Жанр: Детектив
Остров медвежий
...ительное...
- А вы что думали? - Во мне кипела злость, но голос прозвучал устало. -
Если я этого не сделаю, она уйдет из дома. А ночь нынче не для прогулок.
Втроем - Юнгбек, Конрад и я - мы, внесли Страйкера в помещение и
положили так, чтобы нельзя было видеть размозженный затылок. Поднявшись с
раскладушки, Джудит Хейнс медленно, словно лунатик, подошла к мертвому и
опустилась на колени. С минуту молча смотрела на него, затем протянула руку
и нежно провела по изувеченному лицу. Никто не произнес ни слова, никто не
пошевелился. Не без труда Джудит подняла правую руку мужа, хотела было
сделать то же самое с левой, но, заметив, что рука стиснута в кулак, она
осторожно разжала пальцы. На ладони убитого лежал коричневый круглый
предмет. По-прежнему стоя на коленях, она взяла его и показала находившимся
в комнате. Потом протянула Аллену. Все, словно сговорясь, посмотрели на
юношу.
Обшитая коричневой кожей пуговица как две капли воды походила на те,
что остались целыми на куртке Аллена.
Глава 9
Долго ли продолжалась тишина, лишь подчеркиваемая шипением ламп и воем
ветра, я не знаю. Пожалуй, не больше десяти секунд. Но они показались
вечностью. Глаза Аллена были прикованы к пуговице в руках Джудит Хейнс,
взоры присутствующих устремлены на него самого. Эта маленькая обтянутая
кожей пуговица точно заворожила нас.
Первой вышла из оцепенения Джудит Хейнс. Медленно, с усилием она
поднялась и остановилась в нерешительности. Приняв это за чистую монету, я
смотрел не на женщину, а на Конрада и Смита. Конрад опустил веки, дав
понять, что знает, как надо действовать. Смит перевел взгляд в сторону
Джудит Хейнс, и в тот момент, как она двинулась прочь от тела своего мужа,
оба придвинулись друг к другу, преградив ей путь. Джудит Хейнс остановилась
и, взглянув на мужчин, улыбнулась.
- В этом нет никакой необходимости, - произнесла она и швырнула
пуговицу Аллену. Тот машинально поймал ее и растерянно поднял глаза на
женщину. - Она ведь тебе еще пригодится, не так ли? - снова улыбнулась она и
направилась в сторону своей комнаты.
Я облегченно вздохнул, впрочем, как и те, кто стоял поблизости.
Отвернувшись от Джудит Хейнс, я посмотрел на Аллена.
И снова реакция моя была ошибочной. Я инстинктивно чувствовал, что
такое спокойствие и кротость не вяжутся с характером этой волчицы, но
приписал их потрясению.
- Это ты его убил, ты! - вдруг завизжала она как бешеная. Однако еще
больше ярости она проявила, набросившись на маленькую Мэри, так что та упала
на спину. Джудит накинулась на нее, выставив острые ногти.
- Ах ты, сука, потаскуха, грязная тварь, убийца! Это ты убила его! Ты
убила моего мужа! Ты! Ты! - рыдая, оскорбляла она перепуганную девушку.
Схватив одной рукой ее за волосы, другой Джудит норовила впиться ей в глаза,
но тут подоспели Смит и Конрад. Оба рослые, сильные мужчины, но обезумевшая
женщина дралась с таким остервенением, что понадобилось время, чтобы
оторвать ее от жертвы. Но и теперь мисс Хейнс все еще не выпускала из
пальцев волосы Мэри. Лишь после того как Смит бесцеремонно вывернул ей руку,
Джудит вскрикнула от боли и отпустила волосы бедной девушки. Джудит
поставили на ноги, но она продолжала кричать. Она дико выла, как воет перед
смертью животное. Внезапно вой оборвался, ноги у мисс Хейнс подкосились, и
Смит с Конрадом опустили ее на пол.
- Действие второе? - взглянул на меня, тяжело дыша, побледневший
Конрад.
- Нет, это не было просто игрой. Не проводите ли Мэри в ее комнату? - Я
посмотрел на потрясенную, всю в слезах девушку, но помочь не успел. Забыв о
собственных ранах, Аллен опустился перед ней на колени и помог сесть. С
помощью платка не первой свежести он принялся промокать три безобразные
глубокие царапины на левой щеке Мэри. Оставив их вдвоем, я зашел к себе в
комнату, взял шприц для внутривенных инъекций и направился к Джудит Хейнс.
Смит и Конрад стояли рядом, к ним присоединились Отто, Граф и Гуэн. При виде
шприца Отто схватил меня за руку.
- Вы хотите сделать укол моей дочери? Ведь все кончилось. Вы видите,
она без сознания.
- Хочу, чтобы она и впредь оставалась в таком состоянии, черт побери, -
ответил я. - В течение многих часов. Так будет лучше для нее и для всех нас.
Признаться, мне жаль вашу дочь, для нее это был такой удар. Но в данном
случае я должен принять во внимание ее положение. Откровенно говоря, она
сейчас невменяема и крайне опасна. Хотите еще раз взглянуть на то, что она
сделала с Мэри?
Джерран не знал, что ответить, но Гуэн, как всегда спокойный и
рассудительный, пришел мне на помощь:
- Доктор Марлоу абсолютно прав, Отто. Он старается ради блага Джудит.
Прийти в себя после подобного потрясения ей поможет лишь продолжительный
отдых. Это для нее самое лучшее.
Я придерживался иного мнения. Самым лучшим средством была бы
смирительная рубашка, однако я поблагодарил Гуэна кивком, сделал Джудит
инъекцию, помог поместить больную в спальный мешок с "молнией" на боку и,
проследив за тем, чтобы ее укрыли одеялами, вышел. Коккер-спаниелей я отвел
к себе в комнату.
Посадив маленькую Мэри на скамью, Аллен продолжал вытирать кровь с ее
щеки. Девушка перестала плакать и лишь изредка всхлипывала. Стоявший
неподалеку Лонни с сочувствием смотрел на нее, качая головой.
- Бедная девочка, - произнес он вполголоса.
- Все будет в порядке, - сказал я в ответ. - Если чуть постараться, то
рубцов не останется.
Я взглянул на тело Страйкера. Ясно было, что его нужно как можно скорее
отнести в гараж: кроме Лонни и Аллена, все неотрывно смотрели на труп, он
притягивал взгляды.
- Я не маленькую Мэри имел в виду, - отозвался Лонни, - я говорил о
Джудит Хейнс. Бедная одинокая девочка.
Я пристально вгляделся в Гилберта, но ни следа иронии на его лице не
было, Лонни действительно жалел Джудит.
- Лонни, вы не перестаете удивлять меня, - признался я.
Затопив печку, я поставил греться воду, затем повернулся к Страйкеру.
Смит и Конрад поняли меня без слов. Лонни настоял на том, чтобы пойти с
нами. Оставив Страйкера в гараже, мы направились в барак. Смит и Конрад
вошли внутрь, Лонни остался снаружи. Он стоял задумавшись и, казалось, не
замечал ни ветра, ни пурги, ни лютого холода.
- Постою здесь немного, - проговорил он. - На свежем воздухе и голова
лучше работает.
- Ни в коем случае, - возразил я. Забрав у него из рук фонарь, я
направил луч в сторону соседнего хозяйственного блока. - Заходите. Прямо и
налево.
Если охрана порядка на студии "Олимпиус продакшнз" была поставлена из
рук вон плохо, то о запасах спиртного тут позаботились.
- Дорогой мой, - произнес Лонни, отбирая у меня фонарь. - Я сам
проследил за разгрузкой.
- И за тем, чтобы не было замка, - добавил я.
- Даже если б замок и был, Отто все равно дал бы мне ключ.
- Дал бы ключ? - недоверчиво спросил я.
- Конечно. А вы решили, что я профессиональный взломщик? Как вы
думаете, кто дал мне ключи от буфета на "Морнинг роуз"?
- Отто? - догадался я.
- Кто же еще?
- Чем вы его шантажируете, Лонни?
- Отто - очень добрый человек, - вполне серьезно ответил Гилберт. -
Разве я вам не говорил?
- Не помню, - ответил я, наблюдая за тем, как старик целеустремленно
двигался по глубокому снегу к складу продуктов. Наконец я вошел в жилой
барак.
Поскольку Страйкера унесли, внимание большинства обитателей барака было
обращено на Аллена. Заметив это, тот убрал руку с плеча Мэри, хотя все еще
продолжал вытирать кровь с ее щеки. Конрад, которому Мэри Стюарт нравилась
все больше и который постоянно искал ее общества последние два дня, сидел
рядом с латышкой, растирая ее руки (та, видно, пожаловалась, что озябла).В
бараке действительно было все еще холодно. Мэри Стюарт смущенно улыбалась,
но не противилась. Отто, Гуэн, Граф и Нил Дивайн, сидевшие возле печки,
негромко переговаривались. Дивайн выступал в качестве не столько участника
дискуссии, сколько бармена, расставляя стаканы и бутылки. Жестом Отто
подозвал меня.
- После всего того, что нам пришлось вытерпеть, - произнес он, - думаю,
необходимо восстановить силы. - Неслыханная щедрость Отто служила
безусловным подтверждением того, насколько потрясен он случившимся. - Кроме
того, нужно решить, что с ним делать.
- С кем?
- Разумеется, с Алленом.
- Ах, вот что. Прошу прощения, господа, но не рассчитывайте, что я
стану участником попойки и обсуждения. - Я кивнул Аллену и маленькой Мэри,
которые с некоторой опаской наблюдали за нами. - Простите, мне нужно
заняться своими прямыми обязанностями.
Сняв с печки воду, успевшую нагреться, я принес ее к себе в комнату,
накрыл белой тканью шаткий стол, поставил на него тазик, инструменты и
нужные медицинские препараты. Войдя в общую комнату, подошел к углу, где
сидели Конрад и Мэри Стюарт. Как и все остальные, они переговаривались почти
шепотом - не то для того, чтобы их не слышали, не то под впечатлением смерти
Страйкера. Теперь Конрад старательно массировал другую руку девушки.
- Извините, что помешал вам оказывать потерпевшей первую помощь, но. я
хочу подлатать Аллена. Дорогая Мэри, не могли бы вы присмотреть за маленькой
Мэри?
- Дорогая Мэри? - изумленно поднял он бровь.
- Я называю ее так, чтобы отличить ее от маленькой Мэри, - объяснил я.
- Кроме того, я обращаюсь к ней таким образом, когда мы вдвоем коротаем
ночи.
При этих словах Мэри Стюарт слабо улыбнулась.
- Дорогая Мэри, - повторил Конрад одобрительно. - Мне нравится это.
Можно, я буду вас так называть?
- Не знаю, - ответила девушка полушутя-полусерьезно. - Не будет ли это
нарушением авторских прав?
- Он может получить лицензию на временное их использование, - отозвался
я. - В любой момент могу ее аннулировать. О чем это вы секретничали?
- Хотим узнать ваше мнение, док, - ответил Конрад. - Тот камень,
которым ударили Страйкера, весит, думаю, килограммов тридцать. А вы как
полагаете?
- Так и полагаю.
- Я спросил Мэри, смогла бы она поднять такой валун над головой. Она
сказала: "Не смеши меня".
- Если она не переодетая олимпийская чемпионка, то вы действительно
смешны. Конечно, поднять такой валун ей не под силу. А в чем дело?
- Взгляните на нее, - кивнул Конрад в сторону маленькой Мэри. - Кожа да
кости. Представляете себе...
- Я бы хотел, чтобы Аллен слышал ваши слова.
- Вы знаете, что я хочу сказать. Под силу ли ей поднять такую глыбу?
Джудит Хейнс назвала ее убийцей. Правда, Мэри тоже участвовала в поиске, но
каким образом...
- Думаю, мисс Хейнс имела в виду другое, - сказал я и отошел. Подозвав
жестом Аллена, я обратился к Смиту, сидевшему поблизости:- Мне нужен
ассистент для операции. Нет ли у вас желания помочь?
- Есть, - ответил штурман, поднимаясь. - Готов заняться чем угодно,
лишь бы не думать о том, какой рапорт составляет на меня капитан Имри.
Полагая, что природа с задачей справится лучше меня, я не стал возиться
с лицом юноши и вместо этого занялся раной на затылке. Сделав заморозку, я
выбрил кожу вокруг раны и кивком показал на нее Смиту. Тот широко открыл
глаза, но не сказал ни слова. Я наложил восемь швов и заклеил рану
лейкопластырем. Во время всей операции не было произнесено ни слова.
- Вы ничего не хотите сказать, доктор Марлоу? - не выдержал Аллен.
- Хороший лекарь за работой не болтает.
- Думаете так же, как и остальные, верно?
- Не знаю. Не знаю, что думают остальные. Ну, вот и готово. Зачешите
волосы назад, и никто не догадается, что вы рано облысели.
- Хорошо. Спасибо вам. - Обернувшись, Аллен помолчал, затем горько
спросил:- Каким же негодяем я всем кажусь, верно?
- Только не доктору.
- Значит... Вы не думаете, что это сделал я?
- Нет, не думаю. День у вас тяжелый, вы потрясены больше, чем
представляете себе. Когда новокаин перестанет действовать, вам будет больно.
Ведь ваша комната рядом с моей?
- Да, но...
- Когда я закончу с маленькой Мэри, я пришлю ее к вам.
Юноша хотел что-то сказать, но лишь устало кивнул и вышел.
- Какой кошмар, - произнес Смит. - Я насчет раны. Удар, видно, был
страшный.
- Его счастье, что череп не проломлен. И вдвойне счастье, что
сотрясение мозга небольшое.
- Ага. - Помолчав, Смит прибавил: - Я не доктор и не мастер по части
слов, но не кажется ли вам, что все теперь предстает в ином свете?
- А я доктор, и мне тоже так кажется. Поразмыслив, Смит добавил:
- Особенно если повнимательней посмотреть на Страйкера?
- Вот именно.
Я привел маленькую Мэри. Она была очень бледна, боязливо оглядывалась,
но в целом держала себя в руках. Взглянув на Смита, она хотела что-то
сказать, но передумала, позволив мне заняться ее лицом. Я продезинфицировал
царапины и наложил на них лейкопластырь со словами:
- Некоторое время будете испытывать страшный зуд, но если потерпите и
не сдерете пластырь, шрамов не останется.
- Спасибо, доктор. Постараюсь, - ответила девушка слабым голосом. -
Можно с вами поговорить?
- Разумеется. - Заметив, что она смотрит на Смита, я прибавил:- Можете
не волноваться. То, что вы сообщите мне, за пределы этой комнаты не выйдет.
- Понимаю, однако...
- Мистер Джерран угощает виски всех желающих, - спохватился Смит,
направляясь к двери. - Ни за что не прощу себе, если не воспользуюсь
случаем.
Не успел штурман выйти из комнаты, как маленькая Мэри схватила меня за
лацканы пиджака. В лице ее были отчаяние и тревога, в глазах - мольба.
- Аллен не делал этого, доктор Марлоу. Я знаю. Клянусь, не делал.
Понимаю, обстоятельства против него. Эта утренняя драка, и снова драка,
пуговица в руке мистера Страйкера и все остальное. Но я знаю, он этого не
совершал, он сказал мне. Аллен не станет лгать! Он человека обидеть не
способен, а не то что убить. И я его не трогала! - говорила она, стиснув
кулачки. По щекам девушки лились слезы. За всю свою недолгую жизнь ей еще не
приходилось попадать в такой переплет. Мотая головой, она восклицала:- И я
этого не совершала, она меня назвала убийцей! При всех назвала! Я не
способна на такое, доктор Марлоу... Я...
- Мэри! - Я закрыл ей рот ладонью. - Вы и мухи не обидите, я это знаю.
И Аллен таков. Разве если только муха особенно назойлива. Да и то не уверен,
что это у вас получится.
Убрав мою руку, Мэри широко раскрыла глаза:
- Так вы хотите сказать, доктор Марлоу...
- Хочу сказать: глупые вы гусята. Я не только не верю, что вы имеете
какое-то отношение к смерти Страйкера, я это знаю.
Шмыгнув носом, бедная девочка продолжила:
- Вы очень добрый человек, доктор Марлоу. Хотите нам помочь...
- Да перестаньте вы. Я это могу доказать.
- Доказать? - В измученных глазах ее затеплился огонек надежды. Не
зная, верить мне или нет, девушка повторила оцепенело: - А она говорит, это
я... я убила.
- Мисс Хейнс сказала это в переносном смысле, - возразил я. - А это
разные вещи. Но и тут она ошиблась. Она хотела сказать, что вы ускорили
смерть ее мужа, однако это не так.
- Ускорила?
- Да. - Взяв ее за руки, чтобы она больше не мяла мне одежды, я
посмотрел на девушку, стараясь придать своему лицу выражение этакого доброго
дядюшки. - Скажите мне, милая Мэри, вы когда-нибудь вздыхали под луной в
обществе Майкла Страйкера?
- Я? Вздыхала?
- Мэри!
- Да, - произнесла она с несчастным видом. - То есть нет, не было
этого.
- Вы очень понятно выражаетесь, - ответил я. - Тогда поставим вопрос
иначе. Вы когда-нибудь давали мисс Хейнс повод для подозрений?
- Да. - Она снова шмыгнула носом. - .Вернее, он дал повод. - Не
выказывая своей досады, я сочувственно посмотрел на девушку. - В тот день,
когда мы отплыли из Уика, он позвал меня к себе в каюту. Он был в каюте
один. Сказал, что хочет поговорить о фильме.
- На этот раз не о гравюрах, - заметил я. Растерянно взглянув на меня,
Мэри продолжала:
- Он и не собирался говорить о фильме. Вы должны верить мне, доктор
Марлоу!
- Я вам верю.
- Он закрыл дверь, схватил меня и начал...
- Избавьте меня от кошмарных подробностей. Когда этот негодяй стал к
вам приставать, в коридоре послышался стук женских каблучков. Подлец сделал
вид, будто это вы сами ему навязываетесь. Дверь открылась, появилась его
дражайшая половина, он стал отбиваться от распутной помощницы режиссера со
словами: "Что вы, что вы, Нанетта! Возьмите себя в руки! Как так можно!" или
что-то в этом роде.
- Примерно так оно и было. - Вид у Мэри стал еще более жалким. Потом,
спохватившись, она проговорила: - А как вы узнали?
- Таких Страйкеров хоть пруд пруди. Сцена, которая последовала, была
кошмарной.
- Было две сцены, - бесцветным голосом проговорила девушка. - Нечто
похожее произошло на следующий день вечером. Джудит пригрозила пожаловаться
своему отцу, мистеру Джеррану. Страйкер, конечно в ее отсутствие, заявил,
что, если я вздумаю скандалить, он меня уволит. Ведь он продюсер картины.
Позднее, когда я... подружилась с Алленом, он сказал, что если захочет, то
выгонит нас обоих и позаботится о том, чтобы ни одна киностудия не приняла
нас на работу. Аллен сказал, что он не прав, что мы ни в чем не виноваты.
- И тогда Страйкер избил его. Не беспокойтесь, с Алленом все будет в
порядке. Раненый странствующий рыцарь будет рядом с вами. - Я улыбнулся и
чуть коснулся ее распухшей руки. - Зрелище стоит того, чтобы его увидеть.
Юный возлюбленный, обклеенный лейкопластырем. Вы его любите, Мэри?
- Конечно, - произнесла девушка торжественно. - Доктор Марлоу...
- Замечательный я человек?
Почти счастливо улыбнувшись, девушка вышла. Вслед за нею появился Смит.
Я рассказал ему то, что услышал.
- Этого и следовало ожидать, - отозвался штурман. - Истина становится
очевидной, когда тебе ее вешают на нос и вдобавок лупят по голове дубиной.
Что же делать?
- А делать нужно вот что. Во-первых, надо реабилитировать этих двух
влюбленных в глазах всей группы. Это не имеет значения в данный момент, но,
полагаю, им хотелось бы, чтобы их товарищи не видели в них преступников и
разговаривали с ними как с равными. Во-вторых, я не намерен сидеть тут без
дела ближайшие двадцать два дня. И два-то дня слишком много. Быть может, мне
удастся раззадорить неизвестного или неизвестных преступников, чтобы они
начали действовать.
- По-моему, действий было достаточно, - заметил Смит.
- Возможно, ты и прав. В-третьих, для нас обоих жизнь могла бы стать
гораздо легче и безопаснее, если бы мы вынудили всех наблюдать друг за
другом, чтобы помешать преступникам напасть на нас врасплох.
- Ты берешь быка за рога, -заметил Смит. - Сразу приступаешь к
осуществлению своего плана. Начнешь с общей беседы?
- Начну с общей беседы со всей честной компанией. Я посоветовал Аллену
отдохнуть пару часов, но, думаю, им с Мэри тоже следует присутствовать.
Смит вышел, следом за ним и я, В общей комнате, по-прежнему держа в
руках стаканы, восседали, негромко переговариваясь, Гуэн, Отто и Граф.
Примеру их последовали и почти все остальные. Отто Джерран жестом подозвал
меня.
- Одну минуту, - ответил я, направляясь к выходу. Задыхаясь от ледяного
ветра, проникавшего в легкие, мешавшего идти, я с трудом двигался к складу
продовольствия. Сидя на ящике, при свете фонаря Лонни любовно разглядывал
янтарную жидкость в стакане.
- Ха! - воскликнул он. - Наш вездесущий лекарь. Знаете, когда вино
придется мне отведать...
- Вино?
- Фигурально выражаясь. Когда пьешь благородное шотландское виски,
половину удовольствия получаешь от его созерцания. Вы когда-нибудь пробовали
пить в темноте? Безвкусное, затхлое, никакого букета. На эту тему можно
написать целую монографию, - указал он в сторону штабеля ящиков, сложенных у
стены. - Возвращаясь к моим рассуждениям насчет потустороннего мира, хочу
сказать, что если открыты бары на острове Медвежий, то наверняка...
- Лонни, - прервал я его, - вы много потеряли. Отто угощает всех
благородным виски. Причем наливает в большие стаканы.
- Я как раз собирался уходить. - Запрокинув голову, он опустошил
стакан. - При мысли, что меня могут принять за мизантропа, меня охватывает
ужас.
Я отвел этого друга рода человеческого в кают-компанию и сосчитал
присутствующих. Двадцать один человек, включая меня, как и должно быть.
Двадцать вторая - Джудит Хейнс - лежит у себя в каюте и проснется не скоро.
Отто снова подозвал меня. На сей раз я повиновался.
- У нас состоялся своего рода военный совет, - с важным видом произнес
он. - Мы пришли к определенному выводу и хотели бы услышать ваше мнение.
- Почему именно мое? Я рядовой служащий, как и все остальные,
разумеется, за исключением вас троих и мисс Хейнс.
- Считайте, что вы кооптированы в совет директоров, - великодушно
сказал Граф. - Конечно, временно и без выплаты жалованья.
- Нам важно узнать ваше мнение, - без обиняков заявил Гуэн.
- Мнение о чем?
- О мерах, которые следует принять по отношению к Аллену, - ответил
Отто. - Я знаю, по закону каждый считается невиновным, пока не будет
доказано обратное. Мы отнюдь не намерены предпринимать какие-то радикальные
меры. Но мы хотим оградить себя...
- Как раз об этом я и хотел с вами поговорить, - сказал я. - Насчет
того, чтобы оградить себя. С этой целью я обращаюсь к каждому из
присутствующих.
- С какой целью? - грозно сдвинул брови Отто Джерран.
- Хочу сделать короткое объявление, - отозвался я. - Я не отниму у вас
много времени.
- Я не могу вам этого позволить, - надменно произнес Отто. - Во всяком
случае, пока вы не объясните нам суть вашего объявления. Лишь после этого мы
можем дать или не дать свое согласие.
- Дадите вы свое согласие или нет, мне безразлично, - ответил я
равнодушно. - Мне не потребуется ничье согласие, когда речь идет о жизни и
смерти людей.
- Я запрещаю. Напоминаю вам о том, о чем вы сами мне напомнили. - Отто
забыл, что следует говорить вполголоса, теперь все внимание присутствующих
было приковано к нашему спору. - Вы мой служащий, сэр!
- Вот я и хочу в последний раз выполнить свой долг добросовестного
служащего, - сказал я, плеснув в стакан виски из бутылки, из которой
наливали себе Джерран и несколько других участников группы. - Общее
здоровье! -произнес я. -Я придаю этому тосту важное значение. Здоровье нам
понадобится, чтобы покинуть этот остров живыми и невредимыми. Будем
надеяться, что фортуна не отвернется ни от кого из нас. Что касается службы,
Джерран, то можете считать, что с данной минуты я у вас больше не служу. Я
не хочу работать на дураков. Более того, я не хочу работать на тех, кто,
возможно, не только дурак, но и мошенник.
Отто посинел, не в силах ни вздохнуть, ни произнести хоть слово. На
лице у Графа появилось задумчивое выражение. Гуэн оставался безучастен.
Оглядевшись, я продолжал:
- Излишне говорить о том, что очевидно. О том, что наша экспедиция
оказалась удивительно неудачной, что ее преследовали несчастья одно за
другим. Произошел ряд трагических и чрезвычайно странных событий. Умер
Антонио. Это могло произойти в силу неблагоприятных обстоятельств; могло
случиться и так, что он был убит по ошибке вместо кого-то другого. То же
самое можно сказать и об обоих буфетчиках, Моксене и Скотте. Аналогичные
покушения были, возможно, предприняты против мистера Джеррана, мистера Смита
и молодого Сесила, присутствующих здесь. Могу с уверенностью заявить, что,
не окажись я рядом, по крайней мере трех из них ждала бы участь Антонио.
Вам, возможно, покажется странным, почему столько внимания я уделяю случаям
пищевого отравления, хотя и со смертельным исходом. Да потому, что у меня
есть все основания считать, что смертельный яд, аконитин, содержащийся в
корнях аконита, которые невозможно отличить по виду от хрена, был подмешан в
пищу отдельным членам экипажа во время ужина, когда упомянутые лица
отравились.
Мельком взглянув на присутствующих, я убедился: все были ошеломлены
настолько, что даже не переглядывались и забыли о щедрости Отто. Глаза всех
теперь были прикованы ко мне, все обратились в слух.
- Затем таинственно исчезает Холлидей. Не сомневаюсь, что причину
смерти можно было бы установить при вскрытии, но я также не сомневаюсь и в
том, что тело несчастного Холлидея лежит на дне Баренцева моря. Я думаю -
хотя это всего лишь предположение, - он погиб не в результате пищевого
отравления, а потому, что выпил отравленное виски, предназначенное мне. - Я
взглянул на Мэри Стюарт. Рот у нее открылся, глаза расширились в ужасе;
кроме меня, этого не заметил никто.
Опустив ворот канадки, я показал собравшимся огромный синяк на левой
стороне шеи.
- Такой синяк я мог получить сам, упав и ударившись обо что-то? Или
возьмем случай с разбитой рацией. Могло ли это быть случайностью?
Пока это одни лишь предположения. Допускаю, в жизни случается так, что
происходят еще более драматические, но никак между собой не связанные
события. Но случайность, возведенная в энную степень, противоречит всем
принципам теории вероятности. Думаю, вы согласитесь, что если нам удастся
однозначно доказать, что налицо тщательно разработанное и тщательно
осуществленное преступление, то новые трагические события следует считать не
случайными, а преднамеренными убийствами для достижения цели, которая нам
неизвестна, но которая имеет огромное значение для пре
...Закладка в соц.сетях
