Жанр: Детектив
Исчезнувший сенатор
...дать, - сказал Джаретт. - Вы-то небось
считаете, что они тут же примчались? Лишь минут через двадцать я понял, что
мой звонок принес результаты, потому что в доме напротив началось какое-то
шевеление. Я увидел людей, которые высыпали на задний двор - пара копов в
форме, несколько человек в штатском да еще и солдаты, - я поверить не мог. И
прежде чем кто-то ко мне заявился, я уже услышал эту историю по радио и
понял, что я, как последний идиот, оказался свидетелем похищения.
У Питера пересохло во рту. Когда Питер предстал перед Бачем, тот
понятия не имел о масках. Никто и не заикнулся о личинах Хэллоуина. Скорее
всего, местные полицейские, явившиеся опросить Джаретта, не сочли эту деталь
заслуживающей внимания. Люди в чулках на голове и в масках были привычной
деталью криминального пейзажа города. Шпана, которая нападала на старушек в
лифтах, по их описаниям, как правило, носила маски. Дешевые магазинчики
приколов на Таймс-сквер продавали их сотнями. Питер снова вызвал из памяти
лицо человека, который нанес ему удар: горящие, глубоко посаженные глаза,
уродливый шрам, перекошенный рот. Да нет же! Сукин сын напялил на себя
маску. Вот почему его было невозможно найти среди моментальных снимков
Портовой комиссии. Человека с таким шрамом на лице не было. Они искали
примету, которой не существовало.
- Вы помогли мне решить проблему, - сказал Питер и коротко объяснил
Джаретту, в чем дело.
- Как вам это нравится?
Питер вынул из кармана бумажник, нашел в нем одну из своих визитных
карточек и нацарапал на ней несколько слов.
- Обложку для "Ньюсвью" обещать не могу, но вот это даст вам
возможность встретиться с руководством художественного отдела. Я лично
считаю, что и ваша девушка, и ваша горчица чертовски хороши.
На такси Питер добрался до офиса Портовой комиссии, расположенного
напротив Сити-Холл. Он понимал, что ни на йоту не приблизился к опознанию
личности человека, который нанес ему удар, но, по крайней мере, одно темное
место, которое не давало ему покоя, было расшифровано. В кабинете офиса он
нашел Джанет и агента Джейка Шривера.
- Мы уже слышали о масках, - сказал Шривер. - Не могу сказать точно
когда. Сообщения о них начали поступать примерно с середины ночи. Но вы
видели этого человека - опишите его. Если на нем была маска, расскажите о
ней, а мы прикинем, что к чему.
- Трудно объяснить вам, настолько быстро все произошло. - Питер потер
лоб. - Раздался звук разбитого стекла, вскрик Бобби. Я сидел за столом
вместе с Лаурой, мы, вскочив, кинулись к дверям. Но там уже стоял тот
человек, и мне на голову сразу же опустилась свинцовая труба. Я успел
обратить внимание на его глаза, которые, казалось, были готовы вылезти из
орбит, на шрам, на искаженный рот - и вырубился.
- Что это нам дает, если не считать того, что больше не надо искать
человека со шрамом? - спросила Джанет.
- Новость о похищении распространилась вскоре после полуночи, - сказал
Питер. - Где могли собраться на сходку восемь или десять докеров? Я не могу
представить себе, чтобы кто-то, услышав новости, побежал по домам приятелей,
подбивая их к бунту. Ручаюсь, эти типы где-то сидели. И в компании,
подзадоривая друг друга, они довели свой гнев до точки кипения. Это
психология толпы - какая-то деталь может бросить ее на улицу. Где это могло
быть? В каком-то зале, в баре, за карточной игрой?
Шривер кивнул, но от предположений воздержался.
- Они довели себя до такого состояния, что были готовы к насильственным
действиям. И я не могу себе представить, чтобы кто-то сказал: "Нам лучше
напялить маски. Вы, ребята, подождите, а я смотаюсь на Таймс-сквер и
прикуплю их". Нет, вряд ли. Скорее всего, кто-то предложил: "Помните те
маски Хэллоуина, что мы купили для ребят в прошлом году? Они как раз здесь
в..." Бог знает где, но во всяком случае под руками, в том месте, где они
были. Есть тут какие-то обычаи, связанные с Хэллоуином, Шривер? Детские
сборища, которые устраивают каждый год? Какая-то ежегодная вечеринка, на
которую все приходят в масках - танцуют, дурачатся? Ибо эти маски должны
были храниться в каком-то месте, о котором компания хорошо знала и могла
быстро добраться до них. Пока они пылали праведным гневом.
- У нас есть веские основания считать, что явились они сначала без
масок, - сказал Шривер. - Помните, они пытались вломиться через парадную
дверь? Полиция разогнала их.
- "Рассеяла", - вспомнил Питер.
- Так что они, удалившись, натянули маски, потому что не хотели, чтобы
их засекли во второй раз, и вернулись с тыльной стороны.
- Женщины должны все знать о вечеринках, приемах, традициях, повернулся
Питер к Джанет. - Женщины знают, когда надо украшать деревья к
Рождеству. И женщины не могут сочувствовать предполагаемым убийцам
семилетнего ребенка. Есть ли какая-то возможность поговорить с местными
женщинами?
- Единственный способ спокойно жить тут - это держать язык за зубами, вздохнул
Шривер.
- Думаю, похитителям можно дать заверения, что, если Лаура, Бобби и Тим
вернутся домой невредимыми, против них не будет предпринято никаких
действий, - сказал Питер. - Есть ли возможность распространить эту
информацию, чтобы она дошла до этих женщин?
- Но поверят ли они ей? - спросила Джанет. - Пусть даже ты и готов дать
такое заверение, что с того, Питер?
- Думаю, могу пообещать, что Лаура и Тим не будут выдвигать никаких
претензий, если никто не пострадает, - уточнил Питер. - В стране не хватит
тюрем, если сажать под замок всех, кто во время этого кризиса позволил себе
какое-то насилие. Уровень насилия предстоит определять тем, кто с ним
столкнулся.
- Но ты же не можешь пообещать этим людям?..
- Даю гарантию.
- Могу попробовать, - пожала плечами Джанет. - Есть несколько женщин, с
которыми мне доводилось иметь дело в конторе. - Легким, подчеркнуто
небрежным жестом она коснулась руки Питера. - А ты, Стайлс?
- Начну с самого начала, - сказал он. - Джаретт отработанная ступень.
Попытаюсь снова заявиться в закусочную О'Коннора.
- Не имеет смысла, - остановил его Шривер. - Там были и наши агенты, и
копы, и ФБР. Как только распространились сведения, в заведении стало пусто и
холодно, как за Полярным кругом. Теперь-то они знают, кто ты такой.
- Значит, не придется ходить вокруг да около, - сказал Питер.
Прежде чем сняться с места, Питер по телефону в кабинете Шривера
связался с Бачем. Тот в свое время дал ему номер районного отделения ФБР.
После некоторой заминки они обнаружили Бача в машине, в которой он
возвращался из пригородного полицейского отделения, на территории которого
было найдено тело Селлерса. В телефоне что-то трещало, но расслышать можно
было.
Похитители продолжали отмалчиваться. Никаких новостей о судьбе сенатора
Вардона не поступало.
- Никакого проблеска, - сказал Бач. - В обычном случае у нас уже были
бы кое-какие наводки. Мы переговорили со всеми двадцатью восемью
заключенными, освобождения которых требуют похитители. Все до одного играют
в ту же игру, что и Ллойд. Они понятия не имеют, кто их втянул в это; с ними
никто не контактировал; представления не имеют, кто старается их вытащить.
Ну что они еще могут сказать?
- Это может быть и правдой.
- Вы шутите?
- А вам не приходило в голову, что вся эта история с похищением могла
быть инсценировкой? - спросил Питер. - Кто-то хотел добраться до Селлерса, и
они его получили.
- Что за идея пришла вам в голову?
- Женская интуиция, - сказал Питер.
- То есть?
- Не важно. Мне довелось выслушать такое предположение. Я высмеял его,
но сейчас думаю, может, оно не такое уж глупое? Женщина предположила, что
убийцы выбросили тело Селлерса в том месте не случайно - они хотели, чтобы
его нашли... или же их вообще не волновало, найдут ли его. Как только с ним
покончили, игра подошла к концу.
- А Вардон?
- Он подвернулся под руку, и его пришлось захватить - заодно.
- То есть нужно начинать искать его тело?
- Может быть.
- Концы с концами не сходятся, - сказал Бач таким тоном, словно хотел
убедить сам себя. - Похищение было слишком продуманным - пошли на риск,
подсунули записку под дверь Вар-дона, назвали вас посредником, связывались с
нами по телефону. Если кто-то так отчаянно хотел расправиться с Селлерсом,
то его можно было просто пристрелить. Зачем ставить на уши все Соединенные
Штаты? Продолжайте звонить мне, Стайлс. Если они по-прежнему хотят иметь с
вами дело, у меня должна быть возможность сразу же связаться с вами. Где вы
сейчас?
- В помещении Портовой комиссии.
- Послушайте, я понимаю, как вы беспокоитесь о миссис Ллойд. Я понимаю,
как вы озабочены поисками вашего приятеля со шрамом. Но...
- Нет никакого человека со шрамом, - прервал его Питер и изложил всю
историю с масками Хэллоуина.
- Я тоже слышал о масках... от этого парня, художника. Но вы так четко
описали этого человека!
- Как и любой бы на моем месте.
- Я начал было говорить, что понимаю вашу обеспокоенность за ваших
друзей, - сказал Бач. - Но не забывайте: лучший способ помочь им - это найти
Вардона.
- Это может занять слишком много времени, - буркнул Питер.
- Просто помните, что ключ к его освобождению может оказаться в ваших
руках. Так что снова напоминаю - оставайтесь на связи.
- Ладно. - Питер посмотрел на часы. - Звоню вам примерно в два часа.
- И хладнокровней, - сказал ему Бач. - За мертвых героев никто не даст
и ломаного гроша.
Питер покинул помещение комиссии, пообещав оставаться на связи. Похоже,
игру на данном этапе можно именно так и назвать: оставаться на связи. Пока
ни у кого не было никаких новостей, если не считать мистера Джаретта и его
масок Хэллоуина.
По всей видимости, парк, окружающий Сити-Холл, привлекал к себе
демонстрантов. Среди них виднелось несколько металлических касок, и Питер
заметил написанные от руки плакаты с требованием освободить Вардона и
Селлерса или расстрелять заключенных, освобождения которых добиваются
похитители.
День лишь подходил к полудню, но уже было жарко, а в воздухе висели
клубы выхлопных газов. Закусочная О'Коннора, с посещения которой Питер
собирался начать, находилась на порядочном расстоянии, и в поисках такси он
направился в сторону Бродвея. Может, это было чистой случайностью, может,
сработал какой-то внутренний радар, но он поймал себя на том, что
оглядывается на молодого человека с длинными волосами, блестящими черными
глазами и гибкой мускулистой фигурой. На нем были тугие слаксы и яркая
спортивная рубашка навыпуск. Питер не мог не заметить, что эти темные глаза
явно следят за ним. Он подумал, что этот молодой человек вот-вот подойдет к
нему и заговорит. Правда, у него не было уверенности, что у молодого
человека мирные намерения, может, он приглядел Питера как возможную жертву.
В наши дни такие уличные грабители редко оглядываются по сторонам; им нужна
не мелочь на чашку кофе, а деньги на дозу наркотика. Молодой человек
отвернулся и уставился в витрину магазина.
Может, дело в напряжении, которое спазмами сводило ему желудок, подумал
Питер. Выйдя на Бродвей, он остановил проезжавшее такси. Готовясь сесть в
него, он оглянулся и увидел, что молодой человек бежит в его сторону и машет
другой машине.
Питер попросил водителя высадить его за пару кварталов к югу от
заведения О'Коннора. Оглянувшись, он заметил, что молодому человеку повезло
поймать такси, и теперь его машина держится всего в нескольких метрах от
такси Питера. Водитель Питера развернулся в западную сторону, и наконец они
вырулили на хайвей Вест-Сайда. Вторая машина двигалась точно таким же
маршрутом, аккуратно подстраиваясь под смену огней на светофорах.
Питер, расплатившись с таксистом, вышел на Сорок первой. Вторая машина
проехала еще квартал и остановилась у ближайшего угла, выпустив того самого
смуглого молодого человека. Помедлив, Питер вошел в небольшой писчебумажный
магазин, на задней стенке которого висел телефон-автомат. Позвонив в
Портовую комиссию, он попросил к телефону Джейка Шривера.
- Если кто-то из твоих парней висит у меня на хвосте, мне это ничем не
поможет, - сказал Питер.
- За тобой никого нет, - ответил Шривер.
- Кто-то подцепил меня аккурат у вашего здания и тащился за мной до
Сорок первой, до реки. Мне подумалось, вы решили, что мне нужна нянька.
- В любом случае, он не из наших, - сказал Шривер. - Откуда ты звонишь?
- Из писчебумажного магазинчика... на углу Сорок первой.
- Может, тебе лучше оставаться там, пока я не подошлю кого-то.
- С какой целью?
- Если кто-то взял тебя на мушку, то тебе одному не справиться, сказал
Шривер. - Тебя обведут вокруг пальца, приятель. Через пару минут я
тебе подошлю кого-нибудь. Купи газету и читай ее.
- Я иду к О'Коннору, - заявил Питер. - Если этот парень и дальше будет
тащиться за мной, я просто спрошу, что ему надо. Может, это и неплохо, что
кто-то мной интересуется.
- Я попрошу, чтобы один из наших ребят был рядом. Держи ухо востро.
Питер вышел из магазина. Смуглый молодой человек стоял, прислонившись к
ограде разрушенного дома. Над головой стоял гул машин, летящих по автостраде
Вест-Сайда. У пирсов по другую сторону дороги стояли суда, и их очертания
постепенно скрывались за подъемом дороги. Никакой активности в порту не
наблюдалось.
Питер направился по тротуару в северную сторону. Молодой человек не
сдвинулся с места; он стоял, опираясь на заграждение, курил сигарету и
откровенно наблюдал за Питером, приближавшимся к нему. Оказавшись с ним
лицом к лицу, Питер остановился.
- Что вам надо? - спросил он.
Молодой человек улыбнулся. При близком рассмотрении его можно было
счесть даже симпатичным. У него была тренированная мускулистая фигура.
- Вам не кажется, что если бы я не хотел, чтобы вы заметили меня, вам
бы это не удалось? - сказал он. - Ребята из комиссии уже объяснили вам, что
я не из их числа?
- Что вам от меня надо? - снова спросил Питер.
- Может, я и ошибаюсь, но думаю, что вы тот самый человек, ухмыльнулся
парень. - Вы хотите кое с кем поговорить. А я знаю того, кто,
возможно, пойдет вам навстречу.
- Да, это то, чего я хочу, - сказал Питер. - Откуда вы узнали, что
можете встретить меня у здания комиссии?
- Рано или поздно вы бы там появились, - объяснил молодой человек. - Их
мисс Блейдс просто неприступна.
Питер прищурился:
- Судя по тому, что я слышал, вы не правы на сто процентов.
Молодой человек медленно покачал головой:
- Кто бы мог подумать? В свое время я пытался подцепить эту птичку, но
она так меня отшила, что мне оставалось только напиться. На Сорок третьей, в
квартале отсюда, на южной стороне есть пивнушка. На вывеске написано: "Бар и
гриль". У задней стенки - кабинки. Устройтесь в одной из них, закажите
выпить и ждите. Спустя какое-то время к вам подойдут.
- Кто?
Молодой человек пожал плечами:
- Точно не знаю, но будьте настороже.
- Надеюсь, вы знаете, о ком идет речь.
- О, конечно, приятель, как не знать! - Улыбка стала еще шире. - И
когда увидите мисс Блейдс, скажите ей, что я не такая уж ослиная задница,
хорошо?
- Если вы в этом уверены.
Молодой человек расхохотался, отбросил сигарету и быстро покинул Сорок
третью.
Обстановка "Бара и гриля" на Сорок третьей осталась от старых времен.
Два бармена в рубашках с короткими рукавами суетились за длинной стойкой,
обслуживая пару десятков клиентов. Все посетители в рабочей одежде. Когда
Питер вошел, человек у дверей издал длинный тихий свист и выразительным
жестом провел по шее. Все головы повернулись в его сторону, затем все словно
потеряли к нему интерес. Он в своем легком костюме почувствовал себя одетым
слишком изысканно.
Запахи прокисшего пива заглушали все остальные. Слева тянулось нечто
вроде стойки с закусками, как было принято в давние времена: тарелки с
кубиками сыра, ломтики салями, жирная ветчина, паттисоны, едкий перец,
помидоры с укропом, ломти копченой говядины, печенья, булочки, итальянский
хлеб.
Питер прошел в заднюю половину бара, чувствуя, что за ним наблюдают в
зеркало, висящее над стойкой. Вдоль стены тянулись восемь кабинок, по четыре
с каждой стороны. В них сидели три или четыре пары. Женщины были молоды, но
у них были усталые, ярко размалеванные лица. Явно не чьи-то жены, подумал
Питер.
Он дошел до самого конца зала и устроился в пустой нише в дальнем левом
углу, лицом к бару и к двери, что вела с улицы. Он прикидывал, кого юный
друг Джанет собрался послать к нему. Официант с прыщавым лицом, в
замасленном белом переднике принял у него заказ на порцию бурбона со льдом.
Питер ждал. Кондиционера в заведении не было, и он чувствовал, как под
рубашкой по телу бегут струйки пота. На пространстве между стойкой и
кабинками появился официант с его выпивкой. Как только он подошел к столику,
кто-то скользнул в кабинку и сел лицом к Питеру. Тот не заметил, чтобы гость
заходил в бар, так что он, скорее всего, появился через кухню.
Он был черным. Волосы его, подстриженные в стиле "афро", были густыми и
жесткими. У него были черные усики и маленькая остроконечная бородка. Глаза
были прикрыты темными очками в золотой оправе - и стекла были так же черны,
как его кожа. Такого же цвета были его шелковая спортивная рубашка и брюки.
- Привет, Стайлс, - сказал он.
Питер кивнул.
- Как ваша жена? - спросил чернокожий визитер.
В свое время Грейс, жена Питера, работала в самом центре готового
взорваться Гарлема; в том году стояли жаркие летние дни, опасные своей
влажной духотой.
- Вы знаете Грейс? - удивился Питер.
- В противном случае я бы здесь не сидел, - сказал его визави. - Меня
зовут Рокки Джексон. Насколько я понимаю, ваша жена в Пакистане.
- Да.
Незнакомец улыбнулся:
- Вам не стоило так надолго отпускать ее. Слишком многие считают ее
очень привлекательной женщиной.
Питер почувствовал, как у него дернулась мышца на скуле.
- Вы явились сюда побеседовать о Грейс?
- Нет, - ответил Джексон. - Но я хочу, чтобы вы поняли, почему я
изъявил желание помочь вам. Я в долгу перед Грейс Майнафи - так ее звали,
когда я познакомился с ней, - еще с той поры, когда вас не было и в помине.
И многие из моих соплеменников в долгу перед ней.
- Если бы Грейс была здесь, чтобы поручиться за вас, я бы больше ни о
чем не просил.
- Она бы поручилась, - сказал Джексон.
Из нагрудного кармана черной рубашки он вынул сигареты. Питер щелкнул
зажигалкой.
- Как любезно, - усмехнулся Джексон. В голосе его звучала горечь. Перейду
к сути дела, приятель. Я пришел бы на помощь Грейс Майнафи, стоило
ей попросить меня, но ты - ее парень, и тебе нужна помощь. Ты разыскиваешь
Лауру Ллойд и ее малыша, а также газетчика Тима Салливана. Так?
- Да.
- Только не подгоняй меня, приятель, ибо я тебе выдам прямо и
откровенно - я не знаю, где они.
- В таком случае...
- Я же сказал, чтобы ты не подгонял меня. - Рокки Джексон глубоко
затянулся и сделал длинный хриплый выдох. - Понимаю, тебя это волнует,
приятель, но мне-то спешить некуда. Разреши заверить тебя, что я спешу лишь
тогда, когда это необходимо.
- Тот молодой человек, который послал меня сюда на встречу с тобой...
- Твоя подружка в комиссии могла бы рассказать о нем. Его зовут Майк
Конти. Относительно приличный парень. Он родом из нового мира и не хочет
подчиняться гнусным порядкам прежнего мира. Он довольно много знает, но
держит язык за зубами, пока ему и его поколению не придет день сказать свое
слово.
- Он как-то связан с тобой?
- Майк будет отрицать любую связь, - заверил его Джексон. Лучи солнца,
пробиваясь сквозь грязные витрины, поблескивали в стеклах его очков. - Здесь
еще хватает людей, которые не хотят иметь дело с "любимчиками ниггеров". Он
засмеялся. - И если я терплю их, то лишь потому, что жду слова. Не хочешь
ли поменяться со мной местами? Я бы предпочел держать в поле зрения дверь с
улицы.
Меняясь местами с Джексоном, Питер с трудом сдерживал нетерпение,
которое вот-вот должно было прорваться. Инстинкт подсказывал ему, что, если
не подгонять собеседника, он в самом деле может сказать что-то важное. Так
что Питер продолжал молча ждать, крутя в пальцах так и не зажженную
сигарету.
- Мы живем в сумасшедшее время, мир катится к анархии, - проговорил
Джексон. - И одно насилие влечет за собой целую цепь насильственных
действий.
- Сегодняшним утром мне довелось говорить об этом, - сказал Питер. У
него был хриплый голос. - А позже другой человек сказал мне то же самое. Мы
можем положить этот рефрен на музыку, но это никому не поможет.
- Выложу-ка я тебе кое-что из того, что я о тебе знаю, - ухмыльнулся
Джексон. - Я знаю, что люди, которые похитили Вардона и Селлерса, назвали
тебя в качестве посредника. - Заметив, что у Питера расширились глаза, он
рассмеялся. - О, я знаю, что об этом не оповещали по радио и не печатали в
газетах. Но по тюрьмам сидят двадцать восемь человек, которых допрашивали по
этому поводу, и в одиннадцати из них я особо заинтересован. Они черные. Ты,
наверно, думаешь, что из тюрьмы нельзя получить никаких известий? В таком
случае ты ошибаешься. Словом, я знаю. Предполагаю, ничего существенного
узнать тебе не удалось, в противном случае ты бы не был здесь, разыскивая
своих друзей. Самый быстрый путь вытащить их - это заключить сделку по
поводу Вардона и Селлерса. Теперь, когда мы знаем о судьбе Селлерса, все
жутко запуталось. Не затруднит ли тебя сообщить мне, были ли какие-то
контакты с похитителями?
- И да, и нет, - решился Питер. - Они связались с ФБР. Выложили
достаточную информацию, чтобы убедить инспектора Бача в том, что он имеет
дело с подлинными похитителями. Назвали меня. Когда я подошел к телефону, то
получил указание идти к другому телефону - к уличному таксофону - и ждать
второго звонка. Но я его не дождался, потому что аппарат в будке был сломан.
Разговор состоялся в семь утра. С тех пор - ничего.
- Спасибо, что доверился мне, - кивнул Джексон. - Отвечу таким же
доверием. Одиннадцать заключенных, в которых я заинтересован, сказали ФБР
чистую правду. Они понятия не имеют, кто стоит за всем этим. С ними никто не
советовался. Поверь. Что относительно Ллойда?
- То же самое. Он не знает, что за этим кроется. У него нет никаких
предположений, которыми он мог бы со мной поделиться.
- Не правда ли, странно? - сказал Джексон. - Но поехали дальше. - Через
плечо Питера он внимательно наблюдал за дверью на улицу. - Почему я решил
помочь твоей миссис Ллойд, ее ребенку и Салливану? Если что-то случится,
моим друзьям в тюрьме придется жестоко расплатиться за это. Вардон и Селлерс
взяты заложниками для того, чтобы добиться выхода заключенных на свободу;
их, снабдив деньгами, собираются выпроводить из страны. Так все считают. И
на них обрушится всеобщая ярость за то, что случилось с Селлерсом и может
случиться с другими. - У Джексона дернулся угол рта. - Ты знаешь, как сейчас
называются тюрьмы, приятель? Исправительными заведениями. А ты знаешь, как
исправляют заключенных? Бейсбольной битой по зубам. Одиночками, в которых
они валяются в собственных испражнениях. Помоями, которыми их кормят. А
когда кто-то не может больше этого выносить и взрывается, его убивает
"офицер-воспитатель", объясняя, что действовал в порядке "самозащиты". Или
же возмутитель спокойствия совершает "самоубийство", и его находят в петле
из собственного ремня висящим на решетке камеры. Вот что теперь ждет моих
друзей - полный зажим, понимаешь? Или, если хочешь играть словами, - черный
зажим. Вот почему я хочу, чтобы твои друзья вернулись домой живыми и
здоровыми, вот почему я хочу, чтобы о счастливом спасении этого сукина сына
Вардона сообщили все газеты. Но больше всего, Стайлс, я хочу правды.
- Какой правды?
- По крайней мере одиннадцать заключенных, перечисленных в списке, двенадцать,
если ты веришь Ллойду, - были просто использованы. Кто-то их
подставил. Конечно, ты уже догадался, что ни о каком похищении тут не может
быть и речи. Ты не думаешь, что кто-то хотел просто свести счеты с Вардоном
и Селлерсом, отпускать их никто не собирается, и вся эта шумиха с похищением
служит чем-то вроде дымовой завесы? Если им в самом деле были нужны деньги,
если они в самом деле добивались освобождения заключенных, почему они не
вышли с тобой на связь?
Питер сцепил влажные от пота пальцы:
- Такой вариант рассматривался.
- Кем? Копами?
- Они не купились. Конечно, они должны были играть по предложенным
правилам... на тот случай, если все это в самом деле серьезно.
- Слава Богу, что ты не засмеялся, - сказал Джексон. - Это сбережет нам
время. Я явился сюда из своего мира потому, что не хочу неприятностей твоим
друзьям. Зажим может оказаться слишком жестоким. Я не знаю, где эти подонки,
но у меня есть кое-какие связи. Я думаю, пока с ними ничего не случилось до
того, как распространились новости о Селлерсе. Но Бог знает, какой взрыв
может последовать теперь.
- В состоянии ли твои люди выяснить, где они находятся?
- Будем стараться, - сказал Джексон. - Но понимаешь ли, Стайлс, в этом
городе есть районы, где черному человеку невозможно работать. Во всяком
случае, черному человеку с моей репутацией. Но позволь мне кое-что тебе
втолковать. Тебя очень удивит, если я скажу, что еще до процесса Ллойда
кто-то вел очен
...Закладка в соц.сетях
