Жанр: Детектив
Семья 3. Возвращение
...ит только Ирину. У неё глаз замылился, а
у меня - нет! Мне тебя никто не представлял как Ирину, я видела тебя в тот момент, когда ты
выходила из свадебного салона, и Тофик пробормотал : "Жанна". Этого было вполне
достаточно. И поэтому, когда я увидела тебя с Милкой, хотя Тофик много раз говорил, что она
- твоя соперница, то сразу поняла, что дело нечисто. Будешь? - она протянула Жанне пачку
"Вог".
Та отказалась. Она давно хотела бросить курить, чтобы у Полины была самая лучшая и
правильная мать на свете, и старалась постепенно отказываться от всех вредных привычек.
- Ладно, давай к делу, - Жанна бросила взгляд на часы и подумала, что ей уже надо
поторапливаться домой. Дочку пора кормить. Конечно, нянечка не оставит Полину голодной,
но Жанна кормила ребёнка грудью, и не хотела лишать дочь материнского молока лишний раз.
- Давай, - согласилась Настя. - Я так понимаю, ты хочешь Милке отомстить за то, что
та вышла замуж за Павла?
Жанна невесело улыбнулась. Если бы только за это! Мила испортила ей жизнь, она
направила её в другое русло, она намеренно обманула её, подкупив и доктора и гадалку, и
Жанна думала, что скоро умрёт из-за тяжёлой болезни. Ведь отец, если бы его не убили, всё
равно умер бы очень скоро: у него был рак. Поэтому у неё и подозрений на обман не возникло.
Всё было слишком естественно. Тяжёлые болезни иногда передаются генетически, по
наследству. Мила знала, что делает, когда уговорила доктора сказать именно про рак...
И Жанна добровольно оставила Павлика, ушла от человека, которого любила больше
всего на свете, только чтобы он не видел её мучений и не смотрел, как быстро угасает в ней
жизнь.
А потом случилось та амнезия. И всё это - благодаря Миле, которую Жанна просто
ненавидела. Но что случилось, то случилось. Настя ничего об этом не знает, и не надо ей об
этом знать.
Кроме того, есть ещё кое-что: Жанна до сих пор была уверена, что отец перед тем, как его
убил Мальчик, ехал на встречу к женщине. И у неё оставались подозрения, что этой женщиной
так же могла быть Мила. Жанна вполне была способна обосновать эти свои подозрения. Но чем
Настя меньше знает, тем лучше для них обеих.
- Я думаю, мы можем помочь друг другу, - Настя докурила сигарету, не дождавшись
ответа от Жанны.
- И как же? - вопросила та. - Откуда ты можешь знать, что мне нужно, и как можешь
быть уверена, что поможешь?
- Потому что я знаю всю семью Резников, Милу, и к тому же вхожа в их дом, -
подмигнула ей Настя. - Так что все вопросы, касающиеся этой семьи, я легко могу выяснить, и
снабдить тебя всеми необходимыми сведениями.
Жанна с невольным уважением покосилась на собеседницу. Да уж, сплоховал Тофик,
неверно оценил эту девушку.
- Ладно, допустим, - пробормотала она, - но я -то чем могу тебе помочь?
- Мне нужен Тофик, - безапелляционно заявила Настя. - Я люблю его, и хочу быть с
ним.
Жанна снова усмехнулась, покачав головой.
- Это невыполнимое условие. Я же не могу заставить Тофика полюбить тебя и вернуться
к тебе!
- Не надо заставлять его любить, он и так любит меня, - уверенно сообщила девушка,
поднимаясь со скамьи. - Он не может простить мне, что я рассказала Анатолию Максимовичу
о месте, где могут прятать Павлика, когда его похитили. Ты же знаешь, что потом случилось?
Жанна кивнула. Тофик рассказал ей всё. И она сама видела Рафата, у которого почти не
было шансов излечить слепоту. По её мнению, в этом был виноват исключительно Шахид. Он
взял на себя слишком большую ношу, под которой надорвался.
И в этом случае она была полностью солидарна с Настей и благодарна ей за то, что Павел
отделался лёгким испугом. Но Тофик решил, что им с Настей не судьба быть вместе, и
придерживался этой политики. И он тоже был прав.
Жанна поднялась со скамейки вслед за Настей.
- Ты хочешь, чтобы я постоянно напевала брату в уши о том, что он поступает
неправильно, отказываясь от своей любви?
- Было бы неплохо, - расхохоталась Настенька, поправляя завиток волос, выбившихся
из причёски. - Но не совсем так. Мне надо, чтобы ты привезла Тофика в одно место, о котором
я сообщу дополнительно. Но чтобы он не знал, что я там буду.
- Ты и без меня можешь встретиться с ним, - удивилась Жанна. - Я-то зачем? Чтобы
выполнять функции водителя? Но Тофик и сам неплохо сидит за рулём!
- Хватит издеваться, - оборвала её спутница. - Он не отвечает на мои звонки, он
вообще сменил номер мобильного. Когда я его подкарауливаю возле офиса, он быстро уходит,
или даже просит охрану разобраться со мной. Он ни при каких обстоятельствах не хочет
оставаться со мной один на один. А мне так много надо ему сказать! Я так люблю его!
- Думаешь, ты сможешь его переубедить? Вряд ли, - вздохнула Жанна. - Тофик очень
упрямый.
- Я знаю, - согласилась Настя. - Но любовь может победить все преграды!
Жанна покачала головой. Когда-то и она так думала. Оказалось - неверно. По крайней
мере, в её случае это получилось совсем не так. Разве что их с Павлом любовь была не
настоящей? Может быть, только иллюзия любви?
Жанна отмахнулась от воспоминаний. Она не хотела и думать о том, что перенесла
столько страданий из-за человека, который на самом деле не любил её, а лишь считал, что
любит.
- Хорошо, я привезу тебе Тофика, куда скажешь. А ты должна сообщать мне о
передвижениях Анатолия Максимовича.
- Весь его график? - разочарованно ахнула Настя.
- Нет - нет, только его вечерние планы. Он же ужинает в ресторане с друзьями? Бывает
в театрах, ходит на концерты? Те же торговые центры должен же он посещать?!
- Почти нет, - задумчиво ответила Настя. - Он всё время пропадает на работе, и очень
редко ужинает со своим другом. Он даже отдыхать не ездит, хотя тётя его постоянно пилит.
Постой, а что ты задумала? Ты хочешь ему всё рассказать?
Жанна загадочно молчала. Не могла же она признаться Насте, что собиралась совершить
поступок, который её тёте абсолютно точно не понравится! И тогда ещё неизвестно, согласится
ли девушка ей помогать!
- Пусть это пока останется тайной, - подмигнула она Насте.
И, направляясь к своей машине, подумала, что встреча с этой девицей - удача, которая в
последнее время не слишком -то к ней благоволит.
Мила сидела в своей студии и задумчиво рассматривала ногти. Маникюрша у неё -
чистое золото. Хотя, если перевести все деньги, которые Мила ей платит, в золотые монеты, то
скоро вес этих монет приблизится к собственному весу маникюрши. Так что всё сходится.
Ногти, крепкие, очень длинные, ухоженные, на средних пальцах обеих рук увенчаны
пирсингом, а на безымянных пальцах выложены стразами.
Все ногти имеют оригинальный дизайн: маникюрша тщательно и долго вырисовывала на
них язычки костра на фоне леса и тёмного неба с небольшим закатом. Миле понравилось. Жаль
только, что даже с помощью закрепителя картинка не держится более недели. Хотя к тому
времени она как раз уже приедается владелице ногтей!
Она смотрела, как Саша Кравчук вошёл в студию, и, дурачась, подошёл к микрофону.
- Аве Мари-и-я, - затянул он, и она невольно расхохоталась.
Голос у дяди был тоненьким и пронзительным, он резал по ушам. Может, конечно, у неё
не идеальный слух и не самый лучший в мире голос, но всё же есть люди, которые вообще не
могут петь. И их гораздо больше, чем некоторые думают.
Мила вскочила с места и пошла навстречу Кравчуку, разбросав руки в стороны. Она
попросила его приехать, потому что ей требовалась его поддержка. Ни в чьих советах она уже
давно не нуждалась, и помощь тоже ей не была нужна. С тех самых пор, как она вышла замуж
за Павла, всё изменилось. Но вот без поддержки Кравчука ей было не обойтись. Она привыкла с
детства делиться с ним своими мыслями и чувствами, и продолжала делать это и в зрелом
возрасте.
- Привет, милочка, - прогнусавил Саша. - Ты опять хочешь использовать меня в
качестве психоаналитика?
- Мартини? - вместо ответа поинтересовалась Мила, и услужливо достала из бара
непочатую бутылку напитка, который предпочитал дядя.
Он тут же смягчился и схватил бокал.
- Ну, что на этот раз?
Стилист уселся в кресло, разглядывая офис племянницы. Студия оказалась что надо: с
великолепной записывающей аппаратурой, отличным дизайном, большими пространствами,
необходимыми для акустики.
- Боюсь возвращаться домой, - призналась Мила.
- Тогда чего ж ко мне не поехала? - удивился дядя, потягивая мартини. - И мне не
пришлось бы тащиться сюда! Давай, рванули, переночуешь у меня, и расскажешь всё.
- Нет, - покачала головой Мила, - если вдруг кто позвонит, я - здесь, на работе. А
так, получается, смотала удочки неизвестно куда.
- Я - твой дядя, - поднял палец вверх Кравчук, - и ты вполне можешь поехать ко
мне!
- Ты не понимаешь, - отмахнулась племянница, - пусть лучше я буду делать вид, что
тружусь в поте лица, если вдруг свекровь позвонит.
- И вправду не понимаю, - признался он. - Ну, выкладывай!
- Любовь Андреевна застала меня сегодня выходящей из комнаты Антона, - Мила
опустила голову, ожидая шквал упрёков и возгласов.
Но дядя молчал. Он с немым изумлением смотрел на холёную племянницу и поражался.
- Значит, ты успела и с Антоном перепихнуться? - наконец-то поинтересовался он.
Мила молча кивнула, ожидая, пока он нальёт себе ещё мартини.
- Ну и что, как мужчинка?
- Да прекрати ты, - взорвалась она. - Я на взводе. Не знаю, что и делать! Как мне
возвращаться домой? А что, если она уже все мои вещи сложила и выставила на крыльце?
Представляешь, какой позор!
- Так ты собираешься оставаться в студии, пока тебя не позовут домой? - догадался
Саша. - Ну и глупо! Тебе же будут звонить на мобильный, следовательно, ты можешь быть в
любом месте!
- Я оставила мобильный дома, - угрюмо буркнула Мила. - Ну и что мне теперь
прикажешь делать?
- Ты, милочка, прямо потаскушка какая-то, - заметил дядя спокойно. - И чего тебе с
Павликом не живётся?
- Да ну тебя, - ничуть не обиделась племянница. - Я, если хочешь знать, вообще
влюбилась - впервые в жизни! Тебе жалко, да? Ты не хочешь видеть свою племянницу
счастливой?
- Мне казалось, ты была счастлива, когда выходила замуж, - он отставил бокал и
пристально посмотрел на Милу.
- Ага, счастлива, - фыркнула она, - особенно когда в первую брачную ночь мой
муженёк выгнал меня из спальни. Он спал со своими воспоминаниями о Жанне!
- Но, по-моему, ты в эту ночь не была одна, - осторожно напомнил ей Кравчук.
Мила промолчала, вспоминая, что и вправду, обозлившись на новобрачного, переспала то
ли с официантом на собственной свадьбе, то ли с барменом - греком.
- И всё же ты рискуешь, - вздохнул дядя. - Знаешь, милочка, есть определённая черта,
которую лучше не переходить. Сейчас у тебя есть всё. Ты долго к этому шла, и всё-таки
добилась. И я в этом случае тебе рукоплещу. Но нельзя ставить под удар всё!
- Я тебя позвала не для того, чтобы ты читал мне нотации, - огрызнулась певица, и
сделала приличный глоток мартини прямо из горла бутылки.
Саша поморщился. Он всегда говорил, что его племянница слишком груба и неотесанна,
что ей не хватает изящества и тонкости. И ведь все эти качества - дело наживное. Если
стремиться к этому, то можно обрести их.
Но Мила не стремится, она не жаждет быть утончённой, изысканной. И совершенно
напрасно! Никакие супермодные тряпки и дорогущие шубки не придадут ей налёт
благородности и высшей пробы со знаком качества - к сожалению.
- Так для чего же ты меня позвала? - вкрадчиво поинтересовался он, не решаясь
притронуться к мартини, которое она только что пила из бутылки. Саша был страшно брезглив,
как и все гомосексуалисты.
- Просто чтобы пожаловаться, - пожала она плечами, делая вид, что уже пришла в себя,
и вовсе не волнуется о своём будущем.
Саша понимал, что она ждёт от него конструктивных предложений, но не мог ничего
посоветовать. Или, скорее, не хотел. Ему уже надоело, что Милка так разбрасывается своей
жизнью, и совершенно не бережёт того, что имеет. Тогда как ему приходится прикладывать
много сил для того, чтобы сохранить свою клиентуру, и уровень доходов, который он имеет.
Племяннице здорово повезло, что она вошла в семью такого богатого и могущественного
человека, как Резник. И она должна молиться, чтобы всё так же и оставалось. Но Мила
умудрилась моментально испортить отношения в семье, и теперь это вылилось наружу.
И всё же она была его племянницей, он её любил вне зависимости от её неблаговидных
поступков, поэтому, преодолевая брезгливость, плеснул себе мартини в бокал, и медленно
проговорил:
- Есть два варианта дальнейшего развития событий. Первый - если Любовь Андреевна
устроит скандал и всё расскажет Павлику. Тогда, дорогуша, придётся тебе возвращаться домой
несолоно хлебавшей. Останешься ты на бобах!
- А второй? - жадно спросила Мила.
Было видно, как она расстроена тем, что случилось, и обеспокоена этим.
- А второй вариант - она будет молчать. Ты же говоришь, она носится с Антоном, как
курица с яйцом? Ну так вот, вполне возможно, что ей не захочется очернять Антона. Ведь, что
ни говори, а тень твоего позора падает и на него. В этом случае Анатолий Максимович, узнав,
что случилось, не потерпит в доме сына твоей свекрови. В лучшем случае отделается от него
квартирой и всё. И Любови Андреевне придётся смириться с этим, ведь он тоже виноват! Так
что сейчас она разрывается между двумя сыновьями, и думает, как лучше поступить. Что
пересилит - любовь к старшему или младшему?
Терять Антона, которого она только приобрела, ей очень не хочется. Может, она с ним
поговорит, и узнает, как он относится к тебе. И, если выяснит, что это не простая интрижка, то
всё будет в порядке.
- А если он скажет, что просто развлекался со мной? - упавшим голосом спросила
Мила.
- Ну, он ещё может сказать, что ты сама его соблазнила, сама прыгнула к нему в постель,
он и опомниться не успел, - глубокомысленно заявил Саша. - В этом случае он почти ничего
не теряет, его поступок мать постарается обелить как можно сильнее. Но теряешь ты, и теряешь
очень многое.
- Значит, сейчас всё зависит от того, что скажет Антон? - повторила Мила.
- Я не уверен, - пожал плечами дядя, - просто высказываю свой взгляд на вещи.
- А как мне себя вести? Как грешнице, посыпающей голову пеплом? Рухнуть в ноги
свекрови?
- Не вздумай, милочка, - предостерёг её Кравчук. - Может, я ошибся, и она решит
сперва поговорить с тобой, а не с сыном.
- О господи, - пробормотала Мила, - хоть бы пронесло!
Саша посмотрел на неё и промолчал. Он был уверен, что Любовь Андреевна промолчит,
но не стал убеждать в этом племянницу. Пусть переживает, мучается, в конце концов, она
поступает очень непорядочно по отношению к мужу, и должна быть наказана за это.
Они ещё немного поговорили, и распрощались. Мила села за руль и заметила, что её руки
дрожат. Она боялась ехать домой, но делать было нечего. Утром, когда она столкнулась со
свекровью, та несколько минут смотрела на неё, а потом вдруг повернулась и пошла в свою
комнату. Вот и понимай, как хочешь, что это было. То ли таким образом она показывала, что
больше знать Милу не хочет, то ли сделала вид, будто всё в порядке и ничего не произошло.
Мила подъехала к дому Резников, охрана открыла ворота. На не сгибающихся коленях
певица проследовала по дорожке, ведущей в дом.
Первой, кого она встретила в доме, была Любовь Андреевна.
- А, вот и Милочка, - сказала она, улыбаясь ей. - И где это ты так задержалась? Мы
уже сели ужинать! Ты не обижаешься на нас, что не подождали тебя?
- Не могу поверить, что ты мог пропустить ТАКОЕ! - бушевал Резник в своём
кабинете, устраивая выволочку собственному сыну.
Мало того, что и так на "Теллурику" свалились все напасти на свете, мало того, что
буквально вчера по обвинению в уклонении от уплаты налогов и присвоении двухсот
миллионов долларов был арестован крупнейший акционер холдинга Артём Платонов, так
теперь очередной удар.
Резник тряс перед носом сына газетой, в которой было написано чёрным по белому, что
бензоколонки "Теллурики" поставляют людям некачественное топливо.
- На заборе тоже пишут неприличное слово, это же не значит, что забор и есть это
слово, - огрызнулся сын.
- Но на заборе никто не подписывается, - рубанул отец, - а здесь, - он снова затряс
газетой, - есть имена и фамилии. И эти люди говорят, что обращались к нам. Почему ты не
предпринял никаких попыток урегулировать этот вопрос? Разве ты не знаешь, как нам важно
сохранять репутацию особенно в это время?
- От нашей репутации и так остались одни лохмотья, - пробормотал Павел. Он
искренне недоумевал по этому поводу.
- Папа, я понятия не имел, что эти люди обращались к нам! И с чего ты взял, что я с
ними общался?
- Потому что все эти восемь человек - восемь, Павел, восемь! Так вот, все они
утверждают, что звонили в юридический отдел, а там их грубо отшили! А кто у нас начальник
юридической службы?
- Папа, - снова начал Павел, - враньё всё это! Ко мне никто не обращался, и я бы знал,
если бы...
- Они утверждают, что писали заявления на моё имя, - взревел Резник, - и что
отдавали их - в юридический отдел!
- Чушь какая-то, - пробормотал сын. - Значит, они должны быть зарегистрированы,
эти заявления, у секретаря! И я больше чем уверен, что это не так.
- Дело в том, - Резник устало вытер пот со лба, - что я уточнял у секретаря. Всё верно.
Все эти заявления зарегистрированы. Ты был обязан рассмотреть их и решить вопрос на месте.
А что теперь? Здесь упоминания о восьми наших бензоколонках. А ты знаешь, на сколько
штрафуют юридическое лицо за продажу некачественного топлива? На две тысячи
минимальных оплат! А если две тысячи умножить на восемь бензоколонок, сколько
получается? Шестнадцать тысяч оплат труда!
- Па, перестань, - отмахнулся Павел, - вряд ли с каждой бензоколонки берут такой
штраф. А две тысячи МРОТ - ну что-ж, не разоримся!
- Пошёл вон отсюда, - прошипел разозлённый донельзя Резник, - и скажи спасибо
Антону, что он обнаружил этот материал в газете и уже обратился к этим людям, чтобы они не
подавали иски в суд. Хотя без скандала обойдёмся, слава богу. Деньги и вправду небольшие, но
репутацией своей компании я пока ещё дорожу. Напечатаем результаты проверки по данным
бензоколонкам, и всё.
- Опять этот Антон, - криво усмехнулся Павел, - дома с ним носится мать, на работе
- ты, а куда мне деваться?
Он вышел из кабинета, хлопнув дверью.
Резник вздохнул. Ему не хотелось так обращаться с единственным сыном, но у него не
было другого выхода. "Теллурика" - это огромный механизм, и для того, чтобы он работал
слаженно и без сбоев, в нём крутились сотни тысяч винтиков - работников концерна. Если
один винтик окажется бракованным, может сорваться целая часть механизма. А Резник этого
позволить не мог. И в данной ситуации Павел - именно такой вот бракованный винтик. А от
брака Анатолий Максимович предпочитал избавляться как можно быстрее.
Миле пришёл в голову очередной блестящий план. Ей очень хотелось быть вдвоём с
Антоном, без надоевшего Павла, но она вовсе не собиралась рушить свои семейные отношения
или подставлять их под угрозу. Если Павел узнает о том, чем они с Антоном занимаются в его
комнате, то непременно с ней разведётся. Если Антон женится на ней, то Мила с удовольствием
даст развод Павлу. Однако же Антон пока ещё не делал подобных смелых заявлений, и Мила
справедливо опасалась остаться вообще ни с чем. Но её неудержимо тянуло к Антону, и чем
больше было это желание остаться с ним и принадлежать ему, тем больше её беспокоил Павел.
Её угнетала мысль о том, что она замужем, и не может смело и безбоязненно встречаться с
Антоном, хотя определённую грань она уже перешла. Любовь Андреевна знала об отношениях
старшего сына и невестки, но молчала. И даже, кажется, не осуждала Милу. Во всяком случае,
она ничего ей не говорила и никоим образом не стала относиться к ней хуже. Возможно, дело в
том, что она сама без ума от собственного сына, и понимает, что все женщины вокруг не могут
не попасть под его обаяние. И к Павлу Любовь Андреевна стала относиться гораздо хуже с тех
пор, как появился Антон. Теперь Антон для неё - бог и царь. А все остальные - так,
приложения, порой не очень приятные и даже досадные. Но то, что свекровь не осудила Милу,
ту вполне устраивало. Жизнь с Павлом и так была невесёлой, а после появления Антона и вовсе
стала невыносимой. Миле хотелось отдыхать и развлекаться. Куда-нибудь съездить... С
Антоном...
Она подскочила на кровати. Ну конечно, она придумала! Они же с Любовью Андреевной
давно говорили, что пора съездить на курорт, поваляться на песочке, поплавать в океане. И
собирались это сделать, но на тот момент умерла мать Милы, очень некстати, и поездка
отложилась. Теперь никто уже не вспоминает о курорте, но Мила от отдыха не отступится.
Только, разумеется, без Павла. Но он и не поедет, ведь, что называется, горит на работе, вместе
с Анатолием Максимовичем! Значит, надо закинуть удочку в сторону свекрови, и посмотреть
на её реакцию. Естественно, сделать это надо хитро и осторожно, но, если Мила сумеет её
воодушевить, следовательно, Любовь Андреевна непременно возьмёт с собой Антона. Да и он
сам не откажется, несмотря на то, что совсем недавно начал работать в концерне Анатолия
Максимовича. Ведь, скорее всего, он ещё ни разу не был за границей, да и вообще, кто же от
такого отказывается?
И начнутся дни, полные отдыха и любви, на золотом песочке пляжа, с коктейлями,
которые подносят вышколенные официанты, в тёплой воде океана... Дело за малым -
определиться, куда поехать.
Она бы с удовольствием съездила в Таиланд, но после недавних событий: землетрясения и
цунами, смывшего с лица земли столько людей и сооружений, эта поездка отпадала. Мила
никогда не была поклонницей экстремального отдыха. Каждую секунду бояться, что цунами
может повториться, и накроет тебя с головой, разобьёт в лепёшку, совсем не хотелось. Может
быть, на Гоа? Но Мила там уже была. И, потом, имеет смысл поехать туда, где у Резника дом
или вилла. Ведь тогда можно жить там не две недели, своеобразный максимум, который
полагается по турпутёвке, а сколько захочется. Или сколько позволит виза. Но в любом случае
это гораздо больше двух недель! Провести месяц с Антоном в раю - больше ей ничего и не
надо!
Антон был чрезвычайно доволен. Ещё бы, провернуть такое дельце! И ведь совсем
несложно было, что ещё приятнее. Он вложил минимум средств, получил максимум выгоды. А
не тому ли учил Рокфеллер начинающих миллионеров? Если у тебя есть апельсин - сделай из
него апельсиновый сок и продай в два раза дороже самого апельсина!
Или это был не Рокфеллер? Впрочем, какая разница, кто это был - Рокфеллер, Форд,
Вандербилт...
Теперь и он на правильном пути. В том, что он тоже станет миллионером, Антон ничуть
не сомневался. Сами звёзды на его стороне. Не случайно же ему удалось разыскать свою мать, а
ей повезло выйти замуж за такого человека, как Резник! Иначе Антону так бы и пришлось
остаться детдомовцем на всю жизнь! Нашёл бы работу за пятьсот - восемьсот долларов, завёл
бы семью, жил бы в "хрущёвке" и радовался жизни.
Он хмыкнул. После того, как он пожил в доме Резников, эти несчастные доллары казались
ему не то что копейками, а вообще пылью, ничем. На одну зарплату для обслуживающего
персонала Резник тратит несколько десятков тысяч долларов в месяц!
Но теперь Антон компенсирует себе все годы нищеты и неудачи. Вернее, уже начал
компенсировать!
Главное - что мать ему во всём потакает, она во всех случаях становится на его сторону,
что бы он ни делал. И так будет всегда! По крайней мере, недавно Антон в этом убедился.
Мать застала Милу на выходе из его комнаты. А ведь Мила - жена другого её сына,
младшенького, так сказать, того, кого растила с пелёнок. А вот на тебе - она предпочла сына
старшего!
Антон удовлетворённо усмехнулся, оглядывая свой новый кабинет. Подумать только, как
быстро его карьера пошла на взлёт! Он сидел в кабинете, который раньше занимал Павел.
Анатолий Максимович, вне себя от гнева за ошибки, которые допустил сын, а, вернее, за
отсутствие раскаяния у Павла, снял его с должности начальника юридического отдела. Теперь
это место занимает Антон. В знак благодарности за то, что именно Антон сумел распознать
ошибки Павла и постарался исправить их.
Правда, Резник сказал, что смещает Павла временно, но Антон был уверен, что сможет
добиться для себя этого места надолго. Павел сюда не вернётся! Уж он - то приложит к этому
все усилия!
Кто бы мог подумать, что убрать Павла с дороги будет проще простого! Для этого
потребовалось лишь восемь человек и какие-то две тысчонки долларов, которые он им заплатил
- каждому по сто баксов. Ещё двести пришлось на организационные расходы: поиск этих
людей. Ну и остальные - на подкуп человечка из газеты, которая и напечатал ту чушь. А после
этого Антон подделал записи в регистрационном журнале у секретарши, вот и всё. Ему
понадобилось меньше двух недель, чтобы организовать подобное дельце. И в результате он
получил эту должность, оклад в три раза выше, нежели назначенный ранее, и все перспективы
дальнейшего продвижения. Но самое главное - он отомстил Павлу!
Антон с самого начала возненавидел сводного брата, у которого с детства было всё, чего
не было у Антона. Может быть, поэтому он и Милу соблазнил, потому что она тоже
принадлежала Павлу?
Антон задумался. Ну, во-первых, это она соблазнила его, тогда, в бассейне, а во-вторых,
Мила и ему самому нравилась. Он искренне недоумевал, как эта дохлая рыба Павел Резник
сподобился на такой поступок и женился на певице. Впрочем, всё понятно: это Мила сама
женила его на себе, она такая!
Антон счастливо засмеялся. Он и Мила были одного поля ягоды, и его это вполне
устраивало. Оставалось надеяться, что её - тоже.
Он имел на неё большие виды. Чуть позже, когда он завладеет всем концерном, тогда он
уведёт Милу от братца. А в том, что он приберёт "Теллурику" к рукам, парень не сомневался.
Сначала он начнёт приобретать акции - понемногу, на деньги самого Резника, что
примечательно. Уж мать-то не откажет ему в любой сумме!
По
...Поділитися у соцмережах
