Жанр: Детектив
ДЕЛО КОПТЯЩЕЙ ЛАМПЫ
...ужелюбия, когда он спросил:
- Хорошо, Виггинс, так ответьте мне все-таки, для чего вам револьвер?
- Ну, я... я вроде как подумал, что...
- У вас есть на него разрешение?
- Да, но, по-моему, оно недействительно в вашем округе.
- А в штате?
- Ну если уж вы так прямо спрашиваете об этом, то и в штате тоже.
- По-моему, Гарри, будет лучше, если ты наденешь на него наручники, -
задумчиво сказал шериф Лассен.
- Эй, послушайте-ка! - вздрогнул Грэмпс Виггинс. - У вас нет никакого права
так поступать со мной. Вы сейчас
вмешиваетесь в дело правосудия. И не смейте надевать на меня наручники, как
будто вы имеете дело с обычным заурядным
преступником.
- Не понимаю, почему бы и нет, - спросил Лассен. - Может быть, вы и
родственник окружного прокурора, но, насколько
мне известно, вы тем не менее обычный житель нашего округа. Вас обнаруживают,
когда вы прячетесь на обочине дороги с
заряженным пистолетом в руках, подкарауливая проезжающие мимо автомобили, то
есть ваше поведение можно
квалифицировать как попытку вооруженного ограбления. Вы, кажется, знаете, что
это значит.
- Что?! Попытка вооруженного ограбления! - взвизгнул Грэмпс и даже
захлебнулся от возмущения. - Неужели вы
настолько глупы?
Борден, который молча стоял рядом, по-прежнему крепко сжимая запястье
Грэмпса, обратился к Лассену:
- Вы хорошо разглядели револьвер, шериф?
- Да, я уже успел заметить, что он держал его в руках.
- Ладно, - сказал Борден. - А теперь отберем его. Он крепко сжал кулак, и
револьвер выпал из разжавшихся пальцев
Грэмпса, а затем, сделав какое-то неуловимое движение, он обхватил своей лапищей
сразу оба запястья Грэмпса и, быстро
вытащив из-за пояса наручники, замкнул их на руках Грэмпса.
- Вот и хорошо, Виггинс, - объявил шериф спокойным, довольным тоном
человека, только что выполнившего свой долг.
- Вы арестованы. Все, что вы сейчас скажете, может быть использовано против вас.
А теперь садитесь в машину.
- Подождите минутку. Не увозите меня отсюда.
- Почему это?
- Да потому, что это может все испортить.
- Только не для вас. Вы и так уже достаточно все испортили.
- Неужели вы не понимаете? Я же достал...
- Что вы достали? - спросил шериф, так как Грэмпс неожиданно замолк на
полуслове.
- Ничего, - замялся Грэмпс.
- Вы все время были здесь один? - поинтересовался шериф.
Грэмпс, казалось, заколебался на мгновение, но затем твердо сказал:
- Да.
- Значит, с вами больше никого не было? - повторил шериф.
- Что вы повторяете, как попугай? - огрызнулся Грэмпс. - Может быть, вы
думаете, что я кого-то спрятал в рукаве?
- Хватит, - окликнул шерифа Дюриэа?
- Давайте его сюда. Все равно он рано или поздно узнает, что я был здесь,
поэтому ведите его сюда и покончим с этим.
- Все в порядке, Борден, - крикнул шериф. - Веди его в машину.
Дюриэа выглянул из окошка.
- Грэмпс, а ведь я предупреждал вас, теперь пеняйте на себя.
- Ах, так ты тоже здесь?
- Да.
- Фу ты черт! - воскликнул Грэмпс. - Я чувствую себя последней крысой.
Борден слегка подтолкнул его и, широко распахнув заднюю дверцу, втолкнул
старика вовнутрь.
- И ты тоже здесь, Милдред?! - Да.
- Тьфу, ты, черт! - повторил Грэмпс и через мгновение добавил:
- Виггинсы, вперед!
- Вас ведь предупреждали, Грэмпс, - покачал головой Дюриэа. - И я ведь
повторял вам это ну раз сто, если не больше.
- И что вы собираетесь делать со мной? - поинтересовался Грэмпс.
- Отвезем вас в окружную тюрьму, - удовлетворил его любопытство Лассен.
- Вы не имеете права.
- Это почему же?
- А я не совершил никакого преступления. Лассен расхохотался.
- Приберегите это для присяжных. Вы ведь не знали, кто именно сидит в
машине. Мы ведь просто, как любые
законопослушные граждане, ехали по общественной дороге. А потом, когда мы
остановились, вы вдруг на нас наставили
револьвер. Объяснить все это можно только однозначно: вы собирались задержать
автомашину.
Грэмпс минуту подумал, а затем вдруг принялся смеяться.
- Слава Богу, наконец я все понял, - с трудом выговорил он. - Вы же сами
небось все это подстроили.
- Так они все говорят, - объяснил Лассен.
- А как вы узнали, что это я был там? - спросил Грэмпс. - Ну-ка, объяснитека.
- А я и не знал, что это вы. Я просто остановил машину.
- Ну да, конечно, морочьте голову кому-нибудь еще! Остановили машину после
того, как этот ваш громила с тигриной
походкой выскочил и подкрался ко мне сзади... Мне показалось было, что я слышу
чьи-то шаги за спиной, но не обратил
внимания, так как отвлекся, наблюдая за машиной... Надеюсь, вы все не
собираетесь поставить себя в неловкое положение
прямо перед выборами, бросив старого человека в кутузку, да еще именно тогда,
когда он рисковал жизнью, добывая
вещественное доказательство, имеющее, можно сказать, решающее значение для
расследования!
- Доказательство чего? - воскликнул шериф.
- Доказательство того, кто совершил убийство, конечно.
- И чтобы обнаружить это доказательство, вы вооружаетесь до зубов и встаете
у обочины дороги, готовый, по-видимому,
пальнуть в первого же попавшегося и ничего не подозревающего водителя, который
будет иметь несчастье проезжать мимо,
- саркастически хмыкнул Дюриэа.
Грэмпс взглянул на него широко раскрытыми от удивления глазами.
- По-моему, ты слегка сгущаешь краски, сынок, - заявил он. - А вот мне
кажется, что вы все это заранее подстроили,
чтобы выставить меня в роли эдакого старого неуправляемого негодяя.
- Еще раз объясняю вам, поймите же, у вас такие же права и обязанности, как
и у любого человека, - нетерпеливо
объяснил Дюриэа.
- Да, знаю, знаю, - отмахнулся Грэмпс. - Но ведь вы бы не потащились сюда,
если бы считали, что тут кто-то еще -
конечно, если он был бы вам незнаком и вы бы не знали, чем он тут занимается.
- А вы-то чем тут занимались? - поинтересовался шериф Лассен.
- Хотел поймать вам убийцу.
- И вы, наверное, предполагали, что он вот так просто придет к вам туда и
остановится поболтать с вами? - ехидно
спросил Дюриэа.
- Нет, я так не думал, - отрезал Грэмпс. - Но я думал, что он приедет туда
и попытается проникнуть в дом, а если бы он
так поступил, тут бы я и задержал его.
- А зачем, интересно знать, ему нужно было проникнуть в дом? - спросил
Дюриэа. - Какая такая необходимость могла бы
привести его сюда и заставить войти в дом?
Грэмпс уже было открыл рот, чтобы ответить, но, как видно, передумал и
решил промолчать.
- Думается мне, ваша версия шита белыми нитками, - подвел итог окружной
прокурор.
Эта пренебрежительная реплика вызвала взрыв возмущения у старика.
- А теперь послушай-ка меня, молодой человек, - воскликнул он. - Вы
умудрились упустить почти все существенное в
данном случае... И самое главное, что вы пропустили, - это фактор времени.
- Продолжайте, - попросил Дюриэа. - Очень интересно узнать, что вы там
откопали. Только не забывайте о том, что все,
что вы скажете, может быть использовано против вас.
- Начнем с первого вашего промаха, начал Грэмпс. - В вашем распоряжении
были абсолютно точные часы, но вы не
обратили на них никакого внимания. Та лампа, которая стояла в домике, расходует
в час определенное количество масла
или керосина, смотря чем вы ее заправите. Я кое-что знаю о том, как работают эти
лампы. Прессман тоже очень хорошо
был знаком с ними, еще с тех времен, когда он сам был скромным старателем и жил
точно в таком же домике. А теперь
скажите мне, - спросил неожиданно Грэмпс, поворачиваясь к Питу Лассену, - что
заставляет коптить такую лампу?
- Не знаю, - честно признался Лассен.
- Она будет коптить только в том случае, если в ней слишком сильно горит
огонь, - объявил Грэмпс. - Если с фитиля
вовремя снимать нагар, то такая лампа будет коптить только при слишком сильном
огне.
- Похоже, вы правы, - согласился шериф.
- Теперь представьте себя такую ситуацию, - продолжал Грэмпс. - Вы
зажигаете лампу, фитиль которой пропитан
маслом. Как только пламя спички касается фитиля, он загорается, постепенно
огонек разгорается, через фитиль поступает
все больше масла, и лампа светит ярче. Человек, который знаком с устройством
такой лампы, слегка приворачивает фитиль,
прежде чем зажечь ее. И только через несколько минут он будет регулировать
высоту пламени... вы меня понимаете?
Давайте предположим, что убийство было совершено, когда уже стемнело.
Прессман был в домике. Когда стало
смеркаться, он сам зажег эту лампу. Он-то совершенно точно знал, как следует
зажигать такую лампу, он наверняка должен
был привернуть фитиль до минимума, а затем отрегулировать огонь в лампе. Он ведь
был прекрасно знаком с ними.
Таким образом, мы можем сделать вывод, что лампу все-таки зажег убийца.
Поэтому, если убийство было совершено к
тому времени, когда уже стемнело, значит, лампа уже горела... Запомните этот
факт.
- Но тогда получается, что убийца зажег лампу, когда было еще светло? -
улыбаясь, спросил Дюриэа. - Вы совсем
запутались в своих выводах, Грэмпс.
Грэмпс покачал головой.
- Ничуть не бывало. Этого не может быть, тогда бы лампу пришлось еще раз
заправлять ночью. Когда тело было
обнаружено, уровень масла в лампе показывал, что к этому времени она уже горела
довольно долго. Расход масла в этой
лампе, как индикатор времени. Я подсчитал, что к тому времени, как я впервые
увидел ее, - а я увидел ее примерно в то же
время, что и шериф - около девяти, лампа горела не менее шести часов.
- Но тогда получается какая-то ерунда - выходит, что убийство совершилось
около трех часов ночи, - возмутился
Дюриэа.
- Угу, - буркнул Грэмпс, - совершенно верно. А патологоанатом, проводивший
вскрытие, утверждает, что Прессмана
должны были убить в промежуток между четырьмя и одиннадцатью вечера двадцать
четвертого. Только потому, что была
зажжена лампа, все были уверены, что убийство было совершено после наступления
темноты... А я пытаюсь втолковать
вам, что горящая лампа не имеет непосредственного отношения к убийству; дело в
том, что убийца побывал в домике
Прессмана два раза.
- Тогда все-таки когда же произошло убийство? - спросил Дюриэа, который,
хоть и против своей воли, все больше и
больше заинтересовывался объяснениями Грэмпса.
- Прессман, друзья мои, был убит совсем незадолго до пяти вечера двадцать
четвертого числа, - объявил Грэмпс. В
голосе его звучала твердая уверенность в своих словах.
- Этого не может быть. У нас есть свидетели, которые утверждают, что в пять
часов Прессман был еще жив...
Кто это может утверждать? воскликнул Грэмпс. - Кто может твердо знать, что
тогда в доме был именно Прессман?
Сондерс говорит, что он видел, как кто-то опустил портьеры в ту минуту, когда их
машина подъехала к воротам. И Сондерс
и Тру в один голос утверждают, что слышали, как какой-то человек ходил по дому.
Но оба они признают, что человек в
доме за все это время не произнес ни слова. И они в один голос утверждают, что в
поведении этого человека было что-то
странное - им даже обоим независимо друг от друга пришло в голову, что у него в
руках было оружие... Итак, только
потому, что они слышали чьи-то шаги в домике и были уверены, что домик
принадлежит Прессману, они сделали
поспешный вывод о том, что слышали именно Прессмана... А теперь я скажу вам коечто
интересное относительно того
человека, который был в домике Прессмана. Я совершенно уверен, что это был
именно убийца, а Ральф Дж. Прессман
лежал уже в это время на полу мертвый.
Лассен резко обернулся к Дюриэа. В его глазах окружной прокурор прочел
неподдельное изумление.
Дюриэа, которого все больше и больше интересовал этот разговор, развернулся
на переднем сиденье, чтобы сидеть
лицом к Грэмпсу.
- Господи помилуй! - воскликнул он. - В этом что-то есть!
- Они слонялись туда-сюда вокруг дома, - продолжал Грэмпс, - и в это время
все портьеры были спущены. А когда уже
было обнаружено тело, то они уже были все подняты и в комнате горел свет.
- Должно быть, убийца дождался, пока уедут Сондерс с Тру, а затем зажег
свет и поднял портьеры.
- Нет, - возразил Грэмпс, - горящая лампа говорит о том, что зажжена она
была около трех часов. Лампа ведь не соврет,
она же не человек... Я ведь уже говорил вам, что убийца дважды приезжал в домик
Прессмана... А теперь давайте немного
поговорим об этой так называемой предсмертной записке. Те заголовки, которые
были наклеены на листок, вырезались из
газеты, которая никак не могла попасть в Петри раньше восьми-девяти часов
вечера. Обдумывалась эта идея с запиской, по
всей вероятности, довольно долго, а вот воплотить ее времени уже не
оставалось... Хотя, может быть, не так уж и долго он
над ней думал, ненамного больше, чем клеил саму записку, правда, все-таки какоето
время у него на это ушло.
- К чему вы клоните? - спросил Лассен.
- Я имею в виду, что эта предсмертная записка была подброшена убийцей,
когда он уже во второй раз приезжал в домик
к Прессману. И в этот момент произошло что-то, настолько испугавшее убийцу, что
он не подумал о том, чтобы прикрутить
фитиль лампы, так что она продолжала сильно коптить... Это, по моим расчетам,
произошло около трех часов утра. А
теперь я скажу вам, что так сильно испугало убийцу. Та девушка, Ева Реймонд,
приехала туда, чтобы сделать попытку както
задобрить Прессмана и спасти от его гнева своего приятеля - а может быть, она
надеялась выгадать и что-то для себя.
Она вошла в дом, увидела мертвое тело, закричала и опрометью бросилась бежать.
Тогда-то она и потеряла свою
пудреницу... Так оно, по всей видимости, и произошло. А убийца, должно быть, был
в это время там, в том доме.
Тусклым, невыразительным тоном Дюриэа спросил:
- Ну, с этим все ясно, Грэмпс. Можете не продолжать. А где же сейчас Ева
Реймонд?
- Сейчас она в домишке Прессмана, - виноватым голосом объяснил Грэмпс. - Я,
если можно так сказать, проводил своего
рода проверку.
- Сними с него наручники, Борден, - скомандовал Дюриэа. - Поворачивайте
обратно, Пит... это, конечно, сумасшедшая
теория, но, может быть, в ней что-то есть.
- Ничего сумасшедшего в ней нет, - оскорбился Грэмпс. - Здесь только
логика, холодная, неумолимая логика. И с этим
вам ничего не удастся поделать ни сейчас, ни через миллион лет... Могу вам еще
кое-что сказать. Ева Реймонд - ваш
единственный шанс уличить убийцу и вывести его на чистую воду. Он, конечно, не
уверен в этом, но не может исключить
такую возможность, что она могла видеть его через окно. Это как раз то, что
мучает его. Если бы не этот факт, он мог бы
быть совершенно уверен в своей безопасности.
- Ева Реймонд намного облегчила бы нам жизнь, если бы сразу рассказала нам,
как все это было на самом деле, -
недовольно сказал Дюриэа.
Грэмпс немедленно бросился на ее защиту.
- Не стоит сердиться за это на бедную девочку, - примирительным тоном
сказал он. - Ей с детских лет пришлось
прокладывать себе дорогу в жизни...
Серебристый смех Милдред прервал его объяснения.
- Помнишь, Френк, что я тебе говорила, - веселилась она. - Если имеешь дело
с мужской половиной рода Виггинсов,
всегда ищи женщину.
Глава 29
Через полчаса после того, как Грэмпс предъявил Еву Реймонд окружному
прокурору с шерифом и объяснил им еще коечто,
а также преисполнился горделивой уверенности в том, что без него эти
славные представители власти ни с чем бы не
справились, он снова приступил к делу:
- Итак, вернемся к оружию, которым было совершено преступление. Револьвер,
как мы выяснили, принадлежал
Прессману. Это можно расценить двояко: или убийство было тщательно спланировано
и убийца заранее завладел
револьвером Прессмана, чтобы выдать убийство за самоубийство, или же человек,
застреливший его, не собирался вначале
его убивать. Но затем, значит, произошло что-то непредвиденное, а револьвер
Прессмана оказался в пределах
досягаемости... А теперь, как я себе это представляю, если бы это преступление
было спланировано заранее с самого
начала, то у убийцы уже была бы подготовлена предсмертная записка и ему не
пришлось бы вырезать заголовки из газеты,
которая пришла в Петри, как минимум, через четыре часа после убийства... Поэтому
эта предсмертная записка и
приобретает такое значение. Я на своем веку прочел кучу детективов. Каждый раз,
когда человек фабрикует записку,
вырезая слова из газеты, это означает, что он боится, как бы не узнали его
почерк. Обычно так делают похитители детей и
так далее... Разве я не прав, а, шериф?
- Совершенно верно, - улыбнулся шериф, заговорщически подмигивая окружному
прокурору.
- Ну вот, - с энтузиазмом предположил Грэмпс, - так, видно, все и
произошло. Человек, наклеивший газетные заголовки
на бумагу, опасался, что мы узнаем его почерк. Поэтому мы можем сделать вывод,
что, если бы Прессману пришла в голову
мысль написать предсмертное письмо, вряд ли бы он стал так утруждать себя. То
есть в тот же миг, как вам попадается на
глаза такого рода записка, составленная из газетных строчек, сразу приходит в
голову мысль, что все это просто
подстроено... Разве не так?
- Все правильно, - откликнулся Дюриэа, бросая острый взгляд на Милдред?
- Даже мы, хотя нам и далеко до вас знаниями и опытом, догадались о том,
что эта записка была сфабрикована убийцей.
Вот и чудесно, продолжал объяснять им Грэмпс, словно не замечая сарказма,
звучавшего в его словах. - Но если эта
фальшивая записка заведомо не могла никого обмануть, тогда с какой целью она
была подброшена к мертвому телу
Прессмана?
- Я заранее сдаюсь! - воскликнул Дюриэа. - В чем же причина, а, мистер
Шерлок Холмс?
- Ну что ж, я объясню вам, - любезно предложил Грэмпс. - Убийце хотелось
бы, чтобы мы считали его глупцом, тупицей,
считающим, что власти примут эту записку за чистую монету и решат, что это
самоубийство, но, самое же главное, ему
хотелось бы, чтобы власти были уверены в том, что он не был знаком с Прессманом.
- Как вы догадались об этом? - спросил Лассен.
- Да потому что в сфабрикованной им записке он явно намекал на то, что
Прессман кончает с собой из-за отсутствия
денег и финансовых трудностей... Поэтому, по его мнению, власти должны были
сделать следующий вывод: "Этот убийца
не очень-то умен. Ему бы хотелось выдать это за самоубийство. Ему хотелось бы,
чтобы мы решили, что этот человек
покончил с собой из-за финансовых проблем. Таким образом, он, по всей
вероятности, не подозревал, что этот человек мог
быть кем-то, кроме мелкого фермера". Вы понимаете мою мысль?
Милдред не выдержала:
- Да ну же, Грэмпс, не останавливайся. Ты так интересно рассказываешь.
- Ты говоришь, что я хорошо рассказываю, - улыбнулся Грэмпс, - а я ведь
только логически рассуждаю, не больше. А
теперь, ребята, влезайте на крыльцо, я вам что-то покажу. Представьте на
минутку, что мы с вами -Эверетт Тру и Хью
Сондерс, которые приехали повидаться с Прессманом... Значит, так, я беру на себя
парадную дверь и изображаю из себя
Сондерса, а вы, ребята, обходите дом сзади и представьте, что вы - Эверетт Тру,
и, когда вы услышите, как я барабаню в
дверь, начинайте тоже стучать, и я вам покажу, как в тот раз действовал убийца.
Ева, ступайте с ними.
- Прекрасно, друзья, идем, - добродушно поддержал его Дюриэа. - До сих пор
Грэмпс был на высоте, и было бы не
совсем прилично с нашей стороны не дать ему возможность продемонстрировать нам
еще какой-нибудь фокус-покус.
- Не забудьте, вы все идете к задней двери, - повторил Грэмпс. - Ступайте.
Пора начинать.
Маленькая группа обогнула дом по боковой дорожке и направилась к черному
крыльцу. Борден, отделившись от
остальных, пробормотал:
- Я только еще раз пройдусь по двору. Хочу убедиться, что мы здесь одни, а
потом присоединюсь к вам.
- А у старика голова неплохо соображает, - одобрительно покачал головой
Дюриэа.
- Неплохо?! - воскликнул шериф с энтузиазмом.
- Да он попадает в очко в девяти случаях из десяти.
- Хорошо, а вот и заднее крыльцо, - заметил Дюриэа?
- Давайте поднимемся и постучим.
Маленькая группа до отказа заполнила крыльцо.
- Давайте же, начинайте стучать, - донесся до них голос Грэмпса с парадного
крыльца.
Лассен саркастически усмехнулся:
- Выглядит довольно-таки глупо, но ничего не поделаешь.
Он постучал в дверь:
- Откройте, пожалуйста.
От парадной двери до них непрерывно доносились грохот и визгливые вопли
Грэмпса:
- Эй, кто там! Откройте-ка дверь! Ну-ка давай-ка, приятель, открывай, не
упрямься!
Шериф снова постучал в дверь. На минуту они затихли, наступила тишина,
которую нарушал только грохот кулаков
Грэмпса в дверь.
- Похоже, он собирается высадить дверь, не иначе, - предположил Дюриэа. - С
одним не поспоришь: уж если Грэмпс
берется за что-то, он...
Милдред тронула его за локоть.
- Френк, - осторожно сказала она, - послушай-ка!
Они мгновенно притихли, и вот до их слуха из пустого дома донеслись
осторожные шаги и поскрипывание ступенек.
- Эй, - неуверенно проговорил шериф, - откройте-ка дверь. Кто там?
Все затихло, и больше ни один звук не доносился до них из-за дверей.
- Эй, вы, там! - закричал шериф. - Это полиция. Откройте немедленно дверь.
Со стороны парадного крыльца до них донесся обрадованный голос Грэмпса:
- Все идет отлично, шериф. Вы все делаете правильно. Продолжайте в том же
духе и стучите как можно громче. Вы...
Господи помилуй! Шериф, там на самом деле кто-то есть. Он идет к парадной двери.
Смотрите же!
Стук в дверь внезапно оборвался. Они услышали немного испуганный голос
Грэмпса:
- Эй, шериф!
Шериф бросил быстрый взгляд на Дюриэа.
- Женщины, назад! Держитесь за углом. - Его рука почти автоматически
выхватила из кобуры пистолет.
- Хорошо, - крикнул Френк, - пошли. Они вместе навалились на дверь. Ева
Реймонд испуганно вскрикнула.
- Поосторожней, Френк, - напутствовала мужа Милдред.
Дверь дрогнула, подалась и треснула, затем внезапно распахнулась, с
грохотом ударилась о стену коридора и сорвалась с
петель.
Лучик света от карманного фонарика шерифа пробежал по стенам темного
коридора и переместился в пустую кухню,
чистую и лишенную каких-либо признаков присутствия человека. Затем луч фонарика
уперся в дверь комнаты, в которой
был найден мертвый Прессман.
Дюриэа стал посреди комнаты, озираясь вокруг. Шериф выглядывал из-за его
плеча.
- Отойдите в сторону, Френк, - сказал он, - пистолет-то у меня. Это
полиция! - крикнул он. - Кто здесь есть, руки за
голову и выходите по одному!
Грэмпс, продолжавший все это время стучать в переднюю дверь, крикнул:
- Вы уже внутри, шериф? Откройте эту дверь. Там кто-то есть в доме.
Впустите же меня, наконец.
Дюриэа и Лассен не обратили ни малейшего внимания на его просьбы. Они
плечом к плечу двинулись к комнате, в
которой было обнаружено тело Прессмана.
Комната была совершенно пуста.
В маленькой спальне рядом тоже никого не было.
Совершенно сбитый с толку, шериф повернулся и молча уставился на окружного
прокурора.
- Где-нибудь должен быть еще один выход, который мы проглядели, -
предположил Дюриэа.
Грэмпс, в нетерпении продолжавший колотить в дверь, снова завопил:
- Эй, вы, там! Откройте же мне, я тоже имею право присутствовать. Кто там
вместе с вами? С кем вы разговариваете?
- Грэмпс, обойдите вокруг дома и побудьте с женщинами! - крикнул ему
Дюриэа.
- Побыть с женщинами, как бы не так! - разозлился Грэмпс. - Я тоже хочу во
всем этом участвовать. В конце концов, это
ведь я первый подал вам эту идею. Откройте мне немедленно!
- Дверь заперта, - ответил ему Дюриэа, подергав ручку. - Вам придется
обойти вокруг дома и...
Но прежде чем окружной прокурор успел договорить, Грэмпс уже бросился
бежать.
Шериф лучом карманного фонарика описывал круги по комнате, осматривая
темные углы.
- Проверьте ванную и туалет, Френк, - предупредил он.
- А их в этой хибаре просто нет, - усмехнулся Дюриэа.
- Должен же быть либо чулан, либо хоть какой-то лаз наружу, - настаивал
шериф.
- Подождите-ка, - воскликнул Дюриэа. - А как насчет кладовой или чердака?
Шериф посветил фонариком вверх, в темное отверстие, зиявшее в потолке.
- Наверняка там должен быть какой-то выход на крышу... Давайте-ка, Френк, я
слажу туда.
- Сейчас принесу лестницу, - предложил Френк.
- Не надо, я просто подставлю стул.
Шериф выбрал стул покрепче и поставил его посреди комнаты прямо под люком.
Грэмпс, который уже успел обежать
вокруг дома, в страшном волнении ворвался через заднюю дверь.
- Что случилось? - закричал он. - Кто это был? Кто-то спускался по лестнице
и стоял прямо перед входной дверью. Я
слышал его так же ясно, как сейчас вас.
- А вам сейчас лучше бы уйти отсюда, - приказал, шериф. - Побудьте на
всякий случай с женщинами.
- Женщины прекрасно сами о себе позаботятся, - отмахнулся от него Грэмпс. -
Не пытайтесь задвинуть меня в угол. Вы...
- Грэмпс! - послышался голос Милдред. Шериф в это время взобрался на стул,
придерживая крышку люка стволом
пистолета.
- Грэмпс! - снова позвала Милдред.
- А вы, девушки, держитесь подальше отсюда! - велел Дюриэа.
- Грэмпс! - крикнула Милдред. Грэмпс обернулся и встретил ее взгляд. Шериф
взглянул на чердак.
- Эй, вы, выходите, иначе буду стрелять!
- Хватит продолжать эту комедию, Френк, - твердо сказала Милдред. - Он вас
просто одурачил. Это был он сам.
- Кто был?
- Тот человек, который ходил по дому, был Грэмпс.
- Что ты имеешь в виду? - воскликнул Дюриэа.
- Да ты взгляни на него! - сказала Милдред. Грэмпс попытался было сделать
возмущенное лицо, но под обвиняющим
взглядом Милдред смутился и опустил голову.
- Какого дьявола! О чем ты говоришь?
- Нетерпеливо спросил Дюриэа.
- Тот человек, чьи шаги вы слышали в доме, был Грэмпс Виггинс, - твердо
сказала Милдред. - Как же ты не понял? У
него же был ключ от этой двери. Все, что ему было нужно, это открыть ее,
постучать погромче, затем на цыпочках пройти
по дому, постоять перед задней дверью, опять же на цыпочках вернуться назад и
снова начать стучать в дверь.
Шериф Лассен, который к этому времени залез на чердак, свесил в люк голову
и взглянул на Грэмпса.
- Может, это все-таки был не он? - задумчиво протянул он.
Борден, который все это время рыскал по участку, неожиданно появился на
Закладка в соц.сетях
