Жанр: Детектив
Увертюра смерти
...нтайс использовала левую педаль, водяного пистолета уже не
было в установленном месте. Однако в какой-то момент между двумя тридцатью в
пятницу и полуднем в субботу кто-то сел за рояль и использовал левую педаль,
и ловушка сработала.
Аллен снял скатерть со стола. Мисс Прентайс нервно взвизгнула. Он взял со
стола "Венецианскую сюиту" и указал на круглое вздутие от воды и бесцветные
пятна на обратной стороне.
- Через пять часов после катастрофы это было еще мокрым. Так же как и
разорванный шелк вокруг дыры в передней части рояля. Мисс Прентайс сказала
нам, что ее ноты находились на рояле с начала недели. Все утро в субботу в
ратуше были люди. Поэтому, по-видимому, водяной пистолет был вынут до
субботнего утра, и, предположительно, это сделал убийца, так как невиновный
не стал бы молчать о том, что обнаружил мину-ловушку. В пятницу днем и
вечером ратуша была пуста. На этом этапе я могу сказать, что господин
Джернигэм и доктор Темплетт оба имеют алиби на день пятницы, когда они были
на охоте и вернулись незадолго до репетиции в Пен Куко. Доктор Темплетт
имеет алиби с вечера пятницы до субботнего утра, так как в течение этого
времени он выполнял свои профессиональные обязанности. Едва ли возможно,
чтобы он вошел в ратушу рано утром в субботу, чтобы поиграть на рояле.
Помощники прибыли вскоре после девяти часов утра, и к этому времени водяной
пистолет уже был вынут.
Теперь о револьвере. Если, как мы предполагаем, водяной пистолет был
найден в пятницу, так же возможно, что он был заменен на револьвер до
субботы. Но эта возможность нам кажется маловероятной. Известно, что
помощники находились в ратуше все утро в субботу, и убийца рисковал быть
обнаруженным. Достаточно, чтобы кто-нибудь раздвинул прогнивший шелк на
передней части рояля, чтобы блеснуло дуло кольта. Верно, эти ноты были на
подставке, но их можно снять. Кто-то мог протереть рояль. Так же верно, что
никто не заглядывал под крышку, так как тот, кто вынул водяной пистолет, не
поленился опять закрепить полотнище с помощью кнопок и поставить сверху
тяжелые горшки с цветами. Однако и в этом был значительный риск. Кажется
более вероятным, что убийца отложил установку револьвера до самого
последнего момента. Скажем, часа в четыре в субботу.
Темплетт внезапно пошевелился, но не произнес ни звука.
- На четыре часа в субботу, - сказал Аллен, - ни у кого из вас нет алиби,
которое выдержало бы пять минут перекрестного допроса.
- Но...
- Я говорила вам...
- Я объяснил вчера...
- Вы хотите, чтобы я подробно остановился на этом? Подождите немного и
послушайте. Примерно в половине четвертого миссис Росс приехала в ратушу.
Доктор Темплетт прибыл сюда пятью минутами позже.
Она пришла, чтобы завершить приготовления к ужину, а он - чтобы положить
одежду для пьесы в своей уборной. Они оба утром заезжали в Пен Куко. Миссис
Росс сказала нам, что пока доктор Темплетт был в доме, она оставалась в
машине. Я полагаю, что нет нужды напоминать вам всем о французском окне,
ведущем в кабинет в Пен Куко.
- Я знала, - прошипела мисс Прентайс. - Я знала, я знала!
- Вы выходите за пределы своих обязанностей, господин Аллен, - сказала
миссис Росс.
- Нет, - сказал Аллен. - Я едва останавливаюсь на этом, чтобы
подчеркнуть, как легко было бы кому угодно из вас подняться по Топ-Лейн и
проникнуть в кабинет. Вернемся к посещению ратуши в три тридцать. Доктор
Темплетт дал, по-моему, правдивый отчет об этом. Он рассказал нам, что
приехав, нашел там миссис Росс, которая занималась приготовлениями к ужину.
Через некоторое время они вышли сюда, на сцену. Они обратили внимание, что
последнее окно справа, рядом с парадной дверью, было приоткрыто на несколько
дюймов. Миссис Росс, которая первой это заметила, сказала доктору Темплетту,
что ей показалось, будто кто-то промелькнул за окном. Чтобы дотянуться до
окна, этот наблюдатель использовал ящик.
Он еще немного отвернул скатерть, чтобы все увидели полуразвалившийся
ящик. Мисс Прентайс хихикнула и закрыла рот ладонью.
- Вот этот ящик. Он совпадает с отметками под окном. Вы узнаете его,
доктор Темплетт?
- Да, - вяло сказал доктор Темплетт. - Я помню сверху это белое пятно. Я
увидел его, когда посмотрел вниз.
- Точно. Мне следует объяснить, что когда доктор Темплетт подошел к окну,
он выглянул на улицу, но никого не увидел. Он обратил внимание на ящик и
говорит, что, когда он пришел, ящика там не было. Теперь миссис Росс
говорит, что она не знает, кто промелькнул за окном. Но я провел эксперимент
и обнаружил, что в таких обстоятельствах, как она описала, вполне можно
опознать человека. Можно точно определить, женский или мужской силуэт
показался на какой-то момент за окном и исчез. Полиция будет настаивать, что
миссис Росс на самом деле узнала, кто это был. Аллен повернулся к Темплетту.
- Миссис Росс не сказала вам, кто это?
- Я не знаю, кто это, - сказала миссис Росс.
- Доктор Темплетт?
- Я верю заявлению миссис Росс. Аллен посмотрел на эсквайра.
- Когда вы разговаривали один на один с миссис Росс сегодня днем, сэр, вы
вспомнили этот эпизод?
- Я не могу ответить на этот вопрос, Аллен, - промычал эсквайр.
Генри поднял голову и посмотрел на отца в некотором удивлении.
- Очень хорошо, сэр, - сказал Аллен. - Я должен напомнить вам всем, что
вы вольны отказаться отвечать на любой вопрос, который вам может быть задан.
Полиция не может расставлять ловушки, и мой долг сказать вам, что мы
установили личность наблюдателя.
Он снял крышку с маленькой коробки.
- Один из этих кусочков резины был найден на кончике гвоздя внутри ящика.
Другие мы нашли за выступающими кусочками дерева также внутри ящика.
Он раскрыл конверт и вытряс оттуда рваный хирургический напальчник.
- Кусочки резины, - сказал он, - совпадают с дырками в этом напальчнике.
Мисс Прентайс ошарашила всех присутствующих, с силой захлопав в ладоши.
- О, инспектор! - пронзительно закричала она. - Какой вы чудесный,
замечательный, великолепный!
Аллен повернулся и встретился с ее восхищенным взглядом. Ее выпуклые
глаза еще больше выпучились, рот был открыт, и она несколько раз подряд
кивнула с выражением экстаза на лице.
- Значит, вы признаете, - сказал он, - что это вы поставили этот ящик под
окном в субботу днем?
- Конечно!
- И что вы вставали на него, чтобы посмотреть в окно?
- Увы, да!
- Мисс Прентайс, почему вы сделали это?
- Я была направляема высшей силой.
- Почему вы не признались в том, что ставили ящик под окном, когда
инспектор Фоке спрашивал вас об этом?
Совершенно не подходящим ей по возрасту девическим жестом она закрыла
лицо руками.
- Я боялась, он спросит меня, что я увидела.
- Это совершеннейшая чепуха! - рассерженно произнес Темплетт.
- И почему, - продолжал Аллен, - вы сказали мне, что были дома все время
в субботу после полудня?
- Я боялась сказать, что я сделала.
- Боялись? Кого?
Она вся напряглась и, казалось, просто налилась ядом. Она вытянула руку
вперед через стол. Ее палец указывал на миссис Росс.
- Ее. Она пыталась убить меня. Она - убийца. Я могу это доказать. Я могу
доказать.
- Нет! - закричал эсквайр. - Нет! Боже милосердный, Аллен...
- У вас есть сомнения, господин Аллен, - сказала миссис Росс, - в том,
что эта женщина выжила из ума?
- Я могу доказать, - продолжала повторять мисс Прентайс.
- Как? - спросил Аллен. - Прошу вас, господин Джернигэм, давайте закончим
с этим вопросом. Вскоре все прояснится.
- Она знала, что я ее видела. Она пыталась убить меня, потому что
испугалась.
- Вы слышите это, миссис Росс? Это серьезное обвинение. Что вы ответите
на это? Я должен предупредить вас, что по поводу этого инцидента доктор
Темплетт сделал заявление.
Она быстро взглянула на Темплетта. Он сказал:
- Я решил, что вы не посчитались со мной в другом деле. Я рассказал
правду.
- Сумасшедший, - произнесла миссис Росс. Впервые она казалась
действительно испуганной. Она подняла руки к тонкой шее и начала нервно
дотрагиваться до нее. Затем она спрятала руки в складках платья.
- Я не особенно хочу повторять суть заявления доктора Темплетта, - сказал
Аллен.
- Очень хорошо.
Ее голос дрогнул, она задержала на секунду дыхание и затем спокойно
произнесла:
- Очень хорошо. Я узнала мисс Прентайс. Мне нечего бояться. Старых дев не
убивают за подслушивание.
- Господин Джернигэм, - сказал Аллен, - миссис Росс рассказала вам об
этом инциденте сегодня днем?
Эсквайр, не отрываясь, смотрел на миссис Росс таким взглядом, как будто
это была Медуза Горгона. Не отводя от нее глаз, он кивнул.
- Она предположила, что мисс Прентайс пришла в ратушу с намерением
установить револьвер в рояль?
- Так оно и было. Я готова поклясться, - сказала миссис Росс.
- Господин Джернигэм?
- Да. Да, она предположила это.
- Она сказала вам, что вы можете верить ей?
- О, Боже мой! - сказал эсквайр.
- Я слишком поздно пришла сюда, - сказала миссис Росс, - чтобы сделать
что-нибудь с роялем. Она посмотрела на Дину.
- Вы это знаете.
- Да, - сказала Дина.
- Это было после того, - отрывисто заговорила мисс Прентайс, - как она
начала расставлять для меня ловушки, вы знаете. Затем я увидела это все в
одно мгновение. Она должна была смутно разглядеть меня через стекло, и так
как я стала свидетельницей непростительного греха, она уничтожит меня. Вы
ведь понимаете, потому что это очень важно. Она в союзе с остальными, и не
пройдет и недели, как один из них схватит меня.
Темплетт сказал:
- Аллен, вы должны понять. Вы чересчур далеко зашли. Совершенно очевидно,
в чем тут дело.
- Мы будем продолжать, если вы не против, - проговорил Аллен. - Господин
Коупленд, вы сказали мне, что в пятницу вечером вы ждали мисс Прентайс у
себя в доме.
Ректор, очень бледный, произнес:
- Да.
- Она не пришла?
- Нет. Я говорил вам. Она позвонила.
- В котором часу?
- Вскоре после десяти.
- Из Пен Куко?
- Это из-за руки, вы знаете, - быстро заговорила мисс Прентайс. - Я
хотела, чтобы рука отдохнула. Это было так ужасно. Кровь стучала в руке.
Бум, бум, бум. Поэтому я сказала, что останусь дома.
- Вы звонили из Пен Куко? - - Я сняла трубку, господин Аллен, - сказала
Дина. - Я же говорила вам.
- А что вы ответите, мисс Коупленд, на то, что в пятницу вечером телефон
в Пен Куко не работал с восьми двадцати до следующего утра?
- Но.., этого не могло быть.
- Боюсь, что было именно так.
Он повернулся к Генри Джернигэму.
- Вы согласны?
- Да, - сказал Генри, не поднимая головы.
- Благодарите за это остальных, - сказала мисс Прентайс дрожащим голосом.
- Остальных?
- ОСТАЛЬНЫХ, да. Они всегда делают подобные трюки. А эта вот женщина хуже
всех из них.
- Итак, мисс Коупленд?
- Я сняла трубку, - повторила Дина. - Мисс Прентайс сказала, что она
останется дома.
- Это противоречие, - сказал Аллен, - ведет нас на шаг дальше. Миссис
Росс, в пятницу вечером вы ехали в Чиппинг через Черч-Лейн?
- Да.
- Вы сказали мне, что видели свет в ратуше.
- Да.
- Вы думаете, что это было в уборной господина Джернигэма?
- Да.
- Мисс Дина, в этой комнате находится телефон, не так ли?
- Да, - прошептала Дина. - О да. Аллен вынул из кармана свою визитную
карточку, нацарапал на ней что-то и протянул Генри.
- Вы не отведете мисс Дину домой? - спросил он. - Я хочу, чтобы через
полчаса вы позвонили сюда из дома ректора. Покажите эту карточку человеку у
двери, и он выпустит вас.
Генри посмотрел на Аллена в упор.
- Очень хорошо, сэр, - сказал он. - Спасибо. Генри и Дина вышли.
- Теперь, - сказал Аллен, - мы подошли к финальной сцене. Я должен вам
сказать.., хотя, осмелюсь заметить, что вы все уже слышали об этом.., что в
шесть тридцать мисс Глэдис Райт пользовалась роялем и нажимала на левую
педаль. Несчастья не произошло. Так как маловероятно, чтобы кто-нибудь мог
снять горшки с цветами и вставить кольт после половины седьмого, то мы
твердо уверены, что он уже был на своем месте. Предохранитель, который
господин Генри Джернигэм показал всем вам, и в частности миссис Росс,
объясняет историю Глэдис Райт. Как, в таком случае, виновному лицу удалось
снять с предохранителя оружие после того, как Глэдис Райт и ее
подружки-помощницы пришли в ратушу? Я покажу вам, как это можно было
сделать.
Он подошел к рампе.
- Обратите внимание, что занавес падает на дальний конец
импровизированной рампы и только задевает верх рояля. Теперь, если вы
посмотрите...
Он остановился и засунул руку под занавес. Показалась верхняя часть
рояля, покрытая зелено-желтым полотнищем.
- Это полотно приколото точно так же, как и в субботу. Оно крепко
натянуто по всему верху рояля. Крышка поднята, но этого, конечно, не видно.
Горшки с цветами стоят на внутренней стороне крышки. Я вынимаю центральную
кнопку сзади, и моя рука скользит под полотнищем. Я спрятан за занавесом, и
горшки с цветами также играют роль маскировки от зала. Мои пальцы достигли
пространства за пределами открытой крышки. Внутри него они нащупывают
холодную гладкую поверхность кольта. Слушайте.
Сквозь шум дождя и ветра они услышали короткий щелчок.
- Я снял его с предохранителя, - сказал Аллен. - Теперь револьвер готов
выстрелить мисс Кампанула между глаз.
- Ужасно, - с силой произнес ректор.
- Существует одна последовательность событий, в которой мы можем быть
уверены, - сказал Аллен. - Мы знаем, что первой пришла Глэдис Райт. Мы
знаем, что она вошла в ратушу в шесть тридцать и все время находилась в зале
перед занавесом со своими подружками до и после того, как стали приходить
зрители. Мы знаем, что невозможно было кому-либо спуститься со сцены в зал
незамеченным. Мисс Райт готова поклясться, что никто этого не делал. Мы
знаем, что мисс Дина Коупленд пришла со своим отцом вскоре после Глэдис Райт
и была здесь, за кулисами. Мы знаем, что господин Коупленд сидел на сцене до
тех пор, пока не вышел делать зрителям объявление, только один раз покинув
свое место, когда все звонили по телефону, и еще один раз, когда убеждал
мисс Прентайс не играть на рояле.
Господин Коупленд, видели ли вы, как в какой-то момент кто-то наклонился
к занавесу, как я только что?
- Нет. Нет! Я абсолютно уверен, что не видел. Вы знаете, мой стул был
прямо напротив этого места.
- Да, поэтому мы знаем, что если только господин Коупленд не является
убийцей, предохранитель должен был быть снят во время одной из его отлучек.
Но господин Коупленд считал до последнего момента, что мисс Прентайс будет
играть на рояле. Мы убеждены, что господин Коупленд не является убийцей.
Ректор поднял свою большую руку - этим жестом он, казалось, отрекался от
своей невиновности. Эсквайр, мисс Прентайс, миссис Росс и Темплетт не
отрывали глаз от Аллена.
- Зная тот единственный способ, с помощью которого можно было снять
предохранитель, кажется очевидным, что мисс Прентайс не являлась
предполагаемой жертвой. Мисс Прентайс, вам холодно. Вы чувствуете сквозняк?
Мисс Прентайс отрицательно потрясла головой, но она дрожала, как мокрый
пес. Раздался слабый шум какого-то движения за кулисами. Аллен продолжал:
- Когда вы все столпились вокруг нее и она уступила и согласилась
разрешить мисс Кампанула играть, было довольно просто спуститься сюда и
опять поставить кольт на предохранитель. Зачем подвергать себя риску быть
арестованным за убийство не того человека?
Ровный голос Аллена на минуту замер. Он наклонился вперед и опять
заговорил, придавая каждому произнесенному слову особую значимость:
- Нет! Ловушка была установлена для мисс Кампанула. Она была установлена
до того, как мисс Прентайс отказалась от своего права играть на рояле, и это
было сделано кем-то, кто знал, что она не будет играть. Предохранитель был
снят в тот единственный момент, когда сцена была пуста. В тот момент, когда
вы все собрались вокруг телефона. Затем убийца затаился и стал ждать
наступления катастрофы. Сейчас там внизу, за занавесом, у рояля сидит
человек. Через минуту вы услышите первые аккорды прелюдии, как вы слышала
это в субботу вечером. Если вы прислушаетесь, вы услышите щелчок спускового
крючка, когда левая педаль будет опускаться. Это будет представлять собой
выстрел из револьвера. Представьте себе убийцу. Представьте кого-то, чья
рука прокралась под занавес, когда зал был заполнен, и установила эту
ловушку. Представьте, как этот кто-то сидел, как мы сейчас, и ждал этих трех
фатальных аккордов.
Аллен замолчал.
Тяжело, словно молот, и оглушающе громко мертвая рука ударила по клавишам
в темном зале за занавесом, и прогремели три аккорда прелюдии мисс
Кампанула.
Бом. Бом! БОМ!
И очень медленно, неровными толчками, начал подниматься занавес.
То же самое начала делать мисс Прентайс. Как будто невидимая рука тянула
ее вверх за волосы. Ее рот был широко открыт, но она только хрипло
заикалась, не в силах произнести ничего членораздельного. Она не отрывала
глаз от поднимавшегося занавеса и указывала рукой на ректора, покачивая ею
вверх-вниз.
- ЭТО РАДИ ВАС! - закричала мисс Прентайс. - Я СДЕЛАЛА ЭТО РАДИ ВАС!
Найджел, сидевший за роялем, увидел, как Аллен взял ее за руку.
- Элеонора Прентайс, вы арестованы...
Глава 27
ОКОНЧАНИЕ ДЕЛА
Генри и Дина сидели у камина в кабинете ректора и смотрели на часы.
- Почему он хочет, чтобы мы позвонили? - сказала Дина уже, наверное, в
шестой раз. - Я не понимаю.
- Кажется, я понимаю. Я думаю, что это задание - просто предлог. Он
захотел, чтобы мы ушли оттуда.
- Но почему?
Генри обнял ее за плечи и прижался щекой к ее волосам.
- О, Дина, - сказал он.
- Что, дорогой?
Дина подняла глаза. Он сидел на ручке ее кресла, и ей пришлось
передвинуться немного в его объятиях, чтобы увидеть его глаза.
- Генри! Что с тобой?
- Я думаю, там сейчас разыгрывается нехорошая сцена.
- Но.., это не миссис Росс?
- Скорее всего не она.
Не отрывая глаз от его лица, она взяла его за руку.
- Я думаю, это Элеонора, - сказал Генри.
- Элеонора?!
- Это единственный ответ. Ты не поняла, к чему все время вел Аллен?
- Но ведь она же хотела играть. Она устроила самую ужасную сцену из-за
того, что ей не разрешали.
- Я знаю. Но Темплетт сказал за два дня до спектакля, что она не в
состоянии этого сделать. Разве не понятно, что она подстроила все так, что
мы, увидев, как она стонет и плачет, будем настаивать, чтобы она отказалась
играть?
- А если бы мы не настаивали?
- Она бы оставила предохранитель или не пользовалась бы левой педалью
или, может быть, она "обнаружила" бы револьвер и обвинила бы мисс К., что та
его туда подложила. Из этого получилась бы восхитительная сцена.
- Я не могу в это поверить.
- Ты можешь подумать на кого-нибудь еще?
- Миссис Росс, - быстро ответила Дина.
- Нет, дорогая. Я думаю, что миссис Росс просто попыталась шантажировать
моего отца. Убийца - моя кузина. Понравится ли тебе муж, о котором каждый
будет говорить: "О да, Генри Джернигэм! Не он ли был племянником, или сыном,
или еще кем-то убийцы из Пен Куко?"
- Я буду любить моего мужа и не буду слушать таких разговоров. Кроме
того, ты еще не знаешь. Ты просто пытаешься угадать.
- Я уверен в этом. Есть очень много моментов, которые начинают совпадать.
И которые никак больше нельзя объяснить; Дина, я знаю, что это она.
- В любом случае, дорогой, она - сумасшедшая.
- Надеюсь, - сказал Генри. - Боже, но ведь это же ужасно! Он спрыгнул с
ручки кресла и начал нервно ходить взад-вперед.
- Я не могу больше этого вынести, - сказал Генри.
- Уже пора звонить.
- Давай.
Но когда они подошли к двери, они услышали голоса в прихожей.
Вошел ректор, а за ним Аллен и эсквайр.
- Дина! Дина, где ты? - крикнул ректор.
- Она здесь, - ответил Генри. - Отец!
Эсквайр повернул к своему сыну лицо, белое как мел.
- Иди сюда, дружище, - сказал он. - Ты мне нужен.
- Стул, - быстро произнес Аллен. Генри и Аллен усадили эсквайра на стул.
- Бренди, Дина, - сказал ректор. - Он потерял сознание.
- Нет, нет, - проговорил Джоуслин. - Генри, дружище, мне надо сказать
тебе...
- Я знаю, - сказал Генри. - Это Элеонора. Аллен отошел к двери и наблюдал
за ними. Теперь он был здесь посторонним. Произведенный им арест словно
воздвиг стеклянную стену между ним и маленькой группой людей, суетившихся
вокруг эсквайра. Он знал, что большинство его коллег едва ли обращали
внимание на такие моменты почти полной изоляции. Но он чувствовал себя
кем-то вроде Мефистофеля, который глядел сверху на результат собственной
работы. Ему не доставляли радости такие сенсации. Был один-единственный
момент, когда ощущение изолированности покинуло его. Все вспомнили о нем и
повернулись к нему, и он увидел на их лицах уже знакомый настороженный
антагонизм. Он сказал:
- Если господин Джернигэм захочет увидеться с Элеонорой Прентайс, это
можно устроить. Она будет под надзором суперинтенданта Блэндиша.
Он поклонился и уже направлялся к выходу, когда услышал громкий голос
Джоуслина:
- Подождите минуту.
- Да, сэр?
Аллен быстро подошел к его стулу. Эсквайр взглянул на него.
- Я знаю, что вы пытались подготовить меня к этому, - сказал он. - Вы
угадали, что говорила мне эта женщина. Я не мог вынести этого, пока.., пока
все не кончилось.., я не признался бы в этом. Вы понимаете?
- Да.
- Черт знает что такое! Как подумаю, что нам предстоит наутро... Просто я
хотел сказать, что оценил то, как вы действовали. Очень деликатно.
- Я хотел избежать финальной сцены, если бы увидел другой возможный
способ.
- Знаю. Конечно, я не должен задавать вопросов. Есть кое-что, чего я не
понимаю... Аллен, вы считаете, она не в своем уме?
- Я уверен, что доктор Темплетт даст вам совет, к какому психиатру лучше
обратиться, сэр.
- Да. Спасибо.
Эсквайр сощурился и неожиданно протянул руку.
- Спокойной ночи.
- Спокойной ночи, сэр. Генри сказал:
- Я выйду с вами.
Пока они шли к двери, Аллен думал: "Что-то есть в этих Джернигэмах из Пен
Куко".
- Странно, - сказал Генри. - Я полагаю, что это сильный удар для всех
нас. Но я в данный момент вообще ничего не чувствую. Ничего. Я не могу
поверить, что она... А где она?
- Полицейская машина сейчас движется в направлении Грейт-Чиппинг. Ей
понадобятся кое-какие вещи из Пен Куко. Мы сообщим вам об этом.
Генри резко остановился у двери.
- Она испугана? - спросил он неожиданно ледяным голосом.
Аллен вспомнил ее лицо, губы, поднятые над выступающими далеко вперед
зубами, глаза навыкате, в которых не было слез, пальцы, которые сжимались и
разжимались, как будто она что-то уронила.
- Я не думаю, что она чувствует страх, - сказал он. - Она была абсолютно
спокойна, не плакала.
- Она не умеет. Отец часто говорил, что она даже в детстве никогда не
плакала.
- Я помню, ваш отец говорил мне это.
- Я ненавидел ее, - сказал Генри. - Но сейчас в этом нет никакого смысла.
Она выжила из ума. Это странно, потому что никто в семье не страдал
безумием. Что будет дальше? Я хочу сказать, когда ее начнут судить? Мы..,
что мы должны делать?
Аллен рассказал ему, что им следует сделать. Впервые в жизни он давал
советы родственникам человека, обвиненного в убийстве. Он сказал:
- Но вы должны попросить прежде всего совета у ваших адвокатов. И это
действительно все, что я могу вам сказать.
- Да. Да, конечно. Спасибо, сэр.
Генри внимательно всматривался в лицо Аллена. Он видел его сквозь полоски
дождя, которые блестели от света, лившегося через открытую дверь.
- Странно, - отрывисто произнес Генри. - Вы знаете, я собирался
расспросить вас о Скотленд-Ярде. Как там начинают.
- Вы серьезно думаете об этом?
- Да. Мне нужна работа. Хотя едва ли она подходит для племянника
обвиняемой.
- Не вижу причин, почему вам нельзя попробовать себя в роли полицейского.
- Я читал вашу книгу. Боже мой, как странно вот так просто стоять здесь и
беседовать с вами.
- Вы гораздо сильнее потрясены, чем вам кажется. На вашем месте я отвез
бы отца домой.
- Со вчерашнего дня, сэр, мне казалось, что я уже видел вас раньше. Я
сейчас вспомнил. Агата Трои написала ваш портрет, не так ли?
- Да.
- И очень хороший, правда? Довольно лестно позировать для Трои. Какая
она?
- Я считаю ее очень славной, - сказал Аллен. - Она согласилась выйти за
меня замуж. Спокойной ночи.
Он улыбнулся, помахал рукой и шагнул в дождь.
Найджел подъехал на своей машине к дому ректора и отвез Аллена в
Грейт-Чиппинг.
- Остальные только что уехали, - сказал Найджел. - Мисс П. упала в
обморок после вашего ухода, и Фоксу опять пришлось вызвать Темплетта, чтобы
привести ее в чувство. Они заедут за охранницей в местный участок.
- Неужели упала в обморок?
- Да. Она что, совсем рехнулась?
- Я не стал бы так говорить. Не совсем.
- Нет?
- Странности у нее стали проявляться только с субботнего вечера.
Возможно, у нее сильный невроз. Неуравновешенность, истеричность и так
далее. В суде во время процесса очень внимательно относятся к определению
умопомешательства. Ее адвокат, возможно, будет говорить о моральном
разложении, мании или галлюцинациях. Если он докажет, что у нее есть
отклонения на уровне мышления, он преуспеет в защите. Боюсь, что бедному
старому Коупленду придется поделиться своим опытом. Они возмутятся, что я
приказал вам играть на рояле, но я подстраховал
Закладка в соц.сетях
