Жанр: Детектив
Рассказы
...то неудивительно. - также приветливо продолжал Эдвин.
- Наша газета локального масштаба, я бы даже сказал, что это
молодежная газета, каких сейчас десятки в Вашингтоне ...
- Допустим, - бесцеремонно перебил хозяин дома.
Но Эдванс даже не обратил внимания на его реплику и
продолжал:
- Я пишу сейчас глобальный репортаж о религии. Я много
слышыл о вас и я бы хотел взять у вас интерьвью о лютеранской
религии. Сечас молодежь стала все больше интересоваться
религией, но ее основная проблема в том, какое именно
направление избрать. Я считаю для себя очень важным привлечь
как можно больше людей к лютеранскому направлению, ибо я сам
являюсь ее приверженцем.
При этих словах, Департье удовлетворенно хмыкнул:
- Это все хорошо. - сказал он и тут же добавил. - Что-то
позднее у вас интервью получается ...но, ради святого дела, я
готов побеседовать с вами. Кстати, а как вы меня нашли?
- После неприятного инциндента с наркотиками, это было не
так-то просто ... - начал было Эдвин, но Департье не дал ему
договорить.
- Уж не думаете ли вы ... - зарычал священник и его
хищные глаза тут же налились кровью.
- Нет, я ничего не думаю. - бестрасстно ответил Эдвин. -
Естественно, что все это была всего лишь клевета, поражденная
недоразумением. Насколько я помню, это доказал лейтенант
Хопкинс ...
- Да, все это - клевета. - одобрительно покачал головой
Депатье. - Ну, что же, вы делаете святое дело. Садитесь за стол
и давайте поговорим.
Эдвин уселся за огромный дубовый стол напротив Департье,
разложил перед собой бумагу, ручку и приготовился к беседе.
- Прежде всего, - начал Эдванс, - я слышал, что вы
являетесь прямым потомком священного ордена "Трех сестер" ...
- Да, и, к тому же, последним, мистер ...
- Никлсон. - Напомнил Эдванс.
- Да, мистер Никлсон, - продолжал священник, - я
последний представитель великого ордена "Трех сестер" и у меня
увы, нет наследника.
Департье достал из буфета большую бутыль вина и пару
высоких стеклянных бокалов. Наполнив оба бокала красным, как
кровь, вином, хозяин дома одним махом осушил свою половину и
налил себе еще порцию вина. Эдвин даже не притронулся к своему
бокалу и спросил:
- Не могли бы вы, господин Департье, рассказать об этом
ордене подробнее?
- Хорошо, слушайте, - прохрипел собеседник Эдвина и начал
свой рассказ:
- Наш славный и знаменитый род, как вы знаете, очень
древний и уже много веков он вел святую борьбу со злом на земле
... вы не слыхали про "Тевтонский орден"?
- Да, - ответил Эдвин, - но только в общих чертах ...
- То был род дьяаола! - самодовольно и со злостью в
голосе изрек священник, - и мы всю жизнь вели с ним борьбу и,
наконец, мы покончили с этим злом!
Эдвин кинул на священника удивленный взгляд.
- Да, молодой человек, - продолжал бушевать последний
потомок знаменитого рода, - мы никогда не рассиживались за
столами подобно вам и не рассуждали над тем, что есть зло, а,
что - добро. Мы делали дело!
Эдвин, без каких - либо эмоций, внес этот монолог
священника на лист бумаги.
- Как вы знаете, - уже более спокойно начал говорить
Департье, - "Тевтонский орден" был организован еще в древней
Германии. Они называли себя крестоносцами, распространителями
веры Христа. Но на самом деле, организаторы и вдохновители
этого рода были потомками дьявола.
- Неужели? - удивился Эдвин.
- Уж поверте мне! - при этих словах, Департье стукнул
себя в грудь своей широкой ладонью. - Их древний род начался с
Марка и еще много веков его потомки творили много зла на земле.
Они задумали уничтожить всю планету, но мы не дали им этого
сделать! А нас они подло называли потомками грязных обезьян и
творителями зла! Но мы их победели, правда оказалась силней.
Кстати, мистер Никлсон, не хотоите ли вы взглянуть на трофеи
наших врагов?
- А можно? - деликатно спросил Эдвин.
- Конечно, вам можно. - Департье выпил третий бокал вина,
- Вон там, в шкафу, откройте!
Эдвин осторожно открыл дверцу большого деревянного шкафа
в углу комнаты. На самой нижней полке он увидел уже местами
прогнившую и проржавевшую аммуницию представителя "Тевтонского
ордена". Эдвин с живым интересом принался ее рассматривать.
- Хотите примерить? Валяйте! - позволительно махнул рукой
Департье.
Эдвин бережно достал из шкафа длинный, некогда бывший
белым, рыцарский плащ с черным крестом на спине. После этого он
водрузил на свою голову рыцарский шлем с прорезями для глаз в
виде коеста. Видимо, этот шлем некогда принадлежал рыцарю
высокого звания, поскольку на верней его части была прикреплена
забальзамированная голова орла - знак принадлежности к
княжескому роду. Наконец, Эдвин извлек из шкафа длинный
двуручный заржавелый меч уже на несколько слоев обмотанных
паутиной.
- Этот маскарад вам к лицу. - усмехнулся священник.
Эдвин подошел к большому зеркалу висящему на стене и
внимательно посмотрел на себя.
- Этот проклятый "Тевтонский орден" протягивал свои
грязные руки по всему миру. - рассматривая переодетого Эдвина,
продолжал Департье. - Они даже многие века препятствовали
распространению христанства в Японии. Это стало возможным
только несколько столетий назад, сразу после революции Мейдзи.
Как раз в то время мои славные предки разделались с одним из
потомков "Тевтонского орена", который родился и проживал в
Японии. Если я правильно помню, его звали Хащимото и он был
вторым министром при императоре в Киото. Это был очень высокий
пост в те времена ...
- Как же вы отличали истинных потомков этого ордена? -
сквозь шлем спросил Эдвин. - Как ваши предки определяли их
принадлежность к дьяволу? Может быть у них существовал
какой-нибудь знак вроде нескольких шестерок?
- Ерунда! - от души расхохотался Департье. - Не угадали!
В библии есть небольшой недостаток. Там не указана одна
небольшая деталь о дьяволе ...
- А почему же вы не внесете поправку? - удивился Эдвин. -
Ведь вы, как лицо духовное, вполне имеете на это право.
- Никто не имеет такого права. - отрицательно замотал
головой потомок великих предков. - Вы же должны помнить, что в
библии сказано, что ниспошлет господь неизлечимые болезни на
тех, кто либо убавит, либо прибавит к сказанному ...
- Да, верно. - согласился Эдвин. - Так что же не указано
в библии?
- Там не укзана следущая деталь. Мизинцы на руках у
дьявола немного короче положенного и это передается всем его
потомкам. Так мы их всегда и распознавали и казнили. Около
двадцати лет назад я лично участвовал при казни одной женщины
из этого рода. Ей хорошо досталось! - священник самодовольно
расхохотался. - Сначала мы посадили ее на осиновый кол, а потом
сожгли. Да, молодой человек, - сквозь смех, заплетающимся от
вина языком, продолжал говорить Департье, - зло требует злого
обращения ...
- Собака! - внезапно взревел Эдвин и пьяный священник от
неожиданности выронил стакан с вином.
- Что? - рассеянно переспросил он.
Вместо ответа Эдвин в обличии немецкого рыцаря в один
прыжок оказалса около Департье, схватил его за шиворот левой
рукой и одним движением, не свойственным ни одному смертному,
повалил священника на стол, а правой рукой занес над ним
огромный, тяжелый меч, который, когда-то в древности, рыцари
поднимали обеими руками.
- Значит я не ошибся, это действительно ты! - громко
произнес Эдвин. - Наконец-то я нашел тебя!
- Кто вы? - заикаясь от испуга, выдавил из себя
священник.
- Последний потомок великого Марка, сын тоц женщины,
которую ты убил! - услышал ответ Департье.
- Откуда же ты взялся ... - почти сквозь слезы простонал
священник.
- Я оказался хитрее Хопкинса. - рассмеялся Эдвин. - Этот
идиот узнал, что я приехал в Неваду и решил со мной
расправиться без вашего ведома. Вы ничего не слышали о
корпорации "Джорнал инвестигейшен"?
- Нет. - прохрипел Департье, задыхаясь в железных руках
Эдвина.
- Я всегда очень осторожен, - между тем продолжал Эдвин,
- и я заметил за собой слежку. Это был инспектор Хопкинс. Я
сразу понял, что он на кого-то работает. Потом я разгадал его
замысел. Он решил взорвать мою машину вместе со мной, но я
перехитрил его и убил его первым. Зло, знаете ли, требует злого
обращения. Верно?
Департье молча сверкнул глазами, не удостоив Эдвина
ответа.
- Затем я посадил его мертвым а машину и взорвал ее.
Впрочем полиция до сих пор уверена, что Хопкинс был жив в тот
момент, когда машина взорвалась, хотя это уже не важно. Что
было дальше? Очень просто. Я устроился на работу в "Джорнал
инвестигейшен", удачно подделав через своих друзей
рекомендацию. А за время работы я выяснил, на кого работал
Хопкинс и его следы привели к вам, мистер Мартин.
- О, господи, - прошептал священник и незаметным
движением протянул руку к ножу, лежащему на столе, - мы делали
это ради веры ...
Эдвин боковым зрением увидел движение Департье и так
сильно сжал его за горло, что тот едва не лешился сознания.
- Ты врешь! - сквозь зубы процедил Эдвин. - Вы подло
выкрали наши фамильные драгоценности, которые мы добывали в
справедливых боях! Но вам и этого было мало. Вы объявили нас
слугами дьявола, чтобы окончательно втоптать наш род в грязь.
Ты - последний из рода "Трех сестер" и, согласно вашим обычаям,
все драгоценности должны храниться у тебя. Я знаю, что ты
спрятал их во Франции. Где именно, отвечай!
- Я ничего не скажу тебе! Будь ты проклят!
Сильным рывком тела Департье вырвался от Эдвина, плюнул в
шлем, надетый на его голову и, сделав еще один рывок, схватился
за нож. В следушую же секунду Эдвин с размаху всадил меч прямо
в сердце священника. Раздался хруст вперемешку с треском. Это
меч прошел, как сквозь кусок масла, через тело священника и
глубоко вонзился в стену. Департье так и остался стоять
пригвожденный мечом к стене.
- Небеса покарают тебя ... - с трудом выговорил священник
и его глаза закрылись.
Минутой спустя, Эдвин уже ехал на своей машине по
обратной дороге. По-прежнему шел сильный дождь и Эдвин едва
различал впереди дорогу. Теперь все его мысли были
сосредоточены только на Джейн. Он знал, что она ждет его на
остановке и через несколько минут он снова увидит ее глаза.
Внезапно ослепительно сверкнула молния, раздался оглушительный
гром и яркая вспышка с неба, прорезав ночную мглу, обрушилась
прямо на машину Эдвина. Эдвин почуствовал, как взрывается его
машина, а затем наступила темнота.
Ночь закончилась. Вместе с ней закончился и проливной
ливень. Свежий ветер разогнал грозовые тучи и небо озарилось
первыми розовыми лучами восходящего солнца. Теперь в воздухе
стоял запах озона и морозного осеннего утра. По пустынной
трассе одиноко брела Джейн, едва разбирая дорогу от
навалившегося на нее горя. Она еще не подозревала о том, что
она уносит в себе последнего потомка Марка из Тевтонского
ордена.
1996 г.
Ранис Ибрагимов. Филиппинит
T Copyright Ranis Ibragimov 1996
Я очень хотел бы лично услышать
ваши мнения об этом рассказе.
Ранис Ибрагимов. ranis@kurims.kyoto-u.ac.jp
Рассказ
Моему лучшему другу Марианне посвящается ...
Сумерки уже приближались, но ни к какому определенному
решению мы так придти и не смогли. Когда я говорю мы, я имею в
виду инспектора Харлея и профессора Калифорнийского
университета Марка Гюнтера - шестидесятилетнего подвижного
человека с лукавым взглядом и назидательным тоном. А я - всего
лишь обыкновенный, начинающий журналист, который всегда в
поисках материала. Узнав, что инспектор взялся за новое дело о
бесследно пропавшем фермере, я упросил Харлея взять меня на
место происшествия. Харлей был моим старым приятелем и он с
радостью принял мое предложение. Мы оба находились сейчас в
отпуске и это расследование было для нас ни чем иным, как
загородной поездкой.
К предполагаемому месту исчезновения фермера мы добрались
на машине Харлея только к вечеру. Был ранний сентябрьский
вечер. Вскоре колеса нашей машины начали увязать в мягкой
глинистой почве, характерной для здешних безлюдных северных
равнин Англии. После короткого совещания, дальше мы решили идти
пешком. Оранжевые лучи заходящего солнца освещали окружавшую
нас унылую, бескрайнюю равнину, почти полностью покрытую
высохшими кустарниками. Мы медленно шли, то и дело утопая по
самую щиколотку в мягкий мох, который обильно покрывал здешнюю
почву. Земля тут была очень мягкой, видимо, из-за торфянных
болот, которых было здесь в изобилии. Повсюду лежали огромные
валуны, поросшие мхом. Почти на каждом шагу мы натыкались на
густые заросли можжевельника.
Профессор отстал от нас на несколько шагов, и,
воспользовавшись моментом, я спросил Харлея:
- Послушайте, инспектор, а почему профессор решил ехать с
нами? Какой ему интерес в этом расследовании?
- Никакого, - через плечо ответил инспектор. - Он недавно
приехал сюда, в Англию, и узнал, что я собираюсь в эти места.
К полиции он не имеет никакого отношения. Он - обыкновенный
археолог и уверен, что в этих местах дожны быть какие-то
доисторические пещеры или еще что-то в этом роде.
- У вас есть какая-нибудь версия об исчезновении фермера?
- снова спросил я.
- Увы, - расстроенно ответил Харлей. - Пока ни к каким
определенным выводам я не пришел. Сегодня уже пятница, а по
всем имеющимся данным, фермер вышел из деревушки Венч-Роуд в
понедельник, в 8.30 утра, и с тех пор его уже никто не видел.
Примерно в 9 утра он должен был свернуть с главной дороги на
эту самую равнину. Тут тоже пока никаких следов не видно.
В это время Гюнтер нагнал нас:
- Уверен, в этом месте должны быть залежы тектитов!
Поздравляю вас, инспектор, наша вылазка более чем удачна.
Его озорные глаза обвели нас по очереди, после чего он
снова продолжал:
- Известно, что тектиты не могут быть продуктом
вулканических извержений, так как для их образования требуется
большая температура, чем температура изверженной лавы и ...
- Тьфу! - беззлобно выругался инспектор. - Скоро начнет
темнеть и нам лучше поторопиться.
Инспектор быстрым шагом направился дальше. Профессор снова
отстал от нас, постоянно останавливаясь около каждой
подозрительной кочки и ковыряя их длинной палкой.
- Да, - протянул Харлей. - Здесь нам, пожалуй, ничего
узнать не удастся....
В эту минуту мы услашали взолнованный крик профессора:
- Есть! Нашел!
- Следы?! - еле сдерживая волнение, громко спросил Харлей.
- Тектиты! - ответил ученый зануда, направляясь к нам.
- Ах, чтоб тебя! - раздосадованно пробурчал инспектор и в
следующую секунду от души расхохотался:
- Ну конечно, Стивен, - продолжая смеяться, обратился ко
мне Харлей. - Какие же еще следы могут заинтересовать
археолога?
- Вы зря смеетесь, инспектор, - без малейшей тени обиды
сказал профессор. - Тектиты в этих местах - необычайная
находка.
При этих словах наш археолог протянул нам на ладони
несколько маленьких камешков, и на минуту позабыв об
исчезновении фермера, мы с Харлеем стали рассматривать находку
Гюнтера. Солнце уже почти зашло, над болотами подул холодный,
сырой ветер. Набежавшие облака закрыли луну и в наступившей
темноте, мне показалось, что камешки на ладони археолога издают
легкое свечение.
- Эти тектиты мелкие, - так, ерунда, - поеживаясь от
холода и поплотнее укутываясь в плащ сказал профессор. - Но,
нет дыма без огня, я уверен ...
В эту секунду на нас налетел ледянной ветер, ослепительно
сверкнула молния и с темно-свинцовых небес грянул пушечный
гром.
- Ого! - слегка растерявшись от неожиданности сказал
Харлей. - Кажется ...
Но договорить он не успел. В следущее мгновение, совсем
недалеко, буквально в пятнадцати ярдах от нас, из-за
каменоломни, справа, раздался чей-то, леденящий кровь, хохот.
Этот миг я не забуду никогда в жизни. До сих пор перед моими
глазами стоят перекошенное от ужаса лицо Харлея и
сосредоточенный, как никогда, взгляд Гюнтера. Снова сверкнула
молния и вместе с ней полил холодный, проливной дождь. Все это
произошло невероятно быстро. Не успели еще затихнуть последние
отголоски этого ужасного хохота, как инспектор с быстротой
сверкнувшей молнии выхватил пистолет и замер в ожидании. Мы все
оцепенели от неожиданности. Еще несколько секунд мы не могли
двинуться с места. Дождь лил, как из ведра, но мы его даже не
замечали. Рука моя сжала инстинктивно длинную, тяжелую палку,
валявшуюся около моих ног и я приготовился к обороне.
- Черт возьми! - не поворачивая головы с побледневшим
лицом, тихо произнес Харлей. - Вы слышали? Святая Мария, что
это было?
Я еще никак не мог придти в себя и все мысли путались в
моей голове.
- Может быть выпь? - тихо спросил Гюнтер.
- Я бывал неподалеку от этих мест раньше, - еще более
тихим голосом сказал инспектор, - и я слышал, как кричит выпь.
Это был совсем другой крик. Местные жители говорят, что они
обходят эти места стороной. Много дурных слухов ходит об этих
равнинах.
- Я - реалист, - уже более спокойно, но еще с дрожью в
голосе, сказал профессор. - Нас трое, у нас есть оружие,
давайте попробуем исследовать эти каменоломни. Что вы об этом
думаете, Стивен?
Чувство страха постепенно уступило место уверенности в
наши силы и любопытству.
- Давайте. - уверенно сказал я и сильнее сжал в руках свое
оружие.
Харлей, тихо ступая, двинулся в направлении к каменоломни
и мы с Гюнтером последовали его примеру. Косые струи ледянного
дождя хлестали нам в лицо, сырой и подгнивший мох скользил под
ногами, а ежесекундные вспышки молнии освещали мрачные стены
каменоломни. Дул пронизывающий ледянной ветер, распространяя
запах отсыревшей земли и перегноя, перемешанного с торфом и
мхом. Мы не раз запутывались в густых зарослях можжевельника, а
я даже один раз упал, споткнувшись о засохшие корни давно
упавшего дерева. Но, наконец, мы оказались у цели. Мы
приготовились к самому страшному и с решительностью ворвались в
развалины каменоломни. Яркая вспышка молнии осветила груду
камней и опять стало темно. Но тут же из-за туч вышла луна и ее
мягкий свет разлился по всей равнине. Вокруг нас ничего не
было, кроме груды камней столетней давности и прелой листвы.
- Что за чертовщина! - воскликнул Харлей. - Готов
поклясться, этот жуткий хохот разносился именно отсюда!
- Что же это могло быть? Человеческий ли это был голос? -
спросил я.
- Бог его знает, - ответил инспектор. - Здесь ничего не
видно, как-будто бы никого и не было ...
- Смотрите! - вдруг сказал Гюнтер, показывая рукой вперед.
Мы с Харлеем повернули головы в указанном направлении. В
первую секунду я ничего не мог рассмотреть сквозь густую пелену
дождя, но потом мне показалось, что один из валунов как-будто
слега шевелится. Сначала я подумал, что мне это только кажется,
но по взгляду Харлея я понял, что это не галлюцинация. Харлей
взвел курок свего револьвера и решительно двинулся в сторону
подозрительного камня. Мы сделали всего несколько шагов и
остановились. Внезапно сверкнула молния и в ее вспышке мы
увидели, что это был совсем не камень. Прямо перед нами,
буквально в пяти шагах от нас, сидел, прижавшись к земле,
огромный волк! Он повернул к нам свою голову и мы увидели
налитые кровью дикие глаза хищника.
- Стреляйте же, Харлей! - громко воскликнул профессор и в
эту же секунду раздались один за другим три выстрела.
Когда выстрелы стихли и мы пришли в себя, зверя уже не
было.
- Ну и дела! - сказал Гюнтер, вытирая ладонью вымокшие от
дождя волосы.
- Я уж думал, он сейчас на нас кинется.
- Да - ответил я, - здорово мы его спугнули.
- Ничего не понимаю! - выругался вслух Харлей, - я всадил
в него три патрона почти в упор, уверен, что я не мог
промахнуться. Неужели он остался жив? Мы осторожно подошли к
тому месту, где только что сидел волк, но никаких следов зверя
или следов его ранения обнаружить не удалось. Дождь попрежнему
лил, как из ведра, земля, превратилась в жидкую кашу и
пытаться рассмотреть в потемках что-нибудь на такой почве было
бесполезным занятием. Тем не менее, кое-что обнаружить все-таки
нам удалось.
- Смотрите, что это? - неожиданно спросил профессор.
Прямо под нашими ногами, на том самом месте, где
только-что сидел волк, мы увидели разорванный лоскут
ярко-зеленой материи.
- Странная находка, - произнес Харлей, осматривая
найденный кусочек ткани. - Видимо, это часть верхней одежды,
только я не пойму, что это за материал.
- Удивительно, - поразился я, - откуда же он тут взялся, и
что здесь делал этот волк? Может, это остатки от одежды
фермера?
- Нет, - возразил инспектор. - Насколько я помню, у того
бедолаги была только грубая роба, а это, - он повертел материю
в руках, - часть дорогой верхней одежды ...
- Смотрите-ка! - перебил инспектора Гюнтер. - По-моему там
какой-то свет!
И действительно, последние события ночи были столь
стремительными, что мы даже не обратили внимания на то, что
дождь уже кончился и сквозь легкую пелену тумана, где-то вдали,
пробивается еле заметный луч света.
- Странно, почему мы не заметили его раньше? -удивился
профессор.
- Темно, и к тому же шел проливной дождь. - заметил я.
- Разумно, но все-таки, откуда же взялся этот свет?
- Может быть это костер?
- Это в силный-то ливень? - возразил Харлей.
- Тогда что же это?
- Надо пойти и узнать. - предложил инспектор.
Устали мы изрядно, но самое главное - мы вымокли до нитки
и промерзли на ветру. Поэтому, предложение Харлея казалось
самым разумным, ведь, вполне возможно, там могло оказаться
чье-нибудь жилье. Мы двинулись в путь. С каждым шагом свет
становился все ярче. Легкий ночной ветер постепенно разогнал
тучи и над нами снова засветили яркие звезды. Нам по-прежнему
приходилось продираться сквозь густые заросли кустарников и в
этой борьбе с дикой природой мы и не заметили, как вышли к
намеченной цели. Мы уже были готовы ко всяким неожиданностям,
но то, что мы увидели, превзошло все наши ожидания. Прямо среди
кустарников и многолетних каменных валунов, мы увидели нечто
вроде небльшого холма. Скорее, это и был холм, но поразительным
было то, что у него начисто отсутствовала верхняя часть.
Создавалось впечатление, что кто-то срезал верхушку холма
острым предметом. Мало того, внутри холм был полым и именно из
этого отверстия излучался тот самый желтоватый свет, который и
приковал наше внимание. Мы остановились пораженные увиденным,
не решаясь двинуться дальше.
- Ого! Что это может быть? - спросил Харлей, широко
раскрыв глаза от удивления. - Ничего подобного я раньше не
видел.
- Да, странная штука. - согласился я.
Мы подошли вплотную к холму и заглянули внутрь. Внутри
холма мы увидели что-то вроде жилища. Свет, исходящий изнутри,
очень напоминал обычный домашний свет от простой лампочки.
- Вот так находка... - сказал Гюнтер.
- Ну, что ж, у нас есть прекрасная возможность пополнить
вашу коллекцию. - сказал Харлей, обращаясь к профессору. -
Давайте спустимся внутрь. Пока там, кажется, никого нет. А вы,
Стивен, как на это смотрите?
- Мне тоже хочется пополнить газеты интересным материалом,
поэтому я за.
- Интересный же у нас получился поход, - шутя подытожил
инспектор, усаживаясь на срезе холма и закуривая сигарету для
профессора мы, кажется, нашли интересный материал, журналистика
тоже в обиде не осталась, а вот для полиции пока ничего нет.
Значит решено, лезем! Кто первый?
Когда мы спустились на дно этой странной пещеры, то
обнаружили, что там и на самом деле никого нет. Потолок был
невысокий, немногим выше человеческого роста, пол и стены
землянные и место это было явно кем-то обитаемым. Прямо
посередине зала, в котором мы оказались, стоял длинный
деревянный стол, вокруг которого были расположены девять
деревянных грубо-выделанных низких стульев. Казалось, совсем
недавно здесь было богатое пиршество: на столе в беспорядке
стояли полупустые графины с вином и на шикарных тарелках из
тонкого расписного фарфора лежали остатки еды. Это зрелище
незавершенного пира таинственными обитателями потрясло нас еще
больше, чем внезапное появление волка этой ночью, и сам вид
этого жилища вместе взятые.
- Что-то много загадок на сегодня. - сказал Харлей,
оглядываясь по сторонам.
- Смотрите! - услышали мы голос профессора. - Все эти
вилки сделаны из серебра ...
- А эти приборы из чистого золота! - воскликнул я,
рассматривая посуду на столе.
- Ого! Хорош был ужин! - добавил инспектор. - Кто же тут
пировал?
- Обратите внимание, - отвлек нас от стола профессор,
- здесь в комнате светло, вроде бы от электрического
освещения, а источника света нигде не видно. И его,
действительно, нигде нет, иначе, как вы объясните тот факт, что
мы не отбрасываем тени?
И тут мы заметили, что наши тени, действительно,
отсутствуют. Мы были потрясены этим открытием.
- Кстати, - заметил я, - судя по высоте стола и стульев,
здешние обитатели были намного ниже нас.
- Профессор, - обратился к Гюнтеру инспектор, - вы
половину своей жизни посвятили изучению пещер и всякого такого,
у вас есть хоть ка
...Закладка в соц.сетях
