Жанр: Детектив
Sas Эмбарго
...ийца!
Голова снова ушла под воду, вокруг пошли пузыри. Малко опустил в воду одну
руку по локоть, ухватился за пучок черных волос, потянул вверх. Над водой появилось
лицо клоуна, который снимает с себя грим. Черная краска растеклась по щекам, как
черные слезы, правый глаз выглядел странно: фальшивые ресницы отклеились и
пошли ко дну. Она задыхалась, выплевывала без конца воду, пыталась что-то
прокричать визгливым от гнева голосом.
- Ричард вас убьет! Он вас убьет!
Закашлялась. Малко держал ее голову над водой.
- Марта, - спросил Малко, - вы спали с Нафудом Джиддой с тех пор, как он в
Хьюстоне?
- Вы с ума сошли...
Она выругалась. Малко слегка надавил, погружая ее голову в воду. Когда вода
дошла ей до глаз, остановился. Теперь она зарыдала, горько, как маленькая девочка.
- Итак, Марта?
- Нет, - крикнула она, - а вам-то что? Вы никогда больше до меня не
дотронетесь, никогда!
- Спасибо, я сожалею.
Он вытащил ее из воды, взял полотенце и начал ее вытирать. Она выскользнула,
как змея, дрожала и плакала, выплевывая воду. Если бы у нее сейчас был пистолет, она
бы пристрелила его на месте.
Малко вошел в дом через стеклянную дверь. В холле буквально налетел на черного
слугу, который оторопело вытаращил глаза. Малко улыбнулся ему.
- Я знаю, что мадам там нет, но я также знаю, что если бы она была там, то у нее
был бы нервный припадок...
Он прошел через двор, вышел на улицу, сел в свою машину. Следом за ним
двинулась длинная машина, за рулем Грег Остин, рядом агент ФБР.
Жизнь Малко очень поднялась в цене.
Он вышел на бульвар Ривер Окс и направился в сторону Саус Лут. Теперь он
нанесет визит Нафуду Джидде.
- Куда мы едем? - спросила Офелия Бёрд. Голова ее лежала на плече Ричарда
Кросби.
- Раскладывать бутылки в винном погребе, - подмигнув ей, ответил техасец.
Офелия Бёрд игриво засмеялась. На коленях у нее лежала газета. Она явно была не
на месте.
Он взял газету и машинально пробежал ее глазами. Всю первую страницу
"Хьюстон пост" занимала история с вертолетом. На одной из фотографий человек,
которому оторвало голову. В нем без труда можно было признать араба. Ричард
Кросби быстро пробежал статью. В ней намеками говорилось о шантаже, объектом
которого был представитель Техаса.
- Твою мать! - прорычал он.
- Что за выражение? - возмутилась Офелия Бёрд.
Ричард наклонился к шоферу.
- Джой, останови.
Джой послушно подрулил к тротуару. Ричард открыл дверцу и подтолкнул
Офелию, показывая, что хочет ее высадить.
- До скорого. Позвони мне.
Широко раскрыв от удивления глаза, ничего не понимая, Офелия запротестовала.
- Дик, что случилось?
- А то, - бесцеремонно ответил Ричард Кросби, - что сегодня я больше не хочу
тебя трахать, а если ты останешься, то я могу быть с тобой неучтивым.
Он поцеловал ее в губы и почти вытолкнул из машины. Они доехали почти до
центра Мемориал Парк. Шофер тотчас же отъехал. Женщина осталась стоять на
тротуаре. Ричард Кросби часто-часто дышал. Чтобы успокоиться, сделал над собой
усилие, стал дышать медленно. Когда машина остановилась у ворот, он вышел, как
сомнамбула, и бросил шоферу:
- Поезжай за этой дурой, отвези ее домой.
Словно автомат, направился в погреб. Ему надо было собраться с мыслями.
Глава 19
- Мистера Нафуда Джидды здесь нет.
Араб в синем костюме ответил очень вежливо, но твердо. Он стоял на середине
площадки, загораживая Малко вход в одну из квартир на последнем этаже. За Малко
стоял Грег Остин и молчал, как рыба. Малко раздумывал. После своего бурного
свидания с Мартой Кросби он наконец имел доказательства, что саудовец соврал, и
хотел уличить его. Малко был почти уверен, что тот у себя. Его "ДС-9" стоял в
аэропорту Хобби в ангаре "Мегуойл". Значит, он был в Хьюстоне.
Вертолет нашли, пилота тоже. Мертвого, с пулей в затылке. Дальнейшее
расследование не дало результатов.
- Скажите ему, что князь Малко Линге хотел бы его видеть. Он знает, где меня
найти.
Малко и Грег Остин спустились на лифте. Малко пытался встретиться с Ричардом
Кросби в его офисе, но секретарша сказала, что он пошел к себе. Оставалось подняться
к нему. Чего бы Малко не хотелось, так это застать там Марту... У него не было
никакого желания вступать в поединок с разъяренной тигрицей.
В машине зажглась сигнальная лампочка телефона. Грег Остин взял трубку и
передал ее Малко.
- Это вас.
Звонил Марти Роджерс из Вашингтона.
- Новые неприятности, - сообщил он. - Только что Джидда позвонил одному
типу из президентского окружения и угрожал порвать все действующие контракты на
поставку оружия, если не прекратят преследовать его без всяких оснований. Нашли вы
что-нибудь, что указывало бы на его непосредственную причастность?
- Нет еще, - признался Малко, - но я приближаюсь к цели.
- Приближайтесь быстрее, - вздохнул Марти Роджерс.
- Иначе, несмотря на то, что мы имеем, он ускользнет от нас.
Грег Остин следил за Малко краем глаза.
- Едем по-прежнему к Кросби?
- Вот сейчас обязательно едем.
Окна на первом этаже дома семейства Кросби были освещены. Малко
стремительно взбежал на крыльцо, позвонил. В тот же миг появился уже знакомый ему
слуга. Он приветствовал Малко с явной сдержанностью.
- Где Ричард Кросби?
Слуга помедлил с ответом.
- Мадам Кросби в салоне, но я не знаю, где месье.
Машина техасца была на месте. Малко отстранил негра и вошел в холл. Сейчас
было не до церемоний. Марта Кросби сидела на диване в элегантном платье из
зеленого муслина, на голове тюрбан; рядом сидела ее подруга Лоррен в костюме
Шанель. При виде Малко женщины умолкли.
Малко прошел в салон, слегка поклонившись.
- Марта, мне необходимо срочно поговорить с вашим мужем.
Марта явно искала глазами какой-либо предмет, который можно запустить ему в
голову. Лоррен успокаивающе взяла ее за руку.
- Что вы хотите? Что происходит? Почему вы так грубо обращаетесь с Мартой?
Она казалась намного разумнее своей подруги... Малко устало улыбнулся.
- Лоррен, это очень длинная история, и все очень серьезно. Лучше будет, если я с
ним поговорю.
Марта Кросби внезапно сменила тон.
- Что он сделал? - спросила она беззвучным голосом.
- Надеюсь, ничего, - сказал Малко. - Но он может мне очень помочь... Где он?
Ответила Лоррен:
- Мы его не видели с тех пор, как он вернулся. Закрылся в своем погребе, никому
не открывает. Отключил телефон...
- Спасибо, - поблагодарил ее Малко и вышел из салона, оставив потрясенных
женщин.
- Кросби, откройте!
Малко уже минут десять барабанил в массивную дверь погреба. Он обследовал его
со всех сторон: никаких лазеек. Если Ричард Кросби был там, он не хотел отвечать. Но
он должен поговорить с ним во что бы то ни стало. Малко вернулся назад и обратился
к Грегу Остину:
- У вас есть оружие?
Тот отрицательно покачал головой.
- Нет.
- Очень жаль, - сказал Малко. - Тогда отправляйтесь в "Ридженси" и
попросите Криса Джонса одолжить вам его "магнум-44". Я жду вас здесь.
Его сверхплоский пистолет не подходил для этой цели. Слишком маленький
калибр, чтобы справиться с массивным замком.
Малко отвел спусковой крючок, отвернул в сторону голову и плотно прижал ствол
"магнума-44" к скважине замка "винного погреба". Раздался выстрел. Малко
оглушило, глаза засыпало пылью. Отдача в плечо была такой сильной, что показалось,
будто ему оторвало руку. Он нажал плечом на дверь, и она тотчас же распахнулась. От
замка остались мелкие кусочки.
Ричард Кросби бросился на Малко, глаза налились кровью, рукава рубашки
подвернуты до локтя.
- Вы что? Спятили... или что?
Привлеченный шумом, слуга вышел из дома и с ужасом смотрел на происходящее,
за ним стояли Марта и Лоррен.
- Мне необходимо с вами поговорить, - объяснил Малко. - О вашем друге
Нафуде Джидде.
- Убирайтесь! - заорал Ричард Кросби. - Сэм, принеси ружье. Я выпущу вам
кишки!
Он был взбешен.
Малко спокойно повернулся и выстрелил из "магнума-44" в сторону, где стоял
слуга. Пуля ударилась об белую колонну и рикошетом отлетела.
- Сэм, - обратился Малко к негру, - не ходите за ружьем хозяина.
Негр стоял, оцепенев от страха, у него подгибались ноги.
Малко обратился к Кросби.
- Я хочу говорить с вами. Один на один. Сейчас же.
- Ничего не выйдет. Убирайтесь, - услышал Малко в ответ.
Несколько секунд Малко и Кросби стояли, вызывающе глядя друг на друга. Малко
чувствовал, что Кросби дрогнул, но не сломлен. Тогда очень медленно он поднял
"магнум-44" на уровень уха Ричарда Кросби и нажал на спуск. Ударная волна
отбросила техасца назад, не дрогнув, Малко вошел внутрь погреба и, не дожидаясь,
пока Кросби оправится от шока, выстрелил у самого его лица... На этот раз Кросби
отлетел к столу. Малко ударом ноги захлопнул дверь.
Оглушенный, взбешенный, но не сломленный, Ричард Кросби стоял напротив
Малко.
- Вы пожалеете об этом, - прорычал он. - Полиция выпотрошит из вас кишки, а
я им помогу.
- Мистер Кросби, - сказал Малко, - вы должны выслушать меня для вашего же
блага. Что вы знаете о деятельности Нафуда Джидды в Хьюстоне?
- Идите к чертовой матери! - услышал Малко в ответ.
Маленькие черные глазки Кросби сверкали от бешенства. Он выпил, но пьян не
был.
- Это очень важно, - не отступал Малко. - Несколько человек погибли из-за
него. Я уверен, что вы можете мне помочь. Я работаю на Центральное...
- Убирайтесь вон! - орал Кросби. - Или я сам разобью вам морду.
Кросби очухался и озверел. Малко соображал, что предпринять, чтобы сломить
сопротивление техасца. Время было ограничено... А Кросби угрожающе приблизился к
нему. Драка ничего не даст... Внезапно Малко увидел на столе откупоренную бутылку.
Держа Кросби на расстоянии при помощи "магнума", он двинулся к полкам, которые
показывал ему Кросби в его первый визит. Он осторожно достал одну бутылку,
внимательно прочел этикетку: "Замок О'Брион 1928". Ричард Кросби неожиданно весь
напрягся и наблюдал за его действиями.
- Вы надумали отвечать мне? - обратился Малко к нему.
- Убирайтесь, - выпалил Ричард, сжав кулаки.
Малко разжал пальцы, бутылка ударилась о каменный пол, запах старого вина
тотчас же распространился по всему погребу. Ричард Кросби зарычал, как раненый
зверь.
- Вы сошли с ума!
Малко уже достал с полки другую бутылку и прочитал: "Оспис де Бон 1928". Одна
из жемчужин коллекции миллиардера. В глазах последнего вспыхнул огонь. Но Малко
поднял пистолет.
- Мистер Кросби, еще шаг - и я выстрелю вам в колено. На всю оставшуюся
жизнь вы рискуете остаться хромым. Да или нет, будете отвечать на мои вопросы?
Техасец в упор смотрел на Малко. Он умел различать, кто блефует, а кто нет.
Малко не блефовал. Ричард не сходил с места. Молчал.
Звук разбившейся о каменный пол бутылки "Оспис де Бон 1928" вывел его из
оцепенения: он испустил звериный рев. Рванулся было к Малко, но тот пистолетом
удержал его на месте. Техасец остановился, покачиваясь, как медведь. А Малко тем
временем выбирал третью бутылку, еще более редкую. Пояснения, которые давал ему
в свое время Ричард Кросби, сейчас были очень кстати. Выбрав следующую бутылку,
Малко сказал ледяным голосом:
- Думаю, что у вас их всего три... "Шато Мутон Ротшильд 1923".
- Сволочь, я тебя убью!
Сказано было искренне.
- Прощай, "Мутон Ротшильд".
Очередная бутылка разлетелась вдребезги, вино разлилось по каменному полу,
запахло еще сильнее. На глазах миллиардера навернулись слезы. Он вытянул
указательный палец в сторону Малко.
- Выйдем отсюда! Я буду говорить. Остановитесь, черт побери!
Малко отрицательно мотнул головой. Как только техасец почувствует, что его
драгоценная коллекция вне опасности, он превратится в дикого неукротимого зверя.
Или в гремучую змею. Его надо крепко держать, иначе мгновенная смерть... Малко
выбрал четвертую бутылку. Жемчужина. Редчайший коллекционный экземпляр.
Бургундское "Ришбур 1906". Малко сделал над собой усилие и потряс пыльной
бутылкой. Ричард Кросби сделал один шаг в его сторону, Малко инстинктивно нажал
на спуск, пуля, ударившись о каменный пол, рикошетом отлетела, задев ногу техасца.
Он замер.
- Что делает Нафуд в Хьюстоне?
Ричард Кросби безмолвно открыл и закрыл рот. Нет, он не мог. Он не хотел, чтобы
об этом знала Марта. Он хотел бороться, замять дело, ликвидировать Джидду. В своей
жизни он уже попадал в тяжелые ситуации. И выходил из них... Звон бутылки "Ришбур
1906", разбивающейся о каменный пол, вырвал его из этого мимолетного оцепенения.
Он смотрел на осколки стекла и не мог поверить... Шесть тысяч долларов. Наплевать
на деньги. Купить его было нельзя. Он вперил в Малко свой взгляд сомнамбулы. А
Малко уже доставал с полки очередную бутылку, самую ценную в его коллекции:
"Магнум де Шато-Латур 1928". Ричард Кросби оцепенел.
Второй такой больше нет в мире. И не будет...
И вдруг что-то щелкнуло у него в мозгу и помимо его воли вырвался крик:
- Остановитесь, стойте! Я буду говорить.
Ричард Кросби судорожно схватил бутылку, стоявшую на столе, и швырнул ее на
пол. Эта стоила не более ста долларов, а их у него был не один ящик. Плюхнулся в
кресло. Малко, опасаясь подвоха, остался стоять, держа бутылку на весу. От запаха
разлитого вина его подташнивало. Голова немного кружилась. Воздух в погребе был
тяжелый.
- Мистер Кросби, я хотел бы, чтобы вы сначала прослушали магнитофонную
запись, она в моей машине, - сказал Малко. - Это рассказ некой Аниты Диир,
любовницы конгрессмена Уилбера Стоктона.
- Ни к чему. Мне это известно. Что вы хотите знать?
- Почему мистер Джидда даже ценой убийства Патриции Хайсмит хотел
сохранить в тайне вашу встречу на Кипре?
Малко ждал ответа.
- Я думаю, это была ошибка... поддались панике. Не так уж было и важно, что
меня увидят в его компании. Он боялся другого...
Малко напрягся. Было похоже, что на этот раз Ричард Кросби решился говорить.
- А чего он боялся? - проговорил Малко.
Ричард Кросби провел рукой по лицу, словно хотел освободиться от дурного сна.
- Это очень длинная и грустная история, - начал он свой рассказ. - Восемь
месяцев тому назад я был на яхте Джидды в Монте-Карло. Он давал грандиозный бал,
по которым Марта сходит с ума. Я летел в Индонезию и сделал там остановку. До
этого я встречался с Джиддой в Хьюстоне в Арабо-американской торговой палате. Он
пообещал мне оказать содействие в реализации одного проекта в Саудовской Аравии,
но из этого ничего не вышло. В тот вечер на яхте он отвел меня в сторону и сделал мне
предложение. То, что он мне сказал, было невероятным. Под давлением некоторых
палестинских группировок арабские страны - экспортеры нефти приняли решение
подвергнуть эмбарго США до тех пор, пока они не разорвут экономические связи с
Израилем. А он, Нафуд Джидда, должен сделать так, чтобы эмбарго длилось как
можно меньше, но с наибольшей эффективностью. Он нуждался в эксперте, таком, как
я, в качестве советника...
Он остановился: охрип. Пораженный, Малко опустил дуло "магнума".
- И вы согласились?
- Я не спал всю ночь, - признался Ричард Кросби. - В девять утра - Марта
еще спала - я отправился на завтрак с Джиддой. И дал ему ответ. Он улыбнулся и
сказал мне, я помню, такие слова: "Я знал, что вы согласитесь. Иначе я бы вам этого
никогда не предложил".
Увидев выражение лица Малко, Кросби тотчас же добавил:
- Это было коммерческое предложение, возможно, и аморальное, но в нем не
было ничего противозаконного. Я знал, что Джидда не против Израиля, что он просто
бизнесмен, как и я. Он сказал, что это дело - лишь фантастическая возможность
сказочно заработать. Эмбарго все равно неизбежно. Ни одна из арабских стран не
решится пойти против палестинцев. Кроме того, я знал, что Джидда также и не против
Америки. - Он криво усмехнулся. - Не более, чем я, во всяком случае. В последние
годы мне часто претила трусость моего правительства. Я знал, что оно уступит так или
иначе. Так почему же не воспользоваться случаем? Предоставлялась возможность
заработать за несколько недель столько, что хватит на всю жизнь... - Он остановился,
раздумывая. - Понимаете, я вовсе не хочу умалять свою ответственность, но я всегда
мечтал иметь состояние больше, чем у моего тестя. Это идиотизм.
- Что вам предложил Джидда?
- Сделку, - просто сказал Ричард Кросби. - Сначала, в период действия
эмбарго, я имел бы право на покупку по номинальной цене двух тысяч баррелей нефти
в день. Затем Кувейт заключает со мной контракт на три года на поставку ста
шестидесяти тысяч баррелей в день со скидкой в два доллара от продажной цены.
Малко быстро прикинул в уме. Невероятно, более четырехсот миллионов
долларов!
- А что вы должны были сделать в обмен? - спросил он.
Ричард Кросби опустил голову, потер рука об руку.
- Во-первых, я должен был определить наиболее благоприятный момент для
объявления эмбарго. Для меня это не составляло труда, так как я имел доступ ко всем
секретным документам по вопросам энергетики; я просмотрел прогнозы и узнал, что в
стране ожидается похолодание в январе. Я также был в курсе того, что примерно в это
время будет иметь место нехватка природного газа. Секрет полишинеля в наших руках.
- Все? - спросил Малко.
- Можно сказать, что да, - сморщился Ричард Кросби, - но, учитывая
сегодняшнюю ситуацию, нет. Три месяца назад я распустил слух, что по причине
сверхпроизводительности цены на сырую нефть упадут на пять процентов. У меня
немало приятелей в этих кругах. Они знают, что у меня чутье. И когда это началось, на
пятнадцатое января запасов нефти в стране было на шестьдесят дней вместо девяноста
при нормальных условиях.
- И вы не считаете, что предали свою страну? - спросил Малко. - Ведь при
этом пострадала и оборона.
- Нет, Пентагон ворчит, но врет. Морской флот, между прочим, имеет
колоссальные запасы в Элк Хилл в Калифорнии. Самое неприятное в этой истории то,
что я впутал в нее сына.
- Сына? - удивился Малко.
- Да, - горестно подтвердил Ричард Кросби. - Ли помог мне. Он окончил
Массачусетский технологический институт. Я попросил его под большим секретом
сделать для меня анализ эмбарго, сообщив ему исходные данные по размерам запасов,
датам, температурам и экономической деятельности. Мне надо было знать, какое
время Америка может прожить без арабской нефти. И он сопоставил все данные,
работал в течение трех месяцев и наконец вручил мне потрясающий документ о
"выносливости" нашей страны. Страна могла продержаться девяносто дней. Это
предел.
- Девяносто дней! Всего? - удивился Малко. - Но это очень мало.
- Мало, - согласился Ричард Кросби, - но мы ввозим двадцать два процента
потребляемой нефти из этого региона. Канада нам отказала. И вместо тридцати одного
процента сейчас мы ввозим оттуда не более одиннадцати. Остальное она оставляет для
себя. Когда я получил все расчеты, то уведомил Джидду, что эмбарго следует ввести с
пятнадцатого января.
В погребе наступила тишина. Малко перебирал в памяти все, что услышал. Страх
потерять свои драгоценные бутылки сыграл роль катализатора: Ричарду Кросби,
испытывающему психологический дискомфорт, необходимо было освободиться от
тяжелого груза. Но многие моменты оставались неясными.
- Почему убили Патрицию Хайсмит? Кто совершил это преступление?
Ричард Кросби пожал плечами:
- Возможно, люди Омара Сабета, - это правая рука Джидды. Возможно,
косвенно это связано со мной... Первые две недели действия эмбарго сопротивление в
стране соответствовало сопротивлению, теоретически выведенному моим сыном.
Затем кривые стали расходиться. Задолго до начала операции Джидда внедрил целую
свою бригаду в Астроуорлд, там они делали на практике то, что мой сын в теории.
- И что?
- Джидда начал нервничать. Он настаивал на встрече с ним на "Немиране". Я
путешествовал под именем Ивенса, так как я всегда это делаю, когда я с дамой.
Джидда очень нервничал, он обвинил меня в том, что я его плохо информирую, что я
допустил ошибки и т. д.; он решил приехать и лично наблюдать за операцией. Я не мог
ему отказать. Когда он увидел эту девицу Патрицию, он вообразил, что она нас
подслушала. Я вам сказал, что он психовал. Он испугался.
Ричард Кросби говорил ровным голосом, без эмоций, словно под гипнозом.
Малко решил воспользоваться его добровольным признанием.
- Знали ли вы, что по плану Джидды все лица, потенциально виновные в том, что
он может потерять время, подлежали уничтожению?
Ричард отрицательно покачал головой.
- Мне трудно в это поверить. Это сумасшествие. Он ненормальный.
Шантажировал Стоктона, - это еще можно понять, - и вас пытался убить!
- И не только меня, - вставил Малко.
Он рассказал техасцу о своих подозрениях, касающихся смерти Эдварда Колтона и
Мэри О'Коннор.
Лицо Ричарда Кросби перекосилось.
- Колтона уничтожили потому, что он слишком интересовался вами. А бедную
старую деву Мэри О'Коннор убрали потому, что она затягивала поражение Америки...
- Сукин сын, - пробормотал Ричард Кросби.
Он сидел, опустив плечи, вперив взгляд в бутылки, которые его окружали, черные
глаза налились кровью. Он внезапно поднял голову.
- Прошу вас верить мне. Он представил мне все дело так, как будто речь шла о
легальном бизнесе. Никакого рэкета.
- Я верю вам. Насчет Патриции Хайсмит хочу вас несколько успокоить. Джидда
действовал так грубо, зная, что она израильский агент. Здесь он допустил первую
ошибку. Она ничего не знала. Скажите, а сколько должен был получить Джидда за эту
безумную авантюру?
Ричард ответил, жестом подтверждая свои слова:
- Я не в курсе деталей. Возможно, он обязался сократить срок действия эмбарго.
Когда я был на "Немиране", он показал мне запечатанный конверт под пятью
зелеными восковыми печатями и похвастался, что этот конверт стоит пяти состояний.
- Где он?
- Не знаю. Может, в черном портфеле, с которым он не расстается.
Малко чувствовал себя абсолютно опустошенным после длительной исповеди
Кросби. Он обратил внимание на то, как Ричард Кросби смотрит на пистолет, лежащий
на столе, и угадал, о чем тот думал. У Малко же была своя проблема: ему не хватало
маленькой детали, чтобы выстроить стройный рисунок мозаики, - конверта под
зелеными печатями. Если он не отыщется, Малко проиграл, а Совет национальной
безопасности может дрогнуть через несколько дней, уступив арабам.
- Мистер Кросби, - сказал он, - я хочу сделать вам предложение. Не думаю,
чтобы вы могли отказаться от него.
Кросби не дал ему докончить фразу:
- Бросьте. Я возьму ружье и разнесу голову этому ублюдку...
Он выпрямил плечи. Малко абсолютно не сомневался в том, что Кросби
осуществит свое намерение...
- Напрасно. Есть дело посерьезнее, - продолжал он. - Кроме меня, никто не
знает о ваших истинных связях с Джиддой.
- А ЦРУ? - рассмеялся Кросби.
- Они похоронили многие тайны и не менее важные, - успокоил его Малко. - В
курсе лишь несколько высокопоставленных чиновников. Нет никакого письменного
доказательства. Они обо всем забудут, если вы поможете мне узнать, что находится в
этом конверте. Может, это и ничего не изменит, а может, изменит. Стоит потрудиться.
К открытию заседания Совета национальной безопасности нам надо это знать. У нас не
слишком много времени. Тогда никто никогда не узнает, какую роль вы играли в этом
деле...
- Нет, я знаю. Я, - возразил Ричард Кросби.
Тут уже Малко был бессилен. Вероятно, до конца своих дней техасец будет
помнить об этой и мучиться.
- Вы забудете, - сказал Малко.
- Согласен. Принимаю ваше предложение. Что вы собираетесь делать?
Малко вышел первым из погреба. Без сил. Ричард Кросби - за ним. Он вновь
обрел спокойствие. Они прошли через двор, как два старых друга, поднялись на
крыльцо и вошли в маленький салон. Марта Кросби была одна. Она поднялась и пошла
навстречу своему мужу.
- Дик, что случилось?
Ричард Кросби изобразил на лице улыбку.
- Я потом тебе объясню. Джидда звонил?
- Да, два раза.
Он кивнул головой.
- В следующий раз, когда он позвонит, дашь мне его. Я устал, пойду лягу.
- До завтра, - попрощался Малко.
Он поклонился молодой женщине и пошел к выходу. Марта побежала за ним,
догнала на пороге.
- Что происходит? - прошептала она. - Я слышала выстрелы. Ничего
серьезного?
Малко повернулся и в упор посмотрел на нее.
- Марта, я думаю, вы сейчас очень нужны Ричарду. Вы, - повторил он, делая
акцент на этом слове, - женщина, на которой он женился, а не эгоцентричная и
бездушная кукла, какой вы стали. До свидания.
Выйдя за ограду, Малко обернулся. Марта Кросби плакала, опершись о белую
колонну.
Джидда встретил Ричарда Кросби упреком:
- Почему вы мне не перезвонили? Это было очень важно...
Техасец криво усмехнулся и сел.
- У меня были проблемы. Я имел пренеприятнейший визит. Ваш друг князь
Малко - агент ЦРУ.
Саудовец смотрел на него в упор, не мигая, насторожившись. Казалось, техасец
потерял по отношению к нему всю свою агрессивность. Спросил наконец:
- Что ему надо было?
Ричард Кросби поднял на него глаза, смотрел долго и с сочувствием.
- Он подозревает, что вы шантажировали Уилбера Стоктона. Его интересует
также смерть Мэри О'Коннор и Эда Колтона.
Нафуд Джидда изобразил на своем лице мучительно оскорбленное выражение.
"Удручен" - говорил весь его вид.
- Эти типы из ЦРУ сошли с ума! Они преследуют меня уже несколько недель,
будто я преступник. Мне пришлось пожаловаться, думаю, им уже приказали оставить
меня в покое. Они взбесились из-за эмбарго и цепляются за все.
Ричард Кросби выслушал саудовца с каменным лицом.
- Вы что, считаете меня идиотом? Конечно, я ему поверил.
Наступило тягостное молчание. Нафуд Джидда открыл было рот, но Ричард снова
заговорил. В голосе убежденность.
- Хватит играть в прятки. Как только этот тип рассказал, что произошло в его
чертовом замке, я сразу догадался - ваша работа. - Он помолчал, чтобы придать вес
своим словам. - Я бы то же самое сделал, если бы знал его. Ну, а что до всего
остального, думаю, так вы защищали свои интересы.
Нафуд Джидда не верил своим ушам. Техасец продолжал говорить уверенно,
спокойно.
- К несчастью, ваши парни не профессионалы. - Он ткнул пальцем в саудовца,
б
...Закладка в соц.сетях
