Жанр: Детектив
Оружие урала
...й конкурент -
Украина, продавшая Пакистану 320 танков Т-84. Этот контракт встревожил Индию,
поскольку менял паритет сил между нею и не очень-то дружественным соседом.
Индия, на вооружении которой находятся танки Т-72 советского и лицензионного
производства, тоже пожелала закупить точно такое же количество танков,
желательно близких к Т-72, чтобы легче было их осваивать. Т-90 вполне мог
подойти, но смущала слабость двигательной установки. По заказу Минобороны
сделать 1000-сильный дизель попытался "Барнаултрансмаш". Не получилось,
госиспытания мотор не прошел. Следующую попытку предпринял Челябинский
тракторный завод. Челябинцы, может, и раньше создали бы новый двигатель, но
предприятие было разорено предприиимчивыми менеджерами, доведено до банкротства,
и даже электричество было отключено за долги. Новый конкурсный управляющий В.
Платонов сумел поднять предприятие с колен, наладить работу. Оказалось, что
научно-технический потенциал не утерян, и истосковавшиеся по настоящей работе
специалисты всего за полгода создали новый дизель. Сделано это было без внешних
инвестиций. В ноябре 1998 года работа началась, а в феврале 1999-го двигатель
был готов. В марте его уже испытывали в Нижнем Тагиле на танках Т-90С. А летом
гоняли по индийской пустыне на контрактных испытаниях. Три танка прошли полторы
тысячи километров по сложным маршрутам в условиях беспощадной жары и невероятной
запыленности. Российский танк превзошел все ожидания. Он отлично двигался по
пересеченной местности, преодолевал все препятствия, показал отличные скоростные
качества.
Новый четырехтактный двигатель В-92С2 мощностью 1000 л. с. весит 1020 кг,
что более чем в два раза меньше, чем масса американских, английских и
французских аналогов. Это очень важно, когда приходится ремонтировать или менять
двигатель в полевых условиях. Он обладает реальной многотопливностью, т. е.
может работать не только на дизельном топливе, но и на бензине, и на керосине,
причем без потери мощности. До скорости 40 км/час танк разгоняется всего за 16
секунд, что дает большое преимущество при смене огневых позиций. В настоящее
время челябинские моторостроители продолжают работы по дальнейшему форсированию
двигателя.
Корпус почти идентичен корпусу Т-72Б, что позволяет использовать при
производстве имеющуюся оснастку. Он сварной, днище штампованное, верхняя лобовая
пластина из многослойной брони со встроенной динамической защитой. Также имеется
усиленная противорадиационная защита - место механика-водителя прикрыто надбоем
из водородосодержащего полимера с добавками лития, бора и свинца. По бортам
машины навешаны резинотканевые экраны, на которых закреплены блоки динамической
защиты (ДЗ). Это прямоугольные стальные коробки, заполненные элементами активной
защиты - пакетами взрывчатки. При попадании кумулятивного снаряда или реактивной
гранаты пакет взрывается и отбрасывает снаряд до того, как он прожгет основную
броню.
Башня цельнолитая, в лобовой части имеет наклон до 35 (и комбинированную
броню. Она тоже прикрыта динамической защитой. В лобовой части смонтировано семь
блоков и один контейнер ДЗ, 20 блоков прикрывают крышу. В корме башни расположен
люк для выбрасывания пустых снарядных поддонов.
Основным вооружением танка является 125-мм гладкоствольная пушка-пусковая
установка 2А46М-2, являющаяся более современной модификацией пушки,
устанавливающейся на омском Т-80У. Ее особенность - возможность быстрой смены
ствола без демонтажа орудия из башни. Пушка стабилизирована в двух плоскостях
стабилизатором 2Э42-4 "Жасмин" с электрогидравлическим приводом по вертикали и
электромеханическим по горизонтали. Автомат заряжания карусельного типа содержит
22 выстрела первой очереди. Он укомплектован броневбойно-подкалиберными и
бронебойно-кумулятивными снарядами, фугасно-осколочными снарядами с электронным
дистанционным взрывателем и выстрелами с управляемой ракетой 9М119. Всего в
боекомплекте 43 выстрела.
Имеющийся комплекс управляемого вооружения обеспечивает стрельбу как по
неподвижным, так и по движущимся целям на дальностях от 100 до 5000 м при
скорости 30 км/час. С пушкой спарен 7, 62-мм пулемет ПКТ (боекомплект - 2000
патронов). На крыше башни закреплена зенитная установка - крупнокалиберный
пулемет НСВТ-12, 7 калибра 12, 7 мм (боекомплект - 300 патронов). Она
управляется дистанционно. Командир танка может вести огонь по воздушной цели,
например, по боевому вертолету противника, находясь в башне, используя
дистанционный привод и специальный прицел ПЗУ-7.
Система управления огнем (СУО) стабилизирована в двух плоскостях, состоит
из прицела-дальномера, электронного баллистического вычислителя и стабилизатора
орудия. Она позволяет вводить поправки, учитывающие скорость танка, дальность и
угловую скорость цели, температуру воздуха, атмосферное давление и скорость
ветра в поперечном направлении с помощью емкостного датчика ветра, температуру
заряда, угол наклона цапф орудия и износ канала ствола. Кроме СУО в комплекс
управления огнем входит комплекс управления вооружением, ночной прицел наводчика
"Буран-ПА" и прицельно-наблюдательный комплекс командира ПНК-4С с дневным/ночным
прицелом "Агат-С". Вместо "Бурана", имеющего дальность 1200-1500 м, может
устанавливаться тепловизионный прицел "Агава-2" с дальностью действия до 2500 м.
С помощью всего этого оборудования наводчик и командир могут вести огонь из
орудия и спаренного пулемета днем и ночью, на ходу и с места, при любой погоде
по неподвижным и движущимся целям.
Для защиты танка от современных высокотехнологичных средств уничтожения на
нем установлены специальные системы защиты. Комплекс электронно-оптического
противодействия "Штора-1" предназначен для защиты от управляемого оружия с
командными полуавтоматическими системами наведения типа "Милан", "Тоу", "Драгон"
и т. п. ; ракетами и снарядами с лазерными головками самонаведения типа
"Маверик", "Хеллфайр" и др., а также артиллерийских систем с лазерными
дальномерами. Комплекс "Штора-1" состоит из станции оптико-электронного
подавления, системы постановки завес и системы управления. Имеющиеся в её
составе два инфракрасных излучателя могут использоваться также для обеспечения
работы ночных прицелов. Станция оптико-электронного подавления модулирует и
излучает сигнал, схожий по параметрам с временными и частотными параметрами
трассеров западных противотанковых управляемых ракет. При одновременном
нахождении в поле зрения координатора противотанкового комплекса двух источников
сигнала, он выдает на борт ракеты неверные команды и ведет её мимо цели.
В том случае, когда против танка применяется оружие с лазерной подсветкой
цели, в дело вступает система постановки завес. На башне смонтированы две точные
приемные головки обнаружения лазерного излучения с охватом 360 (. В случае
обнаружения лазерного излучения система оповещает экипаж. В направлении
источника лазерного луча штатной пусковой установкой "Туча" отстреливается
специальная 81-мм граната. В результате взрыва гранаты образуется аэрозольная
завеса в виде облака, закрывающая танк от противника. Завеса ослабляет и
частично отражает лазерную подсветку, что нарушает работу головок самонаведения
и затрудняет работу наводчиков артиллерийских систем. Более того, командир танка
нажмет кнопку целеуказания, башня автоматически развернется в направлении
источника лазерного излучения, чтобы подавить его пушечно-пулеметным огнем.
Общая масса системы "Штора-1" составляет всего 350 кг.
Для повышения живучести машины имеется система защиты от напалма и
быстродействующая система пожаротушения "Иней. Много внимания уделено защите от
радиоактивного поражения.
Механическая планетарная трансмиссия, отлично зарекомендовавшая себя ещё
на Т-72, осталась практически такой же. Применены две бортовые коробки передач,
имеющие семь передач вперед и одну назад. На трех парах катков установлены
гидравлические лопастные амортизаторы. Опорные катки с внешним резиновым
массивом отлиты из алюминиевого сплава. Они чуть шире, чем у Т-72, что улучшает
распределение нагрузки на ходовую часть. Имеется встроенное оборудование для
самоокапывания и оборудование для подводного вождения, позволяющее преодолевать
водные преграды шириной до 1 километра и глубиной до 5 метров. Масса танка 46, 5
тонны. Экипаж 3 человека. Высота по крыше башни - 2, 23 м. Длина корпуса - 6, 86
м, общая ширина - 3, 78 м.
Т-90 уже получил прозвище "летающий танк" за свой коронный номер - прыжок
с подъема. На скорости под 50 км/час он взмывает на бруствер и по инерции летит
вперед, полностью отрываясь от земли. Когда гусеничная машина весом почти в
полсотни тонн прыгает и, словно зависает в воздухе параллельно земле, а потом
приземляется, мягко припадая на амортизаторах, и несется дальше - это производит
сильное впечатление.
Сейчас, когда контракт с Индией - дело решенное, Уралвагонзавод сможет
продолжить совершенствование этой замечательной машины.
На первой Уральской выставке вооружений большое впечатление произвела
боевая машина разминирования на базе танка Т-90. А недавно она снова появилась
на экранах телевизоров, в репортажах из Чечни. Там эти машины прокладывают путь
колоннам машин в горных районах. Вообще технические средства разминирования
применяются давно. Еще в Великую Отечественную войну использовались навесные
танковые тралы, которые катились впереди боевых машин, подрывая мины. Подобные
устройства использовались нашими войсками и в Афганистане. И, например, механикводитель
танка сержант Иголкин был удостоен за траление мин звания Героя
Советского Союза. Тринадцать раз под его тралом рвались противотанковые мины. А
каждый такой взрыв - это всегда контузия, нередко тяжелая. А сейчас, когда в
Чечне идет настоящая минная война, появление специальной машины как минимум -
своевременно.
Боевая машина разминирования БМР-ЗМ создана на шасси танка Т-90, корпус
которого специально доработан. Это позволяет иметь равные с танками
характеристики, ведь машина предназначена в первую очередь для сопровождения
колонн боевой техники, быть такой же маневренной и подвижной. Исчезают проблемы
с ремонтом и запасными часами, не надо переучивать водителей и ремонтников.
Поскольку БМР-ЗМ неизбежно оказывается в зоне взрыва, очень многое сделано
для защиты экипажа и оборудования. Многослойное днище выполнено из нескольких
словев броневых листов разной толщины, пространство между которыми заполнено
специальным наполнителем. Все внутренне оборудование, а также сиденья экипажа и
десанта не имеют контакта с днищем, а закреплены на специальных амортизаторах.
Вместо танковой башни - бронированная надстройка. Поскольку машина предназначена
для работы в зоне боевых действий, она должна быть защищена от огня противника,
в первую очередь от противотанковых гранатометов. С этой целью машина со всех
сторон закрыта комплексом навесной динамической брони. Она выдержживает ружейнопулеметный
огонь и подрыв фугаса тротиловым эквивалентом до 8, 4 кг. На
надстройке имеется зенитно-пулеметная установка НСВТ-12, 7 с электромеханическим
приводом, как на танке Т-90С. Для ведения огня десантом есть бойницы по одной в
обоих бортах и задней стенке. Система жизнеобеспечения позволяет экипажу двое
суток находиться в закрытой машине. Имеется рацион пищи и воды, специальные
устройства для разогрева пищи и кипячения воды, индивидуальные санитарные
устройства, системы обогрева и микроклимата.
БМР-ЗМ оснащена колейным катково-ножевым тралом КМТ-7 массой 7, 5 тонны с
электромагнитной приставкой ЭМТ, позволяющими проделывать колейный проход в поле
из мин с нажимными и противоднищевыми взрывателями. При проходе трал образует
две колеи шириной по 80 см, электромагнитная приставка - 4 м. Кроме этого
имеется многодиагональный постановщик помех - для предотвращения срабатывания
радиоуправляемых устройств. В укладке имеются два комплекта миноискателей,
комплект разминирования, индивидуальный защитный комплект сапера "Дублон",
носимые передатчики помех, индивидуальные радиостанции и т. д.
БМР-ЗМ обеспечивает:
- траление противотанковых мин нажимного и неконтактного магнитного
принципа действия;
- выпахивание и отбрасывание в сторону от колеи мин, замаскированных в
грунтах 1-4 категорий;
- огневое прикрытие саперов при доразведке заминированных участков дорог и
дорожных сооружений;
- уничтожение путем обстрела из пулемета противотанковых мин и
взрывоопасных предметов на поверхности грунта и в грунте.
Как и танк Т-90С боевая машина разминирования может преодолевать водные
преграды глубиной до 5 метров и шириной до километра. Ее экипаж - 2 человека.
Средняя скорость с тралом по грунтовой дороге - 35-40 км/час, а в режиме
траления - до 12 км/час. Трал может демонтироваться и перевозиться на большие
расстояния на специальной платформе. Расчет может самостоятельно провести
навеску или демонтаж трала за 3-3, 5 часа.
ЯДЕРНЫЙ ЩИТ
Первое научное описание цепной реакции сделал советский физик Николай
Семенов в 1926 году. Но это пока что была не термоядерная цепная реакция, а
химическая - на примере окисления фосфора. Опираясь на эти данные, советские
ученые тогда же разработали теории цепного и теплового взрывов. Таким образом
был создан химический аналог процессов, происходящих во время взрыва атомной и
водородной бомб. Один из аспирантов Н. Семенова сформулировал основной принцип
будущей бомбы: время разлета системы под действием взрыва должно превышать время
протекания цепной реакции (химической). Звали аспиранта Юлий Харитон.
В январском номере германского научного журнала "Ди Натурвиссеншафтен" за
1939 год была опубликована статья физиков Отто Гана и Фрица Штрассмана. Они
писали о том, что ядро урана при поглощении нейтрона не превращается в более
тяжелое ядро, а раскалывается на две части. При этом выделяется большое
количество энергии, и ядро испускает новые нейтроны. В том случае, если число
испускаемых нейтронов больше числа поглощаемых, процесс принимает лавинообразный
характер - происходит цепная реакция. Группа французских физиков под
руководством Ф. Жолио-Кюри в том же году лабораторным путем установила факт
размножения нейтронов. Немного позже в лаборатории Курчатова такой же результат
получили советские физики Георгий Флёров и Константин Петржак. Стало ясно, что в
принципе создание атомной бомбы вполне возможно. О. Фриш и Л. Мейтнер в
Копенгагене подсчитали количество высвобожденной энергии при делении ядра урана.
Получалось, что всего один килограмм расщепляющегося вещества в ходе реакции
деления способен выделить около 23 000 000 киловатт-часов энергии!
1 сентября 1939 года началась вторая мировая война. Но за месяц до этого,
2 августа, Альберт Эйнштейн отправил письмо президенту Соединенных Штатов
Рузвельту. Письмо великого ученого, подкрепленное его авторитетом, убедило
политическую верхушку Америки, что следует немедленно начать финансирование
научных разработок ядерной темы и производство принципиально нового оружия. Всю
информацию об этом немедленно засекретили, конгресс ассигновал на разработку
атомной бомбы миллиарды долларов. Атомная программа американцев получила кодовое
название - проект "Манхэттен".
Но ещё раньше в СССР на эту же тему писались письма Сталину. Сразу после
публикации О. Гана и Ф. Штрассмана разработчику теории цепной реакции Николаю
Семенову стало ясно, что создание атомной бомбы возможно в ближайшем будущем.
Свои записки он передавал через члена ЦК академика Митина, поскольку сам не был
членом партии и не мог напрямую обращаться к вождю и его ближним соратникам.
Подобные же письма писали в правительство Вернадский и Иоффе. Но Сталин в
отличие от Рузвельта оказался не способен понять ученых.
Тем не менее в 1939-1940 годах атомная тема в СССР активно
разрабатывалась. Ученики Н. Семенова Юлий Харитон и Яков Зельдович опубликовали
три фундаментальных работы, ставших классикой теоретической физики. В них
определены условия протекания ядерной цепной реакции, описана роль замедлителя
нейтронов и дан достаточно точный расчет критической массы. Харьковскими
физиками был запатентован первый в истории проект взрывного атомного устройства.
Идея его базировалась на разделении частей критической массы взрывающимися
перегородками. Впоследствии, правда, этот принцип был вполне обоснованно
раскритикован и отвергнут, но сам факт весьма показателен. Тогда же в журнале
"Огонек" была напечатана научно-популярная статья о принципах действия атомной
бомбы. На эту тему читались лекции и доклады. Четыре научных института работали
по атомной тематике, прошли пять международных ядерных конференций, вошедших в
анналы мировой науки. Среди прочих работала и лаборатория И. Курчатова.
Однако Государственная комиссия по военно-промышленным исследованиям
отклонила предложения молодых физиков-ядерщиков Института физико-технических
исследований в Харькове и немецкого ученого эмигранта Ф. Ланге начать разработку
сверхмощного взрывного устройства. Предложение было направлено в отдел
изобретений Наркомата обороны, где его сочли преждевременным и "зарубили". В
руководящих инстанциях имелось расхожее мнение, что атомная бомба может
существовать только в теории. Ученик Н. Семенова академик Владимир Фортов
впоследствии писал: "Если бы те деньги, которые мы угрохали перед войной на
развитие конницы, были бы вложены в создание ядерного оружия, то СССР получил бы
бомбу в 1941 году. Ни о какой войне и речи бы не было".
С началом войны все исследования в ядерной области были немедленно
прекращены. Ученых частью призвали в действующую армию, частью переориентировали
на другие, как тогда казалось, более насущные темы. Рядовой запаса первой
категории призыва Игорь Курчатов на фронт, однако, не попал, а занимался
проблемой размагничивания боевых кораблей на Черном море. Проблему эту Курчатов
и его соратники решили, опираясь на исследования академика Александрова. По
периметру корабля располагались специальные обмотки, по которым пропускался
электрический ток, создавая магнитное поле, компенсирующее собственное магнитное
поле корпуса судна. И корабли перестали подрываться на немецких морских минах с
магнитными взрывателями, реагирующими на железную массу.
В отличие от Советского Союза в Германии к созданию атомной бомбы проявили
очень большой интерес. Уже в апреле 1939 года на секретном совещании ведущих
физиков-атомщиков было создано "Урановое общество" при управлении армейских
вооружений, которое возглавил профессор Э. Шуман. В это общество вошли почти все
известные ученые, работавшие по атомной проблематике. Центром исследований стал
Берлинский физический институт, ректором которого назначили профессора Вернера
Гейзенберга. К научным разработками были подключены физико-химические институты
Гамбургского, Лейпцигского, Грейфсвальдского, Гейдельбергского и Ростокского
унивеситетов. Весной 1940 года в оккупированной Бельгии гитлеровцы захватили
1200 тонн уранового концентрата, доставленного в свое время из Бельгийского
Конго. Это составляло половину всего мирового запаса урана. Другую половину в
том же году тайно вывезли из Конго в США. В декабре 1940 года под руководством
Гейзенберга была закончена постройка первого опытного реактора, а фирма
"Ауэргезельшафт" освоила производство металлического урана. В том же году из
Советского Союза был выслан в Германию известный немецкий ученый Ф. Хоутерманс,
занимавшийся ядерной физикой в Харькове. На родине он сразу был арестован
гестапо как сочувствующий коммунистам, но вскоре освобожден и включился в
научную работу. Хоутерманс поручил своему доверенному лицу физику Ф. Райхе,
вскоре бежавшему из Германии, проинформировать мировое сообщество о том, что в
Германии разрабатывается атомное оружие. После этого сообщения Англия и США
резко усилили свою деятельность в этом направлении.
Но секретное "чудо-оружие" гитлеровцам создать не удалось. Еще на
начальном этапе исследований германские физики пришли к ошибочному мнению, что
графит не годится в качестве замедлителя нейтронов в атомном реакторе. Они
сделали ставку на использование тяжелой воды, которая в самой Германии не
производилась. Но французы успели вывезти свои запасы из Парижа в Лондон, а
единственное в мире норвежское предприятие по производству тяжелой воды взорвали
британские диверсанты. Свою роль сыграла и ненормальная конкуренция между
разными группами физиков. Имеющегося в Германии урана вполне хватало для запуска
реактора, но оказалось невозможно собрать его в одной лаборатории. По этой
причине получить цепную реакцию немцам не удалось. Кроме того, некомпетентное
руководство Германии не поняло перспектив атомной энергетики. А главное,
Германия не могла в разгар войны направить значительную часть ресурсов на
исследования и создание атомной промышленности. Финансировались только те
разработки вооружений, которые могли дать результат в течение нескольких недель.
Разведка союзников была поражена, когда выяснилось, что в течение войны немецкие
физики в практическом плане почти не продвинулись вперед.
В марте 1942 года, Берия направил Сталину всю информацию на атомную тему,
поступившую из США, Англии, Скандинавии и оккупированного Харькова, где вновь
заработал украинский физический институт, одним из руководителей которого
оказался... Ф. Хоутерманс. Берия предложил возобновить исследования в области
ядерной энергии. Сталин с решением не торопился и пожелал, чтобы несколько
авторитетных ученых независимо друг от друга дали заключение по этому вопросу.
В мае 1942 года до Сталина дошло письмо молодого ученого, будущего
академика Флёрова, в котором тот сообщал об отсутствии в зарубежной научной
прессе с 1940 года материалов по урановым проблемам. По его мнению, это
свидетельствовало о начале работ по созданию атомного оружия в Германии, США и
других странах. Он предупреждал, что немцы могут первыми создать атомную бомбу.
В октябре того же года приглашенные на Кунцевскую дачу Вернадский и Иоффе
объяснили вождю, что такое атомная бомба. Сталин так был заворожен её мощным
разрушительным потенциалом, что присвоил плану контрнаступления под Сталинградом
кодовое название - операция "Уран". Но только в феврале 1943 года, когда ему
сообщили, что британские спецслужбы тайно от союзников совершили диверсию на
заводе тяжелой воды в Веморке (Норвегия), он поверил что в других странах
атомным оружием занимаются вполне серьезно. До этого Сталин сомневался в
реальности его создания.
В конце января 1943 года советской разведкой была получена агентурная
информация, что в Чикаго Энрико Ферми осуществил первую цепную ядерную реакцию.
В это же время по линии внешней разведки из Англии поступили закрытые научные
труды западных ученых по атомной энергии за 1940-42 годы. Они подтвердили, что в
создании атомной бомбы достигнут большой прогресс. Имелись даже протоколы
заседаний английского военного кабинета, на которых обсуждались перспективы
использования атомной энергии для создания сверхмощного оружия.
То, что не могли объяснить "вождю народов" академики, растолковала
советская разведка. Недоверие Сталина было преодолено, 11 февраля 1943 года он
подписал постановление об организации работ по использованию атомной энергии в
военных целях. Возглавил это направление В. Молотов. Берия был назначен его
заместителем. Атомная проблема стала приоритетной в деятельности разведки НКВД.
И. Курчатов стал руководить специально созданной Лабораторией
измерительных приборов Академии наук, сокращенно - ЛИПАН. Для посвященных она
носила более простое название - Лаборатория №2. И. Курчатову тогда едва
исполнилось сорок лет. В научном мире принято соблюдать определенную иерархию, и
это назначение стало смелым решением. Но в США атомный проект возглавлял 44летний
Оппенгеймер, в подчинении у которого находились Нобелевские лауреаты Н.
Бор и Э. Ферми. По прямому указанию Сталина в декабре 1943 года И. Курчатова
избрали действительным членом Академии наук, и это в какой-то степени успокоило
советских физиков старшего поколения.
Стоит особо отметить, что до 30-х годов ХХ века уран никого не
интересовал. Он применялся только как добавка к отдельным сортам стали и в
рецептуре желтых эмалей и стекол. Да ещё в виде азотнокислой соли как
фотографический химикат. Именно с этой солью, предварительно её прокалив,
проводили эксперименты в лаборатории Курчатова ещё перед войной. Тогда и
выяснили, что обычный уран-238 цепной реакции не дает. Нужен изотоп уран-235. А
его во всех лабораториях мира было в то время всего две тысячных грамма...
На циклотроне, построенном в Лаборатории №2, бомбардируя пучком быстрых
нейтронов соли урана, окруженные парафином, сотрудники И. В. Курчатова получили
элемент, имеющий массовое число 239 - радиоактивный, испускающий при распаде
альфа-частицы. Это был плутоний. И он годился для осуществления любых реакций -
и управляемых, и взрывного типа. Получать его можно было из обычного природного
урана-238, осуществляя цепную реакцию с замедлителем нейтронов. В качестве
замедлителя можно было использовать углерод (графит) или тяжелую воду -
дейтерий.
В 1944 году вся разведывательная работа по атомной проблематике была
сосредоточена в специальном отделе "С", названном так по первой букве фамилии её
руководителя генерала Павла Судоплатова. Одновременно Судоплатов продолжал
координировать всю диверсионную работу за линией фронта. Квалифицированные
специалисты, среди которых был физик Терлецкий, будущий профессор МГУ, изучали
добытую информацию и обобщали её.
Информация, добытая разведчиками, значительно сокращала сроки работ по
созданию атомной бомбы. В своем письме заместителю Председателя СНК СССР М. Г.
Первухину И. Курчатов писал: "Получение данного материала имеет громадное,
неоценимое значение для нашего государства и науки. Теперь мы имеем важные
ориентиры для последующего научного исследования, они дают возможность нам
миновать многие, весьма трудоемкие фазы
...Закладка в соц.сетях
