Пьесы

      Борис Ивашин. Пьесы
Грешники Миряне Возлюбленные Восхождение духа
Борис Ивашин. Грешники
© Copyright Борис Ивашин Email: ivashin@mx.inbi.ras.ru Date: 26 Aug 2001 Москва, издательство "ИОЛА", 1997
Г Р Е Ш Н И К И
Пьеса в двух действиях
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
К о м и с с а р. Е м е л я, Е м е л ь я н. П а р т и е ц. М и ш к а Я п о н ч и к. М о л о д у х а. И в а н Г р о з н ы й. М а л ю т а С к у р а т о в. Л е в Т о л с т о й. И с т о р и к. И с т е р и ч к а. О б ы в а т е л ь. Б о г. С в я т а я А к у л и н а. А р х а н г е л. А н г е л. Д ь я в о л. Р о г о н о с е ц } черти. В е с е л ь ч а к Ч е р т и. Л ю д и из разных исторических эпох.
ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ
Картина первая
Загробный мир. Б о г и С в я т а я А к у л и н а заканчивают изготовление живительного цветка. Им помогают А р х а н г е л и А н г е л.
С в я т а я А к у л и н а. Этот живительный цветок, Отче наш, удивительное творение твое, как и человек. Б о г. Человек, Святая Акулина, к сожалению, погряз в пороках. С в я т а я А к у л и н а. От Дьявола и пороки, и вражда между вами. Б о г. Коварный замысел лукавого -- упечь все человечество в ад, оставить рай без праведных людей.
В рай прокрадывается Д ь я в о л. Святая Акулина заметила его.
С в я т а я А к у л и н а (Богу). Бес в разведке. Б о г (Дьяволу). Не заходи в рай, Дьявол. Д ь я в о л. Неужели на хвост соли насыплешь? Б о г. Схлопочешь святым кулаком по окоянной шее. Д ь я в о л. Возлюби врага своего, отдай Акулиночку мне. Приглашаю ее под венец. С в я т а я[ ] А к у л и н а [ ](Богу о Дьяволе).[ ] Глазищами плотоядными раздевает до нага. Д ь я в о л (Богу). Отдашь? Б о г. Она же дева святая. Д ь я в о л. Где святость, там и грех. Б о г. Не искушай Господа твоего.

На Дьявола наступают Архангел и Ангел. Он поспешно отступает из рая. Работа над цветком заканчивается.
С в я т а я А к у л и н а. Тычинки возьми. Передает тычинки Богу.
Б о г. Повелеваю: с тычинками в цветок вольется нектар и любая душа, вдохнув запах цветка, наполнится блаженством. (Втыкает тычинки в цветок.) Аминь! С в я т а я А к у л и н а (вдыхая запах цветка). Аромат сладчайший. Б о г. Пора и отдохнуть.
Укладывается отдыхать.
С в я т а я А к у л и н а (Ангелам). Вдохните нектару.
Ангелы вдыхают запах цветка.
А р х а н г е л. О, благоухание для души. А н г е л. Райское блаженство.
Снова появляется Д ь я в о л.
Д ь я в о л (про себя). Есть ли блаженство или заведомая ложь противника?
Нечестивец внезапно устремился к цветку и вдохнул его аромат. Сначала он ощутил блаженство, потом в нем закипела злость.
Сотворил--таки на радость людям. Берегись, Боженька, отомщу. Дьявол скрылся.
С в я т а я А к у л и н а (Богу). Святейший, не возражаешь, опробую цветок на людях? Б о г. Изволь. С в я т а я А к у л и н а (Ангелам). Доставьте сюда праведника.
Ангелы устремились из рая. Случайно в рай забрели И в а н Г р о з н ы й и М а л ю т а С к у р а т о в, горланя: "Темная ночь, только стрелы летят по степи, только ветер гудит в стременах, тускло звезды мерцают"[1].
Г р о з н ы й (ласково). Надежный мой опричник. Кремень. С к у р а т о в. Для тебя, Иван Василич, лбом разобью крепостные ворота.
Грозный опечалился.
С в я т а я А к у л и н а (укоризненно). Загулялись -- забрели в Божьи пенаты. С к у р а т о в (сконфуженно). Клеопатру желали навестить, а у нее Цезарь уже и Антоний около. Б о г. О чем кручинишься, Ванюша? Г р о з н ы й. О государстве Российском. Расширял я его да укреплял. А ныне, сказывают, опосля сговора в Беловежской пуще, разорили Россию. Правители под иноземную дудку пляшут -- стыдоба. Б о г. Подкрепись с горя нектаром.
Грозный направляется к цветку.
С в я т а я А к у л и н а (Скуратову). Ты в ад. С к у р а т о в. За что? С в я т а я А к у л и н а (Грозному). Объясни ему. Г р о з н ы й. Митрополита Филиппа Колычева задушил в Отрочь--монастыре прямо в келье. Брата моего, Владимира Андреевича, принудил яд выпить. А инакомыслящих умертвил -- тьму, не сочтешь. Б о г (Грозному). Ясно. (Скуратову.) Расправлялся с недовольными самодурством царя. С к у р а т о в. Он указал, я и лютовал, не рассуждая, а то бы опалы не миновал. С в я т а я А к у л и н а (Богу). Морально ли совершать злодеяния, ссылаясь на приказ свыше? Б о г. Ни в коем случае. С в я т а я А к у л и н а. Тогда Скуратова к чертям собачьим.

Появляются Р о г о н о с е ц и В е с е л ь ч а к, подхватывают Скуратова и волокут в ад. Грозный блаженствует у цветка.
(Богу.) Цветок влияет благотворно.
Возник Д ь я в о л, с тоской и томлением посматривая на Святую Акулину.
(Богу.) Возможно, сосед переполнен страстью? Б о г. Не лопнет.
А н г е л ы вносят бездыханную М о л о д у х у.
А р х а н г е л (Святой Акулине). На улице ночью лежала без признаков жизни.
Святая Акулина поднесла к носу Молодухи лепесток цветка.
С в я т а я А к у л и н а. Понюхай живительного нектара.
Молодуха, очнувшись, испугалась обитателей того света.
Угомонись, покойница. М о л о д у х а. Какая покойница? Перепилась я на тусовке, а бритоголовые попользовались мной и выкинули меня на свежий воздух. Б о г (выговаривая Ангелам). В рай принесли живую путану. Дьявол, ты подсунул им Молодуху из времени перестройки? Д ь я в о л. Твои олухи оплошали. А н г е л. Не суди строго, Боже.
Махнув простительно рукой, Бог отдыхает. Грозный направляется к Молодухе, пытается заигрывать с ней.
Г р о з н ы й (напевая). "Ехал из ярмарки ухарь--купец, Ухарь--купец, удалой молодец".[1] М о л о д у х а (Грозному). Отцепись, обормот. Г р о з н ы й. Моя--то Марфа Собакина хаживала в кофте с длинными рукавами да в сарафане до пят. А эта гулена заголилась и сверху, и снизу. Срамота. М о л о д у х а. Мода столичная. Г р о з н ы й. Вернуться бы в Москву. Эх и забалдел бы. С в я т а я А к у л и н а (Ангелам). Отправьте ее на белый свет. А р х а н г е л. Но она от цветка зарядилась энергией, от которой избавляет Дьявол. Д ь я в о л. Дотронусь до любого, и вмиг окочурится. С в я т а я А к у л и н а. Окочурь ее. Д ь я в о л (Святой Акулине). Ради тебя.
Дьявол предстает перед Молодухой.
М о л о д у х а (в изумлении). Жгучий хахаль! Сдохнуть можно!
Кидается ему на шею, страстно целует и падает бездыханная.
Д ь я в о л (сплевывая с отвращением). Явно спидоноска.
Дьявол удаляется из рая. Ангелы уносят Молодуху. Появляется Е м е л я.
Е м е л я (в недоумении). Куда попал? С в я т а я А к у л и н а. Слыхал про Бога, Емеля? Е м е л я. Ага. Бывало Баба--яга выжрет стакан первача и кроет в господа--бога.
Вдруг заявляется М и ш к а Я п о н ч и к.
Я п о н ч и к (напевая). "Я с детства был испорченный ребенок. На маму и на папу не похож. И женщин обожал еще с пеленок. Емеля, подержи мой макинтош".[2]
Сбрасывает на руки Емеле макинтош.

С в я т а я А к у л и н а (Япончику). Тихо. Бог отдыхает. Я п о н ч и к. Я заглянул в гости, и накакого салюта наций. Ха!
Палит из пистолета.
Б о г (спросонья). Конец света! Я п о н ч и к. Батюшка, не пугай галактику. Б о г. Типичный империалист. Я п о н ч и к. Император, то бишь король Молдаванки и всея Одессы -- Михаил Виницкий, а в обиходе Мишка Япончик. Прошу любить и миловать.
Бог недоволен, почесывает спину. Я п о н ч и к (услужливо). Почесать?
Получив молчаливое согласие, почесал Богу спину. Деловито осмотрел рай.
Райончик не хуже Дерибасовской. Уголок мне найдется? С в я т а я А к у л и н а (указывая в сторону ада). У соседа рогатого вне очереди. Я п о н ч и к. Помилуйте, мне в душу наплевали на белом свете. Нежная Верочка Холодная отвергла мои ухаживания, и блуждания по опаленной земле оборвались трагически. После революции белые драпали из Одессы, а я предложил себя красным. Но те втихаря шлепнули меня в затылок, когда привел я к ним на подмогу полк из лихих ребят.
Снова зачесалась спина Господня.
Б о г (Япончику). Повыше. Я п о н ч и к. Охотно ублажу.
Почесал ему спину.
(Богу.) Если позволите, без мыла прошмыгну к цветку. Б о г. Шмыгай вместе с Емелей. Я п о н ч и к (Емеле). Балбес, поспеши.
Япончик с Емелей двинулись к цветку. Бога притягивает подушка. Прибыл А р х а н г е л и шепнул Святой Акулине новость.
С в я т а я А к у л и н а (Богу). Ангелы доставили вместо той женщины другую. Б о г. Надобности никакой.
А н г е л ввел К о м и с с а р а.
С в я т а я А к у л и н а. Но красотка вошла. К о м и с с а р. Не красотка -- Комиссар революции. Б о г (с интересом). Вы, материалисты, громогласно трубите, что Бог вымысел. К о м и с с а р. Вижу. Упитанный, ухоженный, а на планете маются миллионы обездоленных. К цветку допускаешь шантрапу наподобие Япончика. Трудовой же класс у Дьявола в смоле кипит. Б о г. Одессит тут не за благодеяния -- подопытный кролик. В обыденной жизни человеку дана свободная воля: жить по заповедям Божьим, положив упование свое на промысел Божий, или следовать дьявольским страстям, скитаясь по земным мытарствам. Ты тоже далека от смирения, твое место в аду. К о м и с с а р. Меня за правдивое слово гноили в царских тюрьмах, за правое дело расстреливали. Борясь за лучшую долю людскую, я не заслужила рая? Б о г. Намерения были похвальны, но истинно ли добрые деяния твои? Ступай.
Комиссар в сопровождении ангелов идет из рая. Прибегают Р о г о н о с е ц и В е с е л ь ч а к с криками: "В тартар ее! В преисподнюю!"
К о м и с с а р (чертям). Без грязных лап, джентльмены.
Черти расступились. Комиссар отправилась в ад, за ней адские служители. Крадучись появляется Д ь я в о л, подзывает к себе Япончика.
Д ь я в о л (Япончику). Доложи. Я п о н ч и к. Все идет штатно, шеф. Д ь я в о л. Жди. Скоро. Я п о н ч и к. Понял.

Дьявол исчезает.
Картина вторая
Ад. В котле варится пестрая публика из разных исторических эпох. Среди мучеников К о м и с с а р, С к у р а т о в, Л е в Т о л с т о й, И с т о р и к, И с т е р и ч к а, О б ы в а т е л ь, П а р т и е ц. Каждый стремится в ущерб соседу занять то место, где меньше смолы. Лишь Толстой сидит спокойно, смирившись со своей участью, да стоит по колено в смоле, возвышаясь над всеми, Партиец. Рядом с котлом В е с е л ь ч а к и Р о г о н о с е ц играют в карты.
И с т е р и ч к а. Ой, тону! Чуть не с головой в смолу. (Обывателю.) Миленький мой, поддержите. О б ы в а т е л ь. Миленький твой на белом свете остался. (Отстраняясь от тонущей Истерички.) В аду закон джунглей. И с т е р и ч к а. Спасите. К о м и с с а р (протягивая руку Истеричке). Хватайтесь за руку. (Помогает Истеричке приподняться из смолы.) Успокойтесь. И с т е р и ч к а. Спасибо, Комиссар. О б ы в а т е л ь (чертям). Ваше чертячье благородие, раз Дьявол в бегах, убавьте огонь под котлом, облегчите нашу участь. Черти не реагируют. С к у р а т о в (Рогоносцу). Эй, образина, погаси пламя! Вылезу -- отутюжу, и Дьявол не узнает.
Скуратов делает попытку вылезти из котла. Рогоносец сбрасывает его обратно в котел.
Р о г о н о с е ц (Скуратову). Похлебай. Т о л с т о й (грешникам). Не противьтесь злу насилием. Терпите с благодарностью. В е с е л ь ч а к (напевая). "Сто веков назад, а может двести Кто--то слова первые сказал: "Люблю тебя, люблю" -- И хвост на шее галстуком связал. Но вот пришло жестокое столетье, Ракеты завертелись колесом, Стихи читаешь даже в туалете, А водку распиваешь за углом. И я, набравшись в стельку иль в дрезину, К жене на четвереньках приползал: "Люблю тебя, люблю", Чтоб Дьявол поскорей тебя забрал".[1] Р о г о н о с е ц. Про Дьявола ни звука. Он с моей чертихой наставил мне рога. В е с е л ь ч а к. Удлиненные рога тебе к роже.
Из котла доносятся выкрики.
О б ы в а т е л ь. Не порти лысину, Историк! И с т о р и к. Я записываю историю ада. И с т е р и ч к а (чертям). Не грешила я, скоромную пищу не ела. Так позвольте выбраться из котла? В е с е л ь ч а к. Надоело вариться, зажарим на шампуре.
Весельчак взял шампур. Истеричка со страха упала в смолу.
О б ы в а т е л ь (Партийцу). Послушай, Партиец, был ты бессменным членом Политбюро -- от Ильича до Ильича без инфаркта и паралича, отягчен недобрыми деяниями и в смоле не тонешь. Почему? П а р т и е ц. Я твердо стою на голове у товарища Сталина.
Вдруг появляется Д ь я в о л.
Д ь я в о л (недовольно). Часовые и в картишки. Захотели к чертовой матери?
Черти вытянулись перед ним.
Р о г о н о с е ц. Что угодно, но не к матери чертовой. Д ь я в о л. Подтянуть дисциплину. В е с е л ь ч а к. Есть, командир. Д ь я в о л. Историк! И с т о р и к (из котла). Я. Д ь я в о л. Марксизм--ленинизм не забыл? И с т о р и к. Продолжаю штудировать. Д ь я в о л. Напомни, как возникают революционные ситуации? И с т о р и к. Когда "низы" не хотят жить по--старому, а "верхи" не могут по--старому управлять. Д ь я в о л (чертям). Уразумели?

Черти утвердительно кивают головами.
Ставлю задачу: прибавить огонька, довести страдальцев до отчаяния, чтобы они взбунтовались, и не удерживать восставших. В е с е л ь ч а к. Зачем? Д ь я в о л. В запальчивости они перевернут рай вверх тормашками. Но Бог же псих, рассвирепев, выпроводит оттуда всех без разбору: и этих, и тех, что в раю. Мы обреченных в пекло, а Боженька заплачет в гордом одиночестве, что и требовалось доказать. Действуйте.
Дьявол исчез. Черти раздувают пламя под котлом. Ужас и вопли грешников усиливаются.
И с т е р и ч к а. Бесноватые совсем озверели. И с т о р и к. Обречены мы на верную гибель. О б ы в а т е л ь (в панике). Помогите, умоляю! С к у р а т о в. Муки адские, а в раю, помню, блаженство. П а р т и е ц. Ведите нас в рай, Комиссар. К о м и с с а р. Час угнетенных настал. Терять нам нечего. Кто был ничем, тот станет всем. За мной, орлы!
Во главе с Комиссаром грешники беспрепятственно устремляются из ада с криками: "Даешь рай! Вперед!" Черти гасят огонь. В опустевшем котле Толстой.
Р о г о н о с е ц (Толстому). Меланхолик, догоняй орлов. Т о л с т о й. Я не орел -- я Лев. Лев Николаевич Толстой. В е с е л ь ч а к. Выметайся, Лева, в рай. Т о л с т о й. И в котле Сочи. В е с е л ь ч а к. На ремонт закрываемся.
Помог Толстому выбраться из котла. Рогоносец тасует карты.
Т о л с т о й (Рогоносцу). Сыграем. Р о г о н о с е ц. Сдавай.
Толстой сдает карты, играют стоя. Весельчак начинает напевать и пританцовывать, приглашая остальных поддержать его: "Был я очень рад ночку всю подряд веселиться, танцевать. Моя Марусечка, танцуют все кругом. Моя Марусечка, попляшем мы с тобой. Моя Марусечка, а все--то кружится. И как приятно, хорошо мне танцевать с тобой одной, Моя Марусечка...".[2]
Внезапно влетает Д ь я в о л. Карты падают на пол.
Т о л с т о й (в страхе). Нечистая сила.
Удирает из ада.
Д ь я в о л (угрожающе чертям). Доигрались, мракобесы.
Черти в смятении.
К чертовой матери -- марш!
Черти строевым шагом покидают ад. Дьявол снова исчезает.
Картина третья
Рай. Б о г отдыхает. С в я т а я А к у л и н а прихорашивается перед зеркалом. К ней подкрадывается Д ь я в о л.
Д ь я в о л. Малышка, скучаешь? С в я т а я А к у л и н а. Блюду покой Вседержителя. Д ь я в о л. Пока он дрыхнет, успеем насладиться. С в я т а я А к у л и н а. Позову на помощь. Д ь я в о л. Молчи, аппетитная. Я и сам справлюсь. С в я т а я А к у л и н а. Фу, противный искуситель. Д ь я в о л. Но любовь зла -- полюбишь и Дьявола. С в я т а я А к у л и н а (громко). Господи!
Бог пробуждается. Дьявол поспешно удаляется. Нарастающий топот ног, крики: "Сюда! Вот рай!" Примчались все грешники, кроме Толстого и Комиссара. Восторг от увиденного.

И с т е р и ч к а. Красотища -- словами не выразишь. О б ы в а т е л ь. Комфорт на мировом уровне. П а р т и е ц. Узнаю санаторий ЦК. Б о г (недовольно). Врываются, не спросясь, в святейшие покои. С в я т а я А к у л и н а. Не прогоняй их, Всепрощающий. Позволь полюбопытствовать, что дальше произойдет. Б о г (успокоившись). Ладно, развлекись.
Бог снова улегся отдыхать. Прибежавших привлекает запах цветка.
О б ы в а т е л ь. Дорваться бы до бесплатного.
Пробирается к цветку.
И с т е р и ч к а (вдыхающему аромат Япончику). Молодой человек, уступите место -- подышать ароматом. Я п о н ч и к. Мои легкие тоже уступить? П а р т и е ц. Дорогу члену Политбюро к блаженству!
Пытается пробиться к цветку. Скуратов сталкивается с Грозным.
С к у р а т о в[ ] (Грозному). [ ]Постой--ка, пуп земли русской. Перед сильными рая грехи свои на шею подчиненного свалил.
Скуратов колотит Грозного.
Г р о з н ы й. Охолонь, Малютушка. С к у р а т о в. За страх мой пршлый пред тобой. Г р о з н ы й. Я не привык к побоям. С к у р а т о в. Добавлю для привычки. И с т о р и к (Скуратову и Грозному). Забияки, нектар почти вынюхали. С к у р а т о в (Грозному). Айда на пролом.
Скуратов и Грозный проталкиваются к цветку.
Г р о з н ы й (Скуратову). Опричник, шибани франта.
Скуратов оттолкнул с пути Япончика.
Я п о н ч и к. Ша, деревня.
Вокруг цветка столпотворение. Входят Т о л с т о й и К о м и с с а р.
К о м и с с а р. Вам бы, Лев Николаевич, нектару для бодрости. Т о л с т о й. За глоток аромата Бородинская битва.
Недовольный Бог оторвал голову от подушки.
Б о г (Святой Акулине). Что за шум? С в я т а я А к у л и н а. Алчущие бьются за нектар. Б о г. Напомни им: блаженны алчущие и жаждущие правды моей, яко те насытятся. С в я т а я А к у л и н а. Пусть сами соображают.
Бог опять положил голову на подушку.
И с т о р и к. Комиссар, справедливость в загоне. К о м и с с а р. Люди! Остановитесь!
Внимание на Комиссара.
Нектара для полного удовлетворения Бог не припас, но мы должны построить огромный цветок и обеспечить нектаром всех. Г р о з н ы й. Утопия. [ ]' О б ы в а т е л ь. Из этого рая не выйдет Коктебля. Т о л с т о й. Я мечтал об обществе всеобщего благоденствия и умер, не увидев его зачатки. Мечту бы воплотить в реальность. К о м и с с а р. Будем стремиться к равенству и братству. И меньше слов -- больше дела. Сначала расчистим участок для цветка. Начали!
Комиссар приступила к работе. За ней Толстой и другие.
Г р о з н ы й (Емеле). Подсоби, дружище. Е м е л я. Третий нужен. (Толстому.) Эй, граф, подмогни. С к у р а т о в (Япончику). Посторонись, лоботряс.

Кипит работа. Особенно хваткие в работе Грозный и Толстой.
С в я т а я А к у л и н а (удивленно). Небывалое -- замахнулись на рай без Бога. Если получится, быть им в раю вечно. Если нет, то обратно в ад. И с т о р и к. Место для цветка подготовлено. К о м и с с а р. Отлично. О б ы в а т е л ь. Перекур. К о м и с с а р. Подышим нектаром старого цветка, сил наберемся.
Емеля спешит к цветку первым.
И с т о р и к (Емеле). Недотепа, не отрывайся от масс. Е м е л я. И верно. Сила дурака в коллективе.
Емеля возвращается. Комиссар ставит барьер подальше от цветка.
К о м и с с а р. Подышим на равных.
Все подходят к барьеру. Дышат нектаром.
Поближе к цветку допустим работавших с огоньком -- Грозного и Толстого.
Комиссар ставит второй барьер ближе к цветку.
И с т е р и ч к а.[ ] Правильно.[ ](Грозному и Толстому.)[ ]Идите.
Ко второму барьеру переходят Грозный и Толстой.
О б ы в а т е л ь (о Комиссаре). Себя, как водится, не обделит. К о м и с с а р. Себе не выше средней платы хорошего рабочего.
Возвращается за первый барьер. Все дышат нектаром. Пауза.
К о м и с с а р. Приступим, товарищи, к сборке из подручных материалов цветочных корней, стебля, листьев и бутона.
Работа закипела. Емеля неожиданно спотыкается о чьи--то ноги, торчащие из--под строительного материала.
Е м е л я (Историку). Глянь -- ноги. Бабьи иль мужичьи? И с т о р и к. Женские ноги как Эйфелева башня: чем выше по ним, тем больше дух захватывает.
Емеля запускает под материал руку. Вскакивает раздосадованный Япончик.
Я п о н ч и к (Емеле). Ух и дам -- носом закусишь. Е м е л я. И закушу. Я гурман. К о м и с с а р. Лодырь объявился. Я п о н ч и к (оправдываясь). Лишь прилег -- сон приснился, будто я в Одессе, в ресторане на Ришельевской. Поет Леня Утесов, и от его голоса в душе запах белых акаций...
Люди грозно наступают на Япончика.
К о м и с с а р. Тунеядцу.. Г р о з н ы й. Наше... И с т о р и к. Народное... П а р т и е ц. Презрение... В с е. Тьфу на Япончика!
Работа продолжается.
Е м е л я (Япончику). Не очень я пошалил? Я п о н ч и к. Умный, да? Е м е л я (обиженно). Кто умный? Я умный? Сам ты умный.
Комиссар подходит к Историку и Толстому.
К о м и с с а р. Товарищи Историк и Толстой, займите, пожалуйста, эти места.
Усаживает их, дает им ручки и бумагу.

Потомки захотят знать о наших кипучих буднях: о нас живых, а не покрытых глянцем бегущих десятилетий. От имени народа прошу вас отобразить развитие общества в правдивых произведениях. Т о л с т о й. В меру таланта. И с т о р и к. Объективность прежде всего.
Комиссар отходит от них.
И с т е р и ч к а (Комиссару). Поотшибала пальцы, но корни не получаются. К о м и с с а р. Вдвоем одолеем.
Пыхтят над корнями. Возле Святой Акулины появляется Д ь я в о л.
Д ь я в о л (Святой Акулине о грешниках). Удивляешься их прыти? С в я т а я А к у л и н а. Комиссар воодушевила людей.
Вдруг Комиссару стало плохо. Ее поддерживают.
Е м е л я. Што с теткой? Г р о з н ы й. Выдохлась голуба. О б ы в а т е л ь. Не дай Бог случится с ней беда. П а р т и е ц. Сбиться с пути недолго. С в я т а я А к у л и н а (Дьяволу). Потерять Комиссара боятся.
Дьявол отходит в сторону от Святой Акулины.
Д ь я в о л (о Комиссаре). Не забрать ли у нее энергию? К о м и с с а р. Друзья мои, во что бы то ни стало нужно достроить спасительный цветок -- красну...
В эту минуту Дьявол бросается к Комиссару, коснувшись ее, лишает энергии. Комиссар падает. Грешники в ужасе. Дьявол убегает.
С в я т а я А к у л и н а (во след Дьяволу). Убийца. И с т о р и к (записывая в книгу). Комиссар не успела поведать, какой цветок строить. О б ы в а т е л ь.[ ] Чего же добиваться? Что будет с нами?..
Под звуки музыки печальной Комиссара накрывают красным полотнищем.
П а р т и е ц. Прощай, наш друг и учитель.
Сцена скорби.
И с т о р и к (записывая). Пламя комиссарских сердец не гаснет, а превращается в путеводные звезды.
Картина четвертая
Рай. Грешники никак не настроятся на работу.
И с т о р и к (пишет в книгу). Смерть Комиссара опечалила созидателей и замедлила ход общественного корабля. (Толстому.) Поднялись бы вы, Лев Николаевич, на капитанский мостик. Т о л с т о й. Слишком глубоко уважал я Комиссара, чтобы осмелиться замещать ее. Г р о з н ы й (с желанием). Я бы смог. В старину повелевал подданными. С к у р а т о в (осуждая). Под тобой земщина стонала. Я п о н ч и к (в сторону). Верховодить бы -- малина. (Всем.) Чем Япончик не фигура для капитана? П а р т и е ц. Обществом управлять -- не шайкой в приморском городе. Я п о н ч и к. Но для шайки мозги обязательны.
Его осенило.
Емеля, ты возглавишь растерявшихся. Е м е л я. Я тугодум. Я п о н ч и к. Не причина для отказа. Частенько недоразвитые и алкоголики вершат судьбами наций. Судимость имеешь? Е м е л я. Не. Я п о н ч и к. Род занятий? Е м е л я. Иногда в печку подбрасываю уголек. Я п о н ч и к (задумчиво). Уголь... (Всем.) Наилучшая кандидатура с незапятнанным прошлым -- Емеля. Шахтер.

Общее удивление.
Кто против? Не видно. Воздержавшихся нет. Выходит -- все за. С к у р а т о в (насмешливо). Скоморох на троне. Я п о н ч и к (Емеле). Обратись с воззванием. Е м е л я (Япончику). Че им сморозить? Я п о н ч и к (Партийцу). Политбюрошник, быстренько черкни ему пару слов.
Партиец написал шпаргалку. Япончик передал ее Емеле.
Е м е л я (читая). Цели ясны! Задачи определены! За работу, товарищи!
Веселое настроение у людей.
Г р о з н ы й. Кончай базар. Дабы не оказаться снова в аду, продолжим труд, завещанный Комиссаром.
Возобновилась активная работа.
Е м е л я (Япончику). Упрел читаючи. Я же дур... Я п о н ч и к (зажав ему рот). Самокритика не для властелина.
Япончик отошел к цветку и украдкой дышит нектаром.
И с т о р и к (записывает в книгу). Пронырливый Япончик воровал бодрящие запахи цветка. И с т е р и ч к а [ ](заметив Япончика).[ ] Не дышите общественным нектаром. Еще не заработали. Я п о н ч и к. Отвали, фиалка Монмартра занюханная. И с т е р и ч к а. Я девицей умерла. Я п о н ч и к. По нынешним временам тебя в музее надо выставлять да под колпаком, чтобы никто не посягнул. Юбку опусти и не завлекай икрами ударников коммунистического труда.
Истеричка стыдливо опустила юбку книзу. Япончик продолжает дышать нектаром.
И с т о р и к (Истеричке). По конституции за порядок отвечает глава общества -- Емеля. И с т е р и ч к а. Емелечка, приструни нахала. Е м е л я (Япончику). Пасешься украдкой. Я п о н ч и к. Изумительный цветок. Эстетика. Е м е л я. Не матюкайся, а соревнуйся с передовиками.
Подошел Скуратов.
С к у р а т о в (Емеле). Улещаешь его.
Отшвыривает Япончика от цветка.
Е м е л я (Скуратову). Ловко. С к у р а т о в. Когда я заправлял войском государевой безопасности, хватал так, что хребтина трещала. Е м е л я. Будь и в раю зашибалой. С к у р а т о в. Ужо развернусь. И с т о р и к (пишет в книгу). Руководитель из Емели никудышный, но дело двигается благодаря энтузиазму сограждан.
К Емеле подошел Партиец.
П а р т и е ц. Емеля, ты не похож на солидного правителя. Е м е л я. На Комиссара? П а р т и е ц. Подберем прототип попроще. По системе Станиславского войдешь в образ. Но за обучение мне и Япончику нектарные льготы. Е м е л я. По рукам. П а р т и е ц. За кулисами изменишь образ.
Емеля, Япончик и Партиец уходят. Рядом со Святой Акулиной вырастает Д ь я в о л.
Д ь я в о л. Привет, соседка. С в я т а я А к у л и н а. Уйди прочь. Д ь я в о л. Не гони. Пришел мириться. С Боженькой заключим союз, и наступит мир во вселенной. С в я т а я А к у л и н а. Обманешь. Д ь я в о л. Провалиться мне в бездну. С в я т а я А к у л и н а. Мешаешь наблюдать за грешниками во главе с Емелей. Д ь я в о л. Никто не ведает, что выкинет придурок. Возьмет да и построит обещанный Хрущевым коммунизм. И никто не ведает, как пылает сердце Дьявола, которое схватила испепеляющая страсть. Соблазнись -- осчастливь падшего херувима. С в я т а я А к у л и н а. Нарываешься на неприятности. Д ь я в о л. Мое бытие -- сплошные неприятности. С в я т а я А к у л и н а (недовольно). Разбужу спасителя.

Протянула руку к Богу. Дьявол целует перехваченную им ее руку. Бог вдруг зашевелился.
Д ь я в о л (с досадой). Персик рядом, да не вкусить.
Дьявол быстро исчезает. Бог продолжает отдыхать. Возвращаются Е м е л ь я н, П а р т и е ц и Я п о н ч и к с папкой в руке. На Емельяне брюки, заправленные в сапоги, вышитая рубашка с ремешком и белая фуражка. У Партийца через плечо красная лента с надписью "МИНИСТР".
Е м е л ь я н. Стройка огромадная. Закачаешься.
Люди с удивлением уставились на пришедших.
И с т е р и ч к а. Никак Емеля... Я п о н ч и к. Не Емеля, а товарищ Емельян.
Емельян приветливо помахивает фуражкой.
О б ы в а т е л ь. Знакомые манеры.
Осмеивают Емельяна.
Я п о н ч и к. Скуратов! С к у р а т о в. Чего? Я п о н ч и к. Я референт главы общества. С к у р а т о в (услужливо). Слушаю, товарищ референт. Я п о н ч и к. Нетактичные смешки в адрес первого лица. С к у р а т о в. Разберусь. (Народу грозно, засучивая рукава.) За ухмылку в ссылку!
Толпа обескуражена.
Я п о н ч и к (Партийцу). Ваши распоряжения, товарищ министр? П а р т и е ц. Товарищ Грозный, назначаетесь начальником строительства цветка. Отвечаете за выполнение плана. Товарищ Емельян посетит стройку после обсуждения общественных проблем.
Емельян, Япончик и Партиец покидают стройку.
Г р о з н ы й (людям). Некогда прохлаждаться!
Работа возобновилась. Емельян, Япончик и Партиец проходят к столу, поставленному у ближайшего к цветку барьера.
Е м е л ь я н. Не шибко приняли. Почтения ко мне нету. П а р т и е ц. Когда отсутствует авторитет, создается его видимость. Воевал? Е м е л ь я н. Не довелось. Но смотрел издалека на схватку Ильи Муромца с Соловьем--разбойником. Я п о н ч и к. Считай, присутствовал на поле брани. Итак, за выдающиеся подвиги в разгроме черных сил наградить товарища Емельяна золотым боевым орденом.
Прикалывает к рубашке Емельяна орден.
Е м е л ь я н. Помру со стыда перед богатырем. Я п о н ч и к. Муромца наградим позже медалью. Е м е л ь я н. Во, здорово! Боевой кавалер... Да я для своего народа на все готов. Вот планов наших "громадье". (Взяв папку у Япончика, раскрывает ее.) Цифры круглые, а я их увеличу. П а р т и е ц. Волюнтаристское решение. Е м е л ь я н. Объявим -- по просьбе трудящихся. П а р т и е ц. Люди не справятся. Е м е л ь я н. Пущай вертятся. Щас поговорю с тружениками.
Емельян, взяв папку, уходит.
Я п о н ч и к (Партийцу о Емельяне). Совсем одурел от власти.
Япончик уходит вслед за Емельяном. Партиец отправляется к Историку.
И с т о р и к (пожимая руку Партийцу). Официально извещали, что товарищ Емельян в молодости был шахтером. Я перерыл архивы, искал шахту, где гнул он горб, но не нашел. П а р т и е ц. Шахта дореволюционная. Могла и завалиться вместе с архивами. И с т о р и к. Вы полагаете? П а р т и е ц. Непременно. Изучение истории труд ответственный, и я разрешаю вам пододвинуться к цветку.

Историк немного пододвигается к цветку.
И с т о р и к. Благодарю. П а р т и е ц. Кстати, товарищ Емельян отличился в стратегически важном сражении с Соловьем--разбойником. И с т о р и к. Достоверна ли новость? П а р т и е ц. Героизм товарища Емельяна бесспорен. И с т о р и к. Внесение непроверенных фактов в учебники по истории -- это преступление перед грядущими поколениями. П а р т и е ц. Дышите нектаром, сообразительный. Да не занимайте не те позиции, освещайте историческую обстановку прогрессивно, и с годами вы академик.
Партиец отходит от Историка.
И с т о р и к (про себя). В докторской--то диссертации мной написано: "Смеха ради возложили обязанности Комиссара на Емельку...". Но политическая линия заколебалась...
Вырывает лист из книги, выбрасывает. Пишет заново.
"В преемники Комиссара по праву выдвинут ее бесстрашный соратник товарищ Емельян".
Партиец перешел к Толстому.
П а р т и е ц. Интересной ли темой увлеклись, Лев Николаевич? Т о л с т о й. Современностью. П а р т и е ц. Эпоха выпала нам грандиозная, вам ее отображать. Прошу вас поближе к цветку. Т о л с т о й. Место указано писателю Комиссаром, и нектара для творчества вполне достаточно. П а р т и е ц (в сторону). Непонятливый гений. (Толстому.) Каковы ваши принципы? Т о л с т о й. Как у Саши Блока: "... Художник, твердо веруй В начала и концы. Ты знай, Где стерегут нас ад и рай. ...Тебе дано бесстрастной мерой Измерить все, что видишь ты. ... Познай, где свет -- поймешь, где тьма. Пускай же все пройдет неспешно, Что в мире свято, что в нем грешно, Сквозь жар души, сквозь хлад ума...". П а р т и е ц. И свет, и тьма, и свято, и грешно -- идейные шатания. Впрочем, сочиняйте. Почитаем.
Партиец уходит. А р х а н г е л привел в рай М о л о д у х у.
С в я т а я А к у л и н а (Архангелу). Опять она. А р х а н г е л. Погибла в Чечне при бомбежке города. С в я т а я А к у л и н а. Не перепутал? А р х а н г е л. Проверено. С в я т а я А к у л и н а. Оставь ее в раю.
Архангел уходит. Грозный увидел Молодуху.
Г р о з н ы й (Молодухе). Вернулась, люба моя. Облобызаемся для знакомства. М о л о д у х а. Сегодня облапаешь меня, завтра потащишься к Екатерине Второй. Имела я мужа--бабника, такого бабника, что не знала от кого у меня дети. Г р о з н ы й. Остепенюсь. М о л о д у х а. Кем в раю числишься? Г р о з н ы й. Начальником строительства. М о л о д у х а. Подходишь. Квартиру добудешь с раздельным санузлом. С совмещенным жила: я в ванной, а муж на краю унитаза, как горный орел на вершине Кавказа, и дети в дверь скребутся. Г р о з н ы й. Добуду и нектару, и квартиру. Не томи, сударушка. М о л о д у х а. Уговорил беззащитную.
Позволяет ему себя поцеловать. Обыватель хлопает по спине Грозного.

О б ы в а т е л ь (Грозному). Не пора ли тебе вдохновить нас на новые трудовые свершения? Г р о з н ы й. Приказано ждать распоряжений руководства о дальнейшем победоносном движении. И с т е р и ч к а. Досидимся и с треском вылетим из рая.
Появляется Я п о н ч и к.
Я п о н ч и к (Грозному). Прибывает глава общества с эскортом мотоциклистов. Г р о з н ы й. Ни хрена себе. Я п о н ч и к. Торжественный прием организуй. Г р о з н ы й. Уж я--то отвык от царских почестей, а Емельке и привыкать ни к чему. Народный ставленник. Я п о н ч и к (Грозному). Мелкий критикан. М о л о д у х а (Япончику). Я устрою встречу. Я п о н ч и к. Опытная? М о л о д у х а. Ходила на демонстрации. Я п о н ч и к. Дерзай, комсомолочка.
Япончик уходит. Затемнение. Пауза. Снова площадка. Строители с разноцветными флажками и портретами Емельяна. Тут же трибуна с графином и стаканом.
М о л о д у х а (народу). До удивления вы вялые, унылые. Высокого же гостя встречаем. Встряхнитесь! Несколько минут бурных аплодисментов, переходящих в овацию, и всем по два отгула плюс молоко за вредность. О б ы в а т е л ь. Едет! Едет! М о л о д у х а. Внимание!
Шум тормозящих мотоциклов, автомашин, хлопают дверцы. Появляется степенный Е м е л ь я н в костюме с золотым орденом на груди. За ним Я п о н ч и к и С к у р а т о в.
М о л о д у х а. Товарищу Емельяну -- ура!
Голоса: "Ура!"
М о л о д у х а. Слава великому и непогрешимому!
Выкрики: "Слава!" Бурно аплодируют. Молодуха с хлебом--солью перед Емельяном.
М о л о д у х а. Дорогой товарищ Емельян, примите хлеб--соль.
Емельян отламывает кусочек, ест. Остальное она передает Истеричке. Емельян поднимается на трибуну. Из бокового кармана пиджака вынимает бумагу с написанной речью.
Е м е л ь я н (читает). Товарищи! Несмотря на загруженность государственными делами, я выбрал день для знакомства с вашей уникальной стройкой.
Аплодисменты. Емельян наливает в стакан воду из графина, пьет. Мелькнувший за его спиной Д ь я в о л крадет бумагу прямо с трибуны. Емельян в замешательстве, но вынужден говорить своими словами.
Э... да... интриги из--за рубежа. (Япончику.) Чего брякнуть?
Япончик пытается ему подсказывать.
Зову сообщественников туда, вперед. (Япончику.) А че впереди? Закончить бы древо, куст рыжий, как жар--птица. Короче, ядрена вошь, держи хвост трубой водопроводной. Трудись, паря, а то труба рабочему, труба крестьянину, труба интеллигенту. Всем хана. А Дьявол обхохочется. Г р о з н ы й (Емельяну). Поконкретнее бы. Какой цветок строить? Е м е л ь я н (в замешательстве). Да лопух. О б ы в а т е л ь (удивленно). Лопух? Е м е л ь я н. Именно -- лопух.
Аплодисменты жидковатые. Емельяна на трибуне сменила Молодуха. Вытащила из чулка листок с речью.
М о л о д у х а (читает бодро). С волнением восприняли мы яркую, образную речь товарища Емельяна, в которой принципиально проанализировано международное и внутреннее положение. Уверенно двигаясь курсом Комиссара, товарищ Емельян наметил исторический этап -- воздвигнуть лопух. И мы претворим в действительность его предначертания.

Дежурные аплодисменты. Молодуха сходит с трибуны.
Я п о н ч и к. Товарищ Емельян отбывает.
Емельян удаляется в сопровождении Япончика и Скуратова. Эскорт и кортеж отъезжают.
Г р о з н ы й (Молодухе). Предначертания, исторический этап... Да лопух -- бред. Если его и построим, нектара в нем с гулькин нос. Население останется полуголодным, а ты лисой растявкалась. М о л о д у х а. Но, золотце, откровенно гутарят, когда на кухне варят. Я побрехивала с трибуны. О б ы в а т е л ь. На лопух не согласны. Т о л с т о й. К Дьяволу лопух. И с т е р и ч к а. Заменим лопух на цветок более душистый.
Вернулись Я п о н ч и к и С к у р а т о в.
Я п о н ч и к. Речи крамольные. Г р о з н ы й. Свобода слова. Я п о н ч и к (Историку). Просвети заблудшего. И с т о р и к. Свобода -- это осознанная необходимость. С к у р а т о в (Грозному). Но ты не осознал, что лопух цветок необходимый. (Обывателю угрожающе.) Выскажись. О б ы в а т е л ь (испуганно). Лопух -- замечательное открытие товарища Емельяна. Я п о н ч и к (Грозному). Учись у Обываетля. Возобновляй работу. Г р о з н ы й. Мартышкин труд. Я отказываюсь. С к у р а т о в. Контру разводишь.
Хватает Грозного.
Г р о з н ы й (Скуратову). Неужто государя поволокешь как холопа? С к у р а т о в. Извиняй, Иван Василич. Я на службе. М о л о д у х а (Япончику). После убийства сына Ивана у царя нервы сдали, и оттого выпендривается. Сжальтесь. Я п о н ч и к (Скуратову). Отпусти шизика.
Скуратов отпускает Грозного.
(Грозному.) В чернорабочие переквалифицируешься. (Обывателю.) Тебя, Обыватель, перевожу в начальники. И чтоб лопух цвел. О б ы в а т е л ь. Если родина прикажет, зацветет. Я п о н ч и к. Крутись, лояльнейший.
Япончик и Скуратов уходят. Обыватель с людьми идет к цветку. Остаются Грозный и Молодуха.
М о л о д у х а. Достукался, а напрасно. Никто не оценит твой поступок. Г р о з н ы й. Проживем как--нибудь. М о л о д у х а. На как--нибудь поищи марфуту без столичных запросов. Я была фавориткой начальника, а стала девкой работяги.
Грозный хочет ее успокоить.
Не прикасайся. Г р о з н ы й. Не обрывай грубо близкие отношения. М о л о д у х а. Близость нужно обеспечить, неудачник.
Молодуха покидает Грозного.
Г р о з н ы й. Ах ты, блюдолизка!
ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ
Картина пятая
Кабинет. Внушительный служебный стол. За ним в мягком кресле восседает Е м е л ь я н. Рядом стоит цветок, сотворенный Богом. Перед столом стул для посетителя. Входит П а р т и е ц.
П а р т и е ц (напевая). "Дорогая моя столица, Золотая моя Москва!"[3] Здравствуй, Емельян.

Емельян не отвечает. Оглох? Е м е л ь я н. Обращаешься, словно к приятелю. Главный в обществе я. Не ровня тебе. И запомни: товарищ Емельян -- раз, а два -- постучи в двери. Министерство культуры завели, а культура где? Зачни сызнова.
Партиец выходит, стучится, потом входит.
П а р т и е ц. Товарищ Емельян, разрешите войти? Е м е л ь я н. Заходь.
Партиец не осмеливается сесть на стул.
Как там лопух? П а р т и е ц. Делается. Лопух без сомнения цветок, но, по утверждению науки, низшего сорта. Е м е л ь я н. В родительском огороде, окромя лопуха, иные цветочки не росли. Ты предупреди науку, чтобы рот заштопала. А общество разумеет меня с полунамека. Мы горы своротим, реки завернем, землю сдвинем!
Емельян заерзал в кресле.
В животе бурчит... Я отлучусь. Перекури.
Емельян поспешно убегает. Партиец усаживается в кресло Емельяна и усиленно дышит нектаром.
П а р т и е ц. Емелю сделали начальником, а свиньей он сам стал.
Осматривает кабинет.
Устроил персональный рай, а рядом множество терпеливых пытается выжать крохи нектара из чахлого лопуха. Как бы в ненависти не расправились с ним и с прихлебателями вроде меня.
Незамеченным возвращается Е м е л ь я н.
Сместить бы его с поста да швырнуть в отхожую яму истории. Представится ли возможность? Е м е л ь я н. Надумал вышибить верховного из кресла. Понравилось в нем сидеть. П а р т и е ц (в смятении). Пошутил неудачно. Е м е л ь я н. Кремлевские интриги вспомнил. Но здесь сплоховал. Охрана!
Вбегает С к у р а т о в.
(Скуратову, указывая на Партийца.) Враг народа. Маскировался под рубаха--парня. Взять!
Скуратов сцапал Партийца.
С к у р а т о в (Партийцу). Лишен неприкосновенности. П а р т и е ц. Товарищ Емельян, ковриком постелюсь.
Падает на колени.
Прости, отец родной. Е м е л ь я н. Англо--американский шпион. С к у р а т о в (Партийцу). В ГУЛАГ по этапу.
Снимает с Партийца ленту с надписью "МИНИСТР" и передает ее Емельяну.
Е м е л ь я н. Стереть его в лагерную пыль. Нет человека -- нет проблем. С к у р а т о в (Партийцу). Двигай! П а р т и е ц (Емельяну). Переигрываешь роль, Емеля. Я тебя такому не учил. Ох, уж эта система Станиславского. Е м е л ь я н (Скуратову). Пришли ко мне Молодуху.
Верный служака уводит жалкого Партийца.
(Про себя о Партийце.) С нами был, но не наш. Оттого и укатали сивку в крутые горки.

Вошла М о л о д у х а.
М о л о д у х а. Товарищ Емельян, вызывали?
Взмахом руки приглашает ее.
Е м е л ь я н. Башковитая ты бабенка. За министра смогешь? М о л о д у х а. Постараюсь. Е м е л ь я н. Принимай министерскую ленту.
Отдает ей ленту с надписью "МИНИСТР".
М о л о д у х а. Сочту за честь. Е м е л ь я н. Потребляй нектар.
С интересом рассматривает Молодуху, вдыхающую нектар.
Сдобная. Сонная не лягаешься? М о л о д у х а. Что вы. Я воспитанная. Е м е л ь я н. В порыве чувств кусаешь? М о л о д у х а. Легонько. Для полноты ощущений. Е м е л ь я н. Выходи за меня. Назовут первой бабой. М о л о д у х а. Первой леди. Е м е л ь я н. Лады. Первая ба... б... леди. М о л о д у х а. Мечта сбылась.
Ласкает его.
Бесподобнейший. Гегемончик твердолобенький... Е м е л ь я н. Будя обольщать. Вначале о стране покумекаем. М о л о д у х а. Страна перетопчется.
Картина шестая
Д ь я в о л в одиночестве. Появляется Я п о н ч и к, поглядывая на Дьявола с опаской.
Я п о н ч и к. Еле прокрался к вам. Д ь я в о л (недовольно). Направил я тебя в рай для чего? Я п о н ч и к. Развалить его изнутри. Д ь я в о л. Ну и?.. Я п о н ч и к. Осечка. Старался, ей--Богу. Причина не во мне, а в их социалистической системе. У них ни бедных, ни богатых. Середнячки. Каждый получает от главы общества немного нектара и, кажется, удовлетворен. Какие--то полукрепостные, но зато товарищи и друзья. Д ь я в о л. Убеждай их, что стоит рухнуть тому строю, сразу разбогатеют. Я п о н ч и к. Кто поверит? Д ь я в о л. Души человеческие мечтают о манне небесной. Нарисуй им заманчивую картину благополучия. И они, устав от надоевшего быта и очумев от иллюзий, совершат переворот, как в Москве, когда расстреляли из танков Верховный Совет, и побегут вприпрыжку, задрав штаны и приподняв юбки, к дикому капитализму. Разве Россия не образец падения непобедимой державы? Возвращайся, прояви диссидентские замашки, принародно обличай, оплевывай все и вся и Емелю тоже. Я п о н ч и к. Слушаюсь.
Япончик ушел.
Картина седьмая
Лопух делается лениво, без желания и огонька, несмотря на призывы Обывателя и висящего над строителями плаката "Даешь лопух!"
О б ы в а т е л ь. Темпы наращивайте! Темпы! Г р о з н ы й. Трудно дается цветок. Без Комиссара хоть плачь. Нектара выделяется нам мало. Не живем, а существуем впроголодь. Я п о н ч и к. С Емельяном пропадем. Полуграмотный, вызубрил одни популярные призывы. О б ы в а т е л ь (в замешательстве). Гадости о товарище Емельяне? Вы же его референт. Я п о н ч и к. Честно говоря, он неотесанное бревно. И с т е р и ч к а (Япончику). Провоцируете нас на откровенность, а потом за длинный язык и в каталажку.

Мимо проходит М о л о д у х а.
Я п о н ч и к. Вот--вот насадил он страх в обществе. Выразил протест Партиец и пострадал. М о л о д у х а (Япончику). Не заносись на повороте. Я п о н ч и к. Начинаем понимать, что к чему.
Молодуха идет к Историку.
И с т е р и ч к а (с опаской). Браво Япончик.
Молодуха и Историк.
М о л о д у х а. Чем порадуете, уважаемый Историк? И с т о р и к. Подготовил монографию о выдающемся деятеле товарище Емельяне. М о л о д у х а. Похвально. Вы избраны академиком. (Пожимает руку Историку.) Получите нектар ученого -- лепесток цветка.
Дает ему лепесток цветка.
И с т о р и к. Признателен вам и лично товарищу Емельяну. Я п о н ч и к. Зафиксировал бы ты, Историк, что строители разуверились в руководящей и направляющей силе. М о л о д у х а. С каких пор одесское ворье заботится о людях? Я п о н ч и к (недовольно). Я никогда не был вором, я был налетчиком на банки, магазины, фирмы и ни разу пальцем не тронул обычного горожанина. Но хочу... М о л о д у х а (перебивая его). Хочешь расшатать основы общества. Глупость.
Внезапно показался Д ь я в о л.
Д ь я в о л. Дьявольские умыслы неисповедимы.
Дьявол исчез. Появился Е м е л ь я н. Молодуха, отойдя от Историка, встречается с Емельяном.
М о л о д у х а (Емельяну). Историк--академик написал вашу биографию. Е м е л ь я н. Пущай включит в нее завтрашний мой юбилей. М о л о д у х а. Укажу ему.
Он многозначительно поглаживает орден на своей груди.
Е м е л ь я н. Чем обрадуешь ко дню ангела? М о л о д у х а (неуверенно). Не издать ли указ: "За особые заслуги наградить золотым трудовым орденом"? Позволите? Е м е л ь я н. Не рассусоливай. Прикалывай.
Молодуха достает из кармана орден и прикалывает к его пиджаку.
М о л о д у х а. Поздравляю. Е м е л ь я н. Рано. Прицепи еще пару, тогда и поздравляй.
Прикалывает еще один орден.
М о л о д у х а. Ордена кончились. Е м е л ь я н. Ускорь штамповку наград.
Емельян пошел.
Завернем к Толстому.
Емельян и Молодуха подходят к Толстому.
Приветствую графа. Т о л с т о й. Мое почтение. Е м е л ь я н. Р?ман настрочил? Т о л с т о й. Повесть. Е м е л ь я н (Молодухе). Поглянь.
Молодуха бегло знакомится с рукописью.
(Толстому.) Давненько не общался с писателями. М о л о д у х а. Цитирую: "Безрассудные Емелины указания вконец измотали строителей рая". А дальше сквернее: "Невежество, наделенное непомерными правами, поощряет угодничество и льстивые заверения в преданности". Е м е л ь я н. Наплел. Денно и нощно вкалываю для общего блага, некогда муху согнать с носа. Хам ты, без чинопочитания, а не граф. М о л о д у х а (Толстому, возвращая рукопись). Гнусный пасквиль. Т о л с т о й. Зарисовка с натуры. М о л о д у х а (Толстому). Послушайте суждение Историка. И с т о р и к. Спасибо вам, родной товарищ Емельян, за то, что вы такой, какой вы есть. Т о л с т о й. К счастью, правда не подвластна псевдоисторикам. А она такова, что путь в светлое будущее легче одолеть, когда предводитель истинный философ и практик. И тот же путь устлан невинными жертвами, а души переполнены горечью и болью, если поводырь... Е м е л ь я н (поняв, о ком идет речь). Я -- поводырь? Чуждые мысли, дедок. Т о л с т о й. Это мысли Маркса. Знаком с Марксом? Е м е л ь я н. Нет. Т о л с т о й. А с Энгельсом? Е м е л ь я н. Да нет же. Т о л с т о й. Но с Лениным хоть ознакомился? Е м е л ь я н. Иди ты к черту. У тебя своя компания, а у меня своя. И вообще -- замолкни! Я хозяин общества! Я! Я!!

Емельян уходит.
М о л о д у х а. Скуратов!
С к у р а т о в тут как тут.
С к у р а т о в (Молодухе). Заключить под стражу ерепенистого сочинителя? М о л о д у х а (Скуратову). Толстого при самодержавии не арестовали, ибо слава его не вмещалась в российских тюрьмах. Определите его на лечение в желтый дом -- старик и образумится. С к у р а т о в. Товарищ граф, министерство выделило тебе путевочку в загородный санаторий. Т о л с т о й. Я вам уступаю ту путевку. С к у р а т о в. Не выкобенивайся. Поезжай. Там и обмозгуешь житье--бытье. Т о л с т о й. Все течет, все изменяется, но по--прежнему не позволяют быть умнее доморощенного папы римского.
Скуратов уводит Толстого.
Картина восьмая
Кабинет. Негромко звучит гимн Советского Союза. Е м е л ь я н сидит за рабочим столом, млея от ласк и поцелуев М о л о д у х и.
М о л о д у х а (напевая). "На той кроватке Люся лежала, На правой ручке Емелю держала".[4] Е м е л ь я н. Размяк чего--то. Говоришь, в обществе бузят диссиденты. М о л о д у х а. Поставлю их на место. Е м е л ь я н. Не давай спуску горлопанам. Но со Львом Николаевичем Толстым не переборщи. Публика бы не зароптала, не пришлось бы, как в Новочеркасске, стрелять в недовольных. М о л о д у х а (напевая). "Люблю графинчик, люблю стаканчик, Люблю я милого карманчик".[2]
В кабинет врывается Д ь я в о л. При виде князя тьмы страх объял Емельяна.
Е м е л ь я н. Ко мне?!
Р о г о н о с е ц и В е с е л ь ч а к вносят кресло для Дьявола. Он усаживается в него.
Д ь я в о л (Емельяну). Не дрожи, герой паркетный. (Презрительно.) В непотребном виде в рабочем кабинете. М о л о д у х а (Дьяволу). Проигнорировал бы. Д ь я в о л. Рогоносец, проигнорируй ее.
Рогоносец грозно надвигается на Молодуху.
М о л о д у х а (иронично). Ох, испужалась.
Вдруг сама хватает Рогоносца и тащит к выходу.
Сама проигнорирую.
Они вместе выходят из кабинета.
Е м е л ь я н. Явились забрать душу мою? Д ь я в о л. Полагаешь, я кровожадный? Ничуть. Обстоятельства вынуждают. Е м е л ь я н. Повременили бы. Мы строим развит?е общество. Экономика стала экономной. Скоро возведем древо жизни -- цветок с нектаром. Наступит всеобщая благодать, и Господь смилостивится. Д ь я в о л. Стремишься угодить лишь Богу, совсем забывая обо мне. Знай: Иисус Христос говорил ученикам, что Дьявол находится даже в нем. Всякий человек мечется беспрестанно между Богом и Дьяволом и не находит успокоения. (По--деловому.) Есть предложение. Е м е л ь я н. Выполню. Д ь я в о л. Рассчитывал я, Емеля, что после кончины Комиссара ваше общество быстро деградирует. Удивительно, и под бездарным руководством общество, стремящееся к социальной справедливости, развивается, несмотря на тяжелейшие издержки. Чтобы окончательно добить его, с чего следует начать? Е м е л ь я н. С верхушки. Д ь я в о л. Точно. Тому яркий пример: хороша была советская власть, да жаль дуракам досталась. Они и угробили тот строй с моей, естественно, помощью. А ты угробишь свое общество. Е м е л ь я н. Каким образом? Д ь я в о л. Сменишь курс. Верным тебе дашь собственность, остальные обнищают. Меньшинство станет господами, большинство холуями. Любой кинется загрызать собрата из--за прибыли. За услуги обеспечу тебе в аду шикарную обитель. Е м е л ь я н. Совесть заест меня. Д ь я в о л. Совесть -- пережиток социализма. Познаешь тонкости политики, превратишься в беспринципное животное. Будешь нагло лгать и искренне улыбаться, бесстыдно обещать и тут же забывать обещания, безжалостно проливать кровь мирного населения и плакать вместе со всеми. Соглашайся. Е м е л ь я н (сокрушенно). Соплеменники пострадают. Д ь я в о л. Люби не людей -- люби власть. Упивайся властью всласть. Возлагай на себя диктаторские полномочия и, как уральский мастеровой, низвергни серп и молот: серп забросишь в одну сторону, молот в другую. Е м е л ь я н. Подлая затея. Лучше снова стану Емелей, погреюсь на печке. Д ь я в о л. Не финти. Е м е л ь я н. Я русский мужик -- не потомок пришлых из дальнего зарубежья, которые растаптывают наше кровное. Забери душу мою или отпусти на четыре стороны. Д ь я в о л (Весельчаку). Япончика ко мне.

Весельчак вышел.
(Емельяну.) Благородство нынче не в почете, приспособленчество в чести.
Входят Я п о н ч и к и В е с е л ь ч а к.
(Япончику, достав из кармана лист бумаги.) Миша, дай на подпись Емеле.
Япончик, молча прочитав документ, подал его Емельяну.
Е м е л ь я н (Япончику). О чем документ? Я п о н ч и к. В связи с твоей неизлечимой болезнью добровольно уходишь с поста и передаешь бразды правления. Е м е л ь я н. Неужели тебе, преступнику? Шиш. Д ь я в о л. Известен случай, когда на южном берегу Богом меченный не подписал отречение. Последствия плачевные: страна распалась, смута началась. Я п о н ч и к (Емельяну). Автограф и на заслуженную пенсию. Е м е л ь я н. Не заставишь. Я п о н ч и к. Носом подпишешь.
Хватает Емельяна за голову, тычет носом в чернильницу, потом возит его носом по бумаге.
Е м е л ь я н (Дьяволу). Манифест подписан. Д ь я в о л. Великолепно. Е м е л ь я н (Япончику). Узурпатор! Д ь я в о л (Емельяну). Зря шумишь. Высшие полномочия получит не Япончик. Он бытовой бандит. От его разбоя плачут десятки человек. Пустяки. Но есть, увы, политики, от действий которых страдают миллионы. Такого и подберу. (Весельчаку.) Емельку в ад, в котел к Сталину. Вдвоем побултыхаются в смоле и побеседуют о возможности построения рая в отдельно взятом аду.
Весельчак подталкивает Емельяна к выходу.
Е м е л ь я н[ ] (умоляюще). Только не к Сталину. Он спросит: "К чему я привел общество после Комиссара?" Не оправдаюсь. Весельчак уводит Емельяна.
Д ь я в о л (Япончику). Придется провозгласить демократию. Я п о н ч и к. С чем ее едят? Д ь я в о л. Демократия -- это лозунг хитроумных для простодушных. В переводе -- народовластие. Но руководит кучка ловких единомышленников. Поэтому тебе потребуется опора. (Вдруг повелительно в пространство.) К ноге!
Со всех сторон появляются ч е р т и.
Вот исполнители. Я п о н ч и к. Откуда столько нечисти? Д ь я в о л. Откуда и Бог, и я -- с земли обетованной. Я п о н ч и к. С такими страшилищами провозглашать -- свобода и равенство? Д ь я в о л. Они научились преображаться, подстраиваться под тех, с кем живут. (Чертям.) Смените рожи на лица.
Черти преображаются в людей.
Покажите умиление, смирение.
Те изображают требуемое.
(Япончику.) Маски по потребностям. Из века в век они разваливают не угодные мне правительства, разрушают стабильные общества и наводят там мой, дьявольский порядок. Бери их, Мишель, и вперед, Одесса! (Спохватившись.) А, забыл про главнокомандующего. (В пространство.) Ко мне!
Появляется ч е р т.
(Черту.) Яви обличье!
Черт становится Партийцем.
Я п о н ч и к. Ба, непотопляемый политбюрошник. Д ь я в о л (Партийцу). Выдвинем тебя в президенты. П а р т и е ц. Положительного президента забегаешься искать. Некому подражать. Нельзя ли назваться королем или герцогом? Д ь я в о л. Устарелые титулы. Да и тебе--то что до них? Ты же в раю станешь президентом, а не на белом свете. Я п о н ч и к (Дьяволу о Партийце). Откажется. Д ь я в о л. Не рвется во власть здоровый человек, не обремененный тяжким бесом. А он, неоднократно проверенный, при возможности и в президенты, и в фюреры на четвереньках доберется, перекусав соперников по дороге. Я п о н ч и к. Не прокатят ли его на выборах? Д ь я в о л. Исключено. С недельку подкормим избирателей нектаром цветка, создадим образ благодетеля. Он наобещает золотые горы. Я п о н ч и к. А вдруг провал? Д ь я в о л. Устроим провокацию, поколотим изрядно безвинных людишек и поднимем на щит Партийца как спасителя нации. Я п о н ч и к (восхищенно). Дьявольщина!.. Д ь я в о л (Партийцу, Япончику и чертям). С Богом, слуги мои.

Картина девятая
Площадка для строительства цветка. Видны бюст и портрет Емельяна и эмблема серпа и молота. Строители в ожидании кого--то.
И с т о р и к (записывая в книгу). Во главе общества встал борец с привилегиями всенародно избранный президент...
Появляется П а р т и е ц, следом идет Я п о н ч и к с министерской лентой через плечо. Партийца встречают криками: "Наш президент! Браво!"
О б ы в а т е л ь (Партийцу). В раю бронетранспортера нету. Влазьте на бочку.
Помогают Партийцу встать на бочку.
П а р т и е ц. Господа! Г р о з н ы й. Извини, но мы товарищи. П а р т и е ц. Господа, понимаешь ли, своей судьбы. Тоталитарный режим Емельяна пал. Избрав меня, вы выбрали путь обновления.
Люди на радостях бьют бюст Емельяна и рвут его портрет, сбрасывают эмблему серпа и молота.
Я как президент гарантирую, что ухудшения жизни не допущу. Иначе на рельсы... не лягу, не ждите -- шея короткая. Я обеспечу полную свободу. С к у р а т о в (Партийцу). От чего свободу? П а р т и е ц. От всего. Все дозволено. Творите и вытворяйте!
Одобрение собравшихся. Партиец спустился с бочки.
И с т е р и ч к а. Раскрепостились наконец. Бояться больше некого.
Появляется Т о л с т о й.
Г р о з н ы й (радостно). Льва Николаевича освободили!
Многие приветствуют, обнимают старика.
Т о л с т о й. Дожились--таки до светлых времен. Я п о н ч и к. Господин граф, новое рыночное правительство приветствует вас и приносит извинение за те гонения, которые вы терпели. Дворянская кровь снова в цене. О б ы в а т е л ь (Япончику). Послушайте, и я из дворян. Моя бабушка была любовницей адмирала Колчака, когда тот командовал Черноморским флотом. Вы должны помнить, господин Япончик, ту порядочную даму. Я п о н ч и к. Как же. Сошлась с моим помощником -- Моней, что с Пересыпи. Разбитная бабенка. Не чета местным... (Разглядывает Истеричку.) Юбка монашеская -- заглянуть некуда. И с т е р и ч к а. Позвольте, господин министр, поднять юбку сантиметров на тридцать, приоткрыть на коленках чашечки? Я п о н ч и к. Приподними на полметра и будет виден весь сервиз. Мораль отменяется. Вдосталь желающим чернухи и порнухи. М о л о д у х а (Истеричке). Отпусти тормоза. И с т е р и ч к а[ ] (решившись).[ ] Стряхнем советские оковы. Демократия!
Отстегивает юбку и отбрасывает. Молодуха с Истеричкой и молодежью отплясывают танец из эпохи загнивающего капитализма.
П а р т и е ц (Япончику). Ломай устои общества. Обещаю президентское покровительство. Я п о н ч и к. Прихватизация подготовлена. Объявляй указ. П а р т и е ц. [ ]Погоди. Дадим чуток им порезвиться. Веселящихся легче охмурять.
Люди продолжают веселиться. К Япончику подходит Молодуха.
М о л о д у х а. Молодые за девочками ухлестывают, а министр озабочен. Иль не глянусь? Я п о н ч и к. Не до тебя. Политический строй меняем. М о л о д у х а. При любом строе мое оружие при мне и срабатывает безотказно. Задумал что--то? Возьми меня в компаньоны и в прочее. Не пожалеешь. Умная и обаятельная женщина -- троянский конь предпринимателя. Я п о н ч и к. Заметано. Начнем богатеть за счет старого боженькиного цветка. М о л о д у х а. Прекрасно. Я п о н ч и к (негромко, но властно). Шакалы!

Перед ним появляются вышколенные м о л о д ц ы, которых предложил ему ранее Дьявол.
(Молодцам.) Готовность номер один. М о л о д у х а (Япончику). Я поведу их. Я п о н ч и к (Молодухе). Захватишь собственность. (Партийцу.) Президент, пора. П а р т и е ц. Обитатели рая! Желаете стать собственниками? Г р о з н ы й. Дармовой кусок рот не дерет. И с т е р и ч к а. Обзавелась бы и я хозяйством. Т о л с т о й. Разумеется, обеспеченная семья -- основа государства. П а р т и е ц. Тогда для разминки подписываю указ о прихватизации. Поворачиваю вас к рынку, как настаивает Запад и лично дядя Сэм.
Подписывает указ. Грешники не сообразят: радоваться им или огорчаться.
И с т о р и к (раздумывая над книгой). Определены ли справедливые принципы распределения собственности? Я п о н ч и к (молодцам и Молодухе). Фас!
Цветок захвачен ими. Установлена охрана.
И с т е р и ч к а. Вольготно заживем, товарищи. О б ы в а т е л ь. С собственностью мы не товарищи, а господа. Звучит гордо. Не желаете ли вкусить нектарчику, господа? Т о л с т о й. С охотой отведаем. И с т е р и ч к а. Люблю вкусненькое. Г р о з н ы й. Идем к цветку.
Люди двинулись к цветку, но им дорогу преградила Молодуха.
М о л о д у х а. Дальше запрещено. Частные владения. Т о л с т о й. Общественные. М о л о д у х а. Были при красных. А при побелевших -- частные. Г р о з н ы й (Молодухе). Успела слизать сливки. М о л о д у х а. Первоначальное накопление капитала. Я п о н ч и к (Партийцу). Где спецбульдог?
Тот не успел ответить, как к Япончику подбежал Скуратов.
С к у р а т о в (докладывая). На боевом посту, господин министр. Я п о н ч и к. Видишь, новые русские в опасности. Защити их. Скуратов занял место Молодухи. Она отошла за спины молодцов к цветку.
С к у р а т о в (толпе). Сдай назад. Частная собственность неприкосновенна.
К ним подходит Япончик.
Т о л с т о й (Япончику). Любезнейший, раньше все принадлежало всем. Полюбуйтесь -- наиболее ценное уже прибрано к рукам. Я п о н ч и к. Кто--то по указу получил цветок с нектаром, кто--то получит чеки--ваучеры, также часть собственности. Вот они. Разбирайте, обогащайтесь.
Бросает пачку чеков в толпу. Образовалась свалка, но чеки расхватали.
О б ы в а т е л ь (в восторге). Я -- собственник! И с т е р и ч к а (Обывателю). Два чека хапнула. Богаче тебя. И с т о р и к (Япончику). Красивые ваучеры, но какова в них доля собственности? Я п о н ч и к (всем). Вы собственники. Г р о з н ы й (в недоумении). Как? Я п о н ч и к. Владельцы ваучеров. Г р о з н ы й. Молодуха цветком услаждается, мы с пустыми бумажками, а ты нам зубы заговариваешь? О б ы в а т е л ь (Япончику). Когда чеки овеществят? Я п о н ч и к. Со временем.
Япончик поспешно уходит.
Г р о з н ы й. Братцы, нас надули. Призываю к забастовке. С к у р а т о в (всем). Митинг не санкционирован. Расходитесь. Скуратов подтолкнул Истеричку.

И с т е р и ч к а (Скуратову). Не пихай слабую. С к у р а т о в. Заткнись ваучером. Т о л с т о й (Скуратову). Мы против махинаций администрации. С к у р а т о в. Вы против демократических преобразований? Вы за возврат к тоталитарному режиму Емельяна? Г р о з н ы й. Кто бы поучал, но не Малюта, заплечных дел мастер. С к у р а т о в. Потребность во мне имеется. Я телохранитель. Платят прилично. Подсуетись, место найдется. М о л о д у х а (Скуратову). Пропусти царя ко мне. С к у р а т о в (Грозному). Иди. Госпожа велела.
Грозный подходит к Молодухе, сидящей у цветка. Остальные возвращаются на стройплощадку.
Г р о з н ы й (Молодухе). Окрутила министра и опять при богатстве. М о л о д у х а (искренне). Порочная, обожаю мужичков с толстыми кошельками, потому как нажилась при скудных средствах. Г р о з н ы й. Дай нюхнуть нектару. Оголодал очень. М о л о д у х а. Заработай.
Он пытается ее обнять, но она отстраняется.
Не это. Повкалывай над новым цветком, получишь порцию нектара. А тот цветок я приобрету. Г р о з н ы й. Ты сильно разбогатеешь, а я к нищите скачусь. М о л о д у х а. Кроме рук, ничем не располагаешь. Такова участь пролетариата. Г р о з н ы й. Но многие недовольны. М о л о д у х а. Вы, голодранцы, оказались с чеками в глубоком шоке, я на пиру жизни. Научу вас рынок любить. Подползи на брюхе ко мне -- выделю малость аромата. Ползи, не стесняйся. Г р о з н ы й. Унижаться -- душу губить. Прощай. М о л о д у х а. Будешь лизать мне зад, выпрашивая каплю нектара.
Грозный в расстроенных чувствах возвращается на стройку.
О б ы в а т е л ь (Грозному). Прогуливаешь. Попадешь под сокращение. Г р о з н ы й. О чем ты? О б ы в а т е л ь. Не в курсе происшедшего? Акции недостроенного цветка кто--то скупил. Г р о з н ы й. Без согласия строителей? И с т е р и ч к а. Мнения рабочих не спрашивают.
Появляется И с т о р и к.
О б ы в а т е л ь (поспешно Грозному). Принимайся за сборку цветочного бутона. И с т о р и к. Не придется. Г р о з н ы й (Истеричке). Ему ли вмешиваться в производство? И с т е р и ч к а. Он перестал описывать историю рая. Устроился менеджером. И с т о р и к (всем). Вынужден сообщить вам, что держатель акций решил закрыть стройку, так как цветок лопух нерентабельный. О б ы в а т е л ь. Давайте строить тот цветок, который даст много нектара. И с т о р и к. В вас, господа, более не нуждаются на стройке. И с т е р и ч к а. Но где нам заработать нектар? И с т о р и к. Правительство предоставило вам свободу, а не зарплату. Т о л с т о й. Пожалуемся президенту. И с т о р и к (иронично). Жаловаться? На выборах вы поддержали курс преобразований. И с т е р и ч к а. Мы хотели как лучше. И с т о р и к. Получилось как всегда -- плохо. Г р о з н ы й. Плохо трудягам, а наверху им хорошо. И с т о р и к. Властям всегда хорошо, на то они и власти.
Картина десятая
Словно восточные правители, на коврах расположились П а р т и е ц и Я п о н ч и к. М о л о д у х а готовит им угощение.
Я п о н ч и к. Нравятся ли, президент, мои апартаменты? П а р т и е ц (разглядывая помещение). Роскошные отгрохал, будто у персидского шаха. Завидую. Я п о н ч и к. Посолиднее и покрасивее строятся для президента. П а р т и е ц. Приглашу на новоселье.

Молодуха подает угощение: каждому по ароматной веточке от цветка.
М о л о д у х а (ласково). Для гостя медовый нектар. П а р т и е ц. Обожаю. И побольше. М о л о д у х а. На здоровье.
Аппетитно дышат нектаром.
П а р т и е ц [ ](Япончику).[ ] Прихватизацию ты провел, мягко говоря, небескорыстно. Массам что--нибудь оставил? Я п о н ч и к. Мелочевку несущественную. Трудновато будет грешным прокормиться на грани выживания. П а р т и е ц. Могут восстать. Опасно. М о л о д у х а. Вряд ли. Работники обескуражены, побаиваются репрессий. Я п о н ч и к. И без вождя они сброд. М о л о д у х а (Партийцу). Вижу, нектарчик в охотку вдыхается. Повторим по веточке.
Дает ему еще веточку цветка.
П а р т и е ц. Вечно бы блаженствовать в раю. Я п о н ч и к. Море удовольствий.
Входит перепуганный И с т о р и к.
И с т о р и к. Ужасно...
Со страха не в состоянии говорить.
М о л о д у х а (Историку). Что стряслось? Крейсер "Аврора" подошел к Кремлю?
Не получает ответа.
Я п о н ч и к (обнюхивая Историка). Медвежья болезнь. М о л о д у х а. Стресс неспроста.
Пировавшие предчувствуют недоброе. Партиец, подойдя к Историку, поднес к его лицу веточку цветка.
П а р т и е ц (Историку). Вдохни аромат нектара. (Историк, вдыхая запах цветка, пришел в себя.) Выкладывай. И с т о р и к. Из котла со смолой вылез с помощью Емели и сбежал из ада товарищ Сталин, как когда--то из Туруханской ссылки.
Испуг прошел по лицам компании.
П а р т и е ц. Далеко он? И с т о р и к. Да на подходе. Я п о н ч и к. Вспыхнет революция -- комиссары, чрезвычайщина. Куда бежать прятаться? М о л о д у х а. Дьявол обязан спасти. Он вас направил сюда. П а р т и е ц. Если проснется Бог, не поможет и Дьявол. Я п о н ч и к (нервно Партийцу). Я всего--навсего министр--исполнитель, а президент ты. Ответишь перед товарищем Сталиным. П а р т и е ц. Когда корабль тонет, сбрасывают балласт. Тебя и сброшу.
Япончик сделался как побитая собака.
Я п о н ч и к (Молодухе). Видала, стрелочника под колеса толкает. Не везет в политике -- повезет в любви. М о л о д у х а (Япончику). Не люблю проигравших. (Партийцу.) Взгляни на меня повнимательнее. Я же вторая твоя половина. Чем мы не пара? П а р т и е ц (Молодухе). Мужей при перестройке не меняют, ибо неизвестно, чем закончится перестройка.
Картина одиннадцатая
Площадка для строительства цветка. Работа прекращена. Люди в раздумье: "Как жить дальше?"
Г р о з н ы й. Подышать бы нектаром, но негде взять. Т о л с т о й. Да, новоявленные хозяева закрыли стройку. И с т е р и ч к а. Как выжить при безработице, господа? О б ы в а т е л ь. Беднота -- не господа. Мы товарищи по несчастью. Т о л с т о й. Чтобы успешно отстаивать свои интересы, надо объединиться, выдвинуть лидера. И с т е р и ч к а. Предлагаю на главную роль Ивана Грозного. О б ы в а т е л ь. Плевать на Ивана, хоть и Грозного. Он мелко плавал в классовой борьбе.

Появился С к у р а т о в. Люди насторожились.
С к у р а т о в. Не остерегайтесь меня. Прежде я уверен был, что служу государству. После прихватизации превратился в цепного пса, охраняющего разжиревших котов двуногих. Душа изболелась -- хватит. Отныне я не в охранке, а с вами. Г р о з н ы й (радостно). Возвратился блудный сын, слава Богу. С к у р а т о в. Не разлучимся, Иван Василич.
Обнимаются.
(Всем.) Новость слыхали? И с т е р и ч к а. Какую? С к у р а т о в. Из ада сбежал и приближается к раю вождь всех народов.
Общее ликование, но кое--кто в растерянности.
О б ы в а т е л ь. Вот кто нас возглавит. Достанется новым русским и старым большевикам.
Появился П а р т и е ц и встал чуть в стороне от строителей. За ним пришли Я п о н ч и к и М о л о д у х а.
И с т е р и ч к а. Скорей бы прибыл генералиссимус.
Слышны звуки шагов человека в хромовых сапогах. Они постепенно усиливаются.
О б ы в а т е л ь. С товарищем Сталиным мы победим.
В людях нарастает нервное напряжение. Вот--вот должен войти Сталин. Вдруг раздался панический крик человека, бросившегося бежать из рая.
М о л о д у х а. У Хрущева нервы сдали. П а р т и е ц. Помню, как Сталин вытащил Хрущева из шахты и вознес его к вершинам власти, а Хрущев за это вынес Сталина из мавзолея.
Еще побежали прочь некоторые. Потом звуки шагов начали стихать.
Я п о н ч и к (облегченно). Пронесло. П а р т и е ц. Сомневаюсь. И с т е р и ч к а. Железный генсек ищет нас. Он вернется, товарищи. Он нам нужен, наш рулевой. И мы пойдем за ним к горизонту счастья. Я п о н ч и к. Пускай, как призрак, бродит по Европе, подальше от границ.
Смех Дьявола. Потом появляется сам Д ь я в о л около Святой Акулины и отдыхающего Бога.
Д ь я в о л (Святой Акулине). Святоша, скажу по секрету, появилось желание повернуть действие к трагическому концу. С в я т а я А к у л и н а. Прекрати вмешиваться в их настоящее и будущее. Д ь я в о л. Совращение душ -- моя отрада. Накалю страсти до предела, войну гражданскую устрою, кровь польется водопадом. Посмотри--ка, по мановению моей лапы... С в я т а я А к у л и н а (поспешно). Очнись, Отче...
Тормошит отдыхающего Бога.
Б о г (проснувшись). Что, Святая Акулина? С в я т а я А к у л и н а (Богу). Мир устал от козней Дьявола, а он снова замыслил пакости против людей.
Бог делает знак -- появляются А р х а н г е л и А н г е л.
Б о г (Ангелам). Изгоните князя тьмы.
Архангел и Ангел кинулись решительно на Дьявола, и все убежали сражаясь.
Позволю всем в последний раз воспользоваться своей свободной волей и не жить чужим умом. П а р т и е ц (Япончику). Лишились дьявольской защиты. Теперь и судить могут. Иди к обществу, повороти морду к простым людям, к их бедам, войди в доверие. Если не поверят да вернется товарищ Сталин, расплата неминуема.

Япончик обращается к грешникам.
Я п о н ч и к. Господа! Демократическое руководство немало сделало. Но сознаемся -- ошибались. Наворотили во всех отношениях -- сразу не разгребешь. Брали на себя много -- отдавали мало. Однако мы с президентом имеем перспективные наработки. Примем меры, чтобы жилось лучше, жилось веселее. Верьте нам. О б ы в а т е л ь. Не поверить ли этим демохрюшкам? Авось и наладится. Они нахапались, наприхватизировались, а придут новые демократы, с пустыми руками, пуще прежнего обирут. Г р о з н ы й. Эти прежде думают о себе, а о родине в последнюю очередь. По сему вера в них умалилась. Окрепла бы вера в Бога и промысел его, да грехи наши не пускают к Господу. (Богу.) Боже, милостив буди нам грешным и направь на путь правый.
Перекрестился.
Б о г (всем). Отпускаются грехи ваши, вольные и невольные. Не грешите больше, чтобы не было хуже.
На середину площадки выходит Толстой.
Т о л с т о й. Соотечественники и соотечественницы! Мы всегда верили каждому правителю, надеясь, что он облагодетельствует нас. И ни покоя, ни нормальной жизни, потому что ждем милостей сверху, позволяем помыкать нами, а сами не спрашиваем с власть имущих. Русь святая не возвеличится и не укрепится, пока не осознаем себя настоящими гражданами Отечества, пока соборно не встанем плечом к плечу, пока не воспрянет дух наш могучий. "На наши плечи падает Россия, На нас она надеется сейчас!"[5]
Издалека доносятся звуки музыки А. Александрова "Священная война".
1972, 1996 гг. 1 Перефразированы стихи В. Агатова.
1И. С. Никитин. 2 Из фольклора прошлых лет.
1 Из фольклора прошлых лет.
2 Г. Вильнов.
3 М. Лисянский
4, 2 Из фольклора прошлых лет.
5 Ф. Чуев.
Борис Ивашин. Миряне
© Copyright Борис Ивашин Email: ivashin@mx.inbi.ras.ru Date: 26 Aug 2001 Москва, издательство "ИОЛА", 1998
ПЬЕСА В ДВУХ ДЕЙСТВИЯХ
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
Е г о р А н д р е е в и ч Х а б а р о в Н и к о л а й Г и р е й А л ь б и н а Д а ш а П а в л и к, П а в е л П е т р о в и ч
ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ
Картина первая
Горы со снежными вершинами. К скале прилепился домик метеостанции. Перед ним дощатый стол, лавка, табуретки, зацветший кустарник. На столе метеокарты, записки сотрудников. Солнечное утро. Усевшись на земле, в позе медитации замерла Даша, витая где--то выше гор. Рядом с ней самодельный мольберт с картоном, красками и кистями. Из распахнутого окна метеостанции доносится нервный голос Альбины.

Г о л о с А л ь б и н ы. Алло! Алло! Докладываю: всех предупредили -- и поселки, и рудники. Там принимают меры. Пора и нам спасаться. К перевалу идти рискованно, а вдруг обвал накроет дорогу. Как это обойдется? Да поймите вы: небывало бурная весна, быстрое таяние обрушивает снежные карнизы. К тому же из--за вершин выходит туча. Даже небольшой дождь сдвинет снега. Наш домик сметет лавина. В прошлом году весна была похолоднее, да мы едва уцелели. Помним тот ужас. Вывезите нас с гор вертолетом. Нет горючего? Заплатите -- найдут горючее. Вам нечем платить, а мы в смертной ловушке. Алло! Спасите нас!
Из домика выходит А л ь б и н а.
А л ь б и н а (возмущенно). Трехэтажного мата не хватит покрыть начальничков: бросили на произвол судьбы двух баб на затерянной метеостанции, будто в стране женщины лишние.
Издалека доносится шум снежного обвала. Альбина прислушивается.
Слава богу, не на нашем склоне. Пронесло... (Даше.) Ох, не вовремя ты со своими полетами в бесконечность. Не успеешь воротиться, шарахнет по головам, и рухнем в адскую бездну до всеобщего воскресения из мертвых. Очухайся, Дарья.
Шлепает ее сердито.
Блуждает по дальним мирам или с ума слетела?
Даша постепенно приходит в себя.
(Даше.) С возвращением. Д а ш а. Не касайся меня, Альбиночка, когда душа витает в небе. Тело дернется от твоего шлепка, а души в нем вовсе нет. Закопаешь его. А л ь б и н а. Чую, сестринская могила обеим уготовлена. Вряд ли заберет нас вертолет. Д а ш а. Путь человека определен с рождения. Что выпало нам, то и сбудется. А ты в испуге...
Альбина от страха не в себе.
А л ь б и н а. От безысходности. Д а ш а (успокаивая ее). Пока мыслишь, ищи выход. А я очутилась на Сириусе, ярчайшей звезде, принимаемой древними египтянами за богиню Сотис. Звезда великолепна, как богиня. Изумительные золотистые лучи струятся от нее. Я неслась в сладчайшем потоке, мелькали разные обличья, общались, блаженствуя. Но ты хлопаешь по мне, и не хотелось поворачивать обратно.
Даша берет кисть и пытается что--то рисовать на картоне.
На земле не примечала подобных красок. Как нарисовать? Не зря египтяне почитали богиню Сотис -- покровительницу разлива Нила, нового года и умерших. А л ь б и н а. Изобрази нас умершими в лучах Сириуса. Д а ш а. Не дрейфь -- не околеем. А л ь б и н а (спохватившись). Чтобы жить, метнемся к перевалу. Д а ш а. Успеем ли проскочить через перевал? А л ь б и н а. Драпанем как наскипидаренные. Д а ш а. Собираемся.
Они быстро выносят из домика вещи, пытаются набить сумки одеждой.
А л ь б и н а. В сумку не влезает. Д а ш а. Пытаешься унести весь гардероб. А л ь б и н а. Одеть будет нечего. Д а ш а. И я набила -- не допру. А л ь б и н а (решительно). Вытряхиваем часть барахла, берем документы.
Выбрасывают из сумок часть вещей, вместо них укладывают некоторые бумаги, взятые со стола.
Д а ш а. Возьму и фотографии: Гирей снимал. Тут и дядя твой, Егор Андреевич. Гирей набивается в мужья, а я храню молчание. А л ь б и н а. Уступи его, развратника, мне. А дяде ты по нраву. Поженитесь -- породнимся. Д а ш а. Повидаемся ли с ними? А л ь б и н а. Им лафа. С рудника уволились и, наверно, катят на поезде в Москву.

Сумки уложены.
Уложила? Д а ш а. Да. Побежали. А л ь б и н а. Минуточку.
Она закрывает окно и дверь.
Я ведь врача вызывала. Д а ш а. Какого врача? А л ь б и н а. Слыхала, в поселковую амбулаторию назначен новый врач, лет двадцати пяти. До умопомрачения захотелось, чтобы до плоти молодец дотронулся. Киснем же монахинями в ущелье. Вот вызов и отправила, что, мол, заболела. Страсть одолела. Но уходим. Д а ш а. Мы к перевалу -- ноги уносить, а он прямиком сюда -- на погибель. А л ь б и н а. Не волнуйся за него. Позже передала туда предупреждение о лавиноопасности. Иначе говоря, отбой.
Они поспешно уходят. Далеко за полдень. Слышен глухой грохот обвала. Заработала рация.
М у ж с к о й г о л о с. Алло! Метеостанция! Прием! Метео! Алло!
Мужской голос умолк. Появляются уставшие Д а ш а и А л ь б и н а. Слышен по рации женский голос.
Ж е н с к и й г о л о с. Метео! Алло! Альбина! Даша! Девочки, что с вами? Отвечайте! Д а ш а (Альбине). Рацию не выключила.
Альбина идет в домик к рации. Даша открывает окно.
Г о л о с А л ь б и н ы. Прием. Вернулись с перевала, его завалило. Где вертолет? Если запоздаете и горы погребут нас, то пишите нам письма на звезду Сириус.
А л ь б и н а выходит из домика с полупустой бутылкой вина, стаканом и бутербродом.
А л ь б и н а. Вертолет до сих пор не заправлен. (Наливает остатки вина в стакан.) Напиться и забыться бы, да в бутылке маловато. Поделимся. Д а ш а. Не пью.
Альбина пьет, закусывает бутербродом.
А л ь б и н а. Мужичка бы для полноты ощущений. И пригожая я, и работящая, а стервецов--мужей не удержала, хотя и пыталась. Д а ш а. Не за то держала. Муж твой, когда ухватишь его за душу. А л ь б и н а. Тебе--то откуда известно, если никого даже к лифчику не подпускаешь. Д а ш а. Из наблюдений. А л ь б и н а. Эту скотину надо хорошо кормить, а я работала сутками, некогда было им готовить. А теперь мы у роковой черты...
Укладывает в сумки оставленные ранее вещи.
Д а ш а. В астральном пространстве уйма скончавшихся. А л ь б и н а. Завираешься. Д а ш а. Клянусь. Они там другие, но люди. И мне не страшно переходить из этого мира в тот. А л ь б и н а. Успокаиваешь. Д а ш а. Примчавшись с Сириуса в свое тело, но не осознавая еще себя, вдруг узрела: шагаю я по горным пикам, их не касаясь, а навстречу парень приветливый, словно знакомый в давних жизнях. Я догадалась, что увижу его реально. Если предопределено познать суженого, то продлятся дни мои. А л ь б и н а. Не сочиняй. В обычной суете сплошной примитив. Раз Гирей взял в прицел тебя, то попадет в яблочко, как бы не выкручивалась. Лучше для тебя -- оттолкни его на меня. Мне такой и нужен: на малом не остановится. И я с ним вылезу из серости.
Альбина уносит сумки в помещение метеостанции. Появляется Х а б а р о в, одетый по--походному. Увидев Дашу, срывает несколько цветущих побегов кустарника, берет их в зубы, встав на четвереньки, по--собачьи подбегает к ногам Даши. Та в испуге от неожиданности.

Д а ш а. Ой, мамочка!
Он дает ей понять, что цветы для нее.
Мне цветы? Признательна вам.
Берет у него цветы. Он поднимается.
Х а б а р о в. Дашеньке--очаровашеньке. Здравствуй, художница. Д а ш а. Добрый день, Егор Андреевич.
Он разглядывает ее рисунок. Из метеостанции выходит А л ь б и н а.
А л ь б и н а. Что за крик? Дядечка...
Альбина целует Хабарова.
Цветы для обожаемой. Ах, ах! Д а ш а (смутившись). Принесу для цветов банку с водой.
Даша уходит в домик.
Х а б а р о в (укоризненно). Нельзя ли без "обожаемой"? Не смущай скромнягу. Неудобно перед ней. А л ь б и н а. Покраснел--то. Не равнодушен к ней, потому что не чета она нынешним, разболтанным. Почему не уехал в Москву? Х а б а р о в. После увольнения с рудника у нас с Гиреем весомый расчет да запас, наработанный раньше. Сумма круглая. А местные бандюги пронюхали: кто и сколько получил в кассе. Подловив отъезжающих вблизи станции, облегчают ко шельки. Разумнее топать в обход к перевалу, а к вам в гости по дороге. А л ь б и н а. Вещи где? Х а б а р о в. Гирей уселся на них отдохнуть у монастыря. А л ь б и н а (радостно). Женишок приплывает в лапки мои. Д а ш а приносит банку с водой, ставит цветы в нее.
Д а ш а (Хабарову о цветах). Мне нравятся. Вы любезный. Х а б а р о в. Обыкновенный. А л ь б и н а (Даше). Не проболтайся им, что перевал завален. Подвергнемся опасности -- одна участь для всех. Х а б а р о в. О ком судачите? А л ь б и н а (уклончиво). Женские секреты.
Посчитав, что мешает им секретничать, Хабаров направляется со двора.
Х а б а р о в. Схожу--ка за Гиреем.
Хабаров уходит.
Д а ш а. Выручат ли нас? А л ь б и н а. Сомневаюсь. Д а ш а. Не укрыться ли в монастыре? Кельи вырублены прямо в скалах. А л ь б и н а. В них не обитают иноки, оттого что жаркими веснами их затапливало. Мы обречены. Д а ш а. Несправедливость. А л ь б и н а. По мне справедливо. Безалаберно прокутила я молодость и сдавать начала. Д а ш а. В твои--то двадцать восемь. А л ь б и н а. Стареют не от лет, а от грехов. Меня лапали, мяли, а по--доброму никто и не приласкал, никто из--за меня не страдал. Никому я не в радость. Не строю больше иллюзий. Удастся -- выберу середнячка, окручу не любя, женю на себе, чтобы иметь семью.
Появляются с вещмешками Г и р е й и Х а б а р о в. У Гирея букет полевых цветов. У Хабарова на плече висит старая гитара.
Г и р е й. Салют красавицам. Д а ш а. Привет. А л ь б и н а (заигрывая). Обольстительный кавалер Гирей.
Хотела взять у него букет.
Г и р е й. Извини, Альбина. (Даше.) Цветочки с моим сердечком. Д а ш а. Букет принимаю, но без довеска.

Не знает, куда деть букет.
Г и р е й. В банку поставь. (Вытаскивает из банки цветущие побеги кустарника.) Корявые палки выбрось. Д а ш а. Поместятся все.
Она устанавливает все цветы в одну банку. Ей неловко перед Хабаровым за выходку Гирея.
Г и р е й (Даше с намеком). А я приятнее цветов. А л ь б и н а. Мой дядя тоже привлекателен. Г и р е й. При чем дядя? Он с годами проскочил мимо девушек к зрелым дамам. А л ь б и н а (Гирею). Баламут. Г и р е й. Иль обиделся, Хабаров? Х а б а р о в. На голодный желудок не обижаюсь. А л ь б и н а (вдруг решив). Устроим прощальный пир, если, конечно, успеем... Г и р е й. Мы не спешим покидать метеостанцию. Теплынь наступила, как летом. Снега потекли потоками. Дышу полной грудью. Х а б а р о в (Гирею). Не разделяют твоего благодушия. (Девушкам.) Приуныли что--то?
Вытаскивает из вещмешка две бутылки вина и ставит на стол.
Для поднятия тонуса. А л ь б и н а. Прибавим закуску по--русски. Г и р е й. Выходит, не для меня. Д а ш а. Сделаем и по--татарски.
Альбина и Даша уходят в домик.
Г и р е й. Вырвались наконец--то с рудника. Х а б а р о в. Скорей бы в Москву, в дело. Г и р е й. Действуем сообща, как напарники. Х а б а р о в. Как уговорились. И связи используем. Г и р е й. Еще бы: мой дружок закадычный -- Фимка втесался в правительство. Проныра. И твой сослуживец армейский Гриша -- лидер партии. Удачно у них получилось: пошумели на митингах, понося ослабевший режим, при столкновениях постреляли в нужную сторону -- и на тебе -- вершители судеб народных. А мы упустили момент. Х а б а р о в. Наверстаем. Г и р е й. Капиталец, сколоченный в руднике, откроет чиновничьи двери. Д а ш а приносит посуду.
Д а ш а. Проголодались? Х а б а р о в. Мягко сказано. Г и р е й. Жрать охота, Даша. Д а ш а. Потерпите.
Даша ставит посуду на стол и уходит обратно в домик.
Г и р е й (Хабарову). Наметил одну цель -- столица, вторую -- Дашка. Настоял я двигаться не на станцию, а через перевал, не столько из--за боязни ограбления, сколько из--за нее, вишенки. Тебе--то она почти дочь. Х а б а р о в. А ее спросил? Г и р е й. Глупо спрашивать девицу, торчащую без мужчин в горах, согласна ли она на замужество? Естественно -- да. Но поломается, цену себе набьет. Перетерплю. Х а б а р о в. Крепко любишь ее? Г и р е й. Честь рода нашего не позволяет отступать от приглянувшейся женщины. Буду обладать ей, иначе я не Гирей, не потомок хана. Х а б а р о в. Зарываешься. Г и р е й. Настал век беспардонных.
Из метеостанции выходит А л ь б и н а с ведром.
А л ь б и н а. Картошку нечем помыть. Кто к роднику отправится? Х а б а р о в. Молодой и сгоняет. Г и р е й. Давай ведро. А л ь б и н а. С молодым и я прогуляюсь.
Альбина берет под руку Гирея.
Г и р е й (отстраняясь). Да я сам. А л ь б и н а. Чего ж сам, Гиреюшка? Покажу, где родник. Г и р е й. Найду его. А л ь б и н а. Пройдемся парочкой. Х а б а р о в. Не спускай себя с цепи, Альбина. А л ь б и н а. Я не сразу, я постепенно.

Гирей и Альбина уходят. Хабаров берет гитару, напевает. Из домика выходит Д а ш а, слушает.
Х а б а р о в. "Твержу себе: "Опомнись, Ждет Божия гроза, За то, что милый образ Вознес под образа!.." Не ждет меня награда И рай на небеси, Лишь, милая, лампаду, Лампаду не гаси!
Пусть светит и смеется, И плачет, и зовет Твое земное солнце Все годы напролет... Тревожного раздумья Со стоном рвется нить -- Любовь с благоразумьем Мне не соединить".[1] Д а ш а. Голос выдает вас: необласканный вы, Егор Андреевич. Женились бы: вам под сорок. Х а б а р о в. Представь мешок со змеями. В нем множество гадюк и всего пара ужей. Запустив руку туда, что вытащу? Вероятнее, гадюку, а желательно ужа, вернее, домашнюю уютную ужиху, чтобы умиротворенно было с ней. Д а ш а. Не встречались приличные? Х а б а р о в. Иногда, да не любили меня. Д а ш а. Девушки любят тех, кто их любит. Х а б а р о в. Следуя твоей логике, смею надеяться? Д а ш а. Сметь--то смеете, но... Х а б а р о в. Но нарвешься на того, кто опошлит. Д а ш а. Судьба распоряжается любовью, да где ее благоволение? Х а б а р о в. Весна развеет грусть. Д а ш а. И затопит, и сметет, не щадя никого. Х а б а р о в. О чем ты?
Возвращаются А л ь б и н а и Г и р е й, неся ведро с водой.
А л ь б и н а (Гирею). Благодарю. Г и р е й. Всегда пожалуйста. А л ь б и н а (всем). Сварю горячее.
Альбина уносит в домик ведро с водой.
Г и р е й (Хабарову). Андреич.
Делает знаки Хабарову, чтобы тот ушел.
(Недовольно.) Мозги заклинило? Х а б а р о в. Что? Поясни по--людски. Г и р е й. Обсудить намеревался ты с Альбиной... Х а б а р о в (в недоумении). Я? Г и р е й. Запамятовал. Уши прожужжал: "Ох и наговорюсь с племянницей..." Х а б а р о в (догадавшись). А, пообщайтесь, раз приспичило.
Хабаров уходит нехотя в домик.
Д а ш а (укоризненно). Выпроводил. Г и р е й. Мешает. Д а ш а. С ним спокойнее. Г и р е й. Я твоя опора. Д а ш а. Не уверена. Г и р е й. В прошлый мой приход ты не ответила на предложение. Д а ш а. Напрасные слова. Г и р е й. А миловались всласть. Д а ш а. Чистейший вздор. Г и р е й. Ну я... целовал. Д а ш а. Застал врасплох нахальными губами. Г и р е й. Взасос. Распаляешь до трясучки.
Он схватил ее, целует. Она пытается вырваться. Появляется А л ь б и н а, вытряхивает фартук.
Д а ш а (Гирею). Не распускай руки! Пусти, хам! А л ь б и н а. Он не хам, а хан. Д а ш а. Он и хам, и хан. И вообще от него дурно пахнет. Г и р е й. Одеколон, между прочим, французский. Даша ушла в домик. Альбина приблизилась к Гирею.

А л ь б и н а. Съел, жених? Г и р е й (обиженно). Пахну, видите ли, я... А л ь б и н а (понюхав). Пахнешь... мужчиной. То, что требуется.
Обнимает и целует Гирея. Он отстраняется от Альбины.
На расстоянии можно забеременеть. Я подплываю, а ты хвост поджал. Г и р е й. Позволь. По какому праву? А л ь б и н а. А по какому праву ты заслюнявил Дашку? Гордись, паршивец, дама со стажем нежит тебя.
Д а ш а выглянула из окна.
Д а ш а. Проучи самоуверенного, Альбиночка.
Даша исчезает в домике.
А л ь б и н а (Гирею). Что нам стесняться? Свободные, стремимся к достатку. Г и р е й. Отвали. Не порти обедню с Дашей.
Он отстраняет от себя Альбину.
А л ь б и н а. Прикипел бы ко мне. Г и р е й. Рехнулась бабонька. А л ь б и н а. Ты же рвешься в Москву на высокую должность, обогатиться вознамерился. Вот и пригожусь тебе. Разуй глаза: приоденусь -- представительная, обаятельная, в любой компании раскованна, умный разговор вести мастерица. И деньжата помогу тратить с шиком. Г и р е й (досадливо). Понесла. А л ь б и н а. Есть посолиднее воротилы, но некогда мне искать и обхаживать их. Объединимся? Создадим семейно--деловой союз. Я практичная. А что Дашка? Неопытная, необкатанная и не стремится к тебе. Взвесь, Гирейчик, не прогадаешь.
Альбина направляется в домик. Навстречу появляется Х а б а р о в.
Х а б а р о в (Альбине). Покормила бы оголодавших. А л ь б и н а. Обождите малость.
Альбина вошла в метеостанцию. Х а б а р о в (насмешливо). Альбина придавила? Г и р е й. Гусеницами. Да ошиблась адресом. Добьюсь Дашку, чего бы мне ни стоило. Ты тихоня, не ввяжешься в схватку за прекрасный пол. Х а б а р о в. Был я лет восьми--девяти, у нас с одноклассником вспыхнул спор о девушках и женщинах. Он выказывал себя знатоком и утверждал: все матери -- женщины. Чтобы не ударить в грязь лицом, я заявил уверенно: "А моя мама девушка." Он возразил, ухмыляясь издевательски. И мы подрались. Бил я его отчаянно. Он спасовал перед моим диким неистовством и согласился, что моя мама девушка. Отправился домой я с поцарапанной мордой. Мама прикладывала примочки, но я не назвал причину драки. Гордость распирала меня. Я впервые осознал свое мужское достоинство. Повзрослев, перестал кому--либо что--то доказывать. Г и р е й. Почему? Х а б а р о в. Где надо соперничать с другим мужчиной, там нет любви женщины. Если она действительно любит, то на крыльях прилетит, ее никто не остановит. А ежели не любит, зачем же за нее бороться? Пусть она, нелюбящая, достанется другому, пусть он хлебнет горечь ее нелюбви.
Появляется А л ь б и н а.
А л ь б и н а (Гирею). Подсоби Даше и без фокусов. Г и р е й. Но с желанием.
Гирей уходит в домик. Альбина расставляет на столе посуду.
А л ь б и н а (Хабарову). Положение скверное, дядя. Приборы показывают слишком высокое давление, резкое повышение температуры. И... Х а б а р о в. И лавины сдвинутся. А л ь б и н а. Перевал под обвалом. Грозовая туча вон... выползает из--за гор.
Она показала на вершины гор.

Х а б а р о в. Капкан захлопнулся, зависим от провидения, но Бог милостив. А л ь б и н а. Неверующая я. Изложи обстановку Гирею. Х а б а р о в. Незачем омрачать его, жизнелюбца. А л ь б и н а. В эти тревожные часы, дядя, прошу прощения. Со мной у тебя масса неприятностей, сплошные неудобства. Х а б а р о в. Полноте. А л ь б и н а. Ты же совершил житейский подвиг, поднимал с малых лет сироту. Совсем молодым воспитывал девчонку, учил, одевал, обувал, душу вкладывал в меня, пожертвовав личной жизнью. А чем я отплатила? Росла паинькой, деточкой, а выросла... После института, как устроилась на океанский лайнер, как поозорничала в портах, как завертелась с мужьями да с любовниками, вспоминать тошно. И мужья--то мои -- куда ветер дунет, туда и они. Благо, что вытащил с корабля и устроил на метеостанцию. Поутихла вдали от волокит настырных. Из--за меня и бобыль, из--за обузы. Х а б а р о в. Не казнись. Наше душевное состояние определяется тем, какими глазами вглядываемся в мир и в себя. Радуйся белому свету, солнышку, тому, что мы погостили на земле, на голубой планете. А л ь б и н а. Замечательный дядечка. И кого девки завлекают? Х а б а р о в. Дерзких добытчиков, не отягченных муками совести. Мне кажется, что перед всеми я в чем--то повинен, как--то неловко себя чувствую, щепетилен во всем. Отсюда и мои трудности. А л ь б и н а. Постараюсь подтолкнуть Дашу к тебе. Х а б а р о в (неодобрительно). Что ты. А л ь б и н а. Ты ужасно правильный. Намаешься. Х а б а р о в. Не заикайся ей обо мне, да и бессмысленно -- уберечься бы.
Хабаров глянул с опаской на вершины гор. Д а ш а приносит на подносе закуску.
Д а ш а. Гирей--то кухарничать умеет. Х а б а р о в. Удивительно.
Хабаров уходит в домик.
А л ь б и н а. Как татарин? Д а ш а. Подмазывался. А л ь б и н а. Клюнул бы на мою наживку, я бы ему детей нарожала по--восточному -- десятка полтора. Прославляли бы мы: он -- Аллаха, я -- Саваофа, дети --Будду. Гармония. А ты сочеталась бы с дядей Егором. Д а ш а. В астрале приметила предназначенного мне. А л ь б и н а. Чушь понавоображала. Д а ш а. Мужчины варят картошку, а я помедитирую. Поднимется ввысь дух -- не трогай меня. А л ь б и н а. Валяй, но разведай: "Кто у Альбины на роду написан?"
Даша медитирует. Альбина раскладывает закуску по тарелкам. Появляется Г и р е й с чайником и стаканами.
А л ь б и н а (Гирею). Тихо. Г и р е й (в недоумении). Что с ней? А л ь б и н а. Ее нету.
Они сервируют стол.
(Гирею.) Не стучи. Г и р е й. С ней плохо? А л ь б и н а. Балдеет. Г и р е й. Больная? А л ь б и н а. Больная, больная, а я здоровая. Разохочусь, могу заменить целый гарем. Сэкономишь на содержании одной, а не дюжины жен. Г и р е й (иронично). Многостаночница. А л ь б и н а. Зови дядю. Начнем, секунды дороги.
Гирей уходит в домик за Хабаровым.
Даша, Дашенька, спустись в бренное тело. Ау!
Даша медленно приходит в себя.
Рассказывай. Д а ш а. Вновь тот молодой человек, среднего роста, с чемоданчиком. Утвердилась в догадке -- родненький он. А л ь б и н а. А мой? Д а ш а. Представилось: веселая ты, а вокруг тасуются мужчины, как карты. Потом исчезли, и возник какой--то блаженный, с бородкой, в черной одежде. И вы влечетесь друг к другу издалека, но не сошлись. А л ь б и н а. А продолжение? Д а ш а. Все. А л ь б и н а. Себе помоложе высмотрела, а мне хрыча древнего. За бороду его таскать, что ли?

Раздается грохот обвала. Из домика выскочили мужчины. Все настороженно смотрят на горы.
Д а ш а. Владыка гор гневается. Х а б а р о в. Раздраконит нас. Г и р е й. Не стращайте. А л ь б и н а (всем). Пристоляйтесь: выпивон, закусон и прочее.
Все усаживаются за стол.
Г и р е й (Даше). Странная ты. Как самочувствие? Д а ш а. Превосходное. Х а б а р о в. Налили по первой.
Наливает вино в стаканы.
А л ь б и н а. За что пьем? Х а б а р о в. За жизнь, разумеется.
Все, кроме Даши, пьют.
Г и р е й (Даше). Пригуби малость. Д а ш а. Не примет организм. Г и р е й. Нездоровится? Д а ш а. Стоит выпить -- не взлечу. Г и р е й (Хабарову). Старшой, что за бред с полетами? Х а б а р о в. Без понятия. Мы с ней еще не летаем. Д а ш а (Гирею). Чаю мне налей. Г и р е й (Даше). Изволь.
Наливает чай в стакан и подает Даше.
Допусти с собой в полет. Д а ш а. Невесомость обретает не всякий. Г и р е й. Я же особенный -- потомок ханов Гиреев. А л ь б и н а. Есть шанс, Дарья, приобщиться к ханскому роду. Нынче престижно слыть членами семей бывших царей, князей, султанов и черт--те кого. Г и р е й. Не черт--те кого. В Отечественную войну дедушка сражался капитаном на фронте. А в это время за пособничество оккупантам выселяли татар из Крыма в Среднюю Азию. Кого--то отправили в лагеря. Однако в армии его не тронули, хотя он и был наследником престола в Бахчисарае. Через несколько лет после войны, когда прибыл он в Бахчисарай, перрон и привокзальная площадь заполнились остатками соплеменников. Дед появился в дверях вагона, и все пали на колени с возгласами: "Хан вернулся!" (Даше.) Назовешься ханшей, но без престола. А л ь б и н а (Гирею). Слабо подать трон девке из орловской глубинки? Г и р е й (Даше). В этом я бессилен, но в ином...
Гирей хотел было обнять Дашу.
Д а ш а (Гирею). Не твоя наложница.
Гирей отступился.
А л ь б и н а (Гирею). Обжегся. Неси картошку.
Гирей уходит в домик. Хабаров наливает себе вина.
Х а б а р о в (девушкам). С вашего разрешения тяпну. А л ь б и н а (Хабарову). Тяпни -- расхрабришься и бочком к Даше.
Вдруг из метеостанции раздается звон разбитой посуды.
Посуду вдребезги... Я ему!
Альбина убегает в домик.
Д а ш а (с сочувствием). Перепадет Гирею. Х а б а р о в. Меня бы кто пожалел. Д а ш а. Сыграйте, Егор Андреевич. Х а б а р о в. Играю неважно, пою так себе, но по просьбе трудящихся...
Хабаров взял гитару, запел.

Х а б а р о в. "Ни дня, ни вечера, ни ночи Ни жизни горестной земной. Лишь только очи, очи, очи Мерцали дивно предо мной.
Мели снега, дробились ливни, Гуляла подлая молва, Но так чисты, но так наивны В нас были чувства и слова. О чаша грусти, ты бездонна, И если мир разлучит нас, Не стоит он любви и стона, Единой искры милых глаз!"[2] Д а ш а. Вы девушек песнями привечали? Х а б а р о в. Бывало запою, на гитаре побренчу, а лапоньки ушки развесят, замлеют, щечки запылают, и бери их... Д а ш а. И брали? Х а б а р о в. Не без греха. Но мне необходима ее искренняя увлеченность мной и мое томление духа. Старовер, да? Д а ш а. Пожалуй. Х а б а р о в. По нынешним временам он и она не влюбленные, а партнеры. Позанимаются, как говорится, любовью, а в душах пустота еще глубже. Д а ш а. А вы близки к соприкосновению с астральными далями. Помедитируем? Х а б а р о в. Смогу ли?
Они не успели приступить к медитации, появляется А л ь б и н а. Г и р е й выносит блюдо с картошкой.
А л ь б и н а (Гирею). Единственное блюдо не урони, изверг. Г и р е й. Посуда бьется неспроста -- к прибыли. Мы же с Андреичем стремимся в столицу, где вовсю общенародное добро разбазаривают. А л ь б и н а. Перепадет ли вам? Г и р е й. Не протянешь руки к госсобственности -- протянешь ноги.
Слышны сигналы по рации.
А л ь б и н а. Позывной наш.
Идет в метеостанцию.
Д а ш а (мечтательно). На Тверском бульваре вдохнуть бы театральный воздух, поклониться Есенину. Г и р е й. Билеты в купейный вагон без проблем. Д а ш а. Повременю.
Чуть слышны раскаты снежных обвалов.
Г о л о с А л ь б и н ы. Прием! Метео! Мы на месте. Да живы, живы, а дальше неизвестность: горы грохочут.
Даша внимательно вслушивается в слова Альбины.
Каков результат ваших усилий? Безнадега? Чтоб вам так жилось, как и нам. Г и р е й (Хабарову). Склони Дашу перебраться на городской асфальт. Убеди ее, Хабаров, ради меня.
Гирей уходит в метеостанцию.
Д а ш а. О чем шептались? Х а б а р о в. Поручил -- сосватать тебя за него. Но не сумею за другого. Д а ш а. А за себя? Х а б а р о в. Не пытался. Д а ш а. Он спланировал наперед: кем стать, какая супруга, какие доходы. Х а б а р о в. Хватка менеджера. Что ему ответить? Д а ш а. В сказках золотая рыбка почему--то достается не сильному, богатому, красивому, а простофиле. Х а б а р о в. То же в сказках. Д а ш а. Если довелось бы выбирать из двоих, я предпочла бы вас, Егор Андреевич. Х а б а р о в. Юморок. Д а ш а. Ничуть. Х а б а р о в. В мои--то знойные лета глоток утренней свежести... Д а ш а. Что годы его или ее? Главное -- радость в общении. Появляются Г и р е й и А л ь б и н а с магнитофоном.

А л ь б и н а. Вертолет отменяется. Г и р е й. Зачем вертолет?
Вопрос остается без ответа. Она включает магнитофон.
А л ь б и н а. А напоследок дамский танец.
Она хватает Гирея, увлекает в танце, дурачится.
(Гирею.) Разомнемся! Д а ш а (Хабарову). Не откажите. Х а б а р о в. В танцах я медведь. Д а ш а. Медведей в цирках часто дрессируют женщины.
Общее веселье, балаган.
Г и р е й (Хабарову). Поговорил? Х а б а р о в. Да Г и р е й. Успешно? Х а б а р о в. Вполне. Г и р е й. Я твой должник.
Гирей посылает воздушный поцелуй Даше.
А л ь б и н а (Гирею). Покрепче спинку прижимай, а то упаду. Г и р е й. Выпендриваешься. А л ь б и н а. Не пялься на соседку, имея в руках конфетку. Г и р е й. Змеища.
Танцы в разгаре. Появляется молодой человек, с медицинским чемоданчиком. Увидев Дашу, глазами впился в нее. И она вдруг остановилась перед ним. Они счастливо улыбаются.
А л ь б и н а (парню). Кто будешь? П а в л и к. Врача вызывали? А л ь б и н а (про себя). Вляпалась.
Даша и Павлик не оторвутся друг от друга.
Х а б а р о в (Павлику). Заболевшие отсутствуют. П а в л и к. Кто больной? А л ь б и н а. Я.
Она выключает магнитофон.
Г и р е й (Павлику). Вы не психиатр? П а в л и к. Есть потребность? Г и р е й (указывая на Дашу). Оригиналка. П а в л и к. Обследую первую больную, а ее после.
Павлик направляется к Альбине.
П а в л и к (Альбине). Что болит? А л ь б и н а. Все. П а в л и к. Конкретнее. А л ь б и н а. Диагноз -- дурь. П а в л и к. У меня куча вызовов, а вам хиханьки. Д а ш а. Ей хаханьки. П а в л и к. У пастуха острая боль. К нему через перевал добираться. Х а б а р о в. Не шуми, парень. Давай выпьем. Д а ш а (Павлику). Присаживайся. Я Даша, а ты? П а в л и к. Павлик.
Он садится за стол, смотрит на Альбину сердито.
А л ь б и н а. Виновата, Павлуша. П а в л и к (недовольно). Я вам не Павлуша, а Павел Петрович, и вы ответите за ложный вызов. А л ь б и н а. Не сердись, Павлушенька. Представимся: Альбина -- синоптик, Даша -- гидролог. И наши гости с рудника. Попробуй винца.
Подает ему стакан вина.
П а в л и к. Я на работе. А л ь б и н а. В самый раз. П а в л и к. Ни--ни. Д а ш а (Павлику). Пей, голубчик. Нам предстоит основательно побеседовать. П а в л и к. Психиатрия не мой конек. Д а ш а. А я нормальная. Г и р е й (Павлику). Умирающий пастух дожидается доктора.

Павлик пытается встать. Альбина удерживает его.
А л ь б и н а. Пастух -- не Алибек ли? П а в л и к. Вроде. А л ь б и н а. А, хроник. Двадцать лет хворает и на горах баранов пасет. Колом его не зашибешь. Г и р е й (провоцируя). У пастуха тяжелый приступ, а врач расселся и пьянствует. П а в л и к. Товарищ прав. Д а ш а. Товарищ ревнует. Г и р е й. Пускай убирается. Д а ш а. Перестань, Гирей.
Павлик порывается встать.
Х а б а р о в (Павлику). Сиди. Пастух, очевидно, заболел от перестройки, от разочарования в происходящем. Но все обойдется, и пастух поправится. П а в л и к (Альбине). Все--таки для чего вызывали? А л ь б и н а. Если честно, то развеять тоску по мужскому присутствию. П а в л и к. Воздержание не страдание, не взбеситесь. Х а б а р о в. Отхлебни, эскулап.
Павлик пьет с удовольствием. На лице Даши улыбка.
Г и р е й (Даше). Отчего улыбаешься? Д а ш а (Гирею). От благостных раздумий. (Павлику.) Мне показывался твой астральный облик. Ты мой от пяток до макушки. Испытываю невыразимую симпатию к тебе, чего прежде со мной не случалось. П а в л и к. И я ощущаю прилив неведомой благодати. Д а ш а. Это моя аура сливается с твоей. П а в л и к. Мы невольно сближаемся. Д а ш а. И соединимся навсегда. Г и р е й. Вранье! П а в л и к. Нам пытается кто--то помешать. Д а ш а. Татарин. П а в л и к. Какой? Д а ш а. Крымский. Г и р е й (Павлику). Она моя невеста. П а в л и к. А моя, стало быть, жена. Д а ш а. Точно. Г и р е й (включает музыку). Продолжим танцы. (Даше.) Приглашаю. Д а ш а. Я с мужем.
Даша и Павлик танцуют.
Д а ш а. Представь, Павлик, мы на великосветском балу. Кругом горят люстры, играет военный оркестр, нарядная публика. Вон хан Гирей, правда, без гарема. Вот княгиня Альбина, но почему--то без своих мужей и любовников. Тут же и губернатор Хабаров, как отец родной. И мы кружимся, вплываем в наше будущее... Х а б а р о в. Им не до ухаживаний, не до обдумывания вариантов женихов и невест, они вмиг в омут головами. Г и р е й. Внезапно довериться первому парняге -- недоразумение. А л ь б и н а. Что толку от хождений при луне. Знаемся с тобой давненько, пытаюсь приручить -- брыкаешься. Г и р е й (Даше и Павлику). Бал окончен. У распорядителя нервы напряжены.
Он выключает магнитофон.
Д а ш а (Павлику). Не обращай внимание на провокации. П а в л и к. Мне мерещилась похожая на тебя -- смешная, с фантазиями. Я в восхищении, но вынужден отправляться в путь -- лечить пастуха. Г и р е й (Павлику). Опоздаешь.
Павлик собирается уходить.
Д а ш а. Пытались пройти, но перевал завален. Вот--вот хлынет дождь, обрушится стихия. Г и р е й (Хабарову). Что она мелет? Х а б а р о в. Горы непредсказуемы. Г и р е й. Гульбу побоку -- сматываемся! А л ь б и н а. Некуда. Г и р е й. Где спасатели? А л ь б и н а. Вертолетчики без горючего. Не заплатили за него, за наши жизни. Г и р е й. Сибирского горючего хватит залить всю Европу. А л ь б и н а. И заливают за валюту. Х а б а р о в. Гирей прав. Вы же государственные работники. Д а ш а. Предали нас. Г и р е й. Не собираюсь загибаться. Х а б а р о в. Подскажи выход врачу и нам.

Гирей обескуражен.
П а в л и к. Ухожу. Д а ш а. Не пущу. Гляди, что творится у перевала. П а в л и к. То же самое будет и тут вскоре. Д а ш а. Там ты один, никто не поможет. П а в л и к. Всем прощайте, а тебе, Даша, до свидания. Д а ш а. Не уходи. Г и р е й (Павлику). Авось уцелеешь в дороге, а то размажу шибко прыткого. П а в л и к. Если это угроза, задержусь принципиально. А л ь б и н а (Павлику). Не связывайся с ханским отродьем. Д а ш а. Турнир запрещаю. Вы не рыцари. Г и р е й (примирительно Павлику). Шуточки одичавшего горнодобытчика. (Ехидно.) Но Алибек стонет... П а в л и к (всем). Пока. Д а ш а. Павличек...
Даша кидается ему на шею.
П а в л и к (Даше). Задушишь. Д а ш а. Не отпущу. Я так тебя ждала. П а в л и к (остальным). Да заберите ее. А л ь б и н а. Дашка, не скручивай шею терапевту. Г и р е й (Даше). Отцепись от камикадзе. Д а ш а. Останься, Пашенька. П а в л и к. Разве хочешь -- должен. Д а ш а. Я с тобой. Рискнем вдвоем. П а в л и к. Подержите ее, я убегу.
Гирей и Альбина удерживают Дашу.
(Даше.) Вернусь обязательно. Обещаю. Д а ш а (вслед Павлику). Береги себя.
Павлик поспешно уходит. Доносятся глухие раскаты грома.
А л ь б и н а (Даше). Отмочила номер. Д а ш а. В нем восприняла черточки образа Божия, полюбила моментально и упустила его. Х а б а р о в. Если повезет, облобызаетесь.
Все усаживаются за стол.
Г и р е й (укоризненно Даше). Кинулась бы на шею богатырю двухметрового роста, а этот -- шмакодявка, сморчок -- смешно. А л ь б и н а (Гирею). По сравнению с тобой он жидковат, но ст?ящий. Д а ш а (задумчиво). Счастье лишь мелькнуло. Г и р е й (Даше). Для тебя постоянен я. Х а б а р о в. Я тоже не рыжий. Г и р е й. Егор Андреевич, ты и она -- сапоги непарные. Х а б а р о в. Надевать их не придется: она определилась с выбором.
Хабаров разливает вино.
А л ь б и н а. Пить расхотелось. Выживу, пошлю подальше метеостанцию и горы и в Москву. Дашка, слетай над Россией. Д а ш а. Летала. Россия в смятении. Новые русские очумели от куража. Г и р е й. Чем мы не новые русские? В столице дело откроем. Х а б а р о в. Уверен -- получится. Г и р е й. Фимка--то развернулся широко, не умнее нас. Х а б а р о в. Хитрее. Г и р е й (Даше). В Москве будешь у меня ездить на иномарке к лучшим парикмахерам, одеваться в модных салонах. Дачу оторвем об трех этажах, заблистаешь на презентациях. Этот случайный щелкопер ничего подобного тебе не предложит. Д а ш а. Небогат, но он послан мне. Г и р е й. Всего добьюсь, завоюю теплое место на столичном олимпе. А л ь б и н а (Гирею). Щуку не поймал, а жаришь ее. Г и р е й (Альбине). Приучаю к мысли: человек есть то, что он думает. Пусть думает обо мне как о супруге и будет моей. А л ь б и н а. Твое мнение, дядя? Х а б а р о в. А я планов Гирея относительно Даши не утвердил. Не подняться ли нам в монастырские кельи? А л ь б и н а. Зряшная затея. Х а б а р о в. Обследую их.

Хабаров уходит к скале. Альбина, взяв магнитофон, зашла в домик.
Г и р е й (опасливо посмотрел на горы). В самом деле хана? Д а ш а. Как перед бомбежкой. Г и р е й. Не пожил вдосталь. Полагал -- выучусь в школе, в институте, заработаю достаточно. Но вдруг -- мгновения сочтены. Чем я хуже тех, кто по Парижу шляется, на Канарских островах пляжится? Им выпало развлекаться, а мне под камнепад... Ненавижу все. Д а ш а. Я довольна божьими днями. Г и р е й. На волоске зависли, вот--вот оборвется. Будь умницей... Потом легко и умирать. Д а ш а. Умерь прыть. Г и р е й. Айда в удобное местечко.
Пытается увлечь ее со двора.
Д а ш а (показывает пальцем на висок). С завихрениями, да? Г и р е й. И в предсмертную минуту живое тянется к живому. Д а ш а. Пробежись до монастыря и выскажи это Егору Андреевичу. Г и р е й. Гирею гиреево, и я получу сполна. Д а ш а. Благородства ни на грош. Г и р е й. Давай журнал ваш на станции, я распишусь, что взял в жены девицу Дарью. Альбина проштампует. Д а ш а. Прочь, азиат! Научись уважать в женщине человека. Г и р е й. К дьяволу условности! В этих злополучных горах принадлежишь мне, Гирею! Д а ш а. Нет!
Выскакивает из метеостанции А л ь б и н а.
А л ь б и н а (Гирею). Отпусти девку! Охлади гормоны.
Альбина грозно надвигается на Гирея.
Г и р е й. Жалко ее? А л ь б и н а. Себя жалко. Не хочешь мою честь забрать? Г и р е й. Тьфу, чтоб ты окосела.
Отступает от Даши.
А л ь б и н а. За решетку бы тебя, насильника, в отдельную камеру со мной наедине. Похохотала бы я. Да ты ничего -- с петушиным задором. Дашенька, прости невоспитанного потомка Чингис--хана. Д а ш а. Он упал в моих глазах. А л ь б и н а. А в моих поднялся. (Гирею.) Видел бы это безобразие мой дядя, изувечил бы тебя тем, что под руку попало. И знаешь почему? Он любит втайне Дашку. Г и р е й. Куда ему до нее. А л ь б и н а. Что, не мужчина? Он несовременный, не из тех, кто знакомится с дамой после кровати. Сначала поухаживает, повздыхает, попереживает. Не будь я его родственницей, влюбилась бы в него без оглядки. А от тебя прет жеребятиной. Помозгуй, хахаль. Вот я бы из тебя вылепила образцового мужа.
Возвращается Х а б а р о в.
Х а б а р о в. Друзья, монастырские кельи значительно выше метостанции. И скала там покруче. Давайте туда переберемся. Какие--то вы не свои... Что стряслось? А л ь б и н а. Все путем. Осадила возбудившегося.
Даша в это время опять медитирует.
Дашка опять в тонких слоях. Г и р е й. Блаженная.
Вдруг Даша запричитала.
Д а ш а. Вижу, четко вижу... По ущелью лавина... Угодишь под обвал... А!
Даша опускается на землю, ей дурно.
А л ь б и н а (Даше). Сбрось наваждение. Д а ш а. Как в тумане. Тревожно. А л ь б и н а. Какая напасть? Д а ш а. Кто--то свалился вниз. Плохо мне. Г и р е й (Хабарову). Припадочная. Х а б а р о в. Так бывает с очень восприимчивыми людьми. Когда умирал композитор Бизе, в Гранд--опера давали "Кармен". В час начала спектакля Бизе взял ноты и, лежа в постели, перелистывал их, словно присутствуя в театре. И вдруг наступила минута смерти. Актриса, игравшая Кармен, ощутила какую--то великую трагедию, происходящую в мире. Ей сделалось дурно. Она упала в обморок на сцене, когда умер автор "Кармен". Пришлось дать занавес, публика была в недоумении. Даша тоже почувствовала что--то печальное. Но что? А л ь б и н а. Ласточка, дыши ровнее.

И в это время грянул гром. Вокруг стало темнеть. В горах хлынул дождь.
Х а б а р о в. Ливень в горах. А л ь б и н а. Началось светопреставление. Г и р е й. Проклятье. Хабаров, спасай нас. Х а б а р о в. Уходим к монастырской скале. А л ь б и н а (обреченно). Никакого смысла. Х а б а р о в (решительно). Альбина, поднимай Дашу.
Альбина поднимает и пытается вести Дашу.
Гирей, хватай вещмешки -- их содержимое слишком нам дорого -- тащи к монастырю.
Гирей, схватив вещмешки, кинулся бежать мимо Даши.
А л ь б и н а. Дядя, помоги Дашу довести.
Хабаров подошел к столу.
Х а б а р о в. Не пропадать же добру.
Хабаров выпил стакан вина.
А л ь б и н а (в страхе). Боже, сохрани нас!
Альбина и Хабаров уводят Дашу поспешно. Горы и небо в страшном буйстве.
ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ
Картина вторая
Часть дома и двора в подмосковном поселке: сад, стол, дачные стулья. На одном из стульев альбом для рисования, карандаши. На столе приготовленное для глаженья белье. У забора на земле почти готовая крышка гроба, доски. Медитирует Даша. Из дома выходит А л ь б и н а с горячим утюгом, гладит белье.
А л ь б и н а (недовольно). Витает в небесах. К чему ей отрешенность от земного?
Даша постепенно приходит в себя.
Д а ш а (облегченно вздохнув). Прителилась душенька моя. А л ь б и н а. Увлечешься и заблудишься безвозвратно. Анатома хоть пожалей: изрежет тело -- причину смерти не установит, свихнется. Д а ш а. Помешались люди на телах: холят их, подкрашивают, забывая боготворить дух свой. Душа уверена в себе -- активно и тело. Духом опадешь -- тело развалится.
Даша берет со стула альбом с карандашами, усаживается на стул, рисует.
А л ь б и н а (неодобрительно). Зачастила в неведомое. Д а ш а. Разыскивала Павлика, а он, по--видимому, не числится на том свете. А л ь б и н а. После кошмара в горах -- вряд ли. Обещал найти тебя и объявился бы, но, увы. Парень с характером был. Д а ш а. Был, а мы существуем. А л ь б и н а. Успели укрыться в кельях на скале, а то бы нас смыло, как и метеостанцию. Д а ш а. Егор Андреевич бежал как лось, а я висела на нем полуживая. Что--то нашло на меня. А л ь б и н а. Гирей удирал быстрее всех. Здесь, в Подмосковье ни гор, ни обвалов, ни наводнений. Купили себе дом и поживаем. Д а ш а. Я--то у вас на птичьих правах -- своего ничего. А л ь б и н а. Выйдешь замуж, обзаведешься жильем, может, райским. Д а ш а. Когда в государстве развал, свой рай на зарплату не построишь. Нам и зарплату задерживают. А л ь б и н а. Нищета бюджетная. Д а ш а. Фартовая ты, помощник председателя фракции в парламенте. Звучит и денежно. А л ь б и н а. Устройся к нахрапистым фирмачам. Д а ш а. У них оклады высокие, но пристают. Откажешь -- вышвырнут с треском. А л ь б и н а. Мне бы твои заботы. Что у тебя с Гиреем? Д а ш а. Добивается моей руки. Надоел. А л ь б и н а. Предлагаю дядю, чтобы не перезрел. Д а ш а. Не выветрились впечатления о Павлике.

Альбина уносит в дом выглаженное белье. Во двор вошел Х а б а р о в, сорвал цветок с куста, дарит Даше.
Х а б а р о в. Помечтаю о тебе, вдохновлюсь, красавец--гробик сварганю. Д а ш а. Непостижимо: в уме переплелись девушки с гробами. Х а б а р о в. Моя мастерская по изготовлению гробов не хуже пекарни. Незаменимые ящики, клиенты тихие. Д а ш а. Не тоскливо среди ритуальных принадлежностей? Х а б а р о в. Веселого маловато. Д а ш а. Трудитесь по специальности -- экономистом. Х а б а р о в. Экономистом был Маркс. А я работал главным экономистом. Да упал спрос на законопослушных экономистов. Кого рисуешь? Д а ш а. Вас. Х а б а р о в. Почему я на козе? Д а ш а. На козе въезжаете в Москву. Публика ликует, приветствуя как святого. Х а б а р о в. Посмеиваешься, а я неделю настраивался сказать: ты самая из самых, ты прелесть из прелестных, ты чудо из чудес. Д а ш а. Возомню, что я совершенство. Х а б а р о в. Полнейшее -- в моем восприятии. Д а ш а. Вы первый, для кого я без недостатков. Х а б а р о в. Второй -- это перебор. Д а ш а. Приятно с вами, славный Егор Андреевич. Х а б а р о в. Без Егора Андреевича бы и на ты. Приголубила бы мягко, вопрошая: "Егорчик, не свить ли нам гнездо?" А я ответил бы: "Да здравствуем мы!" Д а ш а. Заманчиво. Х а б а р о в. Обнадеживаешь? Д а ш а. Не отказываю. Х а б а р о в. Понял. Д а ш а. Что понял? Х а б а р о в. Если девушка говорит -- нет, то это значит -- может быть. Если девушка говорит -- может быть, то это значит -- да. А если девушка говорит -- да, то что это за девушка?
Он вдруг радостно откалывает потешные колена, уходя прочь. Даша смеется. Из дома выходит А л ь б и н а.
А л ь б и н а. Чего он обезьянничает? Д а ш а. Наоборот, воистину очеловечивается. А л ь б и н а. Прилепись, Дарья, к нему -- покладистый семьянин, а Гирея взнуздала бы я и погоняла. Д а ш а. Он вбил в ханскую башку: "Дарья моя!" А л ь б и н а. Самолюбие в нем взыграло.
Возвращается Х а б а р о в.
Х а б а р о в. Посчитал: три месяца со дня потопа в горах. Д а ш а. Повод для пикничка. Освободим стол.
Даша, поднявшись со стула и взяв утюг, уходит в дом.
А л ь б и н а (Хабарову). Пытаюсь склонить ее в твою сторону. Х а б а р о в. Уговоренная она мне ни к чему. А л ь б и н а (оправдываясь). По--бабьи намекаю. Х а б а р о в. Без подсказок. А л ь б и н а. Упустишь ее -- изведешься. А вдруг какой ловкач опередит тебя. Х а б а р о в. Решать ей. А л ь б и н а. Хоть объяснись с ней. Х а б а р о в. Уже. А л ь б и н а. Поздравляю.
Возвращается Д а ш а.
Д а ш а. Накрывать стол? Х а б а р о в. Дождемся Гирея. А л ь б и н а. Ему и в субботу не до нас. Он важная персона, завсегдатай властных коридоров. Д а ш а. Рассматривается же вопрос о назначении его в правительство. Действительно он занят. Х а б а р о в. В министры лезет как намыленный.
Появляется Г и р е й.

Г и р е й (напевая). "Эх, деньги, деньги, всюду деньги, а без денег жизнь плохая, не годится никуда..." Те же и любимец бизнесменов и бизнесменш. А л ь б и н а (Гирею). Поддал? Г и р е й. Пропустил рюмашку. (Хвастливо.) Приобрел трехэтажную дачу, что у рощи. А л ь б и н а. Те хоромы с кирпичным забором? Г и р е й. Угадала. А л ь б и н а. Блефуешь. Г и р е й. Слово демократа. Х а б а р о в (Гирею). Не по твоему карману.
Гирей садится за стол.
Г и р е й (Даше). И ты усомнилась?
В ответ молчание.
При социализме и не грезилось заиметь домище, а при диком капитализме отхватил. Х а б а р о в. Но где деньжищи добыл? Г и р е й. Финансисты, связывающие свой успех с моим продвижением к высокому креслу, сами посодействовали в покупке особняка. Д а ш а. Стрижешь купоны. Г и р е й. Чтобы ввести тебя в роскошный будуар. Д а ш а. Меня Хабаровы приютили. Г и р е й. Отвергаешь перспективного. А л ь б и н а. Ей кого--нибудь попроще, а мне пробивного Гирейчика. Г и р е й (Хабарову). Дай выпить. Х а б а р о в. Вечером обмоем дачу, вспомним бегство в горах. А л ь б и н а. Испечем угощение. Г и р е й. Люблю домашние харчи, а то рестораны надоели. Кто за повара? А л ь б и н а. Даша. Г и р е й. Для нее и дача под названием -- вилла. Д а ш а. В детстве росла я на вилле. Г и р е й. Новость. Д а ш а. Папа строил в Болгарии завод и на берегу моря под Варной снимал часть дома. В нем жило шесть семей. На всех -- ржавый водопроводный кран. Воды почему--то не хватало. На полдома -- веранда, где играла я с маленьким Пенчо, хозяйским отпрыском. На уличной стене -- табличка: "Вилла Чавдара Аспарухова". Жильцы дали ему кличку -- князь Аспарух. Днем разговаривали мало -- горбились на пашне. А по вечерам, иногда и ночам -- жуткий галдеж, выясняли отношения. Кто--то был всегда недоволен. Ругались смачно и с криками, с призыванием соседей в свидетели. В полночь из своей комнаты выходил свирепый князь Аспарух, в подштанниках, свыше ста килограммов весом, с брюхом поросячьим, и рявкал: "Всем цыц!" А неугомонным -- подзатыльники, пинки под зад. И наступала долгожданная тишина. Все засыпали, и мне снилось, что когда--нибудь принц введет меня в сказочный дом с видом на море, с павлинами во дворе. Детская нереальщина. А Пенчо, несомненно, вымахал под стать отцу.
Пока Даша рассказывала, Хабаров принес из дома гитару.
Х а б а р о в (напевает). "У жизни острые края, Острей, чем может показаться, И не советовал бы я К ним ненароком прикасаться, За ними бездна и обвал, Чернее самой черной ночи... Кто на краях тех побывал, О том не слишком разговорчив.
Дайте времени капельку нежности! Дайте волю -- осилить зло!
Дайте маленькую хоть надежду мне, Чтоб когда--нибудь повезло!"[3] Д а ш а. Спой и ты, Гирей. Г и р е й. Да внутри меня симфонический оркестр исполняет победный марш. Х а б а р о в (укоризненно). Дутые деньги внес за дачу. Г и р е й. Рядовая сделка. Я защищаю чьи--то интересы во влиятельных кругах, они раскошеливаются. И дача оплачена ими авансом. Подойдешь, Андреич, им в качестве коммерческого директора. Х а б а р о в. Не заманишь. Г и р е й. Платят по--царски. Х а б а р о в. Будучи директором, не подмажешь чиновника -- не провернешь дело. Г и р е й. Варварский период в нашей истории. Сильные в обществе специально мутят воду, обогащаются. А ты порядочность свою лелеешь. Как вода устоится, контроль ужесточится, хапнувший лакомое -- под конвоем в зону. Пользуйся случаем. Зовут к пирогу -- поторапливайся. Х а б а р о в. А люди? Г и р е й. Люди привыкли прозябать в бедности. Это их крест. Фима в тебе нуждается. Брезгуешь его алчностью, попросись к Грише в команду. Он взял твою Альбину, позаботится и о тебе. А л ь б и н а. А правда, дядя, Григорий Васильевич просил повлиять на тебя: подставь плечо под новую власть. Х а б а р о в. Не о том речь -- Фима, Гриша. На кого опирается власть? Г и р е й. Не на рабочих и крестьян, как прежде, а на богатеньких. Их мало, их усиленно насаждают, передают им собственность задарма, в клюв забрасывают. За это богатенькие загрызут всех остальных. Х а б а р о в. Я не хищник. Г и р е й. Попав в Москву, ты спасовал. Х а б а р о в. Увидел: внизу -- воруют, вверху -- грабят. Д а ш а (Гирею). Он подождет лучших времен. Г и р е й. Заждется.

Слышен голос старой женщины.
Г о л о с. Хозяин! Кто хозяин! Д а ш а. Егор Андреевич, тебя... вас. Х а б а р о в (недовольно). Кого--то принесло в выходной.
Хабаров уходит со двора.
А л ь б и н а. Морса моего не попробуете? Г и р е й. Уважь, Альбина. А л ь б и н а. Вкуснятина.
Она уходит в дом.
Г и р е й (Даше). Я дачевладелец, одуреть можно. Д а ш а. Не моя забота. Г и р е й. Огорчаешь. Лимузин у ворот, едем -- проведу по этажам. Д а ш а. Без надобности. Г и р е й. Хотя бы из любопытства. Д а ш а. Отстань. Г и р е й. Открывая новую квартиру, впускают кошку, но кошек я не терплю. Войди ты, а я за тобой.
Становится на колени.
Д а ш а. Вставай. Г и р е й (умоляюще). На минуточку шмыгни в дверь. Д а ш а. Посмотрю, но быстренько.
Они уходят. Возвращается А л ь б и н а с кувшином.
А л ь б и н а. Морс из лесных ягод.
Осматривается -- никого нет.
Смылись или спрятались?
Появляется удрученный Х а б а р о в.
Чем ошарашили? Х а б а р о в. У старухи из поселка умер дед, а похоронить не на что. Пенсия ничтожно мала. Отдал ей гроб бесплатно, мужики понесли. Старушка упала на колени предо мной, еле поднял ее. Старики вкалывали полвека, взваливали на плечи державу, а их обобрали и унизили. И не только их. А л ь б и н а. Гнев обездоленных нарастает. Х а б а р о в. Чересчур терпелив русский человек, поэтому вцепились в него паразиты и жируют. А л ь б и н а. Где Даша? Х а б а р о в. Разве не в доме? А л ь б и н а. И Гирей испарился. Х а б а р о в (догадавшись). Потащил ее на дачу. А л ь б и н а. Похвастаться захотелось.
Солнце закатилось. Альбина и Хабаров вечеряют. Появляется Д а ш а, сама не своя, за ней довольный Г и р е й.
А л ь б и н а (пришедшим). Запропастились до неприличия. Х а б а р о в. Никак посетили дачу? Г и р е й. На даче был праздник из праздников.
Альбина и Хабаров смотрят на Дашу вопросительно.
А л ь б и н а (Даше). Какая--то вывернутая наизнанку. Голова закружилась? Д а ш а. Не допытывайся. Гадко, Господи...
Даша убегает в дом. Альбина, догадываясь, ужаснулась.
А л ь б и н а (вслед Даше). Неужели? Даша, Дашенька...
Альбина уходит в дом вслед за Дашей Хабаров тоже многое понял.
Х а б а р о в. Успел соблазнить? Г и р е й. Запросто. Х а б а р о в. Как ты посмел? Г и р е й. По--суворовски: внезапность, натиск, но без принуждения. Пойми, Хабаров, свою судьбу выстраиваю сам, ставку сделал на Дашу и выиграл ее. И впредь, будь уверен, возьму все, что мне потребуется.

Хабаров сидит потрясенный.
Ясно, что живем раз и недолго. Времени на раскачку не отпущено. Поздно все получишь -- обесценится, в могилу не прихватишь. Недаром я окунулся в политику, деньги приплывают к рукам отовсюду. И Дарья украсит меня в высшем свете. Да и партнершей она оказалась отменной. Х а б а р о в. Не верю, что она к тебе расположена. Г и р е й. Расположится. Куда ей деться. Полюбит и татарина. Я на ее любовь ко мне денег не пожалею. Не серчай, что я обошел на повороте. Х а б а р о в. Сгинь, ты мне противен. Г и р е й. Не обостряй отношения, Егор Андреевич, сгоряча. Х а б а р о в. Проваливай. Г и р е й. Позже заеду.
Гирей вышел со двора. В мастерскую уходит Хабаров. Появляются из дома Д а ш а и А л ь б и н а.
Д а ш а. Пакостно на душе, дрянь я, дрянь. А л ь б и н а. Застыдилась, а удовольствие получила. Д а ш а (оправдываясь). Внезапно растерялась. А л ь б и н а. Девушки и женщины делятся на две категории: первая -- сначала думают, вторая -- сначала расслабляются. Может начнешь думать. Д а ш а. А как ты? А л ь б и н а. Как и ты. Но задумалась. Гирей -- наглец, но думающий. Мы с ним -- два мыслителя, подходящая пара. Он, к сожалению, этого не разумеет. Дядя Егор переживает, не переступит через Гирея, отстранится от тебя. Д а ш а. Чернота в сердце. Уже не полетаю. Принести бы покаяние. А л ь б и н а. Кайся, стенай. Д а ш а. Обязательно в церкви на исповеди. А л ь б и н а. Храм я не посещаю. Д а ш а. Как священнику поведать? От потрясения ноги до паперти не доплетутся. Проводи меня к вечерне. Подтолкни к батюшке. А л ь б и н а. На веревке доведу.
Альбина вынесла из дома две косынки. Одну отдала Даше.
Покройся. Д а ш а. Спасибо.
Женщины уходят со двора. Давно потемнело. В поселке зажигаются огни. В одиночестве Хабаров. Возвращаются А л ь б и н а и Д а ш а.
А л ь б и н а. Ночь уж. Пора ко сну. Альбина уходит в дом. За ней хотел войти в дом Хабаров.
Д а ш а. Егор Андреевич...
Он остановился.
Не оправдываюсь. Но заглажу ли вину перед вами и перед Павликом? Х а б а р о в. Врачу не больно -- он мертвый. Покинешь насовсем землю -- объяснишь ему. А мне и объяснять незачем, хоть и люблю тебя. Д а ш а. Ругнули бы, но такие слова... Х а б а р о в. Берег их для светлого нашего с тобой дня. Д а ш а. Я завтра съеду от вас. Х а б а р о в. Сняла квартиру? Д а ш а. Не искала. Х а б а р о в. Пока Гирей не заберет, живи тут.
Хабаров уходит в дом. Выходит А л ь б и н а.
А л ь б и н а (жалея Дашу). Всемирной трагедии не произошло. Д а ш а. Я уже не та, потускнело вокруг. А л ь б и н а. Выкарабкаешься. А я воспряла в церкви. Я потрясена. Не убранством ее, не иконами. Иеромонах Роман, который внимал покаянным мольбам твоим, приковал мое внимание. Глубокий взор, проникающий внутрь, видит до донышка. Уж с разными мужиками сталкивалась. Этим добром меня не сразить. И вдруг иеромонах из какого--то непостижимого мира. Он обращается к прихожанам, а сопереживает со мной, именно со мной, а не с сотней стоящих, словно вся его служба для меня одной. Смутилась я, потянуло к нему не исповедоваться, не осмелилась бы вылить на него свои помои житейские, а побеседовать, приобщиться к тайне его. И наставления запали в душу. Взглядом приласкал он меня, но не фигуру, нет, не прелести мои, коснулся чего--то, что и не осознавала. Он не выходит из головы. Ах, иеромонах Роман, перевернул что--то во мне. Я пропала. Д а ш а. Пропащие мы обе.

Альбина и Даша, обнявшись, вошли в дом.
Картина третья
Тот же двор и дом Хабаровых в подмосковном поселке. Хабаров подбирает доски, перекладывая их. Появляется А л ь б и н а, в строгом костюме и с деловой сумкой.
Х а б а р о в. Рановато из парламента. А л ь б и н а. Пленарное заседание отменили, и Григорий Васильевич отпустил меня. Х а б а р о в. Помощница ты у него аховая, особенно после того, как твои помыслы повернулись к иеромонаху. А л ь б и н а. Купила книги по совету отца Романа.
Вытаскивает из сумки книги, показывает их Хабарову.
Х а б а р о в. Нашла отца тридцати лет. Ладный, умный, а под венец не встанет -- божий угодник. А л ь б и н а. Не береди душу, дядя. Живу им, бегу в храм, как девчонка. Х а б а р о в. Не к Богу бежишь -- к мужчине. Опомнись, Альбина. Не разжигай костер -- сгоришь сама и монаха искушаешь. Не гоже. Даша пристроилась к Гирею, и ты поищи мирянина. Мы же миряне, и жизнь наша проста: живем для того, чтобы жить, а не придумывать себе жизнь. А как умираем, то погребают нас в землю без остатка.
Хабаров уносит доску в мастерскую. Входит во двор Д а ш а.
А л ь б и н а. Ба, шикарный наряд. Фирма? Д а ш а. Итальянская. Платье из Милана, туфли из Перуджи, сумочка из Палермо. Гирей наряжает меня часто в одежду какой--нибудь страны. Вчера была в английском стиле на официальном приеме. А л ь б и н а. Одежонка заграничная, а родилась в Коровьей слободе. Вид--то побитой собаки. С чего бы? Д а ш а. Муж настаивает на ребенке, а я против. Как представлю, что ребенок будет не от Павлика, душа протестует. А л ь б и н а. Про Павлика забудь. Д а ш а. Если не от Павлика, то от Егора Андреевича. А л ь б и н а. Белены объелась? На что отчаялась. Гирей вырвет волосы и не только на голове. Д а ш а. Не узнает. Уломай Егора Андреевича, и он, согласившись зачать мне ребенка, перестанет мучиться. А л ь б и н а. Свыкнешься, родишь татарчонка. Семья должна быть дружной, чтобы окрепнуть в ней после столкновения с обществом. Д а ш а (настаивая). Посодействуй, Альбиночка. А л ь б и н а. Сама и предложи дяде, коли невтерпеж.
Входит довольный Х а б а р о в.
Х а б а р о в. Привет госпоже от рабочего класса. Д а ш а. У вас отличное настроение, Егор Андреевич. Х а б а р о в. Выполнил выгодный заказ -- гроб загляденье. Киллер ухлопал очередного нового русского. Родственники не скупятся на оплату. Мне доходно и новому русскому в гробу удобно. (Оглядел Дашу.) Цветешь? А л ь б и н а. Увядает. Х а б а р о в. Странно. Как манекенщица на подиуме. А л ь б и н а. Тоже к тебе с заказом. Намеревается осчастливить нового русского политика. Сколько запросишь за пикантное дельце? Она выложит гиреевские средства, а ты не продешеви. Х а б а р о в (Даше). В чем суть? Д а ш а (нерешительно). Не отважусь изложить... Х а б а р о в. Шел я, а у ворот торчат два бугая с револьверами. Д а ш а. Моя охрана. А л ь б и н а. Серьезно? Д а ш а. У Гирея охрана и у меня. Открещивалась, а он нанял их. Не привыкну к сопровождению. А л ь б и н а. О, дядя Егор, выполнишь ли ее заказ при соглядатаях? Х а б а р о в. Гирей не воротился из командировки? Д а ш а. Сегодня срок. Х а б а р о в (Даше). В чем просьба? Д а ш а. Намереваюсь попросить вас, чтобы вы, чтобы мы с вами... Появляется Г и р е й.
Г и р е й. Жена--то у старого поклонника. Подозрительно. О чем воркуем? Х а б а р о в. О заказах.

Гирей развел руки для объятий перед Дашей.
Г и р е й (Даше). Зацелуй после разлуки.
Даша чуть обозначила поцелуй.
Г и р е й. Фу, пресновато. Д а ш а. Недомогаю немножко. Г и р е й. Профессора--медика выдерну из Москвы.
Он вынимает из кармана телефонную трубку.
Д а ш а (Гирею). Пройдет само. (Альбине.) Чай с малиной облегчит. А л ь б и н а. Напою. (Отдельно Даше.) Чураешься мужа. Д а ш а (Альбине). Невольно сторонюсь его, отчуждаюсь. А л ь б и н а (Даше). Зато с охраной в машине разъезжаешь.
Женщины уходят. Настроение у Гирея упало.
Х а б а р о в (Гирею). Как успехи? Г и р е й. Мою кандидатуру в правительство поддерживают многие. А Гриша колеблется. Выясни. Х а б а р о в. Ладно. Что скис? Г и р е й. Заметил: жена с прохладцей. Х а б а р о в. Взял не свою. Г и р е й. И не твою. Холодная от природы. Х а б а р о в. Когда уходил Павлик, обняла его, еле оторвали. Г и р е й. Не растравляй. Одарю ее любыми благами, повиснет и на моей шее.
Женщины возвращаются с чаем и вареньем. Угощают и мужчин.
А л ь б и н а. Чай с малиновым вареньем. Попробуйте. Д а ш а. Ой, а в Болгарии, помнится, князь Аспарух баловал нас с Пенчо тоже малиновым вареньем.
Гирей по сотовому телефону набирает номер.
Г и р е й (Даше). Засела в тебя Болгария. Тоскуешь по детству. (В телефонную трубку.) Турфирма. Оформите срочно поездку в Болгарию. Никаких номеров в гостинице. Предоставьте виллу на берегу моря. Вилла с аквапарком. Я вам плачу валютой. На худой конец давайте виллу вблизи аквапарка и личный самолет. Да чтобы вилла с павлинами и на десерт ежедневно подавали малиновое варенье. Пришлю для оформления помощника. Гирей выключает телефон.
А л ь б и н а. Обалденно. Дашка, не муж, а принц с Ближнего Востока.
Гирей смотрит на реакцию Даши. Та не кинулась ему на шею, а он ждал и надеялся.
Д а ш а (Гирею). Сногсшибательный ход.
Благодарно погладила его по руке.
Г и р е й (недовольно). А в ответ прикосновение. А л ь б и н а (Хабарову). Хочу в Болгарию. Х а б а р о в. Вилла нам не по заработкам. На гробах далеко не уедешь. Г и р е й (Даше). Возвращаемся на дачу. Д а ш а (Гирею). В твое отсутствие, я затеяла ремонт. Перекрашивают рамы, переклеивают обои. Потому набьемся в квартиранты к ним на недельку. Г и р е й. Обеспечу люкс в отеле. Д а ш а. Мне вольготнее у друзей. А л ь б и н а. Да примем. Свободная комната найдется. (Гирею.) Покажу.
Гирей и Альбина уходят.
Х а б а р о в (Даше). О чем просишь? Д а ш а. Не скрою, не привыкла я к Гирею. Х а б а р о в. Притретесь. Д а ш а. Вообще--то неплохой он, заботится, но вызывает во мне настороженность овчарки к незваному пришельцу. А к вам, Егор Андреевич... Не сформулирую... Вы мне ближе. Х а б а р о в. Я ближе, а спишь с ним. Д а ш а. Я падшая -- вы правы. Я себе не прощу тот позорный вечер. Но хотела бы родить желанного ребенка, а желанный в данной ситуации может быть ваш... Х а б а р о в. Мой? Д а ш а. Да, Егор Андреевич. Жила бы с Гиреем для вашего ребенка. Но я бы и не жила с ним, если бы вы взяли меня. Возьмите, Егор Андреевич. Я была бы послушной. Я полюбила бы вас. Не прогоняйте меня. Х а б а р о в. Ты чужая жена. Д а ш а. По штампу в паспорте. Но, видит Бог, продаю себя за удобства и тряпки, как в публичном доме с одним клиентом. Х а б а р о в. Задаешь задачки. Д а ш а. В тот вечер готова была стать вашей, а вы деликатничали. Вы тонкий, ранимый, человечный. А он... скрутил без согласия. Х а б а р о в. Пелена возвышенности спала. Отрезвились мы. Д а ш а. Не уговариваю всю оставшуюся жизнь быть подле меня, умоляю -- одну ночь. Сжальтесь, Егор Андреевич. Прошу от вас ребеночка... Х а б а р о в (твердо). Я своими детьми не разбрасываюсь. Д а ш а. Не осуждайте меня, Егор Андреевич.

Г и р е й возвращается во двор.
Г и р е й (Хабарову). Комната подходящая. (Даше.) Убрать бы ее. Д а ш а. Займусь.
Даша уходит в дом.
Г и р е й (вглядываясь в Хабарова). В лице переменился... Х а б а р о в (как бы оправдываясь). Знобит что--то. (Поспешно.) Доволен карьерой? Г и р е й. Светит в министры. Фима посодействовал. В студенчестве никто из нас не помышлял, что вскорости взметнемся почти до Кремля. Примыкай к нам. Х а б а р о в. С вами -- головная боль. Г и р е й. Лукавишь. Х а б а р о в. Временщики разваливают государство, стая волков гонит и задирает обалдевших от гибельных перемен баранов, то бишь доверчивых обывателей. И ты пытаешься втянуть меня в эту звериную стаю. Да совестно мне. Г и р е й. Перед кем? Х а б а р о в. Перед народом. Г и р е й. Тони ты со своим народом. Х а б а р о в. А это не твой народ? Г и р е й. Мои кровные в Крыму, откололись. Каждый борется за себя. Х а б а р о в. А почему не ополчиться соборно против предавших святую Русь. Мой израненный отец устоял под Сталинградом на последнем рубеже. Сейчас, когда опустошение душ, смятение умов, последний рубеж проходит через наши души. Переходи в наш окоп, Гирей, к любящим Россию. Г и р е й. Не обессудь. Не отказываться же от барских возможностей. Отдаляешься от меня и не прощаешь мне Дарью, которую увел я из--под твоего носа. Заведи себе сдобную бабу. Х а б а р о в. Предлагаешь купить женщину? Г и р е й. Полезная идея, но разбогатей. Вышедшие за бессребреников завидуют тем, кто носит шубы, бриллианты, кто в иномарках за рулем, кто вращается в элитных тусовках. Я вот свожу Дашу в Болгарию, полюбится на курорте. Х а б а р о в. Наслаждайся, везунчик. Г и р е й. А ты потолкуй с Гришей насчет меня.
Вдруг звонок по сотовому телефону.
Кому--то я потребовался. (По телефону.) Да, я. Кто беспокоит? Как узнаешь потом? Соображай, балбес, кому перечишь. Угрожаешь мне? Да мои охранники разделаются с тобой. Повтори--ка. Я почти член правительства. И это вынюхал. И осмеливаешься... Вымогатель, шантажист. Куда доставить? Усек. Заглохни.
Он отключает телефон.
(Хабарову.) Наехали на Дашку. Х а б а р о в. Кто? Г и р е й. Неизвестно. Х а б а р о в. Чего он добивается? Г и р е й. Утверждает, что Даша не мне предназначена, потому либо рассчитаюсь, либо никогда ее не увижу. За ней следят. Завтра развязка. Предупредил, если высунется на улицу, ей амба. Представляешь, Андреич, меня запугивают. А не ты ли нанял провокатора? Х а б а р о в. Чокнулся? Г и р е й (нервно). Затаился. Сознайся, Хабаров, что твой дурацкий розыгрыш? Не получишь Дашку. Пусть убьют ее завтра, а я прикончу тебя немедленно. Х а б а р о в. Приступай. Не сопротивляюсь. Г и р е й (язвительно). Изображаешь благородного. (Успокаиваясь.) Кто же звонил? Голос слышанный. Разузнал обо мне, о моей охране, что я на даче у тебя. Заплачу за нее, но никому ни слова. Х а б а р о в. Разбирайся, а я -- в делах.
Он ушел в мастерскую. Гирей забегал нервно по двору. Появляются А л ь б и н а и Д а ш а.
А л ь б и н а (Гирею). Носишься как заводной. Г и р е й. Я в норме. Д а ш а. Повздорил с Егором Андреевичем? Из--за меня? Г и р е й. Выдумываешь.

Женщины идут к воротам.
(Женщинам.) Куда? Д а ш а. На прогулку. Г и р е й. Теперь, женушка, ни на метр от мужа и ни полшага со двора. А л ь б и н а. В Болгарии намилуешься, никто не помешает.
Гирей задерживает их.
Г и р е й (Даше). Запрещаю даже приближаться к воротам. Д а ш а. А на работу? Г и р е й. Никаких работ. Свяжусь с твоим начальником, даст отпуск. А л ь б и н а. Упрячь ее в подвал, матерый сын востока. Г и р е й. Все в дом -- подальше от налетчиков.
Гирей уводит в дом Дашу. За ними уходит и Альбина.
Картина четвертая
Тот же дом и двор Хабаровых в подмосковном поселке. На столе телефон. Утро. Альбина и Даша радуются солнышку.
А л ь б и н а. Проснулась легко, потянулась сладко. После знакомства с отцом Романом утихомирилась, присмирела. Д а ш а. Влюбилась. А л ь б и н а (мечтательно). На белом свете есть отец Роман. Д а ш а. Просто бы Рома. А л ь б и н а. Иеромонах. При появлении его накатывает волнение. И он по--особому относится ко мне, но между нами пропасть. Д а ш а. Гирей по ночам часто просыпается, стережет меня, прислушивается к шорохам за окнами. Этой ночью устроил допрос: люблю ли я его? Язык не повернулся ему соврать.
Из дома выходит Г и р е й.
Г и р е й. Не доспал. Днем отосплюсь, благо воскресенье.
Целует жену.
Д а ш а (Гирею). Убери от калитки стражу. Сам без двух амбалов ни в поселок, ни в город, мне они надоели. А л ь б и н а. Жена золотая. Г и р е й. Окажусь в правительстве, и ты не последняя женщина в государстве. А л ь б и н а. А я, непременно, последняя. Г и р е й. Болтуньи, где Андреич? А л ь б и н а. В мастерской.
Гирей уходит в мастерскую к Хабарову.
Д а ш а. Трепет охватывает тебя при виде отца Романа, а я перед Гиреем съеживаюсь. Опустошил он меня. Ночью все решила -- покидаю его. А л ь б и н а. И куда? Д а ш а. Найду пристанище. Написала записку ему, да ношу с собой. Передай ее Гирею, а я скроюсь из поселка. А л ь б и н а. Наемники не выпустят со двора. Д а ш а. А я через дырку в заборе. Потом заскачу к тебе, Альбиночка.
Даша уходит.
А л ь б и н а. Семейка называется...
Альбина уходит в дом. Х а б а р о в и Г и р е й приносят крышку от гроба, ставят к забору.
Х а б а р о в. Крышка любителю наживы. Тебе не пригодится? Г и р е й. Не каркай. Х а б а р о в. А угроза по телефону? Г и р е й. Угроза--то ей. Х а б а р о в. Выкупишь Дашу? Г и р е й. Он не назвал плату за нее. (С болью.) Закидал ее одеждой, добыл дачу, машины. Но не влечется ко мне, не сопереживает -- ничегошеньки. Стоит ли вызволять ее из беды? Х а б а р о в. Пасуешь. Я займу у Григория, но отдам за нее откупную. Г и р е й. Ага, выдал себя. Питаешь чувства к жене кореша. Не вмешивайся. Хочу плачу за нее, хочу шиш покажу. Х а б а р о в. С ней же расправятся. Г и р е й. Я запутался, я взбешен! Швырнул к ее ногам все, все, что добыл. А она, зараза, ледяная... (Успокаиваясь.) Настроил ее на поездку к морю, на Золотые пески. Тайно вывезу из твоей дачи. Уже условился: подкатит молочный фургон. Ее в фургон под замок. И в окружении молочных пакетов доставлю в аэропорт, а оттуда в Варну. Х а б а р о в. Исполни замысел. Г и р е й. Если она и на курорте будет безучастной ко мне, сочту за оскорбление. Но переломлю себя -- поеду, хотя и жду назначение в правительство. Даша! Даша!

Выходит из дома А л ь б и н а.
А л ь б и н а. Не кричи. Тебе записка. Г и р е й. От кого? А л ь б и н а. Читай. Г и р е й (читает). "Гирей, семья нам обоим в тягость. Развод." Х а б а р о в. Здорово отшила. Г и р е й. Но ей же опасно на улице. Х а б а р о в. Не предупредил ее? Г и р е й. Нет. Наказала себя. Нечего разбрасываться мужьями. Гиреи на мусорной свалке не валяются. Альбина, упаковывай чемоданы и на Черное море. Путевка на двоих. А л ь б и н а. Но не на меня. Г и р е й. А надеялась со мной детей нарожать. А л ь б и н а. Была и я наподобие тебя: перебирала женихов, взвешивала за и против, а оба мужа бортонули меня. Г и р е й. Не рыдать же нам, неудачникам. Кутнем под южным солнцем.
Он дает волю рукам, ласкаясь к Альбине.
А л ь б и н а (возмущенно). Не прикасайся -- неприятно. Г и р е й (в недоумении). Выискалась недотрога. Х а б а р о в (Гирею). Влияние отца Романа. Г и р е й. Что проку от монаха. А л ь б и н а. С ним я приобщусь к благодати. Тебе не понять. Г и р е й. Из одной крайности в другую. А Даша могла и схитрить, сбежать к соблазнителю. Досадно. Альбина, махнем на песочек? А л ь б и н а. Не люб -- не раскатывай губ.
Слышен шум подъезжающей машины.
Г и р е й. Вот и молочный фургон за Дашкой. (Хабарову.) Варна отменяется, отпусти шофера, а я выпью водки с горя. Гирей уходит в дом.
Х а б а р о в. Прекратила бы хождения к отцу Роману. А л ь б и н а. Магнитом притягивает к храму. Бессильна сопротивляться. Отец Роман стал окном, через которое познаю заново мир.
Во двор входит П а в л и к в темных очках.
Х а б а р о в (гостю). Чего надобно? П а в л и к. За женщиной приехал. Х а б а р о в. Исчезла она. П а в л и к. А место ее пребывания не назовете? Х а б а р о в. Поездка в аэропорт сорвалась. Гони фургон с молоком по своему маршруту. П а в л и к. Ошиблись. Я не на фургоне.
Альбина вглядывается в него. Снимает с него очки.
А л ь б и н а. Павлуша?! Х а б а р о в. Доктор! П а в л и к. Здоровы будете. А л ь б и н а. Живой! П а в л и к. Полуживой. Покалечился. Недавно выписали из больницы. Х а б а р о в. Да ты и полуинвалидом -- самый драгоценный подарок для Даши.
Хабаров усаживает Павлика на стул.
А л ь б и н а. Даша тебя очень любила и дожидалась, но... П а в л и к. Договаривайте. У нее сложности?
С бутылкой водки и стаканом появляется Г и р е й.
Г и р е й. А! Соперник! Пресловутый треугольник. П а в л и к (Гирею). Вы, как лихой наездник, подхватили девушку в седло и ускакали с гор в долину. Г и р е й. Твой голос... Ты шантажировал меня по телефону, грозился расправиться с Дашей, требовал выкуп. П а в л и к. Я предупредил вас: как выйдет на улицу, она не ваша. Я забрал бы ее. Да и деньгами бы не откупились. Она же за деньги не продается. Я свою половинку ищу. Г и р е й. Убью. Затопчу ногами.

Гирей кидается на Павлика. Хабаров задерживает его.
Х а б а р о в (Гирею). Укроти ханский норов. П а в л и к (Гирею). Она же любит меня. Г и р е й. Плевал я на любовные трепыхания. П а в л и к (Альбине). Где же она? А л ь б и н а. Не представляю. Г и р е й. Переверну с охраной поселок и потолкую с беглянкой.
Гирей уходит. Павлик норовит идти за ним. Альбина удерживает его.
А л ь б и н а. Постой, Павлуша. Х а б а р о в (Павлику). Все образуется помимо нашей воли. А л ь б и н а (Павлику). Устал с дороги? П а в л и к. Я двужильный.
Телефонный звонок. Альбина берет трубку.
А л ь б и н а. Алло! Доброе утро, Григорий Васильевич. Да, документы к заседанию фракции я подготовила. Представлю. Он дома. (Хабарову.) Тебя.
Хабаров берет трубку. Во время разговора Хабарова Альбина приносит две чашки чаю, варенье, пьет чай с Павликом.
Х а б а р о в (в трубку). Рад слышать, Гриша. Нормально, обжился. Кормлюсь гробовым делом. Ходовой товар. Преждевременные смерти, вызванные насильственной ломкой устоев. Гиреем интересуешься? То, что он жаден до денег и власти, его личная спесь. Но основное: страна для него -- чужбина. Эх, Гриша, Гриша, откуда увернность, что плутовство правящих выплывет наружу? Дай--то Бог. А сам--то как? Взрослые детки. А я холостякую, привык. Удачи тебе, однополчанин, служи трудовому народу. До встречи.
Кладет трубку.
(Всем.) Сожалеет, что ныне честно служить невозможно. П а в л и к. Зачем тогда служить вообще? А л ь б и н а. Максималисты вы.
Появляется Д а ш а крадучись.
Д а ш а (Альбине). Сунула руку в карман -- ключи ваши.
Отдает ключи Альбине.
П а в л и к. Даша! Д а ш а. Павлик!
Она в порыве устремилась к нему, но вдруг остановилась перед ним и попятилась назад.
(Смущенно.) То ли ты настоящий, то ли астральный? П а в л и к. Заправдашний. Но лавина зацепила, покорежила. Д а ш а. И я изменилась, с испорченной аурой. П а в л и к. Не печалься. Восстановимся.
Появляется Г и р е й.
Д а ш а. Минувшее утеряно. Г и р е й. Ответ преданной жены. (Павлику, грозно.) Не досаждай ей, не стерплю. Д а ш а (Гирею). Не тронь его! Это мы несовместимы с тобой. (Павлику и Гирею.) Прощайте. (Альбине и Хабарову.) И с вами прощаюсь... А л ь б и н а (Даше). Ты останешься в своей комнате. (Гирею и Павлику.) А вы оба удалитесь. Г и р е й. Я законный муж. А л ь б и н а (грозно). Оба! (Гирею.) В свое поместье. Г и р е й. Ремонтируется. А л ь б и н а. Пристроишься. А ты, Павлуша, не пропадай.
Гирей и Павлик уходят.
Х а б а р о в. Всех прогнала. И мне уйти? А л ь б и н а. Сделай милость. Х а б а р о в (с горькой иронией). К гробам на свидание.

Хабаров уходит.
Д а ш а. В голове ералаш. Как поступить с Павликом? Он и впрямь моя часть, или я из его ребра. Мы одно целое. Но Гирей перепахал меня. Перестала себя уважать. А л ь б и н а. Пореви, поохай. А со мной что? За годы безрассудства огрубела, охамела. А тут Роман... отец Роман, просветленный. Мне горче, чем тебе, Дашенька. Общаюсь с ним редко, дотронуться до рясы не дозволяется. Засыпаю -- о нем сны, просыпаюсь -- о нем думы. Хочу видеть его и страшусь выдать ему свое состояние. Д а ш а. Отправимся вдвоем к монаху. А л ь б и н а. Отпустит ли Господь согрешения наши? Д а ш а. Они прибавляются. А л ь б и н а. Что еще? Д а ш а. Убедилась -- у меня будет ребенок. А л ь б и н а. Дашка... Ты же сопротивлялась этому. Д а ш а. Вышло. А л ь б и н а. Сюрприз. Д а ш а. Не свыклась с этим. У меня дитя... А л ь б и н а. И у Гирея. Д а ш а. Воспитаю без него. А л ь б и н а. Отец Роман надоумит.
Они уходят.
Картина пятая
Двор и дом Хабаровых. Празднуют день рождения хозяина. Звучит музыка из магнитофона. Альбина танцует с Павликом, Даша с Хабаровым.
П а в л и к (Альбине). Вашему дяде не дашь сорок. А л ь б и н а. Дашь -- не дашь, а день рождения. П а в л и к. Моложавый. Х а б а р о в. Но не молодой. Средний. Грустновато. Д а ш а. Егор Андреевич, полагайте, что впереди долгая жизнь, и ваши положительные мысли и эмоции будут стимулировать нервную систему, задерживать старение. Х а б а р о в. Разделить бы такую уверенность с подругой. Д а ш а. Истинно ваша не минует вас. Х а б а р о в. Я взбодрился. П а в л и к (Альбине). Посоветуйте Даше, чтобы не упрямилась. Я полюблю ее сына или дочку. А л ь б и н а. Не подстегивай ее, она в себе сомневается. Х а б а р о в. Почему Гирей задерживается? А л ь б и н а. Сражается с конкурентами.
Она выключает магнитофон. Все рассаживаются, берут закуску. Хабаров наполняет рюмки вином.
Х а б а р о в. Жаль, Даша не научила нас взмывать к звездам. (Даше.) Преподай урок. Д а ш а. Не получается. Была чистой, легко соприкасалась с астралом, но от влияния Гирея заземлилась. Чтобы очутиться в другом измерении, нужно ощутить детское блаженство, восхищаться живому и неживому, избавиться от страстей и темных энергий. Тогда благодать сойдет на очистившуюся душу, и она воспарит. Я постараюсь. Когда--нибудь дастся по вере моей. А л ь б и н а. Да сподобятся нам полеты наяву и встречи с желанными. П а в л и к. За именинника -- Егора Андреевича. Х а б а р о в. С аппетитом.
Выпивают, закусывают. Входит Г и р е й, словно опущенный в воду.
Г и р е й. Плесни--ка, Андреич, злость залить.
Хабаров подает ему рюмку вина.
Х а б а р о в (Гирею). Не утвердили в правительство -- захандрил. Г и р е й. Я в унитазе. Не везет. Все против меня. А твой Гриша утопил меня окончательно. Что я ему сделал плохого? Х а б а р о в. Ничего. И мне по большому счету не напакостил, но правительство -- не сбор приятелей. И он поступил достойно: открыто высказался против тебя. Я солидарен с ним. Г и р е й. И ты против. А я с просьбой -- деньги потребовались. Х а б а р о в. Для дела дам, хотя загашник невелик. Деньги в работе. Г и р е й. Мне давали авансом, чтобы я лоббировал в правительстве. После моего провала требуют деньги назад. Я их профинтил. Д а ш а. Я выложу все, что имею.

Снимает серьги, кольца.
Используй. И сбережения принесу. Г и р е й. Добрая ты, Даша. Но это крохи, а мне возвращать куски. Живодеры, выколачивающие долги, вынуждают подписать им дачу. Но и этого мало. Требуют, чтобы я подписал договор с медицинским центром о добровольной отдаче им моей почки. За живую почку выдают жирный куш. Иначе разделаются со мной. Х а б а р о в. Попался на крючок. А л ь б и н а (Гирею). Сбросимся. П а в л и к. И я почищу карманы.
Роется в карманах.
Х а б а р о в (Гирею). Сколько же? Г и р е й. Твоя мастерская с гробами и десятой доли не потянет. (Всем.) Да я и не возьму у вас -- не разорять же всех. Д а ш а. Но лишишься почки. Г и р е й. Жадность калечит и учит. А л ь б и н а. Наскребем где--нибудь. Не горит же. Г и р е й. Эти нелюди ждать не намерены. Лучше подписать одну почку, чем поставить себя под мушку. П а в л и к. Разбой кровавый. Х а б а р о в. Плоды разгульной демократии. Г и р е й. Но на их деньги--то я позарился. П а в л и к (Гирею). Обратитесь в органы, их арестуют. Х а б а р о в. Не дергайся, Паша. Мы пешки в той мерзкой игре, в которую играл Гирей. Нужна власть, способная пресечь и дающих, и берущих.
На улице вызывающе сигналит машина.
Г и р е й. Подъехали к воротам мои кредиторы.
Настойчивые сигналы машины.
Вызывают меня.
Упавший духом Гирей пошел к воротам.
Д а ш а (тревожно). Гирей...
Он обернулся и помахал ей рукой. Гирей ушел.
Запутался совсем. П а в л и к (в недоумении). Бесовщина творится, не разберешь, где истина бытия, а где ложь. А л ь б и н а. Наливай для ясности, дядя.
Хабаров разливает вино.
Д а ш а (Хабарову). Без вина посижу. П а в л и к. Дашенька, уедем в горы. Метеостанцию восстанавливают, набирают сотрудников. Д а ш а. Боюсь, сорадуемся ли мы. П а в л и к. Если двое свыше посланы друг другу, то ошибки их человеческие не препятствия для соединения душ и тел. Д а ш а. Погоди, миленький, я очищусь, отмолю свои печали, приподнимусь от земных тягот. Я снова обрету крылья. Гирей должен отойти от меня добровольно, искать свое счастье без меня. И я стану совершенно свободной и вновь повернусь навстречу тебе, дорогой. Я соберусь с силами, я окрепну духом...
Хабаров хотел произнести тост, но снова появился Г и р е й. Слышен звук отъезжающей машины.
Г и р е й. Выдавили из хана подпись. Плакало здоровье, но отложили операцию на месяц. Х а б а р о в. Времени навалом -- поможем тебе выкрутиться. Присаживайся к общему столу, Николай, будь другом. Г и р е й. Только и слышно: "Гирей, хан Гирей." А ты назвал по имени. Отрадно сердцу моему. Х а б а р о в. Какой ты к чертовой матери хан Гирей. Возомнил себя ханским наследником. А ханских потомков расплодилась тьма, самозванцев еще больше, и все канули в реку забвения. Ты просто наш Коля. Держись, Коленька. Невзирая ни на что, твердо стой на родной земле, но смени позицию -- Отечество в опасности. Да укрепимся все мы в благодатной любви к ближним своим и в вере в грядущее. Еще поживем, ребята, в богохранимой стране нашей.

Хабаров берет гитару, напевает. Ему подпевают остальные.
"Из дальних пределов восходят дымы От мирных ли труб, от пожарищ?! Куда это снова заехали мы -- Не знает ни поп, ни товарищ...
Кто тот проводник, что напутствует нас, Кто верную знает дорогу? И что там осталось еще про запас Для нашей России у Бога?
А если ни Бога, ни Веры уже, Ни Света, ни Хлеба, ни Силы -- Последней надеждой в кромешной душе: Россия, Россия, Россия!"[4]
Май 1998 г.
1 Б. Щеглов. Из "Осеннего романса". 2 Б.Щеглов. Песня "Элегия". 3 Б. Щеглов. Из песни "У жизни острые края". 4 Б.Щеглов. Из песни "Надежда".
Борис Ивашин. Возлюбленные
© Copyright Борис Ивашин Email: ivashin@mx.inbi.ras.ru Date: 26 Aug 2001 Москва, издательство "ИОЛА", 1997
Пьеса в двух действиях
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
И о а н н -- святой апостол и евангелист. П р о х о р -- спутник и помощник Иоанна. Т и м о ф е й -- епископ христианской общины в малоазийском греческом городе Эфесе. Д и о с к о р -- старшина города Эфеса. Д о м н -- его сын. Р о м е к а -- владелица бани. Ф и в а -- ее дочь. Н у к и а н -- серебряных дел мастер. Ж р е ц и ж р и ц а храма Бахуса. Д о м и ц и а н -- император Древнего Рима. Д о м и ц и я -- его жена. Ф л а в и й -- двоюродный брат императора. Ф а о н -- помощник императора. П а р ф е н и й -- спальник императора. С т е ф а н -- управляющий Домиции. М о л о д о й л е г и о н е р, корникуларий К л о д и а н. П о ж и л о й л е г и о н е р.
Время действия -- вторая половина I--го века.
ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ
Картина первая
Улица в Эфесе, самом значительном городе в римской провинции Асии. С правой стороны улицы двор и скромный дом с двумя входами: один в жилое помещение, другой в баню. С левой стороны улицы за деревьями просматривается часть храма Бахуса. Вдали на холме виден храм богини Артемиды -- одно из семи чудес света. Во дворе стол, скамейка и ведро с водой. На ведре висит ковш. По улице идут п о ж и л о й и м о л о д о й л е г и о н е р ы. К храму Бахуса проходят ж р е ц и ж р и ц а, одетые в туники.
Ж р е ц. Уговорила бы дочку банщицы заглянуть в наш храм Бахуса. Ж р и ц а. Пыталась -- не соглашается. Слишком скромна. Ж р е ц. На необъезженных девиц спрос в храме увеличивается. Понастойчивее обхаживай ее. Ж р и ц а. Приглашу ее на храмовую оргию.

Жрец и жрица уходят.
М о л о д о й л е г и о н е р (услышав разговор жрецов). Жрецы пировать собираются. Глянуть бы на веселье. П о ж и л о й л е г и о н е р. Сначала эфесяне принесут жертву перед статуей бога Бахуса. Потом в храме перепьются, обожрутся и перелюбятся. М о л о д о й л е г и о н е р. Ошалеть бы с гетерой под покровом Бахуса... П о ж и л о й л е г и о н е р. Греческие праздники не для нас. Вернемся в Рим -- погуляем. Но когда? М о л о д о й л е г и о н е р. Можно и ускорить наш отъезд. Соображай: по приказу императора учинили гонение на паству Христову. Бедолаг с крестиками на шее хватают, пытают, поджигают живьем на потеху, в цирках травят зверями. Представь, что схватим мы какого--то из них, да еще главаря христианского, доставим сразу к наместнику, самому проконсулу; направит он Христовых смертников в Рим к императору, а сопровождать их будем мы. И прощай город Эфес. П о ж и л о й л е г и о н е р (иронично). Вылитый Цицерон, дослужишься до центуриона.
Легионеры удаляются. Из дома во двор выходит Р о м е к а, глянула опасливо вслед легионерам, хлопочет по дворовому хозяйству. На улице появляется Т и м о ф е й, просто одетый.
Р о м е к а. Не появлялся бы, Тимофей, на глазах у завоевателей. Т и м о ф е й. Нам ли, крещеным, кого бояться, кроме Господа своего? Р о м е к а. Не отречешься -- замучают. Т и м о ф е й. На все воля Божья. Приобщайся к нам, Ромека, и дочь приводи. С братьями по вере легче жить. Собираемся мы скрытно в домашней церкви или за городской стеной в поле. Р о м е к а. Хоть ты и епископ, но не уговоришь. Охота мне прятаться где--то, чтобы воздать богу новому. Я открыто бываю в храме Артемиды, одном из семи чудес света. Меня от гордости распирает, что он в четыре раза больше Афинского Парфенона. Ох, без вашей братии голова заморочена. Дохода от бани почти никакого: посетителей мало. И Фива вон в Домна влюбилась, в сына Диоскорова. Т и м о ф е й. Угораздило ее. Отец парня старшина города, поместье--то у него огромнейшее, рабов уйма. Не сравнить с твоей банькой для захудалого люда. Р о м е к а. Не нам чета. В городе и состоятельная женщина бесправна перед мужем, а бедненькой моей Фиве пришлось бы в их семье помалкивать да поревывать. Они и в семью ее не берут. Т и м о ф е й. Завидуешь Диоскору. А главное богатство в смиренной душе человека. Р о м е к а. Не искушай, епископ. Т и м о ф е й. Спешу на пристань. Ожидаю судно из Кесарии Палестинской со святым апостолом Иоанном. Р о м е к а. Какой Иоанн? Т и м о ф е й. Любимый ученик Спасителя. После успения Пресвятой Богородицы он отправился в путешествие с проповедями о Благой Вести. Но что--то задерживается с прибытием.
Тимофей пошел на пристань. Из дома выходит Ф и в а.
Р о м е к а. Давай--ка, доченька, баню подготовим. Придут же помыться. Ф и в а (недовольно). В других банях рабы управляются. Р о м е к а. На работящего раба денежек не наскребем. Опять сохнешь по Домну. Чихал он на твои нежные вздохи. Перед его золотым мешком красавицы разномастные млеют. Чем туже кошелек у мужчины, тем крепче женщины вцепляются в него. А как промотается до латаной одежонки, сторонятся даже завалящие бабенки. Ф и в а. Ничего не понимаешь, мама. Нутром чую -- Домн мой. Каким бы он ни был: богатеем или совсем нищим, хромым или косым -- люб мне. И если женится на другой, все равно мой. Р о м е к а. Размечталась. Богач и беднячка, что гусь и воробей -- не пара. Пустое. Видеться с Домном запрещаю. Богиня Артемида пошлет тебе жениха.
На улице появляется горбатый Н у к и а н. В руках у него корзина с товаром -- серебряными статуэтками богини Артемиды.
Ф и в а (насмешливо). Не этого ли? Р о м е к а. Этот прямиком ко мне. Н у к и а н (Ромеке). Предлагаю, хозяюшка, изображение Артемиды. Р о м е к а. Надоел, Нукиан. Н у к и а н (Ромеке). Хожу--брожу возле дома твоего: нуль внимания -- сплошное равнодушие. Горбатый, горбатенький, может, сгожусь для чего? Р о м е к а. Сомневаюсь. Н у к и а н. Жаль. (Показывает статуэтку Фиве.) Из серебра. Собственного изготовления. Ф и в а. О, изящная. Прелесть. Н у к и а н. Похожая на тебя. Ф и в а. Мама, купи. Р о м е к а. Сходи в храм и попроси Артемиду о сокровенном. Н у к и а н (с сожалением). Спрос на наших богов упал: вера Христова теснит Артемиду и Бахуса. Пора устроить погром крестящимся.

На улице появляются И о а н н и П р о х о р. Вид у них бедных путников.
(Пришедшим.) Приобретите в честь Артемиды. И о а н н. Почитаем другого Бога. (Ромеке и Фиве.) Мир дому сему. Р о м е к а. Никак бродяги. П р о х о р (Ромеке). Где бы нам устроиться? Р о м е к а. Вкалывать будете -- устрою. И о а н н. Потрудимся. Р о м е к а. Водой баню обеспечивать, огонь поддерживать, убирать помещения, мне помогать по хозяйству. П р о х о р. Работой не испугаешь.
Прохор повел богатырскими плечами.
Р о м е к а (Прохору). Могучий, здоров пахать. (Пришедшим.) С вашей стороны какие условия? П р о х о р. Ночлег и кормежка, но мы не прожорливые. Р о м е к а. Все? Странно... Баня же Ромеки. Вы поняли? Я Ромека. П р о х о р. А я Прохор. И что? Н у к и а н (собираясь уходить). А то, что в этой бане за солидные деньги никто не работает. Когда ее строили в стародавние времена, владелец в основание бани закопал живыми отрока и отроковицу за непослушание и любовь друг к другу. С тех пор не проходит и года, как поселившийся в бане бес удавливает кого--нибудь. Р о м е к а (гневно). Не отгоняй рабочих. Не ты ли наколдовал на мою баню порчу? Н у к и а н (Ромеке). Сама испорченная. (Пришедшим.) Уверяю вас, ни один мужчина на побережье до Египта не возжелает ее, кроме меня. Р о м е к а. Проваливай, волокита.
Ромека, возмутившись, надвигается на него.
Н у к и а н. Обожаю пылких. Целую ножки.
Нукиан отправился по своим делам.
Ф и в а (Ромеке). Успокойся. Р о м е к а (Иоанну и Прохору). Я вас не удерживаю. П р о х о р. На всякий лай внимание не обращай. И о а н н (Ромеке). Показывай работу. Р о м е к а (Фиве). Приготовь им комнату. (Иоанну и Прохору.) Проходите.
Ромека уводит Иоанна и Прохора в банное помещение. Появляется Д о м н, останавливает входящую в дом Фиву.
Д о м н. Фива! Ф и в а. Домн...
Рады видеть друг друга.
Д о м н. Соскучился. Ф и в а. Полмесяца не показываешься. Д о м н. У нас во дворце гостит стратег из Афин. Ф и в а. Гость не помеха. Отец не отпускает на свидание. Д о м н. Вырвался. Ф и в а. Совершил подвиг. Д о м н. Почти. Стратег рассказал отцу, как император Нерон был встречен в Греции овациями. И на радостях в Коринфе на Истмийских играх даровал свободу провинции и свободу от налогов. Ф и в а. Ай да Нерон. Д о м н. [ ]Замыслил родитель выпросить у императора свободу и для нашего города. Уже подбирает подарки цезарю, а мне велел сопровождать его, чтобы вместе, как старое и молодое поколение, пасть ниц перед императором. Ф и в а. В таких делах я дуреха. Но поздравляю: увидишь великий Рим. Д о м н. Спасибо. К путешествиям я пристрастен. Ф и в а. За море собрался и останешься там. Столичные девушки завлекательные, а я простолюдинка. Д о м н. Мое восьмое чудо света. Ф и в а. Наласкаешь сердечко и к далеким берегам. Д о м н. От меня согласия предок не получил. Ф и в а. Ехать обязательно придется. Д о м н. Сотню лет Эфес под римским владычеством. К ярму привыкли. Чего ж спешить. Ф и в а. Не уговаривай себя. Ты свободный, миленький. Д о м н. Будто прощаешься навсегда. Ф и в а. Между нами твои родители, как стена.

Домн целует ее. Возвращается Р о м е к а.
Р о м е к а (Домну). Заявился за поцелуями. Д о м н (смущенно). Вообще--то шел... мимо, а у вас... баня. Р о м е к а (иронично). В баню пожаловал. Водичка нагрелась. Покажи пример горожанам.
Фива увидела вдалеке Диоскора.
Ф и в а (Домну). Отец... Д о м н[ ] (поспешно[ ]Ромеке).[ ]Попарился бы с удовольствием. Р о м е к а. Прохор веничком похлещет.
Домн быстро вошел в баню. Ромека принялась за уборку двора.
(Фиве.) Разнежничалась чересчур. Оттолкни его и забудь. Прибрала комнату? Ф и в а. Не успела.
Фива уходит в дом. По улице идет с достоинством Д и о с к о р.
Р о м е к а (Диоскору). Старшине города -- поклон.
Кланяется. Он слегка кивнул в ответ.
С утра в заботах? Д и о с к о р. Осмотрю корабль, на каком отплыву с сыном в Афины, а оттуда в Рим.
Хотел пройти мимо.
Р о м е к а. Увозишь парня, Диоскор, а Фива моя побоку. Влюбился бы он в дочку римского наместника, счел бы ты за честь с ним породниться, а до безмужней матери, загнанной работой, не снизойдешь. Д и о с к о р. Разумная ты с юности, но почему из нужды не выберешься? Р о м е к а. Поддержать некому. Помню, и в молодости купался ты в роскоши, а я купалась в любви. С моряком с острова Родос. И Фива плод короткой с ним сладости. Эх, не сгинул бы он в море... Д и о с к о р. Попридержи свою распрекрасную. В ее голове любовный сквозняк выдувает рассудок. У меня все--таки сын. Ему просто -- плюнул и смылся. А каково ей забрюхатить?
Диоскор уходит. Со стороны пристани возвращается Т и м о ф е й. Он сильно удручен.
Р о м е к а (Тимофею). Не встретил святого? Т и м о ф е й. Говорят, что галера утонула. Всевышний забрал апостола. Р о м е к а (успокаивая его). Пучина беспощадна, поглощает грешных и святых.
Из бани выходит И о а н н.
И о а н н (Ромеке). Первый--то посетитель дорвался до парилки. Горячий парень. Т и м о ф е й (увидев Иоанна). Иоанн... Ты ли, святой апостол? И о а н н. Тимофей.
Душевная встреча.
Т и м о ф е й (в недоумении). Разбилось же судно о скалы. И о а н н. Налетела буря, но Господь не попустил погибнуть. Выкинула волна нас на берег. Мы с Прохором добрались пешком до города. Р о м е к а (удивленно). И они Христовы слуги? Т и м о ф е й. На Иоанна по обетованию Спасителя сошел Дух Святый. Потому он апостол -- святой. Р о м е к а (насмешливо). Святой: в грубой одежде, обтрепанный. Где шелка с золотой диадемой? И о а н н. Зачем они? Царство Божие внутри нас. Надо пристально заглянуть в себя, смирить свою гордыню, изгнать из души скорбь по чужим успехам, и благодать поселится в сердце твоем. Р о м е к а. Мудрено поучаешь. Хочу одеваться, как царица, есть и пить, как госпожа, иметь рабов на посылках, а не ишачить самой. И о а н н. Поимеешь мечтаемое -- превосходно. Но достижение этого не должно стать смыслом всей жизни. Р о м е к а. Вот ты червь, зарабатывающий в бане хлеб и ночлег. А Диоскор -- господин. Ему слева и справа кланяются в ноги. Во дворце возлежит на коврах, пьет вкусное хиосское вино. У него царство небесное и земное. Любое. И слова твои для сытого желудка. А мне подавай блага -- всего вдоволь. Тимофей, ты Диоскоров наемник, топай к нему. А ты, святой, засучивай рукава и отчищай баню.

Ромека продолжает убирать двор.
Т и м о ф е й (Иоанну). Перебирайся в мой дом. Жилье и стол обеспечу. И о а н н. Прохор и я привыкли сами содержать себя. Т и м о ф е й. Прихожане вас заждались. И о а н н. Вечером поведаю вам о земной жизни Иисуса. Т и м о ф е й. До вечера.
Тимофей уходит. Из бани навстречу идущему Иоанну выходит П р о х о р.
П р о х о р (Иоанну). Несчастье. Умер... И о а н н. Кто? П р о х о р. Молодой человек. И о а н н. Бог дал -- Бог взял. Как сказать Ромеке?
К ним подходит Ромека.
Р о м е к а (сердито). Марш работать[ ]--[ ]не прохлаждаться. П р о х о р (Ромеке). Происшествие в бане. Р о м е к а. Что в бане? И о а н н. Крепись, доченька. П р о х о р. Парень попарился, оделся и вдруг повалился... Р о м е к а. Расшибся?
Ромека зашла в баню. Слышен испуганный ее крик. Выбегает из дома Ф и в а.
Ф и в а. Где мама?
Появляется в дверях бани Р о м е к а.
Р о м е к а. Горюшко на вдовью голову. Ф и в а. Что случилось? Р о м е к а. Удавил бес желанного твоего. Ф и в а. Домна?
Она убегает в баню. Снова приходит Н у к и а н в приподнятом настроении.
Н у к и а н (радостно). Фигурку продал. Парочку бы пристроить. (Иоанну и Прохору.) Купите по дешевке. П р о х о р (Нукиану). Скончался Домн в бане. Н у к и а н. Ба! Очередная жертва. За углом Диоскор беседует с префектом. Сообщу ему.
Нукиан убегает, оставив корзину. Р о м е к а (в отчаянии). Теперь падет проклятие на нас с Фивой.
Из бани выходит потрясенная Ф и в а.
Ф и в а. Страшно мне, мама. Чувствую -- угасну и лягу рядом с ним. Р о м е к а. Доля женская оплакивать любимых.
Прибегают Д и о с к о р с Н у к и а н о м.
Н у к и а н. Туда, Диоскор.
Диоскор с Нукианом входят в баню. За ними пошел Прохор.
И о а н н (Ромеке и Фиве). Не сокрушайтесь.
Иоанн тоже вошел в баню. Вчетвером мужчины выносят во двор Д о м н а, кладут на лавку.
Д и о с к о р (покойнику). Не разрешал заходить во двор к стервозам. Не повиновался отцу, мальчик мой. (Ромеке.) Заплатишь, ведьма, кровавыми слезами за сына. И девке отомщу, ох, отомщу! Н у к и а н. Ой, что назревает...
Диоскор хватается за сердце и опускается на землю.
Д и о с к о р. Давит сердце. Больно. Р о м е к а. Фива, воды ему.

Фива зачерпнула ковшом воду из ведра.
Ф и в а (Диоскору). Выпейте воды.
Диоскор отпил из ковша.
Еще глоток. Отпустит.
Диоскор пьет еще.
Д и о с к о р. Благодарен. Р о м е к а. Мужайся, Диоскор. Ф и в а (Диоскору). Полегчало вам? Д и о с к о р (почувствовав облегчение). Прочь, негодная.
Фива отходит от Диоскора.
Всемогущие боги, покарайте подлых людей, если не в силах буду разделаться с ними.
Ромека, взяв из корзины Нукиана статуэтку Артемиды, ставит ее на стол.
Р о м е к а. Покровительница наша Артемида, ты же знаешь, как из года в год тяжело мне было. Но я не просила о помощи. Помоги сейчас, верни Домна к жизни. И не для моей дочери. Пускай он едет в Афины, в Рим. Услышь, Артемида, верную рабыню Ромеку. Слышишь меня? Слышишь?! Ф и в а. Богиня Артемида, я тоже молю тебя. Д и о с к о р. О, Зевс, владыка Олимпа, вдохни живительные соки в сына моего, а я во славу твою половину имения раздам нищим. Н у к и а н. Я же почитаю бога Аполлона, брата Артемиды. Ромека, и я взываю к милости Аполлона.
Ромека кидается к Иоанну.
Р о м е к а (Иоанну). Эллинские боги оглохли, просьбы не доходят до них, а ты, святой апостол, со своим богом общался накоротке. Подними, Иоанн, юношу, иначе я убью тебя, убью... И о а н н. Столько ваших богов не спасли от бесовской напасти. И вы поклоняетесь им, бездушным идолам, а в живого Бога не веруете. П р о х о р. Правда, Иоанн, соблаговоли.
Иоанн подошел к Домну, взял его за руку.
И о а н н. Во имя Иисуса Назарянина, Домн, встань и ходи!
Домн поднялся. Страх и радость в лицах присутствующих.
Живи и радуйся свету Божьему. Р о м е к а. Слава Богу христианскому. Ф и в а (Домну). Ожил, родненький. П р о х о р. Подымайся, Диоскор.
Прохор поднимает Диоскора.
Д и о с к о р. Снова дышишь, сынок. Д о м н (в недоумении). Вроде пробудился ото сна. Н у к и а н. Чародей Иоанн. Д о м н. Приму я, папа, веру спасшего меня. Д и о с к о р. Официально я против, но как соизволит апостол. И о а н н (Домну). Приходи в общину веры, отец Тимофей окрестит водой и Духом Святым. Д о м н. Хорошо. Ф и в а. И я приду. Р о м е к а (Фиве). Побойся римлян, рисковая. Ф и в а. Приду. Д и о с к о р (Иоанну). Чем мне расплачиваться за сына? И о а н н. Наша вера бескорыстна. Иго Христово легко и необременительно. П р о х о р (Нукиану). После увиденного окрестишься? Н у к и а н (забирая свою корзину). Пока статуэтки Артемиды покупают, я ее боготворю.
Нукиан уходит.

Д и о с к о р (Домну). Домой.
Фива невольно делает шаг к Домну, а он к ней.
Р о м е к а (Диоскору). Позволь ей проводить Домна? Д и о с к о р. Отойди от нее, Домн, пропадешь. И о а н н (Диоскору). Не увянут ли друг без друга? Д и о с к о р. Видно, что нынче я не властен, но завтра...
Домн и Фива выходят со двора вместе. За ними Диоскор.
(Оставшимся.) Всего доброго. И о а н н. С Богом. (Ромеке.) Уморился в дороге. Р о м е к а. Отдыхай в комнате, отче.
Иоанн уходит в дом. Прохор и Ромека одни.
(Прохору.) Артемида опозорилась. П р о х о р. Прими крещение. Р о м е к а. Боюсь гонений. Римляне распоясались. В молодости похрабрее была. Постарела. П р о х о р. Мадонна -- хоть куда. Р о м е к а. А куда? П р о х о р. Осчастливить можешь. И совсем иная, нежели горбун обрисовал. Р о м е к а. Не растопыривай уши. П р о х о р. Закрыл их. Но любуюсь: шибко приятна. Р о м е к а. Нанялся не соловьем петь. П р о х о р. Спеть бы нам на два голоса.
Возвращаются л е г и о н е р ы.
М о л о д о й л е г и о н е р. В этом дворе? П о ж и л о й л е г и о н е р. Кажется.
Входят во двор.
(Ромеке.) Ты хозяйка? Р о м е к а. Я. П о ж и л о й л е г и о н е р. На улице мастер по серебру убеждает прохожих, что какой--то Христов ученик объявился. Враг наших богов. Р о м е к а. Кто он? М о л о д о й л е г и о н е р. Тот, который парня воскресил. П р о х о р. Признаешь воскресение из мертвых? М о л о д о й л е г и о н е р. Я не чокнутый. П р о х о р (пожилому легионеру). Ты тоже отрицаешь? П о ж и л о й л е г и о н е р. Ерунда собачья. Р о м е к а. Зачем же явились?
Легионеры в недоумении.
П о ж и л о й л е г и о н е р (Ромеке). Вообще--то держись подальше от Христовых возмутителей спокойствия.
Легионеры пошли со двора.
(Ромеке.) Кто с тобой? Р о м е к а. Работник.
Легионеры уходят. Прохор направился работать в банное помещение.
Картина вторая
Та же улица в Эфесе. К храму Бахуса направляется ж р е ц. Появляется с корзиной Н у к и а н.
Н у к и а н (жрецу). Некому всучить богиню. Ж р е ц. Нам живых девок подавай. Н у к и а н. Краше Фивы не найдешь.
Появляется ж р и ц а.
Ж р и ц а (жрецу). Шатаешься попусту. Ж р е ц. Для жертвоприношений покупал поросенка. Его привезут в храм. Ж р и ц а. Без поросенка свинство: около статуи Бахуса проповедовал Иоанн, обличал слепоту язычников, поносил нас. Скоро из--за Иоанна оскудеем без обильных приношений. Ж р е ц. Дождется неугомонный.

Возвращается к дому Ромеки И о а н н.
Н у к и а н. Вот и он. Ж р е ц. Старик, предупреждаю в последний раз: не подступай к храму. И о а н н. Пьянствуют и развратничают в вашем храме. Ж р е ц. Пьют, блюют, тешатся -- вековая традиция. Тебе то что, чужие они. И о а н н. Чужих не бывает. Все дети Отца Небесного, ближние мои и твои, и ее, и Нукиана. В души посеяны Богом семена добра, которые и объединяют людей. Разъединяют нас зло и плотские прихоти. Ж р и ц а (жрецу). Он витает в облаках. (Нукиану.) Где Фива? Н у к и а н. В доме затворничает. Ж р е ц. Скромность лелеет. Н у к и а н. Ее возлюбленный Домн за то ее и любит, что она чистая. Грязных и богатеньких полно, да какая в них радость.
Жрецы уходят.
Н у к и а н (Иоанну). Жрецы не шутят -- прекрати проповеди. И о а н н. Овец заблудших пасти призван я свыше. А ты выбрось свои безделушки. Н у к и а н. Небось святым духом питаешься, а мне мясо подавай. И о а н н. Кормись благими делами.
Иоанн уходит в банное помещение. По улице проходят Д и о с к о р и Д о м н.
Н у к и а н (Диоскору). Не пожалей монетку за Артемиду. Д и о с к о р. Не до нее. Мы отплываем. Н у к и а н. У, жадный. Пути не будет. Д и о с к о р. Наоборот. Сам стратег предоставил нам каюту на флагманском корабле.
Нукиан уходит. Домн приостановился и заглядывает во двор.
(Укоризненно.) Заглядываешь. Столицы покоришь. Д о м н. И Эфес не хуже. Крупнейший греческий город в Малой Азии. Д и о с к о р. Но в Малой Азии, а не в большой Европе.
Домн продолжает смотреть в сторону дома Ромеки.
Серый дом, суета. Завоешь тут через три месяца. Д о м н. Люблю Фиву. Д и о с к о р. Пока близко -- любится. Переплывешь через Эгейское море, восторги выветрятся. Вспомнишь о ней, держа в объятиях светскую девицу. По себе знаю. На этом месте когда--то и я вздыхал по Ромеке. Что--то в ней было, что--то притягивало. А что? Женился на твоей матери. И горжусь ей, она из древнего рода. Нормально. (Недовольно.) Мы едем для города добывать свободу, а ты замешкался. Д о м н. Едем не добывать, а выпрашивать у императора--завоевателя свободу. Едем унижаться. А свободу добывают с мечом в руках. Вон маленькая Иудея восстала против римского произвола, два года сражается. Кликни клич, подними народ против оккупантов. Присоединимся к восставшим иудеям. Д и о с к о р. Глупость: трехсоттысячный город против Римской империи. Д о м н. В молодости отказался от борьбы за Ромеку, в старости отказываешься от борьбы за свободу. И хочешь, чтобы я повторил твои ошибки? Д и о с к о р. Отец распоряжается, а не сын. Решение принято. Не ради себя еду, ради родины. И ради будущего твоего.
Появляется Т и м о ф е й.
Т и м о ф е й. Стратег готов поднять паруса, но дожидается вас. Д о м н. Пусть Тимофей нас рассудит. Д и о с к о р. Кто он? Его бабка Лоида батрачила на плантациях, а мать Евника ткала ковры для дворца. Ему ли, выходцу из простонародья, быть судьей меж господами? Д о м н. Он мой духовный учитель. Д и о с к о р (недовольно). Я вам покажу такую духовность, что обоим станет тошно. Т и м о ф е й (Диоскору). В гневе теряется истина. Д и о с к о р (Тимофею). Помолчи. (Домну.) Ты потребуешься в Риме. Поторопись.
Диоскор уходит. Тимофей направляется за ним.

Д о м н. Подожди, Тимофей. Я быстро.
Тимофей останавливается. Домн заходит во двор, стучит в дверь дома висящим у притолоки молотком.
Оге! Выходит Ф и в а.
Стратег выводит флот в море. Ф и в а. Заскочил проститься? Д о м н. Взять тебя в жены. Ф и в а. Против воли отца? Д о м н. Убежим из Эфеса. Нас никто не найдет. Ф и в а. Подумай хорошенько. Перечеркнешь привычные отношения с земляками. Д о м н. Зато соединимся. Ф и в а. Через годы остынешь ко мне и пожалеешь: мог взлететь наверх в обществе, а прозябаешь со мной среди бедности. Д о м н. Доживем до "тогда", тогда и обсудим. Не трать время на пустые разговоры. Ф и в а. Где приютимся без денег, без крыши над головой. Поселяйся у нас. Д о м н. Тут немой укор отца, насмешки многих приятелей. Уходим. Ф и в а. Окунемся в неизвестность одни--одинешеньки. Где--нибудь схватят нас и продадут в рабство к персам. Д о м н. Любила бы, не осторожничала. Ф и в а. Люблю, дорогой, жалею. Но семье с детьми надежнее под родным кровом, чем в скитаниях. Входи хозяином в дом. Д о м н. Не перешагнуть мне через себя.
Он отходит от нее. Ф и в а. Домн!
Домн подходит к Тимофею.
Д о м н. Передай отцу, Тимофей: я не еду, но и в городе не останусь. Т и м о ф е й. Достанется мне за это известие. Д о м н. Отныне я отрезанный ломоть. Т и м о ф е й. Уповай на Господа, сохрани в душе любовь, а житейское образуется.
Тимофей и Домн расходятся в противоположные стороны.
Ф и в а (с горечью). Ушел... Сойдясь со мной, он получит маленький мирок, и судьба его наперекосяк.
По дороге идет ж р и ц а. Увидев плачущую Фиву, подходит к ней.
Ж р и ц а. Обидели? Ф и в а. Я коверкаю жизнь Домну. Ж р и ц а. А, ухажеру. Запуталась ты. Присоединяйся к жрецам, привлекательнейшая. Ф и в а. Увидит, что я в храме Бахуса с мужчинами, от обиды сразу уплывет в Афины. Ж р и ц а. Попутного ему ветра. Оба изведетесь, а гнезда не совьете. Ф и в а. Как поступить?
Появляется ж р е ц.
Ж р е ц (жрице). Опаздываешь на оргию. Ж р и ц а (жрецу). Фива почти сдалась. Ж р е ц (жрице). Не упусти ее. Ф и в а (жрице). Если пожертвовать любовью к нему, чтобы потом он не сожалел об упущенных возможностях? Ж р и ц а. Я, тертая--перетертая, разделяю твое волнение. Жрица поднимает Фиву со скамейки. Из бани выходит И о а н н.
И о а н н. Фива, куда? Ж р е ц (Иоанну). К Бахусу по собственному желанию. И о а н н. Остановись, девочка, не отдавай на поругание тело свое, ибо тело -- храм Духа Святаго. Не предавай Бога живого, Бога истинного, которого сам я лицезрел, свидетельствовал смерть его и воскресение во искупление грехов живущих на земле и будущих поколений. Ж р е ц. Что мелешь, заумный старикан. Кто поверит бредням? Судачат, что Домна ты поднял. Возможно, он угорел в бане. Вынесли на свежий воздух, и очухался. Знамение выдай, какое никто не оспорил бы. Слабо? Не трожь бога Бахуса, который позволяет мужчине и женщине делать в храме все на потребу тела. Ф и в а (Иоанну). Когда Домн узнает, что я на оргии ублажаю страждущих, уедет без сильного сожаления. И о а н н. Отдашь тело -- погубишь душу. Внученька, ты приняла крестное знамение для благочинной жизни. Минутная слабость простится тебе. Ж р е ц. Закрой рот, Иоанн. Ф и в а. Святой Иоанн, я прямо--таки в растерянности. Плохо мне. И о а н н. Ничего страшного не произошло. Не бери грех на душу. Ж р и ц а (Иоанну). Первична не душа, а тело. И тело у нее обольстительное. (Жрецу.) Проучи святого, чтоб спал в земле сырой. Ж р е ц (Иоанну). Исчезни. И о а н н. Отойди, сатана, не совращай ребенка. Ж р е ц. Румянистая и потребовалась, а то твои проповеди многих отвратили от Бахуса. А с ее приходом мужчины вновь потянутся к нам. И о а н н. Зайди в дом, Фива. Ж р е ц. Не внял совету, получай.

Жрец и жрица накинулись с кулаками на Иоанна.
Ф и в а. Вы с ума спятили, варвары!
Вбегает Н у к и а н.
Н у к и а н. Апостола перевоспитывают. Ф и в а. Прекратите!
Иоанн падает.
Н у к и а н (о жреце). Переборщил окаянный. Ж р и ц а (ставит ногу на лежащего Иоанна). Тело испустило дух.
Фива склоняется над Иоанном.
Ф и в а. Иоанн, Иоанн! Очнись...
Иоанн без признаков жизни.
Ж р и ц а. Каждому свое.
Жрецы уходят.
Н у к и а н. До чего дожили: пришибают проповедника высокой морали. Ф и в а. Умеешь волхвовать, Нукиан? Н у к и а н. Немножко. Ф и в а. Попробуй.
Нукиан вытаскивает из корзины статуэтку.
Н у к и а н. О, Артемида, покровительница великолепного Эфеса, этот упрямец своими проповедями оставил меня без покупателей твоего товара, но не дай ему покинуть мир. Пусть еще помучается среди людей, потому как он, святой, на том свете будет довольным и блаженным.
Вдруг Иоанн зашевелился и начал подниматься.
Ф и в а. Не умирай больше, Иоанн. И о а н н. А я и не умирал. Н у к и а н. Я же тебя оживил. И о а н н. Оклемался после бития.
Иоанн счастливо улыбается.
Ф и в а. Побитый, а улыбаешься. И о а н н. Велика награда на небесах терпящему за Христа.
Выходит из бани П р о х о р, вытирая тряпкой руки.
П р о х о р. Что с Иоанном? Н у к и а н. Жрецы порезвились. П р о х о р (зло). Отделаю наглецов!
Хватает дубину.
Устрою им храмовый праздник...
Он хочет идти со двора.
И о а н н. Прохор! П р о х о р. Погоди чуток, отец. И о а н н. Не смей их бить. П р о х о р. Руки чешутся -- рассчитаюсь с захребетниками. И о а н н. Не суди. Так должно быть во славу Господа. П р о х о р (в недоумении). Не возьму в толк.
Фива и Прохор помогают подняться Иоанну. Он отходит чуть в сторону.
И о а н н. Попрошу Иисуса не отомстить, нет, а воздать неверующим жрецам по заслугам их. Отрясаю прах с ног на них. Отрясает ноги в сторону храма Бахуса.
Отраднее Содому и Гоморре, чем им по слову Христа.

Иоанн перекрестился. Вдруг у храма Бахуса с грохотом рушится какое--то сооружение.
Н у к и а н (в страхе). Статуя Бахуса рухнула. Какие чудеса творишь, апостол! И о а н н. Чудес у Бога не бывает. Есть реальность, до которой не поднялось обычное сознание.
На улицу выскочил перепуганный, обсыпанный пылью ж р е ц.
Ж р е ц (Иоанну). Я требовал знамения, и ты низвергнул Бахуса, но для чего сохранил жреца? И о а н н. Чтобы понял: твой бог ничто.
Жрец падает перед Иоанном на колени.
Ж р е ц. Ты бог великодушный. И о а н н. Встань, я тоже человек. Ж р е ц. И не имеешь на меня зла? И о а н н. Нет. Ж р е ц. И не станешь мстить мне? И о а н н. Никогда. Ж р е ц. Не по--человечески. Прости меня. И о а н н. Господь простит.
Жрец уходит. Прохор и Иоанн заходят в дом. Фива двинулась за ними.
Н у к и а н. Фива, мать дома? Ф и в а. Шьет себе модный хитон.
Нукиан вытаскивает из корзины букет цветов и отдает Фиве.
Н у к и а н. Передай. Ф и в а. Маме цветы? Н у к и а н. Ей будет приятно. Надеюсь... Ф и в а. Приподнеси сам. Н у к и а н (смущенно). Вроде ухаживаю. А она обругает сгоряча нехорошими выражениями. Горбатый же я... Ф и в а. Была бы душа прямая. Н у к и а н. Шепни, мол, Нукиан с уважением к ней.
Нукиан уходит. Фива заходит в дом.
Картина третья
Р о м е к а подметает двор. Приходит мрачный Д и о с к о р.
Д и о с к о р. Послушай, Ромека, со мной ты уже не считаешься, без почтения ко мне как к старшине города. Р о м е к а. С порога -- с упреками. Д и о с к о р. Не юли. Семейка твоя мне осточертела. Р о м е к а. Огрубел, изменился... Вспомни, как ко мне, молоденькой, зачастил, вздыхал, уговаривал. Но я вашу породу раскусила. Допустила бы козла до капусты, то капусту бы слопал и поминай как звали. Неужто я ошибалась? Или женился бы на мне? Свадебный пир справлял со знатной матроной. И сынок по отцовской дорожке покатился. Гуляй мимо! Д и о с к о р. Сдурела. Мой сын не появляется дома. Из--за него сорвалась поездка к императору. Не твоя ли дочка пригрела его? Р о м е к а. Фива!
Из дома выходит Ф и в а.
(Фиве.) Замороченный папаша ищет у нас своего отпрыска. Ф и в а (Диоскору). Давно не видала. Д и о с к о р. Где же он? Ф и в а. Понятия не имею. Р о м е к а [ ](Диоскору). Спроси у чванливой курицы, где скрывается ее цыпленок. Д и о с к о р (обескураженно). Извините. Р о м е к а (пожалев Диоскора). Все наладится, Диоскор.
Диоскор в недоумении удаляется.
Ф и в а. Не натворил бы Домн чего худого. Р о м е к а. Не тебе о нем заботиться. Занимайся домом.

Фива уходит в дом. Из бани выходит П р о х о р.
П р о х о р. Ремонт в бане затеял.
Подкрадывается Н у к и а н, прислушивается к их разговору.
Р о м е к а (одобрительно). Дельный мужчина. Обязуюсь кормить сытно. П р о х о р. По--моему, добрая ты. Р о м е к а. Не смеши. П р о х о р. Порядочная. Р о м е к а. Сочиняешь. П р о х о р. Уютная. Р о м е к а. Не соблазняйся, помощник святого апостола. П р о х о р. Я серьезно. Р о м е к а. Замуж возьмешь? П р о х о р. В охапку понесу через горести. Р о м е к а. Прыткий. Одной ногой ступил в дом -- второй ногой норовишь в кровать. П р о х о р. Грубость твоя, как панцирь у черепахи, для защиты. Р о м е к а. Ну и головастый, ну и Сократ, пошел--ка в баню. П р о х о р. Трудовой день закончен. Н у к и а н (про себя). Подъезжает к ней на колеснице. Как же его вытурить из ее дома, а потом и из города? Прохор уходит в дом.
Р о м е к а (мечтательно). Приглянулась нежданно.
Увидела Нукиана.
Спасибо, Нукиан, за цветы. Удивил. Н у к и а н. Выкину и не такое. Р о м е к а. Оказывается нежным бываешь. Н у к и а н. Я разный -- в зависимости от хотения дамочки. Р о м е к а. Интересно. Н у к и а н. Слыхала новость? Р о м е к а. Поделись. Н у к и а н. За городом по дороге в Антиохию ограбили сирийского купца. Выгребли из его мошны деньги и золото. Р о м е к а. Бандюги. Н у к и а н. У городских ворот стражу усилили.
Выходят из дома И о а н н, Ф и в а и П р о х о р.
(Увидев вышедших, Ромеке.) Побеседуем позднее.
Нукиан убегает.
И о а н н. Солнце зашло. (Фиве и Прохору.) Отправимся. Р о м е к а. Куда собрались? И о а н н. В церковь. П р о х о р (Ромеке). Приглашаю. В общине обретешь спокойствие. Святой Иоанн, о ком там расскажешь? И о а н н. О Пресвятой Богородице. Она жила в моем доме. И служил я Ей, как любимой матери, до успения. Ф и в а. Воцерковляйся, мама. А я посижу дома. Р о м е к а. Уговорили.
Все уходят. Фива одна. Появляется Д о м н.
Ф и в а (увидев Домна). Совсем пропал. Истомилась в разлуке. Д о м н. Затосковал и я. Тянет безудержно к милой. Ф и в а. И оставайся. Вдвоем все одолеем. Д о м н. Снова осуждающие взгляды отца. Да и в народном собрании он объявит, что отказывается от строптивого сына, лишает наследства. Ф и в а. Не беда. Д о м н. По закону это ограничивает меня в гражданских правах. Лучше покинем город. Деньги добыл, золота навалом. Переберемся на остров Родос. И заживем припеваючи.
Показывает ей деньги и золото, раскладывает на скамейке.
Ф и в а. Целое состояние. Свой дом купим на берегу моря. Непременно с садом, чтобы прогуливаться в нем с деточками, с папочкой. Д о м н. Любое желание твое выполнится вдалеке от Эфеса и отцовской строгости. Я буду главой семьи. Ф и в а. Заведем большущую семью. Но откуда столько денег? Влез в долги? Д о м н. Позаимствовал без отдачи.

Опять появляется Н у к и а н. Домн прячется. Фива загораживает собой золото и деньги на скамейке.
Н у к и а н (Фиве). С кем воркуешь? Ф и в а. Не проболтаюсь. Н у к и а н. Осторожнее. Грабители шныряют. Ф и в а. С меня взять нечего. Н у к и а н. А сирийского купца не христиане ли растрясли по--крупному? Ф и в а. У христиан заповедь -- не укради. Н у к и а н. Заповедь -- заповедью, а нужда -- нуждой.
Нукиан уходит. Возвращается Домн. Собирает со скамьи деньги и золото.
Ф и в а (Домну). Наслышан про купца? (Она догадалась.) Не ты ли его? Д о м н. Деньги нам позарез нужны. Сириец не обеднеет. У него усадьба с мастерскими. Накопит деньжищи. Ф и в а. Как ты мог? Д о м н. Случайно заметил: денег у него тьма--тьмущая. Словно подтолкнул кто меня, а он не сопротивлялся, раскошелился. Ф и в а. У Иоанна с Прохором никакого имущества, а лица их светятся в благости. Возврати сирийцу до последней драхмы. Возврати, ненаглядный мой. Заработаем на хлеб. Д о м н. Не выказывай честность. Улепетываем из города. Ф и в а. Отнеси сполна купцу. Не оскверняйся, крещеное золотце мое. Д о м н. Кто имеет, тому прибавится.
Забрав деньги и золото, Домн быстро уходит.
Ф и в а. Господи, не оставляй Домна, хоть и согрешившего. Фиву терзают печальные мысли.
Картина четвертая
Улица Эфеса. Дом и двор Ромеки. Появляется Н у к и а н, за ним п о ж и л о й и м о л о д о й л е г и о н е р ы.
Н у к и а н (легионерам). Следуйте за мной. На этом месте жрецы поколотили Христова апостола. П о ж и л о й л е г и о н е р. Самосуда по римским законам не дозволяется. Н у к и а н. Жрецы были взбешены успехом его проповедей. М о л о д о й л е г и о н е р. А дальше что? Н у к и а н. Иоанн воззвал -- развались Бахус на кусочки. И статуя вдребезги. Нынче он статую Бахуса развалил, завтра развалит храм Артемиды, а послезавтра развалит Римскую империю. Всех вам сдам.
По улице идет Т и м о ф е й.
(Пожилому легионеру, указывая на Тимофея.) Заправила общины. По ихнему епископ. П о ж и л о й л е г и о н е р. (Тимофею). Подойди, епископ. Т и м о ф е й. Некогда. Послали снарядить судно для господина моего Диоскора к отплытию в Александрию, где находится командующий римской армией. Н у к и а н (Тимофею). В тюрьму тебе дорога. П о ж и л о й л е г и о н е р. [ ]Именем императора ты арестован.
Тимофей становится рядом с легионерами.
(Нукиану.) Где остальные? Н у к и а н. Ромека!
Выходит из дома Р о м е к а.
Р о м е к а (Нукиану). Глотку порвешь. Н у к и а н. Зови постояльцев. Р о м е к а (насмешливо). Командир выискался. Н у к и а н. Стараюсь для пользы общей...
Ромека в замешательстве.
М о л о д о й л е г и о н е р [ ](Ромеке). [ ]Крестоносцев сюда. Р о м е к а. Они работают. П о ж и л о й л е г и о н е р[ ] (угрожающе).[ ] Подчинись Риму. Т и м о ф е й (Ромеке). Не выкрутиться.

Ромека не спешит выполнить их требование.
(Пожилому легионеру.) Христиане в развращенное общество вносят благородные идеалы. М о л о д о й л е г и о н е р (Тимофею). Без Бахусова пития молодому и развлечься нечем. Это благородно?
Выходят из бани И о а н н и П р о х о р.
И о а н н (легионерам). Речь о нас с Прохором. Р о м е к а (Иоанну и Прохору). Спрятались бы. П р о х о р. Мы свою веру не скрываем. Н у к и а н (легионерам). Мужчин берите, женщина ни при чем. М о л о д о й л е г и о н е р. А молоденькая? Н у к и а н (Ромеке). Полслова, и потеряешь дочь. Р о м е к а (Нукиану). Не губи. Н у к и а н (Ромеке) Цени мое расположение к тебе. (Легионерам.) Молодая верует в Артемиду. Т и м о ф е й [ ](легионерам). Я епископ и отвечу за общину. Н у к и а н (Тимофею). Ты не святой. (Указывает на Иоанна.) Его не упустите. Р о м е к а. Нукиан, выдаешь ангела. Н у к и а н. Товар ходовым будет. И о а н н (легионерам). Тимофей рукоположенный епископ. А я апостол Господа Иисуса Христа. Мне и нести крест за единоверцев. П р о х о р. Без тебя, апостол, мир осиротеет. Я намного моложе и мало сведущ в христианском учении... Р о м е к а. Не пущу, Прохор. Долгожданный, прикипела к тебе, начала оттаивать душой. Не обессудь, Иоанн, бабу слабую: полюбила твоего спутника.. П р о х о р (Ромеке). Поздновато объяснилась. М о л о д о й л е г и о н е р (пожилому легионеру). Святого к наместнику? Н у к и а н. Прихвати и Прохора: он наших баб совращает. Его первого на пытки, злодея. П о ж и л о й л е г и о н е р (молодому легионеру). Забирай троих. М о л о д о й л е г и о н е р (арестованным). Шагайте.
Они двинулись со двора.
Р о м е к а (Нукиану). Загрызаешь живьем. Н у к и а н (Ромеке). Податливых не кусаю. До полуночи не спи. Постучу.
На улице появляется Д и о с к о р.
Д и о с к о р. Тимофей, почему не на пристани? Т и м о ф е й. Арестовали. Д и о с к о р. На каком основании? П о ж и л о й л е г и о н е р (объясняя). Служитель запрещенной секты. Д и о с к о р. Похвально, легионеры. Но ваше старание утратило смысл. П о ж и л о й л е г и о н е р. Выполняем приказ. Д и о с к о р. Приказ отменен. П о ж и л о й л е г и о н е р. Кем? Д и о с к о р. Смертью императора Нерона. П о ж и л о й л е г и о н е р. Что? Д и о с к о р. Я от проконсула. Он получил сообщение из Италии: император Нерон покончил с собой. Префект ваш уже в курсе. П о ж и л о й л е г и о н е р [ ](молодому легионеру). За мной.
Легионеры уходят.
Н у к и а н (с досадой). Враги выкрутились. Эх! Р о м е к а. Крыса ты, Нукиан, огненная.
Нукиан уходит.
Т и м о ф е й (Диоскору). Выручил, господин. Я обязан тебе. И о а н н (Диоскору). Уезжаешь, а на сына обиду держишь. Д и о с к о р. Как не держать? Вот вас арестовали оккупанты. А из--за сына не поехал я к Нерону добиваться свободы для города. Тогда бы вас никто не притеснял. П р о х о р. Добился бы вольности, а новый император отменил бы. Д и о с к о р. Испанские и гальские войска провозгласили императором легата Гальбу. Утвердит ли его сенат? А два легиона -- один в Сирии, другой в Иудеи -- намереваются выдвинуть в императоры своего командующего Веспасиана. Р о м е к а. Воцарится, как всегда, ловкач. Д и о с к о р. Отец Веспасиана был сборщиком налогов в Малой Азии. Я его помню. Поеду к Веспасиану, благо недалеко до Александрии, постараюсь войти в доверие. Авось усядется на трон и дарует нам свободу.

Из дома выходит Ф и в а.
А Домн... От Домна никаких вестей, огорчил отца. И о а н н. Не кори его за привязанность к Фиве. Любовь к девушке, если она искренна и светла, любовь к божественному. Д и о с к о р. Обиду переборол. Не переламывать же его через колено, не опозорил бы он род наш. Увы, Ромека, молодые заставят нас родниться. Я уже не сопротивляюсь. Р о м е к а (обрадованно). Хвала будущему свекру.
Целует Диоскора.
Д и о с к о р (Ромеке). Поцеловала бы меня лет на двадцать раньше... Прошу, Тимофей, присмотри за сыном. Т и м о ф е й. Постараюсь.
Иоанн перекрестил Диоскора. Тот уходит.
П р о х о р (спохватившись). Огонь в печах упустили. Р о м е к а. Я помогу, Проша. Пойдем, голубчик.
Ромека и Прохор уходят в банное помещение.
И о а н н (Фиве). Неприятности у вас с Домном кончились. Ф и в а. Умножились. Купца сирийского за городом ограбил Домн. Т и м о ф е й. Деточка, он не вор. Ф и в а. Сознался. И скрывается. И о а н н (Тимофею). По иному подобало тебе, Тимофей, пасти овцу Господнюю, чтобы она, неопытная, не сорвалась в пропасть. Не распознал его, не согрел в минуту тревожную. Т и м о ф е й (сокрушенно). Попутал бес юношу. И о а н н (Тимофею). Не научил его страху Божию. (Фиве.) Где искать Домна? Ф и в а. Иногда он подкрадывается ночью к дому. Т и м о ф е й (обрадованно). Недалече бродит. И о а н н. Поищем его.
Иоанн и Тимофей уходят. Фива садится на скамейку.
Ф и в а. Христос, наставь Домна.
Постепенно темнеет. Фива в ожидании. Вдруг по темной улице бежит Д о м н, за ним И о а н н и Т и м о ф е й.
И о а н н. Стой, Домн! Я стар бегать. Обратись к Господу и не отчаивайся в спасении. За грехи твои я отвечу. Остановись...
Домн остановился. Иоанн подошел, тяжело дыша, и обнял юношу.
Д о м н (в отчаянии). Я вор. Я грабитель. Не оправдаться мне, святой Иоанн. Ты мне дал вторую жизнь, дал веру, а я подвел тебя. Нет мне прощения. И о а н н. Люблю тебя, грешного. И ты полюби врагов своих и купца, на богатство которого поднял руку. Полюби и покайся. Ибо кто сильно любит людей, тот любит Бога. Любовь не делает зла ближнему. Ты окрестился, но душа твоя еще не приняла учение Спасителя. Он приходил на землю, чтобы спасти людей. И пострадал ради облегчения участи всех людей. Когда будешь делать добро, поймешь его учение. Я благославляю тебя, сын мой. Отдай сирийцу взятое. Вдвоем отдадим. Д о м н. Я отнял, я и отдам. Верь мне, святой Иоанн. Заслужил я любое наказание. И его приму. Т и м о ф е й. Не забывай, Домн, я твой скорый помощник. Д о м н. Ладно. А ты жди меня, Фива, жди. Ф и в а. Я с тобой, Домн. Я же твоя. Д о м н. Пусть позор падет только на меня. Ф и в а. Провожу до городских ворот. И о а н н. Идите, дети. Господь с вами.
Домн и Фива уходят.
Т и м о ф е й (облегченно). Спасется. И о а н н. Усвоит ли сказанное ему? Т и м о ф е й. Если сказанное тобой записывалось бы, то люди, перечитывая и вразумляясь, меньше бы грешили. Из всех церквей просьбы об одном и том же к тебе -- написать Евангелие. Напиши, святой Иоанн. Весь христианский мир в ожидании твоего писанного слова. И о а н н. Видно, пришло время. Объявляю всем пост, а мы с Прохором взойдем на ближайшую гору помолиться.

Картина пятая
Ночь. На вершине горы И о а н н и П р о х о р. Иоанн, стоя на коленях, молится. Прохор сидит на земле.
П р о х о р (раздумывая вслух). Уж третью ночь святой Иоанн молится и ничего не вкушает. Сам--то я хоть хлеба да поем. А ведь не могу, как он, уверовать, как он, быть преданным Господу. Я тоже люблю Спасителя, но, наверное, не так трепетно. Ему дано, а у меня не получается. Выходит, не настолько очистился я от грехов, чтобы приблизиться к Богу.
Поднимается с колен Иоанн. В это время загремел гром, Прохор пал на землю в испуге. Иоанн поднял его.
И о а н н. Вставай, сомневающийся. Садись и записывай то, что услышишь из уст моих.
Прохор взял хартию и перо с чернилами. Иоанн начал диктовать, Прохор -- записывать. "В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог"[1] Пиши, Прохор, для всех поколений до скончания века, "дабы уверовали, что Иисус есть Христос, Сын Божий, и веруя имели жизнь во имя Его".[2]
ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ
Картина шестая
Дворец императора Домициана в Риме. Вбегает П а р ф е н и й и делает вид, словно он здесь давно. Входит С т е ф а н.
С т е ф а н. Вовремя ты скрылся с глаз императрицы. П а р ф е н и й. Я не подглядывал за ней. С т е ф а н. Нет, ты шпионил за супругой императора. Все знаешь? П а р ф е н и й. Знаю, но не одобряю. Императрица с гладиатором Никием... С т е ф а н. С сильнейшим и храбрейшим гладиатором. Их связь не для твоего ума. Императору ни гу--гу. П а р ф е н и й. Учту. А гладиатор не выживет: раны смертельные. С т е ф а н. Пожалуй. Ах как ревел от восторга театр, когда Никий, израненный, добивал противников. Как ликовала императрица. Потрясающая картина.
Входит Д о м и ц и я.
Д о м и ц и я. Парфений, вернулся ли император из сената? П а р ф е н и й. Рановато, государыня. Но я приготовил ему для отдыха ванную и спальню. Д о м и ц и я (Парфению). Ступай.
Парфений уходит.
Д о м и ц и я (Стефану). Никий бодрится, но на лице боль невыносимая. С т е ф а н. Силы его угасают. Д о м и ц и я. Понимает, что жизнь кончается. Любит меня и просит яда, чтобы прекратить страдания. С т е ф а н. Мужественный поступок. Д о м и ц и я. Самой отравить -- не решаюсь. С т е ф а н. Для него яд избавление от мук. У моего тестя припрятан напиток, как вино, но убивает наповал. Д о м и ц и я. Продумай, Стефан, ты же мой управляющий, доверенное лицо. Я на тебя полагаюсь. С т е ф а н. Будет сделано.
Стефан уходит. Входит Ф л а в и й, возвратившийся из сената.
Д о м и ц и я (Флавию). Предполагаю, покинул ты сенат прежде времени. Ф л а в и й. Удалился, чтобы не разрыдаться. Отчаянное бессилие охватывает меня, когда Домициан требует казни для безвинных сограждан. Д о м и ц и я. О, Юнона терпеливая, опять кто--то поплатится головой! Ф л а в и й. Двух владельцев имений в Капуе, из всаднического сословия, обвинил в оскорблении его императорского величества и представил их на суд сената. Д о м и ц и я. За что? Ф л а в и й. За то, что они христиане и не принесли жертву к статуе императора на площади. Он с издевкой заявил: "Позвольте мне, отцы сенаторы, во имя вашей любви ко мне, попросить у вас милости, добиться которой, я знаю, будет нелегко: пусть дано будет осужденным самим избрать себе смерть, дабы вы могли избавить глаза от страшного зрелища, а люди поняли, что в сенате присутствовал и я".[2] И присудили смерть по обычаю предков. Вместо удара мечом -- запорят. Д о м и ц и я. Изощренность тирана. Казни, ссылки, избиения -- кровь льется повсюду. Не повторит ли он судьбу Нерона? Но ведь и ты, Флавий, исповедуешь веру Христову. Ф л а в и й. Император в неведении, а я молюсь тайно. И мальчиков моих приобщаю к вере. Д о м и ц и я. Призываешь Бога в помощь, а мне каково одной с ним? Боюсь его прикосновений. Кожей ощущаю, что вместе с ним ко мне приближается моя гибель, цепенею, словно перед удавом, -- не задушит ли? А когда в гневе сверкают его сатанинские глаза, -- ужас. Ф л а в и й. Вокруг страх: и в людях, и в нем самом. Домициан никому не верит. И не доверяет мне, брату. Сената остерегается, в войсках сомневается, во дворце на всех глядит с опаской, потому что предчувствует приближение смерти, какую ему нагадали халдейские жрецы. Д о м и ц и я. Сбудется ли предсказание? Ф л а в и й. Он в ожидании заговора.

Появился П а р ф е н и й.
П а р ф е н и й (объявляя). Император Домициан.
Парфений уходит встречать императора.
Д о м и ц и я. Не видеть бы его.
Она направляется в сторону своих покоев.
Ф л а в и й. Подальше от всесильного братца.
Домиция и Флавий уходят. Входит Д о м и ц и а н в пурпурной одежде, за ним, прислуживая, П а р ф е н и й.
Д о м и ц и а н. Что во дворце, Парфений? П а р ф е н и й. Спокойно. Д о м и ц и а н. Среди обычных интриг нет ли заговора против меня? П а р ф е н и й. Не заметно. Д о м и ц и а н. Предупредишь, когда сговорятся убить императора? П а р ф е н и й. Несомненно, государь. Я не столько твой спальник, сколько раб покорный. Д о м и ц и а н. Обезлюдели покои: разбегаются людишки при моем появлении.
Входит Ф а о н с кувшином.
Ф а о н. Вино для цезаря. (Домициану.) Подкрепись. Д о м и ц и а н (Фаону). Заботишься, как о сыне.
Фаон наливает вино в чашу и подает ему. П а р ф е н и й. Проверено ли вино, государь? Д о м и ц и а н. Уверен в Фаоне, как в самом себе. Коли печешься об императоре, то пей.
Подает чашу Парфению.
П а р ф е н и й. Он принес, ему и пить. Д о м и ц и а н (Парфению). Обижусь.
Парфений, страшась, выпил вино из чаши.
Убедился? Фаон безупречен. Держу его рядом за то, что он не изменил Нерону, когда окружение предало. А Фаон, рискуя головой, предложил Нерону виллу, чтобы спрятаться от преследователей. Бери пример с Фаона. (Фаону.) Бесценный, дороже жены. (Парфению.) Где Флавий? Позови.
Парфений уходит.
(Фаону.) Как святой? Ф а о н. Чуть не окочурился на допросе. Д о м и ц и а н. От веры отказался? Ф а о н. Молится в подвале на привязи. Д о м и ц и а н. Ко мне его. Ф а о н. Сей момент.
Фаон выходит. Домициан наливает вина в чашу. Пьет. Входит Ф л а в и й.
Ф л а в и й (Домициану). Красноречием покорил ты сенат. Д о м и ц и а н. Однако улизнул сам из сената. Ф л а в и й (уклончиво). Устаю от длительного сидения. В чем настоящая вина тех двоих, приговоренных к смерти? Д о м и ц и а н. Виноваты хотя бы в том, что баснословно богаты, а казне необходимо пополнение. И на пару злых языков в Риме станет меньше. Оба они на Форуме перед публикой осуждали мою политику, предлагали мне выбирать наследника из лучших граждан империи, а не из членов моей семьи, как будто я завещаю власть над личными землями и рабами, а не над народами. Ф л а в и й. Чему удивляться. Они ученики философа Диона Хрисостома, которого ты выслал из Рима за пагубные мысли. Д о м и ц и а н. Потеряв контроль над умами, потеряю и власть. (Весело.) Сыграем--ка в кости. Развлечемся. Ф л а в и й. Охотно. Д о м и ц и а н. Бросай на удачу.

Флавий берет со стола три кости, кладет их в кубок, трясет его. Перевернув кубок, высыпает кости на стол. Считает очки на костях. Входит Д о м и ц и я.
Д о м и ц и а н. Жена цезаря неотразима. Д о м и ц и я. Стараюсь понравиться мужу.
Подходит к нему, делает неловкую попытку его поцеловать, но отстраняется. Ей он неприятен.
Д о м и ц и а н (Домиции). [ ]Снова трепещешь предо мной. Ф л а в и й. Да убоится жена мужа, да любезность ее усладит его. Д о м и ц и а н (Домиции). Или я неприятен? Д о м и ц и я. И я, и Флавий обожаем отца отечества. Ф л а в и й. Кости упали отменно. Д о м и ц и а н (Флавию). Везунчик. Я метаю.
Играет.
(Домиции.) Уйдя с заседания сената, он пропустил основное. Д о м и ц и я. А важное ли для Флавия? Д о м и ц и а н. Обоих его сыновей я провозгласил наследниками престола. Д о м и ц и я. Ой как здорово! Имеем наследников! Ф л а в и й. Брат, я в восторге.
Домиция и Флавий обнимают Домициана.
Мое потомство на императорском троне -- сказка! Д о м и ц и а н. Впервые обнимают без лести.
Отстраняет их, прекращает игру в кости.
Есть дела насущные: беспокоят Христовы последователи, подрывающие веру в меня, господина и бога. С ними расправляются безжалостно, как с бешеными собаками, а они увеличиваются в числе. Что посоветуешь, Флавий? Ф л а в и й. Мозги мои ленивы. Уволь от советов. Д о м и ц и я. Я бы посоветовала махнуть на них рукой. Д о м и ц и а н (недовольно). Соображаешь не дальше спальни? Готовь себя -- соизволю.
Сникшая Домиция уходит.
Ф л а в и й. Мы не доиграли. Д о м и ц и а н. В другой раз. Не возглавить ли тебе гонения на христиан? С легионерами огнем пройдешь в Риме по их общинам. Ф л а в и й. Не гожусь я мечом размахивать. Полежу на диване. Д о м и ц и а н. Не помогаешь брату. Для начала покончу с их вождем -- Иоанном. Ф л а в и й. Третий десяток лет Евангелие от Иоанна передается из рук в руки, из страны в страну. Читавшие утверждают: Иисус сказал Иоанну и тому Петру, которого распяли вниз головой в Риме при Нероне, что Иоанн смерти не познает. Д о м и ц и а н. Вовсе не умрет? Ф л а в и й. Не должен. Д о м и ц и а н. Враки. Ф л а в и й. Около века ему. Д о м и ц и а н.[ ]Он разжился, а мои дни сочтены. Почему?
Вдруг показывается С т е ф а н с бутылкой. Увидев императора, повернул назад.
Д о м и ц и а н (Стефану). Стоять!
Возник корникуларий К л о д и а н (молодой легионер) и перегородил выход Стефану.
Что в бутылке? С т е ф а н (в замешательстве). Яд. Д о м и ц и а н (грозно). Отраву принес во дворец? С т е ф а н. Повелела императрица. Для мышей. Д о м и ц и а н. Или для меня? С т е ф а н. Не могу знать. Д о м и ц и а н. Поставь на стол.

Стефан ставит бутылку на стол.
(Стефану.) Не переусердствуй в служении жене моей. С т е ф а н (в страхе). Понял, государь. Д о м и ц и а н. Убирайся.
Стефан выходит в сопровождении Клодиана.
(Флавию.) Разберусь с Домицией.
Домициан уходит. Появляется Ф а о н.
Ф а о н (Флавию). Где цезарь? Ф л а в и й. У императрицы. Ф а о н (замешкавшись). Израильтянин у входа. Ф л а в и й. Любопытно.
Дает понять Фаону, чтобы тот ввел израильтянина. Фаон выходит и вводит И о а н н а.
Ф л а в и й (Фаону). Я передам его императору. Оставь нас. Ф а о н. Как изволишь.
Фаон уходит. Здравствуй, отче. И о а н н. День добрый! Ф л а в и й. Меня тайком крестили в церкви, что в катакомбах. Не дай Бог, если мой брат узнает об этом. Осени крестом, святой отец, раба Божьего Флавия.
Иоанн осеняет его крестным знамением.
И о а н н. Христос с тобой.
Флавий поцеловал руку, его осенившую.
Ф л а в и й[ ] (благоговейно). [ ]Невероятно. Вижу апостола из двенадцати первых, служившего Иоанну Крестителю, самому Иисусу, Пресвятой Деве. Для меня ты святой из святых. А для брата -- преступник. Я организую твой побег, спасу тебя. И о а н н. Не дерзай, чадо. Ф л а в и й. Избежишь истязаний. И о а н н. Раз в Рим доставлен под стражей, значит необходим для укрепления веры римлян в Господа. Ф л а в и й. Соглашайся, святой Иоанн. И о а н н. Если предлагаешь мне спасти жизнь, то не уверовал до конца во Христа. Ф л а в и й. Он войдет, и ты обречен. И о а н н. Как Господь повелит. Ф л а в и й. Тебе виднее. А я торжествую: Домициан объявил моих детей наследниками. Его сын умер годовалым. И о а н н. Чему радуешься? Власть многих сгубила.
Входит Д о м и ц и а н. Флавий поспешно отходит от Иоанна.
Д о м и ц и а н (декламируя). "Меч и любовь подарил царь Эней карфагенской царице. Пала Дидона сама, сердце пронзивши мечом". (Флавию.) Пала Дидона под пером Овидия, а Домиция существует пока.
Пристально посмотрел на Иоанна.
Ф л а в и й (Домициану). Иоанн из города Эфеса. Д о м и ц и а н. Вдохновитель смутьянов. (Иоанну.) В камеру пыток или бросить зверям на съедение? Молчишь. Как удалось тебе век прожить? И о а н н. Молитвами. Д о м и ц и а н. А если я помолюсь, то проживу долго? И о а н н. Ты нет. Д о м и ц и а н. Отчего? И о а н н. Оттого, что помолится язык твой, а душа, отягченная убиенными тобой, останется безучастной. Д о м и ц и а н. В Рим привозили потомков Иуды. И о а н н. Брата Иисуса. Д о м и ц и а н. Да. И я их помиловал, хотя они из семейства его, но простые пахари, добывающие в поте лица пропитание. Я не уничтожаю тружеников, на ком держится государство. Ты же духовный предводитель секты. Прав ли я? И о а н н. Совершенно прав. Я писал наставления церквам, продиктовал Евангелие, которое проповедуется по свету. Д о м и ц и а н. Я запрещу его чтение. И о а н н. Запретить можно, но пресечь распространение Духа Святаго нельзя. Д о м и ц и а н. Суеверия без потребности в них постепенно отмирают. И о а н н. Верования порождались и насаждались одними, чтобы подчинять других людей. И тут ты угадал, кесарь. Но наша вера дана нам самим Богом. Д о м и ц и а н. В Риме достаточно бога--императора. Ф л а в и й (Домициану). Не сохранить ли ему жизнь из почтения к возрасту? Д о м и ц и а н (Иоанну). Брат тебя пожалел. (Флавию.) То, что я делаю, во благо государства, во благо наследников, твоих детей. Трудно им будет со временем укрощать расплодившихся христолюбцев. И о а н н. Иисус был распят еще при императоре Тиберии, а вера распространяется. Д о м и ц и а н. Что распят, известно. А воскрешение -- чушь. Веришь, Флавий, в воскресение Христа?

Флавий молчит.
Да или нет?
Флавий съежился в испуге.
(Иоанну.) Колеблется. Наполовину уверовал и наполовину не признает меня богом. Ему повезло, что разговор без свидетелей, но спросил бы, например, в сенате, а в ответ молчание, то участь его была бы печальна. Никому не дано право усомниться в божественности цезаря. И о а н н. Христиане не враги, не претендуют на царство земное. Иисус сознательно пошел на смерть во искупление грехов всех людей. Он на Голгофе кровью смыл грехи первочеловека Адама, над могилой которого и был поставлен крест для распятия Христа. Настало время, когда верующие будут поклоняться Отцу и Сыну в духе и истине и обретут Царство Божие в душе своей. Д о м и ц и а н. Как понимать? И о а н н. Глубоко верующий внутренне преображается. Зло мирское не давлеет над ним. Он из тьмы переходит в свет. Поэтому он тебе, кесарь, не враг, но и не друг, если ты не признаешь христианство. Д о м и ц и а н. Смело излагаешь суждения. Меня даже во дворце пугаются: и жена, и брат, и слуги. А ты, думается, единственный храбрец в империи. И это уже многовато... (Флавию.) Где помощники?
Флавий выглядывает в дверь.
Ф л а в и й. К императору!
Входят Ф а о н и С т е ф а н.
Ф а о н. Что прикажешь, государь. Д о м и ц и а н. Фаон, страшишься ли меня? Ф а о н. Ты император. Д о м и ц и а н. Страшится, но предан мне до конца дней. Ф а о н. Беззаветно предан. Д о м и ц и а н (Иоанну). Видишь, есть люди, для которых я -- бог. А ты и его готов склонить в свою веру, чтобы он не преклонялся предо мной. Фаон, налей вина мне и брату.
Фаон наливает две чаши вина и подает их Домициану и Флавию.
Стефан, налей--ка своего вина Иоанну. С т е ф а н. Какого вина? Д о м и ц и а н. Принесенного тобой императрице.
Стефан в недоумении.
(Стефану.) Наливай.
Стефан берет бутылку со стола, наливает в чашу, подает ее Иоанну. Иоанн взял.
Ф л а в и й[ ] (Домициану).[ ] Иоанн необыкновенный человек. Д о м и ц и а н. И прекрасно. Выпьем.
Домициан и Флавий пьют. Иоанн перекрестил чашу. Пьет. Стефан в ужасе смотрит, как Иоанн допивает чашу, но с тем все в порядке.
И о а н н (Домициану). Впервые царь поднес чашу простому подданному.
В Домициане закипает гнев на Стефана.
Д о м и ц и а н. Стефан, налей повторно.
Стефан наполнил вновь чашу напитком из бутылки.
Попей--ка сам. С т е ф а н [ ](в страхе). Но, государь, не заслужил я такой чести. Да и в винах не разбираюсь... Ф а о н (охотно). Продегустирую со смаком.
Взял чашу у Стефана.
Д о м и ц и а н (настоятельно). Попробуй, друг мой Фаон, вино, выпитое мной и Флавием. Ф а о н. Отведаю и это, и то.

Быстро пьет и падает замертво.
Ф л а в и й (потрясенный). Фаон отравлен, а Иоанн? Д о м и ц и а н (Иоанну). Объясни. И о а н н. Иисус говорил ученикам: если будете веровать, то что и выпьете или съедите вредное, не повредит вам и не умрете. Д о м и ц и а н. Корникуларий Клодиан!
Входит К л о д и а н.
К л о д и а н. Я здесь, цезарь. Д о м и ц и а н (Клодиану). Пророка в темницу. К л о д и а н (Иоанну). Старый знакомый по Эфесу. Д о м и ц и а н (Стефану). Ты должен был лежать вместо Фаона, и твой черед придет.
Клодиан уводит Иоанна. За ними уходит Стефан.
(Сожалея.) Эх, Фаон, Фаон, ослушался меня и поплатился.
Картина седьмая
Подземелье во дворце Домициана. Коридор. В одной из маленьких комнат сидит спокойно И о а н н, прикованный за ногу цепью к стене. По коридору с одной стороны прокрадывается С т е ф а н, с другой -- П а р ф е н и й. Вдруг сталкиваются -- смутились.
С т е ф а н. Следишь, но за кем? П а р ф е н и й (оправдываясь). Я не сыщик. С т е ф а н. Хуже сыщика. Сыщик выслеживает преступника, чтобы предать его суду. Ты же выслеживаешь невиновного, чтобы знать все про всех. П а р ф е н и й. Глаза видят, уши слышат, а язык на замке. С т е ф а н. Кто подберет ключ к замку, секреты твои -- его. Не за Иоанном же подглядываешь. Донесу императрице. П а р ф е н и й. Не закладывай. Прошмыгнула с ядом к умирающему Никию. Завершается их давний блуд. Домиция с гладиатором наставила императору такие рога, что он ими забодает весь сенат. С т е ф а н. Помалкивай. Возвращается...
Стефан и Парфений исчезают. Появляется убитая горем Д о м и ц и я, подходит к Иоанну.
Д о м и ц и я. По--бабьи опечалена я, Иоанн. Собственной рукой поднесла яд любимому Никию. Царица скорбит по какому--то гладиатору. Смешно, да? Во дворце Домициана в мрачном подземелье был освежающий родник -- мой Никий. Сражаясь на арене, помнил о моей любви к нему. Он твердил, что я, подобно талисману, приношу ему победы. Но не уберегла от смертельных ран. Никий в муках просил отравы. Не только страсть соединяла нас: он стал мне другом. Домициан, должно быть, догадываясь о моем отношении к Никию, посылал храброго раба из боя в бой, жадно наблюдал за моими переживаниями, когда мечи стучали по щиту любовника. Славный Никий -- бездыханный, а презренный Домициан облапает мое тело и наплюет в душу. И о а н н. Человек не умирает, он изменяется. Душа его отлетела из тела. Д о м и ц и я. Как это? И о а н н. Умом не постигнешь. Но тот мир есть. И в свое время ваши души встретятся. Д о м и ц и я. Живого желаю: взглянуть в ласковые глаза, прижаться к сильному телу. И о а н н. Живущие на земле привязаны к видимому миру, иное бытие не приемлют. Смирись, доченька, и уверуй. Д о м и ц и я. Не умею веровать. Заревелась, не заподозрил бы Домициан. И о а н н. Грешишь против мужа. Д о м и ц и я. Не считаю себя виноватой. Когда его провозгласили императором, приказал украсть меня у моего мужа Элия Ламии, богатого патриция, женился на мне. Вскоре Домициан приказал казнить Элия Ламию за насмешки, которые тот отпускал в его адрес принародно. Потом бросил меня, спутался со своей племянницей, та умерла. Он снова женился на мне, возвел на трон. Забавлялся мной, не спрашивая моего согласия. Женщины империи мне завидуют, а я не переношу нелюбимого скота. Разве твой Бог меня осудит? И о а н н. Послал Бог Сына Своего в мир не судить людей, а спасти их через него. Д о м и ц и я. Светлого старца, наподобие медведя, посадил на цепь...
Домиция уходит. Появляется С т е ф а н.

С т е ф а н (Иоанну). Смотри, старче, не произнеси вслух, что царица посетила гладиатора.
В ответ молчание.
В Риме устроили облаву на христиан. В катакомбах во время молебна накрыли несчастных. Среди них оказался Флавий Клемент, брат императора. Если доложат о нем Домициану, составит он тебе компанию.
Картина восьмая
Дворец императора. Д о м и ц и а н отдыхает на ложе, читая папирус. Входит П а р ф е н и й.
П а р ф е н и й (Домициану). Проверил, государь, апостол Иоанн сидит на цепи, отрешенный. Ему что жить -- что умирать. Д о м и ц и а н. Какие слухи в Риме? П а р ф е н и й. Болтают об Иоанне по--разному, называя его то пророком, то братом Иисуса, то новым царем иудейским. Сочувствуют и тем, кого в облаве повязали. Д о м и ц и а н. Ясно. Подготовились? П а р ф е н и й. Полностью.
Входит Ф л а в и й.
Ф л а в и й. Нежданно нагрянули родственники из Брундизия. Горят желанием пообщаться с императором. Д о м и ц и а н. Родственники твои, а не мои. (Парфению.) Масла достаточно? П а р ф е н и й. Вполне. Д о м и ц и а н. И дров? П а р ф е н и й. Гора. Пламя вровень с котлом. Д о м и ц и а н. Продолжай.
Парфений уходит.
Ф л а в и й (Домициану). Замыслил грандиозный розыгрыш. Над кем посмеемся? Д о м и ц и а н. Над тобой. Ф л а в и й. Шутник. Намереваюсь попросить тебя -- отпустил бы Иоанна обратно в Малую Азию. Жалко старого. Д о м и ц и а н. А тех, кого арестовали в церквах--катакомбах, тоже жалко? Или их казнить?
Флавий насторожился. Молчит.
А самого себя не жалко? Ф л а в и й. И обо мне доложили... Д о м и ц и а н. Попробовали бы не доложить. Ф л а в и й (оправдываясь). Заглянул в церковь. Рассказал им об Иоанне. Они жаждут встречи с учеником Господа. Как свободный гражданин Рима, я волен выбирать Бога. Д о м и ц и а н. Начиная с Октавиана Августа, обожествлен император. Перед римлянами бросил ты мне вызов, совершив молебен в церкви. Корникуларий!
Входит К л о д и а н.
(Клодиану.) Неси цепи. К л о д и а н. Слушаюсь.
Клодиан выходит.
Ф л а в и й. Вреда не причиняю. Политикой не занимаюсь. Д о м и ц и а н. Ты не землепашец неразумный, обладал консульской властью в Риме, вершил судьбами людей.
Возвращается К л о д и а н с цепями.
(Клодиану.) Награди своевольца.
Клодиан надевает наручники на Флавия и отходит в сторону.
Ф л а в и й (потряхивает цепями). Черный юмор. Д о м и ц и а н. Юмор так юмор. Сыграем в кости.

Молчаливый отказ Флавия.
Мы же не доиграли. Ф л а в и й. Неловко в цепях. Д о м и ц и а н. Привыкай. Ф л а в и й. Если ты проиграешь, цепи наденем на тебя. Ты не против? Домициан задумался.
Д о м и ц и а н. Хитер, но я -- за. Ф л а в и й. Не врешь? Д о м и ц и а н. Слово императора. Начинай.
Флавий бросает кости.
Ф л а в и й (сожалея). Продул -- обидно. Твоя очередь. Д о м и ц и а н. Разрешаю вторую попытку. Ф л а в и й. Не по правилам. Проиграв, очутишься в оковах. Д о м и ц и а н. Повтори бросок.
Флавий повторяет бросок костей.
Ф л а в и й. Пятерка. Единицу бы и победа. Кидай ты.
Домициан бросает кости.
Д о м и ц и а н. Полный набор -- шестерка. Кругом проигрываешь. Ф л а в и й. Я отыграюсь. Д о м и ц и а н. Хватит. Ф л а в и й. Извини, но не в цепях же родственникам показываться. Д о м и ц и а н. Всему Риму покажешься.
Входит П а р ф е н и й.
П а р ф е н и й (Домициану). Масло закипает. Д о м и ц и а н. Вот и кстати. Флавий Клемент лишается гражданских прав, в котел его с кипящим маслом. Ф л а в и й. Я привык к твоим идиотским хохмам, но не до такой же степени. Да и встреча с родственниками. Д о м и ц и а н (всем). Родственников вытащить на площадь, чтобы поприсутствовали при экзекуции. Клодиан, Флавия к палачам. Ф л а в и й. Ты серьезно? Д о м и ц и а н. Других за безверие в меня, как в бога, посылаю на смерть, а брата вынужден казнить, чтобы народ не усомнился в справедливости цезаря. Ф л а в и й (вдруг на грани истерики). Мои же дети наследники твоего престола. Д о м и ц и а н. Дети останутся наследниками. Ф л а в и й. В голове не укладывается. Из--за какой--то мелочи ты меня... Д о м и ц и а н. Вера не мелочь. Вера часто двигает и одиночками, и полчищами своих приверженцев.
Флавий вдруг сник совсем.
Ф л а в и й. Отрекусь от крещения, принесу жертву в храме Флавиев пред твоей статуей. Но не в котел... Д о м и ц и а н. Сердце мое отзывчивое. Корникуларий, проследи, если проявит колебание в отречении, в кипящее масло его. К л о д и а н. (Флавию). К выходу!
Клодиан уводит Флавия.
П а р ф е н и й. Рискну посоветовать. Флавий безобидный. Не унижай его перед недоброжелательными зубоскалами. Д о м и ц и а н. У советчика шанс разделить его участь. П а р ф е н и й. Пощади, государь. Д о м и ц и а н. Введи Иоанна.
Парфений уходит.
(В одиночестве.) Власть ужаснее извержения Везувия: с женой раздор, с братом разрыв, сам себе противен.
Входят И о а н н с П а р ф е н и е м.

(Парфению.) Свободен.
Парфений уходит.
(Иоанну.) Заинтересовал ты меня. Читал твое Евангелие. А к чему оно мне? И о а н н. С верой в Иисуса обретается мир в душе. А в твоей душе буря. Д о м и ц и а н. Из--за брата. Ближе его нет. Однако вынужден держать всех в железном кулаке. Плебеи и патриции подчинятся безропотно такому правителю, от взгляда которого страх скует каждого. Нутром должны осознавать, что перед ними мощь цезаря. Тогда гарантировано спокойствие в стране. И о а н н. Спокойствие шаткое. Но стоит тебе оплошать перед армией или не успеть пополнить казну поборами и уменьшить жалованье своему окружению, на которое ты опираешься, как жизнь твоя окажется в руках приближенных. Они сразу обнаглеют, и не удержишь их в повиновении. Д о м и ц и а н. Мне нагадали халдеи смерть от меча. И срок близок. Чтобы избежать заговора, меняю помощников, слуг и военачальников. Не даю им возможности укрепиться в должности. И о а н н. Тщетные усилия. Не грозный правитель нужен, а духовный пастырь, который успокоит души и объединит граждан. Д о м и ц и а н. Не представляешь, апостол, во что превратится империя, если я стану мягкотелым и позволю всякому проявить свою волю. Начнут выяснять отношения. Земля покроется кровью и слезами. И вновь потребуют жестокого императора, чтобы кончилась вакханалия свободы. И о а н н. По упорству твоему и нераскаянному сердцу ты сам себе собираешь гнев на день гнева. Д о м и ц и а н. Я волк среди волков. Но я матерый волк. И добьюсь всего, чего захочу. И о а н н. Следует ли добиваться всего? Все, что в мире: похоть плоти, похоть очей и гордость житейская. Но в мире все проходит. А исполняющий волю Божию пребывает вовек. Д о м и ц и а н. Предлагаешь мне жить по Евангелию? И о а н н. Уже прочитал его. Похвально. И не противься тому, что от истинного Бога. Чем быстрее уверуют на земле во Христа, тем скорее души их наполнятся благодатью и любовью. Д о м и ц и а н. Время определит правого. И последний вопрос. Я смертен, а ты не познаешь смерти? И о а н н. Иисус предрек. Д о м и ц и а н. Сам Иисус в Гефсиманском саду молился и просил Отца, чтобы чаша смертная миновала Его. И не миновала. И о а н н. Уверуй, как ребенок, -- проверишь. Д о м и ц и а н. Проверю, но после тебя. Нравишься мне очень. Но твои проповеди направлены против моего обожествления. И их нужно пресечь. Вон мой брат с дуру окрестился, сейчас кается на площади. Отпущу тебя в Эфес, но прежде отречешься.
Иоанн молчит.
На Форуме покаешься гением цезаря и похулишь Христа. И о а н н. Язык не повернется хулить Царя моего, давшего мне жизнь истинную и пославшего на меня Дух Святый. Д о м и ц и а н. Не я создал римские традиции, не мне их отменять. Люди лоб разбивают об мою статую, стараются услужить мне, а некоторые чтят, словно бога. В душе смеюсь над ними, но внешне держу себя перед народом, как господин и бог. Они любят это, а я тщеславен. Наплюй на условности, выйди на площадь, побей себя в грудь, отрекись. Публика останется довольна. Потом я прикажу посадить тебя на быстроходный корабль и доставить в Эфес. И проповедуй вдалеке, но не в столице. И о а н н. Не серчай, кесарь, на упрямого старика, но кощунство воздавать божеские почести тебе, человеку. Не уговаривай -- действуй. Д о м и ц и а н. Сожалею. Обретай свой путь, Иоанн. (В сторону выхода.) Парфений!
Входит П а р ф е н и й.
П а р ф е н и й. К услугам, цезарь. Д о м и ц и а н (с грустью). Сварить его в масле. И о а н н (Домициану). Я люблю тебя, Домициан, как ближнего своего.
Парфений и Иоанн уходят.
Д о м и ц и а н (раздумывая). Кроме матери, никто не произнес -- люблю. Даже жена...

Входят С т е ф а н, Ф л а в и й и Д о м и ц и я. Стефан поддерживает удрученного Флавия, еле--еле шагающего.
Д о м и ц и а н. Что с ним? С т е ф а н. Потрясение. Д о м и ц и а н. Покаялся или нет? Ф л а в и й (почти в шоке). Опозорился перед римлянами. Чуть камнями не забили твои сторонники. Тело саднит. Принес жертву в храме не брату -- императору. Божественное самолюбие твое, конечно, удовлетворено. Отрекся от веры христианской, отрекся и от брата. Испугавшись обжигающего масла, я перестал быть личностью. Превратился в обыкновенное животное по кличке Флавий Клемент. Способен исполнять обязанности сенатора, кого угодно, но уже не почувствую себя гражданином. Я даже не раб, а мертвец в живом теле.
Он покачнулся. Ему помогают Стефан и Домиция.
Д о м и ц и я. Флавий, вспомни о своем достоинстве. Ф л а в и й. Отходя на покой, животное -- животному: "Ты выиграл, Домициан, и не только в кости..."
Стефан уводит Флавия.
Д о м и ц и а н (Домиции). Расквасился слюнтяй, высказался обгаженный мыслитель. Его бы на мое место, где надо ежедневно кого--то казнить, кого--то держать в узде. Я должен гнуть и гладить против шерсти. И горе тому, кто пикнет против власти. Д о м и ц и я. Не пойму, кто ты? Второй Нерон? Второй Калигула? Д о м и ц и а н. Обижаешь, называя вторым. Я первый Домициан и твой муж. Годы летят, а ты дрожишь за жизнь свою. Да не крокодил я, не раскромсаю. Не пора ли довериться мне телом и душой. Д о м и ц и я. Как мне относиться к мужу, когда он легкой рукой отправляет на казнь и врагов, и любящих его. Уж преданнее, чем второй твой брат Флавий Сабин, не было. Избрали его консулом, а глашатай объявил, что Сабина избрали не консулом, а императором. Пустячная ошибка глашатая стоила жизни брату. Д о м и ц и а н. В политике не ошибки, а умыслы. Объявив Сабина императором при действующем императоре взбудоражили народ. Д о м и ц и я. Но ошибся глашатай, а казнил ты консула Сабина. Д о м и ц и а н. Если он распустил глашатая, как справился бы с легионами? Д о м и ц и я. И Флавия Клемента растоптал. Перед насмехающимися обывателями он надломился духом. И он, и я возвратились с площади переродившимися. Д о м и ц и а н. Не узнаю жены. Расхрабрилась. Д о м и ц и я. Не та трусиха, что шла на площадь. Я возродилась из унижений. И не сломишь меня, дочь патриция, знаменитого Корбулона, наместника Армянского царства. Ты же возомнил себя величественным, вознесся к облакам. Попросту -- зарвался. Опустись на один из римских холмов, плебей. Происхождение твое плебейское. Твой прадед старший офицер -- центурион, дед был сборщиком налогов в Азии. И лишь отец твой -- служака, неотесанная деревенщина, но добрый дядька, на старости лет с помощью солдатских мечей уселся на императорский трон. Сам--то ты рос в нищете и пороке, без достойного воспитания. Что хорошего от тебя ожидать? Пользуйся мной, пока не насытишься, но не требуй ответных чувств. Д о м и ц и а н. По--прежнему любишь Элия Ламию? Д о м и ц и я. Любовь к казненному иссякла. Не прощу его убийство. Он не мешал тебе обладать мной. Д о м и ц и а н. Я обладал твоим телом, он продолжал держать тебя за душу. Двоевластие над женщиной -- трагедия. Император с плебейскими замашками не снес ухмылок великолепного патриция. Да и кому должна принадлежать первая красавица, на которую засматривался блистательный Рим? Разумеется, императору. Презирай меня, плюй в мою сторону, кричи, но пока я жив, ты будешь моей женой, рабыней или наложницей, но моей... А Флавию передай, если вдруг отправится он в катакомбы на молебен, пусть заранее строит себе склеп.
Слышен шум голосов с площади: "Велик Бог христианский! Велика вера Христова!" Входит П а р ф е н и й.
Д о м и ц и а н (Парфению). Кто возбудил толпу? П а р ф е н и й. Иоанн. Д о м и ц и а н. Пора ему быть мертвым. П а р ф е н и й. По горло опустили в кипящее масло, но оно не коснулось его и не причинило ему вреда.

Пауза.
Д о м и ц и а н. Пригласи Иоанна.
Парфений вышел.
Д о м и ц и я (злорадно). Святой Иоанн посрамил местного бога. Плебей останется плебеем. Д о м и ц и а н. Плебея презираешь, а любишь раба -- покойника. Бегала в гладиаторскую к Никию. Опустилась с трона до лежанки раба. Хотел уничтожить вас обоих, но перетерпел... Почему он? Д о м и ц и я. Ты же ничего не познал, кроме примитивных ощущений. Д о м и ц и а н. Замолкни! Д о м и ц и я (вызывающе). Изрубишь на куски? Пожалуйста. Я и меч принесу. Но не забуду мгновений наслаждения с Никием. Он гладиатор, я фактически твоя вещь. Мы, помыкаемые, но непокоренные, вместе были на вершине блаженства. Д о м и ц и а н. Вон, клоака сточная для мужчин!
Домиция направляется к выходу, но встречается с входящим И о а н н о м.
Д о м и ц и я. Отче, некрещеная я, но благослови. Душа исстрадалась. И о а н н. Господь благословит люди Своя миром. Д о м и ц и я. Благодарю, святой Иоанн.
Домиция уходит.
Д о м и ц и а н (в сердцах). Гадина, но желанная гадина...
Пауза.
(Иоанну.) Не буду больше утруждать палачей. Ты бессмертен. Но отчего мрут твои братья и сестры во Христе. И о а н н. Не укрепились твердо в вере. В глубине души имеют сомнение. Человеку просто солгать, сказав, что веруешь, а Бог все видит и воздает по вере. Люди искренне не каются в грехах и не добровольно отдают самих себя на волю Божию, норовят жить по своему усмотрению. Но слаб человек. Что он может без Господа? Только грешить, соблазненный дьявольскими ухищрениями, и умирать в мучениях. Д о м и ц и а н. Часто жители сами гонят христиан. И о а н н. Верно, ибо пути гонителей злы и живут они во тьме. Их бесит, когда рядом появляются живущие во свете -- праведно. Д о м и ц и а н. Иногда мне кажется, что понимаю, о чем ты толкуешь, но потом... И о а н н. Потом втягиваешься в мирские заботы, и плоть в тебе побеждает дух. Д о м и ц и а н. Я же цезарь. На мне империя. И о а н н. Где великие Навуходоносор, Александр Македонский? В прахе. Спеси в них было более, чем у тебя. Но нагими в мир приходят и уходят из мира, едва прикрыв срам. А богатство и чины оставляют другим. Д о м и ц и а н. Назидаешь, как равный или выше меня. Кто же ты? И о а н н. Я сын галилейского рыбака Зеведея. Мать моя Саломия -- дочь Иосифа--обручника, взявшего в жены Деву Марию, давшую земную жизнь Иисусу. Д о м и ц и а н. Приходишься родней Иисусу. И рассуждаешь, как познавший премудрость. И о а н н. На страхе Господнем основана мудрость. Страшусь лишь суда Божия. И советую принять веру Христову тебе и твоему народу. Иначе жизнь твоя бесцельна, зло, творимое тобой, вернется к тебе злом и раздавит тебя. Если ты отпускаешь меня, отпусти. Во мне нуждаются люди. Д о м и ц и а н. Чтобы подданные видели, что у них есть государь, вершащий суд, прикажу сослать тебя на остров Патмос в Эгейском море, недалеко от берегов Малой Азии, где ты жил прежде. Отплывешь на корабле. А я продолжу борьбу один со всеми. И о а н н. Зря борешься. Полюби врагов своих, позаботься о последнем рабе и живи не стяжая. И тебе не придется содержать многочисленную охрану: справедливого никто не тронет. Д о м и ц и а н. Идеалист, а я суровый практик. Не порти меня, апостол. И о а н н. Запомни: блажен, чьи беззакония прощены и грехи покрыты. Д о м и ц и а н. Офицер!
Входит К л о д и а н.
(Клодиану.) Отправь апостола в ссылку на остров Патмос. К л о д и а н (Иоанну). Передам тебя мореходцам. И о а н н. Спаси душу свою, кесарь.

Иоанн и Клодиан уходят.
Д о м и ц и а н [ ](в задумчивости). Как докопаться до сути бытия?..
Картина девятая
Дворец императора Домициана. П а р ф е н и й развалился на ложе, где обычно отдыхает Домициан. Входит К л о д и а н.
К л о д и а н (Парфению). Вторая когорта окружила дворец. Усиливают посты. П а р ф е н и й (с удивлением). Две преторианские когорты охраняют дворец. Такого количества легионеров раньше не привлекалось к охране. К л о д и а н. А вдруг зряшная затея? П а р ф е н и й. Халдеи нагадали убийство императора на сегодняшний день в пятом часу. К л о д и а н (с горечью). Сколько императоров перевидал? Домициан седьмой, а дослужился до младшего офицера, помощника центуриона. Перед детьми стыдновато. П а р ф е н и й. Корникуларий -- мелковато. Домициану ты не по нраву, а то бы звание центуриона присвоил тебе давно.
Входит Стефан.
С т е ф а н. Что развалился на царском ложе? П а р ф е н и й. Попользуюсь благами цезаря. С т е ф а н. Войдет -- и всыпет. П а р ф е н и й. Он дрыхнет. С т е ф а н. Как? Он же бодрствовал двое суток, дожидался дня своей гибели. И спит? П а р ф е н и й. Сидел, сидел, уговаривал себя не спать, озирался по сторонам, опасался нападения. И бац -- захрапел. Который час? С т е ф а н. Начало пятого. К л о д и а н. Роковое время. С т е ф а н. Врут предсказатели. А Домициану мерещатся заговорщики, хотя кто его любит? Никто. П а р ф е н и й. Святой Иоанн любил всех и жил век. С т е ф а н. И живет, поди.
Входит взволнованная Д о м и ц и я. Клодиан, увидев императрицу, уходит. Парфений поспешно вскакивает с ложа.
П а р ф е н и й (Домиции). Виноват. Д о м и ц и я. Пропали. Конец. С т е ф а н. Домициану конец? Д о м и ц и я. Нам погибель -- мне, тебе, Парфению, прочим. П а р ф е н и й. Государыня, попонятливее бы. Д о м и ц и я. У спящего мужа из рук выпал пергамент. Я случайно прочла. Вот он -- список приговоренных к казни. Первая в списке -- я, его жена. И вы оба, и часть дворцовой обслуги.
Стефан берет пергамент, читает.
С т е ф а н. Точно -- приговор. П а р ф е н и й (в ужасе). В чем я провинился? С т е ф а н (Парфению). За всеми подглядывал, знал лишнее. Д о м и ц и я (Обоим). Прекратите. Как пробудится, не уберечься. Надо скрываться. С т е ф а н. Пустит сыщиков, как собак, по следу. Везде отыщут. Д о м и ц и я. Задушите его спящим. Не медлите, Стефан, Парфений. С т е ф а н. Я управляющий, и мне действовать. (Домиции.) Государыня, положи пергамент на место. Д о м и ц и я (в страхе). Возвращусь, ненароком разбужу его. С т е ф а н. Проснувшись и не найдя списка, насторожится. Д о м и ц и я. Дорогая богиня Юнона, защити сестру земную.
Домиция берет пергамент и уходит.
С т е ф а н. Кинжал дашь. П а р ф е н и й. Где спрячешь его? С т е ф а н. На руку намотаю шкуру, будто рука разболелась, а в шкуру вставлю оружие. Клодиана предупреди. Он тоже в списке. П а р ф е н и й. Быстрее.

Стефан и Парфений уходят. Возвращается Д о м и ц и я. Она нервно ходит, не находя себе места.
Д о м и ц и я (в одиночестве). Не дрогнет сердце у бесчувственного, не умалить его. Я же еще молода, полна сил и желаний. И по его приказу перережут горло мне. Обошлось бы...
Раздается громовой раскат. Сверкнула молния. Входит заспанный Д о м и ц и а н. Домиция, увидев его, насторожилась.
Д о м и ц и а н[ ] (недовольно).[ ] Разбудил гром. Небо без облаков. Откуда молния? Не предупреждение ли это, чтобы не спал и избежал внезапного нападения врагов? (Домиции.) Не в себе что--то, взгляд бегающий, съежилась, как плебейка. Давно ли выпендривалась, кичилась знатным происхождением. Тьфу. Перестань зубами выстукивать похоронный марш. Д о м и ц и я. Испугалась раскатов грома. Д о м и ц и а н. Где заговорщики? Попрятались сукины дети. До чего медленно денек тянется. Пережить бы его... Д о м и ц и я. Повар приготовил тебе грибы заливные. Покушай. Д о м и ц и а н. Если суждено их съесть, съем позже. Клодиан!
Входит К л о д и а н.
(Клодиану.) Доложи. К л о д и а н. Вторая когорта перекрыла во дворце все входы и выходы. Д о м и ц и а н. Отлично.
Домициан делает знак Клодиану, чтобы тот вышел, Клодиан уходит. Появляется П а р ф е н и й.
П а р ф е н и й (Домициану). Молния ударила в храм рода Флавиев. Д о м и ц и а н. В чем же провинился наш род перед богами. Не к добру. И сон приснился скверный: будто богиня Минерва, которую я особо чту, покинула свое святилище и больше не в силах оберегать императора. А Юпитер отнял у нее оружие. Следовательно, я беззащитен в день гнева. Который час?
Пауза. (Требовательно.) Час? П а р ф е н и й (нерешительно). Шестой. Д о м и ц и а н. Какой? Д о м и ц и я. Шестой. Д о м и ц и а н (смеясь). Ах, шестой! Мой смертный, пятый час канул в лету. Я проскочил роковой рубеж, предсказанный халдеями. Волхвы нагадали, а я зря терзался. Заживу славно. Для начала бабоньку полюблю. Домиция, изобрази любящую жену. Д о м и ц и я. Как повелишь, цезарь. Д о м и ц и а н. Желаю любовь с сюрпризом. Д о м и ц и я. Сюрприз обещаю.
Домиция уходит.
Д о м и ц и а н. Приму--ка баньку, смою старые неприятности. Докажу апостолу Иоанну, что проживу вольготно и без его проповедей.
Он направляется к выходу. Выглядывет из--за колонны С т е ф а н.
С т е ф а н (Парфению тихо). Задержи его. П а р ф е н и й. Цезарь, повременить с парной надобно. Дело неотложное. Д о м и ц и а н. Теперь не к спеху. И дела, и жизнь -- впереди. П а р ф е н и й. Срочное предупреждение о заговоре. Д о м и ц и а н. После пятого часа забудь о заговорах. П а р ф е н и й. У Стефана веские докзательства.
Домициан возвращается. Входит С т е ф а н. Левая рука обмотана шкурой.
Д о м и ц и а н. Что с рукой? С т е ф а н. Нарывает.
Д о м и ц и а н. Развяжи.
Стефан в замешательстве.
Я не хуже лекаря. С т е ф а н. Позволь сначала сообщить. Удалось заполучить список заговорщиков.

Подает ему пергамент. Домициан берет и читает.
Д о м и ц и а н. Петроний Секунд, префект претория, командующий гвардией, моя опора, первый в списке. Петля для него намылена. И Домиция? Жена участвует в заговоре? С т е ф а н. Активная заговорщица. Д о м и ц и а н. Стефан? Ты заговорщик? Подаешь список, выдавая себя? С т е ф а н. Я порядочный человек, не скрываю и себя. Там и Парфений, и Клодиан, и десяток твоих приближенных.
Стефан из шкуры выхватывает кинжал и бьет им Домициана в низ живота. Но удар не стал смертельным. Завязалась борьба.
Д о м и ц и а н. Уже шестой час, а не пятый, и вы нападаете, паскуды. П а р ф е н и й. Пятый, государь. Д о м и ц и а н. Обманули...
Вбегает Д о м и ц и я.
Д о м и ц и а н. Домиция спаси, вызови охрану! П а р ф е н и й. Поздно взывать о помощи. Д о м и ц и а н. Домиция! Д о м и ц и я (Домициану). В твоем списке первая я. Решил расправиться с женой...
У Парфения и Стефана хватает сил лишь удерживать императора.
Д о м и ц и а н. Не тронул бы тебя, клянусь! Д о м и ц и я. Клодиан!
Входит К л о д и а н.
(Клодиану.) Дай меч.
Тот вытаскивает меч из ножен и подает ей.
Прикончу ненавистного. Д о м и ц и а н. С ними против любящего мужа? Если стремишься убить, убей! Но знай, я всегда любил тебя. Всегда. И никто не будет так к тебе привязан, как я. Любимая! Домиция!
Домиция не решается сама нанести последний удар мечом.
Д о м и ц и я (Клодиану). Возьми меч обратно. С т е ф а н. Государыня, любовь любовью, но отступать некуда. Или нам жить, или ему. Д о м и ц и а н. Ты самая лучшая женщина в Римской империи. Д о м и ц и я (Клодиану). Центурион! К л о д и а н (Домиции). Я -- корникуларий. Д о м и ц и я. Я не ошибаюсь. Центурион, добей диктатора.
Клодиан с обнаженным мечом подходит к императору.
Д о м и ц и а н. И ты, Клодиан, предал... Неужели прав оказался святой Иоанн?..
Ударом меча Клодиан добивает императора.
П а р ф е н и й. Империя вздохнет свободно.
Пауза.
Д о м и ц и я. Что я наделала? Он не солгал. Он действительно любил меня...
Картина десятая
Окраина города Эфеса. Пустынное место. П р о х о р и Т и м о ф е й сидят на земле около крестообразной ямы. Святой апостол И о а н н в отдалении читает молитвы.
Т и м о ф е й (Прохору). Сидим битый час, а он молится, не переставая. П р о х о р. С какой целью нужно было нам выйти из города и оказаться около этой ямы? Непонятно. Т и м о ф е й. Яма--то крестообразная. П р о х о р. Прежде Иоанн пояснял, куда и зачем направляемся. А ныне промолчал. Т и м о ф е й. Неспроста. Что--то задумал.

Иоанн окончил молиться, подошел к ученикам.
И о а н н. Заскучали? Т и м о ф е й. В недоумении мы, святой апостол. И о а н н. Вчера просил я молодых учеников моих отрыть эту могилу. Т и м о ф е й. Могилу? И о а н н. Да. В виде креста. П р о х о р. Для кого могила? И о а н н. Для меня. Т и м о ф е й. Болезнями вроде ты не отягчен. И о а н н. Слышал недавно я голос Иисуса. Зовет к престолу Божьему. Т и м о ф е й. Но самоубийство грех великий. И о а н н. Не согрешу. После того, как отойду в мир духовный, ты, Прохор, направишься в Иерусалим. Там братьям поможешь. А ты, Тимофей, останешься в Эфесе и возглавишь вместо меня церкви в Малой Азии. И выполняйте заповеди. И пасите овец Христовых во славу Его. А я сам лягу в могилу, раскинув руки. П р о х о р. Но ты же в здравии. И о а н н. Так надо. Не сожалейте. Простимся, братия.
Иоанн обнял и поцеловал обоих, лег в могилу, раскинув руки.
Покройте меня полотнищем, а потом и землею--матушкой. Выполняйте.
Они покрыли его полотнищем до шеи.
Т и м о ф е й. Руки не поднимаются живого умертвлять. И о а н н. Делайте не как вы хотите, а как есть воля Божья. Они насыпали земли до бороды.
П р о х о р. На лицо одухотворенное не осмелюсь. Т и м о ф е й. Не по--людски это, святой апостол. И о а н н. Не зло творите -- добро во славу Бога.
Они накрыли его лицо покрывалом и, плача, засыпали землей.
П р о х о р. Пухом земля святому.
Прохор и Тимофей уселись на землю. Сидят молча. Стемнело. Ночь. Чуть посветлело. Они как сидели на земле, так и сидят. Появляются Д о м н, Ф и в а и Р о м е к а.
Р о м е к а. Наконец--то нашли вас. Отчего вы убиты горем? Молчание.
Ф и в а. Где святой апостол? Т и м о ф е й. В земле. Ф и в а. Он умер? П р о х о р. Живой. Д о м н. Живого в могилу? Т и м о ф е й. Он велел. Д о м н. Быстро раскапывайте.
Пришедшие начали спешно раскапывать могилу.
Р о м е к а. Похороним его по христианскому обряду. Ф и в а. Его нет в могиле. П р о х о р. Неправда. Он лег в могилу. Т и м о ф е й. А мы землицей засыпали.
Все собрались у могилы. Она пуста.
Чудо -- могила пустая. П р о х о р. Любимый ученик Спасителя не познал смерти по слову Его.
Вдруг вдалеке в предрассветном мареве появляется И о а н н в белом одеянии.
Ф и в а. Смотрите -- святой Иоанн... Т и м о ф е й. Благословен грядый во имя Господне! И о а н н. Дети мои! Как вас любил я, так и вы любите друг друга! Возлюбите друг друга до единомыслия! Возлюбленные! Мир всем!
Святой Иоанн осеняет крестным знамением всех.

1997 г. 1, 2 Евангелие от Иоанна. 2 Светоний. "Жизнь двенадцати цезарей".
Борис Ивашин. Восхождение духа
© Copyright Борис Ивашин Email: ivashin@mx.inbi.ras.ru Date: 26 Aug 2001 Москва, издательство "ГОЛОС-ПРЕСС", 2000.
Москва
Заканчивается эпоха мрака, уступая свои права новой вселенской эпохе света. Новые токи с высокими вибрациями уже начинают поступать из центра мироздания и со временем благотворно повлияют на все живое на планете. Очистившись от нравственной грязи, человек возвысит дух свой над суетой и бытом. В грядущем дух человека, дух народа, дух человечества будут определять дальнейшее мировое развитие. Постепенно из жизни людей будут уходить ужасные явления, порождаемые страхом и необузданными страстями. Новая эпоха света даст шанс каждому стать воистину человеком не только плоти, но и высокого духа, самым счастливым человеком во всей истории человечества. На авансцену общественных событий выйдет духовное величие обитателей Земли.
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ ВОСХОЖДЕНИЕ ДУХА В ЧЕЛОВЕКЕ
ЧЕЛОВЕК ВЕТХИЙ С момента грехопадения первых людей и до рождения Христа, его спасительного учения - время существования ветхого человека на Земле. Как повелел Бог, изгоняя грешников из рая, человек ветхий вынужден был в поте лица добывать пропитание себе и семье своей. Он был беззащитен против посягательств более сильных соплеменников или нападения чужеземцев, пытаясь оборонять свой дом и нажитое им, живя в страхе за завтрашний день и не находя утешения, потому что над миром отчужденных людей властвовали животные инстинкты и страсти низменные. Чтобы хоть как-то противостоять агрессивному окружению, человек вынужден был выработать в себе воинственность и жестокость. Его одолевали тяжелые мысли, наполнявшие тонкое материальное пространство низкими вибрациями, еще более усугубляя его состояние. Душа ветхого человека ютилась на задворках плоти и скромно помалкивала, не ведала, куда идет мир, как он развивается, да и зачем человек рождается, если век сменяется веком, а смысл обитания человека на Земле не просматривается вообще. И существовал человек так же, как промыкали отпущенное время на белом свете его родители и родственники. Не осознавая себя востребованным светлым миром, не помышляя о высоком предназначении, он фактически был врагом самому себе, ибо тяжелая энергетика его порождала безудержные страсти и смертельные болезни. Объединяясь для совместного проживания и труда, ветхие люди вырабатывали необходимые традиции и правила взаимоотношений - производственные и нравственные. У каждой общности людей, у каждого племени или народа были они своими, за нарушение их полагались меры воздействия со стороны сожителей и власти. Своими же у каждого были понятия добра и зла. То, что было добром, нравственной ценностью для одних, могло считаться и нередко считалось злом для других людей, было безнравственным, что порождало произвол и насилие. Великие мыслители и пророки древности, наблюдая превратности общественного бытия, создавали учения о добре и зле, о противоборстве этих начал, пытались постичь влечения души, скованной телом, искали пути ухода от страданий, от социального угнетения и откровенного разбоя. У разных народов эти идеи воплощались в культовые формы и обряды, привлекая значительное число последователей. Почитались всевозможные боги и божки. Каких бы высот в своем развитии не достигали древние цивилизации, ветхий человек продолжал жить, удовлетворяя в основном потребности тела. Над ним давлели инстинкты самосохранения и продолжения рода, важнейшими для человека были действия, определяемые пользой, выгодой, стремлением к власти и обладанию, а потребности же души находились в зачаточном состоянии. Наевшись и напившись, ветхий человек жаждал зрелищ и сам участвовал в них. Обласканные кумиры, идолы толпы ниспровергались более удачливыми, богами часто объявлялись властелины или жрецы, хотя в душах их таились хитрость и ложь. Какая уж тут духовность? Да и представление о духе, как мы сейчас понимаем, тогда вовсе отсутствовало. Дух дремал до поры до времени в ветхом человеке, так как не было еще явлено людям наивысшего духовного идеала - Богочеловека на Земле, жившего среди обычных грешников. Не было примера, к которому ветхий человек мог бы устремляться душой, всей своей сущностью.

ЧЕЛОВЕК БЫТОВОЙ Два тысячелетия после Христа мало что изменили в душах людей. Однако живущие ныне, глядя в даль истории, частенько размышляют высокомерно о тех, кто ютился в пещерах или хижинах, кто мчался в колесницах и строил пирамиды, о тех, кто не имел понятия об автомобилях или космических станциях, кто не просиживал вечера перед экранами телевизоров. Вроде бы современники ушли от предков так далеко в своем развитии, что сравнивать их нет оснований. Но сделали ли эти достижения человека духовно окрыленным или он по-прежнему продолжает захлебываться в болоте инстинктов и страстей? Разумеется, духовное состояние людей со временем менялось, потому что Спаситель принес на Землю учение - заповеди духовной жизни, заповеди любви, чего не имели люди ветхого завета. Казалось бы, проще простого - выполняй заповеди и спасешься, обретя успокоение и счастье, не зависящее от бесконечных хлопот. Но слабым оказался человек при всех громаднейших познаниях в науке и технике. Лишь немногим удавалось и удается пересилить себя и, приподнявшись в духе, взглянуть поверх суеты. Они мудры. Хотя века значительно увеличили сумму знаний, но оказалось, что не многознание научает мудрости. Если не считать мудрых, которых ничтожная часть в любом обществе, а мысли их, как правило, почти не востребованы современниками, то с уверенностью можно сказать, что человечество поглощено не духовными влечениями, но теми же заботами, что и в минувшие века, а именно, заботами о пропитании, жилище, материальных благах, прибирании к своим рукам чужого имущества и чужих земель. Человек как рвался , так и рвется к увеличению материального достатка, а когда удается, то и к богатству или откровенной роскоши. Рождение и жизнь земная Христа - явление Богочеловека греховным людям. Бог Отец послал Сына Возлюбленного в мир на унижение и распятие, чтобы явить заплутавшим во тьме страстей ярчайший пример Духа Высокого, Духа Святого, обретение хоть частицы которого стало бы спасением для всякого ветхого человека. Но восхождение в духе для обычного человека трудно выполнимая задача, ибо очень не хочется расставаться с привязанностью ко всему привычному и возбуждающему чувства. Бытовому человеку куда милее вакханалия страстей и погоня за материальными благами. Ради этого используются изощренные методы, вплоть до варварских. Безжалостно взрываются жилые дома вместе с мирными жителями, наемные убийцы отстреливают по заказу соотечественников. Бытовые и политические насилия и омерзительные разборки - прозаичное явление. Финансовые потрясения, провоцируемые магнатами и коррумпированными высшими чиновниками, разоряют страны и народы. Кровопролитные войны, страшные и разрушительные, прокатываются по материкам и океанам. Если раньше человек расправлялся с противниками дубиной, копьем или мечом, то теперь, в просвещенное время, для тех же низменных целей изготовлен набор высокоточного и скорострельного оружия с колоссальной убойной силой. А накопленные горы ядерных бомб и боеголовок ставят все живое на грань гибели. И все это совершается человеком - творением Божьим. Стал ли через века этот человек нравственнее? Даже заповеди Христа не одухотворили подавляющее большинство землян, и лишь выработанный поколениями этикет прикрывает слегка звериные страсти, бушующие в душах людских, потому что они равнодушны к Богочеловеку или воспринимают его как миф, а не как воплощение Бога. Усложнившиеся общественные и производственные отношения, бурное развитие средств массовой информации и связи сделали обывателя практически соучастником различных событий, а порой и преступлений, не спрашивая на то его согласия. Быт, как омут, все больше втягивает в губительный круговорот очумевшего от повседневной озабоченности человека, сделав его рабом вещей и пристрастий. В последнее время, в связи с расширением и совершенствованием материального производства, появилось множество ранее не известных товаров и услуг. Чтобы ими пользоваться, человек, с жадными и завистливыми глазами, еще более активизировал действия по добыванию денег, нужных для оплаты возросших непомерно потребностей. Ему, зашоренному бытом, некогда жить духовно. Почти всем подавай то материальное, что вчера еще было недоступно. А что делает навязчивая мода с обывателем? Чтобы модно одеть любителя бежать впереди Парижа, модельеры с успехом вытрясают из него деньжищи, заработанные им ценой нервотрепки и недосыпания. И сколько же людей чуть ли не в цель жизни превращают добывание вдруг ставшей модной юбки, шубы или машины. У богатых самым расхожим стало слово - престиж. Шальные деньги, перекачанные к ним в карманы из бюджетной казны неправедными путями, разбазариваются с легкостью, удивляющей западных бизнесменов. Новые русские скоропалительно обзаводятся престижными дачами, престижными машинами, престижными самолетами, престижными океанскими яхтами, а иногда и просто тем, чего нет у их богатеньких конкурентов, чтобы те от зависти загнулись. И радуются этому, да радость-то несветлая. Хоть у оборотистого дельца всего вдосталь, но все равно он человек бытовой, окутанный низкими, темными энергиями, подпитывающими его низменные устремления. Сослуживцы и знакомые часто завидуют удачливому хвату, ибо они такого же энергетического плана, что и он, нацеленный на удовлетворение материальных, мирских, плотских потребностей, но не духовных, до которых ему и дела нет. О них он забывает в кутерьме обременительных дел. Смысл существования подобных людей - полное погружение в быт и полная зависимость от него. Бытовой человек, с низкой духовностью, а иногда вообще ее не имея, сегодня преуспевает, он на коне и в атаке, ему некогда задуматься о ближних, окружающих его, о своем народе. На это ему чихать. Правило бытового человека: себе, сейчас и в любом потребном количестве, если в жизни без этого можно и обойтись. Но бытовой человек - это не только богатый, но и бедный. Бедному чаще всего некогда размышлять о духовном, о высоких идеалах, он полон заботами о куске питающем, чтобы насытить тело свое, не говоря о том, чтобы жировать. Бытовой человек еще и потому бытовой, что думы его бултыхаются в канаве повседневности, а взгляд не поднимается выше обыденщины, интересы в пределах грубых желаний, не одолевают вечные вопросы человеческого существования, не тянет совершить бескорыстный поступок, а уж тем более подвиг во благо ближнего или государства. Бытовому человеку проще живется: чужая боль не болит, чужие слезы не капают на его душу. Все было бы хорошо, но рано или поздно возникают вопросы: зачем пришел в этот мир? для чего родился на свет Божий среди этого народа? почему живешь в этой стране? Неужели лишь для того, чтобы зарабатывать себе пропитание, одежду, жилье, что само по себе важно, но разве только для этого? Или есть какое-то предопределение свыше, касающееся лично пришедшего из небытия на Землю именно в эту эпоху? Если каждый из нас пристально глянул бы в душу свою, то приблизился бы к постижению истины, обязательно изменился бы сам и выбрался из бытового дьявольского болота.

ЧЕЛОВЕК ДУХОВНЫЙ Человек бытовой холит тело, забывая душу приголубить, а ведь тело накормит, напоит и на прогулку выведет, чтобы покрасоваться в обществе, также помешанном на телесных ублажениях. Но как же он возвышает дух свой, определяющий всю его суть человеческую? И возвышает ли вообще? Мир соткан из противоположностей и противоречий - двуедин. Если отдать предпочтение телу над духом, то в человеке звереет ветхое начало его. Если возвысить дух до небес, человек становится настолько совершенен, что переходит в разряд непонимаемых и нередко ненавидимых окружающими бытовыми людьми. Смысл в гармонии, но под водительством духа. Для этого человеку надобно стяжать дух высокий, а в цивилизованном обществе сплошь да рядом нищета духа при наличии обширных специальных знаний. В избытке кичливых да популярных поводырей в стране развелось, а духовно устремленных - скромная кучка, оттого и беды наваливаются на Россию. Хоть раз в жизни любой бытовой человек представил бы себе, что обеспечен всем до конца дней своих: денег навалом, еды от пуза, одежда наимоднейшая, не квартира в панельном доме, а дворец, машина, дача и все прочее, что захочется, - сказочный рай, сплошной курорт и никакой работы. И в чем же тогда смысл дальнейшей его жизни на Земле? Для бытового человека ни в чем, он всего достиг. И чтобы снова обрести смысл жизни, он должен подняться на новый, более высокий уровень сознания. Для этого следует оторваться от быта, от того, чем он обеспечен, и понять, что есть непреходящие ценности, делающие его человеком духовным. Чтобы ощущать полноту жизни, надлежит ему сделать шаг по лестнице духа, иначе выпадает из эволюционного процесса. Еще Христос, будучи Богочеловеком, заповедал людям великую любовь, способную возвысить человека и облагородить его. Сын Человеческий показал своим жизненным примером, каким совершенным должен быть земной человек. И если бы все люди на Земле были подобием Богочеловека Иисуса, то никогда и ни при каких обстоятельствах не было бы ни войн, ни конфликтов. Мир земной обрел бы полный покой и полное счастье. Так в идеале, но это и путь человечества, указанный Спасителем. Но ограниченные ветхие люди, не поняв и не приняв его, не стерпели рядом с собой носителя утонченной материи, светлой энергетики и расправились с его плотным телом. Для утверждения веры в свое спасительное учение Иисус Христос явился людям в тонком теле, чтобы показать наглядно, что человек не умирает окончательно, а лишь переходит из одного состояния в другое, что сущность человека вовсе не в его плотном теле, которое действительно смертно, а в духе его. Человек потому и человек, а не животное, что обладает духом человеческим. И настолько он человек, насколько высок дух его, приближающийся по мере развития к состоянию Богочеловека. Со времени распятия Спасителя немногие смогли, преодолевая препятствия и соблазны, так укрепиться в собственном духе, что высоко взошли по лестнице Духа Христа, т.е. Духа Святого. И смысл жизни, и путь, и истина содержатся внутри человека - это восхождение духа его до уровня божественных высот. Такое кажется недостижимым человеку бытовому, с суетными интересами, бегущему за обманчивым случайным счастьем все годы напролет. В реальной жизни не затухает борьба за место под солнцем. И возникает вопрос: "Может ли человек не ссориться, не воевать, не выхватывать кусок изо рта соседа?" Вряд ли, ибо для погрязших в быту, опутанных низкими идеологическими бреднями и традициями, часто становятся смыслом существования власть и превосходство над прочими согражданами, а поэтому применяются ими и самые гадкие методы для достижения корыстных целей. Но так ли уж действительно важно все то, чем вы занимаетесь во все дни? Древняя китайская мудрость гласит: "Взгляни на то, что считаешь важным, с высоты полета орла и через тысячу лет". Попробовать бы мысленно каждому взглянуть на свою жизнь через тысячу лет, на ежедневные хлопоты, на те привязанности, из-за которых мы страдаем, переживаем, терзаемся, то увидели бы сразу, что большинство наших забот превратилось бы в ничто и вовсе бы нас не трогало. А ежели это так, то почему уже в сегодняшней жизни не отнестись так же критически ко всему тому, что мы делаем, о чем думаем, какими ценностями дорожим. Да по большому счету самая главная ценность в нас самих, в наших душах, в нашем сознании. Заглянув глубоко и внимательно в душу свою, поразмыслив неспешно, мы переменим и отношение к суете дня, основательно укрепимся в духе, и он возвысится в нас. Предел деяний всякого живущего на земле - смерть. Видим прах могильный и вроде ничего более. А на самом деле? Уже давно проделан опыт по взвешиванию человека в мгновение ухода его из жизни, чувствительные весы показали изменение веса. Когда наступила смерть, покойник стал весить чуть меньше, чем живой человек. Физические измерения подтвердили, что в момент смерти дух человеческий покидает бренное тело. Для неверующих - весомый довод существования духовной субстанции в человеке, а для верующих доказательства излишни: они веруют сердцем. Дух этот и есть истинная сущность человека, он и определяет неповторимую личность. Изначальный дух человеку дан Богом при рождении, но задача и смысл земного воплощения человека состоит в развитии и возвышении этого духа. Так как человек внутри себя вмещает земное и надземное, ветхое и духовное, то живущий светлой и праведной жизнью как бы восходит по лестнице духа своего, все дальше отдаляясь от животного начала и приближаясь энергетически к сферам небесным. И чем выше дух собственный, тем более он сродни Духу Божественному. Человек в духе только тогда, когда очистился от тяжелых энергий, от низких вибраций, когда жизнь его не в животных страстях, не в борьбе с сослуживцами и домочадцами, не во вражде с обществом, не в ненависти к себе подобным, а в любви ко всему сущему на Земле: к людям и животным, к природе, к Богу. Если дух после смерти покидает тело и Землю, оставляя добытые человеком с трудом материальные ценности, то неужели так уж важны были они для духа, когда был жив покойник? Наверно, нет. Но из года в год пекся с жадностью он о приобретении имущества, забывая о духовном накоплении своем, которое не погибает, не гниет и не превращается в тлен, его не могут украсть воры. Богатство человека сокрыто в духе его. Но овладеть таким богатством нелегко, ибо страшная борьба не на жизнь, а на смерть ведется внутри каждого: как в том или ином случае подойти к людям - со злом или добром. Преодолевая возникшие нравственные препятствия, восходя в духе, побеждаем в себе ветхого и бытового человека. Иногда хочется совершить доброе дело, да недруги шепчут: "Не в твою пользу, не выгадаешь материально". Личность раздваивается: сердце влечется к добру, разум ищет выгоды. И человек испытывает душевные терзания, угрызения совести, переживает из-за собственного бессилия преодолеть делячество. Лучше сердцу своему довериться не рассуждая, полагаясь на его верное решение. Только оно, возможно, не в пользу вашу и ваших близких, но зато принесет облегчение душе и подтолкнет вас к тропе восхождения духа. И слава Богу! Наращивайте свою мощь духовную и одухотворяйте каждую свою мысль, каждое стремление и действие. И часто, чтобы совершить поступок, созвучный духу своему, приходится переступать через общепринятые нормы и обычаи, оказываясь в одиночестве, терпеть неприятности, выслушивать упреки. Переживите стоически подобное, тем и спасете душу свою. Чем выше на лестнице духа находится человек, тем более не похож на остальных - белая ворона. Он с ними, но не их по духу, а иногда и смотрится, как чудак или чужак. Ему, духовно окрепшему, непросто общаться с отягченными бытом, но зато легко шагать по жизни, избегая суетные волнения и материальную зависимость. Это совершенно не означает, что нужно отстраниться от жизненных обстоятельств и взирать на них со стороны. Но нельзя быть плененным обстоятельствами и слепо следовать по течению жизни. Так можно опуститься с уже достигнутой высоты духа, потерять себя как личность. Возникающие препятствия следует настойчиво преодолевать, ибо даются они для испытания души и укрепления духа, для приобретения опыта и мудрости. Сопротивление негативным обстоятельствам усилит мощь вашего духа, и вы поймете, что живете не зря, действуя во благо нравственного роста своего и иных людей, сопричастных с вами. Добро, сделанное вами другим, породит добро, каким они отплатят третьим лицам или заронят искры яркие в их посеревшие души. Стремление к светлым помыслам и действиям на общее благо притягивает к вашим энергетическим центрам новые токи высоких вибраций с небесных сфер, и вы преображаетесь, соответствуя эволюционно изменяющемуся миру. Если не получается совершать добро, угодное людям и Господу, то явно бытовой человек внутри вас давлеет над человеком духовным, но не отчаивайтесь, не занимайтесь самобичеванием. Еще не все потеряно. Никогда не поздно снова совершить попытку восхождения по лестнице духа, но с каждым разом будет все труднее и труднее: виноваты обленившаяся душа и привычный, устоявшийся образ мышления. Измените направленность мыслей, уверуйте в Творца Неба и Земли. Если вы совершили доброе дело во благо ближнего, если вы порадовали своим действием душу его, то полюбили Бога в нем, потому как человек подобие Божие, и приподнялись сами в духе. Дух испытывается не только крупными событиями и препятствиями в жизни каждого. Также серьезное испытание духа в преодолении повседневных соблазнов. Для духа нет мелочей. Плотские желания, бытовые намерения ежечасно и ежесекундно норовят взять верх над устремлениями духовными. Борясь и побеждая их, по капле светлой добавляете к духу своему. Капли, соединяясь, превращаются в восходящий поток духа, способного творить чудеса. Человек, озаряясь сам дивным внутренним светом, помогает возгораться и душам ближних. У любого человека хоть единожды возникает момент, когда он, сделав что-то на общественное или общенародное благо, во славу светлых сил, как бы взлетает, чувствуя себя прекрасным ангелом, парящим в вышине. И хорошо бы ему помнить ту трепетную минуту, желая ее повторить, так как человек приходит на Землю, чтобы в конце жизненного пути взойти на вершину собственного духа, приближающую его к Духу Божественному, к ощущению самого себя Богочеловеком.

СМЕНА ЭПОХИ Цикличность развития мироздания давно известна. Сейчас мы находимся на стыке двух грандиозных эпох. Эпоха мрака, необузданных страстей, кровопролития и ненависти уходит в безвозвратное прошлое. И жалеть ее нечего, ибо нарушена гармония в единой мировой системе и люди, потеряв чувство меры, обезумели от технического и научного прогресса, причинив огромный, а во многих случаях и непоправимый вред природе и самим себе. Повсюду наблюдается упадок духовности, потому что большие деньги жестоко правят недовольным миром, а социальные унижения и принуждения калечат души человеческие. После 2003 года новая эпоха начнет отсчет времени, появятся предпосылки для качественных изменений во всем: в космосе, природе и человеке. Никто и ничто не останется без перемен. Мир продолжит развитие, поднимаясь на более высокий эволюционный виток, сознание же людей расширится, что обеспечит им самосохранение и приведет к облагораживанию цивилизации. Новая эпоха со временем станет эпохой света, эпохой любви. С каждым годом будут усиливаться поступающие из центра мироздания, также неминуемо изменяющегося, необычные токи, несущие более тонкую, чем прежде, огненную материю, светлую энергетику. Эти токи являются двигателем развития всего сущего на Земле, живой и неживой природы. Для их успешного приема энергетические каналы и узлы живого организма должны очиститься от грубой, черной энергии, иначе не совпадут собственные колебания энергетические с колебаниями поступающих токов, и они не смогут проникнуть в центры человека и подпитать энергетические структуры его органов. И если человек не переменится к лучшему, не сбросит с себя оковы зла и ненависти, т.е. черную энергетику, то окажется не восприимчивым к укрепляющим, спасительным токам, не впишется в спираль всеобщей неотвратимой эволюции и будет отторгнут ей. Злобные, ненавистные души, не желая перестраиваться, захлопнув двери сердца своего перед милосердием, состраданием и любовью, потеряют со време-нем востребованность в новой эпохе. Что не подвержено будет позитивному изменению, само поставит на себе смертельный крест и уйдет в небытие. Новая эпоха будет содействовать просветлению и человека, и человечества. Земное и небесное еще больше сблизятся благодаря продвинутому сознанию и возможности восприятия людьми более тонкой энергии из космоса. Человеку бытовому, чтобы отвечать требованиям высших сил, впитывать энергии небесных сфер, необходимо осуществить восхождение в духе, а ведомый духом он обязательно приблизится к пониманию богочеловеческой сущности, что даст ему возможность и самому быть духовно похожим, хотя и отдаленно, на Богочеловека, посетившего Землю два тысячелетия назад, и жить праведно. Всякий человек, вступающий в новую эпоху, будет испытан высшими силами на способность к движению духа. Это вовсе не движение человека по земле, перемещение по воздуху или по воде. Это преображение его внутренней сути, сознательный переход от делания зла к деланию добра людям, животным и природе, это и зарождение в сердце высокой любви к близким и к врагам. Не надо бояться никаких перемен, сопутствующих наступающей эпохе. Осмыслив и приняв их, настроившись на преодоление внутренних противоречий и внешних трудностей, спасемся, так как сможем пропустить через энергетические центры поток светлой божественной энергии, которая создаст гармонию души и плотного тела, освободив нас от страстей бесовских. Человек для того и родился, чтобы утвердиться на пути эволюции, непрерывно совершенствуясь. А вот совершенствоваться или не совершенствоваться - дело глубоко личное. Для этого и дан человеку Богом свободный выбор. Или остаться прежним, пожираемым инстинктами и страстями, поглощенным бытом суетным, естественно, с роковыми последствиями для самого себя, или духовно озаботиться и шагнуть на путь, начертанный эволюцией. Времени на раздумья маловато, пора решать, чтобы успеть перестроить свое сознание и взглянуть на жизнь, бурлящую вокруг, глазами, ожидающими радость. Если хочется пожить не в мучениях и в терзаниях, то лучше суметь бы поскорее построить в душе алтарь святости, преобразив свое "Я", и научиться воспринимать новые токи и резкие изменения в природе, надвигающиеся на нас. Ведь наша планета находится на грани природных катаклизмов, а они прямое следствие геологического развития Земли и чрезвычайной засоренности околоземного пространства человеческой тяжелой энергетикой, накопившейся к концу мрачной эпохи. Предстоят сильные землетрясения, наводнения, затопления прибрежных морских зон, значительные климатические перемены с соответствующими последствиями. Человек, если и спасется физически с помощью защитных мер, все-таки будет потрясен неотвратимостью явлений. И в таких неимоверных условиях можно жить успешно, если перемениться внутренне, перестроив образ мыслей и возвысив дух свой. Только изыскивая внутренние резервы, укрепляя нервную систему, энергетически очищаясь, человек уменьшит зависимость свою от превратностей земных и выживет в любых обстоятельствах. В последующих временах нет иного выхода у человека разумного, как стать человеком духовным. Бездуховные - ненужный балласт в новой эпохе добра и любви. И это все не за далью лет, а перспективы обозримого будущего. Но бояться этого не следует. Не для устрашения Господь посылает испытания чаду своему, опустившемуся до ужасных кровопролитий и разгула безнравственности, до попирания одним человеком другого человека, тоже любимого Богом, а чтобы это чадо непослушное образумилось, поняло, что свободная воля дана ему не для согрешений в необузданном безумии, но чтобы стать подлинным сыном или подлинной дочерью Отца всего сущего, чтобы подняться с колен нравственного падения и направиться навстречу Создателю, возрастая в собственном духе. Покайтесь искренне и не оскверняйте душу свою новыми грехами, вступая на путь духовного обновления. Нет такого пути, который бы не преодолел двигающийся путник. И вы не одни на этом тернистом, но спасительном пути, вы всегда с Господом, и он вас не оставит, если положитесь на его водительство без сомнения.

ПУТИ ЗЕМНЫЕ И НАДЗЕМНЫЕ Человека бытового, замотанного жизнью, охватывает жуткий ужас перед кончиной. Он не смиряется с тем, что дни его сочтены, трагически воспринимая естественный уход. Человеку жизни оказалось мало, чтобы уяснить смысл земного пребывания, определить свое место и предназначение в мире. Ему кажется, что все повергнется в прах. Бытовые люди ограничивают жизнь человеческую видимым образом, но это лишь очередное воплощение духа в конкретном плотном теле. А до этого у духа были и другие жизни, в других плотных телах в разное время человеческой истории. По всей вероятности, прожил он уже не одну сотню или тысячу жизней, уходя после смерти в тонкие миры, в беспредельность, а потом возвращаясь на Землю, имея определенные задачи для просветления и расширения сознания. Длинный ряд воплощений - реальное состояние человеческого духа, потребное для его восхождения. Но бытовые люди чаще всего подвержены духовному спаду и будут страдать до тех пор, пока не осенит их светлая мысль о духовной основе человеческой жизни. Но если они это не уразумеют, то так и окончат жизнь земную получеловеками-полуживотными. И в следующих воплощениях опять начнут жизнь с последнего земного уровня каждый по-своему. Кого-то собственный опыт в новых воплощениях подтолкнет к правильному решению, а кого-то наставит просветленный человек на путь истинный, и души их потянутся к свету, начнется очищение и преображение. И возрадуются они, что наконец-то выбрались из засасывающей трясины бездуховности. Задавая себе вечные вопросы, пытливый человек приближается к раскрытию истины, пониманию сути превращений духа, к осознанию своего духовного бессмертия, хотя физически он смертен. С точки зрения духовности есть причины завершения земного пути человека. Когда человек, будучи ветхим или бытовым, останавливается в своем духовном развитии, не обращается к Господу, дух его не восходит, а сходит с достигнутой раньше высоты. Его дальнейшее пребывание на Земле потеряло всякий смысл с точки зрения эволюции, хотя, вероятно, он полезен обществу, хороший работник и уйму денег зарабатывает. Но путь его земной может быть прерван внезапно. Но иногда наблюдаем, что есть нелюди, чуть ли не звери, а живут на белом свете. Раз Спаситель еще не отобрал у них жизнь, а они на дне нравственного падения, то, видимо, предоставил им надежду на озарение и возможность совершить духовный подвиг. Живут также потому, что они каким-то образом способствуют становлению иного человека, который, преодолевая их бездушное зверство, возвышается духом. И тот человек, преображенный внутренним светом, нужен Богу. А мы об этом не знаем, так как не представляем его жизни в прошлых воплощениях, не ведаем его будущего. Известны примеры, когда убийцы, насильники, грабители, гонители, искренне раскаявшись в тяжких поступках, потом истово смывали грязь с души своей, самозабвенно служа Богу и людям, и восходили до святости. Тот же апостол Павел избивал и гнал первых христиан. Но Бог ослеплением его физическим заставил прозреть духовно, сделав его вместе с апостолом Петром основой своей Церкви. Если человек не развит, бывает со звериным оскалом, сознание чуть выше, чем у мартышки, то либо в прежних жизнях он слабо развивался, будучи ветхим или заурядным бытовым человеком, либо у его духа малое количество воплощений: он не успел еще развиться. Но через несколько воплощений дух может сильно возвыситься и приблизиться к божественному состоянию. Но есть люди, духу которых не требуется тысячи раз являться на Землю для совершенствования. Они, живя в обычном обществе, способны быстро продвинуться духовно и в одной жизни. В таком человеке дух силой всепобеждающей любви к Богу и к людям настолько возвысился, что его плотное тело смогло вместить в своих энергетических центрах Дух Божественный: человек очистился от черных энергий и просветлел. И причина смерти такого человека, когда он максимально духовно продвинулся, состоит в отсутствии необходимости в его совершенствовании на Земле. Дух его поднялся к сферам небесным, сделав его святым. И он отходит спокойно в мир иной, чтобы остаться навечно там, в тонком мире, рядом с Богом и светлыми сущностями. Подобное редкость в нашем земном мире, но случается. При жизни такие люди не занимали высоких должностей, им это совершенно не надо, но рядом с ними хорошо и сладко жилось окружающим. Многие стремились соприкоснуться с их тонкими энергиями спасительными, чтобы более эффективно очищать свои энергетические центры от грязных нажитых энергий. Приближаясь к концу жизни, каждый оглядывается на прожитые годы, задумывается над тем, чего же он достиг. Бытовой человек, подводя итог своего существования, гордится служебным положением, почитанием его в обществе, скопленным имуществом. А при переходе в тонкий мир эти ценности напрочь обесцениваются. Определяющая же значимость - высок ли был дух его, преодолевавший трудности и препятствия земные, не покривил ли он душой, не предавал ли друзей и товарищей, не ставил ли мирские удобства и привилегии выше состояния души своей. Иными словами, насколько он был духовен в повседневной жизни, настолько он будет оценен иерархами тонкого мира там, где нет снисхождения и откупиться нельзя, как делают это в грешном обществе. И если человек был бездуховен, то, скорее всего, не поднимется в чудесный тонкий мир, ибо не преодолеет его черная энергетика грубые околоземные поля и увязнет в паутине низких вибраций, где участь его будет печальна: что заслужил на земле смрадной жизнью, то и получит после смерти. Все справедливо. Обратно вернется в следующем воплощении со своей же черной энергетикой и не избавится от нее до тех пор, пока не уяснит, что человек возвращается на Землю не для выгрызания зубами бытовых благ, а для совершенствования сознания, для возвышения и укрепления духа своего. Но в мирской жизни никому не удается быть свободным от быта, потому и соблюдаться должна гармония духа и тела при приоритете духа, а не тела. Но гармонии достигнуть непросто, так как человеку нелегко уразуметь смысл его существования. Как уж тут отдать предпочтение духовному, когда вокруг масса бытовых людей занята добыванием средств существования или обогащения. И это поощряется властями и извращенной элитой. Поэтому обыватель в силу разных конкретных причин оказывается не на желанной, а на выгодной работе, хотя она, обеспечивая ему и его семье благополучие, к сожалению, не добавляет в копилку его души ничего светлого. Находясь в зависимости от грубых энергий, не пытается найти в себе силы, чтобы заняться делом, которое окрылит его. И получается какая-то тусклая жизненная волынка, иногда с тоской, а чаще вообще без тоски по высокому, никчемное сытое существование. Вроде бы все как у людей. У каких людей? Да у бытовых, но не у духовных. Но лучше не быть безвольно плывущим по течению вместе со всеми, а перешагнуть через сдерживающие ваш духовный рост преграды, даже рискуя достигнутым в быту, если, разумеется, в вас созрели глубинные внутренние силы, достаточные для духовного подвига. Стоит ли унижаться ради материальных благ, губить душу свою, чтобы потом терзаться, когда кусок жирный не полезет в горло без горестных мыслей и слез, что не так жил, не так любил, не так относился к людям. Ищите свой путь. Самый яркий путь человеческий - это путь подвиж-ничества, когда человек, добровольно идя многотрудной стезей, смирив себя и утончив свою энергетику, становится нужен людям. Его любовь, безмерная и бескорыстная, не позволяет ему думать о себе, он беспокоится о людях, несет им огонь своего пламенного сердца, от которого становится душевно тепло и самому запутавшемуся грешнику. Таких земных сподвижников Господа единицы, но ими держится мир. Нам же остается уповать на их поддержку. И все-таки ставьте перед собой великие цели духовные, уверуйте в свою победу и не будет такого внешнего препятствия, которое не преодолел бы дух ваш, ибо самое трудное препятствие - сам человек, его незнание целей бытия, неуверенность, попытка оценить все в мире только умом. Но разум облеплен ракушками сомнений и ошибок. Не сконцентрировать ли внимание на сердце, на его влечении. Сердце - барометр верный во всех житейских бурях. Если сердце не расположено к какому-то делу, а разум ради выгоды или благ настаивает на этом, отложите это дело и проанализируйте ситуацию еще раз, отбросив прагматические поползновения. Иначе дух ваш без подпитки благородными мыслями и поступками начнет чахнуть. Не позволяйте себе подобной слабости. И чем выше ваш дух в данном воплощении, тем к более тонким материям, к более высшим мирам подниметесь после смерти, тем с более высоким духом, на более высоком уровне вернетесь на Землю в следующем воплощении. Чем выше дух и спокойнее человек, тем более радостен и счастлив он, тем более в нем возрастает любовь к людям, а через них и к Богу. Чем совершеннее человек, тем скорее он превратится из человека бытового в человека духовного. В том и смысл эволюции, чтобы дух человека в конце всех возможных воплощений соединился с Духом Божественным, поднявшись над грешной Землей для вечного блаженства.

ПОЙМИ СЕБЯ Ясно, что взлет и падение духа зависит в первую очередь от самой личности, от дел ее, от целей намеченных, к которым она путь держит. Возникающие же обстоятельства и люди, окружающие личность, лишь побуждают мыслить и действовать. А к добру или к злу ее деятельность зависит от состояния души. Но для принятия правильного решения следует прежде понять самого себя, ибо человек подобен интереснейшей планете, отражающей многоликий мир. Нам кажется часто, что разбираемся в людях, обсуждаем их, поучаем с уверенностью в своей правоте, не подозревая, что постижение всякого индивидуума ограничено: всегда остается в душе его не разгаданная никем тайна, скрывающая подлинную суть личности. Желательно прежде заглянуть пытливо внутрь себя, попытаться понаблюдать за собой и, исследовав проспекты и закоулки собственной души, раскрыть спрятавшуюся на дне ее собственную причину наших ошибочных действий. Поняв себя, поймем и собратьев, и сограждан, не откажем им в сострадании и любви. В человеке всегда есть место светлому и темному. Внутри нас зарождаются движения души, приводящие к подвигам или к преступлениям. Как разгадать игру света и тьмы в душах наших и потеснить тьму? Для этого, вероятно, и пригодится понимание самого себя, хотя процесс понимания длится столько, сколько продолжается жизнь. И здесь важно интуитивное постижение своей внутренней сути. Внутреннее состояние, как и жизнь, беспрерывно меняется, но внешне сразу не проявляется. Все виденное, слышанное, прочувствованное становится прошлым, а настоящее - это лишь мгновение, вмещающее сиюмоментные светлые токи, доходящие до нас из внеземных небесных пространств, новые мысли и обновляющийся на самую малость мир. И эти впечатления откладываются в душе, распределяясь по светлым и темным сторонам ее, облегчая или затрудняя понимание самого себя. И чем чаще заглядываем в свою душу, тем глубже постигаем истину, беспрерывно меняющуюся вместе со временем и миром, тем яснее распознаем влечения и недостатки, гнетущие нас. Осознавая свою сущность, стремимся не замечать то, чего стыдимся сами, хотя смысл духовного совершенствования в том и состоит, чтобы выведать темные душевные склонности и искоренить их. Тогда и возможен шаг на очередную ступень духа, когда светлеет душа, энергетика утончается, способствуя восприятию плотным телом высоких вибраций, посылаемых из центра мироздания. Пониманием себя открываем дверь в познание окружающего мира. Прислушайтесь внимательно к сердцу своему, отбросив предубеждения и иллюзии, и поймите, кто вы и насколько сердцу тесно в земных сетях забот повседневных. Ему хочется быть крылатым и взлететь. Сердцу виднее, не сдерживайте его порывы. Воспринимая не предвзято себя и мир, на все происходящее - любые негативные обстоятельства, грозящие неприятности - следует смотреть по-доброму, светлыми глазами и полагать, что жизнь замечательна. Она и будет таковой, если вы очень этого захотите и будете настойчиво действовать, а не паниковать и опускать руки. Даже после самых страшных ситуаций по прошествии времени в памяти остается что-то хорошее, что было хотя бы мимолетным среди земного ада. Чем яснее поймете сущность души своей, тем сильнее ощутите неразрывную духовную связь со светлым миром и с небесной бесконечностью.
МЫСЛЬ И СЛОВО В мозгу человеческом беспрерывно возникают и исчезают мысли, а так как любая мысль материальна, то человек посылает в пространство мыслительную энергию, влияющую и на него самого, и на окружающий мир, живой и неживой. Можно сказать, что человек есть то, что он думает. Если мысли его о добром, о светлом, о прекрасном, то окружает он себя позитивной энергетикой, от которой хорошо самому и близким его людям. Решая бытовые вопросы, не мешало бы ежедневно порождать хоть одну-две светлые мысли, направленные на благо общее, не ограничиваясь личными интересами. Посланные в пространство светлые мысли возвратятся неожиданно к пославшему их и обернутся радостью душевной, ибо все в мире взаимосвязано и взаимообусловлено. Светлый образ мышления способствует очищению человека от многолетней энергетической загрязненности и восхождению духа, приближает его к небесным сферам, особенно во время сна, когда собственное тонкое тело может в один миг оказаться в горнем мире, а потом снова соединиться с плотным телом. А ежели злой, желчный человек в порыве обиды и гнева бросает в пространство всплески тяжелой мыслительной энергии, то, во-первых, она травмирует сторонних людей, а, во-вторых, в один пасмурный день ударит бумерангом по исторгшему ее, усиленная такой же пакостной энергией иных ненавистников, вминая или пробивая его ауру, добавляя ему мрачного настроения или болезненного ощущения. Поэтому задача в том и состоит, чтобы очиститься самому и не порождать темные мысли, не перемывать кости встречных и поперечных, а думать и мечтать о положительных моментах в жизни, облекая свои мысли в добрые слова, тогда слово-энергия не ранит никого и не вернется к вам в негативе. Но если возникла мысль, рвущаяся во тьму и окружающая автора черными энергиями, лучше постараться исправить ее, наполнив позитивным смыслом, и принести извинения тому, о ком или о чем плохо подумалось: о людях, о природе, о братьях меньших. Мыслью прокладывается также своя тропа или дорога судьбоносная. Если ставится цель в жизни, то лучше ставить самую высокую цель и прежде действий мысленно выстроить план реализации задуманного. И чем четче представляется цель и действия необходимые, тем ближе искомое. И непременно нужно сосредоточить всю свою положительную энергию на достижении цели, которая притянет сама ваши светлые мысли и подтолкнет к благородным поступкам. Речь идет не о материальных конкретных целях, а о высоком помысле, облагораживающем душу человеческую. Путь к высокой цели лежит через повседневные благие дела, выполняя которые человек вырабатывает духовную основу жизни, приучается размышлять категориями добра. Какие бы не возникали жизненные ситуации, самые вроде бы мрачные, трагичные, но решение их, преодоление их должно дать возможность приподняться в своей духовности благодаря светлым мыслям. И чем мрачнее ситуация, тем спокойнее и чище нужно мыслить, чтобы иначе не покатиться вниз с лестницы духа. В настоящее время, когда во вселенском эволюционном процессе заканчивается наимрачнейшая эпоха, над Землей скопились черные энергии. Там, в пространстве тонких материй, идет упорнейшее сражение между светлыми и темными силами-мыслями. А так как новой эпохе заповедано сменить старую, то победа света над тьмой в этом сражении неминуема. И мы все причастны к этой борьбе, хотя бы опосредованно, хотим того либо нет, знаем об этом или находимся в неведении. Для освобождения от энергетической грязи надземного пространства и утверждения светлых энергий желательно руководствоваться не разумом, который практичен и осторожен, а сердцем, способным поддержать великие идеи очищения и мысли, ведущие к торжеству добра над злом на Земле. Переживания же по поводу повседневных дел не позволяют многим отдаться высшим устремлениям, и попадают они в кабалу к бытовым навязчивым мыслям, после чего появляется чувство тревоги от неудовлетворения собой, окружением, работой, что привлекает к этим людям добавочную порцию темной энергии, приводящей к негативным последствиям. Запутавшись в повседневности, не видят выхода: все кажется скверным. А надо-то помыслить по-иному, сменить образ мышления на противоположный, воспользоваться светлыми думами, несмотря на напряженную ситуацию. Тогда спасительное мыслетворчество расширило бы границы понимания и видения. И если эти мысли достаточно сильны и целеустремленны, направлены на достижение блага, особенно общественного, то подтолкнули бы они к действию, разряжающему накаленную атмосферу в любой сложной обстановке. Светлая мысль, оплодотворенная токами высших сфер, обеспечит действия всякого человека достаточной энергией, и победит он, и продвинется в духе еще на одну ступеньку. Потом посложнее препятствия будут подсовываться ему судьбой, проверяя его на прочность и твердость духа, на уверенность в движении к свету через тьму бытовых отношений. Если одолевают сомнения, мысли беспрерывно меняются от светлых, радостных к упадническим, то в душе человека появляется смятение, в энергетике застой. Он не подпитывается тонкой энергетикой токов высших. Следовательно, если мелькнула благодатная мысль, то не упустить надобно ее, чтобы впитать энергетическими центрами токи небесные, что позволит легко идти по жизни, не оглядываясь на темные ее стороны. Тьма со рвением будет подсовывать вам мерзкие мысли, чтобы остановить вас. Не склоняйте голову перед трудностями. Человек, опустивший голову, думает о прошлом, а не о будущем, переживает свершившееся. И пусть старые проблемы вчерашнего дня не тянут вас обратно. Они ушли в небытие. Переписать же страницу жизни никому не удавалось. Не лучше ли, идя по дороге в будущее, перестать спотыкаться о камни, подбрасываемые из прошлого бесовской силой. Если вы скажите себе, что нет у вас прошлого, которое бы тяготило вас и бередило душу, то оно непременно отойдет от вас и откроется дорога в будущее. Смотрите только вперед без тревожной оглядки назад, думайте больше о высших материях, не заземляйтесь, хотя, конечно, жить в мире и быть свободным от него невозможно, но нельзя и полностью отдать себя земным заботам, забыв, что сущность человека в духе его. Человек размышляя, облекает свои мысли в слова, в какой-то мере выражающие его душевное настроение. По словам догадываются о нравственном облике говорящего, о принадлежности его к тем или иным социальным слоям. Слово раскрывает каждого перед слышащими его, заключая в себе определенный заряд доброго или злого начала. Учитывая, что произносимые слова воздействуют на энергетическое состояние людей, говорящий несет ответственность за всякое слово, ибо оно способно, многократно усилившись в пространстве, овладеть тысячами приверженцев и иметь позитивное или негативное влияние и на какой-то народ, и на всю страну. Если хотите быть услышанными и правильно понятыми, то слова должны быть правдивыми. В правде сила слова. Лицемерные слова лишаются энергетической силы, теряют внутренний смысл сказанного. Поэтому лицемер все равно пожнет горечь разоблачения. Если желаете достичь успеха в каком-то честном деле, нужно, кроме обычных доводов, суметь выразить словами, идущими от сердца, и то, что лежит внутри души вашей. Искренность и правдивость слов ваших благотворно воздействуют на слушающего. Но и молчание говорит о многом. Лучше сделать дело, а потом поведать о нем, иначе отрицательная энергетика завистников и врагов не позволит вам выполнить намеченное. Словами молитвы притягиваем огонь опаляющий, но и очищающий нас, и отгоняющий прочь вредную энергетику слов и мыслей злопыхателей. Слова священные Иисуса Христа, преодолев века и согревая озябшие от мрака души, облегчают путь по греховной земле к высокому Духу, властителю в новой эпохе.

СТРАХ И СТРАСТИ Мирской океан безбрежный, в котором плывут люди невесть куда, переполнен страстями, печалями и скорбями. Всякая душа, запачканная морально и оболганная, захлебываясь обидами, тщетно пытается найти утешение у таких же неприкаянных, как сама. И нет ей облегчения. Обычно душевные страдания приводят к физическому разрушению тела. Известен опыт, когда взяли клетку и перегородили ее сеткой. В одну половину клетки посадили кошку, во вторую - мышку. Кошка глядит на мышку, но достать ее не может. Мышка также видит кошку, но не понимает, что она в безопасности. Перед страшной кошачьей мордой мышка в беспрестанном страхе. Ужас для мышки заканчивается смертью. Больше трех дней ни одна мышка, посаженная в клетку напротив заклятого врага, не выживала, хотя в клетке в достатке и воды, и питания. Но животный страх быстро разрушал мышкину энергетику и нервную систему, без чего живой организм не в состоянии существовать. Пример поразителен: страх, доведенный до крайности, не совместим с жизнью. Для мышки тот ужас оказался непреодолимым, но и для людей подобные состояния нередкость. Человеческий организм также подвержен губительному влиянию страха. Возникают ситуации, когда люди, объятые страхом перед какими-то природными разрушительными явлениями, общественными потрясениями и личными трагедиями, тяжело заболевают или скоропостижно отправляются в мир иной. Это бывает в экстремальных ситуациях: человеку кажется, что нет выхода из трагических обстоятельств. Во время Великой Отечественной войны отмечались случаи, когда вражеские танки шли на необученных солдат, а те стояли, как вкопанные, и, обезумев, не могли оторвать взглядов от железных чудовищ, неумолимо надвигающихся на них. Стоило любому из них отскочить в сторону, и танк прокатил бы мимо, но солдат был в положении той мышки перед кошкой, когда мозги в агонии, спасительная реакция отсутствует, оцепенение не отпускает. Результат - гибель перепуганного новобранца под гусеницами вражеского танка. Но и в обыденной жизни люди оказываются в положении мышки перед кошкой: либо перед грозным начальством, боясь потерять работу, либо перед разгневанной нелюбимой женой или тещей, либо перед озверевшим пьяным или ревнивым мужем, либо перед грабителями или насильниками и мало ли еще перед кем или чем. Эти встряски нервной системы не со смертельным исходом. Но и они опасны, так как бесследно не проходят, а оставляют пусть и не заметный для глаза след в организме, медленно и верно подтачивая его. Страх порождается в человеке его нежеланием потерять что-то или кого-то, якобы, с его точки зрения, необходимого и бесспорно должного принадлежать именно ему, а не кому-то другому. Но обязательно ли это должно принадлежать только определенному человеку? Да ничего подобного. Все, что есть в мире, кроме, конечно, собственного здоровья, может принадлежать любому человеку, а может и никому вовсе - дело случая. Одежда на нем, живом, сносится, машина заржавеет, дом может развалиться или сгореть, жена или муж могут бросить и уйти в другую семью, дети, повзрослев, разъедутся. Человек явился в мир грешный голенький и покинет его, ясное дело, ни с чем, оставив все нажитое и награбленное родственникам или чужакам, которые и спасибо вряд ли скажут. И что постоянного у человека? По сути ничего, кроме его духа, сформировавшегося в процессе жизни на Земле. Так почему же тогда возникает убийственный страх в человеке? Да потому что замкнулся он в кругу бытовых проблем, привязался к бытовому миру и боится хоть что-то потерять из принадлежащего фактически ему временно. Страсти бушуют внутри человека и вокруг него, если взял он за ориентир основной приземленные, бытовые цели, а они-то сами изменчивы, как быстротекущий день, так как меняется часто ситуация в семье, в городе, в стране. Хотелось чего-то хапнуть или по-благородному достичь, а не получается: более хитрый и наглый опередил. И человек считает себя обиженным. Он в гневе, ему плохо. А плохо потому, что страх, гнев, зависть, ненависть, гордыня и прочие страсти порождают темную энергию, которая забивает энергетические центры человека низкими вибрациями. Затормаживаются внутриклеточные процессы из-за недостатка тонкой энергии и от избытка тяжелой. Низменные желания, низкие цели жизненные, поставленные человеком перед собой, отрицательно влияют на его ауру, делая ее не способной защитить плотное тело от внешних воздействий. В конце концов человек начинает постигать, что в бытовом мире есть только одно, что принадлежит ему, именно человеку, а не животному, его духовность, его дух. И ему следует расширять свое сознание до понимания простых истин, что и он, и семья, и Земля с человечеством, и звездная бесконечность - едины и влияют друг на друга. Когда не умом осмыслит человек, а внутренним чутьем ощутит всю беспредельность и взаимосвязь миров и себя среди них, то невольно напрашивается мысль, что ни к чему пускать леденящий страх в сердце и в самых трагических ситуациях. Если душа, как тонкая материя, пытается общаться с мирами, то она свободна. И пригвождает ее к телу, и складывает ей крылья каждый сам, привязываясь к нескончаемым проблемам, бросая якорь на камни серого быта. Сохранив же душу свою, а также способности ясно мыслить и понимать суть вещей, человек не станет отчаиваться и впускать смятение внутрь себя. Освободиться от страха и навязчивой боязни потерять что-то возможно, лишь укрепив добрыми мыслями и делами на общее благо дух свой, соединяющий человека с вечностью.

ЧИСТОТА ВНУТРЕННЯЯ Измотанные страстями люди ищут виновных в окружении своем, в обществе или мире. Пытаются причину своих неприятностей видеть в агрессивных действиях или словах других, намереваясь перевоспитать оппонентов или заставить их мыслить по-иному. Не всякий догадывается, что сам своей энергетикой, своим образом мыслей притянул к себе ту или иную ситуацию, тех или иных людей. По уши окруженный собственной негативной энергетикой, образовавшейся по его же вине, обуреваемый темными образами и мыслями, окажется человек в той обстановке, какая будет соответствовать его энергетике, притянет к себе таких же, как он сам людей, для которых тьма в душе - естественное состояние. Недаром говорят: "Рыбак рыбака видит издалека". Кого же обвинять в своих неприятностях, коль сам себе недруг и запустил в душу свою ядовитых змей тьмы. Надо перестать ощущать себя пленником страстей. Но здесь не обойтись без неустанного труда души своей. Придется взлелеять дух свой, что есть суть человека, отринуть от себя все несущественное и порадоваться лучам ярким, божественным, льющимся с небес и согревающим вместе с телом и душу. И мир действительно покажется прекрасным, когда взгляд на природу и людей не замутнен, светел. Хочется выглядеть благородным и нравственным в глазах знакомых и приятелей, хотя реально не такой. Но человек наверняка знает, каков он на самом деле. Поэтому нужно сначала открыться и быть интересным самому себе, тогда и для окружающих можно стать горящей свечкой. Восхождение духа происходит внутри человека, когда он, очищая душу греховную, начал возведение нерукотворного храма для Духа Святого. А коль уж приступил к духовному деланию самого себя, то никаких осуждений ближних, никаких в голове темных мыслей, никакого отталкивания людей от себя. Чистоту душевную и высоту духа своего лучше поверять в сравнении с Богочеловеком, явившимся в древности и объединившим в себе земное и надземное. Каков был он, живя среди людей, и каковы мы нынче? Ясно, что сравнение условно и не в нашу пользу. Но насколько мы приблизились к нему в своей истинной человечности, или, вероятно, удалились так далеко, что разверзлась пропасть между нами и Богочеловеком. И чем настойчивее очищается человек благими делами, светлыми мыслями и молитвой сердечной, тем более он причастен ко всему мирозданию, четче проявляется родство духовности его с Духом Богочеловека. Только просветленному приоткроется тайна вещей в мире и глубина души его, которая беспредельна, как и космос. Стремясь приобщиться к Духу Божественному, вовсе не следует искать его в дальних местах, городах или странах. Дух везде и во всем. Основная причина нашей отстраненности от Духа в нас самих. Мы больше доверяем своей плоти, чем душе. А восходить в собственном духе можно, не двигаясь с места, где находитесь, если преодолеть в себе пристрастие к плоти. Раз жить без плоти в земных условиях нельзя, поэтому между духом человека и его плотью желательна гармоничная связь. Если плотские страсти определяют действия человека, восхождение в духе затруднительно. Дух должен водительствовать, направляя нас по жизни. Облагораживая душу, управляя своими чувствами, человек преодолевает путь от животного до Богочеловека. Даже у высокодуховных людей победа духа не постоянна, а иногда уступает торжеству плоти и быта. Отступая от гармонии и окунувшись по макушку в болото бытового застоя, не захлебнуться бы и найти в себе нравственные силы вынырнуть, чтобы глотнуть свежего воздуха духовной свободы. Подпав же основательно под бытовые и плотские страсти, человек будет впитывать психологию волков. Волчьи отношения, прикрытые общепринятыми этическими и эстетическими нормами, будут определять его деятельность. Клацая зубами, он везде и всегда будет рвать и метать, чтобы обрасти безграничными материальными благами, будет давить на психику собратьев, утверждая безжалостно свои волчьи принципы. Сколько бы раз не срывались с лестницы духа, начинайте восхождение вновь, не теряйте веры в достижение высот светлых, и пусть надежда, что вы не собьетесь с пути праведного, не покинет вас. Следует ли внутренне очищаться и стремиться стать человеком духовным? Как бы богато материально не жил любой из землян, полностью погрузившись в мир земной, не найдет утешения себе, в той или иной мере будет страдать, так как увяз в потребительских заботах и ухищрениях. Не обуздавший своих потребностей человек пребывает в рабстве бездуховности. Каждый новый день для него - новая гонка за деньгами, собственностью, властью и прочим набором земных преходящих ценностей, следствием чего являются расстройства нервов и болезни. Только опомнившиеся притормаживают свой бег по бытовой дистанции, стряхивая низкие энергии с энергетических центров своих, внутренне очищаясь, и обращают взор к свету вышнему. Человек способен обрести душевное успокоение, когда в сердце его земные заботы будут уравновешены высокой духовностью, когда оставит без вниманиям блеск и мишуру общепринятых ценностей.

ДУХОВНЫЙ ПОДВИГ Наступают минуты, когда человек начинает задумываться о высших материях, даже сидя на мешке с золотом. Богатого и бедного гложет со временем мысль: "Зачем жил? кому согрел душу и согрел ли?" А если никому не сделал бескорыстного добра, а только греб под себя, расталкивая и обругивая соперников, да вдобавок измарал свою и чужую душу, то не спится по ночам, изводят угрызения совести; человек ищет оправдания своим пакостным действиям и не находит их. Если дожил до подобного, то не решиться ли на духовный подвиг. Подвиг - не всякое деяние, а доброе светлое действие, совершаемое на общее благо не ради корысти, а из любви к людям, к народу, среди которого живешь, к природе. Это позволяет укрепиться в духе, освободить душу от всякой грязи. И не следует повторять привычных сомнительных дел лишь для своей пользы и намеренно во вред ближним. И если проявить волю к благому порыву и добавлять по крупице добра и любви в хранилище сердца своего, то настанет время, когда заполнится это хранилище и просветлеет душа, способная теперь уже на такие яркие чувства, каких был лишен бытовой человек. Люди же, довольные миром разврата и крови, не поймут вас и осудят ваши действия. Не ждите признаний и почестей от людей с тяжелой энергетикой. Тягостно будет вам общаться с ними, но делайте добро своим ближним, своему народу, даже будучи гонимы. Шагайте избранным путем не колеблясь. Это и есть подвиг. Стремитесь к нему, согревая теплом души своей нуждающихся в поднятии духа. Нужно отличать подвиг души от каждодневных трудностей, возможно, и самых тяжелых на бытовом уровне, в физическом плане. Там нет подвига. Да, вам тяжело, вам плохо, вам больно, но если эти страдания ради личного блага или для возвышения себя, ради престижа, то это обыденные трудности бытового человека. Иногда нелегко разобраться - к свету ли, во тьму ли направлен путь человека, к чему приведут преодолеваемые им препятствия, судьбой уготованные ему. Умом понять бывает сложно, ибо он расчетлив и в первую очередь видит свою выгоду, а сердце не скроет правду. Если заглянуть внутрь себя и быть честным перед собой, то точно можно оценить все свои действия и прожитые годы. И будет горестно, если окажется, что на алтарь духовности положить-то нечего, хотя внешне все выглядит солидно: по моде одет, при деньгах и менее удачливые бытовые люди еще и завидуют. Но закрадывается сомнение, что завидовать-то и нечему, ибо в душе гуляет холодный ветер. Человеку, не совсем пропащему духовно, захочется совершить нравственный подвиг для успокоения застыдившейся души. Вероятно, это и будет первый шаг его прозрения, позволяющий трезвыми глазами взглянуть на свое окружение, переосмыслить цели жизненные, поставленные ранее перед собой. Совершение подвига души - ступень к восхождению духа, начало внутреннего перехода от бытового человека к человеку духовному. Не пытайтесь подвигом облагодетельствовать сразу целый народ или весь мир. Это подвластно лишь сильному духом. Достаточно облагородить образ вашего мышления, как изменятся к лучшему и ваши поступки. Дай Бог, чтобы стало хорошо от ваших дел окружению вашему или одной заблудившейся душе. Изо дня в день продвигайтесь малыми шажками, восходя по лестнице духа, чистите себя внутренне, помня каким был Богочеловеком на Земле Господь Иисус Христос. И если что-то совершаете, то думайте: "Как бы поступил он в подобной ситуации?" Конечно, никому не удастся найти в себе столько духовных сил, чтобы поступить так, как поступил бы Богочеловек, но все-таки в желании стремитесь к этому, напрягая все силы и невзирая на насмешников, недругов и предателей. Трудно в наши времена быть праведником, потому что еще не закончилась эпоха зла и черных деяний, когда человек добрый, светлый задыхается в атмосфере темных энергий, порожденных беснующимися бытовыми людьми. В том-то и подвиг состоит, что находящемуся во мраке, удается зажечь искру света духовного. Если один прозревающий зажег искру второй, третий и т.д., то разгорающиеся искры превратятся в пламень, освещающий путь многострадальному народу.
РАДОСТЬ Восхождение в духе зависит от того, в каком моральном состоянии находится человек. Есть в жизни моменты, когда не получается намеченное, сплошное невезение, все валится из рук. Тут и голова поникла, и кажется, что жизнь не удалась. От невеселых мыслей и упаднического настроения омрачается душа, забиваются энергетические каналы тяжелой энергетикой, предвестницей болезней. Какой же выход из удушливого тупика? Очень простой. Нужно превозмочь себя и улыбнуться, чтобы улыбка озарила лицо, глаза радостно заблестели. Улыбнитесь и в сложнейших обстоятельствах: не все потеряно, не последний день живете. Не вам определять, сколько еще жить предстоит, но вам выбирать, как жить - в печали или в радости. Печаль - тупиковый путь, а радость спасительна в любом случае. Вроде и радоваться нечему. А почему нечему? Если не сейчас, так потом придет в ваш дом удача. По вере дается восходящему в духе. Надо верить, что праздник души придет обязательно к тому, кто его ожидает и настойчиво приближает. Падать духом грешно. Не для того вы, преодолевая мирские трудности, восходили по лестнице духа, чтобы скатиться вниз с достигнутой высоты из-за неверия в себя. Печаль же возникает от бессильной злости на себя и на других и от саможаления. Вам до боли жалко самого себя, в собственных глазах такого расхорошего и такого неудачливого. Воспринимайте все происходящее с вами спокойно, без нервов, ибо таков путь уготован вам свыше. Он начертан вам с какой-то целью, которую в суете вы не видите. И пройти этот путь вы обречены, но одолеть его быстрее или медленнее, с большими или малыми издержками, лично от вас зависит. Идите с радостью по жизни, и ваша радость будет питаться светлыми токами надземными, придавая вам легкость, уверенность, свободу. И никакие обстоятельства не смогут поколебать вас, если преодолеваете их с улыбкой на губах, так как силы высшие с вами. Радость вселяет уверенность. Да и в отношениях с людьми радость в душе помогает в общении с ними, в понимании их, так как легче воспринять иного человека не столько умом, сколько сердцем, в котором поселилась радость. Подлинная радость - совершенно не внешнее проявление, когда человек прыгает и веселится. Это одна из крайностей. Нормальная радость возникает после душевного труда и расцветает от приобщения не к материальному, а к духовному началу. Радость постарается провести вас мимо печали. Она спасительна и поможет вам выстоять в любых испытаниях. Когда вы поселите в душе радость, вы приобщитесь к божественному свету, вы впустите Господа в храм души своей, вы обретете гармонию жизни с самим собой, гармонию с природой и обществом, хотя оно и далеко от совершенства.

ЛЮБОВЬ Что проще любви? Люби себе и люби. А кого любить? Естественно, ближних, но и, по заповедям Спасителя, врагов своих. И через любовь к людям зарождается любовь к Господу, создателю всего сущего. Высокая любовь человека к человеку - редкость среди бытовых людей. Но если посетила она человека, то нет ничего сильнее и выше любви, так как любовь есть проявление божественного света в человеке. Любящий и равнодушный - разнятся по внутреннему состоянию и по внешнему виду. Любящий одухотворен, светится неподдельной радостью, изливая ласку и на людей, и на животных, и на растения. Мир для него восхитителен. Любящий человек любит всех и все, хотя любит кого-то конкретного. Многие находятся в пассивном ожидании любви, сожалея, что их не любят. Надобно сначала найти в себе душевные силы, необходимые для благодатного настроя сердца своего, и полюбить самому. Когда ваша любовь будет искренна и глубока, то токи светлые, исходящие от вас, вызовут ответную реакцию со стороны любимого, если энергетика его близка вашей. Только не остыньте в своей любви, не предавайте поверившего вам. Любовью одухотворяется душа ваша, очень быстро очищаются энергетические каналы и центры в плотном теле от тяжелых энергий для принятия вибраций светлых токов небесных, подпитывающих вас. Но в обыденной жизни человек практичен, суетлив, привязан к общепринятым традициям или личным привычкам. Поэтому он зачастую принимает за любовь определенные приятные чувства, влечение к другому и ждет положительного ответа. Он недоволен, коль скоро не отвечают ему взаимностью, считая себя оскорбленным. Здесь явно примитивное, упрощенное понятие любви. Если зарождается настоящая любовь в человеке, она ничего не требует ни от кого. Главное для человека любящего, что внутри его возгарает огонь очистительный, в котором опаляется все негативное, черное, что было в его душе. Человек, очищенный любвью, восходит в духе и способен зажечь другую родственную душу, т.е. того человека, энергетические колебания, вибрации которого, совпадают с энергетикой, с вибрациями любящего. Двое понимают друг друга без слов, любят с первого взгляда, если энергетика их одинакова, мысли и взгляды их на окружающую действительность очень близки, т.е. они духовно схожи. Но если энергетика разная, вибрации их далеки от совпадения, есть существенное различие в образе мышления, то ни о какой любви мечтать им не придется: равнодушие и неприязнь оттолкнут их друг от друга. И огорчаться в таком случае не следует. Любовь или она есть, или вовсе не возникает. А то, что в быту называется частенько любовью, занятием любовью, ничего общего не имеет с истинной любовью двух сердец. Слово - любовь - превратилось нынче в расхожую монету. Это лишь проходящее приятное влечение или упрощенные отношения людей с низкими энергиями, бытового мужчины и бытовой женщины. Им и невдомек, что возникает иногда любовь просветленная, преображая и очищая души счастливчиков, которым ниспослано Богом великое чувство. Грустно, разумеется, видеть, что скоротечна молодость. У молодых людей есть потребность любить, но большинство из них, духовно не успев возвыситься и насмотревшись грязных фильмов, находится в плену низких энергетических слоев. Отсюда и превратный взгляд на любовь. Нередко встречаются двое, создают семью, появляются дети: вроде бы все нормально, да светлое, облагораживающее счастье не посетило их дом, заполненный мыслями скверными, разговорами тяжкими, делами сплошь меркантильными. И пока не очистятся они, не воспрянут духом, любви хорошей не дождутся. Бывает, что у человека возвысившегося духовно, бегут дни и годы в ожидании встречи с любовью. А ее все нет. Не встретив своей родной души, истосковавшийся человек выплескивает накопившуюся энергетику на просто приглянувшегося, а тот оказывается совершенно с неподходящей энергетикой, но с удовольствием покупался в лучах вдруг вспыхнувшего чувства и ушел довольный, потому как воспользовался моментом. А тому, кто был с возвышенной душой, стало, конечно же, горько. Душа и тело измараны чужой энергетикой. И плохо этому человеку. Обманувшаяся любовь его не вместилась в малое, неразвитое сердце лжесуженого, не всколыхнула его неочищенную душу, так как он был на более низкой ступени духа. Произошла печальная ошибка, после которой следует остановка в восхождении духа, охлаждение чувств на длительное время. Но любовь проявляется не только в личных отношениях к какому-то человеку. В будущем любовь будет мерой взаимоотношений в обществе. Человек несомненно восходит в духе, если с любовью его действия по отношению к себе подобным, к природе, а также мысли и слова. Любите и радуйтесь. Сказать легко, да выполнить непросто, иначе не лилась бы кровь от преступлений, не торжествовала бы злоба в мире. Любовь - это великий труд души, и человек обязан потрудиться над собой, если хочет быть подобием Спасителя, а не родственником хищных животных. Любовь делает физического человека человеком духовным. Если лишить человека любви, то чем же он будет отличаться от четвероногих. Разве тем, что развил свой холодный разум. Но разум без любви быстро приведет к опустошению души и к гибели человечества, ибо само существование его потеряет смысл. Человек потому и человек, что в нем живет бессмертный дух, оплодотворенный любовью. Но бытовой человек рад бы запылать великой любовью, но нравственно не готов. И если не найдет в себе душевных сил выбраться из тяжелых энергетических пут, то так и останется недоразвитым, не испытав восхитительных, ни с чем не сравнимых чувств истинной любви. И чем больше человек в душе своей отстраняется от бытовых привязанностей, тем более становится он спокойным и любящим всех и вся. Люди инстинктивно тянуться к нему. Одни, с благими намерениями, с помощью его светлых энергий хотят продвинуться в собственном становлении духовном. Другие же, с низкими энергиями, атакуют его, пытаясь неосознанно внести черную энергетику в его энергетические центры, сокрушить сердце, чтобы опустить его с духовных высот вниз, на свой грязный уровень. Но сила духа, сила любви таких людей должна побеждать, иначе мир обеднеет, когда потускнеет свет их благостных сердец. Эти люди любят тихой, но глубокой любовью всех без разбору, им жалко бредущих по белому свету во тьме душевной. И вечен путь любви в мире людей. Светел лик любящего высокой любовью. И вокруг него спасутся многие.

СЧАСТЬЕ Спросите первых встречных: "Что такое счастье?" И они ответят в меру их привязанности к вещам, к людям, к чему угодно земному. И все ответы будут разные. То, что один почитает за счастье, для другого обуза, он не хотел бы иметь такого счастья и бежит от него. И чем ниже вибрации энергий, создаваемых человеком, тем более низменное считает он за счастье. И будет очень доволен, если его удостоится. А счастлив ли был Иисус Христос? Живя на земле вместе с соплеменниками, видя их заботы, зарабатывая пропитание плотницким ремеслом, почему же он не удовлетворился тем счастьем, которое мог бы иметь, заведя семью и детей, нажив хозяйство? Он знал, что истинное счастье не в привязанности к земным благам, преходящим и переменчивым. Это, конечно, крайний случай. Так, сегодня у вас богатство, а завтра лишились его по причине, не зависящей от вас. Вы гордитесь работой, а вас не возлюбил начальник и придирками доводит до слез. Верные друзья предают вас, и вы в горьком одиночестве. И подобных примеров не счесть, и счастье житейское коротко и неуловимо. Где же то, что постоянно, что всегда рядом с вами? Оно не вне, а внутри человека. Если вы крепки духом, возвышающим вас над повседневностью, не скупитесь на бескорыстные поступки во благо людям, душой болеете за униженных и обиженных, то вы обретаете успокоенность и счастливую мудрость в глазах. И настолько счастье ваше будет полным, насколько своими поступками и мыслями приоткроете дверь души своей и впустите Дух Святой. И вы будете глубоко счастливыми. И это счастье будет зависеть лично от вас, а не от ближних или начальников, не от смены властей в стране или войн в мире. Дорога к счастью ведет через любовь к себе, к близким, к Богу. Люди, которых посетила высокая любовь, а не только влечение плотское, непомерно счастливы и отличаются от всех прочих светлой радостью, озарившей их. Родившемуся на свет Божий не зря дается земное пребывание, отмеренное судьбой, но чтобы осчастливить себя и других, взрастить дух и любовь в сердце своем. Осчастливить может и богатый, но лишь материально, да богатство его, пожалуй, на чужих слезах и кровавом поте замешано. Богатый потому и богатый, что воспользовался трудом других и обобрал их, оставив им на существование денежные крохи со своего внушительного банковского счета. Счастье-то тут бытовое, без душевной радости. А вот высокодуховный, с пылающим любовью сердцем, способен позволить другим испить из родника своего духа глоток живительной тонкой энергии и тем самым возродиться, почувствовать себя также счастливыми. Семейное счастье зависит от самих супругов. Редко в какой семье супруги оба высокодуховные. Часто один превосходит другого, один идет путем восхождения духа, а второй типичный бытовой человек. И бытовик беспрерывно наскакивает на высокодуховного, обвязывая его канатами бытовых забот, нагнетая в семье нервозную обстановку непонимания, упрекая его за нерадение к семье и детям, ибо для бытового человека главное в жизни добывание денег - чем больше, тем лучше, предела этому нет. Человеку духовному становится плохо от нескончаемого бега за призраком материального удовлетворения. Пора бы и остановиться на каком-то сносном уровне достатка, иначе он потеряет душу свою, его дух опустится с завоеванных ранее высот и сравняется с низким духом бытового супруга, а возможно и с его бездуховностью. Иногда перед свадьбой у одного из будущих супругов есть еще порывы посвятить себя служению высоким идеалам, то со временем под влиянием семьи нередко складывает он с неохотой, вынужденно крылья свои и уже не взлетит, если не разорвет опостылевших пут или не ограничит влияние на себя другого супруга. Он станет несчастливцем, помня о своих высоких мечтах, но может принести счастье другому супругу на бытовом уровне. И будут жить в достатке, вкусно есть и сладко спать, а в душе иногда будет просыпаться тоска по своему поднебесью, где когда-то парил, влекомый восходящим духом. У каждого свой выбор: или самому опуститься до бытового уровня, или приподнять духовность супруга, что требует титанических усилий и терпения. И если последнее удастся, то раделят одно на двоих счастье, которое будет светлым, спасительным и долговечным. А счастье прежнее, бытовое покажется им смешным и мелким. Новое светлое счастье принесет им и новую любовь, согревающую не только тела их, но и души. Так будьте счастливы, все определяется вашей духовностью.
ПЛОТНОЕ ТЕЛО Так как человеческое плотное тело пронизано определенной энергетикой, то все органы и клетки тела работают нормально, когда получают достаточное количество нужной им энергии. Во-первых, организм развивается и функционирует в оптимальном режиме, если обеспечивается необходимой энергией из пищи, лучше всего энергией сырых органических продуктов. Во-вторых, энергию человек получает от солнца и звездных миров, из бесконечного космоса. Но способны ли энергетические центры тела воспользоваться этой энергией и пропустить ее по энергетическим каналам, напитав все клетки и органы? Нарушение или нормализация баланса энергии в теле прежде всего зависит от духовного, нравственного состояния и образа мышления самого человека. Если человек больше времени находится в приподнятом настроении или в радости, то энергетические каналы открыты, свободно пропускают тонкие энергии космоса, а энергетические узлы принимают эти энергии, распределяя их по органам и нервным клеткам. И человек чувствует себя великолепно, не нуждается в услугах врачей. Если человек в гневе или в страхе, или подвержен другим страстям, то возникающая черная энергия забивает энергетические узлы и препятствует поступлению туда спасительной тонкой энергии, идущей из центра мироздания. Органы человеческого тела, находясь какое-то время на голодном энергетическом пайке, заболевают. В мире существует множество больниц, клиник, медицинских институтов и центров, оснащенных современной техникой, а также целая армия врачей и прочих медицинских работников, но никак не могут покончить с болезнями. Люди все больше и больше подвержены заболеваниям, к тому же появляются новые болезни, ранее не известные науке. Почему? По простой причине: человек как был ветхим и бытовым, таким и остался, страсти и необузданные потребности калечат его. Врачи пытаются вылечить плотное тело без внимания к душе, а болезни, как правило, возникают в результате бездуховности и неправильного питания пациента. Только дух высокий, как щит, может противостоять пагубным мыслям и действиям самого человека или влиянию на него тяжких социальных обстоятельств, создаваемых такими же бездуховными властями. А иначе... иначе неизлечимые болезни и преждевременные смерти, так как задает жизненный тон бытовой человек, частенько попадая в ситуации напряженные и по времени довольно длительные. Неурядицы в семье, трудности на работе, варварские перемены в стране, беззащитность в обществе - источники подавленности и тревожного состояния. У человека даже с нормальной психикой, а тем более у мягкого, ранимого накапливается изо дня в день тяжелая энергетика, дух его, вместо восхождения, опадает, и он сам медленно чахнет физически. Можно понаблюдать: в семьях, где взаимная любовь и не ночевала, постоянное недовольство друг другом, упреки, обиды. И как следствие этого, один из супругов, а бывает и оба, и дети задают работу докторам. Те же ставят диагноз: хроническая болезнь какого-то органа. Врачи добросовестно изучают протекание болезни, назначают курс лечения, используя лекарства или оперативное вмешательство, но проку мало. Врачебными приемами и медикаментами таким людям вернуть здоровье нельзя, ибо в их семьях отсутствуют положительные эмоции. Если человек по какой-то причине сильно понервничал или в злобе ответил кому-то на его замечание, то перекрыл частично свои духовные каналы, по которым из сфер небесных поступала тонкая энергия, необходимая для жизнедеятельности. Например, из-за отсутствия достаточного количества энергии в желудке не переваривается полностью пища и, попав потом в толстый кишечник, загнивает, отравляя кровь, циркулирующую по всему телу. И это уже начало расстройства организма. Если человек долгое время подвержен затаившемуся в груди страху или необузданным страстям, сам того не подозревая, обрекает свой организм на хронические болезни, доводя себя до больничной койки. Если у человека при правильном питании не было сильных потрясений и продолжительных переживаний, то никакого рака или диабета быть не может. Врачи, вместо того чтобы устранить причину болезни - душевные потрясения или неправильное питание и произвести энергетическую очистку пациента, лечат следствие, пытаются повлиять на изменения в клетках и тканях. Да еще и сообщают больному, что у него рак или диабет, ввергая его в шоковое состояние. Страх за жизнь еще больше закупоривает энергетические центры и духовные каналы. Организм почти не подпитывается тонкой энергетикой, и болезнь усугубляется. Человек своими тревожными мыслями, усиливающимся страхом загоняет себя в могилу. А потом говорят, что это неизлечимая болезнь. Неизлечимых болезней не бывает. Рак и диабет, раз уж мы заговорили о них, можно вылечить лишь тогда, когда больной, осознав причину заболевания, начнет позитивно мыслить, найдет в себе силы стать нравственнее, возрасти в духе. Успокоившись и избавившись от тревоги и страха, откроет тем самым в себе духовные каналы и пустит в свой ослабевший организм энергию живительных токов, струящихся из небесной выси на Землю. Кроме того, больному следует изменить и питание, т.е. дать клеткам тела не то, что привычно и кажется ему вкусным и питательным - вареную и обработанную пищу, а то, что действительно необходимо клеткам для восстановления нарушенных биохимических процессов - органическую, необработанную, простую пищу. Только тогда больной поправится. Человек, стараясь выздороветь, должен надеяться в первую очередь не на медиков, а на самого себя, он должен научиться врачевать себя светлыми мыслями, позитивным отношением к жизни и сам подбирать полезные для него продукты питания. Болезнь любая - это реакция организма на то, что человек живет не в гармонии с самим собой, с обществом, с природой. Пока человек раб обстоятельств и пленник грязных своих мыслей, он болеет. Отсюда вывод: человек действительно кузнец своего здоровья. Любой рад быть здоровым и счастливым, да грехи не позволяют. Они толкают его на те или иные пагубные шаги в жизни, на не желаемую, но вынужденную работу, на обзаведение семьей, которую не хотелось бы иметь, на круг знакомых и приятелей, тянущих его в болото бездуховности. Человек при этом нервничает, болеет и недоумевает: почему ему не выпадет лучшая доля? А он сам во всем виноват. И зря обвиняет других. Его энергетика, соответствующая его внутреннему нравственному состоянию, притягивает к нему именно таких людей, как он сам, с подобной энергетикой. Если кто-то понял, что пришла пора жить по-иному, то следует покаяться искренне и честно, попросить прощения у близких и дальних, перед кем виноват был и кому не додал теплоты и любви. Распростившись с прошлым и став свободным, ни перед кем не зависимым, но, возможно, и материально бедным, спасете свою душу, возвысите дух и обретете умиротворение. Тем самым будете способствовать оздоровлению тела. Но цените и свободу другого. Не пытайтесь обрушивать на него негодующие слова, если совершил он что-то, не угодное вам, если мысли его не созвучны вашим. Не гневайтесь, если на это и есть основание, потому что не захочет он услышать ваши доводы из-за гордыни, но когда-нибудь оценит вашу правоту. Негативная энергия слов, сказанных в гневе без доли любви, уходя от вас, вернется бумерангом, да еще в несколько крат усиленная темными энергиями, притянутыми по пути, и горе вам будет. Вдруг ни с того ни с сего вам плохо, приболели, а виноваты сами: ваш всплеск энергии ударил, возвратясь по вас. Чтобы уберечь тело плотное от болезней, нужно самому отказаться от скверных мыслей и впустить любовь и милосердие в сердце свое. Когда человек сильно болен, то можно с большой уверенностью предположить, что все его мысли воспаленные крутятся вокруг земных целей, поставленных им самому себе и по каким-то причинам не достижимых. Его распирает зависть и злоба на более удачливых в добывании земных благ, высоких должностей, почестей. Заболевший не достиг ясного понимания того, что все это, по большому счету, ничто, без этого многие спокойно обходятся. Человек болеет, так как раздавлен навалившимися страстными желаниями что-то поиметь или прихватить, обладать привлекательностями земного мира. Из-за этого человек бытовой весь в пылу борьбы. И чем низменнее его мысли, тем более тяжкие болезни его подтачивают. Лишь смирив гордыню и отринув злость и обиду, человек получает шанс на выздоровление, иначе болезнь и смерть. Хотя смерть не конец духа человеческого, но в бытовом человеке превалирует не дух, а плоть. Поэтому ему страшно умирать. Он цепляется за белый свет, так как здесь оставляет все свои рукотворные ценности. К земле уже идут живительные токи новой светлой эпохи. Кто преодолеет в себе пороки, искупит содеянные грехи и примет в сердце эти укрепляющие высокие вибрации, продлит жизнь свою и будет жить иной, более духовной жизнью. Дух определяет внутреннее состояние человека, а не обстоятельства и критические ситуации. Высокий дух - здоровое тело. Чтобы возвыситься в духе придется переосмыслить всю жизнь заново, снять с души давящую вину за содеянное и постараться морально облагородить самого себя, но ни в коем случае не пытаться изменить других людей. Ничего не получится. Никого и никогда нельзя перевоспитать и заставить мыслить так, как мыслите вы сами. Лучше заглянуть себе в душу, как в нравственный колодец, и, увидев там свое истинное отражение, перестать быть таким, каким хотят вас видеть окружающие люди, а стать самим собой. Тогда прекратятся конфликты в душе вашей. Вы будете жить в ладу со своей душой и увидите, что она изумительна, с радостью зашагаете по свету. Мир таков, каким мы его себе представляем. Если болит душа, то мир сер и тревожен, а если в душе свет спасительный зажегся, то и мир интересен, и жизнь удивительно прекрасна. Отсюда главное: быть самим собой, но каким - бытовым или духовным? Бытовой человек, закопавшийся в нескончаемых заботах и обременительных связях, видит себя как носителя бытового сознания. Его спокойствие относительно, его счастье переменчиво, как не постоянен быт, зависящий от внешних обстоятельств. Поэтому у бытового человека - нервотрепка, тревожное состояние, недовольство окружающими. Когда говорят, что надо быть самим собой, то речь, конечно же, о духовном человеке, который возвысился над суетой, над злобой дня, обрел мудрость. Духовный человек и ставит перед собой высокодуховные задачи, а иногда и подвижнические, если они ему по силам. Он может и не достичь поставленных целей, но стремиться к ним обязан, ибо двигаясь к этим благородным целям, очищает свои энергетические центры. И чем больше он духовно растет, тем больше его центры вмещают тонкой энергии, тем здоровее он сам. Не для человека, идущего по пути восхождения духа, растрачивание своих духовных сил на мелочи, на выяснение бытовых дрязг, на ссоры и просто на болтовню на завалинке. Если вас несправедливо обвиняют, промолчите и не пытайтесь с жаром высказываться в свое оправдание. И этим сохраните свою душу и тело в чистоте. Оставьте обидчика наедине со своей совестью, этим и убережете себя от его ненужной вам злопыхательской энергетики. Не спорьте и не злитесь - в этом ваша сила духа. Будьте сильны духом, сохраните спокойствие и здоровье. Но для человека духовного скатывание с высот, достигнутых духом его, равносильно осквернению души, засорению энергетических центров. Прекратив нравственное совершенствование, человек духовный теряет смысл существования и может быть взят с Земли высшими силами в любую минуту, ибо эволюционное движение его в данном воплощении завершилось. Если вы продолжаете свой путь эволюции и дух ваш рвется в высь к небесным сферам, то вы идете не одни, а вместе с Господом. Вы не один в любой ситуации, даже если рядом ни души. Помощь Господа и его покровительство дается по вере вашей и зову вашему. Преодолевая трудности, раскрываете в себе новые возможности, принимаете в себя дополнительные токи божественной любви. И при всех трудностях, навалившихся на вас, подумайте, что могло быть еще хуже, еще труднее, а ситуация еще трагичнее, да и многим, вероятно, тяжелее, чем вам. Найдите в себе силы сначала помочь ближнему своему, а потом позаботиться о себе. Кажется, что все теряете, а в итоге получаете силу духа своего, и вознесет он вас к вершинам богочеловеческим. Ваше сострадание к чужим людям облегчит ваше собственное страдание в высоком смысле. В этом гармония духа и плотного тела.

ИСТИНА Восхождение в духе - это и постижение истины высокой, а истина - процесс раскрытия сущности бытия земного и небесного. Еще Иисус Христос высказывал своим апостолам лишь те истины, какие доступны были их разумению. Так и человек познает истины мира сего постепенно, по мере духовного развития. Если у человека открыты преимущественно нижние энергетические центры, то бесполезно приобщать его к высоким духовным истинам, бессмысленно объяснять ему сущность небесных начал. Он не готов к их восприятию. А задача заключается не только в том, чтобы понять истины, но и чтобы они для него приняли характер очевидности. Определяющим в становлении человека является желание постичь непреложные истины духовные. Они известны миру давно, тысячелетия назад. Через них открывается суть вещей и связей с неожиданной стороны. Но всякий народившийся человек, взрослея, постигает их с большим трудом, а чаще останавливается на полпути в их познании, удовлетворившись простыми бытовыми, а не духовными понятиями, считая их вершиной знаний. На этом его духовное становление заканчивается, фактически не начавшись, и он остается бытовым человеком, ему сложно вырваться из неумолимого круга повседневных представлений и забот. Продвинувшийся в познании истины - свободен, не познавший и малости ее - вечный раб быта, пленник черных энергий, не имеющий покоя, он болен душой и телом. Познание высшей истины бесконечно, как бесконечно восхождение духа к вершинам небесным, потому что мир не статичен, не есть что-то раз и навсегда данное, а находится в эволюционном движении по восходящей спирали. Одна и та же истина на разных витках эволюции имеет измененное содержание, вернее, чем выше виток, тем глубже придется проникнуть в суть мироздания, чтобы докопоаться до истины. Те знания, какие накоплены в уходящей эпохе, в новой эпохе станут со временем неполными знаниями, так как новая эпоха, направляющая уже сейчас энергетические потоки с более высокими вибрациями из центра творения, количественно и качественно изменит свойства веществ, организмов и явлений. Взаимосвязи между ними также будут подвержены значительным изменениям. Потребуется более глубинное осмысление происходящих процессов эволюции в природе и обществе. Новые открытия и обобщения породят и новые взгляды на изменяющийся мир. Истина нужна не сама по себе, а для духовного возвышения самого ищущего ее и чтобы поведать ее людям, открыв им их духовное зрение и дав возможность припасть к вечному божественному источнику. Все познается через жизненный опыт, через трудности исканий и горечь неудач, при этом расширяется сознание и углубляется ум. Умных много, да мудрых мало. Мудрость дается человеку, когда большое знание соединено с большой любовью к людям, а через них и к Господу. И лишь мудрые, великие мыслители и художники, наиболее полно постигшие истину, гармонию земного и небесного, раскрывают ее людям через правоту и простоту своих мыслей, через красоту художественных творений, материализуя свой высокий дух. Когда мы видим великие творения, например, древних египтян или греков, их дворцы, статуи и пирамиды, осознаем, что эти творения совершенны, потому что в душах их создателей отражалась гармония мира. Они смогли исповедуемые ими истины воплотить просто, красиво и с любовью, ибо были высокодуховны и думали о вечном, хотя жили в обыденном обществе. К чему и мы должны стремиться. Человек сам является мерой невежества или духовности. От него все зависит. Ему легче жить, не заставляя душу трудиться, с заспавшейся совестью, не задумываясь о высоких материях. Но чтобы быть настоящим подобием Бога, человек должен мыслить о вечном, о небесном, о высших силах, приближаясь каждодневно к пониманию божественной истины. Искушений всяческих тьма вокруг, а дорога к Храму одна. Твой выбор, человек, зависит от тебя самого. И лучше для души выбрать путь обновления, путь глубокого проникновения в истину земного и небесного бытия, путь восхождения в духе. Иди с любовью к Единому Богу, сущему на Земле и в Небе.
СПАСЕНИЕ Вертится в беспрерывном хаосе событий и лиц всякий из нас, попадая в разные места и страны. Нам и опомниться некогда: переживаем и болеем. Своей низкой темной энергетикой привязан крепко бытовой человек к повседневности, которая, спеленав его, направляет по путям земным. Немногим удается приостановиться, невзирая на мелькание дней и лет, на смену обстоятельств, окинуть пытливым взором себя и близких, честно признаться себе, что часто плыл по течению событий и навалившихся дел, нервничал да страдал. Ведь чаще оказывался недоволен собой и окружающими: вроде бы и жил не совсем так, как хотелось. Да и жизнь, кажется, пронеслась курьерским поездом, и красный свет уж вдали угрожающе загорелся.Так размышляют с горечью многие. Но все ли потеряно? И перед смертью не поздно прозреть и согреть душу светлыми мыслями, сделать шаг от человека бытового к человеку духовному. Но сам человек слаб и вряд ли осилит такой шаг, если не призовет на помощь Господа для собственного вразумления и укрепления духа. Раньше пытались добиться счастья - не получилось, хотели порадоваться, да не находили для этого повода, мечтали о любви, но ждали ее прихода со стороны. А теперь, призвав в помощь Спасителя, хотите быть счастливым, так считайте себя самым счастливым человеком на планете. А почему бы и нет? Ведь все относительно, все зависит от вашего внутреннего состояния. Если при всех трудностях гляните на мир глазами, очищенными от мрачной бытовой пелены, с искренней теплотой, то и счастье посетит вас, потому как источник счастья, радости и любви находится в вас самих, в вашем сердце. Но для укрепления духа и тела необходима молитва, обращенная к Отцу Небесному, сердечная молитва, притягивающая огненную материю. Она-то и расчистит пространство вокруг вас, откроет ваши каналы и энергетические центры, забитые тяжелыми энергиями. Силы негативные отступят перед вашим словом, полным веры. И это даст возможность токам, идущим из центра мироздания, свободно проникнуть в тело плотное и подпитать органы. Но молитва должна произноситься не только губами, но и сердцем. Отдайте себя на волю Божью, под его водительство. И всякое зло, пленившее вас, отойдет прочь, а вы ощутите облегчение и очень быстро. Никто и ничто не одолеет вашу душу, потому что в мире вы не один, а под защитой высших сил. Повторяйте Иисусову молитву и спасетесь. Повторяйте, когда обрушились на вас неприятности и когда вы в радости и довольстве. Усомнившиеся в силе молитвы также посещают храм, а помолившись скороговоркой, ждут незамедлительного устроения своих земных дел, да так, как они пожелали. Но не получив вожделенного, теряют и остатки едва зародившейся веры. А все потому, что просили то, без чего могли легко обойтись, да еще грех сомнения не покидал их уже во время молитвы. С одной стороны, служили Богу, с другой, не отпускали от себя и сатану. Зачем же обвинять высшие силы, если не поступились чем-то земным, чтобы получить блага духовные. Для того, чтобы избавиться от грехов и очиститься энергетически, нужно покаяться сначала и попросить у Бога прощения за тех, кого вы сами обидели, кому причинили зло, вольное или невольное, кто пострадал морально или материально от вас. Если возможно, то следует попросить прощения и у них самих. Сердечно простите и сами тех, кто вам причинил боль физическую или душевную, кто обидел вас. Только тогда вы сможете развязать все нравственные узлы, связывающие вас с ними и не дающие вам свободы в действиях, ибо вы задолжали кому-то духовно. Вот искренне и принесите покаяние, а уж потом помолитесь и выскажите свою просьбу ко Господу, но лишь о том, без чего не можете обойтись совершенно. За лишние просьбы, направленные на удовлетворение возрастающих потребностей, спросится с вас. Итак, не берите больше грех на душу, и пусть молитва Иисусова пребывает с вами. И чем чаще будете ее повторять, тем увереннее будете во все дни. Если продвинитесь по пути восхождения духа, то почувствуете единство со всем, что есть в мире безбрежном, ощутите себя гражданином не только страны или планеты, но и вселенной. И уж с высоты этого восприятия мира иначе станете взирать на земные трудности и на людей в обществе, где не утихает борьба из-за корыстных интересов. Не так уж и важны покажутся вам текущие проблемы, во всяком случае не все, а вы так рьяно боролись, решая их, портили нервы себе и другим. Вы обретете мудрость восприятия себя в мире и мира, всего космоса, гармонизируете душу свою. Вам станет легче жить. Вы сможете подсказать людям, общающимся с вами, какой путь выбрать им в своем совершенствовании, но никогда не пытайтесь вести их по этому пути. Если они не готовы к выполнению ваших предложений, то попытка ваша будет зряшной. Но если вы все-таки поведете кого-то в духовном восхождении за собой, то взвалите за это ответственность на себя. И когда не хватит воли у него, а у вас не достанет сил идти самому и тащить за собой того, кого вы взяли из добрых побуждений, то сорветесь с лестницы восхождения. Обоим будет плохо. Вы можете лишь подсказать ему, но душу свою настраивать должен каждый сам, ибо только сам человек в состоянии заглянуть внутрь себя и очиститься от грехов своих и никто ему не сумеет помочь. Бытовые же люди, возжелавшие стать на путь праведный, вместо того, чтобы обратиться к Богу и потрудиться душой своей, ездят порой по знахарям, ищут каких-то магов, которые по мановению руки наладят им жизнь. Такого не бывает. Это самообман. Сначала надо укрепить себя в вере ко Господу, всецело положиться на его милосердие. Наставник мирской или монашествующий не сможет ничего сделать без собственного вашего духовного перерождения. Наставляя вас на путь истинный, он способен в лучшем случае заронить в вас зерна духа просветленного, но взращивать эти зерна под воздействием токов небесных должны вы сами. К сожалению, люди, погрешившие всласть и не верующие ни во что, не помышляют о том, что им простится содеянное. Они обходят стороной храмы, не молятся, сомневаются в божественных истинах. Они уверены, что грехи их клеймо на душах до самой смерти. Не верят в милосердие Спасителя. Но Иисус Христос явился на Землю не для того, чтобы порадовать безгрешных, а чтобы спасти грешников, морально падших. И всякая душа, очистившаяся призыванием Отца Небесного, для него дороже всего, ибо еще один грешник стал праведником. Стыдиться и бояться Бога не следует, ведь он и без ваших слов знает все о вас, ведает, в чем вы особо нуждаетесь. Но сам не приходит на помощь без призыва о помощи к нему, ибо дал каждому свободную волю выбора - идти по жизни вместе со злом или добром. И если вы решили связать свой путь со светом, добром и истиной, обратитесь к Господу, правдиво покаявшись, открыв свое сердце и возопив о помощи духовной, а не о помощи, например, в покупке автомобиля или дачи. Нужно попросить очистить душу вашу, а уж Господь знает без вас: действительно так уж потребен вам автомобиль или вы, купив его, разобьетесь, попав в аварию. Доверьтесь Господу душой и сердцем, положитесь на него без сомнения и не найдете лучше защиты, чем щит Бога, в которого веруете. Сегодня в нашей искалеченной стране нет защиты никому, кто сам надеется защититься от врагов, от черных сил, привлекая самые хитроумные запоры, оружие и охрану. Это все бесполезно. Отдайтесь же во власть Господа, не усомнитесь в его любви к вам, которая одна и может защитить вас. И будьте уверены, что ничего худого не случится, если Господь не попустит для вашей же пользы, для вашего вразумления, для вашего восхождения в духе. Если вам кто-то угрожает, то это люди с черной энергетикой. Они скорее ветхие люди, чем бытовые, не говоря уж, что вовсе не духовные. У них не психология в хорошем смысле, а прямо-таки повадки скотов, готовых разорвать и загрызть другого, да сдерживаются лишь законами и традициями или страхом расплаты за преступления. И что вы можете противопоставить им, разве еще большее скотство, могущее противостоять их скотству, т.е. вам должно тогда опуститься до их уровня. А надо ли вам опустошать этим свою душу? Высокий дух с верой в Спасителя, если он в вас укрепился, и должен быть противопоставлен всякому злу, тем и убережете себя. Чтобы быть крепким и здоровым, необходимо укреплять дух свой, ибо опавший дух разваливает тело. Но и дух содержится в теле, как в храме, а без тела дух отрывается от Земли и уходит в бесконечность. Поэтому и дух, и тело должны быть в полной гармонии, тогда человек будет здоров, находясь в спокойном состоянии и испытывая глубокую радость существования. И мир человеком будет восприниматься, как прекрасное создание Божие, где он имеет счастливую возможность пожить с верой в Отца Небесного.

ЧАСТЬ ВТОРАЯВОСХОЖДЕНИЕ ДУХА В НАРОДЕ
ИСТЕРЗАННАЯ ДЕРЖАВА Бурные и ошеломляющие события взорвали великий Советский Союз и раскололи его на части. Необъятный колосс, бывший символом победы трудового народа, державший весь буржуйский мир в напряжении и страхе, рухнул в пучину экономического, финансового и политического хаоса. Теперь уже ясно и простофилям, что высшее руководство России сознательно сделало все, чтобы преднамеренно и поспешно развалить могучее государство, оттолкнуть от России все союзные республики и разорвать вековые связи с братскими народами. То, что было не по силам ни одному завоевателю, переступавшему границы наши, удалось совершить кучке нахрапистых политиканов, словоблудием опутавших доверчивый народ. Потребность в перестройке действительно имелась, но не в ломке экономической формации и смене государственного строя. Беда наша в том, что, пребывая в стране советов, мы не жили ни одного дня при настоящей власти этих советов, а находились под гнетущим управлением лидеров компартии, не избираемых народом и не подотчетных ему. Абсолютная власть развратила коммунистических функционеров и их прихвостней, породила лицемерие и приспособленчество в самой правящей партии, а у населения - неверие в коммунистические лозунги и равнодушие в работе. Таким образом, в СССР строился и совершенствовался полуказарменный социализм, хотя и в нем немало положительного по сравнению с капитализмом. Люди надеялись, что наступит долгожданное время, когда ограничится всеобъемлющий диктат компартии, наберут силу правительство и советы, непосредственно решающие хозяйственные и производственные вопросы, а общество очистится от пристального политического надзора и стукачей и что, наконец-то, зарплата обеспечит достойную жизнь каждого труженика. Но сдвигов к лучшему не произошло, да и не могло произойти: не позволила эпоха. Дело в том, что двадцатым веком заканчивается самая мрачная эпоха, но не историческя эпоха жизни того или иного народа, а эпоха в развитии всего мироздания, когда на нашу планету поступали и еще пока поступают, но уже ослабевающие токи низких вибраций - тяжелая энергетика, подпитывающая в основном нижние грубые центры человека. Во все века этой эпохи наглому, злобному, алчному человеку жилось легче, чем высокодуховному. Бытовой человек купался и ожесточался в токах, соответствующих его образу мышления. Поэтому любые попытки в эту давящую эпоху начать с помощью революций и восстаний и построить общество социальной справедливости оканчивались неудачами, ибо сама эпоха мрака сдерживала благие порывы и устремления людей: власть обычно захватывали крутые лидеры, низкий дух которых не способствовал достижению высоких целей. Благие деяния творились через кровь и муки тысяч невинных обывателей. И Октябрьская революция, совершенная нуждающимися массами с надеждой на избавление от бремени господ, привела к власти начитанных и хитрых вождей, но крайне бездуховных, готовых без Бога перевернуть весь мир и соорудить в приказном порядке рай, отвечающий их разумению. Сменявшиеся советские вожди почти ничем не отличались один от другого, имея уровень обычных бытовых людей, но с претензиями на верховодство. Их ограниченные способности и скудная духовность не позволяли им вывести народ на светлый жизненный путь. Поэтому в 80-е годы докатились до спада и застоя во всем, страна созрела для перемен. Это поняли скорее на Западе, который никогда не любил Россию. На головы советских людей обрушилась искусная контрпропаганда. Не без помощи иностранных спецслужб и непрошенных эмиссаров сформировалась пятая колонна внутри страны. Граждане-то думали, что, привыкнув быть товарищами и друзьями, и дальше останутся ими, а с помощью новых политиков удастся подправить огрехи старых вождей: страна ожила бы, перестала бы тратить огромные суммы на вооружение, на подкормку и содержание зарубежных компартий, пустила бы эти денежки на развитие народного хозяйства. И поверили сладкоголосым отщепенцам из пятой колонны, а также бывшим рьяным партийцам-перевертышам, превратившимся вдруг в амбициозных демократов, да поддержали гаранта конституции, любившего пускать пыль в глаза и ездить иногда на работу не в служебной машине, а в троллейбусе, эдак, по-простецки, но почему-то в этом троллейбусе заранее оказывались корреспонденты и операторы с видеокамерами. Сперва большинство населения увидело в нем борца за справедливость. Но на деле он оказался не защитником обнищавшего народа, а слугой богатых и очень богатых, вольно или невольно потворствовал безнравственным дельцам от политики и экономики, для которых интересы Запада и свои личные были гораздо выше интересов России. В очередной раз поверили царю-батюшке, сменившему лик отца родного на физиономию отчима с тяжелой энергетикой. И рабочий, и правитель, охочий до спиртного, не обладает достаточной духовностью, ибо пленен низкими вибрациями и подобен ветхому человеку в просвещенном веке. А когда к душевной мрачности прибавилась жажда неограниченной власти, то образовавшаяся гремучая смесь взорвалась, создав разрушительную волну в обществе. Используя слабость российского честолюбивого лидера, тут же подыграли ему западные и американские политики для осуществления своих стратегических планов - расчленения и ослабления союзного государства, что и удалось с помощью пятой колонны. Народ же в этой нечестной игре оказался средством достижения власти. Оторопевший трудовой люд лишь констатировал свое обнищание и усилившееся вымирание. По-христиански жалко первого российского президента, заложника эпохи. Он какой есть, такой и есть. Не он, так ему подобный должен был добраться до президентского кресла в конце мрачнейшей из эпох, так как не наступил еще срок просветленного человека во власти. Но явился этот и сотворил свое разрушительное дело. В период безвременья, когда старая эпоха еще не завершилась, а новая эпоха не заменила ее полностью, наблюдается хаос в токах надземных, нет стабильности, ибо тяжелая энергетика еще не побеждена токами высоких вибраций. Поэтому и к власти в этот период приходят наиболее типичные представители уходящей черной эпохи. Они могут красиво смотреться на экранах телевизоров, говорить призывные слова, но души их затемнены и ничего хорошего для страны ждать от них не приходится. В этот период светлые люди к власти вообще не допускаются: их затирают бытовые, с темными мыслями и страстями. После кровавого переворота в 1993 году, как беззащитная испуганная женщина, лежала огромнейшая общенародная собственность перед сворой нечестивцев, занесенных судьбой на управленческий олимп. Обалдев от неожиданной политической везухи, месяц-два не могли они опомниться, а протрезвев в прямом и переносном смысле слова, принялись бесконтрольно, хищнически кромсать народное хозяйство, прибирая к рукам лакомые куски собственности, созданной всеми советскими людьми, распределяя ее верным соратникам и прочим ловкачам, забыв совсем, что есть еще обедневший народ. Тут и появились ни с того ни с сего новоявленные господа, ничего не создавшие, но сразу ставшие богатыми. На них то и опирается власть, а не на народные массы. В царской России тоже были богатые семьи, но они богатели из поколения в поколение, добросовестно вкалывая и денно, и нощно. К слову, прадед Саввы Морозова, известного русского фабриканта начала двадцатого века, пришел в Москву из Орехово-Зуева в лаптях и начал торговать с лотка. Лишь через несколько поколений, трудясь в поте лица и черпая духовную силу в православной вере, эта семья разбогатела и обеспечила работой тысячи нуждающихся. Таким богатым честь и хвала. А наши-то, еще недавно жившие от аванса до зарплаты, моментально разбогатели баснословно, выказав тем самым с породившими их властями явную безнравственность, замешанную на крайней алчности и нелюбви к соотечественникам, обездолив их нещадно. Чтобы удержать схваченную собственность, готовы глотку рвать каждому, кто осмелится восстановить справедливость и отнять у них общенародное добро. Боятся господа народного спроса за содеянное, пугают людей реставрацией советов и возвратом большевистского террора. Не в сегодняшних коммунистах причина трагедии государства, они-то в социальной борьбе на стороне обманутого народа, беда в бездуховных псевдореформаторах. Еще один промышленник царской России - Рябушинский во время гражданской войны, отступая вместе с белой армией к югу, пришел в Ростове-на-Дону к епископу, горько рыдая. Епископ, успокаивая его, не мог уяснить причину такого сильного душевного расстройства. И тогда Рябушинский сказал: "Вы знаете, святой отец, белые те же красные, но только хуже". Епископа удивило, что капиталист до мозга костей, хорошо знавший белых офицеров и генералов, постиг вымученную истину, что белогвардейцы, клявшиеся в любви к русскому народу, на деле были жестокими и безжалостными в отношении к рабочему и землепашцу. Белая гвардия защищала свою собственность, дворцы и поместья, свои порядки от посягательств полуграмотной черни, у которой по вине дворянства и прочих эксплуататоров не было возможности получить эту грамотность и жить по-человечески, а не прислуживать господам. То же самое случилось и в наше время. Теперь уже белые совершили переворот, сбросив красных и отпраздновав победу, обобрали таких же рабочих и крестьян. И белые опять разбогатели на слезах и горе народа. Возможно ли обогатиться так быстро честным путем? Разумеется, нет: чудес в экономике не бывает, и все это аморально, потому и имеем истерзанную страну, которая, как огромная льдина, под ударами штормовых волн, разломилась на части, и мы, россияне, уцепившись за самый большой обломок льдины, плывем невесть куда, недовольные ни властями, ни самими собой. Бездарные новые перестройщики с радости или с дуру взяли на себя ответственность за весь внешний долг Советского Союза, вместо того чтобы разделить его между всеми союзными республиками, и надорвались под этой ношей: расплачиваться-то нечем, так как всю дающую прибыль госсобственность быстренько передали в частные руки, оставив висеть на шее ослабевшего государства датируемые отрасли, заводы и предприятия. В общем, загнали в долговую яму народ, обескровив его. И никто не отвечает за губительные действия, спланированные заранее, чтобы понравиться заокеанским наставникам. Теперь руководство страны ждет подачек от западноевропейских и американских банкиров в виде займов, тем самым еще больше закабаляя всех нас, затягивая на нашей шее петлю, наброшенную своими же правящими сановниками. Попытки реанимировать экономику мало что дают, когда повадки народившихся буржуев обескураживают даже западных экономистов: им бы как можно больше выкачать денег из бюджета, из сырьевых отраслей, из народа и переправить капиталы в заграничные банки, подальше от России. А ты, страна обессилившая, околевай. Какое до тебя дело пасынкам твоим разжиревшим. А сынов-то настоящих ждет-недождется родина. Куда ни глянь, везде разор и развал, словно современный Мамай прошел по российской земле. Печально, но факт: народу плохо, а реформаторам вольготно и сытно. Знать, под себя гребли усердно, наплевав на остальных, а их-то, страждущих, полторы сотни миллионов. Увы, парадокс судьбы народной на закате мрачной эпохи.

СМЯТЕНИЕ В ДУШАХ Беда наша не столько в разрухе экономической и обнищании народных масс, в произволе чиновников и в организованной преступности, сколько в смятении в душах людских: брезгливо отброшены нравственные ценности, как ненавистные осковы, кругом вакханалия вседозволенности. В советские времена методично вытравливали веру православную из русского народа и насаждали коммунистические идеалы, которые, не заменяя веру, в чем-то напоминали христианские заповеди и легко оседали в сердцах строителей коммунизма. Люди, трудясь на общее благо, преодолевая препятствия, помогая по-братски друг другу, укрепляли свой дух, но в довольно извращенном понимании. Общество двигалось к одной цели в своем развитии, а жители городов и сел имели сходные представления о добре и зле, что позволило всему народу подняться на битву против гитлеровских полчищ и победить их. Иными словами, граждане страны советов не были вовсе бездуховными, их объединяла светлая идея, хотя и созданная идеологами коммунизма, отступившими от Господа. Вместо прежних идеалов, христианских или коммунистических, новые правители провозгласили совершенно противоположные: никаких идей общего блага, каждый за себя, долой товарищество - да здравствует каста господ-толстосумов, обогащайся как можешь, все дозволено, что не запрещено, а не запрещено и подлое, и гадкое. Высокая нравственность, патриотизм, любовь к родине и своему народу стали высмеиваться в средствах массовой информации, за редким исключением контролируемых недоброжелателями страны и трудового народа. И не экономику нужно срочно поднимать, а пресечь атаки на вековую духовность русского народа, стержневого народа российского государства, потому что в конце мрачной эпохи взбесились и набросились на него черные мировые силы: внутри страны - пятая колонна, поддерживаемая Западом, и мракобесы зарубежные. Они стараются изничтожить дух русского народа, подменяя его духовные ценности и морально разлагая молодежь, вытравливая из нее все, что Русью пахнет. При попустительстве властных структур насаждается бездуховность в подрастающем поколении, вопреки желанию родителей. Почему-то прекратили усердно воспитывать в детях стыдливость и совестливость, но пропагандируются разврат и насилие, пьянство и наркозависимость. Приучают молодое поколение к мысли, что определяющий фактор в жизни -- деньги, выгода, главенство над другими и что достигается это любой ценой, любыми грязными действиями: была бы цель достигнута, да и цель-то меркантильная. Расхожий девиз: бери от жизни все и сегодня. А что брать? Только все материальное. И производители товаров промывают мозги молодых людей от всякой духовности - только бы они включились в бесконечный бег за дефицитными, модными вещами, дорогими побрякушками, сногсшибательными прическами, шикарными автомашинами и престижной электроникой. В последнее время появилась тьма изящных товаров, каких прежде и не видывали, а завтра выбросят на прилавки более современные товары и изделия. И человек суетливый, не успокоившись от прежних покупочных забот, занимается вновь добыванием денег, чтобы притащить домой еще одну наимоднейшую вещь, чтобы в собственных глазах и в глазах окружающих приподняться до уровня разжиревшей, разбогатевшей элиты, которой завидуют бытовые люди. В погоне за вещами предела нет, как и нет предела добыванию денег. Кое-кому их не хватает для того, чтобы обзавестись новой машиной, квартирой или дачей, а у иного честного человека нет денег, чтобы купить кусок хлеба. Умелая обработка молодых людей приводит их к вещной болезни. Так и напрашиваются вопросы к молодому человеку: "Допустим, что ешь ты с золотых тарелок, сидишь на итальянском унитазе, водишь японскую машину, ну и что? От этого стал ли лучше и чище? Дало ли обладание материальными ценностями любовь к ближним своим и поселилась ли радость светлая в душе твоей? Имея все это, осветил ли потемки души своей, поднялся ли хоть на шажок в духе, стремясь к постижению Богочеловека?" Сомнительно. Витрины универмагов кричат: "Вот какой костюм носит настоящий мужчина, а какое платье - настоящая женщина!" И бытовые люди страсть как хотят походить на настоящих мужчин и женщин. Это же так просто: купил вещь - настоящий человек, как все настоящие из кинофильмов. Для этого и мозгов не надо. А почему бы не стать подобным А.П.Чехову или Иоанну Кронштадскому? Чтобы хоть немного походить на таких людей, деньги не помогут, нужно потрудиться умом и душой. Разжигание страстей в обществе не дает бытовому человеку возможности опомниться от каждодневной нервотрепки, осмотреться и понять, что ему выдается под внешней, раскрашенной формой не добро, а зло. Погоня за материальными ценностями стала смыслом его жизни. Недоброжелатели русского народа делают все, чтобы вытравить из него окончательно светлый дух, благородство и соборность и сделать его безвольным и послушным, действующим таким образом, как наставляют его новые хозяева, а скорее считающие себя хозяевами в стране. Они стараются взрастить в народе желание, направленное к безудержному и непомерному потребительству, чтобы люди смотрели друг на друга через валюту, которой оплачивают покупки и услуги, чтобы загрызали собрата из-за прибыли, расправлялись с конкурентами. А сколько бы не удовлетворял человек низкие бытовые желания, все равно будет мало. Ненасытен бытовой человек. Чем больше его потребности и страсти, связанные с достижением чего-то обыденного, тем ближе он к смерти, так как растрачивает самое ценное, что у него есть, - душевную энергию, дух свой теряя. И такие люди обречены до тех пор, пока в сердце не затеплится огонек спасительный, пока сознание не расширится и жить только заботами быта станет невмоготу, когда захочется духу их обрести крылья, приподняться пусть еще и на неокрепшем оперении и посмотреть поверх суеты в даль светлую. Душа тогда возрадуется и не сможет больше терпеть несправедливость, нравственную нечистоплотность. И человек, ведомый воспрянувшим духом, устремится не к высоким званиям и должностям, не к увеличению богатства, а к тому, что материально не оценивается, но осознается им, как высоко поднялся в своем духовном развитии, как воспылала любовь к ближним своим, как тесно в рамках тягостной жизни и повседневных обязанностей, ибо у прозревшего духовно появляется глубинное видение явлений, взаимоотношений, вещей. Бытовые люди, ежедневно занимаясь обременительными делами, видят чаще внешние связи между людьми, поведение которых для них не более того, что они наблюдают реально. Они не в состоянии глубоко проанализировать ситуацию, уяснить истинные причины тех или иных действий государственных организаций, партий, групп людей. Поэтому, не прозрев духовно, люди фактически живут замороченными и за внешними проявлениями событий не распознают их истинные причины. Плененные темной энергетикой, которую и породили сами своими негативными мыслями и действиями, многие далеки от истины. На закате мрачнейшей из эпох, когда подпитываются старыми токами люди с низменными побуждениями, необходимо остановить оголтелое информационное насилие, направленное на развращение и деморализацию молодого поколения, на заплевывание и навешивание комплекса вины на их отцов и дедов. Иначе ничего хорошего не дождаться, ибо сегодня решающим является нравственный фактор. Государству требуется власть людей, очищенных от безнравственности, духом окрепших, способных повести всех по пути духовного возрождения. И на этом, верном пути очистятся души россиян, осознавших, что не одними счетами в банках и прочим частнособственническим набором жив человек. Быстрое восхождение духа в народе возможно на основе труда на общее благо, когда каждый будет заботиться не только о себе, но и о других, как о братьях и сестрах, когда всякий человек начнет строить в душе своей храм Божий, пропуская заповеди через сердце. Из-за охлаждения в вере, смятения в душах, поддавшихся позывам ложных ценностей, попустил Господь на нашу страну напасти, унизившие и разобщившие честных и трудолюбивых граждан, позволил утвердиться во власти тем, кто ослеплен богатством и бесконтрольностью. Душа народная оказалась нараспашку, доверчивая очень, оттого и вытирают об нее грязные ноги зарвавшиеся недруги, забывая, что терпение у народа не безгранично и спросит он за содеянное.

ИЗБРАННЫЙ НАРОД В НОВОЙ ЭПОХЕ Четыре тысячи лет назад Бог Иегова определил родоначальником еврейского народа праотца Авраама, заключив с ним договор, по которому обещал Аврааму, в случае выполнения им и его потомством божественного завета, произвести от него народы и царей. Бог избрал еврейский народ для преобразования мира, не устраивавшего Создателя в нравственном отношении: мир людской тогда уже погряз во вражде, крови и слезах. Израильтянам была уготовлена благородная миссия: показать древним племенам и народам, как дружелюбно и счастливо могут жить те, кто создан по образу и подобию Божию. Бог сказал, что они будут царством священников и народом святым, т.е. высокодуховным. И даны Богом десять заповедей Моисею, чтобы быть моральной основой всей жизни и человека, и целого народа, и разных народов по примеру евреев. По каким причинам выбор Бога в то время пал на израильский народ, теперь уже никому не узнать. Но он ничем не выделялся из прочих народов, да и духовного оздоровления в нем не произошло. Замыслы Божьи не воплотились, несмотря на подвижнические деяния самого Моисея и пророков. Народ избранный сопротивлялся святым намерениям Бога Иеговы. И тогда появился Иоанн Предтеча, ниспосланный для приготовления израильтян к восприятию Богочеловека. Господь же вынужден был сойти на планету в образе простолюдина, чтобы повернуть сынов израилевых от стяжательства к духовности. И на землю обетованную сошла благодать Духа Святого. Однако неверие в Иисуса как в Бога, злобные насмешки и издевательства, а потом и распятие - удел того божественного пахаря, которого ждала вся Земля. Меркантильные устремления израильтян взяли верх над духовным величием потомка Давидова. И этим они определили свою дальнейшую судьбу: разрушение Иерусалима и расселение их по странам и континентам. Евреи с библейских времен и до наших дней, во все века мрачной, кровавой эпохи, приземленно понимая свою избранность, были приверженными к основной цели - обогащению, где бы они не жили и чем бы не занимались. Хорошо это или плохо? Им виднее. Это их жизнь, их судьба. Вселенная периодично подвергается качественным изменениям и сейчас находится в начале более высокого витка в эволюционном развитии. Зарождается новая эпоха. Вместе со старой эпохой уходит и благодать с земли Израиля. И к 2003 году завершится полностью переход благодати Духа Святого с земли Израиля на землю Русскую, как наиболее подготовленную к восприятию новых небесных токов. И отныне в новой эпохе избранный Богом народ - это русский народ, а не еврейский. Как бы кто не возмущался таким поворотом вселенских событий, никому не под силу остановить поступь эволюции и затмить спасительный свет надвигающихся времен, а значит, невозможно ни на мгновение задержать сходящую с мировой сцены мрачнейшую из эпох, в которой евреи чувствовали себя избранниками Бога. С окончанием гнетущей эпохи, когда главенствовало материальное в душах человеческих, спадет постепенно и их влияние на дела социальные, так как не богатства, накопленные евреями в мире, будут влиять на развитие государств, а духовность людей и народов. Изменится шкала ценностей: духовное возьмет верх над материальным. И русскому народу заповедано восхождение в духе, так как русские люди, находясь под покровом Пресвятой Богородицы, имея крепкие православные корни, созрели для глубокой духовной пахоты и уже трудятся на родной ниве. Несмотря на подлые и отчаянные попытки недоброжелателей подкормить и размножить на российской почве сорную траву, непременно семена, приготовленные с любовью Господом, дадут благодатные всходы на выбранном Богом теперь уже нашем поле. В связи с концом эпохи мрака и утверждением эпохи света усиливается поступление с небес, из центра мироздания, огненных токов, очищающих русский народ от душевной накипи и черных мыслей. Если при жизни Иисуса Христа на земле обетованной израильтяне видели в нем царя, который, по их представлениям, должен был помочь им стать властными и повелевать остальными народами, чтобы обогащаться за их счет, то величие русского народа в новой эпохе будет заключаться вовсе не в том, чтобы диктовать свою волю другим народам и завоевывать чужие земли. Русскому человеку эти гегемонистские замашки совсем ни к чему. Дай Бог огромную-то отеческую землю освоить и облагородить. Велик народ русский будет богатством духа светлого, искоренением вражды и злобы и тем, что зажжет факел всеобъемлющей любви в сердцах не только своих, но и в сердцах иных народов, прежде всего славянских и православных. В двадцатом веке народ наш выстрадал благорасположение Божье к себе, пережив страшные общественные и нравственные потрясения, ибо кого любит Господь, того и наказывает. Пройдя через мучительные испытания, теряя в битвах, видимых и невидимых, самых лучших сынов и дочерей, люди русские закалили характер, научились сопротивляться любым обстоятельствам, что поможет им избавиться от страданий и, став избранным народом, явить миру пример веры в добро, трудясь во благо всего общества. Русский народ должен оправдать в новой эпохе надежды Господа, а для этого надо нам возлюбить друг друга и народы, издревле обитающие на просторах России. Правящая верхушка, общественные и партийные деятели тужатся сочинить какую-то формулу искусственную - общенародную идею, якобы могущую объединить людей. Если и придумают, то действенной она быть не может, так как мертвой родится, не одухотворенной. Навеки сплачивает лишь то, что предопределено свыше. А свыше уже многократно через просветленных людей делались предсказания о будущем величии России, о благоволении Господа к истерзанному властями народу. И в наступающей эпохе предстоит русскому народу великое дело духовного преображения, в нем ожидается взлет духа, необоримого еще с древнейших врмен. И тогда уже русичи жили не одними земными заботами, а и верой в Творца Неба и Земли, любовью к собратьям и природе. Надо воспринять всем русским свое высокое предназначение в будущем, пусть самосознание каждого, как одного из избранного народа, возвысит его душу, придаст ему силы и решимость быть духовным первопроходцем в новой эпохе. И будь уверен, русский человек, новая светлая эпоха первого тебя напоит целительными токами высоких вибраций, укрепляющими и тело, и дух, потому что избавление от скверны огнем токов новых уже началось с восточных рубежей российских. Будь высок в своих помыслах, будь любим и люби сам. Эпоха света и любви, вступающая в свои права, твоя эпоха, соответствуй ей. Ты избран Богом. Народ русский вышел на столбовую дорогу духовного подвига, а нерусские, кричащие перед микрофонами и телекамерами о русском национализме, показными стенаниями прикрывают свой, явно выраженный национализм, направленный против интересов всего российского народа. Они выказывают свою боязнь утратить влияние на государственную власть и потерять богатства, сколоченные неправедным путем. Они, быстро и баснословно разбогатевшие и наплевательски относящиеся к разваливающейся стране, стараются нападки на них людей, обнищавших в ходе перестройки, подать всему миру в виде национальных противоречий, чтобы приглушить негодование обездоленных и продолжать обирать российский народ. Кстати, новые разбогатевшие русские также, мягко говоря, не испытывают любовь трудового народа. А оскудевшее население национальные проблемы не волнуют: им нечего делить. Бедные любых национальностей живут бок о бок в согласии, если их намеренно не стравливают для достижения каких-то негативных целей. Русскому народу, с его любовью и братским отношением к коренным многочисленным народам, исторически выпало вновь объединить всех и возродить Россию.

ПУТЬ В БОРЬБУ Державная машина катилась по особому пути, отличному от тех, по которым двигались прочие страны мира, и вдруг развалилась на полном ходу. Сейчас доморощенные умельцы по подсказкам западных и американских доброхотов собирают с натугой из обломков изношенных какую-то машину. Поставив ее на колеса, но еще не отрегулировав, уже активно толкают в рыночном направлении, надеясь догнать, как принято говорить, цивилизован-ные страны. Чтобы догнать, следует либо установить более мощный мотор, либо ехать наикратчайшей дорогой. А мы тащимся по старому, ухабистому, капиталистическому тракту. Наша пятая колонна, пренебрегая интересами народа, все время не оставляет попыток убедить население, что лучше капиталистических отношений и быть ничего не может, мол, был уже у нас социализм, да привел к краху. Здесь явно однобокая оценка минувших лет. Прожив тревожные 90-е годы, видим, что даже при том, обруганном социализме было очень много хорошего, доброго, отвечающего чаяниям и душевным порывам людей: система образования, медицинское обслуживание, развитие науки, культуры, укрепление армии и государства, товарищеские отношения в народе... Другое дело, что руководящая и направляющая партия сама загнила и протухла, создав затхлую атмосферу в обществе, утвердив на производстве и в сельском хозяйстве уравниловку, при которой не было стимула в работе. Коммунистическая власть, употребляя народный жаргон, скурвилась, перестала выражать надежды масс и лишилась их поддержки, так как довела социалистическую систему до абсурда, до вырождения, до жуткого формализма, когда должности и звания раздавались не по способностям и заслугам, а по принадлежности к партии, по знакомству и лояльности, когда партийные чинуши, распоряжаясь материальными и денежными ресурсами государства, охотнее подкармливали коммунистических сторонников во всех странах мира, забывая накормить, одеть и обуть уставший от ударных пятилеток родной народ, который в конце концов потерял к ним всякое доверие. Поэтому полетевшую в политическую бездну административно-командную систему никто не кинулся спасать. Люди полагали, что будет налажено по-новому управление страной, а социализм, как ожидали, обретет человеческое лицо, жить станет лучше. Но этим благодушием народа воспользовались нечистоплотные ловкачи, прокапиталистически настроенные, обученные на Западе. Они-то и вырвали власть из рук оторопевшего от их наглости народа и тут же ввергли его в хаос дичайшего рынка, с галопирующей инфляцией и непомерными страданиями рабочих и крестьян. Изо дня в день твердят, что нет альтернативы, что человечество все капитализировано. И правильно: так было и так есть пока, так как эпоха тьмы, длившаяся свыше пяти тысяч лет, ничему иному и не позволила укрепиться. Любые попытки великих умов, направленные на установление справедливого порядка в интересах всех слоев общества, оканчивались поражениями, потому что невозможна была победа светлых сил, ибо тяжелая энергетика, присущая уходящей эпохе, объективно подпитывала в людях страх, гнев, ненависть и гордыню с завистью, порождаемые капиталистическими отношениями. Реформаторы, даже искренне желающие добра государству, используют снова для внедрения принципы взаимоотношений, присущие уходящей эпохе, полной страдания, и отвергнутые Россией однажды в двадцатом веке, так как привели ее к обнищанию и разорению. Властители, завороженные западным закатом, не желают видеть, что уже зажглась заря светлой эпохи, при наступлении которой востребованы будут иные общественные и производственные отношения. Социализм, бывший в нашей стране, не досуществовал лет 12-13 до вступления в силу долгожданной новой эпохи. Тогда бы он остался навсегда, но был бы преобразован к лучшему, а к власти после 2003 года пришли бы светлые личности и создали общенародный строй, отвечающий вековым желаниям трудового народа. Ныне же создается строй в интересах небольшого числа разбогатевших хозяев жизни. Им, за редким исключением, наплевать на народ, фактически являющийся для них лишь средством обогащения. Через 4-5 лет Россия первой из мировых стран начнет активно очищаться от старых токов, с отживающей низкой энергетикой. Чтобы успешно принимать новые токи с высокими вибрациями русскому человеку, избраннику Бога, придется первому перестраиваться, т.е. иметь более тонкую структуру своих энергий, чтобы стать духовнее, чище. Будут проявляться добрые чувства, востребуются товарищеские, а не волчьи отношения между людьми и в семье, и в обществе, и на производстве. Капиталистические же принципы будут вступать в противоречие с теми, которые должны быть в новой эпохе. На сегодняшний день в стране имеются собственники, не построившие ни фабрик, ни заводов, но разжиревшие за счет дармовых денег, выкачанных из государства или бывшей госсобственности, которую создавали всем миром. И как должен к ним относиться обнищавший народ? По-братски? Как бы не так. Богатый собственник и бедный наемный работник - антагонисты. Отсюда истоки непонимания и вражды в обществе. Да и почему жизнь и судьба великого народа должны зависеть от прихотей и желаний ничтожно малого количества богатых людей. И это в стране, где выросло несколько поколений, привыкших к товарищеским отношениям, социальной справедливости и не имеющих представления о господском гнете. В головах социально униженных и бедных частенько витают и впредь будут витать мысли, как добиться справедливости, как выпотрошить сейфы у богатых и как поступить с ними, не пользующимися благорасположением народа. Как же им самим надо не любить людей, чтобы продолжать хапать и хапать, эксплуатируя сограждан, помыкая ими. Искусственно вскормленная буржуазия - это вовсе не народ, а ржа, разъедающая тело народное. Даже самые распрекрасные люди из буржуазной прослойки все равно наживаются на труде и обирании наемных работников и заинтересованы в набивании купюрами и чеками своих банковских сейфов. И что им до бед народных. У них свой круг общения, свои радости. Они любят разглагольствовать о демократии и свободе. Но демократия и свобода для богатых - это и виллы, и курорты, и зарубежные поездки, и обучение в университетах Запада, и возможность использовать телевидение, радио и печать в корыстных целях. А демократия и свобода для бедных - практически сведены к нулю, ибо бедные не в состоянии платить ни за виллу, ни за курорты, ни за обучение, ни тем более за использование средств массовой информации для выражения своих взглядов, ни за что другое. Сейчас сколачивается на скорую руку и укрепляется строй, в основании которого изначально заложена социальная несправедливость вместе с социальным унижением простых людей. А при такой ситуации не предвидятся ни спокойствие в обществе, ни товарищеские отношения между людьми, а будет всевозможная изнурительная борьба за место под общественным солнцем, что затруднит восхождение духа в народе. Но почему же не утвердить демократию и свободу в интересах всего народа, создать строй, где отсутствует социальное унижение и царствует социальная справедливость, основанная на некапиталистических отношениях? Возможно ли подобное? В уходящей мрачной эпохе - нет. Но это со временем станет объективной реальностью в эпоху света, вступающую в свои права. Да здравствует социальное творчество трудовых масс! И счастливы и любимы будут те лидеры, которые проникнутся веяниями новой эпохи и отдадут все свои силы для духовного и социального возрождения народа, несмотря на сопротивление крупных частных собственников и их ставленников в коридорах власти. Частная собственность породила удушающую государство коррупцию. Власть, опутанная сетями богатых, служит им, а не народу. Прошло-то всего несколько лет с тех пор, как насаждается сверху беспомощный рынок, а уже страну и народ время от времени лихорадят действия олигархов и монополистов, так как их намерения противоречат общественной необходимости. Дальше - больше. Засилие крупного российского и иностранного капитала принудит верховную власть выполнять требования горстки толстосумов, а народ окажется обычной массовкой в государственном театре, где крупные частные собственники будут играть главную роль. И если вдруг у руля разоренной страны встанет правитель, любящий свой народ и готовый проводить политику в интересах широких народных масс, а не в угоду крупным собственникам, то начнется яростное противодействие ему со стороны сложившейся за эти годы пробуржуазной элиты и коррумпированного управленческого апарата. В Москве и Санкт-Петербурге, где темная простран-ственная энергетика и просветления не видать, некоторые чиновники и бизнесмены, используя служебные и личные связи, привыкли делать деньги из госбюджета и должностного положения. Они, ориентируясь на Запад, научились выдавать себя за друзей и покровителей народа, но душа у них не болит при виде обнищавшего населения. Обе столицы, накрепко присосавшиеся к кормушкам, где крутится львиная часть капиталов, не являются исконным срезом России. Это своеобычные мегаполисы, с отличным от других городов укладом. Истинный дух народа, по всей вероятности, не на асфальте, не во дворцах и аппартаментах этих городов. В новой эпохе главенство за духом, восходящим в народе, а он-то, дух российский, укрепляется в глубинке, где умиляются Русью, а не Западом, развращающим души. Чтобы действительно создать наиболее человечный строй, исключающий социальное унижение, отвечающий чаяниям подавляющего большинства населения, нужно опереться на широкие народные массы, а не на влиятельных частных собственников. Столицу лучше иметь не в Москве и не в Санкт-Петербурге, придавленных сгустками непросветленной энергетики. Для быстрых преобразований в государстве, востребованных новой эпохой света и любви, следовало бы перенести столицу в город Владимир - первую древнюю столицу Русского государства, где проявилась благодать Матери Божией. Это позволило бы воспользоваться чистой энергетикой Владимирской земли и организовать там обновленный управленческий аппарат из людей, не проживающих в старых столицах и свободных от коррупции. Дорогостоящее, разумеется, дело - перенос столицы, но зато ускоренно бы возвысился дух в народе. Примеры тому есть в мире. Даже небогатый Казахстан, преследуя определенные политические цели, построил новую столицу. А пока... пока подрастает молодое поколение обездоленных. Они вряд ли смирятся со своей жалкой участью, имея перед глазами роскошные дома и дачи, недоступные им лимузины и рестораны. И будут мечтать о переделе собственности, а путей для этого хоть отбавляй - от революции до кровавого криминала. Во внешне благополучных странах капитализма, при всей их мощной полицейской и жандармской системе, не удается ликвидировать организованную преступность, так как она, как на дрожжах, размножается на частной собственности. Поэтому добиться в будущем стабильности и спокойствия в обществе не представляется возможным, если не изменится отношение власти к собственности. Мелкая частная собственность погоды в государстве не делает и допустима как одна из форм собственности. А крупной же собственности, ранее отданной фактически задаром в частные руки, являющейся опорой в экономике, лучше всего в новой эпохе придать вновь статус общенародной, что позволило бы наполнить казну и эффективнее решать наболевшие общественные вопросы. И это была бы справедливость социальная, востребованная наступающей светлой эпохой. К тому же поучителен опыт недалекого прошлого. Советский Союз был страшен для США и Запада не только своей военной мощью, но и тем, что в любое время при необходимости сосредоточивал огромные денежные и материальные ресурсы для решения возникшей конкретной проблемы. Вспомним, что во время Великой Отечествоенной войны 1941-1945 г.г. быстрая переброска под носом у наступающих гитлеровцев целых заводов и крупных цехов на восток страны и организация их работы на отведенных им местах стала возможной лишь благодаря социалистической системе хозяйствования. Сегодняшнее капиталистическое правительство на подобное не способно. Нынешняя Россия, отдав базообразующие отрасли и предприятия в частные руки, осталась с нищенским федеральным бюджетом и не в состоянии решить ни одной серьезной государственной задачи, при этом выклянчивая ссуды у западных буржуев на невыгодных для себя условиях. В то же время российские частные собственники успешно выжимают денежки из бывших общесоюзных предприятий и переправляют их в западные банки для сохранности. Таким образом, держава в сильной зависимости от толстосумов, а население под их валютной пятой еле сводит концы с концами. Богатые собственники и их прихлебатели усердно прочищают народу уши, твердя о безоговорочной необходимости частной собственности на средства производства и на сельскохозяйственные земли, что является чистейшей политической уловкой. Есть и капиталистические страны, где нет частной собственности на землю, а сельское хозяйство у них процветает. Земля уже устала от вековечной вражды за ее передел. Она существует изрядное число тысячелетий и готова кормить всех, а бытовой человек в своей корыстолюбивой жизни настырно старается ее огородить, обособить. Да дадут жадному обязательно участок для последнего пристанища. И на производстве для успешной работы нет насущной необходимости в частной собственности. Главное не в чьих руках собственность - в частных или государственных, а в том, как распределяется прибыль. При том социализме, что был прежде, прибыль отбиралась государством у тех, кто ее создавал -- у трудящихся. Им выдавалась очень умеренная зарплата, которая их не удовлетворяла. Открыто государство грабило работников. Лозунг социализма - "от каждого по способностям - каждому по труду" - не выполнялся. И социализма нормального не было. Если бы реформаторы девяностых годов, отбросив диктат компартии, установили систему достойного распределения прибыли, т.е. каждому по труду, то производство заработало бы эффективно, колхозы и совхозы накормили бы страну. Это не было сделано лишь потому, что новые лидеры не любили отчизну, были чужды по духу нашему народу и выслуживались перед иностранными наставниками, а также возжелали обогатиться лично, цивилизованно обустроиться. Им не было и нет дела до мытарств, в пучину которых они толкнули людей. Русский народ давно пропитан духом общинной и соборной жизни. Социалистические отношения были близки русскому человеку, но он не принимал те ужасные методы управления, какие насаждала партийная верхушка, сплошь состоящая из бытовых людей без светлых проблесков души и ума. Перестройщикам девяностых годов следовало бы изменить систему управления сверху донизу, поставить высшую власть в полную зависимость от народа, отобрав у нее право безответственно командовать, не отвечая за последствия, а они пошли самым худшим путем, отринув и то, что укрепляло дружбу и любовь в советском народе. Новая светлая эпоха востребует и светлых взаимоотношений в обществе, а насаждаемый у нас капитализм - тягостное порождение уходящей эпохи. При наглом ограблении слабых государств сильными и капиталистических отношениях внутри стран, при натиске мощных корпораций и безнравственной атмосфере в обществе, когда человек человеку действительно волк, человечество просто уже не выживет в наступающей эпохе, а захлебнется в мировых войнах и природных катаклизмах. Только люди, любящие друг друга и свой дом - планету Земля, в состоянии будут выжить в будущем. А это уже отношения, основанные не на капитализме, а на иных началах. И Россия, в преддверии новой эпохи, сворачивая на старый капиталистический путь, обрекает себя на не нужные ей трудности, которые будут сдерживать ее и в духовном развитии. Она бы могла ускоренными темпами возродиться, но ей не позволяют идти своим путем. Ее гонят по изъезженной дороге. И гонят ее не сыны, преданные ей, а пасынки или блудные дети ее. Не пора ли сынам России могучим плечом отстранить всех прочих да позаботиться о своей родине, ибо настоящей основой процветания России является работа всех на общее благо, а не на жирного частного собственника. Только труд на общегосударственное благо возвышает и укрепляет дух народа. Если не нравится тот социализм, что был, постройте другой строй, назовите его по-иному, но сутью его должны быть общенародное благо и общенародные интересы в стране, где каждый человек свободен от социального унижения и капиталистического закабаления. Работая на государство, человек возвышается в духе, становится увереннее, не унижается перед хозяином, не зависит от прихоти работодателя. Он духовно окрылен, чего нет, когда работает на какого-то дядю, на господина, ежедневно опасаясь его гнева и самодурства, а также боится потерять работу. Перед господином работник вынужден помалкивать, если даже с ним поступили несправедливо, хотя в душе у него нет покоя. Ему трудно духовно возвыситься: он под гнетом капиталиста - не друга и не товарища, а вероятного противника. Российские богатеи обожают, чтобы их называли господами, растут в собственных глазах. И не приведи дьявол назвать их по старинке товарищами: искры ненависти сверкнут в их глазах. Но почему-то бедные не называют друг друга господами и, проходя по центру Москвы, где сосредоточены офисы и машины респектабельных дельцов, попадают в чуждый им мир новоявленного барства. При социализме коммунистическая партия управляла политическими методами, используя государственные рычаги, а нынче обнищавший народ погоняется и направляется рублем, даже малым рублем, какой сулит ему господин. Разве это не унижает народ? С чего бы укрепиться духу этого народа? Господа и товарищи не уживутся вместе в новой эпохе. Все зависит от того, как долго товарищи будут терпеть этих господ, подобно клещам, вцепившимся в отощавшее тело народное. Господа, по опыту уходящей капиталистической эпохи, ошибочно полагают, что вечно будут погонять бедняков. Но на пороге светлая эпоха, где должны быть и обновленные социальные отношения. Верховная власть вынуждена будет принять меры к изменению тревожной связки - господин и работник, богач и бедняк. Иначе в один прекрасный день трудовой люд, подпитываемый токами высоких вибраций, стряхнет с себя кровососущую нечисть и заживет по тем законам, какие позволят ему быть хозяином положения в стране во времена новой эпохи. Только труд на общее благо, только власть трудового народа помогут по-настоящему возродиться уставшей отчизне. Духовна лишь власть трудового народа, товарищей по общегосударственному делу, а не власть господ разных мастей. Но в последние годы к власти фактически приходят те, кого поддерживают обладатели больших денег. Поэтому власть в центре и на местах действует прежде всего в угоду крупным собственникам, а не в интересах миллионов и миллионов сограждан. Да и власть сегодняшняя на всех уровнях бесконтрольная, народу не подотчетна, а это уже было в период партийного правления. Хлебнули и самодурства, и самоуправства, чему и ныне есть примеры, но государство сильно не богатствами толстосумов, а единой волей и крепким духом народа своего. В новой эпохе все равно жизнь заставит вводить элементы власти трудового народа. Лучше изменения во властную, управленческую структуру внести побыстрее сверху, чем дожидаться тех дней, когда будет установлена система власти народными массами снизу.

ВОЗРОЖДЕНИЕ НАРОДА Если судить по плачевному состоянию страны, разобщенности народа, развращаемого умышленно лжедрузьями, то трудно поверить бытовому человеку в скорое возрождение России. Беспрерывно внушается мысль, что раньше все было плохо, а сейчас, в капиталистических жестких тисках, все будет хорошо. Это подается в броской информационной упаковке и проглатывается населением, особенно молодежью, не совсем представляющей, что устройство общества было уже и может быть опять иным, когда трудовой человек станет хозяином в стране, а не тот, кто ныне оседлал поденщика, наемного работника, прикарманивая полученную за счет его труда прибыль да прогуливая ее в фешенебельных злачных заведениях. Насилие, ненависть и бесстыдство уж редко кого удивляют, стали обиходными явлениями. Потому бытовой человек легко управляется, так как не придерживается высоких моральных принципов, подвержен не благородному желанию, а примитивному хотению - наживе, из-за которой готов порой пойти и на преступление. И чем солиднее нажива, тем опаснее преступление. Учитывая это, идеологи дикого капитализма, внедряемого у нас, усиленно взращивают на народной ниве бескультурье и бездуховность. Но оказывает им сопротивление стойкий русский дух, выкованный нашими предками и до сих пор витающий над российской землей. Этот дух, заквашенный на любви к своей отчизне, на соборных действиях в минуты роковые, когда наседали вороги - внутренние и внешние, все-таки возрастает и укрепляется в сердцах пусть немногих, но великих молитвенников и страстотерпцев. Они не мелькают на экранах телевизоров, их голоса не слышны по радио. Они, вне сомнения, смиренны и непритязательны, но их душевной теплотой согревается всякий, соприкоснув-шийся с ними. Они могут быть невелики ростом, некрепки физически, но их мощная просветленная энергетика скрепляет русских людей в единое сообщество. Они как путеводный свет вдалеке, и ими спасется Россия. А кто публично и настойчиво пыжится доказать всем, что способен быть вождем народа, кто берется вести других, имея черную энергетику, сам слеп и не достоин идти впереди народа. В Советском Союзе и в Российском государстве почти все важное, что происходило, определялось высшим государственным деятелем, как бы он не назывался. Недаром говорят: "Каков поп, таков и приход". И в уходящей мрачной эпохе один за другим высшей властью обличались бытовые люди с темной энергетикой, не отличавшиеся высокой духовностью, и доводили людей и страну до бесчисленных неприятностей. Но теперь мы на переломе эпохи. Хотя еще и слабые, но светлые токи уже достигают Земли и нас с вами. Кто бы не получил власть в нашей державе вынужден будет меняться к лучшему, просветляться душой, иначе выпадет из эволюционного процесса и не выполнит миссии очистителя российской земли от нравственной грязи. Но если этот человек сам переполнен тяжелой энергетикой и окружение забивает его энергетические центры низкими вибрациями, т.е. порождает скверные мысли и страсти, если его заботы не о благе простых людей и не о духовности своего народа, то Россия скоро не оживет. Придется подождать полного ухода с мировой сцены мрачной эпохи и окончательного прихода эпохи света. Тогда, после 2003 года, когда светлые токи будут уже сильнее, ощутимее влиять на людей, на их мысли и действия, начнется постепенное возрождение России. Представьте себе на минуту, что в России к власти пришел бы правитель, духовно похожий на святых молитвенников Серафима Саровского или Сергия Радонежского. Его светлая энергетика благотворно повлияла бы и на властные структуры, и на население страны. И все, что бы он не делал, основывалось бы на высоких моральных принципах, на великой любви к людям. Он бы раньше думал о честном труженике, о землепашце, о воине, на которых держится государство. Его молитвами и заботами быстро поднялась бы из разрухи наша страна. А теперь вспомните тех правителей, что были у нас и есть. Насколько они духовно далеки от Серафима Саровского и Сергия Радонежского? Любому ясно, что комментарии излишни. От этого и зависит положение в нашей страдающей России. Но даст Бог и на нашу улицу придет праздник, ибо о светлом правителе, с духом высоким, молит отечество, уставшее от беспредела. Он может получить власть и с помощью самых богатых людей, которые будут надеяться с его помощью еще больше обобрать народ. Но любовь его к людям переборет в нем чувство зависимости от стаи, от сбившихся в кучу рыночных хищников. И этот правитель, будучи совестливым и благородным, поймет, что власть в стране следует брать не для потакания прихотям горстки приятелей и сообщников или зажравшейся, развращенной элиты, а для святого служения трудовому народу, создающему материальные ценности. И в доброй памяти народной навечно остаются лишь правители, бескорыстно отдавшие свои силы, способности и железную волю для возвеличивания своего народа. Но в последнее десятилетие вдруг объявились расторопные лидеры, числом поболее, духом пожиже, и специально устроили рыночную свистопляску в стране, чтобы обогатиться самим и пожить вольготно в роскоши, якобы цивилизованно, наплевав на горькие слезы и преждевременные смерти тысяч и тысяч сограждан. Хотя еще не завершилась старая эпоха, еще беснуются черные силы перед своим неминуемым исходом, все-таки не для духа высокого потакать этим силам и усугублять ситуацию. Не пора ли позаботиться о благе общенародном, поставив во главу угла в стране трудящегося человека, истинного хозяина. Хотя успели накопиться буржуазные завалы, но пусть никого не смущают трудности, могущие возникнуть при построении справедливого общественного устройства. Духовно ущербные, без любви люди надеятся, что они утвердились основательно и надолго оседлали народ, но свет спасительный уже пробивается через тьму. Идет непримиримая борьба на духовном уровне сил света с силами тьмы, которые все равно потеряют свои, казалось, непоколебимые позиции, так как чернота энергетическая над Россией обязательно спадет и уступит место высоким колебаниям, светлой энергетике, поступающей из небесных дальних сфер. Русский человек, начинающий испытывать благоволение Господа, будучи представителем избранного на духовный подвиг народа, уверует, что силы тьмы, раздирающие сердца и души блеском богатства, неминуемо обречены на поражение. Новая эпоха не позволит им долго властвовать над русским народом. И чем быстрее это осознают люди и сами добровольно сделают шаг в направлении света, тем скорее установится спокойная жизнь в стране, когда каждый обретет гармонию духа и тела, духовных и материальных потребностей при приоритете духовных исканий. Достаток, конечно, необходим в семье, но в меру, способствующую развитию духа. Материальные блага не должны быть самоцелью и тем более смыслом жизни, ибо в вечности останется не тело, а дух человеческий. И чем выше дух в человеке, тем интереснее ему жить в этой жизни и в последующих воплощениях. И в новой эпохе люди тьмы, в первую очередь на русской земле, будут повержены ходом эволюции либо изменят свой образ мышления, прочистят свои духовные каналы, выполняя дела на общее благо. Многие живут себе и живут ни шатко ни валко, думая, что они не несут ответственности за свои действия перед другими людьми, перед народом, перед землей, на которой выросли и возмужали. Но это не так. Каждый из нас, живущих в России, в ответе перед народом. И тот, кто предал его, делал что-то во вред народу, стране неминуемо должен будет заплатить по нравственному счету. И никуда ему от этого не деться. Судьба так распорядится им, что невольно попадет он в те обстоятельства, когда спросится за все греховное, когда его энергетика, порожденная подлостью и недоброжелательностью и вброшенная в пространство, вернется бумерангом и ударит по нему, по семье или родственникам, ибо в мире все взаимосвязано. За все приходится платить, если и сам забыл о своих прегрешениях, но нравственный закон причин и следствий неумолим. Спросится и с тех, кто откровенно предавал русский народ, ставший избранным Богом народом в новой эпохе. И такие имеются, ослепленные богатством и злоупотребляющие властью, помыкающие трудовыми людьми. Мрачная ночь черной эпохи сначала закончится для русского народа. Для него уже возгорается заря самой прекрасной эпохи и освещает восточные рубежи нашего необъятного государства. Лучи очищения уже льются на российкую землю, силы нравственные прибывают, позволяя совершенствоваться в духе. Когда солнце любви взойдет над нашим народом, никто уже из злых людей и предательствующих не сможет быть ловцом душ, ибо бесовские силы, гуляющие разбойно по отеческой земле, начнут исчезать безвозвратно. И снова на Руси умножатся люди великой святостью отмеченные, способные возвеличить дух народа русского, теперь уже возлюбленного избранника Божьего. Духовное становление - основа спасения русского народа, а не займы западные, не помощь гуманитарная. Спросите любого в Европе или в Америке: "Кто из них, цивилизованных, хочет видеть Россию могучей державой?" Ответ, естественно, отрицательный. Кто же захочет иметь рядом экономически преуспевающую страну, с устойчивой финансовой системой, сильной в военном отношении. Никто из европейцев или американцев не желает столкнуться еще с одним конкурентом. Их бы устроила Россия, погрязшая в беспрерывной смуте, в разборках, разделенная на удельные княжества, то бишь губернии и национальные обособленные образования. Им не по нутру наш гордый народ, им бы обратить нас в побирающееся и зависящее от западных банков стадо безвольных азиатов. Это бы их удовлетворило полностью. Когда наши властители и олигархи уверяют нас, что мы не цивилизованные люди, что нам нужно выполнять безоговорочно советы и ценные пожелания западных умников, то они кривят душой или предают нас, так как Запад может дать и дает только такие советы, какие выгодны заграничным воротилам, а не нашему обедневшему народу. Их настойчивые экономические и политические предложения направлены на то, чтобы окончательно угробить экономику страны и поставить ее в прямую зависимость от иностранных компаний, а наше государство превратить в сырьевой придаток Запада и США. Но как только Россия проявляет самостоятельность и твердость в решении насущных вопросов, эти цивилизованные страны, откинув всякие церемонии, набрасываются на нас, как коршуны. Но не удастся им колонизировать свободолюбивый народ, как не удавалось и никогда в прежние времена. Из века в век Запад был явным или тайным врагом Российского государства и стремился ослабить Россию. И при этом всегда в стране находились доброхоты, пытавшиеся толкнуть ее в ежовые объятия Запада. Непременно держава возродится, если решительно отмахнется от назойливых иностранных советчиков и поставит на место внутреннюю пятую колонну. Да и почему теперь, входя в новую эпоху, Россия должна оглядываться на Запад, когда она избрана Богом для очищения и восхождения в духе, когда ей предстоит духовный взлет, когда она станет спасительным примером нравственного совершенствования. В это надо твердо верить, ибо так должно быть. России следует заглянуть внутрь себя и увидеть, что есть еще уйма возможностей неиспользованных для возрождения великого народа и великого государства. Россия должна проводить твердую самостоятельную внутреннюю и внешнюю политику, не колеблясь, как парусный флот, идти только вперед, своим особым курсом, избавившись от кровососов - иностранных и доморощенных. Так как наша страна самая богатая по природным ресурсам, благодатный край, то, хотя и парадоксально, это одна из причин затруднений, характерных для внутренних и внешних отношений. Поэтому из зарубежья в ее пределы, как мухи на мед, слетались прежде и слетаются поныне искатели вольготной жизни из разных стран и частей света. Им лишь бы припасть к вкусному российскому пирогу. Эти ушлые и ненасытные люди веками штурмуют Россию, а не Ливию, не пустыню Сахару и не Тибет, где для выживания надо вкалывать с полным напряжением сил и где местное население не принимает любителей легкой наживы с распростертыми объятиями. Незлобивый же, совестливый русский народ не отталкивал никогда живущих вместе с ним людей, имеющих историческую родину за российскими рубежами, а некоторые из них, нахватав общенародной собственности, готовы взгромоздиться на его натруженную спину и погонять, направляя в нужную им сторону. Противно слышать, когда наиболее одиозные из них на съездах и собраниях открыто заявляют, что живут в России для того, чтобы зарабатывать деньги. И только-то? Выходит, временщиками себя считают и норовят сбежать за кордон при первых же осложнениях здесь. Пришло время, когда пора и честь знать, взглянуть каждому на Россию любящими глазами, настроить сердца свои на благородные деяния во славу единого Российского государства, так как новая эпоха света и любви зарождается именно на российской земле, которая уже переболела черной энергетической оспой и где начался период выздоровления, а Западу и Америке еще предстоят тяжелейшие передряги.

В ЕДИНЕНИИ - СИЛА Сила духа народа в единении. И примеров тому хоть отбавляй в долгой истории нашей, когда разобщенные люди, населявшие крепости и города, вдруг прекращали междоусобицы, забывая распри и обиды, поднимались на смертельный бой с общими врагами и громили их. Тогда побеждала единая воля, сокрушавшая врагов в справедливой борьбе, а дух народный крепчал. Души защитников отечества очищались в такие моменты от скверны, от себялюбия и корысти, а сами люди, объединенные благородными порывами, возвышались духовно, чувствовали себя братьями и сестрами. Так было в далекие времена, так было и в двадцатом столетии, когда советский народ, сцементированный русскими, в едином порыве встал на защиту своей земли и своего крова от фашистских захватчиков. Но в последнее десятилетие в сознании людей начали особенно быстро размываться границы добра и зла, общественного блага и личных интересов. Сиюминутные ценности вместо вечных истин вбивали и еще продолжают вбивать в сознание всем через средства массовой информации прозападные холуи. И теперь в смятении и разобщенности оказались сограждане под обломками рухнувшего строя, опороченного и заплеванного. В связи с появлением не связанных с производством капиталов и растаскиванием бюджетных средств, блуждающих по частным банкам, ловкачи, расторопные и беспринципные, как на пожаре, кинулись выискивать возможности набивать карманы твердой валютой и родными рублями. Но большинство-то населения из сил выбивается, чтобы выжить. И где уж тут позаботиться богатеньким о соседе, товарище по работе: главное себе урвать пожирнее кусок. Произошло разъединение людей, разделение интересов, отчуждение душ. Многие превратились в бездушных стяжателей, вдруг забывших об укреплении государства, о природе вырождающейся. Ее-то, бедную, насилуют, чтобы непременно сегодня побольше успеть выкачать из нее прибыли. И ослабла Россия. Даже средние и малые страны не упустят случая лягнуть ее или посмеяться над когда-то могучей державой. Если вспомнить царскую Россию, то там тоже отсутствовало подлинное единение народа, так как существовали бок о бок две крайности - малоимущие и богатые да властные, для порядка и острастки бившие и поровшие рабочих и крестьян. И в наше время на вершине возможностей и удовольствий скороспелые господа, также по-барски, смачно пинающие в лицо прочий беззащитный люд и на улице, и в зале перед телекамерами. Кое-кто из подобных творческих господ, носителей тяжелой энергетики, мнит себя моральным наставником в обществе. Какие бы не произносил красивые слова такой деятель, они все равно несут его отвратительную энергетику и негативно влияют на доверчивых людей. Какое уж тут единение среди сограждан. А все потому, что духа единого не чувствуется, разобщенность в мыслях и действиях. Высокие идеалы, обычно объединяющие массы, мало кого нынче увлекают. В основном принуждены мыслить о ежедневном выживании, запутавшись в бытовых заботах. Повыветривались из душ благородные порывы, а корыстные устремления одолевают. Отсюда потребительское и рваческое отношение к гражданам, стране и природе, как перед концом света. А конца света не предвидится, так как во вселенной и на нашей планете совершается эволюция, обязывающая подняться все живое и неживое на новый, более высокий виток развития. Под действием токов небесных все в мире подвержено изменениям. И люди, если хотят пожить в подольше в новой эпохе, вынуждены будут внутренне перестроиться, подготовиться к восприятию чистых спасительных вибраций, совершить важный шаг к восхождению в духе. Все мы вместе, как народ, возвысимся в духе лишь в единении наших помыслов, действий и душ. Вместе надобно возрастать в духе, помогая друг другу, укрепляя ближнего в вере. Одному же возвыситься очень тяжело. Это удается и раньше удавалось лишь положившимся без сомнения на волю Божию. Поэтому легче со всем народом хоть немного шагнуть по лестнице, ведущей вверх, к свету, но продвинуться сможет народ тогда, когда объединится для трудов праведных на общенародное дело, благородное и святое. Но это не произойдет на пути дикого капитализма, где рыщут волчьи стаи стяжателей да проявляются интересы клановые и единоличные, приводящие к столкновениям и вражде между людьми, к интригам, к заказным убийствам и прочим преступлениям. Чтобы подняться быстро в духе, возродить и экономику, придется идти иным путем, строить иное общество, в котором человек будет человеку другом и братом. И каждый из нас ответственен за выбор пути, за духовное возрождение народа, без которого не будет сильного государства и благополучия в семьях трудящихся. И все мы должны стремиться к взаимопониманию и единению, к всепобеждающей духовности всего народа, входящего в светлую эпоху.

ЛЮБИТЕ ОТЧИЗНУ Так как русский народ - избранный народ в наступающей эпохе, то наша страна первой начала принимать токи обновления, посылаемые центром мироздания, что позволит нам ускоренно продвигаться по пути эволюции и благотворно повлияет на русского человека, его мышление. Поступающие токи помогут душам русским первыми в мире очиститься от грязи нравственной, от помыслов постыдных, от желаний, унижающих богоизбранного человека, позволят людям воспрянуть духом и избавиться от разобщенности и растерянности, в которых пребывают сейчас из-за предательства внутренних негодников и натиска внешних врагов. Достаточно в обществе еще заблудших, с темными душонками, не видящих зари, зардевшейся над Россией, и каркающих чуть ли не о развале всего государства, до чего, вероятно, им хочется дожить. Не любят они державу нашу, хотя и обитают на ее немерянных землях. Искренне жаль этих людей, лишающих себя чувства любви к своему отечеству. Да и Европа спит и видит во сне, как разваливается страна, на полмира раскинувшаяся. И уж радости черной нет предела, и довольны бесовские сущности. Но рановато ликуют: мнимое и короткое счастье в отживающих их сердцах. И не замечают они, что в муках последнего десятилетия на зло врагам, сквозь мрак и горечь прорывается трудный зов, скликающий богатырей духа русского. Собирается передовая дружина бойцов, способных силой мыслей и слов истинных повести за собой и всех остальных, пока еще не укрепившихся в духе, но воспрянувших от тревожной дремы. И сила придет к человеку вместе с чистотой мыслей его, с любовью к ближнему и к отчизне. И не для красного словца сказано это, а правдивости ради. По российской земле уже шумят очистительные ливни и грохочут битвы духовности с оголтелым бездушием, свет пробивается сквозь плотный мрак. Светлая энергетика крепких духом русских людей вступила в тонком надземном мире в нелегкий бой с черными энергиями, еще пока исходящими от злопыхателей и ненавистников, от обнищавших духом. Во дни разрухи и душевного смятения некоторые потеряли веру в самого себя, в свой народ, поглядывают на Запад, навострив лыжи бежать туда, и бегут, и едут те, для кого слово родина пустой звук, лишь бы хорошо платили. Не стоит останавливать покидающих отчие стены: у нас тяжеловато, а им красиво жить захотелось. Пускай бегут, как мыши из опустевшего ларя, пусть ропщут на страну в меру своей испорченности. Это от нелюбви к своей земле. Человеку без любви действительно все равно, где жить, брюхо бы набить да желания бытовые удовлетворить. Но есть и любящие Россию, им несть числа, ими держится она и будет укрепляться впредь, ибо любовь их к родному очагу не покупается и не продается. И согретая их горячей любовью, возрождаемая их трудами, выберется страна из глубокой экономической и духовной пропасти, куда завели ее очернители. Вспомните историю государства Российского, когда вороги пытались поработить свободолюбивых наших предков, не раз склонявшихся под ударами чужеземных завоевателей и своих предателей, но не для того, чтобы раболепно встать на колени, а для того, чтобы, коснувшись земли своей, политой кровью и потом, набравшись сил, сбросить ненавистных захватчиков. И сейчас нелегко трудовому люду, гнетет его новое буржуйское племя, которому не до народа, не до отечества: лишь бы загнать всех нас в давно обветшавшее капиталистическое стойбище. Чтобы светлым было будущее нужно пламенно любить страну свою, какие бы потрясения не прокатывались волнами по ней. Все пройдет, все утрясется, только не обедняйте себя в любви и вере и посылайте в пространство самые светлые мысли о единстве, о сострадании к ближним, ко всем, с кем живем на одной земле. В Древней Руси наступали тяжелые времена, когда удельные князья забывали слова Христа о любви и блюли в первую очередь свою выгоду, не обеспечивая мирной и спокойной жизни горожанам и поселянам. Раздоры князей и влиятельных бояр заканчивались разделом русских земель. Подобное наблюдается и в наше время. Любой назовет моменты, когда губернаторы, как князья, охладясь к заповеди о любви, запамятовав об ответственности перед избирателями, частенько творят, что хотят, помыкая прочим населением. Редко кто из губернаторов высок в духе, совестлив, не возомнил о себе слишком да радеет о народе в первую очередь, а потом уже о себе и о богатых. Опустились бы они на грешную землю, полюбили людей, и они бы их также полюбили, и дело ладно бы сработалось. Иначе токи новой эпохи ослабят плотные тела нелюбящих. Русские - избранный народ. Об этом теперь следует помнить. И не только называться избранным народом, но надобно стать им по-настоящему, то есть укрепиться в духе и повести за собой к свету и другие народы, населяющие российские земли. Но это можно сделать великой любовью. Так любите же свою на распутьи стоящую страну, крепко и нежно. Она в этом очень нуждается. Не предавайте ее, и воздастся вам сторицей. От любви вашей загорится свеча любви у соседа или ближнего, а потом возгорится пламя, согревающее души и дающее свет радости всей земле российской. Любовью очистится и земля, и народ избранный, ибо токи, идущие с небес, благоприятствуют зарождению у русских людей таких свойств, какие подвигнут их на добрые дела, на искоренение насилия, убийств, воровства, лихоимства и предательства. Двадцать первый век все изменит: прекратятся межнациональные распри, человек будет глядеть в глаза другого человека без злобы и ненависти, теплота взглядов людей примирит всех. Но еще три последних года старой эпохи и первые годы новой эпохи будут годами бескомпромиссной борьбы в духовной сфере, ибо закостенелые человеческие пороки сразу не сдаются. Еще будут обливать грязью и травить всякого, кто осмелится призывать к свету, к нравственному очищению, к честному распределению доходов, к социальной справедливости. Эпоха ненависти еще будет цепляться за темные души, провоцировать их на неблаговидные поступки. Найдутся и желающие, как говорят в народе, мутить воду, иными словами, создавать в обществе нервозную обстановку, неразбериху, ибо тогда проще прикарманивать капиталы да тиражировать в средствах массовой информации нравственную грязь. Но стремление к личному богатству постепенно будет вытесняться из сознания людей и заменяться идей общего блага, социальной справедливости. Интересы всего трудового народа станут в конце концов превыше всего. Дух каждого в отдельности и всего народа быстро возрастет, так как общие цели будут светлыми. Общество сможет увереннее преодолевать препятствия, социально совершенствуясь. Души людей будут наполняться благородством, стремлением внести и свой посильный вклад в общенародное дело. И каждое сердце любовью наполнится, принимая светлую энергетику новой эпохи, а люди станут счастливы, получая удовлетворение от выполненной работы, нужной для всего общества. Но когда трудно, когда каждый бьется за себя, надо потрудиться и для всех, не ожидая никакой благодарности и награды, во благо будущего страны. Дух народный не возвысится, если каждый заботится только о себе, тащит, как барсук, все добытое в свою нору, не обращая внимания на оголо-давшего ближнего. И бытовые люди не смогут оборонить наше подрастающее поколение от бездуховной экспансии Запада и Северной Америки, где специально и целенаправленно воспитывается человек - потребитель товаров и услуг, который просто управляется, ибо приучен к стереотипному мышлению, к вседозволенности, перешагивающей грань распущенности. Так как нам первыми суждено очиститься от этой грязи, мы и должны поставить заслон зарубежной поп-культуре. Уважающий себя человек должен приподняться на крыльях любви к родине, оторвавшись от притяжения гнетущего быта, и почувствовать себя очень нужным для возрождения своего народа. Такое понимание самого себя зависит от внутреннего душевного настроя. И в новой эпохе любви духовное начало внутри человека одержит верх над бытовыми привязанностями. И от этой победы зависит судьба нашей родины. И чем тверже будем в своих убеждениях, основанных на любви к отчизне, на устремленности к общенародному благу, тем быстрее приблизим торжество истинной социальной справедливости и духовной возвышенности.

НАИХРИСТИАННЕЙШИЙ НАРОД Россия в новой эпохе - преображенная страна. И успехи ее, и процветание, и мощь - все зависит от того, насколько народ русский вернется к святости своей, некогда спасавшей его в бедах и напастях. Должны вернуться мы не к показной святости, а к внутреннему состоянию души, облагораживающему все наши действия. Русский народ, восходящий в духе, преодолевая тяжелейшие препятствия, возвращается к православию. Но несмотря на открывающиеся вновь храмы, проходит мимо них еще множество русских людей, пока не понимающих, что человек рожден не для ада, а для рая, для царствия Божия, а истоки его находятся внутри всякого живущего. Однако испить глоток из спасительного источника бытовому человеку не дано, если душа его не подготовлена к этому. В церкви, явившись для совместной молитвы, легче обрести божественное умиротворение, ощущая душевное тепло собратьев. Лишь искренне уверовав в Христа, выполняя евангельские заповеди, сможем объединиться духовно всем народом, так как станем исповедовать одну и ту же мораль, одинаковые нравственные принципы поведения. Окрепнув в духе, сумеет противостоять русский народ всемирному злу, навалившемуся на него, чтобы сокрушить окончательно. Духовность же обретается через веру. А вот приобщение мирян к вере - насущнейшая задача
духовенства. Но найдет ли в себе силы православное духовенство, не полагаясь на рукоположение, шаг за шагом подниматься по лестнице духа, а не только соблюдать уставы монастырей и правила богослужения. Им, священнослужителям, особенно трудно, ибо они живут в кругу аморальных событий, пакостной информации и завлекательных соблазнов. И глубоко ли в их души проникла вера Христова, и болят ли у них сердца за народ? К одним священникам люди невольно тянутся, а к другим равнодушны. Почему? Ведь оба рукоположены в сан. А потому что один, любя искренне Господа, очистил душу свою и восходит в духе. У него светлая энергетика, притягивающая к себе страждущие сердца. А у другого священника, в силу его тяжелого характера и малости трудов праведных, забиты энергетические центры низкими вибрациями, и прихожане это интуитивно чувствуют, невольно отстраняясь от него. Наблюдается и такое, когда священники и иерархи с подчеркнутой благосклонностью относятся к владельцам толстых кошельков, встречают их в аэропортах и на вокзалах, сопровождают в поездках, принимают в алтарях, причащают отдельно от прихожан. Деньги, конечно же, необходимы и храмам, и монастырям, но ведь перед Богом мы все равны. Известно из Библии, что богатство дается нищим духом. Господь, видя их духовную ущербность, попустил им заиметь богатство, чтобы еще раз испытать их, чтобы они смирили гордыню и вошли в храм со страхом перед Спасителем. А после особых приемов у пастырей почему бы им не надеяться со временем попасть в рай вне очереди. Духовная жизнь русского народа в значительной степени зависит от духовности священнослужителей. И каждый из них должен совершить свой духовный подвиг во благо своего народа. Да и сами прихожане, не полагаясь лишь на наставления священников, заглянули бы честно в свои сердца и переосмыслили греховные деяния. К сожалению, бесчисленное количество людей живет по инерции, повседневной наскучившей жизнью, не задумывась о своей духовности, несмотря на горы поучительных книг, появившихся за тысячелетия в мире. Лучшее из написанного призывает нас утвердить водительство духа над телом и стать действительно подобием Господа по внутреннему содержанию души, чтобы чувствовать себя свободным человеком, даже находясь в клетке законов, общественных правил и традиций. Но некогда бытовому человеку остановиться в беге изматывающем, отключиться от звуков и тягот текущего дня. А если бы прислушался всякий в тишине к позывам сердца своего, то явно подметил, что, будучи перегружено заботами о хлебе каждодневном, тянется оно к чему-то непреходящему, к свету в окне буден, не желает замыкаться в узком кругу устоявшихся потребностей и готово соприкоснуться со всем необъятным миром, с высшими сферами мироздания. От самого человека зависит дать волю сердцу своему или держать и дальше его в бытовом рабстве. Прислушайтесь к сердцу. Оно никогда не солжет, если вы сами не захотите обмануться и вернуться к размышлениям привычным. Сердце понимает, что где-то в бесконечной дали, в центре творения есть высшая сила, Дух всеобъемлющий, Бог, непостижимый полностью человеческим умом, но без которого жизнь была бы вообще невозможна, как невозможно и бытие вселенной. Логически рассуждая, понятно, не докажешь существование высшей силы, Бога, но и отрицать нельзя, так как реальны и звезды, и планеты, и другие миры. На эту тему столетиями схлестывались оригинальные умы, богословы и обыватели, но спор бессмыслен на уровне человеческого мышления. Остается бытовому человеку уверовать раз и навсегда во Вседержителя, восприняв его сердцем своим, и попытаться подготовить душу для принятия Духа спасительного. Уверовать и не сомневаться, ибо сомнение тормоз в развитии человека. Сомнение враг движения. Как засомневался, так и остановился в восхождении духа, а потом опустился в низшие слои, в тяжелые энергии, опять воротился к плотским желаниям и бытовым дрязгам. Не усомнитесь, идущие к духу, и ваши энергетические каналы примут светлые токи, ниспадающие из высших миров. Они укрепят и душу, и тело. При этом лучше полагаться на веление сердца, так как разум может подвести, потому что опирается на прошлый земной опыт, а он, как правило, не оплодотворен духовностью и не поможет увидеть путь в новую жизнь. Но если потянулись к свету небес и вера окрепла в вас, преодолеете все и восхождение ваше будет скорым. Итак, осчастливившись верой, отбросьте ухищрения ума, не пытайтесь проверить ее мерками обыденными. Либо вера - либо неверие, либо открыться высшим энергиям - либо увязнуть в низших слоях, потеряв насовсем надежду на спасение. Уверуйте и обретите радость истинной веры, восходя в духе по вере своей. История народов знает немало великих подвижников духа, любивших бескорыстно и безмерно любого ближнего и дальнего жителя планеты, как Господа. Если они нашли в себе силы приподняться над сонмом страстей и инстинктов, одолевавших их во все их годы, то почему бы и обычному человеку не последовать их примеру, очистить свою энергетику от низких колебаний. Ваше тонкое энергетическое поле в иные мгновения сможет свободно соприкасаться с тонким миром вселенной, с надземным миром, обретя радость духовного существования. Но если вы согрешили, то не отчаивайтесь, всегда есть место и время покаяния. Покаяние - это не просто просьба к Господу о чем-то для вас важном. Покаяние тогда будет услышано, когда вы измените образ мыслей, т.е. отойдете от тех жизненных правил, которые довели вас до смятения в душе. Чтобы стать лучше, чтобы душа обрела успокоение, нужно мыслить благородно и чисто о себе и о других, отогнав навязчивые грязные мысли, посещающие вас в минуты искушений. Мыслите светло, тем самым зажгете в душе своей свет спасительный, впустите любовь в сердце и увидите мир совершенно другим. И этот мир зачарует вас. И уж не впускайте в душу свою бытового человека, не позволяйте ему командовать вами, раз уж прониклись помыслами высокими. И нам, русским, заповедано в новой эпохе света и любви возвыситься духовно и нести любовь другим народам. Поэтому исполнение заповедей для русских людей, это не просто факт религии, а основа морали и культуры, основа всей духовности, делающей нас братьями и сестрами, а не господами и поденщиками. И в наступающем столетии нет более светлого стремления, как обрести неколебимую веру в Спасителя и стать наихристианнейшим народом на Земле.

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯВОСХОЖДЕНИЕ ДУХА В ЧЕЛОВЕЧЕСТВЕ
ПОВСЕДНЕВНОСТЬ МИРА По сути взаимоотношений между людьми и народами человечество похоже на давно ушедший мир, существовавший и тысячу лет назад. Времена менялись, быт и сооружения совершенствовались, но оставалась неизменной гнетущая эпоха, когда дети Земли кровожадно противоборствовали, кромсая тела и страны. Ради наживы, алчностью руководствуясь, сильные государства по-прежнему попирают и унижают более слабые. На планете дымятся места сражений, где прах убиенных и замученных взывает к милосердию. Элиты ведущих держав, громогласно заявляя о приверженности к демократии и закону, на самом деле выкачивают в своих интересах сырьевые ресурсы из слаборазвитых стран, не позволяя им экономически окрепнуть, сдерживают их развитие, чтобы самим наживаться на их бедности и диктовать им кабальные условия. А строптивых правителей малых стран наказывают, попирая права суверенитета. Для мощных монополий и могучих государств законы не писаны, им плевать на честь и достоинство слабых, на мировое сообщество, главное для них - своя выгода, свои интересы, а фиговые прикрытия их грабительских действий обеспечивают оплачиваемые ими политики, чиновники и средства массовой информации. Невзирая на углубление познаний, рост культурного уровня народов, войны на планете очень часты, неожиданно возникают и мучительно заканчиваются. Земля дана Господом людям для проживания и кормления, но сначала ветхий, а потом и бытовой человек превратили ее в поле битвы, обильно орошаемое потоками крови и слез. И это из века в век, потому что низменное и гадкое в человеке беспрерывно подпитывалось тяжелой энергетикой, токами с низкими вибрациями, посылаемыми из центра мироздания на Землю во все времена уходящей эпохи. В одной-то стране люди пока не могут договориться между собой, как по справедливости жить вместе. И уж тем более страны-соседи не в состоянии долго сосуществовать без взаимных претензий и разбойных нападений на чужие территории. Неужели нельзя жить в мире и дружбе? В эпохе мрака это была трудноразрешимая задача, так как черная энергетика, заполнявшая околоземное пространство, не способствовала примирению. Отдельные люди и целые народы, черпая эту разрушительную энергетику, испытывали нервные перегрузки, невольно создавали конфликтные ситуации, ибо мысли в умах большинства людей из самых разных стран были примерно одинаковыми - мыслями тьмы, блуждающими в тонкой материи надземного пространства. И эти мысли, ставшие реальной силой, двигали с остервенением один народ на другой. Сами по себе народы и люди нейтральны, но те агрессивные мысли, какие вбиваются в их головы коварными лидерами с низкими желаниями, становятся их образом мышления, их сущностью на каком-то этапе жизни, после чего они готовы к противоборству, потому что их фактически науськали друг на друга. Не ведая причины своего недоброжелательства, бытовые люди порой с детства ненавидят жителей планеты Земля, непохожих на них по национальному, социальному и другим признакам, не соображая, что мышление человеческое, как правило, не критическое, а традиционное, общепринятое: мыслят категориями, привычными с юных лет в своей семье, в своей стране. И не задумываются над тем, что Господь создал людей изначально равными вне зависимости от каких-либо различий, что все они одинаково любимы Богом. Это люди, в меру узости взглядов и кичливости, берут на душу грех и определяют, кто из них благородный, а кто низкого происхождения, кто господин, а кто холоп. И это печально, ибо разделение между людьми создается самими людьми из-за разного социального положения, их низких душевных качеств и неспособности приподняться над суетой времени, в котором они живут. Эпоха мрака в годы своего заката доводит мерзость до предела, так как наиболее гадкое, что есть в человеке, непомерно усиливается. Человек, мысля скверно, порождает то, что овладевает его умом и телом. Со страной происходит тоже самое. Если вбивать в головы населения какую-либо темную мысль, то в конце концов и случится то, что заключала в себе эта мысль. И общество пожнет плоды своего мышления, а так как оно негативное, то и беды тут как тут. Исторгая в пространство черную энергию, бытовые люди мыслят грубо на низком, а не на духовном уровне, не задумываясь о вечном и благородном. Они не выпутаются из липкой паутины вспыхивающих страстей, не перестанут завидовать, враждовать и убивать, т.е. волчьи повадки не покинут людей. Чтобы освободить от гнетущей энергетики пространство над страной, граждане вынуждены будут очистить свое мышление от разлагающей гнусности и порочности и поставить перед собой и государством высокие цели, выбрать светлую дорогу, где нет угнетения и унижающей зависимости одного человека от другого, и тогда они постепенно будут переходить на духовный уровень существования, совершенствуя себя и преобразуя страну. Общество будет строиться на законах справедливости и братства. Да и наш народ истосковался по спокойствию и благодатной жизни, но правители, о себе ошибочно много мнящие, заморочили ему голову, завели его в мутный омут социальщины и стоят на головах захлебывающихся бедняков. Слепцы духовные ведут таких же незрячих. Чтобы прозреть им нужно полюбить ближних, а еще лучше и дальних. Тогда и откроется перспектива. Лишь немногим, продвинутым в вере в Господа Единого, удавалось во все времена и сейчас удается объять любящим сердцем всех и вся. Их дух восходящий и светлая энергетика способны предотвратить природные и общественные потрясения. И это реальная сила тонкого мира. Обыватели, даже в хорошем смысле слова, и не подозревают, что вокруг них идет непримиримая борьба сил света с силами тьмы. И те, кто возвысился в духе , совершают нравственный подвиг во имя своей страны, хотя и остаются безвестными. И чем больше поборников света, тем одухотвореннее и сильнее народ. Бытовые люди, имея примеры духовных собратьев, в новой эпохе, особенно после 2003 года, начнут следовать их примеру по мере своих возможностей, которые с каждым годом станут увеличиваться, так как из центра мироздания нарастающим потоком устремится светлая энергия на Землю и будет способствовать просветлению людей, но не всех, а тех, кто сам осознал, что так бездарно жить дальше нельзя и необходимо самому проявить встречное стремление к очищению души. В новой эпохе не суждено будет нашей планете сойти со спирали эволюции из-за неразумности человека грешного, размножившегося на Земле, потому что планетарная гибель повлекла бы глубокие изменения в космической системе, где все взаимосвязано. Эволюционный путь развития предстоит человечеству, хотя оно из-за своей алчности и низкой духовности, накопив горы смертоносного оружия, приблизилось к краю пропасти. Еще неосторожный шаг мирового сообщества в выяснении отношений между странами и народами и последствия катастрофические неминуемы, но Бог милостив, посылая спасительные токи человеку Земли. Ему остается приучить себя мыслить благородно, по-доброму. В этом спасение. Энергия его обновленных мыслей будет соответствать энергии, поступающей с небес, т.е. будет совместима с ней. Это произойдет с каждым, живущим на Земле, когда он уяснит, что несет прямую ответственность не только за себя, но и за свою семью, за свою страну, за человечество, за всю вселенную. Это суть мирового бытия, ибо существует органичная связь всякого человека с космосом, с богодуховностью. Беда обывателя в том, что, в силу ограниченности сознания и слабости духа, не воспринимает он своего единения с бесконечным миром, отчуждает сам себя от него и замыкается в узком бытовом мирке. Человек не постигает, что жизнь его оценивается по большому счету не начальниками и не правителями той страны, где он живет, а высшими силами: выполнил ли он сверхзадачу, поставленную перед ним при рождении в плотном теле на Земле или нет? И жизнь страны также оценивается по высшему счету: достаточно ли развито сознание ее граждан? могут ли они принять в свои сердца светлые идеалы и нравственные ценности? Под сознанием имеется ввиду вовсе не технический уровень - его могут достичь и люди злые, алчные, постыдные, что и наблюдается в мире. Здесь речь идет о том сознании, которое подготавливает души к милосердию и любви. Сила мыслей отдельного человека, а тем более группы людей или целого народа, опосредованно влияет на происходящее в мире. Если ваши мысли чисты и направлены на благие общие дела, на помощь людям, пусть вам и не знакомым, но живущим рядом с вами, то и события, творящиеся вокруг вас, будут менее драматичными. Не надо думать, что наша жизнь, укладываясь в какой-то короткий период, ограниченный нашим существованием, не влияет на дальнейший ход мирового развития. Конечно же, люди, пребывавшие до нас на Земле, и те страны, что возникали и гибли в пламени истории, весь канувший в лету мир, органический и неорганический, - все повлияло на нас сегодняшних, на наше становление, на наш дух, так как дух вечен, но подвержен эволюции. И згинувшие в веках люди были ответственны перед высшими силами за нас, ныне живущих. И мы, мыслящие и действующие, также невольно возлагаем на себя ответственность не только за движение собственного духа, за состояние духовности в своей стране, в мире, но и за то, какой будет планета Земля и жизнь на ней после нашей физической кончины и во времена далекие. В бытовой круговерти это не осознается, но своими мыслями и поступками влияем на околоземное пространство, на формирование духовности или бездуховности в мире сегодняшнем и в завтрашнем. Наш дух после смерти, уйдя в тонкие миры, повлияет на состояние вселенной. И за то, каким будет наше влияние в своей стране, в мире, в небесных сферах, понесем ответственность перед высшими силами, перед Господом, Творцом мироздания. Простые и великие истины о любви, данные миру Иисусом Христом, знакомы каждому человеку в любой стране, но нечасто востребованы, так как дьявольские наущения мешают людям сострадать и любить. Потому заполнены сердца страхом да ненавистью, в лучшем случае равнодушием, а человечество, несмотря на границы и континенты, корчится в кровавом и страшном угаре. Сплошь и рядом люди поговаривают о благородстве, а где оно? Если же и появляется, то бескорыстно ли оно? Бахвалятся разумностью, а разумные безжалостно сбрасывают бомбы в центре хваленой Западной Европы на головы не менее разумных, но желающих жить по своим правилам. Говорят, что человек в передовых капиталистических странах цивилизованный, а он жалок в своей жадности и ревности. На цивилизованном Западе бал правит заурядный бытовой человек, думающий о себе очень высоко лишь потому, что обставил жизнь свою всевозможными вещами, которые завладели им и не позволяют ему прислушиваться к стихающим от черствости порывам души. А перед Богом кто хочет возвыситься, будет унижен. Внешняя порядочность и воспитанность щеголей и щеголих на поверку оказывается напускной маской их блудливости, беспрерывных поисков похоти. От низкой духовности и погрязло человечество в бесконечных разборках, конфликтах да войнах. Но пока люди в плену нахлынувших страстей, не избавиться им от раздираемых противоречий на бытовом уровне, ибо на духовном уровне господствует гармония во всем. Низменные страстишки, повсеместно наблюдаемые в жизни, подаваемые броско публике в кино и в театре, выдаются за любовь. В действительности же партнеры утолили свои желания, и вся любовь кончилась, после чего они ищут следующие одушевленные объекты для очередного занятия любовью. И опошлили великое и трепетное слово и чувство - любовь. Придет то время, когда в светлой эпохе проникнется человечество истинной любовью, тогда и души людские станут чище, сердца начнут интенсивно испускать светлые энергии в пространство, где произойдет очищение тонких материй. И мир изменится, и страны изменятся, и человек изменится к лучшему. Но пока ненависть и злоба разгуливают от одной души к другой, обременяя планету дьявольским смрадом. Оттого и любовь всепобеждающая пока редка, ибо она посещает тех, кто, трудясь душевно, засиял внутренним светом и подготовился к приходу захватывающего яркого чувства. Не явится любовь туда, где поселилась пошлятина, где бытовые удобства превратились в мерило сущности человека. Иногда там мелькнет огонечек любви, но, не разгоревшись, гаснет. И человек шагает по жизни без душевного трепета, но зато не упускает своей пользы и выгоды даже в знакомствах и браках. У многих любовь была уже у порога их духовного дома, но поленились они открыть дверь и впустить ее в свои сердца вместе с радостью несказанной. Раз не хватило житейского мужества подняться над бытом, над традициями, над взглядами семьи, над условностями страны, то и не дано было полюбить искренне и безоглядно. Так и живет человечество, преуспевая в повседневных делах, обогащаясь, умнея, но без взаимного душевного доверия и тепла. И если вдруг сталкиваются интересы групп или стран, люди готовы броситься в драку, в бой, кулаками и оружием навязывая свои взгляды. Силой можно лишь принудить другого или покорить страну, но полная победа одерживается добротой и любовью. Где дух восходит, там и любовь меж людьми. В таких странах - единение и сплоченность народов. Раздрай и брожение в том народе, где бездуховность умышленно насаждается недоброжелателями или явными предателями, ведающими, что творят. Человечество лишь тогда начнет находить верные пути, когда над устремлениями народов и правителей, над всеми тяжбами и конфликтами затеплится огонек любви и будет взлелеян общими усилиями. Тогда дух будет вести народы по пути духовного возрождения. Иначе никогда не наступит спокойствие на планете, а будет беспрерывная дележка материальных ценностей, попросту говоря, грабеж слабого более сильным. Еще никто не жил спокойно, угрожая прочим людям и странам, устанавливая на захваченных территориях ненавистные местным жителям свои порядки. И в итоге народ-притеснитель захлебнется в собственной злобе. Новая эпоха, эпоха светлых энергий, посылаемых из глубин вселенной, со временем охладит пыл слишком зарвавшихся или очистит планету от них - и людей, и народов. Каждый выбирает свою судьбу: или жить народу и восходить в духе, впустив в сердца любовь, или сойти со спирали эволюции и раствориться во времени. Не лучше ли миру перестроиться и создать братство народов на Земле?

МЕЖДУ СВЕТОМ И ТЬМОЙ В конце второго тысячелетия, когда завершается эпоха, принесшая человечеству неисчислимые беды и войны, не стихает беспощадная борьба между теми, кто олицетворяет темные силы и пленен тяжелой энергетикой, и теми, кто отмечен печатью света, носителями высоких вибраций. Люди тьмы - типичные представители эпохи мрака: стяжатели, недоброжелатели, властолюбцы, насильники, духовные и физические, и прочая серость, хотя в обществе они могут занимать любые должности от дворника до президента, но души у них схожие - жалкие, а желания низменные. Люди света, просветленные, возвысившиеся над страстями и облагородившие свои чувства. Раз существует разделение между людьми, олицетворяющими божественный свет или дьявольскую тьму, то такое же разделение есть и внутри народа, и между народами. Политические партии и группы граждан действуют не ради собственного удовольствия, а объединились, имея общие цели и методы достижения этих целей. Цели же определяются уровнем их духовности. Чаще всего они собираются вместе для достижения корыстных целей, быстрого обогащения, получения привилегий, прикрываясь красивыми фразами о пользе общественной, и очень редко, презрев личную корысть, честно служат своему народу. Деятельность партий не проходит бесследно. Они вроде отдельного человека являются носителями света или тьмы в обществе, морально возвышают или развращают население, подыгрывая бытовым людям. В уходящей эпохе в любом народе, несмотря на старания духовных лидеров, не произошло значительного взлета общенародного духа, так как мешала этому тяжелая энергетика эпохи. Но токи наступающей эпохи исподволь способствуют активизации верхних энергетических центров в человеке и возвышению духа в сообществах людей, особенно в русском народе, избранном народе в новой эпохе. Ему первому суждено пройти духовное чистилище и дать примеры взлета духа всепобеждающего. Народы, дух которых очень низок, но высок потенциал ненависти и злобы, не в состоянии воспринимать светлые божественные токи, льющиеся из глубины вселенной, и будут вымирать или рассеиваться среди прочих народов; они потеряют право быть народами, ибо таковы законы эволюции. Воинственные страны и народы, силой оружия утверждавшие успешно свои приоритеты во времена старой эпохи, в новой же эпохе, если не возвысятся в духе и не сменят воинственность на любовь, будут внутренне ослаблены и разделены, потеряют влияние на мировой арене. Немало народов потерялось среди прошедших веков, потому что расточали вокруг себя в основном черную энергетику, даже превышавшую энергию токов с низкой вибрацией, поступавших в те времена с небес. Они были варвары и варварами ушли в небытие, хотя и сыграли какую-то предопределенную им роль в мировой истории. В последние годы на рубеже эпох особенно обострилось противостояние света и тьмы, а это и вспыхивающие локальные войны, и пограничные столкновения, и напряженность внутри стран и между государствами. Улыбающиеся перед телекамерами бездуховные лидеры, ничтожные перед Господом, натравливают одни народы на другие, своими призывами возбуждая звериные инстинкты в людях, в результате чего уничтожаются города и села, обрекаются их жители на горе и стенания. Сами же авторы провокаций в это время безнаказанно отсиживаются в уютных кабинетах, на дачах, в шикарных машинах. Их бы поставить под пули и бомбы - это было бы справедливо. Безнравственность руководителей стран, а также толстосумов и воинствующих ястребов из любого общества - яркое проявление заката кровавой эпохи. В первые десятилетия двадцать первого века ожидаются потрясения в тех странах, где люди привыкли смотреть друг на друга через валюту, где выгода превыше чести и достоинства человека. За все придется платить, но уже не деньгами, а развалом государств и нахлынувшими болезнями и смертями. В новой эпохе все станет на свои нравственные места. Неумолимое время даст всем шанс измениться к лучшему. Но если лидеры и народы, считающие себя всемогущими и навязывающие свою волю инакоживущим, не свернут с пагубного пути на дорогу любви и справедливости, то потеряют остатки имеющейся у них светлой энергии и скатятся к полному духовному упадку, окажутся на околице эволюции. Их участь плачевна. И это будет хороший урок для остальных народов на планете Земля. Долговечное счастье народное возможно построить на братской основе, не держа тайно злых умыслов, с душевной открытостью, с самыми светлыми намерениями, очищением от грехов убийств и предательств, злобы и ненависти. Счастье в народе достигается, когда уставшие сердца погружаются в пламя любви, в котором сгорает всякая чернота. Борьба за счастье ведется и в околоземном пространстве, где скопились различные энергии, порождаемые людьми и целыми народами. Борьба света и тьмы непременно рано или поздно, а это зависит от самих людей, закончится победой света. Иначе удушающая тяжелая энергетика, исходящая от неодухотворенных людей, привела бы к деградации народов в новой эпохе, что пагубно с точки зрения эволюционного процесса. Люди света, угодные Господу, восторжествуют, потому что новая эпоха - это эпоха света и любви. В будущем придет понимание того, что конфликты и войны не совместимы с восприятием новых светлых токов. К тому же победы в войнах не дают длительных стабильных результатов. Ликование победителей временно. С годами во враждовавших странах изменяются экономические потенциалы и духовный настрой, возникают предпосылки для возобновления противостояния и наступает день, когда поджигается фитиль войны за передел земель и перекрашивание прежних карт. Так было в старой эпохе, но вовсе не характерно для третьего тысячелетия. И уже в двадцать первом веке грядет прозрение вождей и народов, но через нравственные издержки. А кто не осознает, что построение взаимоотношений между народами должно быть основано на любви и братстве, тот столкнется с затруднениями при подпитке организма светлыми токами вселенной, так как станет сдерживать развитие планетарного сознания. Эпоха подтолкнет людей к духовному сближению.

ИСЦЕЛЕНИЕ МИРА Вступая в новую эпоху, находясь в начале очередного эволюционного витка, мировое сообщество делает первый шаг в необычную свою историю, по сути не схожую с прошлыми тысячелетиями. Но осмыслило ли человечество ту роль, которую оно должно сыграть в развитии мироздания? Задумалось ли оно о том, что в новом тысячелетии жизнь по старым законам и принципам общественного бытия подтолкнет к самоуничтожению двуногих обитателей Земли, накопивших эвересты ядерного оружия, но не прекративших жуткую погоню по трупам себе подобных за сверхприбылями и непримиримую вражду за сферы влияния и рынки сбыта. Уж промелькнули века мрачной эпохи, но земляне, за редчайшим исключением, почитав священное писание, грешат всласть, как перед концом света, словно смысл и цель жизни - зарабатывание денег, потребление и потакание плоти. А где же те устремления, которые делают человека Человеком с большой буквы? Вероятно, было не до них. Но теперь новая эпоха, вступая в свои права, чтобы обеспечить эволюционность развития, испытывает на духовность и живущего на Земле человека, и народы. Обновленные токи, поступающие из центра вселенной, способны будут принять люди и народы, если поместят в сердца свои любовь к Господу, к человеку и природе, тем самым изменят собственную бытовую энергетику, сделав ее соответствующей вибрациям светлых небесных токов, привнесут гармонию в души людские, в отношения между народами. Господь, дав чадам своим свободную волю, испытывает их в деяниях и в отношениях между собой и с природой, а итог пока скудноватый: разумных множество, а духовных забегаешься искать. Призывный голос Христа не слышат, но зато с удовольствием внимают растлителям душ и греховодникам. А зря - наступают иные времена. Уже в первые десятилетия двадцать первого века влияние новой эпохи явственно проявится на людях и народах. Человечество непременно шагнет еще на одну ступеньку духовного роста, стремясь к расширению сознания до понимания своей причастности к высшим сферам и энергиям, которые и управляют всем космосом. Но отдельные люди, преодолев притяжение многоликого быта, раньше других поднимутся в своем становлении богочеловеческого мироощущения. Они способны будут выдержать высокие вибрации небесных токов. Эти земные люди, сопричастные со всей вселенной, с тонкими полями дальних миров, как путеводные звезды, осветят заблудшему человечеству верную дорогу эволюции, духовного совершенствования, преображения бытового человека в человека духовного. Просветленные, угодные Богу люди, есть и в России. Ими держится русская земля, избранная Господом для посева зерен духовности. Сила их энергетики не позволила рухнуть окончательно нашему государству, противостояла наглым попыткам внутренних и внешних врагов развалить и погубить державу. Россия восстанет из пепла разрушительной перестройки, создаст строй, непохожий на ныне существующие государственные устройства, и сыграет определяющую роль в мире. Она явит человечеству пример духа высокого, и черная энергетика начнет медленно просветляться на всех континентах, хотя у каждого народа свои представления о добре и зле. И если какой-то народ задержится долго в своем развитии на уровне сознания бытового человека, то непременно скует дух свой, опутав его низменными страстями, не позволяя ему подняться на крыло и взмыть ввысь, куда манит его Дух Святой. Когда обывательщина заедает все слои общества, то в народе явно просматривается застой или упадок нравов, люди не воспринимают высокие гражданские идеалы. И гниение в обществе будет продолжаться до тех пор, пока не произойдет социальное брожение или революция, которые всколыхнут все общественные слои, давая простор передовым идеям и преобразованиям. Если сердца людские будут полны желаний подвигов на пользу общества, то и прогресс будет велик, и народ этот резко продвинется по пути эволюции и сможет увлечь за собой значительную часть человечества. Этому и будет способствовать новая эпоха - эпоха любви и духовного совершенствования. Если в прежней эпохе народы нормально существовали, а некоторые материально процветали и тогда, когда были духовно нищими, то cуществовали лишь потому, что соответствовали эпохе мрака и были людьми мрака. Дальше во времени процветать долго людям мрака станет затруднительно, так как кончилась их эпоха. И людям, и народам придется перестраиваться и соответствовать эпохе света. Высокие энергии, идущие с небес, не потерпят длительного существования на земле людей и народов мрака, ибо эти высокие энергии не являются теми энергиями, которые подпитывали раньше людей мрака. Свет не предназначен для подпитки мрака. Там, где появляются лучи света, мрак рассеивается. Если рассматривать историю народов обособленно от всего мироздания, как историю отдельных народов планеты Земля, то виден какой-то непонятный калейдоскоп народов и событий. Одни народы таинственно исчезают, другие возникают, смешиваются с прочими народами. Вроде и причин для этого явных нет. Но это происходит оттого, что дальние миры, центр мироздания, беспрерывно посылая на Землю энергию, тонкую материю, оказывают влияние на развитие всего живого и неживого на планете. Во времени меняется частота этой энергии, и народы, находящиеся на разных уровнях духовного развития, по-разному воспринимают эту энергетику. Одних она духовно укрепляет, так как колебания энергии с небес совпадают с колебаниями тонких материй, излучаемых народами в околоземное пространство. И эти народы быстрее продвигаются в своем развитии. Для других народов колебания небесных токов находятся в противофазе с их собственными энергиями, и эти народы, как бы затухая, сходят на обочину эволюционного пути и влачат жалкое существование до тех пор, пока снова не всколыхнется внутренняя народная энергия и не станет соответствовать небесным токам. Соответствие энергии народа токам небесным зависит от образа мышления народа: злы и преступны его мысли и желания или они светлы и дружелюбны, а также зависит от того, в какую эпоху живет этот народ, насколько мрачна или светла сама эпоха, определяемая высшими силами. Человечество должно осознать действенную роль околоземного пространства, энергетика которого образуется из двух составляющих: из энергии мыслетворчества людей и народов, живущих на планете, и энергии токов, приходящих из дальних миров. И чем злее мысли, чем агрессивнее народы, чем непримиримее они в конфликтах, тем больше черной, страшной энергии выбрасывается этими народами в окружающее пространство, тем накаленнее обстановка и взаимоотношения внутри народов и между ними. И человечество не имеет покоя. И здесь неизбежны не только столкновения между народами, но и природные катаклизмы, вызванные накопившейся черной энергией зла. Кровопролития и войны, истребление людей и народов - это результат негативного мышления самих народов и их правителей, которые, как правило, ради личных гнусных целей вбрасывают в сознание своих сограждан мысли, активизирующие в них низкие энергетические центры, настраивают их агрессивно. И это трагедия. Впредь тот, кто не убедит себя, что в мире, где сотни стран и народов, нужно жить по принципам добра и братства, обречет себя в новой эпохе любви на энергетическое истощение. Если народы не воспримут эту истину, не умерят воинственный пыл, то их ожидают потрясения, общественные ломки и развалы. В новой эпохе есть один магистральный путь для всего человечества - путь примирения и согласия, но не на принципах подчинения одного народа другому, а на принципах братства и добрососедства. Только приверженность к справедли-вости и любви при решении всяких вопросов позволит отдельным народам и всему человечеству, перегруженному сверх меры вооружениями, перестроить свои взаимоотношения, чтобы выжить в двадцать первом веке. Тогда мир раскрепостится, исчезнет напряженность и возрастет светлый дух человечества. Сегодня, когда нет взаимопонимания среди людей внутри стран и между народами, когда неуемные грязные страсти господствуют на всей планете, кажется иллюзией возможность любви и братства между людьми и народами. И бытовой человек ехидно смеется над подобными высказываниями. И сегодня он прав. Да, на стыке эпох это не сбудется, так как миром продолжают править бытовые люди. Ветхие и бытовые люди жили и действовали во все времена старой эпохи, ибо это была их эпоха, эпоха низменных страстей, эпоха крови и горя, эпоха эксплуатации одного человека другим, подобным ему, но не подобным по духу Богу. Заканчивается та эпоха. Заря эпохи света и любви разгорается. Это не людьми придумано. Таково развитие вселенной: за эпохой мрака вступает в свои права эпоха света, эпоха справедливости. И здесь уже от каждого человека, от каждого народа зависит соответствовать ли велению новой эпохи, насколько быстро изменить свое мышление, свои желания и устремления. Если наметятся позитивные, качественные изменения в человеке и в народе, то они будут счастливы и светлая радость поселится в их сердцах. Если не перестроятся, если не отвернут сердца от грязных страстей, если прошлая жизнь во мраке душевном милее, то укоротятся дни многих. Ни у человека, ни у народа, ни у человечества в новой эпохе нет иного пути, кроме пути восхождения в духе.

ОЧИЩЕНИЕ СЕРДЕЦ За три-четыре последних века человечество шагнуло далеко вперед во всех отношениях, кроме нравственного, по-прежнему оставаясь блудливым, жадным, злым и ненавидящим, так как животное начало проявляется у встречных и поперечных. Мало что дают в духовном плане школы, университеты и академии, где преподается уйма научного материала. Оказываются люди порой хуже животных, ибо зверь в природе убивает более слабого или менее ловкого, когда оголодает. Если же он сыт, не тронет никого, даже сидящего или лежащего у него под носом. Зверь получается не такой уж зверь. Сытый же человек расправляется с собратьями, обезумев от алчности или гнева, потворствуя своим амбициям и престижу, и делает это обдуманно, расчетливо, жестоко. Психология таких людей не оплодотворена духовностью. Поэтому население планеты нуждается в очищении сердец, заполненных грязью общественных и личных отношений. Если ничего не изменится в будущем, то человечество на пороге ускоренного самоистребления, для чего запасов оружия более чем достаточно. Да и морального права на существование оно бы не имело, ибо там, где утрачивается духовность, теряется смысл пребывания людей на Земле. Живучесть имеет тот, кто эволюционно развивается, укрепляется в духе. Очищение сердец происходит весьма медленно, потому что не ушла в прошлое полностью мрачная эпоха, подпитывающая звериные страсти, проявляю-щиеся у потомков Адама и Евы. Но все же и чистые сердца в мире прибавляются, а с годами число их будет значительно увеличиваться, засияют светлой радостью лица. И человечество с окончанием старой эпохи завершит самый ужасный, самый кровавый период в своем развитии и начнет отсчет лет подлинной истории, когда станет воплощаться божественный замысел, когда в очистившихся сердцах со временем восторжествует любовь, а в отношениях между людьми и социальная справедливость. Но черные силы и по завершении этой эпохи сразу не сдадут своих позиций, а устроят жестокий бой внутри всякого человека и всякого народа. Рецидивы их мерзких деяний еще проявятся на планете в начале третьего тысячелетия, терзая просыпающееся от нравственной спячки человечество. Но конец мрака все равно уже неизбежен, так как очистительный свет с небес уже достиг Земли, испоганенной людьми.
ВРЕМЯ ПЕРЕМЕН На рубеже эпох еще не заметны в людях те положительные качества, какие будут определять их способности и действия в эпоху света, ибо пока ощутимы проявления тьмы. Человечество, уставшее от вражды и ненависти, но не научившееся жить в мире и любви, с каждым днем все более и более убеждается в необходимости перемен в отношениях между странами и народами. Народы же на пороге выбора: либо вверх по лестнице духа, либо вниз в бездну разложения. Этот выбор делается в сердце человека независимо от его социального положения. И чтобы сделать правильный выбор, нужно прислушаться к голосу Господа, звучащему в сердце у каждого, если он призвал на помощь Бога и живет с верой в него. В конце мрачной эпохи наглую активность, скорее агрессивность, проявляют страны, над которыми пространство изгажено темными, разрушительными энергиями. Это такие страны, как в Америке - США, а в Европе - Англия, Франция, Германия и Италия. Их население, зацикленное на материальных ценностях и низменных удовольствиях, считающее себя цивилизованными народами, фактически заурядные бытовые люди. Духовность им заменяют блага их цивилизации, хотя они по-фарисейски набожны. Достигнув в уходящем веке солидный уровень материального достатка, при этом не гнушаясь капиталистического обирания бывших колоний и слаборазвитых стран, они уверовали в свою исключительность, надменно требуя от прочих стран проведения политики, внутренней и внешней, выгодной только им. Используя акул капитализма - транснациональные монополии и банки, довольно богатые страны любыми способами стараются сдерживать экономическое развитие и государственное становление стран Азии, Африки и Латинской Америки, попирая открыто и нагло суверенитет неокрепших еще бывших колоний. Ухватившись за формальные поводы, они вмешиваются во внутренние дела, бомбят и обстреливают города и промышленные предприятия государств, проявивших самостоятельность и независимость. Коалиция стран-стервятников, совершив открытую агрессию против независимого государства Югославии, показала всему миру, чего стоит разрекламированная борьба за права человека. Налетчики довольны, что остались безнаказанными за свои злодеяния, разбомбив и унизив славянскую страну. В этом еще раз проявилась вековая враждебность Западной Европы к славянским народам. Запад снисходит только к тем славянам, которые смиренно склонили перед ним головы и заискивают униженно, как разорившиеся неудачники, потому что уровень материального достатка в Западной Европе привлекателен для обедневших славян. Пользуясь тем, что бывшие советские республики еще не оправились после разрухи и не в состоянии помешать им куражиться, ретивые головы создали и объединенную Европу, чтобы давить психологически, экономически и в военном отношении на Россию. Они хотят поучать во всем Восток, хотя у самих рожа крива, т.е. низок дух, блуждающий по Европе. Европейцам не до высокой духовности, коли поклоняются материальщине. Перед глазами у них беспрерывно маячат выгода политическая и прибыль экономическая, к достижению которых они стремятся любыми средствами. Они ходят в храмы, молятся Господу, но выйдя оттуда, выжимают друг из друга все соки, чтобы обогатиться, словно беззастенчивое обогащение и есть смысл их жизни. Духовно-энергетический мрак придавил Западную Европу и США. Там еще и не до очищения сердец, так как это светлое, спасительное действие началось с Дальнего Востока в России и не дошло вообще до Европы, а тем более до Америки, где страдают люди от засилия темных энергий в сердцах и душах, где слишком мало места для любви человека к человеку, но процветает дьявольская привязанность к чековой книжке. США и Западная Европа, укрепляя антироссийский блок, полагают, что ослабевшая Россия, направляемая прозападными политиками, в состоянии быть лишь пристяжной в карете, которая повезет их по годам третьего тысячелетия. Для них Россия, еле-еле сводящая концы с концами, объект для нападок и насмешек. Но недаром говорят: "Хорошо смеется тот, кто смеется последним". Пусть они потешат свое самолюбие, будучи уверенными, что их грядущее радужно и сулит им большие блага. Как бы не так. России предстоит еще увидеть трудности и в Западной Европе, и в США. Что впереди, в двадцать первом веке у этих стран? Уже в первые полтора-два десятка лет мир претерпит изменения. То, что сегодня кажется незыблемым, мощным, начнет разваливаться во времена новой эпохи, когда мрак поубавится и будет происходить переоценка ценностей. В США станут проявляться внутренние противоречия и напряжения, а потом и взорвется этот конгломерат национальностей. Как не было там единой нации, так и не будет. Зыбкая сплоченность в этой стране основывается на благополучной жизни, достигнутой за счет сверхприбылей монополий. Соединенные Штаты, напечатав несметное количество бумажных денег, наводнив ими все страны и ловко воспользовавшись тяжелейшим положением в Европе и Азии в послевоенный период, быстро экономически окрепли, словно на первоклассных стимуляторах. До сих пор мир еще пользуется американским долларом для взаимных расчетов, но близко время, когда финансовые отношения в мире претерпят изменения и человечество перестанет цепляться за этот доллар, фактически за пустую цветную бумажку без весомого золотого наполнения. С большой вероятностью можно положить, что расхожая зеленая валюта держится, видимо, на дутых амбициях и спеси янки. В один роковой момент весь мир сбросит эти никчемные бумажные доллары обратно в США, как в мусорный бак. По-человечески жаль будет американский народ, но разгул валютно-финансовых страстей неизбежен и повлечет политическое брожение. А так как уклад американцев держится на солидном достатке, то с неплатежеспособностью населения разразится межнациональная и межклановая борьба. Хлебнут они горя выше головы, потому что внутри вулкана из бумажных денег скопилась сила, черная энергия, которая при взрыве выбросит столько зловонной грязи, что затопит весь континент от океана до океана. Бурные события, почище российских в 90-х годах, обессилят США, и государство затрещит по швам: отсутствует национальное ядро, как в России русский народ. Там разношерстная публика, как на базаре. Пока у продавцов есть товар, а у покупателей деньги, базар в разгаре. Но при инфляции базар залихоралит, люди начнут покидать торжище. Как только ослабнет страна бездуховных преуспевающих дельцов, где все продается и покупается и ничего нет святого, весь мир вздохнет с облегчением, кроме Израиля, которого некому будет защищать от арабов.

Израиль в последние годы удерживается, так сказать, на плаву и диктует свою волю арабскому сообществу лишь потому, что за его спиной США угрожают арабам, для запугивания иногда бомбят их страны, в грош не ставя ни достоинство, ни независимость древнего народа. Но стоит США увязнуть во внутренних своих разборках, израильтяне окажутся с открытым забралом перед разгневанными арабами, помнящими обиды, нанесенные им евреями. Не получив ежегодной крупной финансовой поддержки из США, от государственных служб и частных еврейских предпринимателей, а также не имея за спиной американского флота и ракет, готовых придти на помощь, израильтяне будут одинокими перед арабским миром. Их не спасет никакая отмобилизованная армия, никакое вооружение. Если в оставшиеся годы не сумеют они переступить через собственную гордыню и не договорятся с соседями-арабами, естественно, уступив добровольно ранее захваченные ими же территории, то им не позавидуешь: побегут со всех земель, отнятых у арабов, но и это уже их может не спасти, потому как остановить натиск арабов будет некому. Последует справедливая расплата за наглость и презрение к арабскому населению, чтобы не забывали мудрость: "Что посеешь, то и пожнешь". Прежде над Израилем витала благодать Господа, но, увы, она уже полностью скоро перейдет в Россию. Евреям придется несладко, манна небесная не упадет с неба, земля не разверзнется перед наступающими арабами. Господь дал израильтянам целую эпоху для воплощения божественных замыслов, но те не вступили на стезю духовного совершенствования, не стали примером высокого духа для других народов, а выбрали путь обогащения, путь наживы, где бы они не проживали. И потому с концом мрачной эпохи, которая им благоволила, окончилось действие благодати на израильской земле, и народ еврейский теперь беззащитен перед другими народами. Чтобы им выжить, нужно переступить через свою гордыню, ничем не обоснованную в новой эпохе, и научиться жить в дружбе и любви с другими народами. Иначе токи эпохи света окажутся для них вредными. Как затрещит финансовая система США, заликуют народы в Западной Европе. Им покажется, что отныне они в состоянии стать управителями мира, что имея европейскую валюту, общую для всех, сумеют поднять свой экономический потенциал. Но благими пожеланиями они мостят дорогу в европейский ад. Европа находится на максимуме своего развития. Нет предпосылок для большего роста. Подольше продержаться на достигнутом уровне сможет она, если укрепится в духе, а этого пока не предвидится, так как Европа вместе с Америкой агрессивно настроена против балканских славян и России, где русские отныне избранный народ в новой эпохе и к нему благоволит Господь. Двадцать первый век постепенно все явственнее будет становиться веком Востока и России, где после нравственного очищения начнется духовный и экономический взлет. Сильное развитие также получит экономика развивающихся стран, они выйдут из-под влияния былых господ. Восток и Африка, окрепнув, начнут навязывать Европе свои условия во взаимоотношениях. А так как в Европе, обделенной природными богатствами, практически отсутствуют крупные сырьевые запасы, то попадет она в зависимость от стран Африки и Азии и будет выкладывать за сырье и энергетику очень большие суммы, что негативно скажется на ее производстве и хозяйственной деятельности. Арабские страны сплотятся. Их объединят общность культуры и надоевшая бедность. Мусульманские государства, где полыхают межплеменные войны, где секты непримиримы друг к другу, перешагнут через противоречия и займут жесткую позицию по отношению к Европе и Америке. Народы черной расы также воспрянут и в Африке, и в Америке. Приближается время их выхода на мировую арену. Так что, Западной Европе еще предстоят тяжелые годы в двадцать первом веке. Благодушие последних лет слишком обманчиво, ибо возникнут и внутренние распри в европейских странах, хотя сегодня они, ощущая некоторую уверенность, поигрывают мускулами, даже России дерзко грозят санкциями по поводу и без повода. Не соображают, во что это все выльется. В будущем их военное и политическое объединение, каким они сейчас бравируют, развалится. Люди не белой, а иных рас осуществят в наступающем веке давление на Западную Европу. Европейцы будут в паническом ужасе, станут взывать к России о помощи. Но Россия, памятуя о том, что Европа во все времена хотела ослабления Руси, пыталась завоевать ее земли, слишком много горя и зла принесла российскому народу, не вмешается в европейские конфликты, после которых ныне загордившаяся Европа на несколько десятков лет сойдет с авансцены мирового развития. Россия, видя все передряги на Западе, спасет от европейского разброда лишь славянские народы. Это в конце двадцатого века, после развала Советского Союза бывшие союзные республики и славянские страны Восточной Европы как бы кинулись прочь от обнищавшей России в объятия процветающих США и Западной Европы. Они забыли о братских узах, об общей истории, об общей культуре и охотно обивают пороги на Западе и за океаном, раболепствуя перед американскими и западными лидерами и магнатами в надежде на то, что с их богатого стола упадут лакомые кусочки в полуголодные рты. Эти малые славянские страны, стремглав, разбегаются от падающего гиганта - России, чтобы он их не придавил. Зря убегают: гигант только зашатался, но с годами устоит и укрепится. А вот бегут туда, где действительно все обрушится, а потом с перепугу прибегут с поклоном к России. Но нужны ли они России? Вообще-то она превосходно сможет обойтись и без них, когда-то называвшихся братьями, так как Россия самодостаточна. Но русские не злопамятные люди, доброта у них в крови, и они великодушно примут их в свое лоно и объединятся вместе со всеми славянскими странами. Со временем те поймут, что их подлинное спасение не в отчуждении от русского народа, а в крепком единении с ним, тем более, что в новой эпохе удача будет сопутствовать избранному Богом русскому народу, их доброму брату. А бегут собратья от России в стан ее противников, военного европейского блока, еще и потому, что власть в России хуже некуда, непредсказуема для них и враждебна для своего народа, который настолько обнищал и унижен, что борется за физическое выживание. Смертность давно превысила рождаемость. Но к власти в новой эпохе непременно придет правитель, для которого боль народная станет и его болью. Он будет понят трудовым народом. Его будут понимать как товарища по борьбе за народное счастье. И власть он возьмет не для того, чтобы прислуживать олигархам и банкирам, а чтобы беззаветно служить родному народу. Самая важная задача в начале новой эпохи - духовное возрождение русского народа и других коренных российских народов, невзирая на досужие вопли о национализме иных политиканов и богачей, живущих в России для выкачивания из нее капиталов и отправке их в зарубежье. Возрождение духовности в России - это святое дело. Через обогащение сердец духом нетленным произойдет подъем экономики и земля даст обильный урожай любящему ее радетелю. И не надо никому страшиться России. В новой эпохе не станет она угрожать никакой стране. Ей это будет чуждо. Ее высокий дух не позволит обижать другие народы. Наоборот, Россия окажет очень сильное духовное влияние на мир, и все признают первенство России и без ее военной мощи. Российское государство - самое миролюбивое в двадцать первом веке, а русский народ, избранный для духовного поприща, самый доброжелательный народ. В ближайшие годы, на закате мрачной эпохи США и Западная Европа, вероятно, могут накалить международную обстановку, свысока поглядывая на Россию, которая постарается не втягиваться в конфликты, но если ее спровоцируют помимо ее желания, то гром грянет и мало что останется на американской земле, а о Западной Европе и говорить вовсе не придется. Но есть надежда, что мировой пожар не разгорится благодаря противопожарным действиям России. Прозападные российские деятели, которых притягивает блеском роскоши Европа, где они любят покрасоваться в ущерб своей стране, делают все, чтобы Россия была интегрирована в европейскую экономическую и политическую систему, т.е. чтобы плелась на поводу у западных ястребов. Но спасение России не на Западе, а на Востоке. Раз уж Запад в двадцать первом веке не минует спад во всем, зачем же идти к нему в объятия змеиные? Для блага нашего государства следует как можно быстрее повернуться лицом к Азии, а с Китаем, Индией, Вьетнамом найти общий дружеский язык и наладить разнообразные связи. В наступающей эпохе христианство получит распространение в Китае. Духовный склад китайцев гораздо ближе к православию, чем к католичеству. И не мешало бы православным России активнее развивать связи с уже имеющимися в Китае православными общинами и умножить их число. Это духовно бы сблизило два великих народа - русских и китайцев. Как в России, так и в азиатских странах предстоит духовный подъем в новой эпохе, ибо многовековые традиции там наполнены мудростью, а народы терпеливы и трудолюбивы. Только на общих путях с этими и другими восточными государствами Россия обретет стабильность и мир на долгие времена. Экономическое сближение с Востоком будет более эффективным, если сырьевые потоки переадресовать с Запада на Восток. Будущее России должно быть нам дороже, чем злободневная конъюнктура, связанная с Западом. Поворот государственного корабля на Восток - таково будет веление времени в двадцать первом веке. Сближение же с перезревшей Европой и спесивой Америкой чревато бесконечными выяснениями отношений, ненужной нервотрепкой. Пусть Европа варится в собственном соку и Америка катится к предстоящим внутренним неприятностям. Достаточно еще людей у нас во власти и в среде интеллигенции с тяжелой энергетикой, людей тьмы, доказывающих с пеной у рта, что жить нужно по-европейски, цивилизованно, хотя цивилизация Востока превосходит европейскую по глубине проникновения в сущность бытия и мироздания. Цивилизованный же европеец или американец практичен во всем, возвышенные чувства и мысли редкие гости в его душе и голове, он грезит о накопительстве, ибо оно смысл его существования. Крайнее обнищание нашего народа также делает неразборчивыми сограждан в методах добывания средств. Некоторые, не помнящие родства, никогда не любившие свое отечество, готовы на унизительных условиях прислуживать кому угодно на Западе и в Америке, был бы послаще кусок, чем у себя дома. И это они называют достойной жизнью. Достойно, когда в духе живем, когда душа трудится на ниве добрых дел на родной земле, чтобы обрести пламень трепетный в груди, который возвышает и делает человека свободным от мирской суеты. Богатство - не грех, но смысл жизни в приобретении богатства - преступление перед Духом Святым, это раболепство, если даже едешь в роскошном лимузине, так как едешь в кабалу, где сердце не может избавиться от низких вибраций и нет истинной радости в душе. Русский народ, как избранный народ, очищая землю родную от многовековой энергетической скверны, пойдет своим путем, хотя будут еще наскоки врагов извне и стенания недоброжелателей внутри страны. Со временем утвердятся такие социальные отношения, когда будет обеспечен приоритет людей труда, а не крупных частных собственников, ибо России вовсе незачем плестись в капиталистическом обозе. С Востока началось очищение российской земли, и взоры наши должны быть обращены на народы и государства Востока.

МИРОВОЙ ПОРЯДОК Черная эпоха, уходящая в историю, предопределена свыше быть черной и никакой другой. В черную эпоху обыденное явление - крайнее падение нравов, попрание справедливости, опустошительные войны и конфликты, злопыхательство и страх, приводящие к болезням и смертям, а также обогащение наглых и ловких за счет совестливых и доверчивых. Человечество, обладая разнообразными навыками, знаниями и технологиями, не поднялось в духе, а наоборот, почувствовало в себе дьвольскую силу, способную создавать цивилизации и изменять природу, глубоко не любя и не страшась Бога. В конце эпохи в странах наблюдается резкое классовое расслоение людей, словно мина замедленного действия. На одном общественном полюсе знать, власти предержащие и олигархи, на другом - неимущие и малоимущие, мелкое чиновничество. Первых незначительное количество, но они прибрали к рукам основные богатства. Их большие деньги делают внутреннюю и внешнюю политику, естественно, в интересах разбогатевшего меньшинства. Трудовой народ, являющийся опорой всякого государства, социально не защищен и унижен, так как реальные права у того, в чьих руках материальные ресурсы, используемые для реализации этих прав и своих желаний. В черную эпоху, когда господствуют капиталистические отношения, богатые, владея средствами массовой информации, а также используя зависящий от их подачек государственный аппарат, умело обрабатывают мозги населения, вбивая в его сознание те образы мышления и поведения, какие выгодны сливкам общества в той или иной ситуации. Они развращают народ, особенно молодежь, вытравливая духовность, ибо бытовыми людьми гораздо легче управлять. Они устраивают военные истерии, бросают в бой детей трудового народа, а собственные их дети во время войны учатся где-нибудь в престижных вузах или развлекаются на великолепных виллах и курортах. Богатеи, сговорившись с властями, устраивают обвалы курсов валют в тех или иных слаборазвитых странах, чтобы еще больше подчинить их себе экономически. Ясно любому, что богатые правят миром. От небольшого числа олигархов, от их вражды или совместных действий, от того, куда они переправляют свои капиталы, где их используют, зависят впрямую или опосредованно судьбы сотен и сотен миллионов людей на Земле. Формально все свободны в своих желаниях и действиях, но фактически свободны только власти и обладатели толстых кошельков, а трудовой люд помыкаем и унижаем ими, находится в социальной зависимости от них. Такой порядок общественных отношений сложился в мрачную эпоху, эпоху тяжелых энергий, когда подпитываются у человека нижние энергетические центры. Откуда же взяться высокой духовности у отдельных народов и всего человечества? В эту страшную эпоху лишь у немногих высок дух, ими еще держится мир, хотя толстосумы уверены, что они столпы человечества. Где большое богатство, там нищета духа. Еще Иисус Христос говорил, что трудно богатому войти в Царство Небесное. Трудно потому, что богатство - и путь, и жизнь обладателя его. А жажда власти и денег порождает смятение в душе и борьбу с миром людей. Нет покоя у копящего и обороняющего свое богатство, а царство Божие внутри каждого, когда наступает смирение и успокоение. Богатые заинтересованы оставить без изменений существующий мировой порядок на веки вечные, чтобы в новой эпохе также процветать за счет пота и слез обездоленных народных масс. Но нужен ли такой гнетущий мировой порядок трудовому народу? Нет, конечно. Кто же хочет всю жизнь иметь на шее ярмо, т.е. чувствовать себя запряженным в повозку, принадлежащую сильным мира сего. Социальная несправедливость - это детонатор, способный взорвать ситуацию в любой стране в любое время. Так было и пока еще есть, ибо мы в конце черной эпохи. Но в новой эпохе грядут и другие взаимодействия между людьми. Чем больше будет вступать в свои права эпоха света и любви, тем явственнее будет видна необходимость изменений социальных. Эксплуатация и унижение одних людей другими будут уступать место справедливому распределению трудовых обязанностей и благ в обществе, богатство не спасет никого, да и мало что оно будет определять в грядущие времена, ибо главное богатство человечества в духе. Духовные ценности будут приоритетами в становлении человека и в его общественном положении. Человечество, следуя по пути эволюции, поднимется в новой эпохе на следующий виток не для торжества людей, попирающих достоинство созданных по образу и подобию Бога, а чтобы у всякого человека появилась возможность для раскрытия его духа. И если он воспользуется такой возможностью, познает себя, а через себя и мир, то распахнет душу свою для любви искренней, для сострадания и легко пройдет проверку токами, порождаемыми высшими сферами, и удлинятся дни его, так как энергетика его будет близка энергетике светлой эпохи. Человечество, чтобы выжить на Земле, должно будет непременно выработать иные морально-эстетические нормы, соответствовать требованиям высокой нравственности. Тогда братство людей и народов станет важнейшим законом после закона любви. Первым очистится и укрепится в духе русский народ, и, счищая с себя гадкую накипь черной эпохи, действуя во имя добра, приобретет духовный опыт, который поможет ему в дальнейшей жизни. Благодаря поступлению свежих токов, несущих высокую вибрацию, у него появятся новые качества, необходимые для преображения сынов и дочерей. Не вечно же будут главенствовать в стране те, для кого Россия дойная корова. Пока она дает молоко, ее доят изо всех сил, наплевательски к ней относясь, а как начнет издыхать, прирежут на мясо. Вот и вся любовь этих захребетников к русской земле. Постепенно над Россией просветлеет пространственная энергетика, появятся во власти люди благородных устремлений, любящие трудовой народ, а не подачки финансовых воротил. Особая головная боль - управленцы всех мастей, вольготно правящие и пожинающие урожай из поборов и привилегий. Будущее принудит высшую власть поставить начальствующих и служащих под контроль трудящихся, иначе они войдут в противоречие с требованиями эпохи. Со временем, по завершении борьбы в духовной сфере, в России будет сформирован такой строй, какого еще никогда не было за все века существования человечества, строй в интересах подавляющего большинства населения, строй, отвечающий чаяниям трудового народа. Россия станет примером для всего остального мира. В будущем главным будет не то, сколько страна имеет заводов, боевых ракет, с кем она в союзе и против кого этот союз, а то, насколько высока духовность народа. Таково веление времени, а оно является авторитетнейшим учителем и для человека, и для народов. Для всех наступает период испытаний и очищения. И никто не сможет остаться в стороне от процесса вхождения в новую эпоху, а она проэкзаменует пристрастно: шагать в ногу с ней, восходя в духе, или обречь себя на угасание, оказавшись в плену животных инстинктов и желаний, т.е. тяжелых своих энергий, шлейфом ползущих за людьми тьмы. Если русский народ найдет в себе решимость и силы быстро очиститься, то рядом с ним спасутся и другие народы. Как скоро Россия построит справедливый строй, где трудовой народ избавится от социального угнетения и унижения, так незамедлительно и другие страны не останутся безучастными, вынужденно станут перестраиваться, а их народы - возрастать в духе, чтобы существовать в эпоху света и любви нормально, без внутренних социальных и национальных трудностей. Человечество воспрянет, когда мировой порядок будет устанавливаться не крупными собственниками, а людьми труда, когда действия лидеров и народов будут направлены на установление не волчьих, а братских отношений. Человечество ответственно и за состояние всей планеты, изуродованной варварской эксплуатацией земель и природных ресурсов. Суша и океан изнемогают от физического насилия над ними, а также подвержены еще и природным катаклизмам, возникающим от воздействия на беззащитную планету черной мыслительной энергии, порождаемой разгневанными обитателями континентов. Им бы запастись терпением, договориться о мире, полюбить, наконец, друг друга, как подобает любить детям Бога Единого. То злорадство и злопыхательство, что было в обиходе во времена уходящей эпохи, неприемлемо для эпохи света и любви, а стало быть, неприемлем и существующий мировой порядок, нагнетающий зло. Только приподнявшись в духе над очагами войн и противостояниями, над политическими склоками, можно осознать бессмысленность вражды и бесперспективность отношений, когда в сердцах людей гнездятся ненависть и недоверие, когда искусственно подпитывается неприязнь одних народов к другим. Не приносит успокоение в души и обогащение за счет других людей и народов. Все, что творится нечестного и несправедливого, обязательно ударит материально или морально по делающим это, лишит их светлой радости и счастья. Человечество к концу черной эпохи имеет суровое, озабоченное лицо, с кровоподтеками и ссадинами. Почему? Да потому что люди и народы на планете, привыкшие к вражде и агрессивности из-за социальной несправедливости, жаждут для себя всего вещественного и чувственного и чем больше, тем, с их точки зрения, лучше, но не когда-нибудь, а незамедлительно, так как воспитаны потребителями, поглощателями, приучены отпихивать соседа от кормушки. Чтобы страдающее лицо человечества просветлело и осчастливилось, предстоит живущим на Земле, целеустремленно поднимаясь по ступеням духа, изрядно потрудиться, преодолевая нравственные препятствия и соблазны, вырваться из бытовых пут, вытравить из душ своих страх рабов быстротечной жизни. Но пока что мир, обросший ракетами с ядерными боеголовками, балансирует на краю бездны. К удивлению, встречаются горячие головы, напичканные низкими энергиями, готовые спровоцировать глобальную войну. И спрашивается: "Кому выгодно широкомасштабное побоище?" Ясно, что трудовому народу всех стран война совсем ни к чему, они как были бедными, так ими и останутся после войны, если, конечно, выживут. Любые войны всегда сначала вызревают в головах мировых богатеев, крупных частных собственников, восхотевших приумножить свое состояние, желающих играть значительную роль в политике. У них все спланировано: сколько нужно бросить денег в костер войны, чтобы разжечь его, и сколько эти вложения дадут прибыли на поставках вооружений, амуниции, питания, а также при восстановлении разрушенного, сколько можно выкачать природных ресурсов с захваченных территорий и т.д. И в настоящее время кровавые военные действия провоцируют олигархи, финансовые тузы, уверенные, что сами спасутся и еще больше наживутся, сталкивая лбами народы, используемые ими, словно карты в шулерской игре. Пример этому - чеченская война, в которой народы не были заинтересованы, им задурили головы, зато властные и финансовые дельцы с той и с другой стороны нагрели руки на горе простых людей. А с новоиспеченных буржуев взятки гладки, потому что власть в стране пока блюдет их интересы, забыв напрочь о народе. Так происходит и во всем мире, когда в тех или иных местах вспыхивают вооруженные конфликты, перерастающие порой в войны. Соответственно идеологически обработанные народы терзают с остервенением друг друга, а истинные разжиревшие кукловоды - стратеги, довольные собой, подсчитывают барыши. Бесовские силы особенно сильны на переломе эпохи и подталкивают бытовых людей, замотанных жизнью, к трагическим поступкам. Непременно противостоят им светлые силы, мощью духа своего не позволяющие черной напасти до беспредела злобствовать на Земле, в какой-то мере сдерживают мракобесие. Очистившиеся, укрепившиеся в духе, они-то и бесят одержимых ястребов, всех поработителей народов. Стремясь расправиться с восшедшими в духе, мировые заправилы, с животными страстями и непомерными потребностями, отвергают всякую власть трудящихся, хотят по-прежнему повелевать всем человечеством, гнуть трудовой люд, наживать капиталы. Но зачем им огромные богатства, с которыми они вынуждены расстаться, ведь их дни сочтены. Злобой и угрозами в адрес просветленных спасителей мира они лишь укорачивают свою жизнь, а им бы прислушаться к велению времени, к весеннему зову надвигающейся эпохи света и любви. Мировой порядок сформирован тысячелетиями эпохи мрака. Это порядок морального, экономического и военного давления человека на человека, народа на народ, порядок угнетения слабого сильным, это укоренившаяся эксплуатация собственником человека бедного. История современного капитализма - это история самых гадких, самых подлых преступлений перед человеком и человечеством, это история всех войн и кровавых переделов земель и собственности, это оголтелая бездуховность, порождаемая капиталистическими отношениями. Столетия проходят за столетиями, а капитализм как был строем социального угнетения и унижения, таким и остался. Другим он быть не может. Такой мировой порядок бесперспективен для духовного роста человечества, и он не вечен, так как не впишется безболезненно в новую эпоху, где востребованы будут любовь и братство между людьми и народами. Чем дольше будут люди упорствовать в защите существующих несправедливых человеческих взаимоотношений, тем больше мир будет обречен на моральное разложение и вырождение. В грядущем под действием светлых токов, поступающих из центра мироздания, прозойдут качественные изменения в организме человека, в его мышлении, в общественной организации людей, в мировом порядке, так как новые поколения людей, не обремененные энергетикой эпохи мрака, преобразятся на пути сближения с надземными тонкими материями. Их энергетическая структура позволит им строить взаимоотношения между людьми на основе братства и социальной справедливости. А ныне живущие будут испытаны токами эпохи света. И лишь просветленным душой удастся продлить дни свои, а прочим будет укорочен их путь земной. Это и будет суд Божий: каждому воздастся по делам его в старой эпохе. Господь для того и дал чадам своим свободную волю, чтобы в кризисные периоды жизни они сами делали выбор между мраком и светом. Многим бытовым людям сегодня в это не верится. Однако качественные изменения в людях, в природе, климате, а также активизация геологических процессов, свойственных новому, более высокому эволюционному витку, заставят задуматься и тех, кто в неверии подобен апостолу Фоме. Лучше бы людям самим стремиться благими мыслями и делами привести себя в согласие с эпохой света, чем подвергнуться ее строгому спросу. Богом не заповедана гибель планеты, а следовательно, и человечества, поэтому надо оберегать людей света и просветляться самим. И первой на путь, ведущий в новую эпоху, вступила Россия. Потому и нападают на нее со всех сторон, особенно черные силы из Западной Европы и Америки. Они пытаются принудить Россию следовать их курсу, плестись той же избитой дорогой, на которой они пролили много крови и где лужи слез эксплуатируемых народов. Эта дорога из старого мира в старый же мир, она не ведет к свету. Россия, где проживает избранный для восхождения в духе народ, должна ярко мыслить и сама намечать свои ориентиры на непроторенном, но спасительном пути, чтобы уверенно войти в новую светлую эпоху.

НОВАЯ РЕЛИГИЯ У всякого народа с незапамятных времен возникали и изменялись обряды, верования и религии, отражающие взгляды людей на самих себя, на мир бесконечный и на всемогущую силу творения, к постижению которой издавна влекло и умы, и сердца. Ныне наибольшее число приверженцев у индуизма, буддизма, иудаизма, христианства и ислама, да еще у основных религий Китая и Японии. Внутри этих религий образовались обособленные направления и секты. Сторонники их пытались и до сих пор пытаются доказть всем правоту свою не только убеждениями, но и насилиями и принуждениями. Религиозные распри и побоища не утихли и к концу двадцатого столетия. Люди никак не найдут желанного примирения, исповедуя разные религии. Если вспомним историю, то увидим, что рьяные исповедники тех или иных религий веками не оставляли намерений расправиться с иноверцами или обратить их в свою веру, считая себя самыми верующими из верующих и непогрешимыми, а свои религиозные воззрения наиболее правильными. Достаточно бросить взгляд на становление католического христианства, чтобы убедиться в бесчисленных кровавых деяниях ретивых пастырей, утверждавших силой и подлостью догматы церкви. Во времена крестовых походов рыцари в сутанах безжалостно притесняли местное население и расправлялись с непокорными некатоликами и язычниками, откровенно игнорируя евангельские заповеди о любви. А рыцари Тевтонского ордена пошли еще дальше в своих коварных замыслах. Появившись на берегах Вислы по просьбе князя Конрада Мазовецкого для обращения язычников в христианство, они завоевали не только прусские земли, но и, обнаглев, захватили Гданьское Поморье, населенное польскими католиками, после чего создали целое государство со столицей в Мальборке, где воздвигли наигромаднейший замок в Европе. Тевтонский орден вторгался и на Русь, да был разгромлен дружиной князя Александра Невского. Используя инквизиционные трибуналы и конгрегацию римской и вселенской инквизиции, разделываясь с неугодными, католические церковные иерархи вкупе со светскими правителями столетия за столетиями укрепляли свою личную власть в странах Старого и Нового Света. Религия фактически была в большей мере средством достижения иных, не богословских целей: помогала деражать в повиновении народные массы. Поэтому в Европе возникали религиозные волнения и войны, когда селяне и горожане стремились ослабить церковную и феодальную хватку, требуя облегчающих реформ от папства и местных управителей. Вера верой, а папские служители не забывали в первую очередь о корыстных интересах, обогащаясь, имея в услужении послушную челядь. А ведь два тысячелетия назад, в годы зарождения христианства все было по-другому, последователи Христа жили по заповедям Спасителя, ибо первые тайные общины веры в Римской империи объединяли беднейшие слои населения и рабов. Они были воистину счастливы вместе, веруя в воскресшего Господа и сердечно любя друг друга, так как в их среде отсутствовало социальное неравенство и унижение. Они веровали по-детски, без тени сомнения, чувствуя себя детьми Отца Небесного. Но по мере распространения христианства к вере приобщались состоятельные и богатые люди, что привело к расслоению среди христиан, появилось социальное неравенство, изменившее отношения в общинах. Того братского единения в общинах поубавилось, так как богатые свой гонор и барские замашки не оставляли перед порогами общин. Шли века, строились церкви, храмы, монастыри, обзаводившиеся дорогим имуществом и деньгами и становившиеся порой сподручниками светской власти в подчинении и закабалении народа. Со временем все более разросталась иерархическая система в христианской церкви. То же самое можно сказать и о других религиях. Просто христианство нам ближе. В настоящее время наблюдаем: с одной стороны, вера, которую исповедуют люди, а с другой стороны - религиозные структуры, организации, иерархически скрепленные, влияющие на обычную жизнь в том или ином государстве. Католические священники, к примеру, распространяя христианство по всему миру, преследуют также политические цели Ватикана и ведущих европейских стран. Их не совсем пастырские действия в Западной Украине и миссионерские усилия в России, связанные с попытками вытеснения православия из душ людских, не отвечают заповедям Христа. Это лишний раз подтверждает, что вера Христова и слуги церкви бывают очень далеки друг от друга. Дело в том, что есть иерархи и служители в разных религиях, для которых вера не является определяющей в их действиях, верой же прикрываются их корыстные запросы. Они страстно хотят жить в довольстве и даже в роскоши, управляя прихожанами. Им доставляет удовольствие торжественно шествовать в дорогих церковных облачениях при большом стечении народа. Они, будучи низки в помыслах, находятся на седьмом бытовом небе. Они хотят что-то значить в обществе и избрали храм местом своей работы, а не служения. Они любят себя, а не людей и не Бога, готовы внимающей им пастве проповедовать неприязнь к иноверцам, иноплеменникам, завоевывая этими низкими деяниями липовый авторитет в народе. Да воздастся им за козни дьявольские. Учитывая, что в уходящей мрачной эпохе поступала из центра мироздания преимущественно темная энергетика, то светлых людей в любой религии было меньшинство. Основная же масса верующих бытовые люди, в умах и душах их вера в Бога невольно и часто подменялась верой в служителей той или иной церкви, в религиозных архипастырей, которые во все века редко были просветленными, восшедшими в духе. Люди, духовно полузрячие, следовали за такими же, но энергичными проповедниками различных религий и считали, что они обрели настоящую веру и что их бог самый правильный. В истории человечества среди того или иного народа появлялся человек, дух которого возвеличивался над прочими, поднимался высоко по лестнице Духа Святого. И обыватели почитали таких светлых людей, как богов. Естественно, что во все времена человечество почитало множество богов. Не вмещалось в сознании многих верующих, что в действительности, кому бы люди не поклонялись, они веровали в Отца Небесного, Творца Неба и Земли. Часто бывает, что и в одном народе переругаются и перегрызутся вокруг одного бога, понапридумывав кучу обременительных правил и догм религиозных. Это говорит о том, что они духовно не развиты, сознание сужено, в душе не зародилась глубокая любовь к Господу. Духовно зрелые люди терпимы к почитанию своими ближними других богов и религиозных наставников, ибо понимают, что многобожие реально существует только потому, что люди постигают одну и ту же божественную сущность на разных духовных уровнях, соответствующих их развитию. Просветленные же с глубоким уважением относятся к любому богу, которому поклоняются собратья по планете. И если кто-то явится в каком-то народе и скажет, что он предлагает отмести уже существующие верования и религии, а вместо них надобно по-иному молиться, служить иному богу, то должно быть ясно всякому, что он опять, как и его предшественники, предлагает взглянуть своеобычно на одну и ту же божественную сущность - Единого Бога, намерен приспособить какую-то систему религиозных взглядов к изменившимся социальным условиям. Ему ли, слабовидящему духовно, вести за собой людей, если он сам не достиг понимания того, что главное в вере не внешнее почитание Бога, оно может быть самым своеобразным, непривычным и каким кому угодно, а внутренний душевный настрой, внутреннее благоговение перед Всевышним, когда происходит нравственное очищение и делается еще один шаг к восхождению в духе. Алтарь Духа Божественного должен быть возведен внутри человека, в сердце его. Иисус Христос, будучи сыном Человеческим, учил, что нужно почитать и любить Отца Небесного, чтобы обрести смирение и жизнь долгую. Люди и народы, когда после нравственных тяжких трудов возвеличатся в духе в новой эпохе света, приподнимутся над теми условностями, какими оградили себя в той или иной религии. Постижение Бога Единого будет настолько глубоким, что сами постепенно отпадут религиозные догматы, отпадет обманчивое желание считать себя ближе прочих к Богу. Если сейчас люди втягиваются в борьбу между собой на религиозной почве, то можно однозначно сказать, что они не любят Бога, а любят себя при проведении религиозных обрядов, нарушают заповеди и не угодны Господу. Они рабы узких, примитивных взглядов и своих, и тех религиозных пастырей, которые призывают их к вражде с представителями других религий. Они рабы не веры, а ложных, чуждых представлений о вере. Любящий Бога никогда не упрекнет собрата, принявшего другую религию, ибо религия - это лишь форма выражения сознания верующего. А форма может быть любой. По мере восхождения духа в человечестве прекратятся межнациональные и межрелигиозные конфликты, расширится сознание, произойдет сближение разных религий. Не нужно будет в душах ничего ломать, выкорчевывать. Вобрав в себя все верования и религии, постепнно сложится одна единая - новая религия, основанная на почитании Единого Бога, Отца Небесного. Новая религия появится только тогда, когда человечество поднимется в своем развитии до высокой духовности, когда люди будут молиться Отцу Небесному там, где они находятся, ибо храм будут иметь в душе своей, когда любовь к Господу и к ближним своим будет сущностью человеческой. И этому будут способствовать в новой эпохе светлые токи, посылаемые из центра мироздания, которые качественно повлияют не только на биохимические процессы в плотном теле человека, но и подвигнут человека мыслить светло и смиренно, а страсти на бытовом уровне не смогут сильно увлекать людей. Дух высокий станет определять дальнейшее развитие человечества на пути духовного возрождения. Это и приведет к почитанию Единого Бога, к качественному слиянию всех религий, к единой вере в Отца Небесного. Нет иного пути у человечества, эволюционно развивающегося. Иной путь в пропасть бездуховности и вырождения. Путь восхождения в духе начертан давно, еще Спасителем, да долго длилась мрачная эпоха. Но и ей пришел конец. Так войдем же в новую эпоху света и любви. С чем войдем, с тем и будем жить: с Богом или с дьяволом. Кто с дьяволом в душе, долго не задержится на белом свете, земля-матушка по нем соскучилась, а кто с Господом в сердце своем по жизни пойдет, удлинятся дни его. Эпоха света, эпоха любви встречает греховодников и благоволит к просветлению душ, к трудам праведным, потребным для скорого восхождения в Духе.

1999 ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. ВОСХОЖДЕНИЕ ДУХА В ЧЕЛОВЕКЕ 3 Человек ветхий 4 Человек бытовой 5 Человек духовный 8 Смена эпохи 13 Пути земные и надземные 16 Пойми себя 20 Мысль и слово 21 Страх и страсти 25 Чистота внутренняя 27 Духовный подвиг 30 Радость 32 Любовь 33 Счастье 36 Плотное тело 38 Истина 43 Спасение 45
ЧАСТЬ ВТОРАЯ. ВОСХОЖДЕНИЕ ДУХА В НАРОДЕ 50 Истерзанная держава 51 Смятение в душах 56 Избранный народ в новой эпохе 59 Путь в борьбу 63 Возрождение народа 71 В единении - сила 77 Любите отчизну 79 Наихристианнейший народ 83
ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ. ВОСХОЖДЕНИЕ ДУХА В ЧЕЛОВЕЧЕСТВЕ 87 Повседневность мира 88 Между светом и тьмой 94 Исцеление мира 97 Очищение сердец 101 Время перемен 102 Мировой порядок 110 Новая религия 117

Закладка в соц.сетях