Жанр: Детектив
Торговец смертью
...сто великолепен, ты знаешь это? И я
очень тебе признателен. Пошли.
- Нет, - воскликнула Софи. - Подождите! - Она подошла вплотную к Крейгу. -
Пистолеты, убийство. Вы ограбили банк?
- Нет, - заверил Крейг. - Ничего подобного. Мне очень жаль, но я ничего не
могу рассказать тебе.
- Он сделал то, что должен был сделать. - торжественно заявил Эшфорд. -
Нечто безумно смелое.
Софи коснулась плеча Крейга, почувствовав под своими сильными пальцами его
твердые мускулы.
- Смелое, - сказала она. - Конечно, смелое. Это то, для чего он создан -
мышцы и пистолеты и блестящий ум, которым он не пользуется. Мой бедный дурачок,
ты ещё не можешь уйти. Ты едва стоишь на ногах. Дай-ка я взгляну на твою руку.
Она нежно обработала и забинтовала сломанный палец и прижала другую руку
Крейга к ручке кресла, а он собрал всю свою волю, чтобы не закричать. Когда все
было сделано, она поцеловала его.
- Ты должен был кричать, - сказала она, - Ты должен был назвать меня
паршивой сучкой.
Дверной звонок проиграл первые такты песенки "На мосту Авиньон".
- Это Тернер, - сказала Мария. - Он немножко чудной.
- Это могут быть люди, о которых я говорил, - покачал головой Крейг.
Мария открыла ящик стола и вытащила оттуда полицейский револьвер.
- Оружие разбросано по всему дому, - сказала она. - Это просто
сумасшествие.
Прежде чем Крейг успел её остановить, она спустилась по лестнице и он
пошел следом. Эшфорд был прав. Им следовало уйти. Он не считал возможным
прятаться у женщин, и опять вынужден был прибегать к этому, вот уже второй раз
за несколько последних недель.
- Кто там? - крикнула Мария.
- Полиция, - крикнул кто-то за дверью. - Откройте.
- Если вы из полиции, вам следует доказать это, - сказала Мария. - Иначе я
вас не пущу.
- Здесь укрылись беглые преступники. Их автомобиль стоит у ваших ворот.
- Здесь их нет, - сказала Мария.
- Это убийцы.
Мария заколебалась, но Софи закричала:
- Все равно их здесь нет.
Мария крикнула:
- Покажите ваши удостоверения через щель почтового ящика, иначе я буду
стрелять. Полиция, как бы не так? Вы думаете, что я дура?
Раздались тяжелые удары в дверь, Мария подняла револьвер двумя руками и
выстрелила в притолоку. Удары прекратились.
- В следующий раз я прицелюсь пониже, - сказала она.
Наступило молчание, а затем сквозь щель почтового ящика протиснулся
кожаный бумажник.
- Вот мое удостоверение, мадмуазель, - прокричал кто-то.
- Боже мой, - сказала Мария. - Это действительно полиция.
Софи побежала с Крейгом и Эшфордом наверх и провела их на лоджию, заросшую
шпалерами виноградных лоз. Крейг и Эшфорд скорчились позади них, а Софи в
развевающемся халате побежала обратно помочь Марии открыть дверь. Мария стояла
перед двумя полицейскими. В руках у неё по-прежнему был полицейский револьвер.
- Мне ужасно жаль, - сказала она. - Честное слово, я даже не подозревала.
Я имею в виду, что мы с Софи совершенно одни в этом доме и когда вы пришли и
начали так страшно стучать...я имею в виду, что если бы я знала...
- Да, конечно, - сказал старший полицейский. - Теперь, если вы не
возражаете, отдайте мне револьвер...
- Конечно, - согласилась Мария. - На самом деле я не очень люблю эти
штуки.
- Чей это пистолет? - сказал полицейский и протянул руку. Мария неохотно
вложила в неё револьвер.
- Мистера Тернера, - ответила она. - Он владелец этой виллы и он очень
любит оружие.
- Да, - кивнул инспектор, - я слышал. Мы хотели бы осмотреть дом,
мадмуазель.
- Но здесь нет никого, кроме нас. Честное слово, - заверила Мария.
- Это очень большой дом, - сказал полицейский. - Здесь могут оказаться
люди, о которых вы и не подозреваете.
- Боже мой, мы могли столкнуться с ними, - сказала Мария и взглянула на
Софи.
- Возможно вам тогда лучше осмотреть дом, - кивнула та.
- Я тоже так думаю. Меня зовут инспектор Сегюр. А это сержант Мартини. Мы
беспокоимся о вас, милые дамы. Я сказал вам сущую правду. Люди, которых мы ищем...
их машина стоит у ваших ворот.
- У ворот мистера Тернера, - сказала Мария.
- Трое этих людей...известно, что они очень опасны. Они вооружены.
- Трое? - спросила Софи.
- Это вас удивляет?
- Нет, - сказала Софи. - Если не считать...что мы, бедные девушки, могли бы
сделать против троих вооруженных мужчин. Я очень рада, что вы пришли, инспектор.
- Я тоже рад, - сказал Сегюр и поклонился, а затем заговорил с Софи на
быстром провансальском наречии, по мере того, как они переходили из комнаты в
комнату. Когда они обошли весь дом, Сегюр послал Мартини с Марией вниз, а сам
вместе с Софи вернулся в лоджию. Они стояли на каменном балконе и смотрели на
море.
- Прекрасные виноградные лозы, - сказал он. - Какой замечательный ствол,
он, наверно, в два этажа высотой.
- Отсюда вы можете увидеть собор Пресвятой Девы, - сказала Софи, -
Подойдите сюда и взгляните.
- Я родом из Ниццы, - сказал Сегюр. - Я вижу собор Пресвятой Девы по
крайней мере один раз в году на протяжении последних пятидесяти трех лет. Но я в
первый раз вижу виноградную лозу высотой в два этажа. - Он перешел на
английский. - За таким стволом легко может спрятаться человек. Будь у него
пистолет, он мог бы убить меня.
- Будь он человеком такого сорта, - поправила Софи.
- Человек, о котором я думаю, уже совершил убийство сегодня вечером. Он
убил бывшего полковника французской армии. Его звали Сен-Бриак. Мне сказали, что
это было убийство. Я же думаю, что это была самооборона. Меня послали сюда
арестовать этого человека и его друзей, но мне запретили осматривать место
преступления. Полицейский не должен так работать. Вы знали Сен-Бриака?
- Нет, - сказала Софи.
- Он поддерживал, как бы это сказать, экстремистов в Алжире. Вы тоже их
поддерживаете?
- Нет, - сказала Софи. - Из моих сверстников их поддерживают очень
немногие. Нас уже тошнит от этого Алжира. Вы должны это знать.
- Да, я знаю, - кивнул Сегюр. - Мне тоже все это надоело. Вот почему я
доволен, что этого человека здесь не оказалось. Вы же видели, что мы все
осмотрели, не так ли?
- Да, конечно, - согласилась Софи, - вы все осмотрели очень тщательно.
- Я расскажу вам кое-что об этом Сен-Бриаке. Он был отвратительной
скотиной. Конечно, вам придется поверить мне на слово...
- Этого вполне достаточно, - сказала Софи. - Совершенно ясно, что вы
честный человек.
- Его сторонники - тоже мерзкие негодяи, - продолжал Сегюр. - Меня уже
тошнит от них. Они разыскивают тех троих, о которых я вам говорил, трех человек,
которых здесь нет. Я очень боюсь, что они хотят их убить. Я надеюсь, что им это
не удастся, но не могу им помешать. Мне не разрешают мешать им. Я уже однажды
оказался в подобной ситуации. Это было во время войны. Только в тот раз убийцами
были французы, а охотились за ними немцы. - Он пожал плечами. - Я сделал все,
что мог. Мне хотелось бы сделать больше - я помню, что я сказал это себе тогда,
в тот раз. - Неожиданно его вежливые манеры исчезли и он в ярости воскликнул: -
Я должен был сделать больше!
- Нет, - возразила Софи. - Вы были очень добры к нам. Мы вам за это
благодарны.
- Я был настолько добр, насколько это было в моих силах. - покачал головой
Сегюр. - Не думаю, что я заслужил вашу благодарность, но я выпил бы чего-нибудь,
если вы не возражаете.
- Бренди внизу, - сказала Софи.
К нему вновь вернулись вежливые манеры, которые служили защитной оболочкой
от приказов, которые он ненавидел.
- Давайте присоединимся к ним. Знаете, у меня есть странная привычка.
Когда я уезжаю, я всегда даю два длинных гудка. Не могу понять, почему я это
делаю.
Он вышел, а некоторое время спустя Крейг и Эшфорд услышали два длинных
гудка, спустились вниз и прошли на кухню, где Софи сделала им омлет и салат и
достала холодных цыплят из холодильника. Крейг обнаружил, что он чертовски
голоден, и ел все подряд, запивая розовым анжуйским вином, которое подливала ему
Мария. Софи с обожанием смотрела на него.
- Ну, разве он не великолепен? - спросила она, - Так и хочется съесть.
- Он - весьма привлекательная штучка, - согласилась Мария, - но что делать
после того, как он будет съеден?
- Мы должны идти, - сказал Крейг.
- Дорогой мой, ты не в силах это сделать, - сказала Софи. - Эти люди все
ещё бродят где-то здесь, разыскивая тебя, так сказал инспектор, и они видели
твою машину. Они должны понимать, что ты здесь, и Сегюр сказал, что у него есть
приказ позволить им дожидаться снаружи. Я думаю, что тебе лучше всего остаться
здесь с нами.
После этого она приготовила кофе, которое он пил с бренди, а потом отвела
его в спальню, уложила в постель, сбросила халат и устроилась рядом с ним. Ее
сильные и ласковые руки обняли его, она положила его голову себе на грудь. Он
слышал спокойное и ритмичное биение её сердца, а потом она взглянула вниз на его
лицо и рассмеялась, и в её голосе послышались насмешка и нежность, за которыми
скрывалось отчаяние.
- Не беспокойся, - сказала она. - Я вижу, как ты устал. Я могу попытаться
справиться со своей ужасной страстью. Но ты такой вкусный. Мне хочется откусить
от тебя кусочек. Все время хочется.
- Я слишком тощий, - сказал Крейг. - Старый. Жесткий. Жилистый.
- Но не здесь, - сказала Софи, - И не здесь. И не здесь. - Она
дотрагивалась до его шеи, уха, а затем очень осторожно до повязки на его щеке. -
Это правда - то, что сказал Сегюр?
Крейг кивнул. Он чувствовал, что засыпает.
- И он действительно был скотиной? Это тоже правда?
- Мы все такие, - устало сказал Крейг. - Теперь я это знаю.
И он уснул. .
Глава 1
Софи разбудила его в два часа ночи. Стоило ей его коснуться, он мгновенно
проснулся и открыл глаза, и его здоровая рука была тут же готова, причем не к
обороне, но к атаке.
- Пора вставать, - сказала она. - Скоро вернется Ден Тернер и начнется
вечеринка.
Крейг встал, подошел к умывальнику, умылся одной рукой, потом взял бутылку
бренди и изрядно отхлебнул.
- Почему вы здесь? - спросил он.
- Ден хотел, чтобы мы были с ним. Это ничего нам не стоит и он нам
нравится. А ему нравится держать нас около себя, по крайней мере, он так
говорит. Думаю, что ему понравилось бы спать с нами...
- Конечно понравилось бы, - сказал Крейг, понимая, что он должен так
сказать.
- Но я не нахожу его привлекательным. То же самое думает и Мария. Очень
жаль. Вот с тобой совершенно другое дело. Тебя мне все время хочется. Особенно
после той нашей ночи под открытым небом.
Крейг выглядел одновременно смущенным, польщенным и взволнованным, и Софи
хихикнула.
- А ты завел себе маленького дружочка-мальчика-цветочка. Такая жалость...
- Эшфорда? - Он выглядел таким ошарашенным, что она снова хихикнула.
- С Эшфордом все в порядке. Поверь мне. Мы просто друзья.
Софи поцеловала его.
- Бедный Джон, - сказала она. - Теперь послушай меня. Мы с Марией скажем
Дену, что ездили в Ниццу и там встретили тебя и твоего приятеля. Вы с Рикки
попали в аварию, вот почему вы оба так выглядите.
- Спасибо. А где сейчас Рикки?
- Внизу. Он знает множество всяких вещей об одежде. Он точно сказал мне,
сколько это стоит.
Она коснулась своего платья, тонкой оболочки из белого хлопка,
подчеркивающей её золотистый загар, бледное золото её волос.
- Это его бизнес, - сказал он.
- Я знаю. Он сказал мне. Бедный Рикки. Некоторые из его клиентов дерутся
очень больно. - Она отскочила в сторону; подол платья приподнялся над пеной
белых кружев. - Это платье купил мне Ден. Тебе оно нравится?
- Да, - кивнул Крейг, - но мне нужно поговорить с Рикки.
Рикки чувствовал себя теперь гораздо проще и свободнее, разговаривая с
Марией о платьях, рисуя, жестикулируя, его живой шарм делал незаметными его
разбитые губы.
- Мне кажется, что мы с Марией старые друзья, - воскликнул он, - Это
чудесно.
- Нужно повидаться с Грирсоном, - сказал Крейг. - Ты не знаешь, как бы мне
добраться до него?
Эшфорд повернулся к Марии.
- Дорогая, ты не будешь возражать?
Бросив на него сердитый взгляд, Мария вышла. Эшфорд вздохнул.
- Она знает, Софи ей сказала. Так неудобно... Я прекрасно понимаю, что все
это моя вина и все такое, но этим девушкам не следовало знать. Они могут
рассказать кому-нибудь.
- Мы можем уйти, - сказал Крейг.
- Я полагаю, что нас убьют, - буркнул Эшфорд. Крейг заметил у него в руках
пустой стакан. - Ну, а что будет, когда появится этот Ден? Мы просто не можем
здесь оставаться.
- Так что насчет Грирсона?
- Ах, да. Я ведь собирался вам сказать, не так ли? Он отправился в
Бордигерру. Я могу позвонить ему туда - но не раньше шести утра.
- Лучше дай мне номер телефона.
- Мне очень жаль, - возразил Эшфорд, - но не могу.
- Почему?
- Он не разрешил, - сказал Эшфорд, - но я думаю, что вы могли бы выбить
его из меня.
- Не будь таким дураком, - возмутился Крейг.
- Меня только несколько раз ударили по зубам, - сказал Эшфорд, - думаю,
что вам досталось гораздо больше.
- Да уж, - кивнул Крейг.
- Разумеется, вы храбрый человек. И не боитесь высоты.
- Ты тоже храбрый человек, хоть и боишься высоты.
- Пожалуйста, не смейтесь надо мной, - попросил Эшфорд.
- Я не смеюсь. Ты же просил нас тебя оставить.
- Потому что с меня было довольно. Я хотел вернуться к своим корсетам. Что
здесь странного?
- Почему он запретил давать мне этот номер?
- Потому что случись самое худшее - а всегда так и бывает - все свалили бы
на вас, мой милый. Вы бы оказались единственным виновником. Вот награда за вашу
храбрость.
- Это сказал тебе Грирсон? - спросил Крейг.
- Он сказал мне и кое-что еще. Не вы отвечаете за операцию, а он. Он -
профессионал. Ему очень жаль, что придется так с вами поступить, но он сделает
это.
Крейг пожал плечами.
- Меня нанимали не за мои мозги, - сказал он. - Но нас ещё не поймали.
- Я боюсь, что они это сделают, - сказал Эшфорд. - Если бы у меня не
закружилась голова, вы давно были бы на месте. Вам лучше уйти отсюда без меня.
Нам лучше разделиться.
Крейг покачал головой.
- Нет, - сказал он.
Эшфорд собирался возразить, но Крейг пресек все его попытки.
- Я не уйду далеко с такой рукой, - сказал он.
Эшфорд вздохнул.
- Вы способны с двумя сломанными ногами добраться до луны. Вы необычайно
тактичный человек, Джон.
Крейг вспомнил все, что с ним проделали. Сломанные пальцы, ожоги, побои,
пытка водой. Он вспомнил схватку на стене, запах паленого мяса Сен-Бриака, когда
тот упал на проволоку, его дергающееся тело, когда по нему пошел ток. Он не
испытывал никаких угрызений совести от того, что сделал; Сен-Бриак был опасным
сумасшедшим, который угрожал жизням куда большего числа людей, чем Крейг.
Теперь он ни для кого не представлял угрозы. Крейг сделал это, защищая
себя, и ещё для того, чтобы отомстить за людей, которых убил Сен-Бриак; по
крайней мере, все это время он верил, что это правда. Конечно, он был просто
орудием, пистолетом, направленным в нужную точку, спусковым крючком, на который
один раз нажали-и отбросили в сторону, когда иссякла приносимая им польза. Не
было никакого смысла выдавать Лумиса. К тому времени, когда прекратится обмен
дипломатическими нотами, будет очень трудно доказать, что Лумис вообще когдалибо
существовал.
Дверной звонок сыграл на этот раз мелодию песенки "Давай станцуем", и
Мария поспешила открыть дверь, через которую уже доносился оглушительный шум,
производимый прибывшими участниками вечеринки.
- Любитель пистолетов мистер Тернер, - вздохнул Эшфорд. - Надеюсь, что
сегодня он не в дурном настроении. - Затем он добавил: - Бордигерра 06053. Ведь
мы все не можем быть профессионалами, не так ли?
- Спасибо, - сказал Крейг, - Я этого не забуду.
Тернер с шумом ввалился в дом, прижав Эшфорда к стене. Одной рукой он
держал за горлышки две бутылки коньяку, а другой - попку тоненькой вьетнамки,
которая висела у него на шее. На ней были белые шелковые брюки и длинное
развевающееся платье из тонкого зеленого шелка, и казалось, что она доставляет
ему не больше неудобств, чем две бутылки коньяку.
Мария и Софи с двух сторон в два голоса объясняли, что произошло в его
отсутствие, тогда как остальная компания ворвалась в комнаты и бросилась
разыскивать пластинки, бутылки и стаканы. Время от времени Тернер кивал. Крейг
сомневался, удавалось ли тому расслышать хоть слово из того, что выкрикивали ему
на ухо девушки. Но держался Тернер с монументальным спокойствием человека,
который уже несколько дней не просыхает.
- Великолепно, - сказал он. - Рад вас видеть. Здесь. Держите это. - При
этом вьетнамка была переброшена по воздуху на здоровую руку Крейга, где и
устроилась с ловкостью обезьянки.
- Рад встретиться с вами, - сказал Крейг.
- Enchante-я в восторге - сказала она.
- Привет, - повторил Тернер. - Привет, я помню. Вы мне нравитесь. Давайте
выпьем.
Он открыл одну из бутылок и налил пять бокалов: себе, Крейгу, Софи, Марии
и тоненькой вьетнамке. Когда он закончил, бутылка оказалась пустой. Он задумчиво
покрутил её в руках, сказал, - Посмотрите-ка, - и со страшной силой швырнул
бутылку через плечо. Та летела прямо в окно, но высокий худощавый негр вытянул
руку и бутылка попала прямо к нему.
- Ты все ещё здесь, Ларри? - прокричал Тернер.
- Я здесь, - кивнул негр. Казалось, он чем-то рассержен.
- Ох уж этот Ларри, - буркнул Тернер, - Лучший третий нападающий, которого
вам когда-либо приходилось видеть, и он хочет стать поэтом. Он из Теннесси.
Крейг пригубил свой коньяк. Вьетнамка деликатно потянула его за ухо.
- Она слишком тяжела для вас? - спросил Тернер.
Она была очень тяжелой, но Крейг отрицательно покачал головой. Тернер
казался довольным.
- Теннесси, - сказал он. - Это место, откуда Ларри родом. Это его
огорчает. Он хочет, чтобы мы были друзьями, но не хочет лизать мне зад. Будь это
так, мы были бы голубыми - просто он был бы черным, вот и все. Но он не может. И
я не делаю для него никаких поблажек. Он не любит, чтобы ему делали поблажки.
- Я рассказывал эту историю в Алабаме и там все просто позеленели от
злости, - продолжал он. - Мне кажется, вы не из Алабамы. Опустите её куданибудь.
Вы не сможете выпить, пока заняты руки.
Крейг позволил вьетнамке скользнуть по его пальцам и она мягко
приземлилась на диван, где и свернулась клубочком с кошачьей грацией, не
расплескав содержимого своего бокала.
- Ты мне нравишься, - снова сказал Тернер. - Чем ты занимаешься?
- Станки, прессы, штампы, болты и гайки.
- Великолепно. Я в свое время занимался грузовыми перевозками. А теперь я
валяю здесь дурака. Здесь лучше, чем во Флориде, - сказал Тернер. - По крайней
мере это относится к людям, с которыми приходится встречаться.
Он удивленно покачал головой и осмотрелся, разглядывая людей, которых
привел с собой: пару молоденьких киноактрис, исполнителя популярных песен,
другого миллионера, какого-то графа или что-то в этом роде и сопровождавших того
дам и господ, пестрых, как птицы, ярких, как бабочки.
- Никого не касается, кто вы такой и что вы делаете, - сказал он. - Все
что нужно, так это достаточное количество денег и место, где можно выпить, и они
сразу туда сбегутся. Пошли.
Он повел Крейга в сад, и Софи с Марией пошли вместе с ними. Стало
прохладно, в ночном воздухе стоял тонкий и свежий запах. Они прошли по дорожке,
выложенной мраморными плитами, к удивительно безобразному фонтану. Его чаша
походила на жестяную ванну, вделанная в камень, а над ней возвышалась русалка,
взгромоздившаяся на дельфина, который выглядел не как морское млекопитающее, а
как чудище с молотообразной головой, опирающееся хвостом на три точки. Русалка,
несмотря на хвост, и наготу, выглядела как сорванец Милдред из популярного
фильма. Позади неё находился каменный экран в виде огромной устричной раковины,
края которой были выщерблены и искрошены.
- Это мишень для тренировки, - сказал Тернер. - Последние три недели я
пытаюсь попасть в эту чертову русалку. Или хотя бы в этого чертова дельфина.
Его рука нырнула в огромный карман и вытащила оттуда револьвер. Позади
скрипнула галька и появился обеспокоенный коренастый филиппинец.
- Привет, Луис, - бросил Тернер. - Где ты прятался?
- Я знал, что рано или поздно вы придете сюда, - сказал Луис.
- Это Луис, - пояснил Тернер. - Он думает, что умеет готовить.
- Я знаю, что я могу готовить. Я также знаю, что вам не следует баловаться
с этой штукой.
- С этой штукой? - закричал Тернер. - Это 38-й калибр.
Это чертовски хороший револьвер.
- Вам не следует использовать его таким образом, - настаивал Луис.
- Нет?
Тернер прицелился и пальнул в русалку. От края каменной статуи отлетели
кусочки.
- Здесь мало света, - сказал Луис. - Никто не может точно попасть при
лунном свете. Пойдемте к гостям. Я приготовил кое-что вкусное.
- Нет, - заявил Тернер и выстрелил снова. Пуля ударила в сосну в шести
футах от цели.
- Цыплята по-королевски?
- Нет. - 38-й калибр прогремел и сосна опять пострадала.
- А что вы скажете насчет бифштекса? Средней прожаренности. Лук, жареный
по-французски. Бобы. Салат. Яблочный пирог. Я поставил пиво на лед.
- Ну...
Тернер повернулся кругом и ствол револьвера 38-го калибра описал при
лунном свете черную и блестящую дугу. Крейг выхватил его у Тернера и тот строго
сказал:
- Не балуйтесь с этой штукой. Она заряжена, - а затем затеял долгую
дискуссию с Луисом по поводу толщины яблочного пирога.
Крейг поднял револьвер и выстрелил три раза, после этого улыбка навсегда
исчезла с лица русалки. Но что более важно, револьвер после этого оказался
разряженным.
- Эй, - крикнул Тернер, - Вы неплохо обращаетесь с этой штукой. Дайте я
перезаряжу её.
Он взял оружие у Крейга, порылся в кармане, выгреб пригоршню патронов 38го
калибра, вставил их один за другим в барабан и протянул револьвер Крейгу.
Крейг покачал головой.
- Я бы предпочел заняться бифштексом.
- Прекрасная идея. Постреляем позже, - согласился Тернер.
Когда он отвернулся, Крейг сунул револьвер под ограду фонтана. Он уже
достаточно настрелялся.
Они вернулись в дом и обнаружили там Эшфорда, который совершенно засыпал,
несмотря на вопли участников вечеринки и грохот пущенных на полную мощность
пластинок. Тернер сказал, что им следует отправиться на кухню, и Крейг немного
поколебался, но потом оставил Эшфорда в покое. Тому нужно было отдохнуть.
Как оказалось, среди участников вечеринки у Тернера соблюдалась строгая
иерархия. Только гостям первого ранга разрешалось заходить на кухню, чтобы
понаблюдать за Луисом, облаченным в белое и священнодействующим над
электрическим алтарем, от которого неслись неслыханные ароматы. Крейг, успевший
к этому времени снова проголодался, пришел на кухню вместе с Марией, Софи,
итальянским графом, худощавым и очень усталым, и самим Деном. Они сидели за
длинной изогнутой стойкой, ели бифштексы, которые готовил Луис и пили
провансальское вино, тогда как Тернер пил пиво.
Все было очень шикарно и вполне заслуживало двойного разворота в элитарном
журнале, хотя Крейг сомневался, что кто-либо из этой компании, кроме него и двух
девушек, был последние недели трезвым. Он ел бифштекс и слушал, как Тернер
рассказывал о своих дорожных происшествиях, а граф, которого звали Ноно,
подсчитывал расходы на содержание виллы в Тоскане. В какой-то момент возник
непонятный шум и Тернер отправился выяснить, в чем там дело, а затем взревели
автомобили, увозившие часть компании на другую вечеринку, но потом снова была
очень хорошая еда и наконец Луис угостил их кофе, черным и крепким, и Тернер
налил в него бренди, а граф окончательно побледнел.
Затем дверь позади них открылась и Луис был совершенно шокирован. Мелким
сошкам никогда не позволялось вторгаться в кухню в присутствии Дена Тернера.
Вошел Ларри, а за его спиной стоял одетый в форму Ля Валере.
Ларри сказал:
- Прости меня, Ден. Парень утверждает, что это очень срочно.
Ля Валере проигнорировал присутствие Тернера и направился прямо к Крейгу.
Он был бледен и весь в поту.
- Ты трусливая свинья, - сказал Ля Валере. Крейг усмехнулся. - Ты подонок.
Ты бесчестный человек.
- Пошел отсюда к черту, - загремел Тернер.
Очень спокойно Ля Валере ударил Крейга по щеке. Крейг вздрогнул, но его
усмешка осталась на месте и он жестом призвал Тернера к спокойствию.
- Нет, - сказал Ля Валере. - Я сделаю это снова. Ты - свинья.
Он снова ударил Крейга, тот поймал его запястье одной рукой и вывернул. Ля
Валере начал потеть ещё больше.
- Просто скажи мне, чего ты хочешь, - сказал Крейг.
- Дуэли, - прошипел Ля Валере, - я вызываю тебя на дуэль.
- Этот парень спятил, - бросил Тернер. - Вышвырните его отсюда.
Ля Валере попытался высвободиться, но Крейг усилил нажим и он замер.
- Это смешно, - заметил Ноно. - Молодой человек... - он показал жестом на Ля
Валере - не в том положении, когда он вправе требовать удовлетворения. Он не был
оскорблен.
- Но ты был, - прошипел в сторону Крейга Ля Валере. - Я оскорбил тебя
публично. Это ты должен бросить мне вызов.
- Это уже лучше, - сказал Ноно. - Джентльмен, который таким болезненным
способом держит ваше запястье, теперь должен потребовать удовлетворения. Если он
сделает это, мы можем приступить к выбору оружия - при это предполагается, что
вы оба джентльмены.
- Я - офицер французской армии, - сказал Ля Валере.
- В самом деле? - сказал Ноно. - Я полагаю, что этого вполне достаточно. А
вы, мсье?
- Я - бизнесмен, - ответил Крейг.
- Вы однажды уже имели дело с британским военно-морским флотом, - сказал
Ля Валере.
Ноно задумался.
- Я считаю, что вы с полным правом можете встретиться на дуэли, - сказал
он наконец. - Действительно я думаю, что вы можете принять участие в дуэли,
Рейнольдс. Француз видимо будет настаивать на этом.
Крейг отпустил запястье Ля Валере.
- Я не намерен этого делать, - сказал он.
- Я привел с собой секундантов, - закричал Ля Валере. - Дюкло и Пучелли.
- Что вы скажете об оружии? - спросил Ноно. - Едва ли он потребует
сражаться на шпагах - даже если предположить, что он способен на это. - Граф
жестом показал на руку Крейга.
- Пистолеты, - сказал Ля Валере, - это будет замечательно.
Тернер швырнул свою вилку.
- Вы сошли с ума, - сказал о
...Закладка в соц.сетях
