Жанр: Детектив
Четверо Справедливых 2. Сильнее скотленд-ярда
... И, тем не менее, все десять чеков попали в контору вашего шефа. Весьма любопытное
совпадение! - заметил Леон.
Контора мистера Берна помещалась в неказистом домике на окраине Лондона. Вывеска
отсутствовала. Гонзалес саркастически усмехнулся и толкнул скрипучую дверь.
В маленькой приёмной никого не было. За дверью, ведущей в кабинет шефа, слышались
неясные голоса.
Гонзалес прислушался.
- Какого дьявола вы явились? Я ведь говорил вам сотню раз, что она приходит по
утрам! - кричал кто-то.
- Она не знает меня, - послышался неуверенный ответ.
- Ей достаточно взглянуть на ваши волосы...
Дверь распахнулась, и из кабинета вышел тот самый молодой человек, который вчера
приходил на Джермен-стрит. Леон успел заметить в кабинете двух мужчин. Один из них был
невысок и тучен, второй, худой и высокий, носил ярко-рыжую шевелюру. Клерк захлопнул
дверь.
Через некоторое время Гонзалеса пригласили в кабинет мистера Берна. К своему
удивлению, он увидел там лишь одного толстяка. Рыжий исчез.
Толстяк, оказавшийся мистером Берном, был чрезвычайно любезен и улыбчив.
- Когда собирается мистер Эден произвести выплату по чекам?
- Боюсь, никогда.
- Как вас понимать?
- Карточные долги...
- Но ведь чек остаётся чеком, - перебил его мистер Берн. - Какая разница -
покрывается ли им карточный долг или оплачивается мешок картофеля?
- Если бы то же самое гласил закон, - вздохнул Леон. - Впрочем, если вы дадите мне
письменное подтверждение...
- О, сию минуту!
- Будьте столь любезны.
Но мистер Берн не торопился браться за перо.
Вместо этого он завёл разговор о суде, об адвокатах, о бесхарактерных молодых людях, не
считающих нужным платить долги чести... Взглянув на часы, мистер Берн внезапно оборвал
беседу.
Выходя, Леон заметил в просвете между шторами ещё одну дверь, через которую,
вероятно, выходил рыжий посетитель.
Когда он выходил из подъезда, к дому подкатила элегантная спортивная машина. За рулем
сидела молодая женщина редкой красоты. Не удостоив Гонзалеса взглядом, она быстро вошла в
подъезд.
Заинтересованный, он решил подождать прекрасную незнакомку. Минут через двадцать
она вышла из подъезда, как показалось Леону, в подавленном состоянии.
Гонзалес поспешил в больницу проведать раненого, Джон Эден уже чувствовал себя
достаточно хорошо, чтобы принять посетителя.
- Скажите мне, где то письмо? Я был настолько безрассуден...
- Письмо уничтожено, - сказал Леон. - А теперь расскажите мне всё... В каком
притоне вы ухитрились проиграть свои деньги?
Ему пришлось долго уговаривать Эдена отбросить ложный стыд и поведать все
подробности своего ночного приключения.
- Так... Значит, вас туда доставила дама... - задумчиво проговорил он, выслушав
невнятную исповедь потерпевшего.
- Но она не имеет никакого отношения ко всему этому, - поспешил заверить его
Эден. - она была такой же посетительницей, как и я... Она мне сказала, что тоже проиграла...
пятьсот фунтов.
- О, разумеется! - добродушно сказал Леон. - Она блондинка? Большие голубые
глаза? Спортивный автомобиль?
Эден вытаращил на него глаза.
- Трёхэтажный дом красного кирпича? Паул-стрит, 106? - жёстко продолжал свой
допрос Гонзалес.
- Верно... Но эти люди ни в чём не виноваты! Я сам...
В этот вечер Манфред напрасно ждал Леона к ужину. В половине восьмого пришёл
посыльный с письмом, в котором Гонзалес просил выдать подателю сего его смокинг и
кое-какие принадлежности туалета. Манфред, нисколько не удивляясь, быстро уложил в
саквояж всё требуемое и приготовился к долгому ожиданию своего экстравагантного друга.
В половине третьего ночи на улице послышалась какая-то возня. Манфред бросился к
окну, но в это время на пороге показался Леон.
На нём был не смокинг, а тот серый костюм, в котором он выходил утром.
- Ты получил вещи?
- Да. Всё в порядке.
Гонзалес вынул из кармана небольшую дубинку из слоновой кожи. Эти дубинки в Африке
именуются "сьямбок" и представляют собой довольно грозное оружие. Манфред посылал эту
вещицу Гонзалесу вместе со смокингом.
- Что случилось? - спросил Манфред.
- Какой-то субъект караулил меня у подъезда. Его-то я успокоил, но, боюсь, нам
придётся иметь дело со всей шайкой... Они, видимо, решили, что я - сыщик Скотленд-Ярда...
- Неслыханное оскорбление, - пробормотал Манфред.
Леон рассказал о визите к мистеру Берну и об интересном разговоре с раненым.
- Вечером, получив смокинг, ты отправился в Мартоус-клуб...
- Именно так. Наклеив весьма впечатляющие чёрные усы, я познакомился с
почтеннейшим мистером Уэлби, представившись удачливым предпринимателем из Аргентины,
а тот не замедлил познакомить меня с ошеломительной мисс Мегги Вэнс...
- Ручаюсь, что ты флиртовал с ней!
- Верх проницательности! Естественно! Совершенно случайно у меня в кармане
оказалось кольцо с крупным брильянтом, которое я привёз из Южной Америки. На самом деле
я купил его днём у одного ювелира за сто двадцать фунтов. Колечко пришлось красавице по
руке, она заметно повеселела и тут же предложила поехать к Бинглею...
- На её спортивной машине?
- Естественно. Должен заметить, я там провёл время не без пользы.
Леон вынул из кармана пухлую пачку банкнот.
Манфред расхохотался.
Леон был настоящим виртуозом карточной игры, так что, если бы он когда-либо занялся
ремеслом шулера, то мог бы в кратчайший срок стать сказочно богатым.
- Шулерский притон, - заключил он, - причём, грубый, наглый и... не слишком
квалифицированный.
Он небрежно бросил на стол банкноты.
- А что касается Мегги Вэнс - она дьявольски красива и столь же опасна.
- Ты полагаешь, что она играет главную роль?
Леон рассказал о рыжеволосом субъекте в кабинете Берна.
- Думаю, они имели в виду именно её, - произнёс он задумчиво, - но это ещё не
основание для того, чтобы снять с неё обвинение... Когда игра подходила к концу, я предложил
проводить её домой, но она вежливо отклонила эту любезность... Короче, я незаметно поехал
следом за её роскошной машиной. Как ты думаешь, где она остановилась? Верно, у дома
мистера Берна. Там её ожидал какой-то человек, который принял у неё машину. Потом она
вошла в дом, отперев дверь своим ключом.
- О!
- Я решил подождать. И что же? Через четверть часа красавица выпорхнула оттуда в
совершенно другом наряде! Я отпустил машину и пошёл за ней. Она живёт на Гувер-стрит, 903.
- Любопытно, - сказал Манфред.
- Я тоже так думаю.
Гонзалес ушёл из дома очень рано. Возвратившись к завтраку, он сообщил следующее:
- Настоящее имя её - Эльза Шоусер. Живёт вместе с парализованным отцом. Раньше
они были богаты, теперь ведут жизнь довольно скромную. Отец целыми днями сидит за
картами - пытается изобрести особую систему игры. Гостей не принимают. Хозяйка дома
уверена, что девушка - артистка... Так вот...
- Мы раскроем эту тайну.
- Придётся.
Мистер Берн обычно проводил вечера у себя дома. Сидя в удобном кресле, он курил
ароматную сигару и просматривал свою неизменную "Лондонскую газету".
В одиннадцать к нему вошла экономка, пожилая француженка, давно бывшая у него в
услужении, женщина скрытная и угрюмая.
- Всё в порядке? - равнодушно осведомился Берн.
- Я хотела попросить вас, сэр, переговорить с Чарльзом.
Чарльз служил у Берна шофёром и постоянно враждовал с экономкой.
- Он опять что-нибудь натворил? - нахмурился Берн.
- Уходя после ужина, он забыл закрыть за собой дверь чёрного хода. Если бы я не
проверила...
- Я поговорю с ним завтра утром, - проворчал Берн. - Вы оставили открытой дверь
барышни?
- Да. Ключ в дверях.
- Спокойной ночи.
Мистер Берн снова углубился в газету.
В половине третьего скрипнула входная дверь. Берн вынул из вмурованного в стену сейфа
стальную шкатулку, поставил её на стол и снова опустился в кресло.
Послышался легкий стук в дверь.
- Входите, - бросил Берн.
В комнату вошла молодая женщина, одетая просто, но со вкусом. Строгий костюм
выгодно подчёркивал её красоту. Мистер Берн с удовлетворением оглядел её.
- Присядьте, мисс Шоусер, - сказал он и потянулся за небольшой сумочкой, которую
она держала в руках.
Он вынул из сумки жемчужное ожерелье и неторопливо проверил число жемчужин.
- Я не украла ни одной! - с обидой сказала красавица.
Берн равнодушно пожал плечами. Столь же тщательно он проверил кольца, браслеты и
броши, после чего уложил все драгоценности в шкатулку и запер её в сейф.
- Ну, как шла сегодня игра?
Она пожала плечами.
- Я не интересуюсь картами.
Берн рассмеялся.
- А зря! Зря!
- Как я мечтаю о том времени, когда у меня не будет необходимости выслушивать ваши
замечания! - произнесла она с горькой усмешкой. - Я вам больше не нужна?
- Задержитесь немного, мисс Шоусер, - повелительно бросил Берн, - В чьём обществе
вы провели вечер?
Она мгновение заколебалась.
- В обществе господина, с которым меня вчера познакомил мистер Уэлби.
- А, с южноамериканцем? От него мало пользы. Он ухитрился выиграть вчера у нас
четыре тысячи фунтов.
- За вычетом кольца с брильянтом.
- То, которое он вам подарил? Оно стоит не больше ста фунтов, - пожал плечами
Берн. - Если угодно, можете оставить его себе.
- Нет, спасибо, - спокойно ответила женщина. - Я не нуждаюсь в подобных подарках.
- Послушайте! - вырвалось у Берна.
Он встал и коснулся её руки.
- Честное слово, Эльза, вы мне нравитесь, и я всегда был вашим другом. Если бы не я,
что бы стало с вашим отцом? Его бы ждала виселица!
Она молча высвободила руку.
- Будь вы хоть немного разумней, вам не пришлось бы каждый вечер снимать с себя эти
роскошные наряды и драгоценности...
- Я очень устала, мистер Берн...
- Погодите!
Он снова открыл сейф и вынул оттуда тщательно завёрнутый в коричневую бумагу и
запечатанный сургучом пакет.
- Здесь находится бриллиантовое колье стоимостью не менее восьми тысяч фунтов.
Завтра я сдам его в свой банковский сейф, но если бы вы...
Она покачала головой.
- Вам никогда не приходило в голову, мистер Берн, что я, при желании, могла бы иметь
не одно такое колье? Нет, благодарю за внимание, но предложите его кому-нибудь другому. Я
же хочу только одного - поскорее освободиться от вас.
- А если мне вздумается задержать вас ещё... на три года? Вам нравится подобная
перспектива? Ведь дело вашего отца ещё не закрыто, и он может быть арестован в любой
момент. Убийство - это, знаете ли...
- Я сполна расплатилась за грехи своего отца, - с горечью произнесла она. - Как часто
я жалею о том, что приняла ваше предложение! Порой мне приходит в голову мысль рассказать
отцу обо всём, чтобы он сам решил, следует ли мне и дальше приносить себя в жертву.
Берн настороженно посмотрел на неё.
- Вы не станете делать подобных глупостей... Я пошутил насчёт трёх лет.
Отправляйтесь-ка домой, моя дорогая, и хорошенько выспитесь.
Он проводил её до парадной двери и смотрел вслед её стройному силуэту,
растворяющемуся в предрассветном тумане.
Вернувшись к себе, он налил стакан виски с содовой и сделал несколько жадных глотков.
- Странный вкус у виски, - поморщился он и грузно свалился на пол.
Из-за портьеры вышел человек. Он склонился над бесчувственным Берном, потом, открыв
дверь в коридор, поманил кого-то.
Манфред, войдя в комнату, взглянул на неподвижное тело, потом на недопитый стакан.
- Снотворное, - деловито пояснил Леон. - В преступных кругах эти капли называют
"кнок-аутом".
На следующее утро Берн проснулся с отчаянной головной болью.
Он не мог припомнить, когда лёг спать, как раздевался, как надевал пижаму...
Он позвонил и с усилием поднялся с постели. Комната поплыла перед глазами, и он еле
удержался на ногах.
- Что со мной было вчера вечером? - спросил он экономку.
Она удивлённо взглянула на него.
- Ничего. Когда я простилась с вами, вы читали газету.
- М-да... Это всё виски, - проворчал он.
Холодный душ и кофе несколько освежили его, но слабость ещё давала о себе знать.
Внезапно его пронзила ужасная мысль: а что, если ему подмешали в виски снотворное...
Он стремглав бросился к сейфу.
Коричневый свёрток лежал на своём месте.
Схватив его, он тут же поехал в банк. Там свёрток был помещён в его личное отделение
стальной кладовой. Только тогда мистер Берн смог вздохнуть с облегчением. Теперь все его
основные ценности находились под надёжной охраной, и его благополучие не зависело от
капризов судьбы!
У себя в конторе он занялся текущими делами.
Вскоре клерк доложил о приходе некоего посетителя.
- Кто это?
- Тот самый господин с Джермен-стрит, который приостановил выплату...
- А! Пусть войдёт!
На пороге кабинета показался Гонзалес.
- Я бы желал переговорить с вами наедине, - сказал он.
Клерк вышел.
- Вы приняли решение по выплате долгов мистера Эдена? - спросил Берн.
- Сначала я бы хотел решить вопрос о долгах мистера Шоусера, - медленно произнёс
Леон.
Берн удивлённо воззрился на него.
- Я навестил сегодня утром мистера Шоусера, - продолжал посетитель. - Год назад он
пережил глубокое потрясение, после которого у него отнялись ноги...
- Ничего не понимаю... - пробормотал Берн.
- Несчастный находился в полной уверенности, что он убил рыжеволосого крупье,
состоящего у вас на службе. Проиграв своё состояние, он, видимо, потерял голову, когда
увидел, что ваш крупье забирает его последние деньги.
- Мой крупье! - возмутился Берн. - Что вы хотите этим сказать? У меня нет никаких
крупье!
- Он нанёс ему удар по голове, - невозмутимо продолжал Леон. - Утром следующего
дня вы явились к мистеру Шоусеру и солгали ему, что ваш крупье мёртв. Вы его
шантажировали, уже инвалида... Но вам этого показалось мало. Вы встретились с его
красавицей-дочерью и предложили ей работать на вас, чтобы спасти отца от виселицы...
- Забавная сказка...
- Весьма! Вы поместили в газете объявление о смерти некоего Дженкинса. Разве не
сказка? Страшная сказка, призванная запугать инвалида и его несчастную дочь!
- Нелепая... ложь!
- Сегодня утром мистер Шоусер узнал, что Дженкинс жив и здоров, содержит в
Брайтоне игорный притон, разумеется, ваш филиал... Да, ещё кое-что для вашего сведения: вы
никогда больше не увидите мисс Шоусер...
- Ну, это ещё... - начал Берн, но осёкся, наткнувшись на стальной взгляд Гонзалеса.
- Я разорю вас, Берн. До последнего пенса. Потому что на каждом из них - слезы и
кровь. Вам не страшно, Берн?
- Перестаньте пугать меня! - проговорил Берн, не глядя в глаза собеседнику. - В этой
стране ещё существует закон! А если вы такой смелый - пожалуйста! В банке у меня хранится
около двухсот тысяч фунтов, не считая долговых обязательств и прочих ценных бумаг. Что ж,
пойдите и разорите меня! Сейф номер шестьдесят пять! Счастливой дороги!
Гонзалес встал, загадочно улыбнулся и молча вышел.
Через два часа Берн был спешно вызван в банк.
- Я не знаю, что случилось с вашим сейфом, мистер Берн, - сказал ему директор. -
Один из наших служащих обратил внимание на странный запах в стальной кладовой. Я тут же
поспешил туда и увидел, что из замочной скважины вашего сейфа валит дым.
- Почему же вы сразу не вскрыли сейф? - вскричал Берн, доставая дрожащей рукой
ключи.
- Потому что у нас не было ключей. Я полагаю, вам это хорошо известно.
Когда мистер Берн открыл сейф, из него вырвалось облако жёлтого дыма с едким запахом,
заставившим всех отпрянуть.
От всех ценных бумаг, банкнот и долговых обязательств осталась лишь кучка чёрного
пепла.
Рядом лежала пустая бутылка и несколько испачканных брильянтов...
Сыщик, срочно вызванный из Скотленд-Ярда, только покачал головой.
- Похоже на то, что вы по ошибке положили в сейф пакет с сильно действующей
кислотой. Наша лаборатория установит, конечно, что это была за кислота...
- Нет! Нет! Это невозможно! Я лично положил туда пакет, в котором было брильянтовое
колье...
- А вы уверены в том, что никто не подменил пакет и что вы не положили в сейф вместо
колье бутылку с кислотой? Кислота разъела пробку, а затем...
- Нет! Нет! Нет! - тупо повторял мистер Берн, перебирая кучку золы - всё, что
осталось от его большого состояния...
Глава 9.
Человек, который не желал говорить
Мистер Томас Пирсон был крупным, толстым и сильным мужчиной с сонными глазами,
мохнатыми бровями и резко очерченным подбородком.
Он носил длинные, тщательно подкрученные кверху усы и зелёный в крапинку галстук в
сочетания с розовой сорочкой.
На жилете его красовалась массивная золотая цепь, а короткие пальцы были оснащены
ослепительными перстнями. Всё это дополнялось модным синим костюмом и
ярко-коричневыми башмаками, соответствуя, видимо, представлениям мистера Пирса об
истинном типе джентльмена.
Гонзалес приметил его на скачках, но не "истинный тип джентльмена" привлёк его
внимание. Спустившись с трибуны, Леон увидел у конюшен мистера Пирсона в обществе двух
неказистых человечков, одетых гораздо скромнее их собеседника.
Леон уселся около барьера невдалеке от этой живописной группы, громко обсуждавшей
свои какие-то проблемы.
- Я сказал, чтобы вы поехали на ленгфильдские бега, - рявкнул Пирсон, - а вы
ослушались.
При этом он чистил ногти маленьким карманным ножичком, целиком уйдя в это светское
занятие.
- Я не поеду ни в Ленгфильд, ни в какое иное место! - раздражённо ответил его
собеседник, худощавый человек в поношенном костюме.
Леон уловил в его голосе плохо скрываемые нотки страха.
- Ах, вот как, вы не желаете ехать, вы не желаете выполнять мои указания... Жаль, очень
жаль...
Мистер Пирсон продолжал сосредоточенно чистить ногти.
- Довольно! Хватит с меня и вас, и всей вашей шайки! Хватит быть у вас рабом! Хватит!
Я могу работать и без вас! Надеюсь, вы меня поняли!
- О, конечно! Я всё понимаю. И, тем не менее, желаю, чтобы вы в следующий четверг
поехали в Сандоу. Мы встретимся на вокзале.
- И не подумаю! - выкрикнул его собеседник. - Никогда!
- Мразь, - мягко, почти ласково проговорил Пирсон и быстрым движением пырнул
ножичком в лицо своего оппонента. Тот испуганно отпрянул назад.
- Непослушный мальчишка, - продолжал мистер Пирсон, снова занявшись своими
ногтями. - Если я говорю, что вы поедете в Сандоу, значит это будет именно так.
И он спокойно удалился.
Потерпевший вынул из кармана платок и вытер окровавленное лицо.
По дороге домой Гонзалес подробно анализировал этот, на первый взгляд, банальный
эпизод.
- Любопытнейший человек! - рассказывал он Манфреду. - Явные признаки атавизма.
В наше время не часто встречаешься с такими примитивными проявлениями жестокости и
злобы. Этот Пирсон стоит во главе шайки, выжимающей деньги у букмекеров на скачках. Лицо
свидетельствует о том, что у него по женской линии эпилептическая наследственность, готов
ручаться! Но - какая хитрая бестия! Представляешь, он ещё ни разу не представал перед
судом, хотя причин было более, чем достаточно... Я был бы не прочь побеседовать о нём с
милейшим мистером Фейром.
- Этот случай представится уже завтра - мы ужинаем вместе в "Метрополитен".
За ужином Леон затронул интересующую его тему.
- Пирсон? О, этот тип давно уже занимает нас, но, увы, безуспешно. Он дьявольски
хитёр при самой дремучей необразованности. Что бы мы ни предпринимали, какие бы ни
расставляли ловушки - всё бесполезно! Он, кстати, занимается не только букмекерами. Его
связи простираются и за океан. Там, в Америке, есть итальянская организация "Чёрная рука".
Они занимаются шантажом и похищением людей. Так вот, у меня есть веские основания
предполагать, что это чудовище с ними в одной упряжке.
- О, даже так?
- Вы знакомы с графиней Винчи?
К изумлению Леона, Манфред ответил удовлетворительно.
- Примерно три года назад я повстречался с нею в Риме, - сказал он. - Она вдова
графа Антонио Винчи?
- Совершенно верно. У неё есть девятилетний сын, - продолжал мистер Фейр. -
Женщина очень богатая, образованная и любезная. Так вот, две недели назад она получила
первое угрожающее письмо с чёрным крестом вместо подписи. За ним последовали и другие...
- Требование денег?
- Само собой разумеется! Пирсон держит небольшое бюро в Ноттинг-Хилле. Продажа
газет, информация о скачках, получение писем на условный адрес...
- То есть, те, кто не желает получать письма у себя дома, приходят за ними к Пирсону?
Мистер Фейр кивнул.
- Проследить движение этих писем невозможно, разве что обыскивать каждого
входящего и выходящего из его лавочки.
- Действительно, всё просто до гениальности, - согласился Гонзалес. - И графиня
послала деньги?
- Да. К сожалению, она совершила эту оплошность. Лишь после получения следующего
письма она дала знать полиции. Мы послали на указанный адрес разработанный нами ответ,
устроили засаду, но... М-да... Иногда мне кажется, что вы читаете мои мысли. Идя сюда, я
никак не предполагал, что вы заговорите о Пирсоне... Вы не желали бы навестить графиню?
- С удовольствием! - живо откликнулся Гонзалес.
- Я устрою вам встречу завтра после обеда, сказал мистер Фейр. - Может быть...
- Вот именно! - воскликнул Леон.
Манфред увидел в его глазах огонёк, не суливший ничего хорошего для тех, на кого
обращал особое внимание его друг.
Возвращаясь домой, Леон неожиданно проговорил:
- Срочно нужна пустующая вилла с большой ванной комнатой... Ванная комната
должна быть очень, очень просторной...
- Зачем? - поинтересовался Манфред.
- Вилла должна быть уединённой...
- Ты затеваешь какое-то ужасное преступление? - серьёзно спросил Манфред.
- Нет, я просто предполагаю, что нам в ближайшем будущем потребуется уединённая
вилла с очень просторной ванной комнатой...
На следующий день они встретились с графиней Винчи.
Графиня оказалась высокой, стройной женщиной с прекрасными манерами, лет тридцати
с небольшим. Манфред был обворожён, а Гонзалес, напротив, разочарован - графиня
показалась ему слишком нормальной, в ней не было и намёка на те отклонения, которые могли
бы порадовать глаз антрополога и криминалиста.
Через некоторое время к гостям вышел и её сын, стройный мальчик с большими тёмными
глазами. Он казался старше своих девяти лет. Мальчика сопровождала гувернантка, молодая
красивая итальянка.
- Я доверяю Беатрисе больше, чем полиции, - сказала графиня, когда мальчик и
гувернантка вышли из комнаты. - Её отец был полицейским офицером в Сицилии, и жизнь её
всегда была под угрозой.
- Ваш сын совершает длительные прогулки? - спросил Манфред.
- Дважды в день. В сопровождении меня или Беатрисы. Иногда мы обе...
- Какого характера угрозы излагались в письмах? - поинтересовался Гонзалес.
- Я покажу вам одно из них.
Она вынула из ящика письменного стола плотный лист почтовой бумаги. Гонзалес
обратил внимание на высокое качество бумаги и на тщательность, с которой были выписаны
буквы, напоминающие печатный шрифт.
"Вы перешлёте нам 1 марта, 1 июня, 1 сентября и 1 декабря по тысяче фунтов. Деньги
должны быть посланы в банкнотах по следующему адресу: для Х.Фраскати, у Пирсона, 194
Ноттинг-Хилл. Если вы ослушаетесь и не выполните нашего требования, то возможность
получить обратно вашего сына обойдётся вам значительно дороже".
Гонзалес посмотрел письмо на свет.
- Так я и предполагал, - сказал он, возвращая письмо. - Личность автора установить
почти невозможно...
- Значит, и вы не сможете мне помочь, - произнесла графиня со слезами в голосе.
Она обратилась с этими словами к Манфреду, но Гонзалес поспешил ответить за своего
друга:
- Я могу лишь посоветовать вам, графиня, поддерживать с нами связь и немедленно
оповестить, если с вашим сыном что-нибудь... произойдёт.
Когда они вышли на улицу, Леон хмуро проговорил:
- Они похитят мальчика, Манфред... Ладно, ты отправляйся домой, а я... я вернусь
попозже...
- Куда ты собрался?
- Искать виллу.
- Ты это говоришь серьёзно?
- Как никогда.
Гонзалес вернулся домой в восемь часов. Едва взглянув на Манфреда, он всё понял.
- Уже?
- Час назад мне сообщили по телефону. Потом заезжал мистер Фейр...
- Как это произошло?
- Очень просто. Вскоре после нашего визита гувернантка поехала с мальчиком на
прогулку. Они, как обычно, направились в сторону Гемпстеда...
- Маршрут не менялся? Очень плохо... Прости, я перебил тебя...
- Они всегда доезжали до определённого места, а потом поворачивали обратно... И вот,
во время этого поворота, к машине подлетел на велосипеде какой-то незнакомец и навёл на
шофёра револьвер. В ту же секунду из кустов выскочили ещё две замаскированные фигуры,
обезоружили гувернантку и похитили испуганного мальчика. Неподалёку стоял их
автомобиль...
- Они успели разглядеть лица нападавших?
Манфред покачал головой.
- Бороды из пакли, автомобильные очки...
- Едем! - бросил Леон.
У графини они застали мистера Фейра, тщетно пытавшегося успокоить потрясённую
горем мать.
- Можно взглянуть на письмо? - спросил Леон.
- О каком письма вы говорите?
- О требовании выкупа.
- Пока мы не получали такого письма, - ответил мистер Фейр.
Графиня лежала на кушетке. Лицо ее было мертвенно бледным, глаза закрыты... Две
горничные хлопотали возле неё. Услышав голос Манфреда, она с усилием открыла глаза.
- Мальчик мой, дитя моё, - простонала она. - Верните мне моего сына - я готова
отдать им всё, что они потребуют, но верните моего сына!
В эту минуту вошёл дворецкий с письмом на подносе. Несчастная женщина вскочила и
бросилась к нему... Манфред едва успел подхватить её, снова теряющую сознание.
Мистер Фейр вскрыл конверт и закричал вслух:
"Ваш сын находится в таком месте, которое известно лишь автору этих строк. Помещение
заперто и снабжено провиантом на четыре дня. Адрес будет назван после уплаты двадцати пяти
тысяч фунтов. В противном случае ему грозит голодная смерть".
- Я должна немедленно послать им эти деньги! - воскликнула потрясённая графиня. -
Немедленно! Послушайте... Мой мальчик... мой мальчик...
- Четыре дня, - прошептал Леон. - Отлично!
Только Манфред услышал эти слова.
- Графиня, - заговорил мистер Фейр, - предположим, что вы немедленно пошлёте эти
двадцать пять тысяч фунтов. Но где гарантия, что они не потребуют новых сумм, так и не
освободив мальчика?
- Да, это была бы напрасная трата денег, - решительно заявил Л
...Закладка в соц.сетях
