Жанр: Драма
Ландскрона (сборник современной драматургии)
...л к стене, разглядывает второй след от пули.
_
- Точно бы в лоб.
_
Стук в дверь. Бросился на стул, поерзал, совместил, приготовился умереть.
_
- Войдите.
_
Дверь открывается. Выстрела не последовало, поскольку Кондаков забыл
перезарядить пистолет. В комнату вплывает улыбающаяся жизнерадостная Надежда
Аркадьевна. Прикрыв рукой лоб, Кондаков неуклюже пытается загородить собой
свое хитроумное устройство.
_
КОНДАКОВ. Надежда Аркадьевна, я... вы...
НАДЕЖДА АРКАДЬЕВНА. Видела. Читала. Вы же знаете, Серафим Степанович, помогать
другим - моя миссия. Соседи - это святое дело.
КОНДАКОВ. Спасибо. Тогда выйдите, пожалуйста, за дверь. Постойте там минуту,
потом постучите, я вам крикну: "войдите", и вы войдете. Только обязательно
постучите, чтобы я был готов.
НАДЕЖДА АРКАДЬЕВНА. Поняла. А... зачем?
КОНДАКОВ (выпроваживая ее). Войдете и узнаете. Я приготовил вам сюрприз.
НАДЕЖДА АРКАДЬЕВНА (озаряясь блаженством). Мне? Сюрприз! Как это мило с вашей
стороны, голубчик.
КОНДАКОВ Пустяки.
НАДЕЖДА АРКАДЬЕВНА (погрозив пальцем). Вы, мужчины, такие проказники. Небось,
что-нибудь эротическое?
КОНДАКОВ. Почти.
_
Крайне заинтригованная, Надежда Аркадьевна исчезает за дверью. Кондаков
перезаряжает пистолет, бросается к стулу. У самого стула поскользнулся на
отстрелянной гильзе, грохнулся на пол. В это же мгновение раздался выстрел.
Это Надежда Аркадьевна, не в силах сдержать любопытства, тихонько приоткрыла
дверь, чтобы поглядеть на сюрприз.
__
Пауза. Кондаков лежит на полу. Надежда Аркадьевна входит в комнату.
_
КОНДАКОВ (с плохо скрытым раздражением). Что вы наделали? Вы испортили себе
сюрприз.
НАДЕЖДА АРКАДЬЕВНА. Ну простите, Серафим Степанович. Мы, женщины, такие
любопытные. Что это у вас стрельнуло?
КОНДАКОВ (прикрыв лоб ладонью). Это? А это я... гвозди в стенку заколачиваю.
Пистолетом.
НАДЕЖДА АРКАДЬЕВНА (с завистью). Вот бы и мне заколотить. А то без мужчин, вы
же знаете, голубчик... Без мужчин в доме гвозди гнутся. (Помогает подняться с
пола Кондакову.) Я хотела Силаева попросить. Так ведь он же трезвым никогда не
бывает...
КОНДАКОВ. Хорошо, я вам после позабиваю. А сейчас вы, пожалуйста, выйдите....
НАДЕЖДА АРКАДЬЕВНА (огорченно). А сюрприз?
КОНДАКОВ. Вот выйдите, постучите, я крикну, и вы войдете. Будет вам и сюр и
приз - все вместе.
_
Надежда Аркадьевна выходит за дверь. Кондаков перезаряжает пистолет.
Усаживается на стул, совмещает мишень, закрывает глаза, напрягается, прибор
сигналит.
_
КОНДАКОВ. Входите!
_
Тишина. Никого.
_
КОНДАКОВ (кричит). Входите! Уже можно!
_
За дверью раздается пронзительный женский вопль. Вслед за ним - грохот
падающего тела. Кондаков вскочил, опрометью бросился к двери, открыл ее.
Выстрел. Ударив себя по голове и посылая проклятия в адрес своего склероза,
скрывается за дверью. Через некоторое время возвращается, таща в руках
находящуюся без сознания Надежду Аркадьевну. Сажает ее на стул. Смочив платок
водкой, подносит его к носу соседки. Она чихает и приходит в себя.
_
КОНДАКОВ. Что с вами случилось, Надежда Аркадьевна?
НАДЕЖДА АРКАДЬЕВНА (махнув в сторону двери, слабым голосом). Там... в
коридоре... Страшный... ужасный...
КОНДАКОВ. Силаев, наверное.
НАДЕЖДА АРКАДЬЕВНА. На четвереньках!
КОНДАКОВ. Напился. Он когда пьяный, всегда на четверенькахбегает.
НАДЕЖДА АРКАДЬЕВНА. Да нет же, крыса. Такой зверь... (Дико вопит и
отшатывается от Кондакова.)
КОНДАКОВ. Что? Что такое?
НАДЕЖДА АРКАДЬЕВНА (переходя на интимный шепот). Круг. Круг на вашем лбу! Я
вас правильно поняла? Это... для духовности?
КОНДАКОВ (пощупав лоб). Это? Да... для духовности. А как вы догадались?
НАДЕЖДА АРКАДЬЕВНА. Ну, это не трудно. Я сама практикую медитацию. А скажите,
Серафим Степанович, это ведь у вас... третий глаз?
КОНДАКОВ (теряя терпение). Да. Третий.
НАДЕЖДА АРКАДЬЕВНА. Я сама так поступаю при медитации. Свами Рубимахудра
советует подобную практику, чтобы третьему глазу легче было открыться. Ведь
при духовном совершенствовании он открывается, и тогда...
КОНДАКОВ. Что тогда?
НАДЕЖДА АРКАДЬЕВНА. Тогда человек обладает страшной силой. Он может все.
КОНДАКОВ (недоверчиво). Все?
НАДЕЖДА АРКАДЬЕВНА. Практически все.
КОНДАКОВ. Даже застрелиться?
НАДЕЖДА АРКАДЬЕВНА (укоризненно). Ну это ему ни к чему. Но застрелить, не
прибегая к оружию, - да. Воспламенить взглядом предметы. Взорвать силой мысли
бензоколонки, газопроводы... Вот скажу вам по секрету: я стою на пороге
величайшего открытия...
КОНДАКОВ (мрачно). А я закрытия.
НАДЕЖДА АРКАДЬЕВНА (вдохновенно). Открытия Третьего глаза.
КОНДАКОВ (еще мрачнее). А я закрытия первых двух.
НАДЕЖДА АРКАДЬЕВНА. Но если ваш третий глаз откроется раньше, чем мой,
запомните: с этой духовной силой надо быть крайне осторожным. Нельзя никого
ненавидеть. Стоит о человеке плохо подумать, и вы его испепелите. Помните,
Серафим Степанович, что вы - избраны Богом. Ваша жизнь принадлежит всем нам.
Богу и нам. Нам и Богу! (Удаляется.)
_
Кондаков стоит некоторое время задумавшись. Видимо, сказанное произвело на
него некоторое впечатление. Резкий стук в дверь.
_
КОНДАКОВ. Минуту! (Перезаряжает пистолет, бросается на стул, поерзал,
совместил, все, что надо. Запипикало.) Войдите!
_
Молчание.
_
(Вытирает обильно льющийся пот.) Войдите, черт бы вас побрал!
_
Снова стук в дверь.
Кондаков вскакивает, бежит к двери открывать. Но у самой двери вспомнил,
отвязал шнур от дверной ручки, открыл дверь. На пороге - молодая, очень
привлекательная девушка, крупная, яркая, улыбающаяся. В рабочем оранжевом
комбинезоне. На плече - сварочный аппарат.
_
КОНДАКОВ (на секунду опешил, потом опомнился, впускает девушку в дом. С
некоторым раздражением). Я же сказал: войдите, почему не вошли?
ДЕВУШКА. Не шуми, хозяин. И так голова болит. Лучше баллон помоги втащить.
КОНДАКОВ. Какой баллон?
ДЕВУШКА. Там, в коридоре. Тащи сюда.
КОНДАКОВ (выходит, возвращается с довольно тяжелым баллоном). Что это такое?
ДЕВУШКА (тоже выйдя в коридор, снимает с двери плакат Кондакова,
возвращается). Читайте.
КОНДАКОВ. Ну, "Друзья, помогите!"
ДЕВУШКА. Так вот, мы те самые друзья, которые помогают. Иди на кухню, хозяин,
ставь чайник, и сделай мне крепкий чай или кофе. Башка треснет, ты будешь
виноват. Я умру, а тебя посадят.
КОНДАКОВ. Простите, черт побери! Я ничего не понял. С чего это меня посадят?
ДЕВУШКА. Потому что умерла у вас в доме.
КОНДАКОВ. А вы не умирайте в моем доме. Идите на улицу и там умирайте. Тоже
мне друзья, приходят в мой дом умирать! Я может сам... Что вы вообще здесь
делаете?
ДЕВУШКА (невозмутимо вытаскивает из комбинезона бумажку и тычет ею в лицо
Кондакова). Читайте.
КОНДАКОВ (просматривая бумагу). Ну... какой-то наряд.
ДЕВУШКА. Не какой-то. А заявку вашу выполняем. Балкон варить будем.
КОНДАКОВ (взрываясь). Плевать мне на наряд. Три года просил! Клянчил,
унижался, на коленях ползал: почините! На головы скоро рухнет. Никому дела не
было. А теперь, когда... теперь. Не нужно балкона. Ничего не нужно.
ДЕВУШКА. Теперь, значит, пусть рухнет?
КОНДАКОВ. Да теперь пусть хоть весь мир рухнет, наплевать.
ДЕВУШКА. Вот все вы такие. Пусть хоть весь мир рухнет, лишь бы чаем девушку не
напоить или... (Увидела бутылку на столе, облизала пересохшие губы.) Стаканчик
не налить. Как звать, хозяин?
КОНДАКОВ. Серафим.
ДЕВУШКА. И шестикрылый серафим после похмелья мне явился. А меня Вера. А чего
это у тебя на лбу, хозяин? Синяк, что ли?
КОНДАКОВ (угрюмо). Синяк.
ВЕРА. Так бы сразу и сказал, что головой хрястнулся. Я бы не приставала. Ну
так что, нальешь? (Кивнула на бутылку.) Ночью с девками в общаге гуляли,
подругу обвенчали...
КОНДАКОВ (наливает в стакан, подносит девушке). Пей.
ВЕРА. Ой, какой добрый. Это, наверно, от того, что головой ударился.
КОНДАКОВ. Стой!
ВЕРА. Да я пошутила.
КОНДАКОВ (отнимает стакан). Поставь. Сначала сделай доброе дело, а потом...
хоть все пей.
ВЕРА (после паузы, вздохнув). Партия сказала - надо, комсомол ответил - есть!
(Расстегивает пуговицу комбинезона.)
КОНДАКОВ. Ты сейчас выйди, постой за дверью минуту, потом, когда я крикну:
войдите! - войди. Поняла?
ВЕРА. И все?
КОНДАКОВ. И все. Бутылка твоя.
ВЕРА. Хозяин, что ты делаешь с моим мягким женским сердцем? Ты же его
разбиваешь, как дорогую посуду. (Выходит из комнаты.)
КОНДАКОВ. Чертовы бабы! Как отвлекают. Еще немного, и решимости не хватит.
Потом как жить с презрением к самому себе. Нет уж: назвался груздем, полезай
в... ящик.
_
Проверяет, заряжен ли пистолет. Стоя спиной к двери, не видит, как та
открывается и в комнату осторожно, на цыпочках вплывает Надежда Аркадьевна.
Как тень прошмыгнув мимо Кондакова, садится на стул, сидит в торжественной
позе. На лбу у нее нарисован живописно раскрашенный третий глаз.
Кондаков, проверив заряд, возится с ручкой двери, привязывая шнур. Готово.
Поворачивается, чтобы пойти к стулу, видит Надежду Аркадьевну, застывает в
испуге.
_
КОНДАКОВ. Что... с вами, Надежда Аркадьевна?
НАДЕЖДА АРКАДЬЕВНА. Третий глаз, голубчик. Как и у вас. Он у меня уже заморгал.
КОНДАКОВ. Как заморгал?
НАДЕЖДА АРКАДЬЕВНА. Там, внутри лба. Вот-вот откроется.
КОНДАКОВ (с искаженной гримасой). Встаньте, пожалуйста, с этого стула.
НАДЕЖДА АРКАДЬЕВНА. Не могу. Я сосредоточена. (Показав на баллон.) Что это
такое?
КОНДАКОВ. Взрывчатка.
НАДЕЖДА АРКАДЬЕВНА. Уберите подальше от меня. Я нечаянно могу взорвать.
КОНДАКОВ. Встаньте, ради всех святых. Это опасно!
НАДЕЖДА АРКАДЬЕВНА. Сама знаю. Во мне все бурлит.
_
Дверь незаметно открывается. Это Вера любопытствует, что происходит в комнате.
Выстрел.
Дверь захлопывается. Напряженная пауза. Надежда Аркадьевна сидит в кресле с
откинутой назад головой.
Прямо посередине нарисованного глаза, там, где зрачок - темная, величиной со
зрачок, - дырочка. Кондаков, не смея вздохнуть, смотрит на сидящую без
движения соседку.
_
КОНДАКОВ. Надежда Аркадьевна. (Молчание.) Надежда... Аркадьевна.
_
Немая сцена.
_
Надежда... Ар...
НАДЕЖДА АРКАДЬЕВНА (с торжествующем воплем). Эврика! Мой третий глаз открылся.
Предметы сами стреляют. Свершилось.
_
Встает, прямо держа голову, словно у нее на макушке кувшин, идет к двери,
бормоча: "Свершилось! Предметы сами стреляют! Энергия потекла!" Исчезает за
дверью.
_
КОНДАКОВ (рассматривает дырку от последнего выстрела, делает замеры).
¦лы-палы, чуть не убил соседку. Хорошо, что на голову ниже меня. Этот чертов
зрачок у нее на лбу. Показалось - дырка от пули.
_
Стук в дверь.
_
(Устало.) Войдите.
_
Входит Вера. Робко улыбается в ответ на хмурый взгляд Кондакова.
_
КОНДАКОВ. Ну, что еще?
ВЕРА (изумленно). Забыли? Сами же сказали: выйди, потом зайди. Я бы раньше
зашла, да меня тетка какая-то отпихнула. Не буду же я с ней драться. Так как
насчет... чая? (Кивает на бутылку.)
КОНДАКОВ. Ах да. Хорошо. Только вот что, Вера, ты сейчас снова выйди, потом
снова зайди, а потом... (Смотрит на девушку с интересом.) Небось, мужу
изменяешь. Из-за таких, как ты...
ВЕРА. Нет у меня никакого мужа. А был бы... зачем изменять? Любить надо. Верно?
КОНДАКОВ. Верно.
ВЕРА. Жалеть надо. Верно?
КОНДАКОВ. Верно. Красивая ты девушка, а мужа нет.
ВЕРА. Смешной ты, странный. Как будто мужья в магазинах продаются. Пошла на
склад, выбрала... А ты женат?
КОНДАКОВ. Нет.
ВЕРА. Ну вот видишь. Там, откуда я приехала... нас, незамужних, стада целые,
как овцы на лугах.
КОНДАКОВ. Оно и видно, что ты с пастбищ. Такая красавица. А тебя балкон
варить! Мужиков что ли нет в этой стране?
ВЕРА. У мужиков руки трясутся, хозяин. Он эту штуку (кивнула на баллон)
уронит, полдома взрывом снесет.
КОНДАКОВ. А у тебя не трясутся? Покажи. (Вера протягивает ему руки. Он берет
их в свои, внимательно разглядывает.) Красивые руки. Разве они созданы для
того, чтобы варить железо?
ВЕРА (смутившись, отнимает руки). Да я же за комнату работаю. Поди купи сейчас
квартиру... миллионы.
КОНДАКОВ. Да. Капитализм. (Вдруг помрачнев.) Ну иди, Вера. Иди, постой за
дверью и... и приходи.
_
Вера неуверенно покидает комнату, по пути несколько раз оглянувшись.
_
КОНДАКОВ (стоит задумавшись). Как она на меня смотрела. Есть ведь еще на свете
девушки, которые умеют ТАК смотреть. А фигура! А волосы! А... а пистолет я
перезарядил? Нет. Надо... перезарядить. Или не надо? Нет, надо. (Ищет патрон в
коробочке.) Черт. Где патрон? (Трясет пустую коробку.) Должно быть шесть штук.
Я стрелял всего: раз, два, три... пять раз. Ровно пять. Значит должен быть
шестой. Вот же на коробке написано: шесть патронов. Тульский оружейный завод.
Такие деньги отдал и обжулили. Чем теперь стреляться? Пальцем? Все. Не хочу с
таким народом стреляться. Буду жить назло жуликам. (Бросается демонтировать
свою систему.) Сначала нас убивают, потом разоряют, потом доводят до
самоубийства. Хватит. Будем жить и возрождаться. Права Надежда Аркадьевна: я
должен жить. Моя жизнь принадлежит... Вон какие девушки рядом ходят. А как
смотрят? А как смущаются! Дурак, чуть было не погиб. Спасибо жуликам - патрон
не доложили. Спасибо вам, дорогие жулики! Низкий вам поклон. От вас тоже
какая-то польза. (Прячет пистолет в ящик стола.) Ну вот. Буду учиться жить и
любить. Хочу жить и любить. Господи, какое это счастье - жить! (Выбегает на
балкон, кричит на весь город: Жить! Жить и лю... ю... ю...")
_
Голос его уносится вниз, потом грохот и тишина.
__
Пауза. Дверь открывается. Входит Вера.
_
ВЕРА. Хозяин, это я. Уже можно? (Озирается, никого не видит.) Странно. Хозяин,
ты где? (Выглядывает на балкон, возвращается.) Чего там приваривать? Балкона и
в помине нет. Хозяин, так как насчет... могу я выпить? (Борется с искушением,
но природная порядочность не позволяет ей распорядиться бутылкой
самостоятельно.) А-а, я поняла. Вы хотите, чтобы я сначала заработала, это
значит... (Вздохнув, снимает с себя комбинезон, а потом и все остальное.
Ложится на кровать, залезает под одеяло.)
_
Пауза. Входит Кондаков.
__
Пошатывается. Держится руками за стены. Одежда вымазана, порвана. Возбужденно
что-то бормочет. Сбрасывает грязную одежду. Взгляд его безумно-вдохновенный.
Видно, что в его сознании произошло радикальное изменение.
_
КОНДАКОВ. Господи, да как же мне теперь в тебя не верить?! Все сделать, чтобы
застрелиться - и остаться в живых! Грохнуться с пятого этажа на асфальт и
попасть в мусорный бак... набитый коробками! (Вынимает из ящика пистолет,
рассматривает его с новой точки зрения.) А ведь стоило нажать на этот... на
этот хвост и... Но ОН (С умилением смотрит в потолок.) защитил. ОН и бак этот
подставил. И вот... все косточки целы, ножки, ручки - вот они. И ни одной
царапинки! Все при мне. Чтобы я мог тебе кланяться, Господи! (Бухается на
колени с пистолетом в руке, принимается истово биться лбом об пол.) Господи,
верую! Господи, верую! Верую! Верую, Господи! (Некоторое время слышны только
его восклицания и удары лбом об пол. С кровати поднимается недоуменная Вера,
смотрит некоторое время на Кондакова с раскрытым ртом, в глазах ее появляется
испуг, понимает, что надо удирать. Одной рукой хватает комбинезон, другой
сварочный аппарат, баллон, осторожно смывается, но в дверях задевает баллоном
о косяк.)
КОНДАКОВ (резко обернувшись, увидев эту картину, грозно). Стоять! (Тычет в
девушку пистолетом.) Ни с места. Вот ты-то мне и нужна, ВЕРА. С тебя-то я и
начну!
ВЕРА (выронив баллон и прикрываясь сварочным аппаратом). Я... нет... не
надо... пожалуйста. Я добровольно.
КОНДАКОВ (отняв у нее комбинезон, откровенно любуется ею). Такая красивая
девушка и сварщица. (Отшвыривает ногой комбинезон, тычет в него пальцем.)
Знаешь, что это такое?
ВЕРА. Спецуха.
КОНДАКОВ. Это лягушачья кожа, Вера. А вот это? (Со священным трепетом обводит
руками контуры ее тела.)
ВЕРА. С...станок?
КОНДАКОВ. Господи, слова-то какие изобрели... станок. Это Царевна-лягушка,
Верочка. А вот это? (Показывает на себя.) А это, Вера, Иванушка-дурачок.
_
Вера хохочет.
_
Чего ты смеешься?
ВЕРА. А вы смешно в трусах смотритесь. С синяком на лбу.
КОНДАКОВ (искренне). Это не синяк, Верочка. Это - третий глаз. И он у меня
открылся. Когда я в мусорный бак упал. И вот что мы сейчас сделаем. Мы все это
возьмем и... (Вышвыривает комбинезон, аппарат, выбрасывает в окно. Следом
летит бутылка с водкой. Наткнулся на газовый баллон.) Это тоже туда.
(Отправляет его в окно. Взрыв.) Где же ты раньше была, Вера? Разве б я стал с
такой девушкой стреляться?
ВЕРА. Так я... А вы: зайди-выйди, снова зайди.
КОНДАКОВ (потрясая пистолетом). Но теперь ты выйдешь отсюда только с моего
позволения.
ВЕРА (охотно сдаваясь). Да я в вас сразу влюбилась. Мне нравятся такие чудные.
_
В комнату вбегает возбужденная Надежда Аркадьевна. Мечется по комнате.
_
НАДЕЖДА АРКАДЬЕВНА. Спрячьте меня, молодые люди! Спрячьте скорее!
КОНДАКОВ. Что случилось, Надежда Аркадьевна?
НАДЕЖДА АРКАДЬЕВНА. Случилось то, что... (Шепотом.) Вы же знаете, Серафим
Степанович, что у меня открылся третий глаз.
КОНДАКОВ. У меня тоже.
НАДЕЖДА АРКАДЬЕВНА. Ну вот. Потекла колоссальная энергия и... Теперь меня
заберет ОМОН.
КОНДАКОВ. Теперь милиция за энергию не забирает. У нас кризис. Энергию
используют в мирных целях, правда, Верочка?
НАДЕЖДА АРКАДЬЕВНА. Вот именно - в мирных. А вы посмотрите в окно. Взгляните.
КОНДАКОВ и ВЕРА. Пожар!
НАДЕЖДА АРКАДЬЕВНА. Правильно. Мы горим. А виновата во всем я.
КОНДАКОВ. Вы?
НАДЕЖДА АРКАДЬЕВНА. Я. Моя энергия. Увидела под своим окном пьяницу Силаева.
Дай, думаю, сосредоточусь на нем, попробую испепелить. Напряглась,
сосредоточилась, ну как здесь у вас, когда стрельнуло. И что вы думаете? Он
вспыхнул.
КОНДАКОВ. Силаев?
НАДЕЖДА АРКАДЬЕВНА. Силаев, к счастью, нет. Моя молния мимо ударила. Но дом
вспыхнул и нате вам с кисточкой - горит.
КОНДАКОВ (обнимая Веру). Ну и превосходно, пусть горит. Это значит, что нам
дадут, наконец, новые квартиры.
НАДЕЖДА АРКАДЬЕВНА. Правда?
КОНДАКОВ. Дом-то застрахован. А про вашу молнию... мы ни слова. Даже под
пытками, правда, Вера?
ВЕРА. Ну, если не очень больно пытать будут.
НАДЕЖДА АРКАДЬЕВНА (бросается их обнимать). О, какие люди! Какие чудные, милые
люди! Какая восхитительная страна! Да вот что, Серафим Степанович, - но это
строго между нами - я ведь начинаю работу над четвертым глазом.
КОНДАКОВ (крайне заинтересованный). Что вы говорите? А где... он... э-э-э...?
НАДЕЖДА АРКАДЬЕВНА. В районе пупочного центра. (Увидев пистолет.) А вы мне в
новой квартире своим пистолетиком гвозди позабиваете? Нет, я бы, конечно,
могла бы и своей энергией, но вы же видите, какая она у меня неуправляемая.
КОНДАКОВ. Обещаю. Гвозди забью.
_
Надежда Аркадьевна убегает.
_
КОНДАКОВ. Ну вот, Вера, ты и сотворила сразу два чуда. Предел мечтаний - новая
квартира.
ВЕРА. А второе?
КОНДАКОВ (глядя на нее с любовью). А второе? Мы въезжаем в нее... вдвоем.
ВЕРА (осторожно дотронувшись рукой до его лба, с нежностью). Ну точно - лбом
ударился. Эх, почаще бы люди так лбами ударялись!
_
Целуются на фоне пожарных сирен.
_
_Конец_
_На страницу "Содержание"_
--===КНИГА ИОВА, 1 действие===--
_Станислав Шуляк_
_КНИГА ИОВА_
Пьеса в двух действиях
__
*Действующие лица*
_Кудесов_
_Соавтор_
_Первый актер_
_Второй актер_
_Третий актер_
_Травести_
_Продюсер Кон_
_Охранники Кона_
_Шарковский_
-------------------------------------------------------------------------------
__
__
_ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ_
_Картина первая. Дом_
_
Двое, Кудесов и Соавтор, стоят спиной к зрителям, стоят долго и неподвижно.
Гонг.
_
КУДЕСОВ. Итак, мы начинаем.
_
Следует пантомима: Кудесов и Соавтор удят рыбу. Оба насаживают невидимых
червей на невидимые крючки, взмахивают невидимыми удилищами, забрасывают
крючки в воду. Наконец Кудесов вытаскивает рыбину, Соавтор завистливо смотрит
на него, помогает снять ее с крючка.
_
СОАВТОР. Я далек от мысли тебе подражать.
КУДЕСОВ. Причиной моих прежних неудач было, по-видимому, то, что я никак не
мог прибиться ни к какой вере, ни к какой этической системе или философии.
СОАВТОР. Тебе нечего было сказать, ты и не хотел. Модная болезнь... Оттого
твои бесчисленные парадоксы, ты просто прятался за них.
КУДЕСОВ. Напротив. Я пытался сказать слишком много.
СОАВТОР. Тебе почти удалось приучить всех к своей нарочитой бессвязности, но
теперь ты, кажется, хочешь оставить и ее.
КУДЕСОВ. Ты всего только мой соавтор...
СОАВТОР. И потому задача моя - твое возмущение.
КУДЕСОВ. Я полагал, что сегодня ты придешь с готовой фабулой. Хотя бы
подскажешь какие-то новые решения.
СОАВТОР. И тогда тебе уже не нужно будет ничего делать. Только присвоить себе
мою историю. Обработать ее, возможно, в том духе, в каком ты умеешь.
КУДЕСОВ. Негодяй. Это же львиная доля работы.
СОАВТОР. А что ты станешь делать со своей рыбой?
КУДЕСОВ. Выпущу и стану ловить новую.
СОАВТОР. Ну, я так и думал.
_
Пантомима: Кудесов выпускает рыбу. Оба следят за тем, как ее сносит течением.
_
КУДЕСОВ. Горечи теперь во мне никакой нет.
СОАВТОР. Смотри-смотри, она слишком обессилела, чтобы плыть. Она не мертва, но
не может и плыть. Она уже вдохнула порцию смерти, теперь уже никогда не сможет
поверить своей беззаботности. Ни своим сородичам, ни своей жизни.
КУДЕСОВ. Перестань.
СОАВТОР. Это твоя рыба.
КУДЕСОВ. Уже нет.
СОАВТОР. Ты так же - был пойман, потом отпущен...
КУДЕСОВ. Аминь.
СОАВТОР. Да нет же, еще нет.
КУДЕСОВ (кричит). Зачем ты здесь, если опустошен?
СОАВТОР. Я испытываю тебя. Я испытываю нас обоих.
КУДЕСОВ. Мы не сдвинулись ни на шаг. Я уже который месяц бьюсь над твоим
дурацким праведником.
СОАВТОР. Раньше ты полагал, что он стоит того.
КУДЕСОВ. Я поддался на твои уговоры.
СОАВТОР. Ты не хочешь посмотреть образцы?
КУДЕСОВ. Напомни мне текст.
СОАВТОР. Ну, разумеется. Я у тебя только для этого.
КУДЕСОВ. Делай, что тебе говорят.
СОАВТОР. Когда-то я взбунтуюсь, когда-то пойду вразнос, и ты останешься с
собой один на один... (Кудесов молчит.) Ну хорошо, хорошо!.. "Был человек в
земле Уц, имя его Иов, и был человек этот непорочен, справедлив и богобоязнен,
и удалялся от зла. И родились у него семь сыновей и три дочери. Имения у него
было: семь тысяч мелкого скота, три тысячи верблюдов, пятьсот пар волов и
пятьсот ослиц, и весьма много прислуги; и был человек этот знаменитее всех
сынов востока".
КУДЕСОВ. Сколько было верблюдов?
СОАВТОР. Три тысячи.
КУДЕСОВ. А мелкого скота?
СОАВТОР. Семь.
КУДЕСОВ. Это много?
СОАВТОР. Немало.
КУДЕСОВ. Так, и что дальше?
СОАВТОР. Ты не хочешь взглянуть на образцы?
КУДЕСОВ. Черт с тобой, показывай.
_
Соавтор делает движение рукой, вспыхнувший свет выхватывает из темноты лица
четверых, совершенно безмолвно стоящих на сцене.
_
СОАВТОР. Неплохие экземпляры, не правда ли? Ты можешь выбрать. Как, например,
этот?
КУДЕСОВ. Слишком худ.
СОАВТОР. Тебе надо толстого?
КУДЕСОВ. Молод и гладколиц.
СОАВТОР. Ну, не так уж и молод.
КУДЕСОВ. Безобразие проказы должно быть отчетливым. Должно ошеломлять.
СОАВТОР. Слишком забегаешь вперед.
КУДЕСОВ. Не твое дело.
СОАВТОР. Значит - нет?
КУДЕСОВ. Я же сказал - нет.
СОАВТОР. Этот? (Показывает Кудесову другого. Кудесов молчит.) Так и видится
благообразный старик, с бородой, расчесанной надвое, с тонкими пейсами до
плеч. Памятлив, скрупулезен в ритуалах. Возносит всесожжения по числу
пиршественных дней в домах сыновей его. "Быть может, сыновья мои согрешили, -
говорит он, - и похулили Бога в сердце своем".
КУДЕСОВ. Сколько у него детей?
СОАВТОР. Двое. Две дочери. Старшая институт заканчивает.
КУДЕСОВ. Не у него. У Иова?
СОАВТОР. Семь сыновей.
КУДЕСОВ. Да, помню, и три дочери, и множество прислуги.
СОАВТОР. Так.
КУДЕСОВ. Не то.
СОАВТОР. Но почему?
КУДЕСОВ. Слишком серьезен.
СОАВТОР. Ты посмотри на него еще, он очень способный.
КУДЕСОВ. Мне нужен дебил.
СОАВТОР. Это что-то странное. Хорошо ли ты все продумал?
КУДЕСОВ. Я вышвырну тебя вместе с ними.
СОАВТОР. Ну ладно, взгляни на остальных. (Кудесов нехотя продолжает осмотр.)
КУДЕСОВ (возмущенно). Что? Это женщина? Зачем здесь женщина? Ты сошел с ума?
СОАВТОР. Это травести.
КУДЕСОВ. Убери их всех сейчас же.
СОАВТОР. Она может изображать и детей, и зверей, и стариков. Ну ладно, я
пошутил. Взгляни на последнего.
КУДЕСОВ. Я сказал, пусть убираются.
СОАВТОР. Ну что ж... (Четверке.) Проваливайте. (Те исчезают.)
КУДЕСОВ. Ты меня сбиваешь, когда я работаю. Почему я должен был их всех
смотреть? Второго верни.
_
Соавтор идет вслед за ушедшими, стоя в кулисах, призывно машет рукой.
_
СОАВТОР. Эй ты!.. Да-да, ты!.. Тебе говорю. Вернись.
КУДЕСОВ. Не сейчас. После.
СОАВТОР. Попозже. Я тебя позову.
КУДЕСОВ. Я вовсе не должен был с ними возиться. Это не мое дело.
СОАВТОР. Я хотел тебе помочь.
КУДЕСОВ. Покорно благодарю.
СОАВТОР. Может, продолжим?
КУДЕСОВ. Как хочешь.
СОАВТОР. От желания моего ничего не зависит.
КУДЕСОВ. Ты действительно так мелок.
СОАВТОР. Прежде я порой смотрел на тебя с несомненным восхищением. Кудесов,
безусловно, лидер мирового безразличия, иногда себе говорил я.
КУДЕСОВ. Я сейчас засну.
СОАВТОР. Нет-нет, я пришел, чтобы работать.
КУДЕСОВ. Работай же.
СОАВТОР. "И был день, когда пришли сыны Божьи предстать пред Господа; между
ними пришел и сатана".
КУДЕСОВ. Нет уж, пожалуйста, только без сцен на небесах.
СОАВТОР. Ты сам можешь подать их в любом ключе.
КУДЕСОВ. В последнее время, когда я вижу тебя, я заболеваю. Я и сейчас болен.
СОАВТОР. "И отвечал сатана Господу, и сказал: разве даром богобоязнен Иов? Не
Ты ли кругом оградил его, и дом его, и все, что у него? Дело рук его Ты
благословил, и стада его распространяются по земле".
КУДЕСОВ. Ты слышал, что я тебе сказал?
СОАВТОР. Когда ты завершаешь что-то крупное, ты всегда бываешь в
растерянности, ты беспокоен, ты не знаешь, что тебе делать дальше.
КУДЕСОВ. Я, буквально, физически ощущаю, что я не могу еще делать что-то так,
как я это делал раньше.
СОАВТОР. Ну что ж, это вполне естественный кризис, и теперь ты решил обратить
его себе на пользу. Ты заинтересовался нашим праведником, который тоже
переживает кризис. У него отнято в
...Закладка в соц.сетях
