Жанр: Детектив
Мужское дело серия: (Гуров)
...прочитал его мысли.
- Зря вы так, Лев Иванович, - Лунин тяжело вздохнул. - Ни к чему было ваше
геройство. Пожалуй, кроме Крячко и Орлова, никто его не оценит. О жене бы подумали...
- Предоставьте мне самому право устраивать свою собственную жизнь! - резко осадил
Лунина сыщик.
- Да вы ее уже устроили. И, мне кажется, не слишком хорошо! - усмехнулся Лунин. -
Ладно, не будем о грустном. Пойдемте в гостиную.
Вся компания прошествовала в просторную комнату. В самом ее центре стоял
огромный круглый стол, ломившийся от деликатесов. Оглядев все это великолепие, Гуров
усмехнулся. Все-таки не каждый сыщик, приговоренный бандитами к смерти, удостаивается
такого приема.
"Обычно нас режут в грязных подворотнях!" - подумал Гуров и подошел к столу.
Боевики расположились вдоль стен, кольцом охватив комнату. Гуров подумал, что
обедать им явно не придется. Тем более что у стола стояло всего три стула. Лунин сел на
один из них и указал Гурову место напротив себя. Филиппов пристроился слева от Гурова.
- Может, вы еще и последнее мое желание исполните? - Гуров обвел рукою стол. -
Говорят, в Штатах приговоренному к смерти подают любой обед по его выбору. А затем
спрашивают последнее желание.
- Ну, естественно, - рассмеялся Лунин. - Если оно будет в разумных пределах, то
почему бы и нет? Мы же цивилизованные люди...
Гурову вдруг надоел весь этот дешевый фарс. Опротивел Лунин с его слащавым
голосом. Стала невыносима вся эта опереточная обстановка с вооруженными боевиками в
камуфляже вдоль стен. Все было похоже на дешевый спектакль бездарного режиссера. К
тому же сыгранный никудышными артистами! Гуров презрительно посмотрел на Лунина:
- Может, перестанем ломать комедию? К чему это карнавальное благородство? Решили
убить меня, так убивайте. Мне ваши рожи уже успели надоесть!
- Вы, никак, на тот свет торопитесь, Лев Иванович? - Лунин спокойно воспринял
вспышку Гурова. - Придется подождать! Днем вас вывозить отсюда опасно. А марать вашей
кровью паркетные полы желания у меня нет. Так что пользуйтесь благами, пока есть
возможность. В раю одним нектаром питаться будете!
Лунин встал из-за стола, так и не притронувшись ни к чему. Несколько секунд он
смотрел на Гурова, словно пытаясь понять чувства сыщика, а затем отвернулся. Дав
распоряжения боевикам о том, как себя следует вести с сыщиком, Лунин простился с
Гуровым.
- Прошу прощения, но у меня есть еще кое-какие дела. Придется до вечера избавить
вас от своего общества, - извинился он перед сыщиком и повернулся к Филиппову: -
Поехали со мной. Тебя кое-кто видеть хочет.
Филиппов побледнел и поднялся из-за стола. Налив себе рюмку "Абсолюта", майор
выпил ее одним глотком и с ненавистью посмотрел на Гурова. Сыщик спокойно встретил его
взгляд.
- Ничего, сука, мы с тобой еще успеем поквитаться. Сегодня вечером! - злобно
прошипел майор. - Я сам тебя на ремешки постругаю.
- Пошли, Филин, кому сказал! - крикнул из прихожей Лунин.
Майор покривился, но ослушаться не посмел. Через минуту Гуров остался
наслаждаться обществом боевиков, лишившись двух столь интересных собеседников.
Бандиты, охранявшие Гурова, разделились. Двое остались с ним в комнате, а трое ушли
на кухню. Видимо, присматривать за сыщиком показалось им занятием утомительным.
Увидев это, Гуров почувствовал, что у него появился шанс спастись.
Квартира Лунина находилась на третьем этаже. Насколько Гуров запомнил ее
расположение, окна должны выходить во двор. Прыгать с третьего этажа было не совсем
умным решением. Но почти в каждом дворе растут деревья. Вполне возможно, что одно из
них располагалось именно под окном квартиры Лунина. И им можно воспользоваться для
побега. Дерево могло смягчить удар при падении и послужило бы прекрасной защитой от
пуль.
Избавиться от двух боевиков было не так уж сложно. Вон в того, что вальяжно
расположился около двери, можно запустить тарелкой салата. Пока он протирает глаза,
следует упасть со стула на пол, перекатиться и врезать ногой в промежность второму, тому,
что стоит у окна.
Несколько секунд уйдет у тех троих, которые сидят на кухне. Этого Гурову может
вполне хватить для того, чтобы выпрыгнуть головой вперед в окно. Вот только нужно знать,
куда прыгать!
Нырять рыбкой хорошо только в бассейн. Такой прыжок с третьего этажа на
асфальтированную площадку двора может закончиться плачевно. Как минимум переломом
обеих рук. А вот максимум - очередным в Москве случаем суицида. Если, конечно, за окном
нет дерева. Вот это и следовало проверить. Гуров попытался встать из-за стола.
- Сидеть! - рявкнул боевик, что стоял у дверей. - Куда собрался?
- Руки помыть, - Гуров опустился на стул. - После такой мрази, как ваш Филин, не
умывшись, хлеб брать кощунственно.
- Вставай, иди, - на лице боевика не проскользнуло и тени улыбки. - В следующий раз
сначала говоришь, что тебе надо. Потом поднимаешь руки за голову и встаешь по команде.
Если что-то неясно, то я попрошу Белого тебя по затылку слегка тюкнуть.
Гуров обернулся ко второму боевику. Тот скалился во все тридцать два вставных зуба.
Белым его прозвали явно от избытка остроумия. Парень был очень смуглым. Пожалуй,
чернее его могла быть только кошка, побывавшая в дымоходе ближайшей кочегарки. Если у
него и было что-то белое, то только белки глаз. Даже зубы боевика сверкали золотом. Гуров
осмотрел боевика с ног до головы и сочувственно покачал головой.
Что ж, пришлось признать, что побег через окно с треском провалился. Встать и
сориентироваться ему не дадут. Рисковать разбиться об асфальт двора или быть
подстреленным после более-менее удачного приземления Гурову не хотелось.
Сыщик был практичный человек. Шанс спастись, прыгая с третьего этажа в
неизвестность (попав на козырек над входом, например), был невелик. Ровно такой же, как
при попытке выйти из квартиры через дверь. Пока была надежда на то, что предоставится
другая возможность для побега, рисковать так не стоило. Гуров вздохнул и спросил боевика
у двери:
- Так ты меня к умывальнику поведешь? Или это тоже запрещено? Что ж вы тогда меня
наручниками к батарее не пристегнете?
- Будешь умничать, пристегнем, - пообещал боевик и добавил: - Я же сказал: встань и
иди. Только медленно и без резких движений.
Когда Гуров приблизился к парню у дверей, тот скомандовал ему встать лицом к стене.
Не сводя с сыщика настороженного взгляда, боевик крикнул, чтобы с кухни пришел один
человек. Когда тот появился, бандит приказал ему открыть дверь ванной и встать поодаль от
нее, держа Гурова на прицеле.
Несмотря на свое отчаянное положение, сыщик не мог не восхититься
профессионализмом боевиков. Действовали они на высшем уровне, словно прошли
специальную подготовку, и сбежать Гурову, судя по всему, вряд ли удастся.
Восхищение действиями охранников быстро прошло. Гуров не привык проигрывать.
Он всегда был убежден, что нет безвыходных ситуаций, есть слабые духом люди! И именно
теперь, когда уверенность в себе была столь необходима, Гуров лишился ее.
Нет, надежда на ошибку бандитов, которая даст шанс спастись, у Гурова была. Но он
привык планировать свои действия и предугадывать ответы противника. Именно
зависимость от слепого случая и выбила Гурова из колеи.
Сыщик вернулся и сел за стол. Гуров был голоден, как стая волков, и хотел напиться,
подобно законченному алкоголику. Сыщик понимал: для того чтобы воспользоваться
промахом бандитов, ему нужна трезвая голова и пустой желудок. Но ничего поделать с
собой не мог.
Борьба с собственным организмом продолжалась у Гурова недолго. Сыщик сдался,
решив, что он еще три раза успеет проголодаться и протрезветь к тому времени, когда его
попытаются отправить на тот свет. К тому же глупо отказываться от, может быть,
последнего удовольствия в жизни. Приглядев на столе соленые грибочки, он налил себе
водки.
- А вот это правильно, - усмехнулся боевик у дверей. - Нервы у тебя, конечно,
железные. Но на кой хрен от халявной выпивки и жратвы отказываться? Пей вдоволь, только
буянить не вздумай. Враз успокоим!
Гуров ухмыльнулся, но ничего не сказал.
Остаток дня пролетел незаметно. После второй рюмки пить расхотелось, да и чувство
голода пропало после нескольких съеденных кусков ветчины. Гуров отодвинул тарелку. Он
взял сигарету и закурил, уставившись в одну точку.
Ни о чем, кроме Марии, Гуров сейчас думать не мог. Как-то сразу решив для себя, что
Станислав непременно найдет этих бандитов и накажет, Гуров перестал ломать голову над
поисками спасения.
Сыщик сидел за столом и вспоминал. Тот день, когда они познакомились. Их
немудреную свадьбу. Счастливые ночи вдвоем и сцены ревности. Впрочем, и эти ссоры
казались сейчас Гурову милыми и наивными.
Сыщик настолько погрузился в свои воспоминания, что не обращал внимания на
частые смены боевиков в комнате, где сидел. Не заметил и того, как стемнело и кто-то зажег
в гостиной свет. Восприятие окружающего вернулось к Гурову только с появлением Лунина.
Хозяин квартиры сначала заглянул на кухню и побеседовал с боевиками. Затем
позвонил по сотовому телефону и лишь после этого появился в гостиной.
- Очень сожалею, Лев Иванович, но обстоятельства изменились, - проговорил Лунин с
порога.
- Что, все-таки придется пачкать паркет? - Гуров удивленно посмотрел на него. - Или
вы меня в ванной пристрелите? - Сыщик усмехнулся. - Сразу предупреждаю: резать меня не
следует. Поскольку могу откусить руку по самое плечо. Поэтому стреляйте. Желательно не в
голову. В гробу нефотогенично смотреться буду.
- Честное слово, я вами восхищаюсь, Лев Иванович! Нервы у вас дай бог каждому, -
рассмеялся Лунин. - Интересно, как бы я себя повел на вашем месте?
- Так давайте поменяемся, - предложил Гуров. Сыщика била дрожь от нервного
напряжения. Только огромным усилием воли ему удавалось сдерживаться. - Правда, такой
прощальный обед я вам не обещаю. Впрочем, можете поесть, прежде чем со мной местами
поменяться!
- Остроумно! - оценил Лунин, но на этот раз не рассмеялся. - Несмотря на мои
настоятельные просьбы, вам хотят предоставить еще один шанс. Чтобы вы оценили
серьезность наших намерений, говорить с вами будет руководитель организации. Однако не
обольщайтесь! После этого разговора обратной дороги у вас не будет.
- И то хорошо, - согласился сыщик. - Жалко было бы помереть, так и не посмотрев на
идиота, заразившего банкноты радиацией. Кстати, зачем?
- Не будем об этом! - резко оборвал Лунин и скомандовал: - Давай, Белый.
Гуров попытался обернуться, но не успел. Он почувствовал укол сзади в шею и начал
терять сознание. Падая со стула, сыщик успел краем глаза увидеть Белого. Тот стоял
ухмыляясь, держа в руках пистолет, каким в зоопарке усыпляют зверей...
Сыщик пришел в себя быстро. Никаких неприятных ощущений он не испытывал. Не
открывая глаз, Гуров попытался оценить свое состояние и решил, что перед пробуждением
ему ввели какой-то антитоксин. Гуров попытался пошевелить руками, но почувствовал, что
они в наручниках.
- Открывайте глаза, Лев Иванович, - услышал он незнакомый, чуть картавый голос. -
Не бойтесь, не ослепнете!
Гуров осторожно приоткрыл глаза и осмотрелся. Помещение, в котором он находился,
было довольно просторным. Обставлено оно было по последней моде и производило бы
вполне приятное впечатление, если бы не наличие боевиков с автоматами.
Впрочем, они были не единственными живыми существами в этой комнате. Прямо
перед Гуровым в глубоком мягком кресле сидел щуплый человек. На вид ему было не
меньше семидесяти, хотя стариком этот человек не казался. Одет он был безупречно и
производил впечатление значительной персоны. За его спиной, облокотившись на кресло,
стоял Лунин.
- Давно мечтал встретиться с вами. Правда, не при таких обстоятельствах, -
проговорил человек, увидев, что сыщик смотрит на него. - Будем знакомы! Меня зовут
Игнат Анатольевич.
- Не скажу, что мне это приятно, - усмехнулся сыщик.
- Да. Мне говорили, что вы зубастый, - медленно, после паузы, проговорил человек. -
Но я люблю людей с бульдожьей хваткой.
- Что выросло, то выросло, - Гуров посмотрел Игнату в глаза. - Объяснения в любви
давайте оставим на потом. Поговорим о деле. Зачем я вам понадобился? Горшки за вами
некому выносить?
- К счастью, пока в этом не нуждаюсь! - Игнат Анатольевич постучал по деревянному
подлокотнику кресла. - Вам же я хотел предложить сменить место работы.
- Опять старая песня на новый лад, - Гуров тяжело вздохнул. - И когда вам всем это
надоест?
Глава 15
Игнат Анатольевич, не переставая, расхаживал по комнате, двигаясь стремительно из
угла в угол. Его походка была какой-то странно прыгающей, словно Игната постоянно
подстегивали кнутом. Гуров спокойно наблюдал за его скачками. Что-то смутно знакомое
виделось сыщику в облике бандита. Но что это, Гуров никак понять не мог.
Позади Гурова возвышались два боевика, которые были готовы пресечь любое резкое
движение сыщика. Еще двое стояли напротив, держа Гурова под прицелом. Сам Лунин
держал правую руку в кармане пиджака: судя по тому, как он оттопыривался, там находился
пистолет, причем не меньше "беретты".
Гуров улыбался, глядя на такие меры предосторожности. Его боялись и не скрывали
этого, а затянувшиеся за полночь переговоры говорили о нежелании бандитов убивать
Гурова.
- Лев Иванович, мы же взрослые люди. Не чета этим пацанам, - продолжал тем
временем говорить Игнат, махнув рукой в сторону Лунина. - Мы прожили хорошую,
насыщенную жизнь. Не пора ли подумать о спокойной, обеспеченной старости?
- Недавно со мной произошел один неприятный случай, - начал Гуров, и Игнат
Анатольевич остановился. - Один сопливый дурак своровал из банка радиоактивные
купюры. Он спрятал их дома в коробке из-под обуви. А у него беременная жена. Теперь в
больнице и он, и супруга. И врачи не могут сказать, родит ли она нормального ребенка, или
младенец будет обречен жить инвалидом. Это дело ваших рук. И вы предлагаете мне
поучаствовать в убийствах младенцев?
- Вы говорите чушь! - сердито перебил Гурова главарь. - Никто вам такого и не
предложит. Вам не придется никого убивать.
- А какая разница? - пожал плечами Гуров. - Убивал ли я сам или знал, что убивают, и
не помешал этому? Я с таким камнем на душе жить не могу!
- Господи, да перестаньте вы играть в комсомольского активиста! - Игнат хлопнул
себя ладонями по тощим ляжкам. - Кого вы можете спасти, работая в милиции? Между
прочим, одной из главных обязанностей наших дорогих органов является предотвращение
преступлений. Сколько преступлений вы предотвратили лично? Нисколько! И никогда не
предотвратите, если будете продолжать работать дедовскими способами. Я вам предлагаю
реальную возможность сделать Москву безопаснее, а вы отказываетесь!
- Каким же это образом, позвольте узнать? - рассмеялся сыщик. - Пересажать всех
ваших конкурентов, расчистив вам дорогу? И что потом? Заслуженная пенсия на Багамах?
- Ну, допустим, на Багамы вы сможете каждый год летать, - устало вздохнул Игнат
Анатольевич и вернулся на свое место. - Я сейчас не о том.
Что-то во взгляде бандита говорило о том, что он начинает терять терпение. Гурову на
это было наплевать. Он принял для себе единственно верное решение и отступать от него не
собирался. Сыщик спокойно выдержал взгляд главаря.
- Я вас прошу помочь мне в реорганизации структуры моего бизнеса, - продолжил
после паузы Игнат Анатольевич. - Ни для кого не секрет, что большинство убийств
происходит из-за молодости и горячности. Такие, как мы с вами, тысячу раз подумают,
прежде чем нажать на курок. Вот для того, чтобы научить этих молокососов вести себя
сдержанней, чтобы держать под контролем, как вы выразились, конкурентов и следить,
чтобы они не наделали глупостей, вы мне и нужны.
Игнат сделал паузу и щелкнул пальцами. Один из боевиков достал из бара бутылку
минеральной воды и налил из нее половину стакана. Протянув стакан главарю, он вновь
занял свое место.
- Человек с вашим опытом неоценим в том бизнесе, что ведем мы, - проговорил
работу моих силовых структур, и, благодаря этому, в Москве будет меньше убийств, меньше
насилия и грабежей. Все это мешает моему бизнесу, да и вы реально поможете людям жить
спокойно. К тому же, вместо тех грошей, что платят вам в вашей конторе, я положу вам
солидное жалованье и оплаченный отпуск в любом уголке мира. Вы же с супругой уже
подумывали о ребенке? Вот и обеспечите свое чадо на всю жизнь!
- Нет, - коротко ответил Гуров.
- Да что вам там, в ментовке, медом намазали, что ли?! - заорал Игнат Анатольевич. -
Я вам делаю такое предложение, от которого может отказаться только дурак. Что вы нос
воротите? И тщеславие ваше будет удовлетворено, и преступников сажать я вам
возможность оставлю. Да и семью обеспечите на всю жизнь. Деньги не пахнут, Лев
Иванович!
- Пахнут, и еще как, - усмехнулся Гуров. - Все зависит от того, как их зарабатывать. У
кондитера, например, деньги пахнут карамелью. А у ассенизатора, естественно, дерьмом. Я
не могу проживать остаток дней, гадая, сколько человек заплатили жизнью за мои блага.
Совесть не позволит!
- Да провалитесь вы со своей совестью! - снова закричал Игнат. - Сколько можно
излагать вам прописные истины? Никого вы не спасете, работая в таких органах, какие они
сейчас. Единственное, что вы можете делать, так это сажать людей. И то только в том случае,
если преступник окажется дураком и сам придет вам в руки. А потом он выйдет и снова
будет грабить и убивать...
- Значит, опять посадим, - спокойно проговорил Гуров.
Со стороны вся эта перебранка смотрелось нелепо. Сыщик был спокоен, а тот человек,
что приговорил его к смерти, был в отчаянии. Гурову даже на секунду показалось, что от
исхода этого разговора зависит не его жизнь, а дальнейшая судьба Игната Анатольевича.
Словно они раз и навсегда поменялись местами. От этой мысли сыщик рассмеялся.
- Что вас так насмешило? - угрожающе спросил Игнат.
- Я никак не пойму, что вы со мной так возитесь? - ответил сыщик. - Я же вам не
невеста, которая до свадьбы давать не хочет. Вы меня вроде убивать собирались? Ну так
делайте свое дело, и простимся.
- Во-первых, вы мне нужны живым и сотрудничающим со мной. Есть такие дела, в
которых вы с вашими связями могли бы решить массу проблем, - взяв себя в руки,
продолжил Игнат Анатольевич. - Во-вторых, тех, кто вас устранит, будут искать гораздо
интенсивней, чем ликвидаторов того же Стешенко. Ну, и в-третьих, я привык получать то,
что хочу. Мама с детства избаловала.
- Серьезная причина, - усмехнулся Гуров и встал. Клацнули затворы автоматов, а
Лунин выхватил из кармана пистолет.
- Все, хватит! - резко проговорил сыщик. - Больше ваш горячечный бред я слушать не
намерен. Хотите убить? Попробуйте. Кого-нибудь на тот свет я с собой успею прихватить.
- Боюсь, что не успеете, - Игнат почему-то сразу успокоился, увидев вспышку
Гурова. - Что ж, никто вас за язык не тянул. Уведите его.
Почти сразу же на голову сыщика обрушился удар страшной силы. Тренированное тело
не подвело Гурова, и он уклонился. Рукоятка "узи" лишь скользнула по затылку, содрав
кусок кожи, и опустилась на плечо. Гуров попытался упасть на пол, но на этот раз не успел.
Удар другого боевика пришелся ему прямо в висок. И сыщик второй раз за вечер потерял
сознание.
Очнулся Гуров от пинка по ребрам. Страшно болела голова. Оценив свое состояние,
Гуров понял, что заработал сотрясение мозга. Подумав, как ему это будет мешать работать,
Гуров грустно усмехнулся. Он словно забыл, что работать больше не придется. Второй
пинок пришелся по почкам и был чувствительней первого.
- Вставай, сука! - прошипел под ухом Гурова голос Филиппова. - Я тебя что, тащить
до озера буду?
Сыщик с трудом разлепил залитые кровью веки и посмотрел на склонившегося над ним
майора. Филиппов с ненавистью встретил его взгляд и плюнул Гурову в лицо. Затем майор
размахнулся и нанес удар носком ботинка, целясь Гурову в нос. Сыщик дернул головой, и
Филиппов попал по челюсти. Гуров почувствовал, как захрустели зубы.
- Давай-ка прекращай! - кто-то оттащил майора. - До озера доведем, а там и делай, что
хочешь. Подохнет еще прямо тут...
- Ты меня поучи еще, щенок! - заорал Филиппов. - Ничего с этим гадом не случится.
Он из бетона сделан.
Он рывком поднял сыщика с холодной земли и толкнул вперед. Гуров осмотрелся.
Он стоял во дворе шикарной дачи. Сам дом сыщик мог видеть лишь краем глаза, но
ухоженный газон, подстриженные деревья и розовые кусты вдоль дорожки говорили о том,
что и дача должна быть соответственной.
На востоке, над вершинами деревьев, небо уже начинало розоветь. Все окружающие
предметы казались серыми в предутреннем свете. Гуров глубоко вдохнул влажный воздух и
удивился тому, что уже светает. Он не думал, что разговор с Игнатом продолжался так
долго.
"Что ж, на рассвете умирать лучше, - подумал сыщик. - Хотя какая, к хренам,
разница?!"
- Давай иди, козел, - подтолкнул его Филиппов. - Кранты тебе! Уж я об этом
позабочусь.
Подталкивая дулом автомата, майор повел Гурова в глубину сада. Прислушавшись к
звуку шагов, сыщик понял, что конвоируют его только двое.
Если бы убить Гурова поручили охранникам из команды Лунина, то у сыщика не было
бы никаких шансов. Он уже успел понять, насколько хорошо подготовлены эти боевики. Они
довели бы сыщика до нужного места, не сокращая дистанцию, и пристрелили в затылок. При
попытке сбежать Гурова изрешетили бы автоматными очередями.
Но теперь все было по-другому. Майор страстно жаждал поквитаться с Гуровым за
унижение, испытанное в полуразрушенном доме. Он захочет отыграться, и тогда у сыщика
появится шанс.
"Господи, теперь бы только нервы выдержали!" - Гуров почувствовал, как
покрывается холодным потом.
Сыщик смирился с тем, что живым ему уйти не дадут. А теперь, поняв, что может
спастись, Гуров почувствовал острый приступ страха.
"А вдруг майор просто пристрелит меня? - Гуров начинал паниковать. - Вдруг я не
уловлю момента, когда нужно будет действовать? Или боевик успеет среагировать? Или,
вообще, все провалю на хрен?!"
Гуров почувствовал, как сильно хочет жить. Прожить еще хотя бы столько, сколько
нужно для того, чтобы арестовать всех этих гадов и предать их суду. А потом хоть трава не
расти!
"Хватит, Лева! - мысленно приказал Гуров. - Успокойся, иначе тебе ни за что не
выбраться отсюда. Ты сейчас подобен майору и не в состоянии контролировать себя.
Соберись!"
Медленно, очень медленно Гуров начал успокаиваться. Он вдыхал полной грудью
осенний воздух, чувствуя, как утренний мороз приводит его в сознание. Восприятие мира у
Гурова необычайно обострилось. Казалось, он способен услышать и почувствовать, как
полусонный земляной червь проедает тонкую ниточку подземного хода.
Между тем Филиппов довел Гурова до калитки в высоком бетонном заборе. Калитка
была металлической, и закрывал ее огромный, тщательно смазанный замок. Боевик
прислонил Гурова к шершавой поверхности бетона, а майор открыл калитку. Затем пинком
подтолкнул сыщика наружу.
Почти сразу за забором стояла полуразвалившаяся беседка. Деревья вокруг нее были не
ухожены, и Гурову показалось, что здесь давно никто не бывал. Сыщик удивился, что в
окрестностях Москвы, где люди буквально зубами выгрызают лишнюю сотку земли, может
еще быть такое заброшенное место. За плотной стеной кустов Гуров увидел небольшое
озеро, заросшее ряской.
- Ну вот мы и пришли, - прошипел за его спиной Филиппов и ударил Гурова по
почкам.
- Ласковый ты мой, - усмехнулся Гуров, оборачиваясь. - Спасибо, что комара убил!
- Ах ты, сука! - завизжал майор и ударил Гурова в лицо.
Сыщик намеренно не уклонился. Он принимал удары Филиппова, молясь о том, чтобы
майор не прекращал истерики. И Филиппов разошелся. Он молотил Гурова так, словно
желал забить его до смерти.
Сыщик старался подставлять под кулаки майора менее чувствительные части тела. Но
и это не помогло. После одного из ударов Гуров все-таки упал на сырую траву под
прибрежными ветлами.
- Встать, сука! - заорал майор, пнув Гурова в живот. - Встань, козел, я еще не
закончил. Сказал же, что на ремешки тебя пошинкую.
Филиппов отбросил автомат и достал из-за пояса охотничий нож. Он стукнул по
сверкающему лезвию ногтем и, глядя сыщику в глаза, начал медленно приближаться.
Прыгнуть сейчас на Филиппова было равносильно самоубийству. Боевик изрешетил бы
его из автомата прежде, чем Гурову удалось сбить Филиппова с ног. Сыщик почувствовал,
что теперь-то все кончено. Гуров в отчаянии заскрипел зубами.
- Ну, это надолго, - пробормотал боевик. Гуров и майор одновременно повернулись к
нему. - Если ты собрался шинковать, то хоть рот ему заткни. А то так орать начнет, что его
на Каширке услышат.
Бандит сунул автомат под мышку и полез в карман. Он решил, что избитый, еле
державшийся на ногах мент уже не представляет никакой опасности.
Словно в замедленной съемке, Гуров увидел, как боевик достает помятую пачку
сигарет. Сыщик видел, как Филиппов поворачивается к нему, и понял: пора!
Гуров метнулся вперед, словно спринтер на старте. Он отшвырнул плечом ошалевшего
от удивления Филиппова и врезался лбом в подбородок боевика. Бросок Гурова бандит
заметил в последнюю секунду. Он попытался перехватить автомат, но не успел. Удар Гурова
свалил его.
На мгновение Филиппов замешкался. Этого хватило, чтобы Гуров нанес майору удар
ногой в корпус. Филиппов пошатнулся и упал.
Сыщик тоже упал. Он повалился спиной на боевика и лопатками придавил того к
земле. Одним быстрым движением Гуров вскинул ноги и вытащил через них из-за спины
руки, скованные наручниками. Холодная сталь содрала кожу с запястий, но Гуров не обратил
на это внимания. Он смотрел на майора.
Филиппов сделал все почти правильно. Он не стал вставать, а послал тело одним
броском вперед по земле, к автомату. Майор уже схватился за него, но Гуров был быстрей.
Не вставая, сыщик подхватил автомат боевика и нажал на спусковой крючок. Кровь
шумела в ушах Гурова столь сильно, что он
...Закладка в соц.сетях
