Жанр: Драма
Солдаты Афганской войны
... исламу, и к
духовенству. Постоянно созывались разные политические конференции, на
которые приглашались религиозные деятели, с ними советовались по актуальным
вопросам, всячески желая привлечь их на свою сторону. Так что религиозный
фактор тут ни при чем.
Советская сторона винила в разжигании гражданской войны в Афганистане
правительства стран Запада, которые финансировали и подготавливали на
территории Пакистана и Ирана вооруженные оппозиционные формирования. И такая
оценка во многом верна. И все же так сильно дестабилизировали обстановку в
Афганистане не западные деньги. Большинство афганского населения относилась
к советской армии как к завоевателям, чинящим произвол и насилие.
С самого начала афганской кампании командование ограниченного контингента
получило почти неограниченное и бесконтрольное право в наведении порядка в
стране. Порядок на местах наводился, как правило, без разбора - кто виновен,
а кто нет: иногда артиллерией и ракетно-бомбовыми ударами уничтожались целые
кишлаки по той причине, что там убивали уполномоченного НДПА.
Военные, полагая, что только страх заставляет людей повиноваться,
зачастую планировали боевые операции на манер карательных акций. В местах
боевых действий нередко отдавались приказы уничтожать скот, продукты питания
и дома, убивать ни в чем невиновных мужчин и подростков. Фактически
советская армия воевала не с мятежной оппозицией, а со всем народом.
Спасаясь от такой "интернациональной помощи" как от чумы, почти половина
жителей Афганистана, около 6 миллионов человек, покинули родину и бежали в
соседние страны.
Кандагар. Лето 81г.
Именно карательные операции и усиливали антиправительственные выступления
оппозиции, и все больше афганцев собиралось под знаменами борьбы с
присутствием иностранных войск.
Так шли годы. Советская военная машина наглухо увязла в трясине войны.
Войны, где безусловно благие политическе намерения советских политиков были
полностью перечеркнуты военными исполнителями: офицерами, которые отдавали
преступные приказы, солдатами, которые практически безнаказанно убивали
невинных людей и занимались мародерством. Бесконтрольность и полная
безответственность военных предопределила общий характер войны, где почти
все население считалось врагами. Потери советских войск все росли, а
стабильности так и не достигалось. Дальнейшее пребывание войск на чужой
земле сулило только новые жертвы и новые бесконечные трудности. Практика по
оказанию "военной помощи" безнадежно зашла в тупик. Выйти из него можно было
только повернув назад.
И вот спустя девять лет, 15 февраля 1989 года, советские войска вернулись
обратно в Союз. Афганская кампания, которая стоила более миллиона
человеческих жизней, пришла к своему логическому, бесславному концу.
Кушка. Колонна БТРов уходит из Афганистана.
ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ
ВВОД ВОЙСК
ПЕРВЫЕ ПРОСЬБЫ
После того как в Афганистане разгорелось пламя Апрельской революции, ее
огонь начал быстро охватывать обширные территории страны. Прошел почти год,
а политическая обстановка все оставалась сложной и никак не приходила в
нормальное, стабильное состояние. В стране нарастала гражданская война. То
тут, то там поднимала голову "гидра контрреволюции" и больно жалила
центральную власть: целые уезды находились под контролем мятежных племен.
Афганские лидеры - Тараки и Амин - хоть и располагали прилично вооруженной,
насчитывающей почти 150 тысяч солдат регулярной армией, никак не могли с
ними справиться. В городах власть была революционная, а на периферии -
мятежная.
Советский Союз как мог, в меру разумного, помогал афганскому
правительству: и добрым советом, и экономически, и военной техникой, и
посылая туда своих военных инструкторов и специалистов. Но, поскольку
по-прежнему успехи чередовались с поражениями, Тараки, а затем и Амин, все
чаще уповали на прямую военную помощь.
Еще в январе 1979 в разговоре с главным военным советником - генералом
Гореловым - Амин по поручению Тараки пробовал выяснить возможность ввести в
страну отдельные воинские подразделения. Горелов доложил об этом в Москву
начальнику Генштаба Огаркову. Огарков ответил категорично:
- Никогда мы наши войска в Афганистан не пошлем. Бомбами и снарядами мы
там порядок не установим. И больше с Амином такие разговоры не
поддерживай... 2
Однако со временем Апрельская революция стала сталкиваться все с большими
и большими трудностями. Против новой власти выступали и крестьяне, и
духовенство, и интеллигенция, и даже часть военных.
В марте 1979 года в провинции Герат вспыхнуло крупное контрреволюционное
восстание. На сторону мятежников перешла целиком пехотная дивизия
численностью 5 тысяч человек вместе с артиллерийским полком и зенитным
дивизионом. Мятежники, захватив большие склады с боеприпасами, отрезали все
дороги ведущие в Герат и вели бои с гарнизоном города.
Чтобы поддержать обороняющихся, продукты питания и боеприпасы им
доставляли самолетами. Герат, где проживало около 200 тысяч человек, был
стратегически важным городом, и над революцией нависла серьезная угроза.
Правительство Тараки, опасаясь, что город вот-вот падет, предпринимало
отчаянные попытки по выправлению положения, но пока все было безрезультатно.
Ситуация зашла так далеко, что 18 марта не на шутку перепуганный Тараки
срочно связывается по телефону с Москвой. Переговоры с ним вел член
Политбюро А.Косыгин. Это был очень откровенный разговор. Тараки, вкратце
описав сложную обстановку в стране, сразу перешел к главному и открытым
текстом, без лишних дипломатических выкрутасов, прямо призвал, чтобы
регулярная советская армия пришла на помощь революционному Афганистану и
подавила восстание: 7
- Если вы нанесете сейчас по-настоящему удар по Герату, то можно будет
спасти революцию.
- Об этом сразу узнает весь мир, - заметил Косыгин. - У мятежников есть
рации, они сразу же сообщат.
- Я предлагаю, - настаивал на своем Тараки, - чтобы вы на своих танках и
самолетах поставили афганские знаки, и никто ничего не узнает. Ваши войска
могли бы идти со стороны Кушки и со стороны Кабула. Будут думать, что это
правительственные войска.
- Я не хочу вас огорчать, но скрыть это не удастся, - ответил Косыгин. Он
конечно же отлично знал, что такое космические средства слежения и
агентурная разведка, и отдавал себе отчет, в какую авантюру пытается втянуть
его собеседник. - Это будет известно всему миру через два часа. Все начнут
кричать, что началась интервенция.
- Иран и Пакистан посылают в афганской одежде своих людей и офицеров.
Почему Советский Союз не может послать узбеков, таджиков, туркменов в
гражданской одежде? Никто их не узнает. Мы хотим, чтобы к нам послали
таджиков, узбеков, туркменов для того, чтобы они могли водить танки. Пусть
наденут афганскую одежду, афганские значки, и никто их не узнает. Это очень
легкая работа, по нашему мнению.
Переговоры подошли к концу. Косыгин, несколько шокированный
прямолинейностью Тараки, заверил главу братской страны, что его просьбу
обязательно рассмотрят в самом срочном порядке. И уже на следующий день, на
состоявшемся заседании Политбюро, Косыгин сообщил о своем разговоре с
Тараки.
И вот 20 марта срочно всего на один день Тараки прилетает в Москву. Это
был деловой, закрытый визит, о котором почти никто не знал ни в Афганистане,
ни в Союзе. 1 Специально для Тараки организовали короткую встречу с
Брежневым, который по заготовленному тексту зачитал ему коллективное мнение
высшего руководства. Общее мнение было однозначно против ввода войск,
которое заканчивалось:
- Посылать войска в Афганистан представляется нецелесообразным. Это не
улучшит, а скорее, только ухудшит общую ситуацию и прежде всего для самого
афганского руководства. 8
Тараки с пустыми руками возвращается в Кабул. Однако вскоре два ведомства
- советский посол и представитель КГБ - отослали в Москву свои предложения о
возможных мерах по улучшению ситуации. В них, в частности, говорилось о
целесообразности направить в ДРА воинские подразделения для охраны
сооружений и важных объектов, работающих и строящихся при содействии
Советского Союза. В первую очередь они предлагали взять под охрану два
главных аэродрома страны - кабульский и Баграм, чтобы в случае осложнения
обстановки обеспечить безопасность эвакуации советских граждан. А чтобы не
привлекать постороннего внимания, осуществить это лучше скрытно, под видом
технических специалистов, занимающихся реконструкцией аэродромов. 9
МУСУЛЬМАНСКИЙ" БАТАЛЬОН И СПЕЦГРУППА "АЛЬФА"
Эта идея - тихо и незаметно от посторонних глаз внедриться в ДРА
небольшими воинскими подразделениями - показалась интересной, и в начале мая
1979 года было принято решение сформировать батальон специального
назначения, укомплектованный лицами коренных национальностей среднеазиатских
республик. Это задание было поручено полковнику ГРУ (Главное
Разведывательное Управление) В.В.Колеснику.
Солдат собирали со всего Союза из самых разных частей: тут были и
танкисты, и мотострелки, и десантники. Их отправляли в небольшой узбекский
городок Чирчик. С этого и началась история "мусульманского" батальона. Все
солдаты, офицеры и сам командир батальона были южных национальностей. Общая
численность составляла почти 600 человек. Боевой подготовке в
"мусульманском" уделялось необычно большое внимание: каждодневно проводились
тактические занятия, стрельбы, вождение боевых машин.
Тем временем вопрос о направлении в ДРА небольших воинских подразделений
постоянно дорабатывался.
В июне на военном аэродроме Баграм высаживается воздушно-десантный
батальон из Ферганы. Он расположился особняком на некотором отдалении от
взлетной полосы. Солдаты поставили палатки, обнесли территорию колючей
проволокой и в дальнейшем оттуда уже не выходили.
Этим же летом Тараки высказал готовность принять две дивизии ВДВ, но
советская сторона категорически отказалась от непосредственного участия
нашего военного персонала в боевых действиях. Однако для обеспечения
безопасности советских граждан были предприняты необходимые меры.
В июле с задачей охраны посольства в Кабул прибыл взвод бойцов из особого
подразделения КГБ "Альфа", которое специально готовилось для борьбы с
террористами. 8
Началась зима. К тому времени власть в Афганистане уже перешла к Амину. И
тут в связи с изменением общей ситуации в регионе у советского руководства
появились кое-какие интересные задумки, и они полностью меняют свое
первоначальное мнение насчет ввода войск.
Солдаты "мусульманского" батальона.
Солдаты "мусульманского" батальона.
Солдаты "мусульманского" батальона.
"К ПОЛОЖЕНИЮ В "А"
22 ноября из Союза в Кабул с секретной миссией прилетает зам. министра
МВД генерал-лейтенант Виктор Папутин. Наскоро ознакомившись с положением дел
на месте, он оценил общую ситуацию в Афганистане как катастрофическую, и на
встрече с Амином стал настаивать на вводе советских войск. Амин согласился
дислоцировать их на севере Афганистана, но Папутин надавил, и Амин
согласился на их размещение и в центральной части страны, совместно с
афганскими войсками. 8
Перед тем как улететь в Москву, Папутин хотел отправить в центр шифровку,
в которой характеризовал положение в ДРА как очень плохое и даже
критическое. Однако с такой формулировкой не были согласны ни военные, ни
посол, ни представители КГБ. Они глубже знали ситуацию в Афганистане и
считали, что положение, конечно же, сложное, но не такое уж мрачное и тем
более безнадежное. Тем не менее, такая шифровка, впоследствии подписанная
только одним представителем КГБ - генералом Борисом Ивановым - на основании
которой мотивировалась необходимость ввода в Афганистан целой армии,
отправляется в Москву. (Позже, 28 декабря 1979 года, на следующий день после
ввода войск, Папутин покончил жизнь самоубийством. 2 Видимо Папутин, узнав о
физическом устранении Амина, который только что так тепло и радушно принимал
его в Кабуле, осознал свою неблаговидную роль в этой политической игре.)
10 декабря стал поворотным днем, той начальной точкой отсчета, с которой
началась практическая подготовка к вторжению в Афганистан.
В ТуркВО был отдан приказ отмобилизовать армию и привести ее в состояние
полной боевой готовности. Срок исполнения - 10 дней. В прилегающих к границе
военных округах был объявлен сбор. Для Туркестанского и Среднеазиатского
военных округов это было самое крупное мобилизационное развертывание за весь
послевоенный период. По повесткам к военкоматам сходились толпы мужчин. За
многими резервистами приезжали среди ночи и увозили на сборный пункт. Так в
течение нескольких дней было призвано из запаса, одето, вооружено и посажено
на технику более 50 тысяч солдат, сержантов и офицеров. 2 Они завели
находящуюся в резерве на военных складах законсервированную боевую технику и
на ней стали подтягиваться к самой границе.
За считанные дни было развернуто и доукомплектовано до полного штата
четыре мотострелковые дивизии, артиллерийская бригада, части связи,
инженерных войск, тыловые части и учреждения. Штаб создаваемой 40-й армии
находился в Термезе.
Вечером 12 декабря, когда уже полным ходом шла мобилизация, в Кремле
собрались четверо главных руководителей страны: генеральный секретарь ЦК
КПСС Брежнев, председатель КГБ Андропов, министр обороны Устинов и министр
иностранных дел Громыко. Облеченные высшей, почти никем не контролируемой
властью, они рассматривали вопрос о положении в Афганистане. Более умеренную
позицию занимали Брежнев и Устинов, двое других придерживались жесткого
курса, причем наиболее решительно был настроен Андропов, и именно он активно
склонял к военному решению остальных. 2 Обсуждение длилось недолго. Четверка
быстро пришла к согласию между собой и подписала секретный документ с
коротким содержанием и туманным названием "К положению в "А". 8 Это и было
окончательное решение о вводе войск.
Резервисты, которые составляли основной костяк спешно создаваемой 40-й
армии, по закону могли находиться "под ружьем" не более трех месяцев. Среди
них было много тучных и неповоротливых, далеко не молодых солдат: многим за
сорок лет, а некоторым даже почти пятьдесят. Подавляющее их большинство мало
что умело делать, они с неохотой подчинялись командам и только и думали, как
бы побыстрее вернуться домой к семьям. Заниматься с резервистами было
тяжелым испытанием для кадровых офицеров, привыкших к железной дисциплине и
беспрекословному повиновению.
Сюда, на замену резервистам, уже с первого дня общей мобилизации стали
подтягивать регулярные войска.
10 декабря сотни поднятых по тревоге воинских частей получили приказ
отправить на юг часть личного состава и техники. Отбор солдат согласно
разнарядке в разных частях осуществлялся по разному: где отправляли
подразделения полностью, где набирали добровольцев по собственному желанию,
где по списку, где выборочно одних специалистов, где избавлялись от самых
разгильдяев (завсегдатаев "губы"). При этом молодых солдат и дембелей, как
правило, старались не брать. На железнодорожные платформы грузили технику, и
целые эшелоны направлялись к южной границе.
Войска собирались почти со всей территории Советского Союза: начиная с
самого севера Кольского полуострова, кончая Крымом, и с Урала, и из Западной
Сибири. Даже из частей дислоцированных на территориях соцстран и то были
сняты и переброшены значительные силы. Двумя месяцами раньше Брежнев, во
время пребывания в Берлине, объявил об одностороннем решении Советского
Союза сократить численность обычных советских войск в Центральной Европе. И
несколько танковых полков, которые выводились с территории ГДР, прямиком
направились сюда.
В Кушку и Термез отовсюду стекались эшелоны с войсками. Тут, на
приграничных пунктах, шло непрерывное переформирование прибывших и
формирование новых подразделений. Так всего за две недели на границе с
Афганистаном была создана новая 40-я армия.
24 декабря на совещании руководящего состава Министерства Обороны министр
обороны Устинов объявил о решении политического руководства ввести войска в
Афганистан. Цель ввода войск - "Оказание интернациональной помощи ДРА и
пресечение возможных угроз безопасности Советского Союза". Тогда же Устинов
подписывает соответствующую директиву, в которой было определено время "Ч" -
дата пересечения Государственной границы - 15 часов по Москве 25 декабря.
ПОДГОТОВКА К "ВНУТРИПАРТИЙНОМУ" ПЕРЕВОРОТУ
Договорившись об оказании военной помощи, Москва готовилась эту помощь
ввести, а Кабул - ее принять. А пока, чтобы преждевременно не будоражить
общественное мнение, они условились держать язык за зубами и хранить свои
намерения в глубокой тайне, осознавая, что разумнее всего будет, если о
вводе войск узнают уже после того, как он состоится.
Тем временем в Кремле в еще большем секрете продумывался и дорабатывался
зловещий план "внутрипартийного" переворота, который должен был
предшествовать крупномасштабному вводу советских войск. Для выполнения этой
задачи здесь напрямую были задействованы многие генералы, сюда была
подключена вся агентура КГБ, действующая в ДРА. И теперь начинается
последовательное и стремительное наращивание боевых сил, достаточных для
проведения этой сверхсекретной операции.
Военный аэродром в Баграме, поскольку он расположен близко от Кабула,
становится главным перевалочным пунктом для переброски передовых отрядов.
Ночью 9-го декабря по тревоге поднимается "мусульманский" батальон, и его
сразу перебрасывают в Баграм. А начиная с 14 декабря в Баграме ежедневно
приземляются три-пять тяжелогрузных "Антеев" (Ан-22) способных вмещать в
себе до четырех БМД. Они выполняли в день по нескольку челночных рейсов из
Ферганы и доставили сюда полностью укомплектованный отдельный 345-й
воздушно-десантный полк, к которому примкнул, находившийся здесь еще с лета,
его 1-й батальон. Заодно несколько рейсов было сделано и на кабульский
аэродром, и часть десанта закрепилась там.
По прибытии в Баграм всему личному составу "мусульманского" батальона
выдали афганскую форму. Теперь внешне они ничем не отличались от местных
военнослужащих.
Сюда же, в Баграм, охраняемые восемью советскими телохранителями, из
Ташкента на отдельном самолете тайно прилетают будущий лидер Афганистана
Бабрак Кармаль и еще трое будущих членов правительства: Ватанджар, Анахита и
Нур (три месяца назад, еще при Тараки, они занимали ответственные
государственные посты, но, как только узнали, что Амин задумал их устранить,
еле успели унести ноги из Афганистана с помощью советских спецслужб).10
Здесь, на афганской территории, их нахождение хранилось в совершенной
секретности: если бы их кто увидел в лицо и узнал - то им не сносить бы
головы, и провалилась бы вся операция с вводом войск. Они прятались в
капонирах на краю военного аэродрома и не выходили из своих холодных убежищ
ни днем, ни ночью. В холод, без элементарных удобств, питаясь только скудным
сухим пайком, они дожидались своего часа.
12 декабря на месте обсуждался план возможной операции по устранению
Амина силами только "мусульманского" батальона и бойцов из "Альфы". Однако в
ходе обсуждения стало совершенно очевидным, что сил для успешного выполнения
такой задачи явно недостаточно. Поэтому для надежности операцию решили
отложить на несколько дней - до тех пор, пока не прибудет достаточное
подкрепление.
В намечавшихся планах переворота роль основной ударной силы отводилась
103-й воздушно-десантной дивизии дислоцированной в белорусском городе
Витебске и близ него. Она была поднята по тревоге 10-го декабря и сразу
приведена в полную боевую готовность. Полки дивизии, какие своим ходом,
какие на железнодорожных платформах, подтянулись к ближайшим военным
аэродромам. И уже через два дня из Новополоцка, Витебска и Быхово вылетают
первые колонны Ил-76, приблизительно по 30 самолетов в каждой и,
приземлившись в Чимкенте и Балхаше, ждут там остальных почти две недели.
Оставшаяся же, большая часть дивизии, покинула аэродромы Витебска и
Балбасово только 23-24 числа. Дивизия перелетала несколькими колоннами по
почти параллельным маршрутам. Сделав промежуточную остановку на Среднем
Урале (в Красноуральске, Южноуральске, Каменск-Уральске, Шадринске) самолеты
сразу летят дальше к южной границе и заполняют аэродромы: Самарканд,
Чимкент, Чирчик, Андижан, Наманган, Энгельс.
В это время сухопутные передовые отряды занимают ключевые позиции на
главных дорогах Афганистана.
С 22 декабря из Кушки начала выдвижение мотострелковая дивизия. Каждую
ночь колонны танков, БТРов и БМП, численностью порядка ста машин, пересекали
границу и уходили вглубь афганской территории. Все было согласовано с
афганской стороной: подъезжая к афганским постам, посылали вперед
переводчиков, и затем колонна продолжала следовать дальше. Полки дивизии
расположились палаточными лагерями вдоль всей западной дороги возле городов
Герат, Шиндант, Кандагар, а 26 декабря сменили все афганские посты на
перевале Рабати-Мирза. Так был установлен полный контроль над объездной
дорогой Кушка-Герат-Кандагар, ведущей в Кабул.
Почти одновременно с этим советские подразделения взяли под контроль
восточную, прямую дорогу на Кабул, которая вела из Термеза и проходила через
населенный пункт Пули-Хумри.
Но между Пули-Хумри и Кабулом гигантской стеной стоит горный хребет
Гиндукуш. Единственная дорога, по которой можно было преодолеть эти
неприступные, почти пятикилометровой высоты горы, вела через перевал Саланг.
В зимнее время Саланг - очень опасное место: серпантин дороги вьется вдоль
отвесных склонов, с гор то и дело сходят лавины, летят камни, внизу -
пропасти. Однако, несмотря на все эти подстерегающие опасности,
стратегическое значение Саланга, напрямую открывающего путь на восточные и
центральные районы Афганистана, было очень велико.
Время "Ч" приближалось.
В районе Термеза для перехода границы навели понтонный мост через
Амударью. Река быстрая, своенравная. Инженерному полку пришлось много
поработать: понтоны то отходили от берегов, то садились на мель.
И вот, 25 декабря в 15 часов по московскому времени (на месте уже
темнело) из Термеза выдвинулись первые батальоны. Этой же ночью они без
всяких сложностей сменили все афганские посты, стоявшие вдоль дорог. А 4-й
батальон чирчикской ДШБ (десантно-штурмовой бригады) без остановок поехал на
Саланг - брать под охрану туннель и прилегающий к нему участок дороги.
Основные же силы в эту ночь еще оставались на своих местах. И только на
следующий день после обеда мотострелковые дивизии начали вытягиваться в
колонны и ночью переходят границу.
Выехав на шоссе, боевые колонны ехали на максимальной скорости. Во время
движения из-за неопытности водителей, темноты и спешки, танки столкнули
несколько машин, а еще несколько машин опрокинулись сами.
Однако перевал Саланг войскам пройти не удалось. Как раз в эти дни из-за
погодных условий обстановка там складывалась сложнейшая. Несколько дней
кряду шел снегопад. С гор то и дело сходили лавины. Снежный покров был
настолько глубоким, что нередко мины, пущенные для снегосхода, мягко утопали
в нем, даже не взрываясь. Дорогу постоянно приходилось расчищать. На
гололеде с трудом двигалась колесная техника, и их приходилось тащить
тягачами и танками. Несколько машин и танков все-таки соскользнули с дороги
и разбились в пропасти. Из-за чрезмерной опасности движение через Саланг
пришлось практически остановить почти на три недели. В эти дни на подступах
к перевалу в районе Пули-Хумри в ожидании, когда движение восстановится,
скопились тысячи боевых машин и танков.
Для того чтобы взять под контроль обе стратегические дороги, ведущие в
Кабул, а главное - овладеть перевалами Рабати-Мирза и Саланг, потребовался
всего один день. Уже 26 числа дороги находились под полным контролем
советских войск.
В тот же день в районе населенного пункта Нижний Пяндж границу пересекла
боевая группа пограничников. Амударью они форсировали на катерах и баржах.
Половина их личного состава закрепилась на афганской стороне, а остальные на
технике поехали в сторону Кундуза. Туда же направился и ошский
воздушно-десантный полк, который пересек границу в горном районе Ишкашим.
Одновременно глубоко в тыл по воздуху перебрасывалась витебская
воздушно-десантная дивизия. Первый небольшой десант высадился рано утром и
поздно вечером 25 декабря в Баграме и Кабуле и тут же закрепился. На
следующую ночь солдаты, находившиеся на границе в районе Термеза, видели,
как, наполняя воздух тяжелым гулом, в сторону Афганистана летели
нескончаемые колонны военно-транспортных самолетов - это перебрасывались
основные силы дивизии. Высадка продолжалась два дня. За это время было
совершено почти 350 самолеторейсов, в Кабул и Баграм было доставлено около
четырех тысяч солдат, сотн
...Закладка в соц.сетях
