Жанр: Детектив
Окно к смерти - Ниро Вульф
...ь! Будто, чтобы уснуть, девице двадцати четырех лет
требуется снотворное!
- Ну-ну, дорогая, - Таттл погладил ее по плечу. - Это все в прошлом,
зачем ворошить? В субботу вечером у Берта никто окон не открывал.
- Но я прогнала сиделку. - Она говорила Вулфу. - И сказала доктору
Булю, что беру все на себя, а сама легла и уснула, и даже грелки не
посмотрела, а они были пустые. - Она резко оглянулась на младшего брата. -
Скажи правду, Пол, только всю правду - они были пустые?
Тот тоже погладил ее по плечу.
- Успокойся, Лу. Конечно, они были пустые, честное бойскаутское, но
Берт ведь не от этого умер, разве я говорил, что от этого?
- Никто тебя не винит, - успокаивал ее Таттл. - А что ты уснула, так
что ж такого? Был уже второй час, а доктор Буль обещал, что он проспит до
утра. Право, дорогая, ты делаешь из мухи слона.
Она опустила голову, закрыла лицо руками, плечи у нее задрожали. Для
Вулфа леди в расстроенных чувствах - это не что иное, как женская особь,
бьющаяся в припадке, а если она еще и выть начнет, он вскакивает с места
быстрее, чем можно было бы рекомендовать такой туше, и ретируется в коридор,
к лифту. Луиз выть не стала. Он некоторое время рассматривал ее, внимательно
и настороженно, решил, что она уже и не начнет, и повернулся к ее мужу.
- Кстати, о сне, сэр. Вы сказали - во втором часу. Это было после того,
как Пол поднял вас с постели, и вы его впустили?
- Да. - Его рука успокаивающе лежала на руке Луиз. - Это заняло
довольно много времени: пока выслушали все, что рассказал Пол, пока устроили
его на кушетке. Потом мы заглянули в комнату к Берту, убедились, что он
спит, и пошли спать сами.
- И не просыпались до тех пор, пока вас не разбудил Пол, то есть
примерно до шести утра?
- Думаю, моя жена не просыпалась ни разу. Она очень устала. Может,
ворочалась немного, но не просыпалась. Я раза два выходил в ванную - ночью я
всегда хожу в ванную, но остальное время я спал, пока нас не позвал Пол.
Когда я выходил во второй раз, я приоткрыл дверь к Берту, там было тихо, и я
не стал заходить. А что? Это имеет какое-нибудь значение?
- Да нет, ничего особенного. - Вулф украдкой взглянул на Луиз,
проверяя, не грозит ли что-нибудь с той стороны, и снова обратился к Таттлу.
- Я думаю о мистере Эрроу; хотелось бы перебрать все возможные варианты.
Конечно, у него был ключ от номера, и ночью он мог войти, сделать, что ему
нужно, если ему, и вправду, что-то было нужно, и снова уйти. Ведь мог?
Таттл задумался. Я наблюдал за ним, и мне пришлось сделать над собой
усилие, чтобы отвлечься от сияния лысины и сосредоточиться на лице. Было бы
не в пример проще, будь его глаза, нос и рот прямо на макушке.
- Вполне, - согласился он, - но я сомневаюсь, что он это и вправду
сделал. Я сплю очень чутко - думаю, я бы его услышал. И ему пришлось бы
пробираться через гостиную, а там был Пол. Правда, Пол мало что соображал.
- Я вообще ничего не соображал, - перебил Пол. - Если бы он уж очень
захотел, чтобы я его заметил, то ему пришлось бы врезать мне еще раз. - Он
посмотрел на Вулфа. - А это идея. Что ему тут могло быть нужно?
- Да ничего конкретного. Я просто ставлю вопросы. Мистер Таттл, а после
этого, когда вы снова увидели мистера Эрроу?
- Утром. В воскресенье утром. Он появился в номере часов в девять,
сразу после доктора Буля.
- Где он был?
- Не знаю. Спрашивать я не стал, а сам он ничего не сказал. Понимаете,
перед лицом смерти... Он засыпал нас вопросами, в том числе, надо сказать,
довольно бестактными, но в таких обстоятельствах... я решил, что не стоит
заострять на этом внимания.
Вулф откинулся на спинку кресла, закрыл глаза, опустил подбородок к
груди. Братья сидели и смотрели на него. Таттл повернулся к жене, поглаживал
ее по плечу и что-то бормотал; вскоре она отняла ладони от лица и подняла
голову. Он достал из нагрудного кармана красивый чистый носовой платок, она
взяла его и несколько раз приложила к лицу. Никаких следов слез на щеках не
было.
Вулф открыл глаза и обвел взглядом комнату - сначала слева направо,
потом в обратную сторону.
- Не вижу никакого смысла более вас задерживать, - объявил он. - Я
рассчитывал, что смогу принять решение уже сегодня, - он нацелился взглядом
на Пола, - но ваша версия насчет морфия заслуживает небольшого
расследования. Конечно, я проведу его сам, и совершенно конфиденциально.
Подставлять вас под обвинение в клевете, это значило бы сослужить вам дурную
службу. - Он перевел взгляд на Дейвида, потом обратно, на Таттла. - Кстати,
я вам не сказал, что просил передать доктор Буль. Если мисс Горен будет
предъявлено обвинение в халатности, он как раз и посоветует ей подать на вас
за клевету, и сам лично поддержит ее заявление. Она утверждает, что перед
уходом налила в грелки горячую воду, и он убежден, что она говорит правду.
Ждите от меня известий, вероятно, не позднее...
Раздался звонок в дверь. Обычно, когда у нас в кабинете гости, дверь
открывает Фриц, но сейчас у меня сработала интуиция, что бывает довольно
часто; я встал, быстро прошел за спинами клиентов и вовремя успел в прихожую
- перехватил Фрица у самой двери. Наружный свет горел, и сквозь стекло двери
я разглядел незнакомого человека - широкоплечего субъекта примерно одного со
мной возраста и телосложения. Сказав Фрицу, что открою сам, я подошел,
приоткрыл дверь, насколько позволяет цепочка, и спросил в щель:
- Я могу вам чем-нибудь помочь?
Сквозь щель донесся тихий медлительный голос, растягивающий слова:
- Думаю, да. Меня зовут Эрроу, Джонни Эрроу. Мне нужно поговорить с
Ниро Вулфом. Если вы откроете дверь, это очень поможет.
- Да-да, но сначала я должен его предупредить. Потерпите минутку, - Я
закрыл дверь, достал из кармана листок бумаги, написал на нем "Эрроу",
вернулся в кабинет, подошел к столу и протянул листок Вулфу.
- Дьявол, - чертыхнулся он. - Я думал, на сегодня - все. Но, может,
я... Ну, хорошо.
Не спорю, - обвинение в халатности я заслужил: я ведь знал, что
произошло в субботу вечером в баре "Черчилль", но, уверяю вас, сделал это не
нарочно. Мебель в нашем кабинете я почитаю не меньше, чем Вулф или Фриц.
Просто я задумался, и думал не переставая, и когда шел в переднюю
открывать урановому принцу, и когда ввел его в кабинет и отступил в сторону,
наблюдая за выражениями их лиц. Когда же, едва завидев Пола Файфа, Эрроу
пошел на него, я оказался слишком далеко. Так одним желтым креслом у нас
стало меньше. Зато мне посчастливилось увидеть, каким образом синяки у Пола
Файфа оказались на челюсти с обеих сторон. Эрроу коротко, от плеча, поддел
его прямой левой, довольно сильно, так, что тот потерял равновесие, потом
размахнулся правой - и Пол, пролетев футов шесть, рухнул на кресло. Когда он
наклонился, чтобы рвануть его на ноги и, скорее всего, заняться другим
глазом, я был уже рядом, рукой захватил его сзади за шею, а коленом уперся в
поясницу. Подскочил и Таттл, пытаясь ухватить Эрроу за рукав, Дейвид бегал
вокруг, явно вознамерившись встать между ними, - дурацкая тактика. Луиз
пронзительно визжала.
- О'кэй, - сказал я. - Отойдите. Я его держу. - Эрроу попробовал было
вырваться, но в конце концов затих, когда понял, что вопрос состоит только в
том, что у него сломается раньше - шея или позвоночник. Вулф, с отвращением
в голосе, сказал, что им лучше уйти. Пол кое-как вскарабкался на ноги, и
секунду мне казалось, что сейчас он попробует ударить Эрроу, пока я его
держу, но Дейвид уже схватил брата за руку и тащил прочь. Таттл подошел к
Луиз, повел к выходу; Дейвид подталкивал Пола. У двери Дейвид оглянулся на
Вулфа, сказал с упреком:
- Зачем вы его впустили, вы-то могли и сообразить? - Когда они все
вышли в коридор, я отпустил Эрроу и пошел закрыть за ними дверь; на пороге я
пожелал им спокойной ночи, но ответа дождался только от Дейвида.
А в кабинете Джонни Эрроу сидел в красном кожаном кресле и осторожно
водил головой взад-вперед, проверяя, цела ли шея. Может, я и вправду
чуть-чуть перестарался, но, когда имеешь дело с незнакомыми людьми, лучше не
рисковать.
4
Я устроился спиной к столу и принялся изучать Джонни Эрроу. Объектом
для наблюдения он был чрезвычайно любопытным. Урановый магнат - свеженький,
с пылу с жару, хронический забияка - хлебом не корми, дай двинуть
кому-нибудь в челюсть, парень, который знает толк в хорошеньких сиделках и
не теряется при встрече с ними. И в то же время - кандидат на электрический
стул. Для человека его возраста - отнюдь не мало. И с виду он был парень
ничего, правда, не из тех, кого любят изображать на рекламных плакатах с
сигаретой в зубах. Лицо и руки у него были вовсе не так грубы и обветрены,
как можно бы ожидать от человека, который пять последних лет долбил скалы
где-то в глухомани. Но с открытия Блэк Элбоу прошло уже достаточно времени,
чтобы он успел слегка пообтереться. Он перестал водить головой и встретился
со мной взглядом. Его карие глаза с морщинками в уголках, наверное, от
постоянного прищуривания в поисках урана разглядывали меня с любопытством.
- Здорово вы меня скрутили, - сказал он тихим голосом, растягивая
слова, и в его голосе не было и тени враждебности. - Я думал, у меня шея
сломается.
- И поделом бы, - сердито сказал Вулф. - Посмотрите, что вы сделали с
креслом.
- О, за кресло я заплачу. - Он достал из кармана брюк согнутую пополам
плотную пачку зелененьких. - Сколько?
- Мистер Гудвин пришлет вам счет, - Вулф был в ярости. - У меня
кабинет, а не арена для гладиаторов. Вы пришли по нашей записке, насколько я
понимаю?
Он покачал головой.
- Никакой записки мне не передавали. Если вы отправили ее в отель, то я
там с утра не показывался. А что в ней было?
- Просто, что я хочу вас видеть.
- Я ее не получал. - Он поднял руку и стал массировать себе шею. - Я
пришел потому, что я хотел видеть вас. - Он сделал особый нажим на последнем
слове. - С этим, Полом Файфом, я тоже хотел повстречаться, но не думал, что
он здесь - мне просто повезло. Я хотел побеседовать с ним насчет одного
фокуса, который он пытался устроить моей знакомой. Вы знаете, с грелками.
Вулф кивнул.
- А со мной?
- С вами я хотел побеседовать, потому что, насколько я понимаю, вы
шьете мне убийство моего партнера, Берта Файфа. - Карие глаза немного
сузились. Видимо, они у него щурились не только на уран. - Вот я и пришел
справиться, не нужно ли чем помочь.
Вулф хмыкнул.
- У вас неверная информация, мистер Эрроу. Меня наняли, чтобы я провел
расследование и решил, не дают ли какие-нибудь обстоятельства смерти мистера
Файфа основания для обращения в полицию. И в этом помощь мне, действительно,
нужна. Шить, как вы выразились, я вам ничего не собираюсь. Насчет помощи вы,
конечно, иронизируете, но она мне, в самом деле, нужна. Так что, будем
продолжать?
Эрроу засмеялся. Не загоготал, нет, просто засмеялся непринужденным
легким смешком, который так идет его медлительной речи.
- Смотря что, - сказал он. - Продолжать - что?
- Продолжать обмен информацией. Мне нужно кое-что уточнить, и вам, быть
может, тоже. Во-первых, все, что вы знаете, я думаю, вам известно от мисс
Горен. Поправьте меня, если я ошибаюсь. Вы, должно быть, разговаривали с ней
сегодня целый вечер, часов с четырех. Не сомневаюсь, она уверена, что
излагает события правильно, но если у вас создалось впечатление, что я
что-то против вас затеваю, это ошибка. Признайтесь: то, что привело вас
сюда, вы узнали от мисс Горен.
- Ну конечно. Мы обедали вместе сегодня. Доктор Буль заехал за ней в
ресторан, по дороге сюда.
Если из моего рассказа выходит, что он давал подробные ответы из
желания помочь Вулфу, то это не так. Он просто хвастался. Его так и
подмывало рассказать кому-нибудь, кому угодно, что мисс Горен позволила ему
угостить себя обедом.
- Тогда, - сказал Вулф, - вы должны понять: она представляет ситуацию
однобоко, хоть и не думаю, что делает это умышленно. Я заявляю вам на
словах, а если хотите, попрошу напечатать это на машинке и распишусь, что до
сих пор не нашел ни единой улики, позволяющей инкриминировать вам, хоть
прямо, хоть косвенно, смерть Бертрама Файфа. Перейдем к фактам. Что вам
известно о грелках? Не из чужих уст, пусть даже из уст мисс Горен, а то, что
вы сами знаете или сами видели.
- Да ничего. Я их в глаза не видел.
- И не трогали?
- Конечно, нет. Зачем мне их трогать? - Его медлительная речь не
ускорилась ни на минуту. - И если они вас интересуют только потому, что этот
Пол Файф уверяет, будто нашел их пустыми, то причем тут факты?
- Может быть, и ни при чем. Откуда мне знать? Когда вы видели Бертрама
Файфа живым в последний раз?
- В субботу вечером, перед тем, как мы уехали в театр. Я заглянул к
нему на минутку.
- Мисс Горен была около него?
- Да, конечно.
- Вы не заходили к нему после театра?
- Нет. И знаете, почему?
- Уже знаю. Вы застали в номере то, что мистер Дейвид Файф именует
ситуацией, и ушли. Сразу же. Я полагаю, на поиски Пола Файфа. Правильно?
- Ну да, и я его нашел. После того, что мы услышали от мисс Горен, я
искал бы его хоть до утра, но этого не понадобилось. Он сидел внизу, в баре.
- И вы на него напали.
- Ну да. Я ведь не для того его искал, чтобы туфли ему начистить. -
Снова легкий, непринужденный смешок, приятный и миролюбивый. - Спасибо
какому-то копу, что вмешался, а то я так рассвирепел. - Он взглянул на меня
дружелюбно и с любопытством. - А вы здорово меня скрутили.
- А потом что? - спросил Вулф. - Как я понимаю, в номер вы не
вернулись.
- Конечно, нет. Подошел еще один коп, но я никак не мог успокоиться,
мне не нравилось, что меня держат, тогда рассвирепели и они. Надели мне
наручники, один отвел меня в участок и посадил под замок. Я не захотел
признаваться, ни кого я ударил, ни за что, и, наверное, они решили сами его
найти и завести на меня дело. В конце концов они дали мне позвонить, я
попросил вызвать своего адвоката, тот приехал и меня выручил. Я вернулся в
отель, а там уже этот, Пол Файф, и Таттл с женой, и Берт - мертвый. Доктор
тоже там был.
- Для вас это, конечно, был шок, когда вы увидели, что он мертв.
- Конечно. А если бы был не шок, то, значит, я его и убил, да? - сказал
со смешком Джонни Эрроу. - Если вы, мистер, и вправду ведете дело честно, и
ничего мне не шьете, то вот что я вам скажу. Мы с Бертом пять лет вкалывали
бок о бок, и хлебнуть нам довелось всякого. С голоду умирать не умирали, но
что-то около того. И выпутывались всегда сами, никто нам штанов не менял.
Когда наткнулись на Блэк Элбоу, нужно было быстро провернуть уйму дел, чтобы
застолбить участок официально, и если бы мы действовали поодиночке, ничего
бы у нас не вышло. Тогда мы и пригласили адвоката и составили письменный
договор, чтобы никто не влез и не стал мутить воду, если с одним из нас
что-нибудь случится. Так уж сложилось: нам нравилось быть вместе, хоть
иногда мы и спорили. Вот почему, когда он меня попросил, я приехал с ним в
Нью-Йорк. Мне то здесь вообще нечего было делать. Все свои вопросы мы могли
решать дома, в Блэк Элбоу или в Монреале. И уж точно, чтобы убить его, в
Нью-Йорк мне ехать было незачем.
Вулф пристально посмотрел на него.
- Значит, в Нью-Йорк он приехал не по делам?
- Нет, сэр. Он сказал - по личному делу. Когда мы вселились в отель и
он связался с сестрой и братьями, мне показалось, что его что-то грызет,
что-то еще с тех времен. Он несколько раз ездил в Маунт Киско и меня брал с
собой. Мы исколесили на "Кадиллаке" весь городок. Ездили к дому, где он
родился, и внутрь заходили, - там сейчас какие-то итальянцы живут. Ездили
есть мороженое с содовой в аптеку к Таттлу. Искали женщину, хозяйку
меблированных номеров, где он жил когда-то, но она давно выехала. Только на
прошлой неделе ему сказали, что она сейчас в Паукипси, так мы и туда
съездили.
Вся эта история заняла у него довольно много времени он ни разу не
ускорил свою медлительную речь. Было в том и свое преимущество: не надо
останавливаться, чтобы перевести дыхание.
- Кажется, я слишком много болтаю, - сказал он, - но ведь разговор о
Берте. Пять лет я мало с кем разговаривал - только с ним, а теперь, видимо,
захотелось поговорить о нем.
Он слегка наклонил голову, подумал и продолжал:
- Мне бы не хотелось, чтобы это убийство навесили на меня, и
подставлять кого-то понапрасну тоже не хочется, но я не совсем точно
выразился, когда сказал, что его грызло что-то из прежних времен. Как-то,
когда мы сидели с ним под скалой, в Канаде, он мне кое-что об этом
рассказал. Он сказал, что если нам и вправду подфартило, то он сможет
вернуться домой и заняться одним неоконченным дельцем. Вы знаете, как у него
умер отец, и как его судили за убийство?
Вулф сказал, что знает.
- Ну вот, он мне все рассказал об этом. Он сказал, что никогда не
требовал своей доли наследства, потому что не хотел чувствовать себя
причастным к той грязи, от которой убежал, - и этому не надо удивляться,
просто надо знать Берта. Он сказал, что до сих пор обманывал себя, будто все
уже забыл, и ему давно на это наплевать; но сейчас, когда нам, кажется,
повезло по-крупному, ему захотелось вернуться и разобраться, что к чему. Что
он и сделал. Кого он конкретно подозревает, я не знал, но замечал кое-что.
Например, рассказывает он родственникам, чем сейчас занимается, а сам
внимательно за ними наблюдает. Им очень не понравилось, когда он сказал, что
скоро раздобудет полный текст свидетельских показаний на том самом суде. И
когда сказал, что ездил к хозяйке меблированных номеров, им тоже не
понравилось. Мне показалось, он это нарочно делает, чтобы их завести.
Его глаза прищурились, в уголках показались морщинки.
- Вы только не подумайте, что я стараюсь кого-то утопить. Доктор ведь
сказал, что Берт умер от воспаления легких, а врач он, по-моему, хороший.
Просто я хочу объяснить, зачем Берту понадобилось ехать в Нью-Йорк. У вас
еще есть вопросы?
Вулф покачал головой.
- Пока нет. Попозже, может быть. Но ведь я предлагал обмен информацией.
Что вы хотите знать?
- Вот это учтиво, это я понимаю. - Эрроу, кажется, говорил серьезно. -
Пожалуй, нет. - Он поднялся из кресла и постоял немного. - Только вот вы
сказали, что у вас не хватает улик, чтобы... как это...
- Инкриминировать.
- Вот-вот. Так почему бы вам не смотать удочки? Мы с Бертом всегда так
делали как только убедимся, что на участке совсем глухо, так сразу сматываем
удочки.
- Я не говорил - совсем глухо. - Вулф был мрачен. - В том-то и
загвоздка, что не совсем. Есть одно загадочное обстоятельство, и пока я его
не выясню, сматывать удочки рано.
- Какое обстоятельство?
- Я вас о нем уже спрашивал, но вы сразу становитесь на дыбы. Опять
заговаривать с вами на эту тему без оружия просто опасно. Счет за кресло
мистер Гудвин вам вышлет, как только мы узнаем сумму. До свидания, сэр.
Он хотел еще услышать что-нибудь про загадочное обстоятельство, но не
тут-то было. Дудки. Когда он понял, что на этом участке глухо, он смотал
удочки, и я пошел в переднюю закрыть за ним дверь. Уже за порогом он
повернулся ко мне и сказал:
- Здорово вы все-таки меня скрутили.
В кабинете Вулф сидел с закрытыми глазами, наморщенным лбом,
откинувшись на спинку кресла. Я убрал поломанное кресло в угол, остальные
расставил по местам, прибрал на ночь свой письменный стол, запер сейф и
подошел к нему.
- Зачем вам понадобилось его заводить? Если в этом деле, и вправду,
есть какое-то загадочное обстоятельство, то я его, наверное, проспал. Какое,
подскажите.
Он буркнул, не открывая глаз:
- Грелки.
Я потянулся и зевнул.
- Ясно. Сначала вас нужно уламывать, чтобы вы взялись за работу, а
когда оказывается, что дела-то никакого и нет, вы пытаетесь высосать его из
пальца. Бросьте. Давайте ограничимся этой тысчонкой, что совсем недурно за
восемь часов, и скажем, что ответ отрицательный. Дело закрывается.
- Не могу. Есть одна загадка. - Он открыл глаза. - Ну кто, скажите ради
бога, повыливал эти грелки? И зачем?
- Пол. Почему бы не он?
- Потому что я ему не верю. Хоть он и твердил об этом весь вечер, и
даже довольно убедительно. Да вы только представьте. Он заходит к брату,
видит, что тот умер. Откидывает одеяла, видит, что грелки пусты. Уже
поворачивается, чтобы позвать сестру и зятя, как вдруг до него доходит, что
пустые грелки - неплохое оружие против мисс Горен. Он не хочет, чтобы их
заметила сестра, поэтому сначала он относит грелки в ванную, а потом уже
зовет ее. Вы считаете, это похоже на правду?
- Конечно, но...
- Прошу вас. Я воспользуюсь этим "но". Но представим, что все было
иначе. Он заходит к брату и видит, что тот мертв. Он откидывает одеяла,
хочет послушать сердце. Грелки лежат на месте, с водой. Увидев их, он тут же
задумывает план, а ведь он, заметьте, в шоковом состоянии: только что искал
живого брата, а нашел труп. И он сходу, вместо того, чтобы позвать на
помощь, задумывает план: отнести грелки в ванную и вылить, чтобы через
некоторое время получить возможность подойти к мисс Горен и сказать ей, что
нашел грелки пустыми; и не только задумывает, но и действует, как задумал.
Вы считаете, это правдоподобно?
- Если вас послушать, - признался я, - то не очень.
- Я описал все так, как оно должно было случиться. Но было ли так на
самом деле? Я уверен, что нет. Он заметил грелки только потому, что они
действительно были пустыми, на полные он вообще не обратил бы никакого
внимания - то ли в постели больного, то ли в постели покойника. Слов нет,
бывают люди, способные на подобную изобретательность и коварство, но он не
из их числа. Следовательно, приходится заключить: грелки он нашел пустыми,
но нам-то это что дает?
- Тут надо подумать. - Я сел.
- Подумайте. Дело дрянь, - в его голосе звучала горечь. - Я-то давно
это понял. Чтобы сохранить уважение к себе, - а это долг, который никому
нельзя передоверить, - я просто обязан докопаться до сути. Может, виновата
мисс Горен? Взяла и положила в постель пустые грелки?
- Исключено, сэр. Я думаю на ней жениться. И потом, я просто в это не
верю. Она квалифицированный медик, а ни одна обученная квалифицированная
сиделка такого ляпсуса допустить не может.
- Согласен. Тогда что мы имеем? Около полуночи, буквально перед уходом,
мисс Горен наполнила грелки горячей водой и положила их в постель. Часов в
шесть утра Пол Файф нашел обе грелки в постели, но пустые. Кто-то их взял,
вылил воду и положил обратно. Зачем? Объясните.
- Что вы на меня так смотрите? Я их не выливал. Почему я должен
объяснять?
- Да вы и не сумеете ничего объяснить. Скажете, что их вылили с целью
убийства? Смешно. Объяснить это невозможно, а все необъяснимое в деле о
смерти приобретает зловещий оттенок, особенно если покойник - миллионер.
Прежде чем задать вопрос, кто это сделал, я должен ответить на вопрос -
зачем?
- Не обязательно, - возразил я. - Задачу можно упростить.
Ограничиваемся этой тысячей, но даем не отрицательный ответ, а
положительный. Пусть Пол передает дело копам. Что и требовалось доказать.
- Пф. Вы не шутите?
Я сдался.
- Шучу. У вас безвыходное положение. Единственное, что придет копам в
голову, это что сиделка сама оставила грелки пустыми, и теперь боится
признаваться; а кончится все тем, что Джонни Эрроу отметелит весь отдел по
расследованию убийств, от инспектора Кремера до самого последнего копа. -
Тут я вдруг заподозрил подвох и посмотрел на него. - Это что, просто трюк
такой? Сами вы уже поняли, для чего были вылиты грелки, или думаете, что
поняли, и хотите, чтобы я лишний раз убедился в вашей гениальности?
- Нет. Я запутался окончательно. Не знаю, что и делать. Это не загадка,
это черт знает что такое, - Он взглянул на настенные часы.
- Пора ложиться. И такая головоломка на сон грядущий. Однако сначала -
инструкции на завтра. Ваш блокнот, пожалуйста.
Я достал блокнот из ящика письменного стола.
В среду утром, позавтракав, как обычно, с Фрицем на кухне (а Вулф, тоже
как обычно, съел свой завтрак у себя наверху), я принялся за эти инструкции.
Они были простые, но выполнить их оказалось совсем не просто. Первой и
главной задачей было дозвониться до доктора Буля и устроить так, чтобы он
явился к нам в кабинет к одиннадцати часам - время, когда Вулф спускается в
кабинет из теплицы, - и привел с собой Энн Горен. Во-первых, дозвонился я до
него только к полудню. С девяти до десяти он на вызовах - это все, чего я
добился от секретарши. Я попросил передать ему, чтобы он мне позвонил, но
звонка так и не дождался. После десяти к телефону стала подходить медсестра.
Первые три раза она отвечала любезно и с нотками сочувствия в голосе, потом
- коротко и сухо. Доктор все еще обслуживает вызовы, о моей просьбе ему
передали, но что она может сделать, если у него слишком много работы. Когда
он наконец мне позвонил, уговориться с ним и мисс Горен на одиннадцать было
уже невозможно, часы показывали без четверти двенадцать, поэтому я предложил
три часа и услышал категорическое нет. Ни в три, ни в четыре - никогда. Все,
что он мог сказать о смерти Бертрама Файфа, он уже сказал, но если у Вулфа
есть желание поговорить с ним по т
...Закладка в соц.сетях
