Жанр: Детектив
Окончательное решение - Ниро Вульф
... 11.24 мы поблагодарили Элен Джиллард, попросили передать
нашу благодарность доктору Волмеру, вышли, прошли ярдов шестьдесят до
особняка Вулфа, нашли дверь закрытой и позвонили. Дверь открыл Фриц, тут же
доложивший, что сержант Пэрли Стеббинс приходил минут через десять после
нашего ухода, а часов около шести появился инспектор Кремер собственной
персоной. Ордера на обыск они не предъявили, однако Кремер звонил в 8.43 и
10.19. На пороге кабинета Вулф справился о мидиях, и Фриц ответил, что они
прекрасно сохранились. Вулф уселся за письменный стол и закрыл глаза. Я
просматривал почту, когда в дверь позвонили. Я открыл. Это был инспектор
Кремер, еще более багровый, чем обычно, и сутулившийся несколько заметнее,
чем во время предыдущих визитов. Даже не взглянув на меня, он прошел в
кабинет и, не медля ни секунды, спросил:
- Где вы с Гудвином были вчера, начиная с полудня?
Спустя пятьдесят минут, в 12.35, Кремер снова потребовал:
- Но я все же хочу знать, где вы с Гудвином были и что делали в течение
последних двадцати четырех часов?
Мы рассказали все. Большей частью говорил я, ибо весь мир... ну,
скажем, человек семь-восемь... знает, что единственная разница между мною и
магнитофоном заключается в том, что мне можно задавать вопросы. Да и кроме
того, Вулф не был в Уайт-Плейнс и не присутствовал на семейном совещании в
библиотеке Гарольда Ф. Теддера. Мы вручили Кремеру письмо, полученное
почтой, сделанные мною копии обеих записок, текст телефонного разговора
миссис Вэйл с Нэппом. Я несколько изменил формулировки отдельных выражений
Вулфа и моих с тем, чтобы подчеркнуть главное, а именно: мы стремились
прежде всего к тому, чтобы обеспечить возвращение Джимми Вэйла живым, а
затем защитить его самого и его жену путем выполнения обещания, взятого с
них похитителями. Разумеется, Кремер тут же зацепился за это. Почему мы
хранили молчание в течение суток уже после смерти Вэйла? Да только потому,
что Вулф не желал вернуть гонорар, уже положенный в банк. Но это же сокрытие
информации, исключительно важной для ведения следствия по делу об
убийстве!.. Создание помех отправлению правосудия в своих личных корыстных
интересах!..
Вулф фыркнул, а я почувствовал себя обиженным. Должны же мы были
подумать о мисс Вэйл, а кроме того, мы не знали, что Вэйл убит. Он
действительно убит, да? Я читал заключение эксперта, который заявил, что он
мог стать жертвой несчастного случая. Может быть, и в самом деле произошел
несчастный случай, а? Кремер уклонился от ответа, да он, собственно говоря,
и не требовался, поскольку визит инспектора свидетельствовал, что на этот
счет вопрос остается открытым. Он заметил, что мы, очевидно, читали
сообщение прокуратуры, опубликованное в утренних газетах. В нем говорилось,
что вероятной причиной смерти Вэйла была придавившая его статуя, что сейчас
проводится тщательное расследование и что окончательный ответ можно будет
дать после судебно-медицинской экспертизы. Лишь после изложения всего этого
Кремер вынул изо рта изжеванную незажженную сигарету и спросил, где мы
провели последние двадцать четыре часа.
Однако сейчас уж вывести Вулфа из себя было нельзя. Он находился дома,
в своем любимом кресле, знал, что через час будут готовы мидии, а срок, в
течение которого он обязывался молчать, истек.
- Как я уже сказал, - заявил Вулф, - мы понимали, что нас будут
беспокоить, и поэтому решили провести некоторое время вне дома. Где именно -
значения не имеет. Мы ничего не делали и ни с кем связи не поддерживали.
Сегодня в одиннадцать часов утра, после того, как срок нашего обязательства
перед миссис Вэйл истек, мистер Гудвин позвонил в уголовную полицию, тут у
вас никаких законных претензий быть не может. Вот и сейчас вы уклонились от
ответа - ведете ли вы следствие по делу об убийстве. Я понимаю вас - вы
пытаетесь установить, имел ли место сам факт убийства. Попытка обвинить нас
в создании помех отправлению правосудия вряд ли заслуживает серьезного
внимания. Судя по вашим вопросам, вы подозреваете мистера Гудвина в том, что
он пытается найти пишущую машинку, исчезнувшую из кабинета миссис Вэйл. Но
это совершенно не соответствует действительности. Вчера с полудня ни он, ни
я ничего не искали. Наша заинтересованность в том деле вообще исчерпана.
Никаких обязательств перед миссис Вэйл мы больше не имеем. Нашей клиенткой
она больше не является. Если миссис Вэйл убила мисс Атли и своего мужа (мне
лично это кажется маловероятным, но не невозможным) - ваше дело доказать ее
вину.
- Но она же заплатила вам шестьдесят тысяч долларов!
- Да, и по условиям нашей договоренности с нею я заработал этот
гонорар.
Кремер встал, подошел к моему столу и бросил сигарету в корзину для
мусора. Это было необычно для него - обычно он швырял ее издалека и всегда
мимо. Потом вернулся к столу Вулфа, поднял шляпу, положенную им раньше на
стол, и сказал:
- Мне нужны подробности, письменное объяснение, подписанное вами и
Гудвином. Оно должно быть вручено мне в моем кабинете не позднее четырех
часов дня. По всей вероятности, прокуратура вызовет Гудвина. Меня вполне
устроит, если прокурор вызовет также и вас.
- Но я не в состоянии написать все к четырем часам, - попытался
возразить я. - Тут же работы часов на шесть.
- Мне нужно основное, но со всеми подробностями. О том, что произошло в
Уайт-Плейнс можете опустить. Эти данные мы получим оттуда.
С этими словами Кремер повернулся и вышел. Я проводил его, закрыл за
ним дверь, а когда вернулся в контору, Вулф уже был погружен в чтение книги.
Закончив с почтой, я положил ее Вулфу на стол, поставил перед собой машинку,
достал бумагу и копирку. Мне предстояла большая работа, по существу
бесполезная, поскольку дело нас уже не интересовало и клиента у нас не было.
Пришлось заложить в машинку бумагу для четырех экземпляров - для полиции
графства Вестчестер, для прокуратуры и два для нас.
Несмотря на то, что мне пришлось потратить некоторое время на обед,
бритье и перемену сорочки, было всего лишь пять минут пятого, когда я вышел
из дома, на углу Тридцать пятой улицы и Восьмой авеню купил "Газетт" и взял
такси. Мне с трудом удалось закончить объяснение вовремя, ибо меня несколько
раз прерывали. Ну, во-первых, позвонил сержант Пэрли Стеббинс, и сказал,
чтобы я отвез наше объяснение в прокуратуру, а не Кремеру. Потом позвонил
Бен Дайкс и продержал меня за разговором минут пятнадцать, прежде чем
согласился со мной, что Вулф никак не может принять его раньше половины
двенадцатого в субботу. После этого мне пришлось отделываться от трех
репортеров - от двух по телефону, а от третьего - лично. Все они были
страшно возмущены тем, что "Газетт" первая опубликовала сообщение о
похищении Джимми Вэйла. Я прочитал его в такси. Конечно, "Газетт" не хватало
присущей всем такого рода сообщений сенсационности, мучительной
неизвестности о судьбе жертвы и все такое, коль скоро Джимми вернулся домой
живым и невредимым. И тем не менее сообщение "Газетт" вызвало огромный
интерес, поскольку через какие-то пятнадцать часов после возвращения Вэйл
оказался мертвым в собственном доме. Газета поместила фотоснимки ресторанов
"Фоулер" и "Жирный теленок" и Старой Рудничной дороги. Сохраняя, как мы
условились, в секрете мое сообщение, Лон предпринял некоторые меры для
проверки его. Мы с Вулфом упоминались как-то глухо и неопределенно, но
вместе с тем так, что вроде бы мы знали об этом, потому что вообще знаем
все. Это было вроде неплохо. Сообщение представляло собою самую громкою
сенсацию, которую я когда-либо доставлял Лону, что тоже было совсем недурно.
В прокуратуре меня провели в кабинет помощника прокурора Мандельбаума,
который, даже не поздоровавшись, ткнул пальцем в "Газетт", лежавшую на
столе, и потребовал:
- Когда вы сообщили все это "Газетт"?
Я ответил, что мы сделали это сегодня в десять минут двенадцатого.
На этот раз я отделался сравнительно легко. В прошлом в этом же здании
чиновники прокуратуры "беседовали" со мною несколько раз часов по шесть, а
дважды допросы оканчивались тем, что я оказывался в каталажке в качестве
особо важного свидетеля. В этот день Мандельбаум и два детектива из
уголовной полиции отпустили меня меньше чем через два часа, во-вторых,
потому, что у меня с собой было уже готовое объяснение, во-вторых, потому,
что официально они не были причастны к расследованию дела о похищении,
ведущему полицией и прокуратурой графства Вестчестер, и, в-третьих, из-за
отсутствия у них уверенности, была ли смерть Вэйла результатом убийства или
несчастного случая, причем последнее их вполне устраивало. Полицейским
хватает хлопот с их обычной "клиентурой", они предпочитали не связываться с
богачами вроде Теддеров и Вэйлов. Так что после рутинного допроса в течение
полутора часов они выставили меня, и в четверть седьмого я уже расплачивался
с таксистом перед старинным особняком Вулфа. Однако едва я успел выйти из
машины и ступить на тротуар, как кто-то, назвав мою фамилию, схватил меня за
руку. Я обернулся. Это был Ноэль Теддер.
- Какого дьявола воображает о себе этот ваш Ниро Вулф? - пропищал он.
- Все зависит от того, в каком он настроении. - Я попытался освободить
руку, но Теддер не выпускал ее. - Отпустите мою руку - она еще пригодится
мне. Он что, выставил вас?
- Да нет, меня и в дом-то не впустили. Вначале мне предложили прийти
после шести, что я и сделал, но при этом лишь узнал, что он "занят". Я
спросил о вас и получил ответ, что вас нет и неизвестно, когда вы будете. Я
попросил меня впустить, чтобы я мог подождать вас, но мне отказали. Может
быть, мне следовало явиться сюда с паспортом?
- Вы назвали свою фамилию?
- Конечно.
- Вы объяснили, зачем хотите повидаться с Вулфом?
- Нет. Я сделаю это при встрече с ним.
- Только после того, как вначале все расскажете мне. Это не потому, что
таков у нас порядок, просто сегодняшний день для Вулфа был исключительно
тяжелым - за завтраком не оказалось ежевичного джема, ему пришлось
пропустить утренний визит в оранжерею с орхидеями, к нему приходил
полицейский инспектор и, в довершение ко всему, он прочел и подписал длинное
объяснение. Если вы скажете мне, чего вы хотите, возможно, он примет вас. Не
скажете - ваше дело безнадежно.
- Сказать здесь, на улице?
- Ну, если предпочитаете, мы можем посидеть на крыльце.
Теддер отвернулся, чтобы посмотреть на проходивших мужчину и женщину, и
я успел заметить, что ему вовсе не мешало бы побриться, постричься и
погладить костюм. Как только пара отошла от нас шагов на десять, он перевел
взгляд на меня.
- Вы знаете, у меня сейчас есть возможность получить кучу денег, но
один я не в состоянии это сделать и даже не представляю, с чего начать. Мама
сказала, что если я найду часть или все деньги, выплаченные ею похитителям
отчима, они - мои, а ведь речь идет о пятистах тысячах долларов! Если Вулф
согласится помочь мне, я согласен уплатить ему пятую часть.
- Когда миссис Вэйл сказала вам это? - удивился я.
- В среду вечером.
- Но, возможно, теперь она уже передумала.
- Нет, не передумала. Я спрашивал ее опять сегодня днем. Она сейчас
не... Она не в очень хорошем состоянии, но я решил, что от моего вопроса
хуже ей не будет. Она ответила положительно и сказала, что даже не желает
видеть эти деньги, они ей не нужны.
- Но о похищении известно полиции и ФБР.
- О ФБР я не знаю, а в полицию мы заявили сегодня утром.
- Но сейчас на расследование брошены десятки опытных детективов, завтра
их будет уже сотни. Какие же шансы могут быть у вас?
- Черт побери, я и сам знаю, что никаких, и поэтому мне нужна помощь
Ниро Вулфа! Разве он не лучше всех этих детективов?
- Да, это, конечно, так, - согласился я, хотя и воспринял его
предложение совсем с иной точки зрения. Мы никогда не занимались подобными
делами, удайся соблазнить Вулфа этой проблемой, было бы интересно
понаблюдать, как он возьмется за нее. Конечно, не менее интересно было бы
заполучить и обещаемую часть денег.
- А знаете, что я скажу? - заметил я. - Весьма сомнительно, чтобы
мистер Вулф ухватился за подобное дело. Он не только эксцентричен, но и, как
правило, не соглашается на долевое участие. Однако я передам ему ваше
предложение. Вы можете подождать в доме.
- Если туда вообще можно попасть, - снова пропищал Теддер голосом,
никак не соответствовавшим его внешности.
- Попытаемся, - ответил я, поднимаясь на крыльцо. Дверь была закрыта на
цепочку, мне пришлось позвонить. Если Фриц удивился, увидев меня с
посетителем, которому уже дважды было отказано в приеме, то вида не подал. Я
сам отправился в контору. Вулф сидел за столом и рылся в среднем ящике -
считал колпаки от пивных бутылок, чтобы определить, насколько он превысил
недельною квоту пива после суточного воздержания. Я подождал, пока он закрыл
ящики взглянул на меня.
- Прокурор меня не принял, а Мандельбаум шлет вам привет. Они,
наверное, не будут беспокоить нас, пока не решат, что смерть Джимми Вэйла
последовала не в результате несчастного случая, хотя им страшно не хочется
приходить к такому решению. Вы читали "Газетт"?
- Да.
- И что вы можете сказать?
- Ничего.
- Следовательно, я еще не уволен. В таком случае беру отпуск без
сохранения содержания. Ну, скажем, на месяц, хотя возможно и на более
длительный срок.
Вулф поджал губы, глубоко вздохнул, а потом спросил:
- Ты что, решил довести меня до белого каления?
- Нет, сэр. Я просто хочу использовать одну предоставившуюся мне
возможность. Я только что встретил возле дома Ноэля Теддера, доведенного до
белого каления вашим отказом принять его. В среду мамаша сказала, что он
может взять все деньги, уплаченные ею в качестве выкупа, если их найдет, и
Ноэль явился к вам с просьбой помочь ему, суля пятую часть в качестве
гонорара. Разумеется, вас это интересовать не может, поскольку вы сейчас
берете только дела, которые удается успешно закончить всего лишь путем
помещения объявления в газетах. Поэтому я намерен сообщить Теддеру, что сам
приму его предложение. Я взял на себя смелость, без вашего разрешения,
пригласить его в гостиную, однако подумал, что вначале я должен сообщить вам
об этом. Конечно, шансы у меня очень небольшие, но если удастся найти эти
деньги, моя доля составит сто тысяч долларов и я перестану сердить вас, так
как тогда, возможно, смогу открыть собственное агентство с Солом Пензером в
качестве партнера, причем мы...
- Заткнись!
- Слушаюсь, сэр. Вот еще одно преимущество моего ухода - вам не
придется кричать...
- Хватит!
- Слушаюсь, сэр.
Вулф взглянул на меня, как мне показалось, довольно тепло.
- Ты явно надеешься втравить меня в это фантастическое предприятие, -
заметил он.
- Может быть, вы найдете несколько минут, чтобы выслушать Теддера. Ведь
было бы занимательно нам найти то, что ищут десять тысяч фараонов и шпиков
из ФБР. Кроме того, заработав сумму, выше которой финансовые органы начинают
удерживать с вас восемьдесят процентов всех ваших доходов, вы прекращаете
работать и отдыхаете. Я понимаю, что успешный исход такого расследования
весьма маловероятен, но если вы все же найдете деньги и добавите гонорар к
тому, что уже заработали в этом году (а сейчас даже еще не май), вы сможете
всю зиму отдыхать. Если же вас постигнет неудача, вы потеряете лишь
небольшую сумму. Я вовсе не хочу втравливать вас во что-то, но сейчас у нас
нет на руках и в перспективе ничего, и, если я уйду в месячный отпуск, Фриц
будет стирать пыль с вашего стола, выбрасывать мусор из корзинки, ну а почту
вы сможете вскрывать сами.
- Очередной вздор! Ты не посмеешь так поступить.
- Вы так думаете?
Вулф закрыл глаза, вероятно, для того, чтобы насладиться созерцанием
чудесной возможности безделья в течение нескольких месяцев, когда его не
будут беспокоить всякие посетители. Спустя минуту он открыл глаза и
пробормотал:
- Ну, хорошо, приведи его.
Глава 7
Вулф внимательно рассматривал Ноэля Теддера, который сидел в кресле,
положив ногу на ногу, демонстрируя желто-голубые носки под брюками в
полоску. Вулфу трудно угодить, и ему обычно требуется некоторое время
присмотреться к посетителю. Мне приходилось слышать от него, что люди,
одевающиеся стандартно, напоминают ему овец, но я слышал от него, что люди,
одевающиеся не так, как все, являются хлыщами.
На вопрос Теддера, доложил ли я, зачем он пришел, Вулф утвердительно
кивнул, а затем заявил:
- Это самое бесперспективное дело, которым меня когда-либо просили
заняться, если мистер Гудвин правильно понял вас, а я его. Ваша матушка
сказала вам, что если вы найдете деньги, выплаченные ею в качестве выкупа за
вашего отчима, вы можете оставить их себе. Теперь вы просите меня найти их и
обещаете выплатить пятую часть в случае успеха и ничего в случае неудачи.
Это так?
- Да. Конечно, я...
- Позвольте закончить. Когда миссис Вэйл сказала вам обо всем этом?
- В среду вечером и подтвердила сегодня днем. После смерти Джимми...
моего отчима. Я решил, что мне следует спросить ее об этом.
- В среду вечером подняла этот вопрос она?
- Подняла?..
- Ну да, заговорила первой... Сама она подала вам такую мысль?
- Не помню. Это имеет значение?
- Может, имеет. Ну, например, если такое предположение исходило от вас,
сразу же возникает мысль, что вам известно местонахождение денег и вы хотите
раздобыть их так, чтобы обладать ими на законном основании. Тогда вы
обратились ко мне по той простой причине, что сами не можете "найти" их и
заявить об этом... Не прерывайте меня... В соответствующей форме и, конечно,
замаскированно, вы дадите мне кое-какие намеки, и мистер Гудвин, под моим
руководством, найдет деньги. Вы будете рассчитывать, что, если у меня даже
возникнут подозрения в связи с вашими намеками, я игнорирую их, чтобы
получить свою долю. Вот я и спрашиваю вас, кто первым поднял этот вопрос -
ваша матушка или вы?
Теддер хихикнул, но имейте в виду, что я вовсе не хочу создать у вас
ложное впечатление о нем, тем более что уже упоминал об его писклявом
голосе. Нельзя же запрещать людям хихикать.
- Боже мой! - воскликнул он. - Но для этого нужно быть большим
ловкачом. Откуда мне может быть известно, где деньги?
- Как откуда? Вы могли спрятать их после того, как вечером во вторник
сами или ваш сообщник получили их от миссис Вэйл на Старой Рудничной дороге.
- Что? - прищурился Теддер. - Не понял. Скажите еще раз.
Вулф погрозил пальцем.
- Мистер Теддер, вы явились ко мне с таким необычным предложением, что
прежде всего я должен спросить вас о вас самом. Это вы похитили своего
отчима?
- Чушь. Он сразу бы узнал меня.
- Но вы принимали участие в организации похищения? Да или нет?
- Нет, нет, нет! - Теддер продолжал щуриться. - Может быть, вы хотите,
чтобы я поклялся на Библии?
- Это ничего не докажет. Но предположим, что я поверю вам. Что же
дальше? Бессмысленно вступать в соревнование с целой армией опытных людей,
ведущих сейчас сложное расследование. Если мы вообще займемся этим делом,
отталкиваться нужно будет от чего-то найденного нами и упущенного ими.
Прежде чем принять или отклонить ваше предложение, я должен знать, согласны
ли вы со мной кое в чем. Кроме того, я должен спросить вас: предположим, что
мы найдем деньги, а миссис Вэйл откажется от своего обещания отдать их вам.
Что тогда?
- Она не сделает этого.
- Но может сделать.
Теддер покачал головой.
- При нашем разговоре присутствовало еще четверо: моя сестра Маргот,
дядя Ральф, адвокат Хлад и Джимми. Правда, Джимми уже нет в живых...
- И все же она может отказаться. Вот поэтому я должен предупредить вас,
что если она откажется, я все равно взыщу с вас свою долю в судебном
порядке.
- Пожалуйста, кто вам запрещает? Однако вам не придется обращаться в
суд, так как мама не откажется от своего обещания... В чем именно я должен
быть согласен с вами?
- С рядом предположений, которые могут вам не понравиться. Первое и
основное состоит в том, что смерть мистера Вэйла произошла не в результате
несчастного случая: он был убит.
- Да? Но он же уронил на себя эту проклятую статую.
- Нет! - резко возразил Вулф. - Я не отрицаю, что это возможно, полиция
может принять подобную гипотезу, но я ее отклоняю. В опубликованных газетами
материалах нет даже намека на то, что он был пьян. Он был пьян?
- Нет.
- Но он выпивал перед этим?
- Он выпил бокала два виски с содовой, а обычно мог выпить бокалов
шесть. Он сказал, что очень хочет спать, у него слипаются веки, и тут же
улегся на кушетку.
- Но позднее, когда вы и остальные ушли... Уходя, вы выключили свет?
- Да, за исключением торшера, стоявшего у стены, как велела мама.
- В нем яркая лампочка?
- Довольно яркая.
- А мистер Вэйл потом проснулся, сообразил, где находится, встал с
кушетки, потерял равновесие и, пытаясь удержаться на ногах, схватился за
статую, оказавшуюся плохо укрепленной, и уронил ее на себя? Возможно, но я
не верю этому. Не верю, чтобы человек, уже проснувшийся и направляющийся к
двери, находился бы в таком состоянии, что не мог бы уклониться от падающей
статуи.
Теддер снова прищурился.
- Вот высказали, что он был убит. Неужели он так крепко спал, что не
проснулся, когда кто-то стащил его с кушетки под статую и свалил статую на
него? И вы верите этому?
- Да, если предварительно его одурманили.
- Одурманили?
- Очевидно, ему дали снотворное в бокале с виски. Например,
хлоралгидрат, который легко достать. Если его растворить в каком-нибудь
алкогольном напитке, он почти не дает привкуса. Небольшая доза хлоралгидрата
вызывает глубокий сон. Он быстро разлагается, и при вскрытии, если она
производится через несколько часов после смерти, его невозможно обнаружить.
Если же есть основания подозревать отравление хлоралгидратом - единственным
доказательством может служить немедленный анализ мочи, а я очень сомневаюсь,
чтобы он был проделан. Не думайте, что я хвастаюсь своими знаниями, - сделав
такое предположение вчера, я заглянул в кое-какую литературу по этому
вопросу.
Вулф ничего не говорил мне об этом раньше, ибо тогда бы он согласился,
что обстоятельства смерти Джимми Вэйла представляют интерес для нас. В нашей
библиотеке есть книги по токсикологии, но Вулф вчера не заходил сюда;
правда, он мог найти что-нибудь у доктора Волмера. Лично я хорошо знаю, что
такое хлоралгидрат, так как однажды мне подсунула его в вине некая Дора
Чапин. В течение двух часов после этого вы могли утащить меня на край света
или свалить на меня статую Свободы - я даже не мигнул бы.
- Замечание о том, что мистер Вэйл был убит, пока не больше чем
предположение, - продолжал Вулф. - Скажите, вы согласны, что такая
возможность существует?
- Не знаю, - ответил Теддер, облизывая губы. - Какие у вас еще
предположения?
- Три дня назад мы с мистером Гудвином пришли к выводу, что Дина Атли,
секретарша миссис Вэйл, принимала активное участие в организации похищения.
Ее смерть...
- Откуда вам это известно?
- Мы пришли к такому выводу на основании полученных данных и их
соответствующей интерпретации. Я раскрываю перед вами, мистер Теддер, свои
карты, чтобы вы заняли такую же позицию, но это вовсе не обязывает меня
рассказывать вам о всех предпринятых мною мерах. Я принимаю на веру вашу
порядочность и честность в отношениях со мной в качестве рабочей гипотезы,
хотя не исключаю, что вы тоже принимали участие в организации похищения и
вам известно, где сейчас деньги, уплаченные в качестве выкупа. Если так, вы
совершили грубейшую ошибку, явившись ко мне. Я-то получу свою долю из этих
денег, но вы будете осуждены. Может быть, вы хотите аннулировать свое
предложение, прежде чем я соглашусь заняться этим сумасшедшим делом? Хотите?
- Нет, черт возьми! Говорите вы много и легко швыряетесь громкими
фразами.
- С определенным смыслом, что дает нам возможность определить нашу
отправную точку. Мне кажется, что я уже подошел к ней. Мисс Атли,
принимавшая участие в организации похищения, была убита. Мистер Вэйл, ранее
похищенный, тоже убит. На основе этого я выдвигаю два предположения.
Во-первых, оба убийства в какой-то мере связаны с похищением. Во-вторых,
смерть Вэйла - результат предумышленного убийства, поскольку он
предварительно был одурманен, причем его убийце, как участнику похищения,
известно местонахождение денег, и он присутствовал на семейном совещании в
доме Вэйлов вечером в среду. Поэтому, если мы действительно хотим найти
деньги, нам прежде всего следует заняться этим домом и его обитателями. Если
вы согласны со мной, я готов принять ваше предложение.
Теддер покусал губы, воскликнул: "Боже мой!", снова покусал губы и
сказал:
- Но вы так охарактеризовали положение, что у меня нет выбора... Вы
заявляете, что дядя Ральф или Хлад, или моя сестра убили Джимми...
- Или ваша матушка, или вы...
- Да, мы все, конечно, были дома в среду вечером. - Теддер покачал
головой. - Бог мой! Но подозревать в убийстве маму - нелепость. Меня? Но мне
же Джимми нравился, хотя он терпеть не мог меня. Дядя Ральф...
- Мистер Теддер, не гадайте на кофейно
...Закладка в соц.сетях
