Жанр: Детектив
Лига перепуганных мужчин - Ниро Вульф
...анном деле. А я считал, что все детективы - тупицы.
- Так оно и есть. Я, к примеру, настолько недалек, что так и не знаю,
вы ли доставили Дору Чапин на Девятнадцатую улицу вчера вечером и привезли
ее назад. Я как раз собирался спросить вас об этом.
- Тогда я скажу, что нет. Лорри Бартон был замечательный парень. Раз он
умер, а Поль Чапин попал в тюрьму, забава кончилась. Даже для меня. Я не
возил миссис Чапин к Бартонам, она отправилась туда на своей собственной
машине.
- Она сама водит?
- Точно. Не знаю, почему она сегодня вздумала вызвать меня, может быть,
потому, что ей не хочется оставлять свою машину перед Томбсом, она туда
собирается.
Я спрыгнул с подножки и отступил назад, потому что из подъезда вышла
Дора Чапин и двинулась к такси. Она взглянула на меня, и я увидел в ее
глазах выражение, которому мне трудно дать точное наименование. Во всяком
случае, восхищения в нем не было.
Я решился.
- Миссис Чапин, не мог бы я поехать с вами?
Она влезла в машину и с шумом захлопнула дверцу, не соизволив мне
ничего ответить. Я не был в восторге, потому что ради нее я приехал на
Перри-стрит.
Дойдя до угла, я позвонил Вулфу, что не успею вернуться домой к ленчу,
купил "Таймс", вернулся к "родстеру", устроился поудобнее и приготовился
ждать. Если только она не знала какого-то заветного слова, инспектор Кремер
не разрешит ей очень долго торчать в тюрьме.
Все же я прождал почти полтора часа, и тут мне снова не повезло: вместо
того чтобы остановиться около главного входа, Скотт объехал здание кругом, и
они вдвоем вошли в него с черного хода.
Видя это, я принялся чертыхаться в душе. У меня давно сосало под
ложечкой, а тут новое осложнение.
Выйдя из машины, я решительно зашагал к крыльцу дома 203, прошел к
лифту и назвал пятый этаж. Человек посмотрел на меня с обычной
подозрительностью, но не стал приставать с вопросами.
Я вышел на пятом этаже и нажал кнопку звонка квартиры 5-С.
Дора Чапин отворила дверь, я поставил ногу на порог.
Мне не стоит гордиться тем, что произошло потом, но не могу согласиться
с теми ядовитыми замечаниями, которые позднее должен был выслушать от Вулфа.
Конечно, я допустил большую ошибку, но с кем такого не случается?
Дора Чапин спросила, чего я хочу, я ответил, что мне надо кое-что
спросить у Питни Скотта. Она ответила, что он освободится через полчаса, так
что я могу обождать его внизу, и попробовала закрыть дверь, но ей мешала моя
нога.
Я сказал:
- Послушайте, миссис Чапин, я хочу и вас спросить кое о чем. Вы
предполагаете, что я против вашего мужа, но это не так. Я за него. Мне есть
что вам сказать. Впустите меня. Вы ничем не рискуете, Питни здесь.
Она широко распахнула дверь и сказала:
- Входите.
Эта резкая перемена должна была бы меня насторожить, но я решил, что
напугал ее, и подумал про себя, что если доктора Бартона прикончил не ее
муж, то эта мегера наверняка могла бы это сделать.
Я вошел и последовал за ней на кухню. Там за белым блестящим столиком
сидел Питни Скотт, расправляясь с жареной курицей. На блюде оставалось еще
три или четыре куска, аппетитных и румяных.
Я обратился к миссис Чапин:
- Может быть, мы пройдем в комнату, предоставив мистеру Скотту
возможность наслаждаться едой без помехи?
Она указала рукой на стул, одновременно кивнув на блюдо.
- Курицы много.
Потом повернулась к Скотту.
- Я принесу вам выпить.
Он покачал головой, поспешно прожевал и проглотил кусок.
- Я уже десять дней в рот не беру виски, мне лучше его не нюхать. Вот
если бы вы приготовили кофе, я был бы весьма признателен... Присаживайтесь,
мистер Гудвин, и помогите мне.
Я был голоден, курица выглядела чрезвычайно заманчиво, точно так же,
как и салат.
Короче, я сел за стол, а Скотт придвинул мне блюдо.
Дора Чапин возилась у плиты, по комнате запахло кофе. Ее шея все еще
была забинтована, что не прибавляло ей привлекательности, особенно же
безобразно выглядели выбритые места на затылке. Она оказалась более рослой,
чем я предполагал, и наверняка сильной.
Через пару минут она вышла зачем-то в столовую, а я вплотную занялся
курицей.
Вскоре возвратилась Дора Чапин с кофейными чашками и сахарницей.
Конечно, это было в кофе. Она наверняка всыпала в кофейник все
снотворное, которое было в доме, потому что снадобье оказалось
сильнодействующим. Кофе был горячим, крепким, никакого привкуса я в нем не
заметил.
Я начал чувствовать действие наркотика, когда потянулся за сигаретами,
чтобы угостить Скотта, я одновременно заметил странное выражение его лица.
Он опередил меня на несколько секунд.
Дора Чапин снова вышла из комнаты.
Скотт посмотрел на дверь, через которую она вышла, попытался подняться
со стула, но у него ничего не получилось. По сути дела, это было последнее,
что я запомнил. Очевидно, после этого я кое-что еще делал, потому что, когда
дурман прошел, я находился в столовой на полпути к двери, которая вела в
гостиную и холл.
Пришел я в себя уже затемно. Это я сразу сообразил. Пожалуй, только
это, потому что я не мог двигаться и не был в состоянии открыть глаза.
Где-то справа, как в тумане, я заметил два продолговато пятна света и стал
мучительно соображать, что это такое. Наконец до меня дошло, что это были
окна в совершенно темной комнате, где я находился, зато на улице горел свет.
После этого я сосредоточился на мысли, где я нахожусь. Память
возвращалась, но все перепуталось. Я все еще не мог сообразить, куда я
попал, хотя голова моя буквально раскалывалась от тех усилий, которые я
делал. Встать на ноги я не мог, с большим трудом мне удалось подняться на
четвереньки и таким образом добраться до стены, по дороге натыкаясь на
мебель. Касаясь одним плечом стены, я добрался до двери, каким-то чудом на
минуту поднялся и сумел нажать на выключатель. Загорелся свет. Первое, что я
увидел, были мои собственные вещи на полу: связка ключей на кольце,
бумажник, блокнот и карандаш, перочинный ножик, авторучка, носовой платок -
короче, содержимое моих карманов.
С помощью соседнего стола мне снова удалось подняться на ноги, но они
подо мной подкашивались. Я свалился на пол, со стоном приподнялся, отыскивая
глазами телефон. В этом помещении его не было, и тогда я пополз в гостиную.
Телефон находился на тумбочке у противоположной стены. Расстояние было таким
большим, что мне захотелось лечь на пол, закрыть глаза и не двигаться. Чтобы
не поддаться соблазну, я был готов завыть, но даже на это у меня не хватало
сил.
По всей вероятности, полз я долго, но в конце концов добрался до
телефона, сел возле тумбочки на полу, потянулся к аппарату и снял трубку.
Прижав ее к уху, я услышал очень слабый мужской голос. Я сказал номер Ниро
Вулфа, услышал, как он просит меня повторить, потому что я говорю слишком
тихо. Тогда я закричал и, видимо, попал в точку, потому что через некоторое
время услышал другой голос и снова завопил:
- Мне нужен Ниро Вулф!
Голос что-то промямлил, я попросил говорить громче и спросил, кто это,
но тут же сообразил, что разговариваю с Фрицем. Я попросил его позвать
Вулфа, он ответил, что его нет, на что я заметил, что он ненормальный. В
ответ он стал бормотать что-то долгое и непонятное. Я опять попросил его
говорить громче и ясней.
- Я говорил, Арчи, мистера Вулфа нет дома. Он поехал искать тебя.
Кто-то за ним приехал, и он сказал мне, что едет за тобой.
Мне было очень трудно держать в руках телефон, дело кончилось тем, что
аппарат упал на пол, голова поникла, глаза закрылись, я зажал виски
ладонями. Мне думается - я плакал.
Глава 19
Я не имею ни малейшего понятия, сколько времени я просидел на полу. Вся
беда заключалась в том, что теперь все мои мысли были сосредоточены на том,
что Вулф куда-то уехал.
Наконец я услышал какой-то шум и понял, что кто-то пытается высадить
дверь. Ценой больших усилий мне удалось подняться, использовав телефонную
тумбочку в качестве опоры, по стене добраться до двери и отворить ее. Двое
парней, которых я впустил, набросились на меня с руганью за то, что трубка
снята с рычага, так что никто не может дозвониться.
К этому времени я уже мог говорить гораздо лучше. Уж не знаю, что я им
сказал, но достаточно для того, чтобы один из них побежал за доктором, а
второй помог мне подняться со стула и препроводил меня на кухню. Начал он с
того, что включил свет. Скотт соскользнул со стула и ничком лежал на полу.
Мой стул был перевернут. Я почувствовал дуновение холодного воздуха и тут же
увидел, что одна половина стекла была разбита. Я до сих пор не знаю, чем это
я запустил в него, уж не блюдом ли с остатком курицы. Но, как бы то ни было,
это не возбудило в прохожих любопытства в такой степени, чтобы заставить их
подняться наверх.
Парень наклонился над Скоттом, я принялся его тормошить, но бедняга
ничего не чувствовал.
Использовав снова стены и мебель, я ухитрился вернуться в столовую,
потому что мне казалось, что у меня что-то исчезло, только я никак не мог
сообразить, что именно. Но я все же сообразил, что это был тот кожаный
футляр с пистолетами и орхидеями, который мне подарил Вулф и в котором я
держал свои документы. Поверите ли, мне стало так обидно, что я снова
заплакал. Я плакал и сжимал кулаками себе виски, стараясь понять, почему
Дора Чапин одурманила меня каким-то наркотиком так сильно, что смогла
беспрепятственно обыскать меня, а потом взяла у меня не что иное, как эту
очаровательную вещицу.
Доктор настаивал на том, что прежде чем дать мне противоядие, ему
необходимо узнать, чем нас споили. И он отправился в ванную, а я поплелся за
ним и почти добрался до ванной, когда неожиданно вспомнил, что было что-то
странное в фигуре Питни Скотта, лежащего на полу. Я повернулся и двинулся на
кухню. Взглянув на Скотта, я сразу же сообразил, в чем дело: он был в одной
рубашке. Его серая форменная куртка таксиста исчезла.
Я старался сообразить, почему это так важно, когда в кухню вошел врач
со стаканом какого-то темного снадобья в руке. Он что-то сказал и подал мне
стакан, проследил, чтобы я все выпил до дна, а потом подошел к Скотту и
опустился возле него на колени.
Питье имело горьковатый вкус. Я вцепился в парня, который ходил за
врачом. Я попросил его спуститься вниз и включить телефон Чапина, а потом
выйти на улицу и проверить, стоит ли такси Скотта у обочины.
После этого я вновь возвратился в гостиную и плюхнулся в кресло рядом с
телефоном. Как только в трубке загудело, я вызвал телефонистку и сказал ей
номер.
Ответил Фриц.
Я сказал:
- Это Арчи. Что это ты мне недавно говорил о Вулфе?
- Ну... Мистер Вулф уехал.
Теперь я слышал его гораздо лучше, мне даже было ясно, что он старается
убрать из голоса дрожь.
- Он мне сказал, что едет за тобой, и что он подозревает, что ты
пытаешься заставить его повысить тебе жалованье. Он...
- Обожди минуточку, Фриц, Который сейчас час? На моих без четверти
семь?
- Так оно и есть. Мистер Вулф уехал почти четыре часа назад. Арчи, где
ты?
- К черту "где я"! Что случилось? Кто-то к нему явился?
- Да, я подошел к дверям. Человек мне подал конверт.
- Это был таксист?
- По-моему, да. Я отнес конверт мистеру Вулфу, он почти сразу же пришел
ко мне на кухню и сказал, что уезжает. Мистер Хиббард помог ему надеть
пальто, коричневое с большим воротником, я достал ему трость, шляпу и
перчатки.
- А такси ты видел?
- Да, я вышел вместе с мистером Вулфом и отворил ему двери в машине,
Арчи, Бога ради, скажи мне, что я могу сделать?
- Ровным счетом ничего. Дай мне поговорить с мистером Хиббардом.
Я сказал ему:
- Это Арчи Гудвин. Вы не забыли, что обещали мистеру Вулфу не подавать
признаков жизни до вечера понедельника, не так ли?
В голосе Хиббарда слышалось раздражение.
- Это так, мистер Гудвин, но мне кажется...
- Бога ради, позабудьте все, что вам кажется. Вы держите данное слово?
- Ну... Держу.
- Вот и прекрасно. Скажите Фрицу, что я сразу же позвоню, как только
будут новости.
Я повесил трубку.
Темное снадобье, которое мне дал врач, в какой-то мере подействовало,
но в голове у меня по-прежнему стучали молотки.
Пришел лифтер. Он сообщил, что такси Скотта исчезло. Тогда я попросил
телефонистку соединить меня с номером Спринг 7-3100.
Кремера на месте не оказалось, и его нигде не могли сыскать. Когда я
позвонил Кремеру домой, мне сказали, что его нет дома, но я так убеждал их
изменить мнение, что в конце концов он подошел к телефону.
Я не подозревал, что смогу так обрадоваться, услышав голос
полицейского. Я ему сразу же выложил, где нахожусь и что со мной случилось,
после чего заявил, что пришла его очередь помочь Ниро Вулфу.
- Эта сука миссис Чапин украла такси и заманила в него Вулфа. Теперь
она его куда-то увозит. Она увезла его четыре часа назад, так что теперь они
могут находиться черт знает где. Слушайте, инспектор, ради Бога, объявите
общий розыск коричневого такси марки "Стьювесант" МС-28-6342. Дайте
распоряжение радиофицированным машинам. Послушайте, лично я считаю, что
Бартона ухлопала эта психопатка, а не ее хромой муж. И если только она мне
попадется... Что?.. Нет, я вовсе не возбужден... О'кэй, инспектор, спасибо.
Я повесил трубку, поднялся, подошел к окну и чудом не вывалился наружу.
Холодный воздух мне показался совершенно ледяным. Я был уверен в двух вещах:
если моя голова будет и дальше так трещать, то она расколется. И второе.
Вулф был мертв. Казалось естественным, что эта ненормальная женщина заманила
его к себе в машину с единственной целью - его убить. Зачем бы еще он ей
понадобился?
В голове пронеслась какая-то новая мысль, я перегнулся через
подоконник, чтобы посмотреть вниз. Мой "родстер" стоял на прежнем месте. Я
подумал, что если сумею до него добраться, то уеду на нем.
Я решил это осуществить, но прежде чем ехать, я должен был решить, куда
же именно ехать. Где мне искать Вулфа? Но я подсознательно чувствовал, что
есть такое место, куда мне было крайне важно попасть. И мне стало ясно, что
я хочу домой. Хочу увидеть Фрица, кабинет и убедиться собственными глазами,
что Вулфа нет.
Я двинулся к холлу. Почти у самого выхода меня задержал телефонный
звонок, я взял трубку, автоматически сказав "алло".
Голос спросил:
- Челси 232924? Соедините меня с квартирой мистера Чапина.
Я чуть не выронил трубку, потом спросил:
- Кто это?
Голос сказал:
- Человек, желающий, чтобы его соединили с квартирой мистера Чапина.
Это не ясно?
- Извините за то, что я спрашиваю, кто вы. Голос похож на Ниро Вулфа.
Где вы?
- Ах, это ты, Арчи? После того, что миссис Чапин рассказала мне, я не
ожидал, что ты в состоянии управляться на коммутаторе жилого дома. Я
испытываю большое облегчение. Как ты себя чувствуешь?
- Прекрасно, восхитительно, а вы?
- Достаточно удовлетворительно. Миссис Чапин ведет машину в ритме
стаккато, плюс болтанка этого немыслимого такси. Ну, ладно, в настоящий
момент я стою, а я терпеть не могу разговаривать по телефону стоя. И потом
мне крайне не хотелось снова садиться в это такси. Если это возможно,
приезжай за мной на "седане". Я в гостинице "Бронкс Ривер", неподалеку от
железнодорожной станции Будлаун. Ты знаешь, где это?
- Знаю. Я приеду.
- Особой срочности нет, мне здесь достаточно удобно.
- О'кэй.
В трубке щелкнуло. Вулф ее повесил.
У меня было странное состояние: с одной стороны, я почувствовал
облегчение, а с другой - у меня было тошно на душе, потому что я позвонил
Кремеру и поднял тревогу, потому что Вулф находился черт знает как далеко и
неизвестно в каком состоянии, потому что мне надо было за ним туда ехать, а
каково мое состояние, я прекрасно знал. Мои глаза все время слипались, я был
вынужден встряхивать головой, чтобы не заснуть на ходу. От злости я решил,
что в следующий раз, когда повстречаю Дору Чапин, возьму свой перочинный
ножик и отрежу ей голову полностью.
Я позвонил в гараж на Десятой авеню и распорядился залить бензином бак
"седана" и поставить его у обочины. И двинулся к выходу.
Не стану описывать в подробностях, как мне удалось выйти из квартиры и
спуститься на лифте, скажу только, что я падал, поднимался и снова падал,
кое-где полз на коленях, останавливался, отдыхал, собирался с силами и шел
дальше, но в конечном итоге я все же очутился на улице и подошел к своему
"родстеру".
Как я на нем ехал, не имею понятия. Можно было предположить, что я
ударялся обо все столбы и десятки раз нарушал правила, но самым
поразительным было то, что, когда я на другой день осматривал машину, на ней
не оказалось ни одной свежей вмятины или царапины. Так что чудеса все же
бывают.
Доехав до гаража, я несколько раз нажал на сигнал, вызывая Стива. Тот
явился, я объяснил ему, каково мое состояние, и попросил сесть в "седан" и
отвезти меня немедленно в Бронкс.
Он спросил, не дать ли мне чего-нибудь выпить, я грозно зарычал в
ответ. Усмехнувшись, он пошел в помещение, я же устроился в "седане",
который уже стоял у обочины. Через три минуты Стив снова показался уже в
пальто, сел за руль, и мы поехали. Практически всю дорогу я боролся со сном,
раздирая веки пальцами, когда они у меня слеплялись.
Наконец Стив произнес:
- Мы приехали.
Я поднял голову и постарался пошире раскрыть глаза. Мы остановились.
Через тротуар возвышалось здание "Бронкс Ривер Инн". У меня было чувство,
что оно надвигается на меня, а не я приближаюсь к нему.
Стив спросил:
- Вы в состоянии двигаться?
- Конечно.
Я упрямо сжал челюсти, открыл дверцу и вылез наружу. Довольно
благополучно я пересек тротуар, на секунду вздохнул перед решеткой,
внутренне подстегнул себя и шагнул через порог.
На террасе стояли голые столы, за которыми никто не сидел, тогда я
открыл еще одну дверь и очутился в главном зале. Тут некоторые столы были
заняты. Посетитель, которого искал я, занял столик в самом дальнем конце
зала. Я пошел туда.
Ниро Вулф каким-то чудом уместился на стуле, которого было маловато для
одной его половины. Его коричневое тяжелое пальто занимало второй стул,
стоящий рядом. А против Вулфа я заметил повязку на шее Доры Чапин. Она
сидела лицом к нему, повернувшись ко мне спиной.
Увидев меня, Вулф кивнул.
- Добрый вечер, Арчи. Я снова чувствую облегчение. После разговора по
телефону мне пришло в голову, что, возможно, ты не будешь в состоянии
управлять машиной. Я очень рад. Ведь ты знаком с миссис Чапин. Садись. У
тебя такой вид, как будто стоять тебе противопоказано.
Он поднес кружку пива к губам и сделал пару глотков. Я обратил
внимание, что какая-то не слишком аппетитная еда осталась у него нетронутой
на тарелке, а вот Дора Чапин съела все до последней крошки.
Я убрал пальто и шляпу Вулфа со стула и сел. Вулф спросил, не хочу ли я
стакан молока. Я покачал головой.
После этого он заговорил:
- Если ты благополучно доставишь меня сегодня домой, то твои заслуги за
сегодняшний день ограничатся не только этим. Благодаря тому, что я
встретился с миссис Чапин при столь необычных обстоятельствах, хотя ты
можешь предположить, что так получилось нечаянно, ты подвел нас к решению
проблемы. Не сомневаюсь, что это известие тебя обрадует. Миссис Чапин
любезно согласилась принять мои...
Это были последние слова, услышанные мною. Единственное, что я еще
запомнил, это то, что тот провод, которым были зажаты мои виски, неожиданно
порвался с шумом. Позднее Вулф мне рассказывал, что моя голова ударилась об
край стола с такой силой, что он испугался, не раскололась ли она, как
спелый арбуз, а я совершенно отключился.
Проснувшись в понедельник утром, я почувствовал, что мне не хочется
вставать. Когда я очухался настолько, что сообразил, где нахожусь, у меня
появилось ощущение, что я лег спать в разгаре поста, а теперь уже Рождество.
И тут я заметил, что возле моей кровати стоит доктор Волмер.
Я подмигнул ему.
- Хэлло, доктор. Я вижу, вы превратились и домашнего врача.
Он подмигнул мне в ответ.
- Я просто заглянул проверить, как на вас подействовало то, чем я
накачал вас вчера вечером. Вроде бы...
- Что? Ах, да. Великий Боже.
Только тут до меня дошло, что комната залита солнечным светом.
- Который час, а?
- Без четверти двенадцать.
- Нет.
Я повернулся взглянуть на часы.
- Святые угодники!
Одним махом я спустил с кровати ноги и сел, и в ту же секунду мне
показалось, что тысячи ледяных иголок вонзились мне в череп.
- Ох, черт побери!
Я поднял руки ко лбу и попробовал осторожно покачать толовой.
- Доктор, это моя голова?
Волмер рассмеялся.
- Все будет олл-райт.
- Мистер Вулф спустился к себе в кабинет?
Врач кивнул.
- Да, я с ним поговорил по пути сюда.
Я с опаской встал на ноги и двинулся к ванной. Забравшись под душ, я
начал энергично растираться губкой. Доктор Волмер, подойдя к двери, сказал,
что он проинструктировал Фрица в отношении моей еды. Я ответил, что не хочу
никаких инструкций, а с удовольствием съем яичницу с ветчиной. Волмер снова
засмеялся и ушел. Мне было приятно слышать, как он смеется, потому что если
бы в моей голове действительно находились ледяные иголки, он, будучи врачом,
поспешил бы их извлечь оттуда, вместо того чтобы смеяться.
Я постарался как можно скорее принять надлежащий вид и спустился вниз
внешне весьма приличный, но крепко вцепившись в перила.
Вулф спросил, как я себя чувствую. Я ответил, что лучше всех, и занял
свое привычное место.
Он покачал головой.
- Но, Арчи, серьезно, нужно ли тебе подниматься?
- Не только нужно, но мне следовало давно это сделать. Вы же знаете,
что я человек действия.
Щеки у него разгладились.
- А я, разумеется, привержен к сидячему образу жизни? Комическая
перемена ролями произошла вчера, когда мы ехали домой из гостиницы, а это
миль десять-пятнадцать, и ты положил голову мне на колени.
Я кивнул.
- Очень забавно. Я уже давно вам говорил, мистер Вулф, что половину
жалованья я получаю за поденную работу, а вторую половину за то, что
выслушиваю ваше хвастовство.
- Так оно и есть, но сейчас нам надо заняться делом. Я сегодня
разговаривал по телефону с мистером Морли и с самим окружным прокурором. Мы
договорились, что я увижусь с мистером Чапином в Томбсе в два тридцать
сегодня. Ты припоминаешь, что в субботу вечером я начал диктовать тебе текст
признания Поля Чапина, когда тебя прервало известие от Фреда Даркина,
которое вызвало задержку. Если ты отыщешь эту страничку, мы сможем
продолжить. Мне надо иметь этот текст к двум часам.
Таким образом получилось, что я не только не получил яичницы с
ветчиной, о которой думал с вожделением, но даже не успел к ленчу с Вулфом и
Хиббардом, потому что мне все это нужно было напечатать. К этому времени
пустота в моем желудке переродилась в абсолютный вакуум, или как еще можно
назвать нечто большее, чем пустота? Так что я попросил Фрица сварить мне
пару яиц, принести молока, кофе, сыру и свежего хлеба прямо в кабинет на мой
стол
Я понимал, что документ, который предстояло подписать Полю Чапину,
должен был быть отпечатан по всем правилам искусства, моя же непутевая
голова почему-то совершенно перестала обращать внимание на такие вещи, как
орфография и пунктуация. Поэтому я печатал очень внимательно и медленно.
Затем я позвонил в гараж, чтобы к нашему дому доставили "седан" для
Вулфа, но мне ответили, что у них уже имеются указания самого мистера Вулфа,
которые предусматривают и шофера. Я подумал, не следует ли мне по этому
поводу обидеться, но потом решил, что нет.
Вулф справился очень быстро (для него) с ленчем. Он явился в контору
без четверти два, когда я едва-едва закончил печатать и укладывал три
экземпляра признания в коричневую папку. Вулф забрал ее у меня, велел мне
взять блокнот и записать все, что мне делать в его отсутствие. Он объяснил,
что просил прислать шофера из гаража. Кроме того он упомянул, что, учитывая
возможность прихода разных посетителей, он договорился с Хиббардом, что тот
днем никуда не будет выходить из своей комнаты до самого обеда.
Пришел Фриц предупредить, что машина ожидает у подъезда. Вулф сказал,
что будет готов через несколько минут.
Я, в который уже раз, поразился невероятному самомнению и выдержке
Вулфа. Оказывается, уже многое было подготовлено для приема членов "Лиги
перепуганных мужчин" в нашем бюро вечером в девять часов. И это до того, как
Вулф вообще повидался с Чапином. Разумеется, я не знал, что ему могла
рассказать Дора, кроме пары мелочей, включенных в текст признания, но ведь
подпись под этим документом должна была поставить вовсе не Дора, а ее
хромоногий супруг с белесыми глазами. А заставить его это сделать было
нешуточным дельцем, так что я не переставал радоваться тому, что Вулф не
вздумал поручить его мне.
Вообще, проявляемая Вулфом в этот день энергия была поистине
сногсшибательной.
Мало того что он за два дня дважды согласился покинуть стены своего
жилища, что само по себе было рекордом, он еще собственноручно звонил в
Бостон, Филадельфию и Вашингтон членам "Лиги" и человекам шести-восьми в
Нью-Йорке. И это уже после того, как мы вернулись домой в воскресенье
вечером, и даже звонил из своей спальни сегодня утром.
Мне поручалось известить о сборище остальных и обеспечить максимальный
"сбор клиентов".
Уже перед
...Закладка в соц.сетях
