Жанр: Драма
Дикая роза
...Раздраженная неприятным и даже отчасти неприличным ее вниманием к себе,
Кандида резко спросила:
- Что тебе надо, Леопольдина? Та обиженно поджала губы:
- Меня не удивляет, когда на меня поднимает голос молодой господин
Рикардо, но вы, сеньора Канди...
- Что я?! - сорвалась на крик Кандида.
- Что за тон, - Леопольдина сделала гримасу. - Странные вещи творятся в
этом доме. Все что-то скрывают...
- Займись своими делами, Леопольдина!
- Одно из моих дел, по просьбе сеньориты Дульсины, быть в курсе всего,
что творится в доме... Чтобы вовремя приходить на помощь. Для этого я должна
знать все. - Она не без глумливости усмехнулась. - Буквально все!
Леопольдина удалилась из гостиной с сознанием, что достойно провела эту
беседу.
Но до ночи ей предстояло еще раз увидеться с Кандидой. Не могла же она
отказать себе в удовольствии передать Кандиде содержание своего разговора с
ее сестрой, позвонившей Лео-польдине из Нью-Йорка, чтобы узнать, как идут
дела в доме.
Леопольдина докладывала хозяйке о делах, о том, что сеньорита Леонела не
ночевала, а Рикардо вернулся на рассвете: похоже, что они были на дискотеке.
Но она все время чувствовала, что не это интересует Дульсину. И
действительно, она поинтересовалась, заходит ли лиценциат Роблес, и просила
передать ему привет.
Вот об этом Леопольдина не могла не сообщить Кандиде. Она даже попросила
сеньориту взять эту миссию на себя: передать лиценциату Роблесу привет от
сеньориты Дульсины. Потому что, возможно, сеньорита Кандида увидит его
раньше.
Леопольдина с трудом сдержалась, чтобы не засмеяться, видя растерянность
Кандиды.
ВОЗВРАЩЕНИЕ ДУЛЬСИНЫ
В ресторане было очень весело. Томаса и Эрнесто быстро нашли общий язык
и чувствовали себя так, будто давно знали друг друга. Это радовало Розу.
Играл небольшой оркестрик. Репертуар его составляли песенки, модные
среди простого люда Мехико. Роза все их знала наизусть. Она была в
прекрасном настроении, возбуждена поездкой и общением с милыми ей людьми,
тотчас подружилась с музыкантами и с отчаянной решимостью спела с ними
популярную песню. Ни Эрнесто, ни даже Томаса не предполагали у нее такой
музыкальности и даже артистичности: она легко и просто "завела" весь зал, и
посетители ресторана азартно аплодировали ей.
Вскоре все вокруг танцевали, и Томаса со слезами радости на глазах
следила за своей воспитанницей, вокруг которой закипело такое веселье.
И в ресторан и обратно они ехали на маленьком грузовичке, одолженном
Эркесто у своего приятеля. По дороге Роза углядела мороз::с::щмка. После
острой пищи, которая была сдобрена ее любимым соусом "тобаско", ей
захотелось холодного, и она попросила Эрнесто остановить грузовичок и купить
ей и Томасе мороженого.
Случилось это недалеко от таверны "Твой реванш", и, выбравшись из
кабины, Эрнесто увидел Сорайду, шествовавшую под руку с Куколкой. Они
перекинулись парой слов, и, узнав, что в машине сидит Роза, Сорайда решила
подойти поприветствовать ее.
К ее изумлению, грузовик, к которому она направилась, вдруг подпрыгнул
раз, потом другой и, наконец запрыгав, как гигантская лягушка, врезался в
проходящий мимо пикап, который не успел увильнуть от этого странного
маневра.
Пока Эрнесто Помогал вылезти из грузовичка Томасе, со стонами
придерживающей ушибленную руку, пока успокаивал разгневанного владельца
пикапа, пока ободрил бледную от испуга Розу, прошло не так мало времени. Не
сразу Эрнесто понял, что произошло.
Оказалось, что Розу, вспомнившую внезапно уроки Ригоберто, обуяло
непреодолимое желание самой проехать за рулем хоть десяток метров. Это и
привело к происшествию.
Оглядев руку Томасы и здоровенный синяк на лбу незадачливой
водительницы, Эрнесто решил везти их в госпиталь Красного Креста. По дороге
он старался хоть чуть-чуть развеселить Розу, чувствовавшую себя виноватой и
очень беспокоившуюся за матушку Томасу. Он изображал физиономию своего
приятеля, когда тот увидит свой грузовичок с огромной вмятиной на крыле. В
цели своей он, видимо, преуспел, потому что Роза с мрачной улыбкой наконец
спросила его, где то мороженое, которое он им собирался купить.
Телефонный звонок поверг Федерико Роблеса в тревожное состояние еще до
того, как он услышал в трубке голос Кандиды.
Она сказала ему, что знает обо всем - и о взбучке, которую он получил от
Рикардо, и о его связи с Дульсиной. Он сделал было вид, что не понимает, о
чем речь, но Кандида предложила ему не увеличивать количество совершенных им
подлостей новой ложью. Она сообщила, что завтра возвращается из Нью-Йорка
Дульсина и до той поры они должны увидеться. Она сейчас же едет к нему, и
пусть только он попробует не принять ее!
Про себя поразившись столь непривычной для нее решительности, он
согласился на встречу.
Выслушав Кандиду, он объяснил слова Дульсины об их возможной женитьбе ее
чрезмерной фантазией.
- Разве вы жених и невеста? - спросила Кандида, почувствовав надежду.
- Какая абсурдная идея!
- Но Дульсина говорила об этом с уверенностью.
- Это следствие того, что она неправильно восприняла какую-нибудь мою
любезность.
- Что ж, завтра она вернется, и мы все выясним.
Кандида, несколько воспрянув духом, попробовала заговорить об их
собственной женитьбе. Но Федерико предложил потолковать об этом в другое
время.
- Прошу тебя об одном: верь мне. Я человек чести. Она впервые за
последние дни улыбнулась и поцеловала его. Возвратившись домой, она прежде
всего зашла к Рикардо и рассказала ему о своем визите к Федерико и о том,
что его предполагавшийся брак с Дульсиной - простое недоразумение, следствие
фантазии их сестры.
- Как ты можешь верить этому ничтожеству, будь он проклят! - воскликнул
Рикардо.
- Сердце подсказывает мне, что Федерико не лгал! - ответила она с
твердой верой в слова своего возлюбленного...
Что же касается самого возлюбленного, то он в это время срочно собирал
чемоданы.
За обедом Рикардо рассказал брату и Леонеле о том, что Кандида посетила
лиценциата Роблеса и он вновь заморочил ей голову враньем, что у него якобы
ничего нет с Дульсиной.
- Дульсина не так глупа, чтобы предаваться пустым фантазиям. Каналья
этот Роблес!..
Дульсина между тем была легка на помине.
Старшая служанка попросила сеньора Рикардо подойти к телефону. Звонок
был из Нью-Йорка. Дульсина интересовалась, куда исчез лиценциат Роблес. Дело
в том, что она звонила ему, но его секретарша сказала ей, что сеньор Роблес
срочно улетел в Париж.
Возвратившись к столу, Рикардо сообщил новость присутствующим. Он
упомянул и о том, что Дульсина просила встретить ее на аэродроме.
- У нее чемоданов уйма... Накупила платьев для замужней жизни, -
объяснил он эту ее просьбу.
Леонела удивилась, почему о возможной женитьбе Дульсины и Роблеса
говорится с некоторым... недоброжелательством, что ли. И тогда Рикардо
решил, что пора перестать скрывать от нее, что на самом деле происходит в
доме.
- Ты, Леонела, практически член нашей семьи. Так вот, наша семья на
краю пропасти. Ты должна знать: Кандида ждет ребенка от Роблеса.
Тяжелая пауза, воцарившаяся за столом после этого сообщения, длилась так
долго, что Рикардо обрадовался, когда его снова попросили к телефону. На
этот раз звонила Сорайда.
- Простите, что беспокою, - сказала она. - Это Сорайда, хозяйка таверны
"Твой реванш". Дело в том, что Роза Гарсиа в катастрофу попала. Вела
грузовик и врезалась. Я решила, что, может, вам это интересно - Роза-то
Гарсиа ваша жена...
- Как врезалась?.. - ошеломленно переспросил Рикардо. - Она же не умеет
водить!
- Потому и врезалась, - сказала Сорайда.
Она объяснила, где находятся и как себя чувствуют Роза и Томаса, и
повесила трубку.
- Что там произошло с дикаркой? - спросила Леонела, с середины
разговора подошедшая к Рикардо и прислушивавшаяся к тому, что он говорил.
- Врезалась на грузовике в другую машину... Леонела засмеялась.
- Эта неумеха - за рулем грузовика?
Рикардо, не обращая внимания на ее слова, обратился к Рохелио:
- Пожалуйста, проведай их. Если я появлюсь, Роза меня выгонит.
- Да и кто она тебе, чтобы ты туда мчался, - вступила Леонела.
- Кто? Воспоминание... Прекрасное воспоминание, - сказал Рикардо.
- И ты говоришь это после всего, что она с тобой проделала?
- Мы ее тоже порядком помучили. Кстати, в последний раз она вела себя
как настоящая сеньора. Да и какая сеньора проявила бы такое благородство,
отказавшись от компенсации за развод?
- Думаю, это какая-то каверза. Тем не менее, Рохелио, не забудь
передать дикарке мой горячий привет, - насмешливо попросила Леонела.
Рикардо посмотрел на нее осуждающе.
Когда Эдувигес сообщила Пабло, что ему звонит сеньорита Норма, он
отправился к телефону с таким скучным видом, что Паулетта тяжело вздохнула.
Роке, который впервые после своей болезни сидел за завтраком вместе с
сыном и женой, тоже обратил внимание на неудовольствие Пабло.
- Подумать только, звонит невеста, а он недоволен. Паулетта грустно
посмотрела на мужа.
- Я думаю, Роке, он больше не любит Норму. По-моему, он
все еще думает о той девушке, с которой познакомился на улице. Неужели
это возможно: увидел мельком и потерял голову? Роке засмеялся:
- А я как в тебя влюбился? Паулетта тоже улыбнулась.
Пабло вернулся к столу, вид у него был еще более скучный.
- В дискотеку ей приспичило. Посреди недели... Почувствовала, что у
меня в голосе нет радости по этому поводу - и сразу в истерику! Плохо, когда
у женщины портится характер.
- Пабло! Как ты говоришь о своей невесте? А когда она будет женой?..
- Ну кто же, мама, женится на своей первой невесте? - то ли пошутил,
то ли всерьез отозвался Пабло.
В госпитальной палате пахло цветами и апельсинами - их принесла Эрлинда,
пришедшая навестить Розу и Томасу.
Роза, меланхолически сдирая золотистую кожицу с крупного плода, сетовала
на то, что не знает, чем заняться после выхода из госпиталя: продавать
жвачку и книги, шныряя между машинами, ей больше не хотелось.
- Да, ты уж, пожалуйста, подальше от автомобилей, - сказал вошедший в
палату на ее последних словах Рохелио. Он уже почти не хромал.
Рохелио тоже принес цветы. Он спросил у Эрлинды, почему она больше не
приходит.
- Не хотела вас беспокоить...
- Даже звонком?
Роза поспешила на помощь подруге:
- Да у вас трубку всегда снимает эта донья Ворона. Кому охота с ней
каркать?
Эрлинда начала что-то плести об их неравном имущественном положении,
исключающем дружбу. Рохелио живо возразил, приведя в подтверждение своей
правоты свои с Розой отношения.
- А на чьем это грузовике ты совершила свой шоферский подвиг?
Роза объяснила.
- Этот Эрнесто что, твой жених?
- Да я лучше на скорпиона сяду, чем снова замуж выходить, - немедленно
отозвалась Роза. - Эрнесто мне кореш. Он в газетах пишет.
Она помолчала.
- Ну, правду сказать, и он - мужчина. А все мужчины - cам знаешь...
Рохелио попросил Ликду звонить ему и откланялся. Роза вышла его
проводить. Он предложил ей денег. Она решительно отказалась:
- Ты уж прости, не нужны мне деньги от Линаресов!
- Ты у нас самая бескорыстная... И самая забывчивая.
- Это почему?
- Ты даже не спросила, как поживает Рикардо.
- А кто он такой, Рикардо?.. Ты его защищаешь, потому что он - твой
брат.
- Я защищаю его, потому что он страдает. Привет тебе от него.
- Пусть на ответный не рассчитывает. На глазах у нее появились слезы.
Выражение лица Рикардо испугало Кандиду. Он молча прошелся по ее
комнате, зачем-то осмотрел стены, откинул штору с окна, потом вернул на
прежнее место. Видно было, что он оттягивает какое-то неприятное сообщение.
Наконец он заговорил:
- Я только что из конторы лиценциата. Сегодня утром он улетел в Париж.
И неизвестно, когда вернется.
Лицо Кандиды помимо ее воли вытянулось от удивления, и Рикардо снова
стало жалко свою доверчивую сестру.
- Что ты удивляешься? Все проще простого: вернется Дульсина - надо
будет с ней объясняться, а он трус. Твой Феде - большой негодяй!
- Но вчера он мне сказал, - начала было Кандида, но в это время в дверь
постучали и вошла Леонела.
- Канди, я все знаю и хотела бы... Кандида гневно взглянула на брата:
- Это ты рассказал?
Он ласково положил руку ей на плечо.
- Да скоро любой куст у нас в саду об этом знать будет. Леонела с
сочувствием смотрела на нее.
- Скажи, Канди, ты действительно хочешь иметь ребенка?
- Кто не хочет иметь ребенка от любимого человека? - всхлипнула та.
- Но это всего лишь фраза, которую всегда говорят... Молодая пара не
должна обременять себя детьми. Мне дети вообще не по душе...
Рикардо жестко посмотрел на нее.
- А вот мне - наоборот, - сказал он.
Все-таки дома было лучше, чем в госпитале... Роза кормила соскучившегося
по ней попугая, когда появился Эрнесто. Он все время поддразнивал ее
шоферскими успехами. Вот и сейчас вместо приветствия он спросил:
- Ну, ас, как твой глаз?
Глаз у Розы прошел. Завтра должны были выписать и матушку Томасу.
Эрнесто тоже знал об этом. Наверно, потому он и решил поговорить с Розой
сегодня. Разговор был все о том же. Он взял ее за руку и сказал:
- Я хочу жениться на тебе. Она твердо покачала головой.
- Нет, Эрнесто. Я не могу выйти за тебя. Да и какая тебе польза от
такой, как я?
- Когда любишь, не думаешь о пользе. Роза печально вздохнула:
- Но я, я не давала тебе повода думать, что люблю тебя. Видимо, он
совсем потерял голову от своего безнадежного чувства, потому что вдруг
спросил:
- Может, ты отвергаешь меня из-за моих скромных средств?
Она взглянула на него как на сумасшедшего.
- Ты в своем уме? Да я сама беднее всех на свете!
- Но ты, видно, до сих пор влюблена в своего богатенького сеньора,
который приволок тебя в свой дом, чтобы только поиздеваться над сестрами...
- Давай закончим болтовню на эту тему. Я не желаю замуж ни за кого,
будь это хоть сам наследный принц. Не желаю, и все тут!
Он постарался взять себя в руки.
- Как хочешь... Но больше не проси у меня мороженого. - С горькой
улыбкой он покинул ее дом.
В суматохе аэродрома, в пестрой толпе, за грудой чемоданов Рикардо не
сразу разглядел Дульсину.
- Это все твое? - спросил он, кивая на багаж.
- Конечно. - Она была оживлена. - Женщина, собирающаяся выходить замуж,
должна быть одета по последней моде.
Он молча поглядел на нее.
- А ты уверена, что выходишь замуж? Она рассмеялась.
- А ты забыл? За Федерико.
- Твой Федерико неожиданно улетел в Париж.
- Откровенно говоря, я удивлена...
- Поедем домой, там ты удивишься еще больше, - пообещал Рикардо.
Но Дульсина была так наполнена предвкушением своего грядущего
замужества, что не обратила внимания на довольно зловещую интонацию, с
которой это было произнесено.
Дома она прежде всего распорядилась, чтобы Себастьян занес в ее комнату
все чемоданы. И лишь после этого вспомнила о странной фразе, брошенной
братом, и послала Себастьяна сказать Рикардо, что она ждет его.
Рикардо пришел и с непонятным выражением на лице принялся смотреть, как
Дульсина вынимает из чемоданов свои новые платья и костюмы.
- Я думаю, что все эти вещи ты купила напрасно.
- Это почему? - улыбнулась она. - Они в моде.
- Но Роблеса-то нет.
- Господи, ну и что? Вернется.
- Он бежал, сестричка. Бежал, потому что он негодяй и хорошо знает это.
Она опустилась на кровать и недоуменно посмотрела на Рикардо.
- Что здесь происходит? - заволновалась она. - Хватит ходить вокруг да
около.
- И впрямь, - согласился Рикардо. - С чего бы только лучше начать? - Он
как-то мрачно рассмеялся. - Да вот хоть с этого: ты знаешь, что у твоего
Федерико с Кандидой были интимные отношения?
- Что за чушь! - Дульсина даже попробовала засмеяться. - У нашей тихони
Канди?!
Рикардо подошел к ней и посмотрел на нее сверху вниз. Потом негромко
сказал:
- У нашей, как ты выразилась, тихони Канди будет ребенок. От Федерико
Роблеса.
Дульсина смотрела на него, как будто не понимая, смысла сказанного.
ЛОВУШКА
Наконец-то Томаса вернулась из госпиталя домой. Рука у нее еще
побаливала, но ей не терпелось заняться домашней работой, потому что Роза,
по ее мнению, делала все не так, как надо.
Синяк под глазом у Розы тоже прошел, видела она хорошо и с интересом
просматривала в газете страницу объявлений о работе.
- А почему Эрнесто не видно? - спросила Томаса.
- Повздорили немного.
- О Господи! Наступит ли такое время, когда ты со всеми будешь жить в
мире?
Роза продолжала изучать объявления. Потом вдруг спросила:
- Как ты думаешь, у меня привлекательная внешность?
Томаса удивленно взглянула на нее.
- Более или менее. А что?
- Да тут объявление одно интересное. "Требуется сеньорита с
привлекательной внешностью", - прочитала она.
Томаса помолчала в раздумье.
- Я бы не очень доверяла такому объявлению... Может, Эрнесто тебя
проводит? Ах, да ведь ты с ним поцапалась...
- Потому что он на мне жениться собрался. А я такой глупости больше не
сделаю.
Томаса вздохнула:
- Тебе нужен спутник жизни. Роза рассмеялась.
- Так вот он! - сказала она, указывая на попугая. - Верно, Креспин? По
крайней мере, приставать не будет - я ему не нравлюсь.
Томаса тоже засмеялась.
Дульсине не хотелось верить Рикардо. Обливаясь слезами, она кричала о
том, что Кандида придумала свою беременность, чтобы отнять у нее Федерико. А
если это не так, и она действительно ждет ребенка, тогда она - потаскушка!
- Просто женщина, совершившая ошибку, - спокойно поправил ее Рикардо.
Дульсина вдруг рванулась к двери.
- Я убью ее! Она недостойна жить на свете! Она решила украсть его у
меня. Так нет же, не будет этого!
Рикардо еле успел перехватить ее у дверей. Глядя в глаза сестре и крепко
держа ее за руки, он сказал:
- Помимо всего, лиценциат Роблес еще и авантюрист. Я просматривал
бумаги по отцовскому наследству и нашел такие небрежности, чтобы не сказать
больше, которые вполне подпадают под уголовную ответственность. А теперь он
спрятался от нас за Атлантическим океаном.
- Это из-за Кандиды! - старалась вырваться Дульсина. - Из-за нее мы все
будем опозорены! Она должна избавиться от ребенка!
- Она хочет оставить его. И это ее право. Подожди до утра и остынь.
Дульсина как будто вняла его увещеваниям и стала готовиться ко сну.
Однако стоило ей убедиться, что Рикардо тоже отправился спать, как она
осторожно вышла из своей комнаты и направилась к сестре.
С трудом заснувшая в горьких раздумьях о своих злоключениях, Кандида
ошеломленно открыла глаза, почувствовав, как ее кто-то яростно трясет за
ворот ночной рубашки. Перед ней было разъяренное лицо Дульсины.
- Спишь, лиса? - Дульсина широко размахнулась и дала сестре звонкую
пощечину.
Кандида рванулась из ее рук. Рубашка затрещала. Сестры принялись осыпать
друг друга руганью и упреками. А Дульсина снова кинулась на сестру с
кулаками.
Спасаясь от ударов, Кандида выбежала из комнаты и бросилась вниз по
лестнице. Посредине пролета она то ли споткнулась, то ли оступилась и
рухнула на ступени. На шум сбежались домочадцы. Рикардо первым успел к
распростертому телу сестры.
- Ты слышишь меня, Канди? - прокричал он ей чуть не в самое ухо.
Она не отвечала. Дульсина, неподвижно застыв на верху лестницы,
смотрела, как приехавшие санитары уложили Кандиду на носилки и унесли.
Спортивная машина самого пижонского цвета, какой только можно себе
представить, подлетела к подъезду солидного дома и, взвизгнув тормозами,
замерла. Из нее вылез молодой человек в очень пестрой гавайской рубашке, с
прической, представляющей собой сложное искусное сооружение с замысловатым
коком впереди. Виляя бедрами в узких и тоже ярких брюках, он направился к
подъезду.
Привратник встретил его почтительно: молодой сеньор Нестор Паради порой
бывал довольно щедр. Правда, сейчас он только дружески похлопал привратника
по плечу сложенной газетой.
В квартире его уже ждал приятель.
- Давно пришел, Рик?
- Десять минут назад.
В руках Рика тоже была газета, только развернутая.
- Это твое объявление насчет сеньорит с привлекательной внешностью?
Нестор засмеялся.
- Да, я иногда даю такие объявления. Глупышки летят на них, как пчелки
на мед.
- Что же, они не чуют ловушки?
- Да, немного хорошей музыки, светский разговор, рюмочка...
- Хватает одной рюмочки?
- Смотря с чем рюмочка, - усмехнулся Нестор, доставая из кармана и
показывая приятелю пузырек с какой-то жидкостью.
- Ну, ты даешь! - сказал Рик.
...Девушка, откликнувшаяся на этот раз на объявление, сразу понравилась
Нестору. Она явно была с какой-то окраины. И манеры, и одежда хозяина могли
произвести на нее впечатление скорее, чем на какую-нибудь сеньориту из
центра.
Кроме того, она была очень хороша собой, с диковатой, несколько даже
неуклюжей грацией, с выразительными светлыми глазами. Одета она была в
простое синее платье, подчеркивающее линию ее сильных бедер.
- Добрый день, - сказала она. - Я насчет работы пришла. Тут в газете
прописано...
"Прописано, - отметил он про себя. - Небось из какого-нибудь
"затерянного города". Тем лучше - меньше возни".
Надо отдать должное сеньору Нестору: он умел быть простым и обаятельным,
когда того хотел. Довольно скоро он "разговорил" Розу (а это была она), она
почувствовала себя свободнее и даже спросила, не на карнавал ли он собрался,
имею в виду его пестрый наряд.
- Да это последняя мода! - несколько обиженно объяснил он.
- Ну, разве что последняя: после нее уж никакой другой не будет, -
сказала Роза. И деловито поинтересовалась: - Так какая у вас работа?
Но Нестор затеял разговор о музыке, включил магнитофон, подсел к ней и
стал делать комплименты один другого рискованней. Затем он предложил ей
рюмочку текилы.
- Я, парень, об эту пору и воду-то не пью, - сказала Роза. Он, однако,
поколдовав около бутылки, налил ей и себе поинтересовался, есть ли у нее
жених.
- У меня муж есть, - ответила она, к его удивлению, - верней был.
Он предложил выпить за знакомство. Она опять спросила о работе. И он
ответил, что, прежде чем предложить ей работу, он должен получше узнать ее,
чтобы понять, какая именно работа ей больше подходит.
Роза внимательно взглянула на него, сделала вид, что отпила из бокала и
неожиданно попросила еще порцию текилы. Он с готовностью пошел к бутылке,
но, когда обернулся с полной рюмкой, чуть не закричал от ужаса: на него
смотрело дуло пистолета, направленного уверенной рукой сеньориты прямо ему в
лицо.
- Что вы делаете?! - взвизгнул он.
- Раскусила я тебя, парень, - сказала Роза. - Опоить хотел! А ну, на
колени.
Лицо сеньориты выражало свирепую решимость, и Нестор не посмел
возражать. Она тут же потребовала, чтобы он повернулся к ней спиной, и,
когда он исполнил и это требование, дала ему жесткий пинок пониже спины и со
смехом выбежала из его апартаментов.
Опять-таки к чести молодого сеньора Нестора, он опомнился быстро. А
опомнившись, кинулся к домофону.
- Симон! - завопил он, нажав кнопку. - Только что на меня напала
вооруженная женщина. Она спускается вниз: красивая такая, в синем платье. Не
выпускайте ее и звоните в полицию! И осторожней: она вооружена!
Когда Роза, спустившись в лифте, попыталась открыть входную дверь, у нее
ничего не вышло. Она услышала, как из-за закрытой двери комнатки привратника
раздался голос:
- Сеньор Паради, эта грабительница уже здесь!
- Это я - грабительница? - спросила Роза сама себя.
Врач сообщил братьям, что жизнь их сестры вне опасности. Но ребенка у
нее не будет: он погиб в результате ее падения.
Эта печальная новость удручила братьев, но не могла не обрадовать
Дульсину. Она решила, что пора налаживать в доме нормальную жизнь. Прежде
всего надо было договориться с Рикардо. Она пригласила его к себе.
- Давай поговорим спокойно. Я весьма сожалею о случившемся с Кандидой,
но некоторым образом это спасение для нашей семьи.
Но Рикардо пришел в ярость от этого утверждения. Он схватил ее и стал
трясти не хуже, чем она сама некоторое время назад трясла Кандиду.
- Ты хоть понимаешь, что говоришь? Ты подумала о страданиях сестры?!
Дульсина сбросила со своих плеч его руки и посмотрела на него с
издевкой.
- Да она радоваться должна, что все так кончилось для нее. Ей не нужно
будет скрывать свой позор.
- У тебя нет сердца, - только и сказал Рикардо, уходя. Дульсина же
распорядилась, чтобы Хаиме подготовил машину. Она решила навестить Кандиду.
Даже в сверкающей белизной больничной палате лицо Кандиды все равно
поражало своей бледностью.
- Что тебе надо от меня? - спросила она слабым голосом, глядя на
Дульсину недобрым взглядом.
- Не думай, что я пришла просить у тебя прощения. Это ты передо мной
виновата.
Они, как и в прошлый раз, начали обвинять друг друга с той разницей, что
накал обвинений был ослаблен болезнью одной и сознанием другой, что она
все-таки находится в больничной палате и говорит с больной.
Тем не менее Дульсина не постеснялась сказать сестре, что в основе ее
связи с Федерико - гнусная похоть, а не любовь и недаром он бежал в Европу,
чтобы только ее не видеть.
Приход Рохелио остановил эту стычку, которая, учитывая состояние
Кандиды, неизвестно, чем бы могла закончиться.
Когда Дульсина ушла, Рохелио спросил Кандиду, что ей наговорила сестра.
- То, что причиняет боль, - ответила Кандида. - Она хочет, чтобы я
отступилась от Федерико. Но я не сделаю этого!
Рохелио с
...Закладка в соц.сетях
