Жанр: Детектив
Темное дело в гейтвее
...Не помню.
- В "МД", фургончике или в "кадиллаке"?
- Наверное, в фургончике. Я никогда не беру "МД" и очень редко
"кадиллак".
- Ну, хорошо, вы вернулись домой. Что дальше?
Макдафф молчал.
- Все это время, - продолжал Вирлок, - вас не оставляла мысль убить
жену. Вы и вернулись-то, чтобы расправиться с ней, так?
- Ничего подобного! Просто я решил, что уйти должна она, а не я. Она
причинила мне много горя, и я же должен покинуть собственный дом?
- Значит, получилось так: вы вернулись, предложили ей убираться, она
отказалась, и вы ее застрелили. Уэстин услышал выстрел и вбежал в дом. Как
только до вас донеслись его шаги, вы через кухню выскочили на улицу, обежали
вокруг дома, увидели в окно, что он поднял с пола пистолет, и моментально
решили свалить все на него.
- Неправда!
- Напрасно вы стараетесь, Вирлок, - вмешался Эллендер. - Убийцей мог
быть только Уэстин.
- Вы слышали показания Макдаффа, - не обращая на него внимания,
обратился Вирлок к Смиту. - Ваше мнение?
- Я не согласен с мистером Эллендером. По-моему, это дело рук Макдаффа.
- Мы можем предложить вам на выбор два варианта, мистер Макдафф: либо
вы напишите свои показания сейчас же, не сходя с места, либо я арестую вас
по подозрению в убийстве и отвезу в тюрьму.
- Я запрещаю вам брать у него какие-либо показания! - с решительным
видом поднялся Эллендер.
- Вы в самом деле считаете, что я убил ее? - едва слышно спросил
Макдафф.
- На это вам ответят присяжные. Так решайте: или вы пишете показания,
или милости просим в тюрьму.
Смерив Вирлока долгим взглядом, Макдафф медленно встал и подошел к
письменному столу. Он закончил минут через двадцать и в своих показаниях
подробно рассказал, где был и что делал в то воскресенье, когда была убита
жена. Вирлок заставил его прочесть написанное вслух, поставить на каждой
странице свои инициалы и скрепить показания своей подписью, после чего
расписался сам и попросил сделать то же самое Смита. Эллендер расписываться
отказался. По требованию инспектора Макдафф вернулся к столу и добавил, что
показания были написаны в присутствии Эллендера, однако тот по неизвестным
ему причинам подписываться отказался. Затем Вирлок вложил показания в
конверт, надписал на нем адрес прокурора штата и, даже не взглянув на
Макдаффа и Эллендера, ушел в сопровождении Смита. На главном почтампе он
купил и наклеил марку и опустил пакет в почтовый ящик.
- Между прочим, мистер Вирлок, - проговорил Смит, когда они вышли на
улицу, - секретарь местного отделения профсоюза музыкантов - мой приятель, и
я думаю, он не очень рассердится, если мы разбудим его и попробуем узнать
адрес Вудроу.
Вирлок одобрительно кивнул:
- Вы правы, поехали к нему.
К половине третьего утра Вирлок и Смит уже знали, что Джеймс Вудроу
проживает в Гэйтвее и работает пианистом в ночном загородном ресторане
"Комбо клуб". Ресторан они нашли без труда. Это было квадратное белое здание
с двумя входами и красной неоновой вывеской, сулившей "жареных
кур-танцы-бар".
Посетителей в ресторане почти уже не оставалось, но несколько пар все
еще топталось посреди зала, и Вирлоку со Смитом пришлось подождать, пока
Вудроу не закончит играть для них тягучую танцевальную мелодию. Когда
ресторан наконец опустел, они уселись с Вудроу за столик в углу, коротко
рассказали, что написал о нем Макдафф в своих показаниях, и порекомендовали
сжато и быстро ответить на их вопросы.
Вудроу, красивый, тщательно причесанный молодой человек с округленным
слабохарактерным подбородком, с готовностью согласился "помочь господам
детективам". Чувствовалось, что он напуган. Он подтвердил, что весь день
провел с Элен Макдафф, но утверждал, что ему не было известно о присутствии
в доме самого Макдаффа.
- Вы впервые застали ее одну в тот день? - спросил Вирлок.
- Нет, мы встречались почти ежедневно и раньше - на пляже и в других
местах. Честное слово, я давно бы пришел к вам и рассказал, что был в тот
день у нее, но... побоялся.
- А между тем ваши показания очень важны для следствия, - сухо заметил
Смит.
- Понимаю, но я же говорю, что до смерти перепугался. Сами подумайте,
кому хочется подвергаться допросу по делу об убийстве! Потом сам Макдафф...
Он же такая важная персона! Да и газеты в один голос утверждают, будто
полицейские не сомневаются, что ее убил какой-то Уэстин.
- Ну, не все полицейские, - нахмурился Вирлок. - Вот мы, например,
думаем несколько иначе.
- Очевидно, - уныло согласился Вудроу.
- В какое время вы ушли от нее?
- Часов около шести... Думаю, что около шести, потому что я начинаю
играть здесь в семь тридцать, а мне еще надо было заехать домой переодеться.
- В какое время вы приехали домой?
- Видимо, в шесть или в шесть пятнадцать. Что-то около этого.
- В каком настроении вы оставили Элен Макдафф? Она не высказывала
опасений, что муж узнает о вашей связи?
- Она вообще никогда не говорила со мной о муже. Когда мы расставались,
она была спокойной, как всегда... Скажу вам откровенно: я ведь знал, что у
нее и до меня были возлюбленные, и все же мне казалось, что я по-настоящему
люблю ее. Я даже собирался уговорить ее развестись с мужем и стать моей
женой. Меня удерживало только одно: ее доступность.
- Вы согласны изложить на бумаге все, что рассказали нам? - спросил
Вирлок.
- Н-не знаю... А если я откажусь?
- Тогда нам придется временно взять вас под стражу как крайне важного
свидетеля. В подобных случаях назначается очень большой залог. Он не будет
для вас чересчур обременительным?
- Но мать может подтвердить, что я вернулся домой в шесть пятнадцать -
шесть двадцать, а потом приехал сюда, в ресторан. В тот час, когда, по
сообщениям газет, была убита Элен, я сидел здесь за пианино... Пожалуй, мне
надо пригласить адвоката.
- Вы можете избавить себя от многих неприятностей, а заодно и от
напрасной траты времени и денег на оплату адвоката, если сейчас же напишете
свои показания, - заявил Смит. - В противном случае придется задержать вас.
- Смит, попросите у бармена бумагу и ручку, - распорядился Вирлок
закуривая.
Глава 7
В понедельник за завтраком Нонна Эш прочла написанное детскими
каракулями письмо Берты Пул. Берта просила разрешения вернуться домой. Но
расследование еще не закончилось, а пока Берта жила в Мейконе, полиции вряд
ли придет в голову допросить ее. "Пусть Берта еще побудет у сестры", -
решила миссис Эш, порвала письмо и постаралась забыть о нем.
В понедельник утром в полиции уже знали о крупных разногласиях между
Эллендером, Фэйном и Вирлоком. Все как-то притихли и обходили их чуть ли не
на цыпочках.
После нескольких часов сна Вирлок и Смит снова приехали в полицию,
намереваясь опять отправиться на Бэккер-авеню и продолжить допрос соседей
Макдаффа. Однако в последнюю минуту Вирлоку позвонил Роланд Гуд и заявил,
что хотел бы поговорить с ним. Вирлок ответил, что сейчас же приедет.
Гуд, все еще в халате, встретил инспектора и его помощника у двери,
провел в столовую и приказал служанке подать кофе.
- Я не хотел бы показаться вам слишком уж охочим до сплетен или до
чужих замочных скважин, - начал он, - но поверите ли, последнюю ночь я не
спал... почти не спал, все думал об этом печальном случае. Надеюсь, вы
понимаете меня?
- Да, да, сэр, мы все понимаем, - подтвердил Вирлок.
- Мы, например, установили, что вы действительно были близким другом
четы Макдаффов, - с невинным видом добавил Смит.
- Правильно, - с готовностью подтвердил Гуд. - Вы знаете, мистер
Вирлок, я не собираюсь распространяться о гражданском самосознании,
общественном долге и прочее, и прочее. Не стану скрывать, я предпочитаю жить
только для самого себя, не вмешиваясь в чужую жизнь. Но иногда приходит
нечто такое, что заставляет отходить от этого принципа... Вы правильно
изволили заметить - мы дружили с Макдаффами, и поэтому я считаю себя просто
обязанным сообщить вам кое-что. Видимо, надо было сделать это раньше, но...
Полагаю, вы, как служащие уголовной полиции, имеете хотя бы некоторое
представление о том, что такое Бэккер-авеню?
- В каком смысле?
- Видите ли, люди моего круга составляют элиту нашего города. Мы любим
богатство и комфорт и используем наши деньги, если хотите, как буфер,
предохраняющий нас от всякого рода неприятностей. Лица со средствами и с
определенным положением в обществе могут позволить себе нечто такое, на что
никогда не осмелится простой смертный из страха понести самое суровое
наказание.
- Довольно точный и откровенный анализ, - заметил Вирлок, все еще не
угадывая, к чему клонит Гуд.
- Ну вот, в таком случае нам будет легче понять друг друга. - Гуд
удовлетворенно потер руки. - То, что зачастую происходит у нас на
Бэккер-авеню, в другом месте и среди других людей было бы расценено как
преступление или во всяком случае вызвало бы громкий скандал. А у нас все
обходится тихо и мирно благодаря деньгам и общественному положению
действующих лиц. Измена одного из супругов рассматривается на Бэккер-авеню
скорее как милое приключение, нежели как трагедия, а флирт - как невинное
развлечение, не дающее повода для ревности. У нас есть свой кодекс
поведения - неписаный, конечно, но не менее строгай, чем кодекс поведения
тех, кто трудится в поте лица своего. В сердечных делах, например, мы редко
позволяем нашим романам оканчиваться разводом, это просто не принято. И тем
не менее нечто подобное имело место совсем недавно и, как мне кажется, может
заинтересовать вас.
- Расскажите, мистер Гуд, - попросил Смит.
- Пожалуйста, молодой человек, пожалуйста! Вы уже навестили супругов
Эшей? Нет? Это совсем рядом - большой особняк с чудесным садом. Владелец
особняка Джордж Эш - типичный представитель обитателей Бэккер-авеню. Он
владеет крупной импортно-экспортной фирмой, основанной еще его дедом. Эш -
способный бизнесмен, заботливый отец, внимательный супруг... Одним словом,
превосходнейший человек, за исключением, - Гуд многозначительно поднял
палец, - за исключением одного обстоятельства.
Около года назад между Джорджем Эшем и Элен Макдафф завязался роман -
правда, не очень продолжительный, они расстались месяца через три. Но у меня
есть основания предполагать, что недавно Джордж Эш возобновил нежные
отношения с Элен. Я, разумеется, не могу привести определенных
доказательств, тем не менее должен сообщить вот что. Именно в то
воскресенье, когда была убита Элен Макдафф, незадолго до этого ее навестил
Джордж Эш и оставался в доме примерно около часа... Не прерывайте меня! -
нетерпеливо отмахнулся Гуд от Смита, заметив, что тот собирается о чем-то
спросить. - Теперь о Нонне Эш - достойной супруге Джорджа. Это настоящая
матрона с Бэккер-авеню... Милая, очаровательная женщина, нежная мать и
энергичная хозяйка. Образование она получила в одной из привилегированных
гимназий в Канаде, обладает солидными собственными средствами - наследством
родителей, владельцев пароходной фирмы. Они словно созданы друг для друга,
но отличаются в одном: Джорджа хлебом не корми - дай поволочиться за
какой-нибудь юбкой, Нонна же ни-ни. Камень, а не женщина!
Смит уже достал свой блокнот и быстро делал в нем заметки.
- Одним из ваших хобби, вероятно, является психология? - улыбнулся
Вирлок. - На эту мысль меня наводит ваша тонкая наблюдательность.
- Видите ли, - не без самодовольства ответил польщенный Гуд, - я считаю
себя последователем Фрейда, но занимаюсь исключительно теорией.
- Мистер Гуд, - осторожно спросил Вирлок, - а что, собственно, вы имели
в виду, когда говорили, что роман Джорджа Эша и Элен Макдафф имеет для нас
какое-то значение?
- Ничего, - резко ответил Гуд. - Вы уж сами решайте. Я сообщаю вам
факты, а вы вольны поступать с ними по собственному усмотрению. Прошу только
не упоминать, что эти сведения вы получили от меня, - я ничего не смогу
подтвердить.
- Спасибо, мистер Гуд, - поблагодарил Вирлок. - Ваша информация может
оказаться весьма полезной. Позвольте задать последний вопрос. Вы говорите,
что вечером в день убийства Элен Макдафф видели, как Джордж Эш приходил к
ней?
- Да, видел.
- В какое время?
- Пришел он около половины восьмого, а в какое время ушел - не знаю, не
видел. Вы будете допрашивать Джорджа?
- Возможно. Еще раз спасибо, - сказал Смит. - Вы, правда, отрицаете
это, но все же гражданское самосознание у вас есть.
Лицо Гуда расплылось в широкой улыбке.
- Спасибо, молодой человек. Ваша фамилия, кажется, Смит? Я должен
запомнить ее. - Он повернулся к Вирлоку. - Так мое имя упоминаться не будет,
вы обещаете?
- Сделаю все возможное.
Гуд проводил детективов до выхода и снова многословно попрощался с
ними. Вирлок и Смит направились к дому Эша.
Несмотря на сравнительно ранний час, Нонна Эш успела выпить несколько
больших рюмок виски и сейчас, когда в прихожей раздался звонок, держалась на
ногах не совсем уверенно. Все же она добрела до двери и, разглядев сквозь
стекло двух незнакомых людей, хотела уйти в комнаты, но звонок снова
зазвенел пронзительно и настойчиво. Открыв дверь, Нонна бессмысленно
уставилась на визитеров.
- Мужа нет дома, а я ничего не покупаю, - заявила она и хотела
захлопнуть дверь, но один из посетителей помешал ей.
- Мы из уголовной полиции, миссис Эш, - объяснил Вирлок, - и хотели бы
задать вам несколько вопросов.
- Из п... полиции? - неповинующимся языком переспросила миссис Эш.
- Да, - подтвердил Смит, - и у нас есть к вам кое-какие вопросы.
- Вопросы?
- Мы расследуем убийство Элен Макдафф, мэм, и хотели бы переговорить с
вашим мужем. Его действительно нет дома?
- Сегодня я плохо себя чувствую, - пробормотала миссис Эш. - Приходите
завтра.
- Нам очень важно сделать это сегодня, - возразил Вирлок.
- Ну что ж, входите и задавайте ваши во... вопросы.
Миссис Эш распахнула дверь, прошла в гостиную, налила себе виски и, не
обращая внимания на Вирлока и Смита, залпом выпила.
- Скажите, это правда, - с места в карьер начал Вирлок, - что у вашего
супруга был роман с Элен Макдафф?
- Около года назад, - добавил Смит.
- Это правда... это правда... - пьяно повторила Нонна Эш. Это правда,
что это ложь...
- Кое-кто из ваших соседей утверждает, что мистер Эш проявлял
повышенное внимание к Элен Макдафф, - продолжал Смит.
- И что их роман, кажется, недавно возобновился, - вставил Вирлок. -
Где ваш супруг сейчас?
Миссис Эш, видимо, несколько протрезвела.
- В конторе. Он постоянно в конторе. А может, играет в гольф или
катается на яхте, или проводит время с...
- Тогда скажите, где был ваш муж в вечер убийства Элен Макдафф?
- Дома, с семьей... с детьми и со мной...
- Вы помните что-нибудь о том вечере? - спросил Смит.
- Ничего.
- У вас это что, привычка - напиваться с самого утра? - спросил Вирлок.
- Не ваше дело.
- Мы ведем следствие об убийстве, мэм, и нам до всего есть дело, -
ответил Вирлок. - Спасибо за помощь и за любезный прием, миссис Эш.
- Прощайте, мистер Шерлок Холмс! - крикнула Нонна, с силой захлопнула
за детективами дверь и повернула ключ.
Направляясь к машине, Смит вытер со лба пот и присвистнул:
- Подумать только, эта "матрона" с утра пьяна в стельку!
Вирлок и Смит нашли Джорджа Эша в его клубе, где он играл в теннис с
красивой молодой женщиной. В поисках Эша они побывали у него в конторе, в
нескольких ресторанах и барах и только после этого рискнули появиться здесь.
Они подошли к Эшу, когда он, закончив игру и обменявшись с партнершей
какими-то шутливыми репликами, направился в душевую.
- Мы только что побывали у вас в конторе и дома, - обратился к нему
Вирлок, - нам нужно кое-что выяснить у вас.
- Завтра, завтра, - небрежно ответил Эш, не сводя глаз с изящной
фигурки удалявшейся партнерши. Джордж Эш был высокий, хорошо сложенный
человек около сорока лет, с белозубой улыбкой; держался он надменно и даже
вызывающе.
Эш повернулся и хотел уйти, но Вирлок схватил его за руку.
- Не завтра, а сегодня, сейчас же. - Вирлок предъявил свое
удостоверение. - Вы глубоко заблуждаетесь, если полагаете, что можете вести
себя, как вздумается.
- Не слишком ли круто берете? - иронически осведомился Эш. - А
вообще-то я не буду разговаривать с вами, пока не позову своего адвоката.
- Никого вы не позовете. Пройдите к той скамейке, садитесь и отвечайте
на наши вопросы. Ну? Или прикажете тащить вас за шиворот?
Эш оторопело взглянул на него.
- Мне еще не приходилось сталкиваться с таким обращением, но я
достаточно влиятельный человек, чтобы...
- Идите и садитесь на скамейку!
- Попробуйте заставить!
Вирлок повернулся к Смиту.
- Вызовите фургон для перевозки арестованных, - распорядился он и
достал из кармана наручники. Эш понял, что с ним не станут церемониться.
- Я вынужден подчиниться, - сквозь зубы произнес он, - но не обольщайте
себя надеждой, что на этом все кончится.
- Знаете, Эш, мне уже столько грозили за последние сорок восемь часов,
что я устал слушать.
- Вы или идиот, или прохвост, который не знает, для чего ему выдали
удостоверение детектива, - процедил Эш, опускаясь на скамейку.
- Мы только что беседовали с вашей женой. Она пьяна. Почему, по-вашему,
она напилась с самого утра? - Вирлок не сводил с Эша внимательного взгляда.
- Нонна? Пьяна?! - искренне удивился Эш. - Чушь!
- Хорошо сложенная женщина лет тридцати с лишним, называющая себя
миссис Эш и проживающая в вашем доме на Бэккер-авеню, сегодня утром, при
нашем посещении, оказалась пьяной.
- Даже если это и правда (а я не верю ни одному вашему слову), -
холодно произнес Эш, - все равно вас это не касается.
Он закурил, затянулся и вытер лицо полотенцем. Постепенно к нему
возвращалась прежняя уверенность в себе.
- Около года назад у вас был роман с Элен Макдафф, - продолжал
Вирлок. - Ваша жена знала об этом. Знает ли она, что этот роман недавно
возобновился?
Эш нахмурился.
- Я буду разговаривать с вами только в присутствии адвоката, - твердо
заявил он.
- Что ж, - ответил Вирлок и встал. - Не хотите разговаривать здесь -
придется вам поехать с нами.
- Пожалуйста, но я должен переодеться.
- Ничего, сойдет и так, - усмехнулся подошедший Смит.
В половине пятого в следственной комнате в тюрьме на Мэретта-стрит Эш
признался Вирлоку и Смиту, что он действительно был близок с миссис Макдафф,
но порвал с ней, как только об этом узнала жена. Однако он категорически
отрицал, что возобновлял с Элен прежние отношения.
- Где вы были в тот вечер, когда произошло убийство? - задал вопрос
Вирлок.
- Дома. Вместе с семьей смотрел телевизионную программу. Потом услышал
какой-то звук, похожий на выстрел, и вышел узнать, в чем дело.
- Лжете! - крикнул Вирлок. - У нас есть показания одного из ваших
соседей; он утверждает, что в день убийства миссис Макдафф, примерно в семь
тридцать вечера, он видел, как вы вошли в дом Макдаффов.
Эш провел рукой по лицу.
- Ну хорошо, я в самом деле вышел из дома около этого времени подышать
свежим воздухом.
- Потом что?
- Ничего. Постоял, осмотрелся...
- А что вы скажете, если я устрою вам очную ставку со свидетелем,
который видел, как вы вошли в дом Макдаффа?
- Вы уже достаточно долго держите меня здесь и пытаетесь приплести к
убийству Элен Макдафф. Но у вас ничего не выходит, и теперь я вправе
требовать, чтобы вы дали мне возможность позвонить адвокату.
- Почему вы думаете, мистер Эш, что у нас ничего не выходит? - спросил
Смит.
Эш пожал плечами.
- Видимо, потому, что я не имею никакого отношения к убийству, у меня
не было, выражаясь вашим языком, мотива. Что касается свидетелей... Плевать
мне на них! В случае необходимости жена и сыновья под присягой покажут, что
я был с ними, когда послышался выстрел. Ну, а теперь почему бы вам не
взяться наконец за ум и не отпустить меня, пока вы не навлекли на себя
крупных неприятностей?
- Парню, которого задержали в доме Макдаффов, грозит тяжкое наказание.
Я не могу допустить, чтобы какой-нибудь самоуверенный ловкач вроде вас скрыл
от следствия факты, доказывающие вину или, наоборот, невиновность этого
человека. Вы понимаете?
- Понимаю. Выходит, Уэстин нашел себе еще одного защитника?
- Если бы предоставить все таким типам, как вы, наверняка, его песенка
была бы спета.
- Но вы, однако, скажите, зачем мне нужно было убивать ее?
- А вот зачем, - ответил Вирлок. - Элен Макдафф стала изменять вам, и
вы в припадке ревности...
- Я приревновал Элен?! - сухо рассмеялся Эш.
- А почему бы и нет? Например, к пианисту Джеймсу Вудроу, который
провел с ней в воскресенье почти весь день - в то самое воскресенье, когда
вы тихонько выскользнули из дому и прибежали к миссис Макдафф. Возможно, она
указала вам на дверь, а вы обвинили ее в измене и обозвали шлюхой. Так, Эш?
- Но такой повод мог возникнуть не только у меня, - нервно ответил
Эш. - Уж если вы считаете, что преступление продиктовано чувством ревности,
почему бы вам не обратиться к самому Макдаффу и не расспросить старика о
всех других связях его драгоценной супруги?
- Пока что наиболее серьезное подозрение падает на вас, - ответил
Вирлок.
- Довольно запираться, Эш! - вмешался Смит. - Рассказывайте, как все
произошло.
- А я помогу вам, - взглянул Вирлок на Эша. - Дело было вечером в
воскресенье. Вы знали, что Макдафф дома, и наблюдали из окна, когда он
уйдет. Убедившись, что он уехал, вы пошли к его жене, но она отвергла вас и
на ваши настойчивые расспросы заявила, что предпочитает Вудроу. Вы же
знаете, ей ничего не стоило сказать об этом вам прямо в глаза, поскольку она
не видела ничего плохого в своих амурных делах. Но она не учла, что у вас на
сей счет может быть иное мнение.
Эш молчал, уставившись в пол.
- Вы пытались урезонить ее, но Элен Макдафф не захотела вас слушать.
Она откровенно сказала, что отныне вы ей не нужны. Подумать только: вас,
человека состоятельного, считавшего себя образцовым американцем, женщина
променяла на какого-то третьеразрядного полунищего пианиста! Ей нужен был
ОН, а не ВЫ. Как же можно было примириться с этим? И вы, естественно,
потеряли самообладание. Вот и все, Эш.
Эш устало выпрямился на стуле и покачал головой.
- Это правда, но только отчасти. Я любил ее, но понял это лишь после
нашего разрыва. Чем чаще потом я встречал ее, тем больше понимал, как сильно
люблю... В тот последний вечер я умолял ее выйти за меня замуж, если я
добьюсь развода, но она только улыбалась и мурлыкала мелодию, которую
наигрывал на вечеринке этот паршивый пианист...
- И тогда вы схватили пистолет и выстрелили в нее?
- Нет, нет! Я не стрелял в нее! Правда... - Эш помолчал. - Правда, мне
хотелось ее убить. Я сидел в спальне, наблюдал, как она причесывается, у
меня мелькнула мысль, что было бы так просто подойти, схватить ее за эту
красивую шею...
- И вместо этого вы пустили в ход пистолет? - прервал его Вирлок.
- Нет! Я встал и ушел домой. Ей я ничего не сказал. Я даже не
попрощался, хотя знал, что теперь-то между нами по-настоящему все кончено.
- Выстрелив в миссис Макдафф, - снова заговорил Вирлок, - вы услышали,
что кто-то (это был Уэстин) вошел в дом. Тогда вы бросились бежать,
благополучно пробрались к себе и спокойно уселись перед телевизором. В те
минуты вы, скорее всего, не знали, кто вошел в дом, но как только полиция
арестовала Уэстина, вы решили, что вам теперь ничто не угрожает.
- Не убивал я ее! - крикнул Эш.
- Вы неглупый человек, Эш, но, видимо, не можете понять, что только
навредите себе, если выступите перед присяжными с такими показаниями. Что
они решат, когда услышат, что у вас был роман с Элен Макдафф и что вы
посетили ее в тот вечер, да еще сразу же, как только от нее ушел ваш
соперник? Любой доморощенный юрист скажет, что ваши объяснения не
выдерживают ни малейшей критики.
- Возможно. И все же убийца не я.
- Смит, пригласите стенографиста и Фэйна. Мистер Эш будет давать
показания.
- Никаких показаний я давать не буду.
- Тем хуже для вас. Поберегите их для суда, и посмотрим, что получится.
В дверь просунулась голова полицейского.
- Вам звонит кто-то, - сообщил он. - Говорит, по срочному делу.
- Я занят, - отмахнулся Вирлок.
- Звонит какая-то женщина. Она, кажется, очень расстроена и говорит,
что хочет сообщить вам нечто важное по поводу Уэстина. Она не назвала себя.
- Немедленно установите, откуда она звонит! - распорядился он, бросился
в канцелярию и взял трубку.
- Вирлок у телефона. Кто говорит?
- Этта Саймонсон. Вы могли бы сейчас же приехать ко мне? Хочу сообщить
вам кое-что.
У Вирлока разочарованно вытянулось лицо, и он жестом дал понять
полицейскому, что отменяет распоряжение.
- Ну, о "сейчас же" не может быть и речи, миссис Саймонсон. А в чем
дело? Вы хотя бы намекнули.
- А по телефону можно?
- Безусловно.
- Нас не подслушивают?
- Что вы!
- Мистер Вирлок, боюсь, что вы можете принять меня за очень рассеянного
человека, но иногда память и вправду мне изменяет. Вот только сейчас я
припомнила, что заметила кое-что в прошлое воскресенье.
- Говорите, говорите!
- Прошлый раз вы напугали нас своим утверждением, будто мой муж тоже
подозревается, и я растерялась. Вы помните...
- Минутку, миссис Саймонсон! Мы по-прежнему в числе неко
...Закладка в соц.сетях
