Жанр: Драма
Повести
...е не
видел. Это место не было похоже на полянки для пикников и Андрей не мог себе
представить, где оно находится.
Солнце уже почти попало в зенит, когда очень далеко на ровной, как стол
поверхности поля появилась какая-то возвышенность. Андрей устал, но продолжал
идти. Ему было жарко, он снял рубашку и нес ее в руке. Периодически его мутило и
он подозревал, что вчера слишком много выпил. Когда возвышенность приобрела
очертания небольшого домика, силы Андрея иссякли. Последнее, что он запомнил,
это то, что в его сторону от домика идет человек, а потом Андрей потерял
сознание.
Он пришел в себя на кровати в комнате с низким потолком. Рядом сидел человек.
"Ну, вот вы и пришли в себя," - сказал человек, - "меня зовут Вадим. А вас как
зовут?" Андрей казал, как его зовут, а потом спросил, где он находится.
- Как, вы не знаете, где находитесь? - удивился Вадим.
- Я совершенно ничего не помню, - сказал Андрей, - наверное, я вчера слишком
много выпил, а утром очнулся посреди поля. Потом я очень долго шел и увидел ваш
дом. На лице Вадима промелькнуло странное выражение, но он ничего не сказал и
протянул Андрею стакан с прозрачной житкостью.
- Выпейте это, вам необходимо восстановить свои силы, - предложил Вадим и
Андрей покорно выпил. Ему показалось, что жидкость имеет немного горьковатый
вкус, а потом он почувствовал необыкновенную усталость и уснул.
5
Андрей проснулся от звука голоса. Он понял, кому принадлежит этот голос. Вадим
- хозяин домика, говорил с кем-то по телефону. Андрей прислушался, но не смог
ничего разобрать. Он поднялся с постели и пошел в ту сторону, откуда был слышен
разговор. Он вошел в дверь, но Вадим, увидев его, замолчал и улыбнулся. "Я вижу,
вы чувствуете себя лучше," - сказал он Андрею. "Да, мне намного лучше," -
ответил Андрей.
- Я звонил в город. Вы ведь из города? - Спросил Вадим.
- Да, я из города, но не помню, как сюда попал. Я не пошел на работу... - начал
объяснять Андрей, но Вадим его перебил.
- Ваше руководство уже обо всем позаботилось. Вам нашли временную замену и вы
можете не слишком торопиться. Всю неделю, пока вы отдыхали здесь, вас заменял
вполне компетентный специалист...
- Я нахожусь здесь целую неделю?! - воскликнул Андрей.
- Да. Как только вы появились в моем доме, я сделал запрос и ваше руководство
распорядилось обеспечить вам покой. Вы должны остаться здесь еще недолго, пока
ваши силы не восстановятся окончательно.
- А моя семья?..
- Ваша семья извещена и вы ее скоро увидите.
Андрей раздумывал некоторое время, а потом сказал:
- Я не могу здесь больше оставаться, - и пошел к двери, но Вадим взял его за
руку и остановил.
- Вы не должны покидать этот дом, - жестким монотонным голосом сказал он.
Андрей вырвался, но не удержался на ногах и упал на пол. В руке Вадима откуда-то
появился шприц. Вадим наклонился и впрыснул Андрею что-то в ногу, а потом отошел
на безопасное расстояние. Андрей попытался ползти, но почувствовал, что сознание
покидает его.
- Я свободный человек и могу делать то, что хочу! - закричал Андрей и почему-то
вспомнил свою жену, а потом и все, что произошло в тот вечер...
Андрей привез детей домой и они отправились в детскую. Приготовить ужин сегодня
должна была жена Андрея, так как он готовил его вчера, но она еше не пришла с
работы и это заставляло Андрея чувствовать какую-то беспомощность... Он бродил
по дому, временами порываясь позвонить ей на работу, но всякий раз находил
какое-нибудь срочное занятие. Потом Андрей вспомнил о детях и решил приготовить
ужин сам. Он разогрел пищу в пакетах и позвал детей.
Ели молча. Андрей пытался думать о работе, но всякий раз его мысли возвращались
к последнему разговору с женой. Он заметил, что дети уже поели и отправил их
спать, а сам убрал со стола и налил себе вина. Настроение было испорчено. Нет -
настроения не было совсем.
Андрей зашел в свой кабинет и сел за компьютер. Он поставил на стол бутылку и
стакан и набрал код доступа в сеть. Некоторое время компьютер молчал, а потом по
экрану монитора пробежали строчки приглашения к диалогу. Андрей обратился к
центральному компьютеру своей конторы и запросил сведения о рассматриваемых
проектах на завтрашний день. Появилась схема с изображением ключевых узлов.
Андрей сидел и внимательно просматривал схему, убеждая самого себя, что именно
это ему интересно в данный момент. К завтрашнему утру схема будет выглядеть
иначе, так как и сейчас с ней работают в другом полушарии...
Андрей хотел налить еще, но обнаружил, что бутылка пуста. Он сходил в столовую
и взял еще одну. Он уже чувствовал, что его немного качает, но его целью в этот
вечер было - напиться и не думать, где сейчас может быть его жена. Буквы и цифры
на экране расплылись, но Андрей сосредоточился и вдруг увидел в углу экрана то,
на что раньше может быть просто не обращал внимания: маленький серый
треугольник, скромно затаившийся под пересекающимися линиями связей. Эта
маленькая геометрическая фигурка никак не вписывалась в общий рисунок и Андрей
удивился тому, что раньше ее не видел. А может быть она только что появилась?
Андрей протер глаза, ожидая, что видение исчезнет, но оно осталось. Тогда он
ткнул в треугольник пальцем, но ничего не изменилось. Андрей выпил еще и стал
думать, но в голову не приходило ничего путного. Отпечаток пальца светился
маленьким пятнышком на экране, а под ним по прежнему был серый треугольник.
Андрей потянулся за сигаретой и зацепил бутылку. Мгновение бутылка качалась, а
потом начала падать. Андрей смотрел, как бутылка падает на клавиатуру, но ничем
не мог ей помешать: тело его не слушалось. Когда Андрей все же схватил бутылку,
было уже поздно и вино растеклось между клавишами. Андрей пытался их вытереть
рукавом, но никак не мог сосредоточиться на этом движении. Клавиатура перестала
реагировать на нажатия, но в этот момент на экране началось движение. Отпечаток
пальца исчез, а треугольник последовательно сменил три цвета: серый, красный и
зеленый. После этого появилось сообщение о том, что проверка окончена и доступ
разрешен.
Андрей сидел и наблюдал, как перед ним на экране открываются страницы
документа. Он начал читать. Через некоторое время Андрей понял, что перед ним
переписка каких-то людей, имена которых он не знал.
Некто Боб писал Антонию о том, что его новый уровень разрушен из-за отсутствия
договоренности об измерениях между всеми участниками проекта. Его не устраивало
то, что все неровности снесены и землю покрывают сплошные равнины. Антоний и
Макс уверяли Боба в нецелесообразности его действий по созданию дополнительных
уровней даже в пределах нескольких городов. Понятие "этажности", по их мнению,
могло привести к искажению картины созданной реальности.
Андрей еще некоторое время читал и уже собрался бросить чтение и выйти из
системы, так как не хуже Антония понимал, что "этажи" никому, кроме Боба не
нужны, но в голове почему-то засело слово "реальность". Андрей хотел полистать
документ, но вспомнил, что клавиатура не работает и еще раз перечитал тот текст,
который сейчас был виден на экране.
Речь шла не столько об "этажах", сколько о необходимости еще раз договориться.
В разговоре все время упоминался "слим" и с ним связывались все надежды
участников разговора. "Слим" позволял им контролировать пространство и время, в
которых они называли себя "творцами". Люди упоминались в унизительном для Андрея
смысле и исполняли роль рук и ног для машин.
Несмотря на опъянение, Андрей вдруг почувствовал ясность мысли. Получалось, что
он, его жена, дети и вообще все известные и неизвестные ему люди на самом деле
были всего лишь марионетками в мире машин. Эта мысль оскорбила Андрея, хотя он
понимал, что она полностью соответсвует действительности. Андрей разозлился на
самого себя, но потом еще выпил и успокоился. У него появилось желание просто
взять и уйти. Уйти из дома, города и никому не сказать куда. Он поселится
где-нибудь и будет жить гордо и свободно... Андрей с трудом поднялся на ноги,
пробрался в столовую, взял еще одну бутылку и вышел из дома.
Теперь в доме не было никого, кроме детей, но и они спали и не видели надпись
на экране компьютера о несанкционированном доступе к сети.
Андрей вызвал лифт, а когда капсула перед ним открылась, он шагнул внутрь и
набрал код назначения не глядя. Ему показалось, что его поездка продолжалась
целую вечность, но в конце концов движение закончилось. Когда капсула открыла
створки, за ними была темная пустота. Андрей допил содержимое бутылки, осторожно
выглянул, но ничего не увидел и смело шагнул вперед. Он почувствовал, что
падает, а потом все пропало.
В нос ударил непрятный, но отрезвляющий запах. Тело не слушалось Андрея. Он
понял, что лежит на том же самом полу в доме Вадима и его руки, и ноги связаны,
и открыл глаза. Перед ним склонился Вадим, а за его спиной стояли какие-то
незнакомые люди. "Он пришел в себя,"- сказал Вадим, поднялся и отошел в сторону.
На его месте оказался невысокий человек. "Привет, Андрей," - сказал он и
добавил, - "Я - Боб, а со мной Антоний." Андрей медленно соображал, а потом
вспомнил тот вечер, когда он случайно прочитал чужую переписку.
- Привет, Боб, - ответил Андрей.
- Ты хорошо справился с защитой, - сказал Боб.
- Это получилось случайно.
- Иногда мне кажется, что пьянство - это все же порок, - рассмеялся Антоний.
- Не будем отвлекаться, - перебил Антония Боб.
- Да, ты прав, выпала неплохая возможность, - согласился Антоний.
Андрей ничего не понимал. К нему опять подошел Вадим и, наклонившись, развязал
руки и ноги. Андрей поднялся.
- Сейчас мы немного поиграем, - обратился к нему Антоний.
- Я не люблю игры, - ответил рассеянно Андрей.
- Тебе придется привыкнуть, - опять рассмеялся Антоний.
Боб и Антоний пошли по коридору и Вадим подтолкнул Андрея в их сторону. Все
вместе они подошли к двери и, когда она открылась, проем залился ярким слепящим
светом. "Ты не подходишь для общества," - сказал Боб и Андрея вытолкнули наружу.
Падая, Андрей повернулся и успел схватиться за руку стоявшего у двери Вадима.
Потом все произошло очень быстро: Андрей видел, как удаляется от него дверной
проем, а потом промелькнуло удивленное лицо Вадима и Андрей остался один. Он
падал, вытянув перед собой руки и перед его лицом была отвесная каменная стена.
Он скользил по ее поверхности руками и это его спасло. В какой-то счастливый миг
сработал хватательный рефлекс и Андрей зацепился за выступ в скале - может быть
единственную неровность на гладкой поверхности. Он повис и ему показалось, что
он услышал, как где-то далеко наверху хлопнула закрывающаяся дверь.
Оцепенение от неожиданности быстро прошло и Андрей огляделся вокруг. Вокруг
была пустота, подпираемая с одной стороны каменной стеной. Была стена и Андрей,
которых оставили наедине, и еще была бездонная пропасть, в которую предстояло
упасть. Эта мысль очень легко промелькнула в сознании Андрея и пропала, но скоро
вернулась к нему. Андрей вдруг понял, насколько безнадежно его положение.
Сколько бы он не провисел, но рано или поздно ему придется упасть. Он представил
себя, летящего в пустоту и крепче прижался к стене.
Рукам было больно, но они пока не устали. Перед лицом Андрея, совсем близко,
была шершавая поверхность и он мог рассмотреть каждую трещину в камне. Андрей
ощущал поверность всем телом и от этого появилось чувство уюта и на некоторое
время можно было забыть о напряжении рук. Трудно было поверить, что стоит только
посмотреть вниз и пространство из маленького квадратика перед лицом превратится
в бездну. А что там внизу? Наверное, песок. Впрочем, нет разницы в том, что
именно находится внизу - при падении с такой высоты вода и бетон имеют
одинаковые свойства. Перед Андреем появилась ужасная картина, где на песке
растеклось полужидкое месиво красновато-бурого цвета. Нет, лучше пусть будет
вода... И картина сменилась на другую, в которой по воде плавали желто-красные
куски неопределенной формы, окруженные маслянистыми разводами...
О чем можно думать в такие минуты. Андрей вспомнил, как кто-то говорил, что
перед самой смертью за считанные секунды перед глазами проходит вся жизнь. Но
какая же это должна быть жизнь, чтобы она вся поместилась в один миг? Андрей
чувствовал, как немеют кисти, но жизнь все еще была где-то очень далеко. Его
жизнь была где-то в другом мире, там, куда он уже не вернется.
Все, что происходило с ним раньше, теперь потеряло всякий смысл. В сознании
промелькнули семейные ссоры и от них не осталось следа. Андрей не испытывал
сейчас никаких чувств к своей жене, как будто она была человеком, которого он
случайно повстречал на улице и чем-то помог или извинился за то, что нечаянно
толкнул. Он не мог думать о детях. Своих детях, которые занимали в его жизни
редкие вечера, когда ему нечем больше было заняться. Его работа? Она
представлялась каким-то размытым серым пятном экрана... Он больше не чувствовал
рук и внезапно удивился тому, что еще не упал. От этого почему-то появилась
уверенность, что вот так, ничего не ощущая, он будет висеть еще долго, а потом
кто-нибудь придет и снимет его. И тут Андрей почувствовал, что его пальцы
соскальзывают. Он попытался подтянуться, но не смог. Он подумал, что нужно было
не висеть неподвижно, а двигать руками, чтобы они не затекали, но сейчас было
уже поздно. Нет, не поздно. Всего этого не может быть. Сейчас что-нибудь
обязательно случится. Левая рука скользнула по краю выступа и Андрей попытался
вернуть ее назад. Он видел, как рука поднимается, но ничего не чувствовал. Потом
все перед ним пришло в движение и Андрей понял, что падает. Он слышал, как
скрипнули по камню его ногти, но теперь уже ничто не могло помешать движению.
Андрей летел вниз. Ему казалось, что его спина обрела зрение и он вот-вот со
страшной силой ударится о землю. Сердце остановилось и Андрей закричал.
Лучик света прорвался сквозь задвинутые тяжелые шторы и упал на лицо. "Сколько
сейчас времени?" - подумал Андрей. Монитор светился в полумраке и едва освещал
комнату. Андрей поднялся и сел на кровати. Чувствовал он себя ужасно: голова
раскалывалась, а во рту все было кислое и шершавое. По комнате в беспорядке были
разбросаны вещи, а часть из них Андрей так и не снял. На нем был один носок и
брюки.
Андрей почувствовал тошноту, поднялся и пошел в туалет. Его вырвало чем-то
желтым и жидким так, как будто в желудке уже давно ничего не было и
организм отторгал часть самого себя. Андрей подошел к умывальнику и плеснул
в лицо холодной водой. Он посмотрел в зеркало и увидел свое опухшее
изображение, черты которого размазались от прожитых лет и спрятались в
складках повседневных забот. Плохо дело...
Андрей вернулся в комнату и сел за компьютер. Буквы на экране пугливо
разбежались по углам и Андрей выключил компьютер. Откуда взялись дети?
Детей не было и не предвиделось, а вот жена была и вчера она ушла. Вчера.
Вчера все еще было хорошо, а потом ушла жена и Андрей позвал Вадима. Они
говорили и Андрей плакал, потому что жалел себя и свою жизнь. А потом Вадим
ушел домой и был этот глупый сон...
Андрей оделся и вышел на улицу. Людей вокруг не было и на улицу выходили
только открытые двери магазинов. Андрея привлекла яркая реклама, которой он
раньше не замечал, и он зашел в магазин игрушек. Его взгляд сразу же уперся
в знакомое слово. Он подошел к витрине и стал рассматривать большую яркую
коробку. "Отличная штука." - сказали рядом. Андрей повернулся. Это был
мальчик лет десяти. Он стоял и смотрел на ту же коробку, на которую смотрел
Андрей. "И что она делает?" - спросил Андрей с ложным интересом в голосе.
"Гипнотизирует, а потом появляется целый мир, но не настоящий, а лучше."
"Как тебя зовут?" - спросил Андрей. "Боб." Андрей секунду соображал, а
потом его разобрал истерический смех.
Андрей вернулся домой и положил купленную игрушку на стол. Зазвонил
телефон. Андреей поднял трубку.
- Да.
- Это Андрей?
- Да.
- Андрей, это мама Вадима...
- Я узнал вас, здравствуйте.
- Андрей, случилось несчастье. Вадим погиб.
Андрей молчал, не понимая, а потом спросил:"Как?"
- Он попал под машину, когда возвращался вчера домой... Потом Андрей
услышал слезы. Он стоял и смотрел на коробку с игрушкой, на которой было
написано "Слим". "Мнимая реальность?" - подумал Андрей, -"А будет ли она
чем-нибудь лучше?"
I.B.
Строго не судите. Для желающих есть рисунки.
Igor Bondareff 2:5020/235 24 Jan 97 01:11:00
Письмо.
Я не знаю, прочтешь ли ты когда-нибудь это письмо и все же я его пишу.
Мне, наверное, просто очень не хватает тебя. А в остальном мне здесь очень
хорошо. У меня больше не болит сердце, я не делаю теперь ошибок и живу
счастливой жизнью. Моя жизнь теперь наполнена светом и теплом и каждый день
приносит мне радость. Хотя, я наверное, не прав: все здесь совершают
ошибки, ведь человек не может никогда не ошибаться. Просто теперь я беру у
жизни то, что хотел всегда у нее взять, но не смог по разным причинам. Я не
тороплюсь теперь, потому что знаю, что всего в жизни не успеть. У меня
опять есть семья и я люблю свою жену и ребенка, но иногда я вспоминаю тебя
и вспоминаю свою прежнюю жизнь с сожалением об утаченном. О том, чего
больше никогда не вернуть. Я теперь поступаю так, как должен был поступать
раньше, я ценю честность и никогда не мучаюсь совестью. Только былое иногда
возвращается и на душе становится тяжело от того, что я не могу уже ничего
поправить. Да и стоит ли что-нибудь поправлять? Пусть все остается, как
есть, и я никого не хочу ни в чем винить.
Я очень любил тебя, но бросил, когда ты была совсем крохотной. Тогда
мне казалось, что я поступаю правильно, поставив свои принципы выше всего
на свете. Но сейчас я понимаю, что обиды проходят без следа, дай только
срок. Долго помнится только то, как сам я кого-то обидел. Я не хотел всего
того, что случилось в моей жизни. Я мечтал о том, что моя жизнь будет полна
любви и у меня будет благополучная семья. Я ожидал, что женюсь по любви на
женщине, которая сама меня полюбит. Но случилось иначе и во всем мне теперь
приходится винить самого себя. Я пытался исправлять свои ошибки, но только
теперь понимаю, что ошибаться в жизни можно только один раз и никогда
нельзя вернуться и все повторить сначала. Я очень любил тебя и вернулся, но
уже ничего нельзя было изменить. Я больше не любил твою маму. И тогда я
смирился и сохранил любовь к тебе. В каком-то смысле ты счастливый ребенок,
потому что получила от нас с мамой все то, что мы не дали друг другу.
Я вспоминаю, как катал тебя на санках и ты звонко смеялась. Твой смех
ни с чьим нельзя спутать, ведь так звонко и весело могла смеяться только
ты. Я вспоминаю, как мы играли и помню, как ты дарила мне свои первые
рисунки. Теперь их у меня нет. Я помню, как радовался, покупая тебе
подарки, а потом я дарил их тебе и ты радовалась вместе со мной...
Я помню, как я умер и мне не было больно. Все произошло очень быстро и
я ничего не заметил. Меня просто подвело сердце. Мне было только больно
смотреть на твои слезы. Теперь смысл смерти кажется мне совсем другим.
Страшна не сама смерть и даже само слово не страшно. Просто очень жаль, что
чего-то в жизни не будет никогда. Что убило меня? Любовь к жизни или ее
непонимание? Я до сих пор этого не знаю и не знаю, смогу ли это
когда-нибудь понять. Теперь я не совершаю прежних ошибок и не боюсь смерти.
Я знаю, что у меня впереди еще много жизней и каждую я проживу иначе, чем
прежнюю. Каждая из них будет лучше предыдущих. Я больше не боюсь умереть и
лучше понимаю, чего я хочу от жизни...
Милая Аленушка, я так хочу вернуться и сказать тебе, что прожить жизнь
очень просто и все, что нужно знать, это то, что самая счастливая из всех
жизней - первая и больше ее не будет никогда.
I.B.
Igor Bondareff 2:5020/235 02 Feb 97 14:14:00
Изнутри.
*
Здравствуй, любезный друг!
Недавно все наши личности собрались в своем теле и решили обсудить,
что нам делать и как жить дальше. Тело наше весьма потрепано жизнью и
назрела необходимость объясниться. Вы заведуете нашими глазами и мы хотели
бы узнать, в каком состоянии находится наше зрение. Мы понимаем Вашу
занятость и поэтому прощаем Вам то, что Вы не явились на общее собрание.
Собрались мы ночью, а именно в эту ночь Вы решили отдохнуть. Что же
остается делать нам? Нам остается только вообразить те картины, которые Вы
не смогли нам передать, так как днем мы тоже либо спим, либо отдыхаем.
Дело, собственно, в том, что мы прекрасно можем обойтись без зрения и
его наличие в нашем общем теле является данью традиции. Раз уж оно есть, то
с этим приходится мириться: кто знает, что станет без него с нашим общим
владением? Хотя некоторые из нас слышали от других личностей, что они в
своем теле обходятся без зрения. Но мы доверяем Вам и считаем, что
заведовать глазами - почетная и важная задача. Именно по этой причине мы
хотим сообщить Вам наши печальные выводы и коллеги попросили меня выразить
общее мнение коллектива.
Наша печень перегружена отравляющими веществами. Ими перегружены и
другие органы нашего тела. У одного нашего коллеги по этой причине даже
произошел конфуз, когда он решил, как в былые годы, реализовать свои буйные
фантазии. Вместо буйства у него вышло легкое недомогание и личность другого
тела, которая невольно участвовала в этом действе, выразила ему свое
сочувствие, в котором, однако, была доля холодного презрения.
Коллега, заведующий снабжением нашего тела питательными веществами,
находится в недоумении в связи с тем, что ему приходиться непрерывно
работать, пытаясь выбрать из поглощаемых веществ что-нибудь, что хотя бы
отдаленно напоминало пищу. Коллега, ответственный за поглощение этих
веществ, не может объяснить своих действий, но утверждает, что
руководствуется исключительно Вашим мнением.
Тот же, кто отвечает за движение нашего тела, жалуется на странные,
неизвестно откуда появляющиеся порывы, и склонен винить Вас в том, что его
свобода ограничена, а сами движения, по большей части, хаотичны и
бессмысленны. Хуже всего приходится в нашем коллективе коллеге, который
собирает информацию и занимается ее распределением. Он просто не в силах
переработать то, что Вы ему даете и, как результат, - переутомление и
потеря связи с действительностью. Даже присутствуя на нашем собрании, он
нервно дергался от каждого импульса и почти не слышал наших слов, а только
всхлипывал и причитал...
Мы вынуждены напомнить Вам, что тело передано нам в общее владение и
Ваши безответственные действия могут заставить нас его покинуть и искать
новое. Но при таком повороте событий Ваша репутация неисправимо пострадает.
Мы надеемся на Ваше благоразумие.
Искренне любящий Вас, Геморрой.
*
I.B.
Igor Bondareff 2:5020/235 02 Feb 97 17:20:00
Мне дали почитать книгу Жюля Сюпервьеля со словами:"Тебе это должно
понравиться". Мне понравилось. Вот одна из историй.
После скачек.
*
Сэр Руфус Флокс, жокей и джентельмен, зачем вы дали свое имя вашей
лошади? Вы, низкорослый, с красными щеками - ну просто недожаренный
бифштекс... - по чьей же воле вы решили воплотиться в образ этой бестии,
мышастой, шелковистой, летящей так, что ноги словно не касаются земли?
Должно быть, именно по той причине, что она ничуть на вас не походила,
вы, желая привязать ее покрепче, и воткнули в лошадь имя, как пылающую
бандерилью.
Вы не из тех жокеев, что подходят к лошади впервые лишь на
взвешивании. Без всяких колебаний вы проводили ночи перед скачками в
конюшне, у своей любимицы, и прямо в ухо, бархатистое и чуткое, шептали
верные советы насчет завтрашних трудов, шептали, пока лошадь не заснет.
Какая радость - мчаться, мчаться, слившись со своей мышастой, по
скаковому кругу ипподрома, на глазах у множества людей, и только ветер,
набегая, гонит дрожь по серому жокейскому костюму, и та же дрожь
переполняет скакуна, и даже масть у лошади и всадника одна...
Любительский "Гран-При" на ипподроме в Отей Сэр Руфус взял без труда,
с большим отрывом от конкурентов. Он победил в шести скачках, а потом
разгоряченная лошадь пустилась галопом во весь опор вниз по бульвару
Эксельман, вдоль Отейского виадука, и пролеты виадука скакун пролетал,
казалось, одним махом. А затем все увидели, как оба Сэра Руфуса вместе
рухнули в Сену, - седок поначалу лишь почувствовал, что лошадь у него между
ногами стала стремительно худеть. И вдруг ее нет вовсе, и даже уши скрылись
под водой! Жокей в одиночестве выбрался на противоположный берег. Все, что
осталось от животного(так, по крайней мере, он подумал тогда), - это прядь
гривы в кулаке и следы крови на шпорах.
На следующее утро, когда Сэр Руфус, джентельмен и жокей, отправился
позавтракать к друзьям в город, он с удивлением обнаружил, что в зеркальце
такси отражаются не его собственные глаза, а глаза его лошади.
И тут же услышал голос, обращенный явно к нему:
- Тебе не стыдно? Ты спокойно едешь завтракать в город, а я по твоей
милости - труп, лежащий на дне Сены. Ты просто подло утопил меня, не сумев
вовремя остановить.
- Но ведь ты сама увлекла меня в реку!
- Повтори, что ты сказал!
- Почему ты говоришь со мной таким тоном? - робко спросил Сэр
Руфус-человек.
- Клянусь своими большими черными глазами, ты еще вспомнишь обо мне!
Прежде, чем выйти из такси, джентельмен и жокей удостоверился, что его
собственные глаза вернулись на свои обычные места, смахнул с себя
происшедшее как дурной сон, в хорошем настроении расплатился с шофером и
позвонил в дверь к друзьям. Надо сказать, он расчитывал, что завтрак его
хоть немного отвлечет.
Оказалось, однако, его пригласили как раз за тем, чтобы обсудить
скачки. Присутствовавшие за завтраком три дамы и двое мужчин так
придвигались к нему, что чуть б
...Закладка в соц.сетях
