Жанр: Детектив
рыжая 2. Сон в руку
...то так решил? - с вызовом спросил Виктор Семенович.
- Это владельцы пансионата так решили, - сухо отрезал Полетаев и встал. - И молите Бога, чтобы молва о нас не
опережала нас самих. Иначе в следующую гостиницу нас попросту не пустят.
Глава 40
Группа стояла молча, растерянно вперив очи в расписание. Теплоходы отходили каждый второй день. Сегодня, если
можно так выразиться, был день первый.
- Что же вы, Даша, так невнимательно составляли маршрут? - начал было скрипеть Виктор Семенович, но тут же
осекся под суровым взглядом ореховых глаз.
- Ах, простите меня за то, что нас выгнали из гостиницы и нам пришлось сдвинуть график на день! Каюсь, смерть
не была запланирована в моем маршруте. Но в следующий раз постараюсь быть прозорливее.
- Зря только спешили, - зевнул Гоша. - Даже поесть не успели...
Неожиданно послышался смешок. Смеялась Катя. Группа удивленно смотрела на веселящуюся мать двоих детей.
- Что с тобой? - нахмурился муж.
- Мне неожиданно в голову пришла одна мысль: я учу детей тому, что человеческая жизнь священна. А она,
оказывается, не стоит даже паршивого завтрака! - Последние слова Катя прокричала и со всей силы швырнула рюкзак на
землю.
Все молчали. Один лишь Полетаев вздохнул и достал телефон.
- Алло, добрый день, можно заказать два такси?
До ранчо, где запланировалась следующая остановка, было километров пятьдесят. Путники угрюмо молчали,
равнодушно скользя взглядом по зеленым холмам и живописной излучине матери всех чешских рек. Лишь дети, со
свойственной их возрасту непосредственностью и способностью моментально забывать плохое, радовались коровкам и
прочей живности, мирно пасущейся на бескрайних лугах. Черно-белые буренки задумчиво щипали траву и ничего не
подозревали о человеческих страстях и страданиях.
"Три ковбоя" походило на самое настоящее ранчо. По крайней мере, в представлении людей, которые видели ранчо
только на картинке или в кино. Высокий деревянный забор скрывал двухэтажные домики из камня. Не из того камня,
который используют в городском строительстве, а из настоящих, необработанных плоских валунов, из коих строили дома
сотни лет назад.
Прямо от входа шла ухоженная лужайка. На ней в живописном беспорядке были расставлены деревянные кресла с
широкими подлокотниками и нарочито грубо сколоченные столы. Слева виднелся маленький прудик, окруженный
декоративным кустарником и камышом. Из камыша выглядывали каменные лягушки. Над прудом нависал хрупкий
мостик, украшенный прелестными резными перилами. Справа от входа громоздились огромные валуны с альпийским
садом, а сразу за садом возвышалась длинная деревянная беседка с круглым каменным мангалом посередине. Каждый
уголок ранчо был тщательно продуман, создавая ощущение уединенности и покоя.
- Боже, какая прелесть! - одновременно воскликнули обе женщины.
Мужчины, надо признать, тоже были приятно поражены. Прохазка одобрительно цокал языком:
- Отличное хозяйство. - Он оглядел конюшни и скотный двор взглядом человека, понимающего толк в
крестьянском хозяйстве.
Сейчас двор был пуст, но вдалеке, за забором, можно было видеть стадо коров и овец, мирно щиплющих травку,
нагуливающих и без того круглые бока.
- Это ж сколько денег все это стоит! - восхищенно пробормотал Виктор Семенович. - Вот где настоящие
капиталисты живут.
Навстречу им уже спешил приветливый молодой ковбой:
- Добро пожаловать, дамы и Панове!
Несмотря на дружелюбное выражение лица, голос его звучал не совсем уверенно. Дамы и Панове были измучены и
потрепаны, их запыленные спортивные костюмы и огромные рюкзаки несколько контрастировали с элегантной одеждой
остальных отдыхающих, прогуливавшихся по лужайке.
- Вы к нам? - на всякий случай поинтересовался ковбой.
- Да, если вы представляете ранчо "Три ковбоя".
На первый план вышел Полетаев. Его безупречный внешний вид отчасти успокоил молодого человека. Ковбой
подошел к воротам и выглянул:
- А ваши машины? - Всюду, куда мог достать глаз, не видно было даже деревянной таратайки.
- А мы на такси, - разъяснил Прохазка.
- На такси... - Ковбой произнес это таким тоном, что всем стало ясно: в этих краях люди на такси с рюкзаками
большая редкость. - Тогда понятно. Что ж, добро пожаловать к нам на ранчо "Три ковбоя". Кстати, на какую фамилию у вас
забронированы номера?
Широко раскинув руки, Даша плюхнулась на кровать:
- Господи, как я устала...
- Так поспи. - Катя опустилась в плетеное кресло-качалку и прикрыла глаза.
- Не могу.
- Что так?
- Ример сказал, что на этом ранчо они задержались на целый лишний день, хотя все время шел дождь.
- Ну и что?
- Значит, дом, который мы ищем, может находиться где-нибудь неподалеку. Их путешествие подходило к концу,
отсюда они выехали прямиком в Прагу.
- Что за блажь... - Катя вышла на балкончик, увитый диким виноградом. - Нет, ты только посмотри, какая красота
вокруг!
- Кать, - Даша приподнялась на локте, - а ты на лошади ездить умеешь?
Сестра не ответила, и молодая женщина поплелась к ней на балкон.
Птицы щебетали так, словно им за это доплачивали. Мужчины, развалившись в деревянных шезлонгах, потягивали
пиво из огромных запотевших бокалов. То ли жизнь их щадила, то ли второе дыхание открылось, но выглядели они вполне
счастливыми.
- Идите к нам! - замахал рукой заметивший их Прохазка. Белая футболка едва прикрывала его огромное волосатое
пузо.
Катя помахала в ответ и обернулась к сестре:
- Что ты там спрашивала про лошадей?
- Я на всякий случай поинтересовалась, умеешь ли ты на них перемещаться. Покойная жена Римера три дня
разъезжала по окрестностям.
- И что? - Катя распустила волосы и встряхнула ими: - Жарко...
- Нам придется заняться тем же самым.
Двоюродная сестра хмыкнула:
- Это вам придется заняться тем же самым. Лично я намерена все три дня пить пиво, купаться и загорать на
солнышке. Словом, отдыхать. Чем вы займетесь в это время, мне абсолютно безразлично. - Словно желая
продемонстрировать твердость своих намерений, Катя скинула одежду и направилась в ванную.
- Понятно, - пробормотала Даша. - Опять мне одной со всем разбираться...
На улице было, пожалуй, слишком жарко.
- Дарья Николаевна, не желаете пивка? - Полетаев переоделся в белоснежный теннисный костюм с зелеными
полосками и теперь восседал в своем кресле, словно победитель Уимблдона.
- Спасибо, но я с большим удовольствием выпью апфельшоле.
- Кого она выпьет? - удивился Гоша.
- Яблочный сок с минеральной водой. Очень освежает, - пояснил Полетаев. - Какие у нас на сегодня планы?
- У вас - понятия не имею. Лично я сейчас закажу себе лошадь...
Мужчины, кроме традиционно ничего не понимающего Прохазки, прыснули.
- Кобылу к подъезду! - тоненько хихикнул Виктор Семенович.
- Вам вороную или, пардон, в яблоко? - поддержал его Гоша.
- В апельсинах, - разозлилась Даша. - Я к вам в душу не лезу, и вы ко мне не приставайте.
- И как долго вы собираетесь на забронированной кобыле распугивать лесных обитателей, если, конечно, доберетесь
до леса? - поинтересовался Полетаев.
- Ха-ха-ха, очень смешно. Не ваше дело. До темноты вернусь.
Гоша с отцом переглянулись, улыбки погасли на их лицах.
- А что вы так долго собираетесь там делать?
- Вам-то какое дело! - Даша радовалась, что заставила их нервничать. - Я женщина свободная, хочу, дома сижу,
хочу, на лошади катаюсь.
- Тогда мы с вами. - Виктор Семенович решительно встал. - Мы не можем вас отпустить в лес одну. Это не
безопасно.
- А кто умеет ездить верхом? - вполголоса осведомился Ример. За последние два дня он немного изменился. Стал
менее циничным и более задумчивым.
- Не скажу, что держусь в седле как цирковой наездник, но... не жалуюсь. - Это, разумеется, Полетаев. - Пан
Прохазка, - обратился подполковник к щурящемуся иод солнечными лучами бородачу, - как у вас с лошадьми обстоят дела?
- Я же сельский житель! - приоткрыл глаза владелец детективного агентства. - Если найдется и для меня лошадка,
то, честно говоря, разомнусь с удовольствием.
- Да вы просто мастер на все руки, - заметила Даша. - Пан Ярослав, вы были обречены стать детективом. И на
мотоцикле, и на лошади... Гений, просто гений. Кстати, что значит "подходящая лошадь"?
Прохазка смущенно одернул майку:
- Обыкновенная лошадь выдерживает всадника килограммов до восьмидесяти, поэтому мне и... - он покосился на
упитанного Гошу.
Катин муж заметил косой взгляд и моментально занервничал:
- Что он сказал? Что меня не возьмут?
Даша была рада пояснить:
- Именно. Пан Ярослав сказал, что ты толстый, как свинья, и на...
- Неправда! - возмутился Полетаев. - Дарья Николаевна, с полной ответственностью заявляю: вы провокатор.
Прямо какой-то Азеф в юбке! - Посмотрел на ее одежду и поправился: - В джинсах. Женских. - После чего поспешил
пояснить покрасневшему Гоше: - Пан Прохазка говорит, что для всадников весом свыше восьмидесяти килограммов
используются специальные лошади...
- Тяжеловозы называются, - не унималась Даша. - Те, которые на лесоповалах работают.
Гоша ничего не сказал, но в его темных злых глазках промелькнула ненависть.
Прохазка с непостижимой для своей массивной фигуры легкостью вскочил в седло. Конь под ним дрогнул, но
устоял. Лишь на крупе вздулись змеящиеся вены. Несчастное животное попробовало взбрыкнуть и иными способами
выразить свое недовольство, но Прохазка продемонстрировал не только прекрасные качества наездника, но и тонкое знание
конской психологии. Обменявшись парой любезностей, человек и конь пришли к консенсусу, и вскоре бородач галопом
покинул манеж. Остальные справились с поставленной задачей менее эффектно.
Виктор Семенович, которого только жадность и природная глупость подвигли на рискованный для его возраста
эксперимент, очень нервничал и на странной смеси русского, английского и немецкого языков давал конюшему советы,
каким именно способом следует сажать его в седло.
- You must [Вы должны (англ.).] с силой подсадить меня up and [Вверх и... (англ.)] вверх. Ферштеен? [Понимаете?
(нем.)]
Слово "ферштеен" конюх понял и кивнул головой. Однако Виктору Семёновичу его кивок не показался
убедительным. Тогда он взял мужчину за руку и, глядя ему прямо в глаза, громко пояснил:
- You! - потыкал того в грудь. - You must take my вот этот leg [Вы должны взять мою... ногу (англ.).], - потряс левой
ногой. - И снизу - down to up [Снизу вверх (иск, англ.).] - толкаешь вверх. Только очень сильно, strong, very strong! [Сильно,
очень сильно! (англ.)] Ферштеен? Чтобы я успел сесть on horse [На лошадь (англ.)]. Ферштеен? - И для пущей
убедительности похлопал сивку по крупу.
Лошадь шарахнулась и скосила недобрый глаз. Конюшему этот монолог тоже не доставил удовольствия, поэтому
он молча положил руки нервного ездока на луку и вставил его левую ногу в стремя.
- Вшехно разумим. Делай! [Все понимаю. Давай! (чеш.)] - С этими словами он подхватил побледневшего Виктора
Семеновича под праву ноженьку и подбросил как можно выше.
Ох, не стоило тому так настаивать на силе толчка. С тонким визгом, словно камень, пущенный из пращи, Виктор
Семенович перелетел через гнедую и с нехорошим шмяком приземлился на другой стороне. И так бы лежать ему до
прихода помощи и тихо постанывать, но злобный Катин свекор не придумал ничего умнее, как со всей силы пнуть ни в чем
не повинное животное. Лошадь, озверев от такой наглости, ответила ему тем же и с возмущенным ржанием умчалась.
Виктор Семенович потерял сознание.
Конюший, сдвинув фуражку на затылок, покачал головой:
- То снад нени правда... [Не может быть (чеш.).] В жизни еще не видел, чтобы кто-нибудь пинал лошадь!
Как ни странно, но для остальных наездников этот эпизод прошел незамеченным. Даша с Катей, мобилизовав весь
свой опыт пятнадцатилетней давности, почти без потерь забрались в седло, но, растеряв за этот же период отчаяние юности,
теперь с ужасом осматривали землю с двухметровой высоты. Земля с такой верхотуры казалась очень твердой.
- Может, пешком походим? - пролепетала Даша.
Катя сжала зубы:
- Давай до первого падения.
- Твоего или моего?..
Выражение лица кузины говорило о том, что это может произойти одновременно.
- Не будем загадывать и для начала сделаем пару кружков на мягком.
Сестры неспешным шагом двинулись по манежу, устланному толстым слоем соломы. Они почти освоились, когда
наконец с помощью двух дюжих мужиков удалось водрузить в седло и Гошу. Едва почувствовав, что он сидит и не падает,
Гоша страшно обрадовался и принялся делать задом какие-то неприличные движения, видимо побуждая животное
тронуться в путь. Катя, внимательно наблюдавшая за усилиями супруга, отвернулась и с плохо скрываемым раздражением
бросила:
- И с этим человеком я когда-то занималась сексом...
Даша, стараясь сохранять равновесие, обернулась к сестре:
- Неужели это единственное, о чем ты сейчас способна думать?
- А о чем мне еще думать?
Даша хмыкнула. Не далее как два дня назад у них уже был разговор на эту тему, и тогда сестра была несколько
иного мнения.
- О чем думать? Например, о том, как доехать до леса и не упасть. Как не упасть в лесу. Что делать, если все-таки в
лесу мы упадем, и куда, черт побери, пропал Полетаев?!
И в это время в воротах конюшни показался принц. Да-да, тот самый принц, который однажды, по мнению
большинства барышень, должен постучать копытом в дверь. Наши сестры хоть и давненько отпраздновали свое
совершеннолетие (а заодно и еще пару юбилеев), но тоже невольно охнули.
Высокий мужчина в костюме для выездки, купить который под силу было разве что владельцу золотых приисков,
вел под уздцы прекрасную белую лошадь. Все шесть бедер были одинаково стройны и мускулисты. Уже на подходе к
манежу принц легко вскочил в седло и, гарцуя, приблизился к онемевшим женщинам.
- Как ваши успехи? - спросил он, ставя лошадь на дыбы. - Смею заметить, вы прекрасно смотритесь в седле, Дарья
Николаевна. Жаль только, что не захватили с собой соответствующего костюма.
Действительно, из всей необходимой экипировки на Даше была только каскетка, да и та являлась собственностью
конюшни и клиентам выдавалась из соображений безопасности. Остальной наряд для выездки составляли футболка и
джинсы.
- Господи, Палыч, да ты ли это? - Даша просто не верила своим глазам. - У тебя-то откуда такое богатство?
- Как откуда? От "Лайона", конечно. Для выездки я предпочитаю именно их марку...
Женщины смотрели на элегантного подполковника с плохо скрываемой неприязнью. Видеть рядом с собой
мужчину, который двадцать четыре часа в сутки выглядит как лорд Мальборо, становилось просто нестерпимым.
Даша осторожно, стараясь не потревожить лошадь, отряхнула пыль с футболки и джинсов.
- Ты этот костюм с собой брал?
- Конечно. - Полетаев одобрительно похлопал своего скакуна по холке. - На такую лошадь разве в чем попало
сядешь? Красавец! Ну что, вперед? - Пришпорив своего красавца, подполковник устремился к лесу.
- Н-да, - хмыкнула Катя, - чую, развлечение будет что надо. Спортивное ориентирование в дремучем лесу.
Заявленные участники - сельский ковбой весом в центнер, кронпринц и два урода.
Даша рассмеялась:
- Ты забыла еще про нас.
- Брось! На нас я поставила крест в самом начале. Из этого леса живыми мы уже не выберемся.
- Да ладно, - постаралась успокоить сестру Даша, но голос ее звучал неуверенно. - Может, все не так и страшно.
Может, мы даже найдем этот дом в первый же день...
- Дашка, какой дом! У меня уже сейчас одно место болит. Представь, что будет, когда мы вернемся...
Откровенно говоря, Даша тоже ощущала определенный дискомфорт в районе седалища. Несколько лет она не
занималась никаким спортом, даже ногами по утрам не дрыгала, в результате разленившиеся ягодичные мышцы давали о
себе знать.
Сестры уже собрались было тронуться вслед за подполковником, как из ворот конюшни показался еще один
всадник. В элегантности он мог соревноваться с Полетаевым, да и в седле держался не хуже, если не лучше. Его лошадь
была черна, как ночь, и очень выгодно оттеняла белоснежные лосины и черный, шитый золотом костюм конкистадора.
Катя удивленно приподняла брови:
- Я что-то не пойму, у нас сегодня костюмированный бал? Кто это и почему машет тебе рукой? Или мне?
Даша прищурилась. Черты лица конкистадора показались ей знакомыми.
- Ян? Рада вас видеть... Но что вы здесь делаете?
Молодой человек подъехал ближе и рассмеялся:
- Я же сказал, что мы еще встретимся. Как вы себя чувствуете после... того инцидента?
Под "тем инцидентом" новый знакомый подразумевал смерть Деланяна.
- Спасибо, - Даша слабо улыбнулась, - пытаемся держаться. Хотя...
- Вы прекрасно выглядите в седле. - Он отсалютовал ей поднятым хлыстом.
- Что он говорит? - переспросила Катя.
- Ян говорит, что я хорошая наездница.
- Угу. В таком случае предлагаю тебе не двигаться с места, чтобы ненароком его не разочаровать... - В голосе сестры
прозвучало что-то отдаленно напоминающее зависть.
Послышался топот. Это Полетаев, заметив, что женщины болтают с незнакомым конкистадором, поспешил
вмешаться.
- Дамы, вы едете? - Белый конь переступал ногами и фыркал, словно чувствуя недовольство седока. - С кем имею
честь? - обратился подполковник по-чешски к Яну и смерил молодого человека профессиональным эфэсбэшным взглядом.
Новый Дашин знакомый в свою очередь неторопливо осмотрел подполковника с ног до головы и, очевидно сочтя
требование законным, с легким поклоном ответил:
- Меня зовут Ян.
- Ян, как дальше?
- Дальше никак. Я на отдыхе и предпочитаю неформальное общение.
- Так вы отдыхаете?
- Во всяком случае, пытаюсь. А вы просто проезжали мимо? - как можно любезнее ответил молодой человек и
взглядом показал на сестер.
- Нет. Я вернулся за своими дамами. - Слово "своими" Полетаев подчеркнул. - А где ваши?
- Я пока свободен. - С нажимом на слово "пока" ответил конквистадор. - Вот если ваши дамы согласятся составить
мне компанию...
- Полагаю, что не согласятся. У нас есть кое-какие неотложные дела.
- О чем разговаривают Одетта с Одилией? - поинтересовалась Катя.
Даша поначалу не поняла, что имеет в виду сестра, но, заметив цвет лошадей у мужчин, хихикнула:
- Не могут нас поделить.
Полетаев отреагировал мгновенно:
- Я просто пытаюсь оградить вас от новых неприятностей, которыми чреваты случайные знакомства.
- Сергей Павлович, вы, может, не обратили внимания, но мы уже совершеннолетние, - пропела Катя. - К тому же я
здесь не одна, муж вполне может сам выполнить обязанности по моей охране.
Это была неправда. Гоша не мог выполнять никаких обязанностей. Судорожно вцепившись одной рукой в вожжи,
а другой в седло, он пытался удержать равновесие.
Невесть откуда появившийся Ример решил его чуть взбодрить и со словами:
- Гей! Держи хвост морковкой! - хлестанул Гошину гнедую кнутом.
Лошадь восприняла совет буквально и, взмыв в небо, перескочила через ограду. Ее и Гошины следы затерялись во
мраке леса.
- Игорь, Игорь! - завопил пришедший в себя Виктор Семенович и, с неожиданной прытью, без всякой помощи,
вскочив в седло, устремился вслед за сыном.
Остальные осуждающе посмотрели на Римера.
- А если он погибнет?!
- Пока тощий сдохнет, толстый даже не оглохнет, - заявил веселый вдовец и, насвистывая, двинулся в
противоположную от леса сторону, прямо в чисто поле.
- И с этими людьми я вынужден проводить свой отпуск! - вздохнул подполковник.
- Кстати, вас никто не держит, - парировала Даша. - Лично я вам свое общество не навязывала.
- А уж я тем более, - поддержала кузину Катя. - И вообще, дайте нам спокойно пообщаться.
Она пришпорила лошадь, Даша поспешила за ней.
По логике вещей, Полетаев должен был бы направиться в другую сторону, тем самым доведя до логического
завершения присказку: "И поехали они на все четыре стороны", но подполковник придерживался собственной логики,
поэтому решил от дам не отставать.
Долго ли, коротко, но привела их дорожка, как и полагается, в места незнакомые, в крошечное село - десятка три
старинных каменных домов, магазин, пивнушка и костел.
Едва нога ее коня ступила на брусчатку сельской дороги, Даша замерла.
- Что с тобой? - обернулась к ней Катя. - Попе больно?
- Нет. Глазам своим не верю.
- Чего так?
- Я нашла этот дом.
Кузина не сразу поняла, о чем идет речь.
- Какой дом?
- Тот самый, который все ищут. Вон он, третий справа. Только не поворачивай голову. Делай вид, что ничего не
случилось, - вполголоса произнесла Даша и пришпорила коня.
Сестра догнала ее уже за поворотом:
- Почему ты не хочешь туда зайти?
- За нами хвост.
- Хвост? - удивилась Катя и оглянулась. Никто, кроме Полетаева и Яна, за ними не следовал. - Кого ты имеешь в
виду?
- Полетаева.
- Так он за нами аж от самой Москвы тащится.
- Полетаев служит в ФСБ.
- Вот как? - Кузина еще раз оглянулась на скачущего чуть позади подполковника. - Этот дом относится к разряду
государственных тайн?
- Не знаю. Но пока я не пойму, кто из них убийца, никому про дом рассказывать не буду. Главное, чтобы Ример
здесь случайно не оказался. Он мог запомнить, как этот дом выглядит.
Катя пожала плечами:
- Тогда заканчиваем прогулку. Я очень устала.
- О'кей. - Даша обернулась к мужчинам: - Возвращаемся?
- Так быстро? - Подполковник сверлил ее изучающим взглядом.
- Спросите мои ягодичные мышцы.
- В этом было бы больше смысла, - пробормотал Полетаев.
Судя по всему, он ни на секунду не поверил рыжеволосой всаднице.
На ранчо царило подозрительное оживление. Обслуживающий персонал суетился и что-то бурно обсуждал.
- Не нравится мне это, - соскакивая с лошади, сказала Катя. - Уж не случилось ли опять чего...
Завидев вернувшихся женщин, один из ковбоев поспешил к ним:
- Пани Быстрова, у нас плохие новости.
- Новости плохие, - автоматически перевела Даша кузине. Катя помрачнела.
- Это становится невыносимым, - сказала она, оттягивая воротник футболки.
- А что произошло? - обратилась Даша к ковбою.
- Двое ваших друзей убили лошадь.
Даша отпустила вожжи и медленно раскрыла рот.
- Что? Что он сказал? - Катя нервно дергала кузину за рукав.
- Э-э-э... М-м-м... - Даша мычала, пытаясь понять, каким образом можно совершить такое злодеяние, а главное, кто
на подобное вообще способен. - Э-этот человек говорит, что кто-то из наших убил лошадь...
- Убил лошадь... - как эхо, повторила Катя. - Но... зачем?!
Из-за угла вынырнул Полетаев:
- Что, опять кого-то убили? Ну, Дарья Николаевна, на этот раз вы бьете все рекорды. Боюсь, вас все-таки арестуют.
Кого на этот раз?
- Лошадь. - Даша соскочила с коня и обессиленно присела на чурбачок.
- Лошадь? В каком смысле? - Не дождавшись ответа, подполковник сам обратился к ковбою: - Что здесь
произошло?
Молодой человек принялся старательно разъяснять:
- Ваши друзья, вернее, тот пан, ну, который лягнул лошадь, он поехал к лесу, а потом решил искупаться. - Ковбой
задумался. - А там ведь не пруд, болото... Кто ж в болоте купается?
- Господи, - Даша осенила себя крестом. - Катька, это... хана Виктору Семеновичу. Утонул он. В болоте. Судя по
всему, вместе с лошадью.
Даша ожидала от кузины какой угодно реакции, но только не той, которая последовала. Катя засмеялась. Тоненькотоненько.
А потом вдруг громко икнула и снова начала смеяться. Так она то смеялась, то икала до тех пор, пока Полетаев не
ударил ее по щеке. Катя моментально перестала икать и расплакалась.
Даша стянула с головы каскетку и прижала ее к груди.
- А тело того пана... его уже не удастся достать? - тихо спросила она. Ковбой удивился:
- Откуда?
- Из трясины...
- Езус Мария! - юноша даже испугался. - Что вы такое говорите! Он жив. Если бы пан утонул, мы бы понесли такие
убытки... Кто бы тогда нам за лошадь заплатил?
Даша с Полетаевым переглянулись. И тут уже она покатилась со смеху.
Катя, решив, что у сестры тоже началась истерика, с силой шлепнула ее по щеке. Даша, разумеется, перестала
смеяться и немедленно заверещала:
- Ты что, обалдела? Что я тебе сделала?
- Я хотела тебя успокоить...
- Иди лучше успокаивай своего свекра - он теперь будет оплачивать убытки.
- Так он жив? - удивилась Катя. Надо заметить, что особой радости в ее голосе не прозвучало.
Полетаев подтвердил:
- К великому несчастью, Виктор Семенович жив. Разумеется, к его великому несчастью.
- А кто же тогда умер?
- Из людей, слава богу, никто. Засосало лошадь. Теперь ваш свекор будет за нее расплачиваться.
Катя несколько секунд переваривала сказанное, а потом, присев рядом с сестрой, расхохоталась. Вскоре обе
женщины просто заливались смехом.
- Ой, я... не могу... - веселилась Катя, - представляю, какое у Виктора Семеновича будет лицо, когда ему принесут
счет...
Даша вытирала слезы:
- Спорим, им не удастся получить ни копейки. А то еще и самим заплатить придется!
Даша оказалась не слишком далека от истины, предположив, что Виктор Семенович постарается уйти от
ответственности. Когда женщины осторожно приоткрыли дверь и заглянули к нему в номер, заслуженный турист лежал на
кровати, а рядом восседал его сын и какой-то субъект.
- ...Так вы утверждать, что кунь был бешеный? - вопрошал незнакомец и что-то быстро чиркал в блокноте.
- Совершенно бешеный! Просто дальше некуда. Да у него пена с губ капала, спросите кого хотите! Я вот что думаю,
- Виктор Семенович понизил голос, - они, хозяева то есть, прекрасно знали о его болезни, но решили найти козла
отпущения...
- Вы утверждать, что они хотели менять кунь на козел? - субъект перестал писать и вопросительно посмотрел на
лежащего.
- Да нет! Это... это просто оборот такой. Не придавайте значения... Я хотел сказать, что кунь был совсем плохой,
дохлый, понимаете? Ферштеен? А я, - он постучал себя костлявым пальцем в грудь, - должен был за куня платить. Как
будто он живой, здоровый. - Виктор Семенович приподнял обе руки и согнул их в локте, делая вид, что играет мускулами. -
Здоровый. Ферштеен? Я не хотеть платить за мертвый кунь, я хотеть,
...Закладка в соц.сетях
