женской юбки делать, даже если у нее папа будет командующий погранвойск. У меня
принципы...
-Засунь "прынцыпы" себе же в жопу! Предал ведь блондинок, редиска? Предал! Так и
Родину предашь!
-Ну, вас в баню, идиоты... - обижался Константин.
На дочке полковника он все же женился. Однако распределение в Москве Костику
поблазнило, да не далось: начальник курса оказался тоже с "прынцыпами" и помог
распределиться зятьку не куда-нибудь на Лубянку в штаб погранвойск, а на
китайскую границу (накаркали все-таки, обормоты - однокурсники!). Несмотря на
слезы своей дочери.
-Чтобы генералом стать, нужно узнать, что такое дальние заставы,- ответил
папа, - А то начнет паркетным шаркуном, так им и останется. "Шестеркой",
способной только папки на подпись носить...
Так мы оказались со Кашуком в одном самолете.
Как выяснилось, стюардесса услышала экспертную оценку лейтенанта. Во время
очередного прохода по салону она остановилась напротив наших кресел. Глядя
насмешливо бирюзовыми глазами на несколько потерявшегося ловеласа, девушка
произнесла:
-Послушайте, заток женского тела и прочих прелестей жизни... А вы не знаете, что
полненькие в юности девушки затем могут похудеть? И наоборот?... Гормональная
перестройка в процессе жизни случается со всеми. Особенно после родов. Ах, да,
вы слишком юны, чтобы думать о таких подробностях... Так что не судите о женщинах
чужими мыслями, вычитанными из бульварных романов!
КоКа был уничтожен на месте. Он даже не пытался сопротивляться. А я, несмотря на
отчаянные протесты Костика, начал упорно нажимать на кнопки вызова, требуя
поочередно то минералки, то сосательной конфетки, то таблетки от головы...
После очередного такого вызова, стюардесса не выдержала и заявила:
-Лейтенант, вы мне надоели! Если хотите знать, то меня зовут Аленой. Я
освобождаюсь в 19 часов по местному времени. И если вас к этому времени не
отвезут в какую-нибудь тьмутаракань, вы можете встретить меня в кафе аэропорта.
Так я и сделал.
Странный это был роман. Роман лейтенанта Александра Саранцева и стюардессы
"Аэрофлота" Елены Тимашовой.
За время службы в Дальневосточном пограничном округе в Хабаровске мне довелось
бывать нечасто. И только последний год мы были близки. Я не обольщался насчет
этих отношений. Отлично понимал, что у такой девушки должен быть еще кто-то,
кроме старшего лейтенанта с далекой заставы. Вряд ли такая девушка станет
связывать свою судьбу с офицером, застрявшим с повышением по службе на китайской
границе. И, чтобы не устраивать неприятных моментов ни себе, ни ей, за несколько
дней до своего очередного приезда звонил и предупреждал о встрече.
-У тебя есть еще кто-то, кроме меня? - лежа на куче разворошенных простыней, в
ночь перед вылетом в командировку на афганскую границу я решил расставить все
точки над "и".
Алена настороженно отодвинулась от меня:
-Я тебе давала повода для ревности?
-Нет. Просто такая видная девчонка как ты не может быть одна.
-А себя ты в расчет уже не берешь, Сашенька? - Аленка ехидно усмехнулась.
Было видно, что за этой насмешкой скрывалось внутреннее напряжение. С чего бы
это, а?
-За пять лет, что знаем друг друга, мы встречались с тобой.... Да эти разы можно
по пальцам двух рук пересчитать, - продолжил я, - А остальное время? Пойми,
Лена, ты нравишься мне. И не только как девчонка, с которой просто приятно
провести ночь и все...
Ленка поднялась с постели, подошла к окну, отогнула штору.
Черт, почему девчонки так обожают нагишом маячить перед окнами? Вечная тяга всех
женщин к эксгибиционизму? Или это неистребимое никакими инквизициями ведьмячье
начало вылезает наружу? Стоять в темную ночь перед окном, залитой светом уличных
фонарей... Словно во время шабаша, под молочным лучом Луны на Лысой горе.
-Ты такая красивая... - не проговорил - прошептал я.
-Да? она повернула голову в мою сторону.
Даже не повернула - склонила на плечо, как это делают ученые дрозды, удивленные
собаки и лукавые кокетки.
-Может, ты еще и женишься на мне? А что!
Аленка прыгнула на кровать с ногами, встала передо мной на колени:
-Вот выйду за тебя, такого честного, отважного, военного - здоровенного!
-И наивного.
-Наивного? Брось, Сашка! Не ты ли затеял весь этот разговор? И не просто так, на
пустом месте... Вижу, что ты долго думал над этим. Возьмешь?!
Я встал, подошел к столу, где стояли початые бутылки со "столичной" и
шампанским. Водка для меня, "Советское" - для нее.
Налил стопку водяры.
Еленка, забившись в угол кровати и обняв руками поджатые к подбородку голые
колени, пристально наблюдала за мной. Золотые волосы почти закрыли ее лицо.
Я выпил.
-Ладно, не мучайся... - бросила она мне из своей засады, - Все вы, мужики, слова
красивые говорить горазды. А вот когда до дела - в кусты.
-Ты не понимаешь, - поморщился я то ли от водки, то ли от ее слов, - Это слишком
серьезный вопрос, чтобы его можно было решать вот так - с кондачка.
-А кидать мне предъявы - это, как, пустячок?
-Не хватало нам еще поссориться, - примирительно ответил, безрезультатно
побродив взглядом по столу, выбирая закуску.
Так ничего и не выбрал, махнул рукой и налил еще одну рюмку.
-Ну что, так и будешь в одиночестве надираться? - Ленка соскочила с кровати,
подошла, прижалась всем телом. - Налей и мне. Водки.
-После шампанского?
-А мне завтра не в рейс! Да и вообще, шампанское - для графьев. А мы - простые
бабы русские. Что наши мужики пьют, то и нам надо!
Она обняла меня за шею:
-Ну что, Сашка, честный человек - за удачу? За твою удачу... Ты, главное,
возвращайся из своей южной командировки живой и на своих двоих. Не боись,
подожду. Что такое полгода... Больше ждала. Не дергайся: вернешься - расскажу...
-Ждала? Ты? Меня?!
-Тебя, - ласково и одновременно устало произнесла Алена, гладя мне плечи, -
Долго же ты до этого допирал, товарищ старший лейтенант!
...-Чего ты, старлей, замерз? - шутливо подтолкнул меня в бок Руслан Давлятов.
Я удивленно посмотрел по сторонам, возвращаясь к действительности. Никакой тебе
уютной комнаты. Вокруг чернел полуразвалившимися дувалами заброшенный кишлак. А
вместо овала лица Елены, опушенного золотом волос, рядом торчали хмурые
осунувшиеся физиономии бойцов спецназа.
- Девушку свою вспомнил? - в полушутливой форме продолжил Руслан, - Я свою жену
уже полгода не видел - все по этим горам болтаюсь. А она у меня в Ташкенте, в
консерватории учится. Романтичная, я доложу, была история. Ошский конфликт,
кругом стреляют, а у меня - любовь...
-Командир, - подошел к майору его заместитель, - через две улицы от нас замечено
движение. Уходим?
-Уходим! - мечтательный тон майора сменился на жесткий и деловой, - Выставить
арьергард и боковое охранение. Остальным - к Пянджу! Встречаемся на берегу!
Глава 8
Переправа-переправа, берег левый, берег правый...
Кажется, что хруст сухого камыша гремит на всю округу.
Мы старательно поднимаем ноги и всматриваемся во тьму, чтобы не наступить на
очередной поваленный снегом пучок. Но из этого ничего положительного не выходит.
И разносится противное "хр-р-р!"
На самом деле этот звук, громом отдающийся в ушах, слышен только нам. Под боком
по камням грохотал Пяндж. За этой шумовой завесой можно было не только
безбоязненно хрустеть камышинами, но и петь песни.
Странная вещь - человеческая психика в моменты наивысшего человеческого
напряжения. Иногда она цепляется за то, что, казалось бы, в обычной жизни
воспринимается как совершенно второстепенное. И одновременно игнорирует
переживания, которые в спокойной обстановке обязательно произвели бы
впечатление.
Во время ползанья по сопкам в районе городка Пархар, я едва не свалился в
пропасть. Однако практически сразу же забыл об этом. В то же время долго потом
обсуждал с друзьями сидящего на вершине орла, издали похожего гордо
подбоченившегося человека в бурке...
...Благодаря хрустящим камышам или нет, но "духи" нас все равно вычислили. И
выпустили в нашу сторону осветительную ракету. Впрочем, сделано это было слишком
поздно: на афганском берегу уже находились мои Жуков с Муззафаровым, пленный
"дух" и десять человек Руслана во главе с его замом, Борисом. На таджикском же
остался сам майор, несколько его молчаливых бойцов и я.
После вспышки ракеты мы нырнули в камыши, в одну секунду превратившиеся из
врагов в союзники. Кто-то из команды замешкался, и в его башку, не похожую на
султан камышины, тут же полетела пулеметная очередь. Она оказалась трассирующей
- сухие заросли вспыхнули мгновенно.
Самое разумное в этой ситуации было как можно быстрее бежать к переправе, не
обращая внимания на пожар и пули следующих очередей. Но пулеметчик при свете
огня уже успел засечь темные фигуры на берегу и начал лупить прицельно.
-Ну, все, еперэсэтэ... - выдохнул Руслан, валясь рядом со мной на холодные мокрые
камни берега.
Пули проносились над нашими головами красными и зелеными светлячками. Рикошетили
о скалы на темном афганском берегу. Расцвечивали его разноцветными полосами,
летающим по самым немыслимым траекториям.
-Пиздец? - я повернул голову в его сторону.
-В смысле засветились. А что касается пиздеца, то мы еще покувыркаемся.
-Надо пулеметчику глотку заткнуть.
-Не один ты такой умный. Лежи и помалкивай.
Нашу пикировку прервал огненный шар, вспухший на горе, с которой нас поливали из
ПКМа.
Через несколько секунд донесся удар разрыва. Вслед за ним новая вспышка, потом
еще одна... После взрывов гранат до нас донеслась густая автоматная стрельба. Гора
заткнулась и снова наступила тишина.
-Все, - поднялся Руслан, - Уходим.
-Твоих не будем ждать?
Вместо ответа майор дернул меня за рукав:
-Бегом!
Реализовать свое намерение мы не успели. Прямо из пламени горящего тростника
затрещали автоматные очереди. Пули противно вжикали над головами, с визгом
рикошетя от каменного берега реки и с громким чавканьем срезая заснеженные
камышовые шапки.
Мы вновь шлепнулись на мокрую гальку - на этот раз у самого берега.
В руках Руслана хлопнул "подствольник". То, что Русик стрелять умеет, подтвердил
мужской вопль. Он перекрыл треск горящего камыша и даже грохот автомата второго
"духа". Я высадил на крик веером полмагазина и вопль утих.
Майор тем временем вставил в ГП-25(14) второй "вог"(15) и лупанул в глубь
камышей, откуда стрелял противник. Затем подкрепил разрыв двумя короткими
очередями из своего АКМСа. Вторая половина моего магазина улетела в том же
направлении. Стреляли мы не зря: автомат "духа" замолчал.
От этого стало легче всего лишь на мгновенье. Со стороны горы, где пару минут
назад подчиненные майора "заткнули" пулеметную точку, вновь вспыхнула стрельба.
И она стремительно начала перемещаться в нашу сторону.
Я сменил магазин, сунул за пазуху пару "эфок".
-Живой?! - крикнул майор в мой адрес.
-Да вроде бы...
-А меня зацепило.
-Сейчас! - я перекатился в сторону Руслана.
-Бок зацепил, сука... - майор говорил глухо с присвистом. - Но вроде по
касательной.
-Сейчас тебе тампон подсуну...
-Некогда. На том берегу сделаем. Сейчас надо ноги уносить, пока остальные не
подтянулись.
Из-за горящих камышей вновь донесся крик. Я дернул было стволом, но майор
решительно положил ладонь на газовую камеру автомата, придавил, опустил "жало"
вниз:
-Подожди-ка...
Крик повторился.
-Шовкат, сюда! - крикнул в ответ Руслан, - Возьми левее, обойди камыши и выходи
прямо на берег!
Через некоторое время перед майором присел один из тех, кто уходил "гасить"
пулемет в самом начале боя. Присел он как-то странно, стульчиком: на одну ногу.
Правую же вытянул вперед.
-Где остальные? - спросил его командир.
-Тимур и Серега погибли. Димка с Ильдуской "духов" держат. Но долго не
продержатся. Много их, гадов... Ты ранен, командир?
-Ерунда... Сам-то цел?
-Цел... - криво усмехнулся Шовкат, - Если не считать пули в ляжке. Навылет... Ничего
командир, я уже перевязался. И косячок взорвал. Так что пока терпеть можно.
Время есть, пока повязка не напитается. Поэтому, уходите командир, я вас
прикрою.
-У тебя что, чердак потек?! - прикрикнул на него Руслан, - вместе уйдем!
-Не, командир. Сюда еще человек двадцать "духов" движутся. Я их опередил. Но они
здесь скоро будут. Уходите. Гранат побольше дайте - в упор буду бить...
-Старшой, у тебя гранаты есть? - повернулся ко мне Руслан.
-Есть. "Эфки" и "эргэдешки".
-Дай ему наступательные, - распорядился майор.
-Уж лучше оборонительные! - запротестовал Шовкат.
-У тебя башка есть? - остановил его командир, - Берег ровный - сам себя
осколками посечешь!
-Одну дай, старшой. Напоследок.
-Ладно, бери две "эргедешки" и одну "эфку", - закончил спор майор, - Больше все
равно не успеешь.
-У меня еще три "вога" остались. Покувыркаемся, командир...
Мы помчались по камням как лоси, рискуя подвернуть ногу, что в нынешней ситуации
было равносильно свернутой шее. Откуда силы взялись...
Я собрался было помочь Руслану, но майор остановил:
-Не надо. Сам доберусь.
Мы были уже на середине реки, как обозначились моджахеды: на оставленном нами
берегу вздыбился фонтан огня и камней. По кромке било не меньше десятка
автоматов и "подствольников."
Я на мгновенье остановился, чтобы посмотреть
...Закладка в соц.сетях
