Жанр: Детектив
Мой револьвер быстр
....
Я встал, налил себе и выпил.
- Ну, Лола, спасибо. Теперь я представляю, с чего начать. И можешь не
тревожиться - ты тут не при чем. Живи спокойно, а я время от времени буду
тебя навещать.
Лола медленно встала с кресла и обвила руку вокруг моей талии. Она
положила голову мне на плечо и задышала в шею.
- Будь осторожен, Майк. Пожалуйста, будь осторожен.
Я поднял ее подбородок и улыбнулся.
- Я всегда осторожен, сладость моя. Не волнуйся.
- Ничего не могу с собой сделать. Майк, я без ума от тебя. - Прежде
чем я заговорил, она опустила палец на мои губы. - Молчи! Я не набиваюсь -
только позволь мне любить тебя. Без обязательств, мистер Хаммер, просто
знай рядом кто-то, кому ты очень нужен, к кому можешь придти в любой
момент.. Ты чудесный парень, Майк. Если бы у меня хватило ума вести
нормальную жизнь, никуда бы ты от меня не ушел.
На этот раз я не дал ей говорить. Горячее тело трепетало в моих
руках. Я прижимал Лолу к себе, чувствуя, как дрожь возбуждения пробегает
по ее спине. Сочные губы раскрылись полыхающим пламенем, и кем бы она ни
была, все забылось.
Мне пришлось оттолкнуть ее. Мы остановились, судорожно дыша, и мой
голос мне не повиновался. Наконец я выдавил:
- Сохрани это для меня, Лола. Только для меня.
- Только для тебя, Майк, - повторила она. Она стояла посреди комнаты,
высокая и красивая, со страстно вздымающейся грудью, когда я вышел за
дверь.
Клуб "Зеро-Зеро" находился в самом начале шестой авеню; незаметное,
со скромной неоновой вывеской заведение, затерявшееся среди себе подобных.
Но посетители его жаловали - в четверть двенадцатого зал, практически
скрытый завесой сигаретного дыма, был уже набит битком.
У входа какой-то тип с поклоном и протягиванием руки играл роль
портье и я дал ему двадцатипятицентовик, чтобы он запомнил меня как
мелкого спекулянта. В противоположность большинству местечек, здесь
обходились без стандартных дешевок и хромированной мишуры. Стены были
обиты благородным красным деревом, столики сгруппированы вместе, в нише
рядом с площадкой для танцев помещался оркестр.
Судя по лицам, нью-йоркцев было мало, по крайней мере, что касается
мужчин. В основном, приезжие, вышедшие вечером на поиски развлечений.
Сразу выделялись женатые. Они сидели у стойки и потягивали коктейли, один
глаз держа на жене, а другой не сводя с ошивающихся вокруг них заблудших
девиц.
Да, атмосфера здесь была... Клуб возвращал во времена салунов Дикого
Запада, и денежной публике это нравилось. Рассеянные среди посетителей, в
толпе ходили "хозяйки", следящие за тем, чтобы никто не скучал. Я сел за
угловой столик, где уже веселилась компания ползунков, заказал подошедшему
официанту хайбол и стал ждать.
Через пять минут меня заметила "хозяйка" - крутобедрая блондинка. Она
одарила меня широкой улыбкой слишком красных губ и сказала:
- Хочешь позабавиться?
- Не очень.
Я потянулся и выдвинул ей стул. Она огляделась по сторонам и села. Я
подал знак официанту, и тот, не спрашивая, принес ей "Манхеттен".
- Это не чай, дружок. Ты платишь за хорошее виски, - заметила
блондинка.
- Положено предупреждать?
- Все эти простофили слишком много читали о "хозяйках", пьющих
исключительно холодный чай.
Не было смысла убивать время за праздной болтовней. Я прикончил
выпивку заказал еще порцию и спросил:
- Где Мюррей?
Блондинка бросила на меня острый взгляд, посмотрела па часы и
покачала головой.
- Он никогда не приходит раньше полуночи. Ты его друг?
- Не совсем. Мне нужно с ним повидаться.
- Обратись к Баки. Он замещает Мюррея, когда того нет.
- Вряд ли он мне поможет.
- Ты помнишь Нэнси Сэнфорд?
Блондинка опустила бокал и стала водить им по столу, оставляя влажные
круги.
- Помню. Она мертва, ты знаешь?
- Да. Я хочу выяснить, где она жила.
- Зачем?
- Послушай, детка, я детектив. У нас есть основания считать, что
Нэнси Сэнфорд была не той, за кого себя выдавала. Мы знаем о ней все. Но
надо еще кое-что прояснить.
- Почему же ты пришел сюда?
- Нам известно, что она работала здесь.
В глазах блондинки появилась печаль.
- Она работала в доме...
- Он сгорел, - прервал я ее.
- Затем, мне кажется, переехала на квартиру. Я не знаю, куда, но...
- Ты проверили. Там Нэнси обреталась только самое последнее время. А
где она жила раньше?
- Понятия не имею. Я потеряла ее след, когда она отсюда ушла. Боюсь,
что помочь не могу.
- Между прочим, за информацию назначена премия, - заметил я. -
Пятьсот долларов.
При этих словах ее лицо прояснилось.
- Ладно, придержи денежки. Я постараюсь что-нибудь узнать.
Она допила коктейль, махнула мне рукой и удалилась. Ясно, крошка не
прочь подработать. Не совсем то, ради чего я сюда пришел, но тоже может
что-нибудь дать.
Через полтора часа появился Мюррей Кандид. Я никогда не видел его
раньше, но по тому, как засуетились посетители, ставшие подмигивать и
выкрикивать приветствия в ожидании ответной улыбки, которая произведет
впечатление на подружку, можно было догадаться, что пришел босс.
Мюррей Кандид не походил на содержателя притона. Низенький и толстый,
розовощекий, с лучащимся скромностью лицом, он был похож на какого-нибудь
любвеобильного дядюшку. По его пятам следовали, как члены семьи, двое
типов, к которым единственно подходило слово "мордоворот". Оба были
молоды, одеты в безупречно сшитые смокинги. Они сочились улыбками и жали
руки знакомым - сильные, смелые, с уверенными взглядами. Работа им явно
нравилась. Готов поспорить, что они не пьют и не курят.
Компания приближалась. В тусклом свете я видел, как они прошли в
альков, направляясь к месту, которое меня интересовало - к конторе. Я
подождал, пока кончился танец, посмотрел номер со стриптизом и в полумраке
пробрался к алькову. Там был короткий коридор с двумя дверями. Одна
стеклянная, с надписью "Выход"; другая - металлическая, выкрашенная под
дерево, без ручки. Контора Мюррея. Я прикоснулся к кнопке, и где-то
прозвенел звонок, которого я не услышал, но через несколько секунд дверь
отворилась, и мне коротко кивнул один из телохранителей.
- Я бы хотел видеть мистера Кандида. Он Здесь?
- Да. Ваше имя?
- Мартин. Говард Мартин из Де-Мойна.
Он протянул руку к стене и снял трубку внутреннего телефона. Пока он
звонил, я ощупал дверь. Она была в три дюйма толщиной, с обивкой из
звукопоглощающего материала. Приятное местечко.
Парень повесил трубку и отошел.
- Мистер Кандид примет вас.
У него был особенный голос: невыразительный, лишенный малейшей
окраски, дающий возможность говорить, не выделяя ни одного слова. Дверь
сзади меня с тихим звуком закрылась, телохранитель открыл другую, и я
вошел в кабинет.
Я находился посреди комнаты, когда обернулся на шум и увидел, как
закрывается еще одна дверь. В этом месте было слишком много дверей, зато
не было и признака окон.
Мюррей Кандид сидел за массивным письменным столом, занимавшим
большую часть стены. За его спиной висели фотографии "хозяек" и студийные
портреты десятка знаменитостей, все с автографами. Кроме нескольких
стульев и дивана, на котором развалился еще один мордоворот, в комнате
больше ничего не было.
- Мистер Кандид?
- Мистер Мартин из... э-э... Де-Мойна, верно? - Он с улыбкой поднялся
и протянул руку. - Присаживайтесь. Чем могу быть полезен?
Типчик на диване, едва взглянув в мою сторону, равнодушно бросил:
- У него револьвер, Мюррей.
Он чуть было не застал меня врасплох.
- Точно, приятель, - согласился я. - Я полицейский, полиция Де-Мойна.
Однако меня это чертовски разозлило. Заметить кобуру под специально
пошитым костюмом... Да, ребята знают свое дело.
Мюррей лучезарно улыбнулся.
- Вы, офицеры, без оружия чувствуете себя голыми. Слушаю вас.
Я закурил, собираясь с мыслями.
- Нельзя ли пригласить несколько девушек на вечер? В начале месяца у
нас в городе съезд, и мы хотим хорошо провести время.
Брови Мюррея изумленно полезли вверх, и он в недоумении постучал
пальцами по столу.
- Я не совсем понимаю. Вы говорите... девушки?
- Ага.
- Но как я?..
Я одарил его полу-улыбкой, полу-усмешкой.
- Послушайте, Кандид. Я полицейский. Ребята из Нью-Йорка посоветовали
обратиться к вам.
Лицо Мюррея выражало полнейшую растерянность.
- Ко мне? Да, я имею дело с туристами, но какая может быть связь?...
Как я могу обеспечить вас девушками? Я ведь не.... не...
- Мне советовали обратиться к вам.
Он снова улыбнулся.
- Похоже, здесь какая-то ошибка, мистер Мартин. Сожалею, но ничем не
могу вам помочь.
Он встал, показывая, что разговор окончен, но руки на этот раз не
предложил. Мальчики любезно кивнули мне, когда я выходил, и дверь позади
меня захлопнулась. Я не знал, что думать, поэтому прошел в бар и, держа в
руке бокал, тупо смотрел, как поднимаются и лопаются пузырьки.
...Там ничего не было, никакого сейфа, где симпатичный мистер Кандид
мог бы хранить книги. Что ж, раз их нет здесь, то они в другом месте -
если вообще существуют.
Допив коктейль, я взял шляпу и очистил славное заведение от своего
присутствия. Воздух на улице был не очень чист, но после духоты клуба пах
получше миллиона зелененьких. Напротив через дорогу находился "Прибежище
моллюска" - приятный погребок, специализирующийся на морской пище, где
можно спокойно посидеть и одновременно понаблюдать за улицей. Я заказал
пива и начал ждать..
Я не рассчитывал, что это произойдет так скоро. У меня оставалось еще
полпорции моллюсков, когда у выхода из "Зеро-Зеро" появился Мюррей Кандид.
Он постоял немного и важной походкой направился вверх по улице. Через
минуту я уже следовал за ним по другой стороне, футах в пятидесяти сзади.
Вскоре я понял, куда он идет. Впереди, на моей стороне, находилась
автостоянка, и Кандид шел наискосок, срезая угол; я не мог не
ухмыльнуться. Даже если он меня засечет, то лучшего объяснения не
придумать - моя машина тоже там запаркована.
Вслед за Кандидом я зашел на стоянку. Служащий взял мою квитанцию и
вручил мне ключи от машины, стараясь не заснуть, прежде чем получит на
чай.
Не слышалось ни одного звука, кроме шороха моих шагов по гравию. В
воздухе разливался только напряженный гул джунглей города и стальное
безмолвие, когда тигр затаился и готов прыгнуть.
И вдруг неподалеку кто-то слабо вскрикнул. Через секунду крик
повторился, и я сорвался с места.
В узком темном коридоре из хрома и металла машин на мое лицо мягко
опустилась тяжелая рукоять револьвера. Не было времени ускользнуть, не
было времени развернуться, перед тем, как последовали мощные удары в грудь
и в голову. Ноги крушили мои ребра, а торец револьвера методично молотил
лицо.
Из моих губ вырывались звуки - низкие звуки боли, закипавшей в
легких. Я хотел приподняться, схватиться за что-нибудь, все равно, за что,
но получил жестокий удар носком ботинка в подбородок. Моя голова
откинулась назад и врезалась в металл, и больше я не мог двигаться вообще.
Лежать было почти приятно. Боли я не чувствовал. Только толчки и
ощущение рвущегося мяса. Потом издалека донесся голос:
- Хватит на этот раз.
Другой голос заспорил, утверждая, что вовсе не хватит, но победил
первый. Толчки прекратились. Затем исчезли и звуки.
6
Меня разбудили первые косые лучи солнца. Они упали на крыши домов,
отразились в стеклах и хроме машин, вырвали меня из благословенного
онемения и вонзились тысячами игл острой боли.
Мое тело облепил гравий, а пальцы так впились в ладони, что их с
трудом удалось разжать. Пот, обильно заливавший лицо, пока я вылезал
из-под машины, смывал ручейками засохшую кровь.
Чувства возвращались медленно, пропорционально усилению боли,
повсеместной и нескончаемой. Голова буквально раскалывалась, в глазах
двоилось. Я уже кое-что вспомнил и начал соображать, из разбитых губ
вырвались проклятья.
Тяжесть, тянувшая меня вниз, оказалась моим револьвером. Он все еще
был под мышкой. Я так и не воспользовался им. Кретин, угодить в такую
ловушку! Круглый идиот, вполне заслуживающий того, чтобы ему набили морду!
Каким-то чудом уцелели часы, и теперь стрелки стояли на 6.15; значит,
я провалялся здесь всю ночь...
Подняться не удалось, ноги не держали меня, и я привалился спиной к
машине, пытаясь отдышаться.
Адская боль не позволяла шелохнуться. От одежды остались одни
лохмотья. С лица свисали кусочки содранной кожи, а притронуться к затылку
вообще было невозможно. В груди стучал и разрывался гигантский молот. Я не
мог определить, сломано ли у меня какое-нибудь ребро... судя по боли, не
было ни одного целого.
Не знаю, сколько я так сидел, бездумно пропуская сквозь пальцы
гравий. Может, минуту, а может, и час. Потом мне надоело процеживать
гравий, и я стал кидать мелкие камушки в колесо автомобиля напротив. С
коротким тонким звуком они ударялись в декоративный колпак и падали на
землю.
Затем вдруг раздался совсем другой звук" и я потянулся за камушком,
чтобы попробовать снова. Но это был не камень. Это было кольцо. Знакомое
кольцо с гравировкой, поцарапанное и помятое.
Неожиданно я забыл про усталость, забыл про боль. Я вскочил на ноги,
и скверная широкая ухмылка разлепила мои губы, потому что кто-то
поплатится жизнью, когда попытается забрать у меня кольцо Рыжей. Этот
"кто-то" умрет медленно и мучительно, и ставлю его проклятую голову, что
пока он будет умирать, я буду смеяться. Моя машина дожидалась меня на
своем месте. Я открыл дверцу и рухнул на сиденье, стараясь устроиться так,
чтобы тело меньше горело и ныло. Выезжая из ворот, я протянул в окошко два
доллара в уплату за превышение времени стоянки. Парень взял их, даже не
подняв глаз.
Тысячи ножей вонзались в мою плоть, ноги отказывались жать на педали.
Чудом никого не задавив, я добрался до Пятьдесят шестой улицы. У дома Лолы
была стоянка, я въехал и вырубил мотор. Когда волна боли немного схлынула,
я слез с сиденья и поплелся к парадной.
Лестница оказалась пыткой, у меня еле хватило сил, чтобы нажать
звонок. Дверь открылась, и глаза Лолы округлились.
- Боже мой, Майк, что произошло?
Она схватила меня за руку и провела в комнату, где я свалился на
диван.
- Майк... с тобой все в порядке?
Я с трудом сглотнул.
- Полный ажур.
- Я вызову врача!
- Нет.
- Но, Майк...
- Я сказал нет, черт побери! Оставь меня в покое. Мне нужно
отдохнуть.
Лола расшнуровала мои ботинки и подняла ноги на диван. Она была
взволнована, но, как всегда, прекрасна, в другом черном платье, казавшемся
на ней нарисованным.
- Куда-то собралась, детка?
- На работу, Майк. Теперь, конечно, не пойду.
- Я тебе дам "не пойду"! Сейчас это важнее всего. Только разреши мне
остаться здесь, пока я немного не оклемаюсь. Такие переделки для меня не
впервой, чепуха. Иди.
- У меня еще час.
Ее нежные руки опустились на мой галстук" развязали его и убрали. Она
вытащила меня из пиджака и рубашки без особых для меня страданий, и я
удивленно посмотрел на нее.
- Патриотизм, прошла курсы медсестер. Сейчас я тебя вымою.
Лола прикурила сигарету и сунула ее мне в рот, затем прошла на кухню,
и я услышал шум воды. Появилась она с кипой полотенец.
Мои мышцы застыли, и я не мог вынуть окурок изо рта, пока это не
сделала Лола. Достав ножницы, она разрезала мою майку. Мне было страшно
смотреть, но я себя не пересилил. По груди расходились полосы,
приобретающие густой багровый оттенок. Лола слегка надавила на ребра, ища
перелом, и даже это прикосновение заставило меня напрячься. Но зато мы оба
убедились, что кости не торчат, все обошлось.
Вода казалась обжигающе горячей и в то же время мягкой. Я лежал, а
Лола протирала мне лицо, плечи, грудь, руки, обрабатывала раны и ссадины..
Я уже почти спал, когда почувствовал, как пальцы расстегивают ремень. Мои
глаза приоткрылись.
- Эй, что... - начал я, но получилась жалкая пародия на речь, и Лола
не послушалась. Боль не давала шелохнуться, и мне оставалось лишь закрыть
глаза и позволить раздеть себя. Ее пальцы нежными, ласковыми
прикосновениями словно легчайшими перышками уносили боль, ручейками
горячей мыльной воды смывали грязь.
Это было замечательно. Это было так хорошо, что я заснул, а когда
проснулся, было четыре часа, и Лола уже ушла. На столе у изголовья стоял
кувшин воды с почти растаявшими кубиками льда, пачка "Лакиз" и записка.
Потянувшись за ней, я обнаружил, что боль поутихла. Записка гласила:
"Майк, дорогой, оставайся здесь до моего прихода. Все твои вещи пошли в
помойку, так что не пытайся от меня убежать. Я взяла ключи и захвачу из
твоей квартиры одежду. Револьвер под диваном, но, пожалуйста, в комнате не
стреляй, не то меня отсюда выставят. Веди себя хорошо. Люблю, Лола."
Одежда! Черт, неужели она выбросила... там ведь кольцо! Я откинул
простыню и вскочил, несмотря на возникшую боль. Впрочем, это оказалось
лишним. Мой бумажник, мелочь и кольцо лежали совсем рядом, на столе за
кувшином.
Но, по крайней мере, я смог без дополнительных усилий позвонить. К
телефону подошел мистер Берин-Гротин.
- А, это вы, Майк, добрый вечер. Как дела?
- Хвалиться нечем. Только что из меня едва не выбили дух.
- Что? Что такое?
- Я попал в ловушку. Сам виноват... В следующий раз буду умнее.
- Что произошло?
Я услышал, как он тяжело сглотнул. Насилие было противно самой его
натуре.
- Меня направили к некоему Мюррею Кандиду. Не найдя у него того, что
искал, я последовал за ним к автостоянке и там влип. Один из этих подонков
думает, что проявил снисходительность, позволив мне жить, но я начинаю
сомневаться в его доброте.
Мистер Берин потерял самообладание.
- Боже мой! Майк... возможно, вам не стоит... я имею в виду...
Я рассмеялся, но в моем голосе звучало все, что угодно, кроме
веселья.
- Они избили меня, но не запугали. Так, урок на будущее. В
определенном смысле я даже рад, что это случилось.
- Рады?! Боюсь, мне непонятна ваша точка зрения, Майк. Так...
чудовищно некультурно! Я просто отказываюсь.
- Один из ублюдков - убийца рыжеволосой, мистер Берин.
- Да? Это очень важно, разумеется... Но как вы узнали?...
- Он выронил кольцо, которое снял с пальца рыжей. Оно у меня.
На этот раз в голосе моего клиента прозвучало нетерпение.
- Вы видели его, Майк? Вы сможете опознать негодяя?
Боже, как мне не хотелось огорчать его.
- Увы, мистер Берин, там было темным-темно.
- Жаль. Майк... что вы теперь намерены делать?
- Не принимать все близко к сердцу - отшутился я. На меня навалилась
усталость. - Простите, я вам перезвоню потом. Сейчас надо хорошенько
помозговать.
- Конечно, Майк. Но пожалуйста... будьте осторожней. Если с вами
что-нибудь случится, я буду чувствовать себя виноватым.
Я как мог успокоил его, повесил трубку и улегся на диван, взяв
телефон с собой. Пата на работе не оказалось, и я позвонил ему домой. Он
молча меня выслушал. Я рассказал про все, кроме кольца.
И Пат это понял.
- Есть ведь еще кое-что?
- Почему ты так думаешь? - спросил я.
- Слишком ты доволен для парня, которому только что пересчитали все
кости.
- Да. Я, кажется, напал на след.
- Кто эти ребята? Мальчики Кандида?
- Не уверен. Конечно, не исключено, что они пришли туда раньше нас и
все организовали. Но у меня есть другая идея.
- Выкладывай.
- Когда я пришел, из кабинета Мюррея кто-то уходил. Кто-то, кто меня
видел. Я. следовал за Кандидом, а тот, другой - за мной. Поняв, куда
направляется Мюррей, он с несколькими ребятами нас обогнал.
- Тогда почему не вмешался Мюррей? - возразил Пат.
- Потому что у него такое положение - он должен быть чист и не
замешан ни в какие дела.
- Возможно, - согласился Пат. - Пожалуй, тут стоит покопаться...
Слушай, для тебя есть новость: я напал на след твоего приятеля.
- Приятеля? Какого?
- Финнея Ласта.
Я чуть не выронил трубку. Одно упоминание этого имени выводило меня
из себя.
- Я бы не сказал, что у него хорошая репутация, - продолжал Пат. -
Двумя городами на Западном побережье объявлен розыск. В обоих случаях он
подозревается в убийстве, но веских доказательств нет.
- Иными словами, не ухватиться?
- Да, Майк.
- А разрешение на оружие, которое он получил на работе у
Берин-Гротина?
- Ласт подумал и об этом. Оно возвращено по почте..
- Итак, у него остается другой метод.
- То есть?
- Для ножа разрешение не требуется, дружище, а Финней любит холодную
сталь.
Моя спина ныла, и я устал от долгих разговоров, поэтому пообещал Пату
позвонить позже и положил трубку. Поставив телефон на стол и устроившись
удобнее, я попытался раскинуть мозгами. Кольцо лежало в моей руке, а лицо
Рыжей стояло у меня перед глазами. Все жесткие черты разгладились, их
место заняла беззаботная счастливая улыбка...
Кольцо оказалось впору для моего мизинца, и я надел его.
В половине пятого меня вывел из состояния забытья звук
поворачивающегося в замке ключа. Я очнулся, выхватил из-под дивана
револьвер, поцарапав при этом руку, и отвел предохранитель.
Но это была Лола.
Ее так испугало выражение моего лица, что она выронила пакет, который
принесла с собой.
- Майк!
- Прости, детка, - нервничаю, - признался я и бросил пушку на стол.
- Я принесла тебе одежду.
Лола развязала пакет и подошла ко мне. Когда она села на край дивана,
я притянул ее к себе и поцеловал в губы.
Она улыбнулась, поглаживая меня пальцами по лбу.
- Как ты себя чувствуешь?
- Чудесно, милая. Мне просто нужно было выспаться. Еще несколько дней
помучаюсь, но совсем не так, как придется кое-кому. Давно мне не мяли
бока... В следующий раз буду держать глаза открытыми и всажу пулю в чьи-то
кишки, прежде чем войду в темный переулок.
- Пожалуйста, не говори так Майк!
- Девушка, вы прекрасны, - искренне сказал я, желая переменить тему.
Она рассмеялась. Затем быстро встала, одернула простыню и бросила: -
Ты тоже красив, - усмехнувшись дьявольским коварством.
Я издал вопль и схватился за покрывало. Когда Лола ушла на кухню, я
распаковал одежду и сообщение, что суп готов, встретил уже при галстуке.
- В естественном виде ты мне нравишься больше, - заметила Лола.
- Будь паинькой и накорми меня.
Закончив суп, она вывалила из сковороды на блюдо свиные отбивные. Их
было слишком много, и я уже хотел протестовать, но Лола положила и себе.
Она уловила мое удивление.
- Вот почему я выросла такой большой. Ешь плотнее, и будешь таким же.
Я был слишком голоден, чтобы разговаривать за столом. Закончили мы
пирогом.
- Хорошо?
- Восхитительно. Я чувствую себя заново родившимся.
Лола взяла сигарету.
- Что будешь делать, Майк?
- Сперва надо выяснить, зачем мне устроили ловушку, а потом - кто.
- Я предупреждала тебя, что Кандид опасен.
- Эта жирная образина безвредна, душка. За него работают деньги. Они
покупают людей, чтобы те делали то, на что он сам не способен.
- Я слышала о Мюррее такие истории, от которых уши вянут. Ты искал
книги, да?
- Нет. Он не держал бы их на виду. Я искал потайное место, но там не
было и признака сейфа. Если книги вообще существуют - а это под большим
вопросом - то запрятаны так далеко, что выкопать их будет непросто.
Я откинулся на спинку стула и затушил в пепельнице сигарету. Сидеть
прямо было еще больно.
- Допустим, я раздобуду компромат на Кандида - что это даст? Мне
нужен убийца, а не сенсационный материал для газет.
Сейчас я обращался больше к себе, чем к Лоле, пытаясь разложить все
по полочкам. Пока что я располагал бессмысленным нагромождением фактов,
которые могли оказаться важными, а могли не стоить ни гроша. Словно подъем
по бесконечной лестнице: каждый пролет ведет к следующему, а конца не
видно.
- Итак, Нэнси была убита. Причем весьма замысловато... Как это
произошло, я, черт побери, не знаю, но обязательно выясню. Мотивы? Ее
кольцо после смерти исчезло. То, что оно оказалось у одного из ребят, с
которыми мне пришлось иметь дело, - лишнее доказательство того, что это
убийство.
Однако кому нужна смерть Рыжей? Финней Ласт утверждает, что она
украла у него изобличающие документы. Пронесся слух, что с ней лучше не
связываться. Финней - крепкий орешек, и мог бы заставить парней держать
язык за зубами. Но чего они боятся? Получить по морде? Или получить пулю?
Черт побери, в городе не так-то просто стрелять в людей! Попробуй, вытащи
пушку и посмотри, как далеко ты уйдешь. Может, тебе и удастся напугать
кого-то, но ненадолго, и рано или поздно придется доказывать, что ты не
ограничиваешься пустыми угрозами. Кто пойдет на такое? Лишь тот, кто
уверен в своей безнаказанности.
Тут меня прервала Лола.
- Финней Ласт?
- Возможно. Подозревают, что он бандит. Но Финней слишком глуп.
- Думаешь, он мог убить Нэнси?
- Я бы много дал, дорогая, чтобы узнать это, - ответил я.
- Бедная Нэнси... До сих пор не понимаю, почему она им так мешала...
почему должна была умереть. Такая хорошая, мягкая, добрая...
- Но ведь что-то толкнуло ее на эту дорожку, верно?
- Да.
- Ты не думаешь, что она поступила так назло бывшему возлюбленному?
- Конечно, нет! Она чересчур умна!
Лола подалась вперед и посмотрела на меня долгим напряженным
взглядом.
- Майк... Что это за люди... те, что убивают?
- Грязные люди, крошка, - сказал я. - Деньги, власть они ценят выше
человеческой жизни и убивают, чтобы получить свое, а затем убивают чтобы
сохранить это...
- Тебе приходилось убивать, Майк?
Я почувствовал, как у меня пересохли губы.
- Да, и об этом я не ж
...Закладка в соц.сетях
