Жанр: Детектив
рыжая 2. Сон в руку
...ассказ любителя искусства ясности не привнес, но Даша не отчаивалась. Как говорилось выше, городок был
слишком мал, чтобы отнять много времени.
4
Беспокойный ветер окрестных лесов пытался перешуметь набирающую силу Влтаву. Речка суетливо петляла меж
зеленовато-серых валунов, громким журчанием заглушая смех приезжих и хорошо поставленные голоса экскурсоводов.
Почти два часа длилась эйфория, вызванная прекрасным летним днем и созерцанием исторических красот. Даже
чехи в лице тетки Римера и пана Прохазки, до того не раз и не два бывавшие в Крумлове, и те поддались бесконечному
очарованию этого древнего города. Да и какой Крумлов город? В меру пыльный, в меру разрушенный осколок
Средневековья, чудом уцелевший среди невзгод истории.
Надо заметить, что Даша не уступала в профессионализме своим бывшим коллегам-искусствоведам и с завидной
скоростью сыпала историческими справками и датами, не забывая вглядываться в окружающие дома. Как и следовало
ожидать, средь дотянувших до наших дней построек искомой не оказалось. К тому же в центре города ни один дом не стоял
особняком, да еще в окружении сосен. А за пределы центра, как утверждал вдовец, ни его жена, ни пани Чижикова не
выходили.
Что ж, еще одна точка маршрута была вычеркнута из списка. Убедившись в этом окончательно, Даша несколько
снизила темп экскурсии. Солнце вошло в зенит, и жара расползлась по каменным улицам. Становилось трудно дышать.
Даже выспавшиеся кузина с мужем и детьми слегка подустали, бегая по узким кружащим улочкам. Что же касается
остальных, так те просто еле волочили ноги. Окончательно добил всех появившийся невесть откуда Полетаев - спокойный,
благоухающий, без единой капельки пота на лбу.
- Рад снова видеть вас, дамы и господа. Как экскурсия?
Только у Кати хватило сил улыбнуться. Все остальные мысленно послали подполковника куда кто мог.
- Я думаю, пора пообедать. - Полетаев все понял и без слов. - Кстати, как раз напротив... - Он кивнул на
противоположный берег узкой речушки, где шелестели длинными серебристыми ветвями плакучие ивы.
Под ивами на небольшой каменной площадке прямо перед журчащим потоком расположился летний ресторан, в
упоительной прохладе которого сидели счастливые люди и, вытянув ноги, вкушали широкую гамму прохладительных
напитков. Сия безмятежная картина снесла последние барьеры в затуманенном жарой разуме путешественников. Дашин
окрик "Цены!" унес порыв ветра.
Ровно через пять минут многие поняли, что погорячились. Цены в местном ресторане были наравне с
московскими. Виктор Семенович почувствовал себя хуже, чем перед этим.
- Я... м-м-м... Я, пожалуй, выпью только минеральной воды, вчера плотно поужинали, так что сегодня можно
немного попоститься, - выдавил он и посмотрел на соседний столик, за которым трапезничали немцы.
Тем только-только подали дымящиеся горшки с сосисками и жареную картошку. Кадык у заслуженного туриста
плавно поднялся и опустился.
- Возьмите хотя бы цветной капусты, - предложила Катя. Она готова была сама заплатить, лишь бы свекор смотрел
в другую сторону. - Цветная капуста очень питательная и не очень... жирная.
Виктор Семенович оценил деликатность невестки. Капуста в самом деле была не очень дорогой.
- Хорошо, Катюша. Хотя, признаться, есть совсем не хочется. - И опять его взгляд сполз на аппетитно чавкающих
немцев.
Были заказаны две цветные капусты - Виктору Семеновичу и Деланяну. Все остальные решили пренебречь
подсчетом денег и калорий. Рекордсменом в этом виде спорта стал Прохазка, который поспешил компенсировать
пережитые неудобства. Гоша заказал свиную ногу с хреном и теперь вынужден был ждать, представляя, как она будет
выглядеть. Когда же долгожданную рульку подали, Гоша чуть не прослезился. На круглой деревянной доске возвышалось
нечто большое, сочное, с изумительной хрустящей корочкой. Под одобрительные возгласы товарищ Гоша поточил нож о
вилку и принялся отрезать нежные розовые кусочки. Он окунал их в соус из хрена и отправлял в рот, громко, сладострастно
причмокивая. Виктор Семенович был близок к обмороку.
- Предложи папе попробовать. - Кате было больно смотреть на его страдания.
- Катюша, ты же знаешь... - начал было отнекиваться заслуженный турист, но слова просто застревали в его устах.
- Вы только попробуйте. - Катя отхватить от ноги кусок и положила его в тарелку свеклы рядышком с капустой. -
Это ведь не просто еда это часть национальной культуры. А культуру следует воспринимать целиком. Без каких-либо
купюр...
- В принципе ты права, - согласился Виктор Семенович и заглотнул кусок целиком.
После этого все пошло как по маслу. Больше о правильном питании никто не заикался, включая Деланяна. После
пары кружек пива он тоже как-то незаметно перешел на шашлык. Путешественники заказывали вино, пиво, потом еще еду,
а когда вспомнили прошедшую ночь, заказали водки. В общем, настроение у всех было отменным. Еду, правда, чуть не
испортил подошедший официант, который положил свою книжечку со счетом почему-то рядом с Виктором Семеновичем.
Тот не торопясь нацепил очки и принялся внимательно изучать список съеденных блюд. Лицо его постепенно принимало
цвет окружающих валунов. Пожевав губами, заслуженный турист довольно тускло осведомился:
- Как будем платить: каждый за себя или разделим на всех? Я ведь вегетарьянец...
- Не надо ничего делить! - Деланян изящным жестом выхватил счет и сунул его в книжечку вместе с крупной
купюрой. - Сегодня я угощаю. - После чего победоносно посмотрел на Полетаева.
Подполковник вежливо улыбнулся в ответ:
- Удивительное дело - голос крови. Вот вы, Артур Рафаилович, значительную часть жизни на Западе прожили, а
традиций предков не забываете... Замечательно! Кстати, спасибо за обед, было очень вкусно.
Деланян чуть прищурил глаза. Голос подполковника звучал искренне, фраза была безукоризненна, но в ней
слышался откровенный подтекст.
Даша поспешила разрядить обстановку:
- Вы не забыли, что сегодня мы идем смотреть спектакль? Театр необычный, действие происходит на свежем
воздухе. Зрители сидят на трибуне, которая вращается. Декорации установлены непосредственно в парке, что придает
постановке необычайную достоверность и историчность...
- Да ты прям как по писаному, - удивилась Катя. - Вот что значит профессионал.
- Так вы бывший гид? - проскрипел Виктор Семенович и расправил плечи. - Да-да, я сразу понял... Кстати, мне
всегда было интересно, что закачивают гиды - ПТУ или просто курсы?
- Большинство гидов заканчивает институт иностранных языков, - рассердилась Даша. - А я, с вашего позволения,
искусствовед. И заканчивала соответственно факультет искусствоведения в Московском университете. А что вас так
взволновало?
- Ничего, - буркнул заслуженный турист, и по лицу его стало ясно, что цветная капуста сегодня будет
перевариваться особенно долго.
Театр был полон, но ложи не блистали в связи с отсутствием таковых. Зрительный зал действительно представлял
собой круглую вращающуюся платформу, а декорации были установлены вокруг. Ни одна из них даже отдаленно не
напоминала потерянный дом.
- Не похоже ведь? - на всякий случай шепотом спросила Даша.
Ример повертел головой:
- Не-а... Это же фанера, сразу видно. А там был снят нормальный каменный домина. Этажа в три.
- Мне показалось, что это был частный дом.
- Частный, наверное. Здоровый просто.
Даша вздохнула:
- Ладно. Будем искать.
Она села между Деланяном и Катей, чтобы озвучивать спектакль по ходу действия. Тетка Римера должна была
переводить Виктору Семеновичу, Полетаев проводил культурную работу среди подрастающего поколения, а Ример выбрал
Гошу, потому что сразу понял: тому переводить ничего не придется.
Стоял теплый летний вечер. Настроение у всех было приподнятое, если не сказать праздничное. Даже Прохазка
окончательно перестал кукситься и, примостившись рядышком с Римером, приготовился получать удовольствие. Наконец
ударили смычки, и спектакль начался. Давали "Красавицу и чудовище", вольную интерпретацию "Аленького цветочка" или
наоборот - кому как нравится.
Даша вполголоса принялась объяснять своим подопечным разницу между двумя этими произведениями, но, судя
по всему, им это было не важно. Катю настолько очаровала сама атмосфера представления, что разница в сюжете ее ничуть
не беспокоила, Деланяну же достаточно было прижиматься к Дашиному бедру. Молодая женщина скосила глаза на Римера,
не узнает ли он чего вокруг. Но скучающий вдовец лишь зевал во весь рот, борясь с пивной дремотой, и морщился от
комариных укусов.
Именно эти гадкие кровососущие и явились причиной последующего скандала. Один из них, вернее одна, ибо, как
известно, кровожадностью у комариных отличаются только дамы, впился в ногу Римера, а второй в это же самое время
мертвой хваткой вцепился в толстое аппетитное плечо Прохазки. Ример, не предчувствуя беды, склонился почесать
укушенную щиколотку, и его голова роковым образом оказалась прижатой к плечу владельца детективного агентства.
Прохазка же, ощутив укус, отвел руку подальше и со всей силы хлопнул себя по плечу, намереваясь покончить с кровососом
одним ударом. Комар, к сожалению, остался жив, а вот вдовец получил такую затрещину, что зрители, сидящие вокруг,
готовы были поклясться, что видели целый фейерверк из красных и желтых искр.
Сам Ример позднее вспоминал, что в тот момент мимо него пронеслась вся его жизнь, только почему-то в
обратном порядке, а потом возникло ощущение, будто он вообще не рождался. Света в конце туннеля он не видел, а видел
лишь красные круги на черном фоне, расходящиеся от центра.
Тем не менее вдовец, оглушенный и даже частично контуженный - силы пану Ярославу было не занимать, -
автоматически сделал ответный выпад правой и попал точно в ухо сидящему перед Прохазкой немцу. Тут-то все и началось.
Немец знал, что за ним сидят русские, и потому воспринял удар как попытку расплаты за сорок первый. Он
подскочил, развернулся и, не вдаваясь в суть дела, двинул сидящему сзади человеку, то есть Прохазке, между бровями и
бородой. Несчастный владелец детективного агентства, еще не пришедший в себя от того, что ни за что ни про что ударил
человека, схватился за лицо, согнулся и затих. На этом инцидент мог бы и закончиться, если бы вместо извинений он вдруг
не услышал сакраментальное: "Schwein". Этого уже Прохазка вынести не смог и врезал немцу от души. Тот перелетел через
ряды, и дальнейшая судьба его осталась неизвестной. Однако тут же вместо одного отбитого немца, словно вместо одной
срубленной головы у гидры, моментально возникли шесть - баварцы в зеленых шортах с широкими помочами.
- Бей русских! - завопили все шесть глоток, и на пана Прохазку посыпался град ударов.
Первым вскочил Полетаев. Одним движением он отодвинул женщин от дерущихся и крикнул Деланяну:
- Уводи женщин и детей, я здесь сам разберусь!
Армянин отреагировал так, как и должен был отреагировать армянин:
- Пусть их старик уводит!
Виктор Семенович, испугавшийся поначалу, от таких слов пошел пятнами:
- Это я-то старик? Да я немцев... - Он отчего-то вспомнил соседей по ресторану, пожиравших сосиски, когда он сам
давился капустой и слюной. Ретивое взыграло с удвоенной силой. - Да мой отец их бил, и я отступать не буду! Пускай вон
юноша о женщинах заботится.
- О чем базар! - Юноша Ример схватил за шкирку детей и поволок их к выходу. - Бабы, за мной...
А навстречу им уже спешили полицейские.
С трудом, но конфликт был улажен. Баварцы, разобравшись, в чем дело, долго смеялись и хлопали себя по рыжим
волосатым ляжкам. Полиция тоже особых претензий не имела - ну ошибочка вышла, с кем не бывает, в конце концов, какая
разница кому больше досталось - немцам или русским? В любом случае и тем и другим поделом. Пану Прохазке оказали
первую медицинскую помощь: в трех местах заклеили лицо пластырем, а остальным порекомендовали досмотреть
спектакль в другой раз!
Больше всех была расстроена Катя. Сидя в поезде, который должен был доставить их в Чешские Будеевицы, она
чуть не плакала.
- Когда еще доведется такую красоту увидеть! Ну неужели нельзя было вести себя по-человечески! Ладно, эти два
павиана, - она кивнула в сторону подполковника и Деланяна, - но вы-то, Виктор Семенович, вы-то чего в драку полезли?
Какой пример вы подаете внукам!
- Катюша, но ведь немцы же...
- Что немцы? - Катя не находила слов. - Вы что, на Курской дуге? Вы в культурном учреждении!.. Вы бы еще
французам Наполеона припомнили, они как раз сидели за нами. Позор какой! Там было столько иностранцев, что они о нас
теперь думать будут?
- Да не расстраивайтесь вы так, Екатерина Юрьевна, - мягко заметил Полетаев. - Между нами говоря, французы
были в восторге от драки. А англичане, так те и вовсе бросились нам на помощь.
- Это правда, - кивнул Деланян, в драке ему разбили нос, и он чуть гундосил. - Англичане даже разбираться не
стали, кто прав, кто виноват. Сразу же открыли второй фронт... - он сделал несколько боксерских движений, - начали месить
этих, в шортах... Слушай, какой нормальный мужчина пойдет в театр в шортах? За это штрафовать надо.
- Артур! - вскричала Катя, закрывая ладонями уши. - Немедленно замолчи. Это их национальная одежда, они здесь
были на фольклорном фестивале, дикие вы люди!
- Может, мы, армяне, конечно, и дикие, - обиделся Деланян, - но в трусах в культурное заведение не ходим. Я
больше скажу: в нашей национальной одежде на люди выйти не стыдно.
Послышался смешок. Как всегда, хихикал Ример:
- Могу себе представить. Вся Европа в трусах просто отдыхает, когда армяне в папахах на улицу выходят.
Назревал еще один национальный конфликт. Даша поняла, что пора брать инициативу в свои руки.
- Так, хватит! - сделала она жест на манер рефери. - Мне надоело каждый день нервы себе трепать. Вы сюда зачем
приехали? Отдыхать? Вот и отдыхайте как люди. Еще один скандал, и я уезжаю в Прагу.
Окружающие притихли. Уже более спокойным голосом Даша добавила:
- Сейчас приедем в гостинцу - и сразу по номерам, спать. Завтра рано вставать.
- Да-да! - подхватил Виктор Семенович. - Я карту уже посмотрел, нам надо выйти пораньше, тридцать пять
километров не шутка...
- Какие еще тридцать пять километров? - недовольно осведомился Ример. - Вы вообще соображаете, что говорите?
Лично я пешком никуда не пойду...
- И я тоже, - заявила Катя. Определенно тяготы путешествия закаляли ее характер. - Детям нужна культура, а не
ваши выяснения отношений на лесных опушках. Мы завтра целый день будем гулять по городу, потом посетим замок, а
вечером поедем на поезде или на автобусе. Хотите, присоединяйтесь, нет, так и...
- Мне все равно, - зевнул Полетаев. - Лично я на машине. Кстати, Екатерина Юрьевна, насчет замка, я могу вас
отвезти, чего вам с детишками на общественном транспорте мучиться.
- Спасибо, Сергей Павлович. - Катя улыбнулась. - С удовольствием приму ваше предложение. А если вы еще
выступите и в роли переводчика...
- Буду польщен. - Подполковник склонил голову.
- Держите меня трое, - пробормотала Даша. - Я сейчас расплачусь...
Чижик еще издали заметил табличку со своим именем. Но из-за плотной толпы встречающих самого адвоката ему
разглядеть не удавалось. Неожиданно прямо перед ним вырос небольшой смуглый человечек:
- Рад приветствовать вас на американской земле, пан Станислав.
Чижик присмотрелся внимательнее:
- Мы знакомы?
- Я звонил вам. Моя фамилия Кержич.
- А... - Чижик посмотрел вперед, туда, где еще секунду назад виднелась табличка.
- Это был мой помощник. Он ждет нас в машине.
Обмениваясь ничего не значащими фразами, они вышли из здания аэропорта. Кержич указал рукой на
распахнутую дверцу роскошного лимузина:
- Прошу вас.
Откровенно говоря, Чижик был поражен. Он ожидал увидеть третьесортного адвоката, ради выгоды не
брезгующего мелким мошенничеством, но, судя по костюму мистера Кержича, его машине и почтительности водителя,
мошенником он был первостатейным.
- Вы чех? - Чижик еще раз оглядел смуглого человечка, дожидавшегося, пока он сядет в машину. - У вас очень
необычная фамилия
- Нет, я не чех. Я американец.
Чижик удивился еще больше:
- Но ваш чешский великолепен! Я был уверен, что вы пражанин.
- У меня способность к языкам, - кивнул Кержич. - Мы сможем поговорить по дороге, прошу вас, садитесь.
- Одну минуту, - Чижик решил все-таки расставить все точки над i. - Почему вы так уверены, что я соглашусь
работать именно с вами? Какое бы завещание ни оставила моя супруга, я в любом случае являюсь наследником первой
руки.
- Это только так кажется, пан Чижик, - усмехнулся Кержич.
- Кажется?!
- Я же сказал: вы все узнаете. Но вряд ли нам стоит это делать на улице, всему свой черед. Одно обещаю твердо:
если мои доводы покажутся вам не убедительными, вы вольны поступать как захотите.
- Хорошо. - Чижик наконец решился и сел в машину.
Кержич разместился на боковом сиденье. Отдав распоряжение шоферу, он поднял отделяющее салон стекло.
- Так мы можем говорить без помех. Желаете что-нибудь выпить?
С легким щелчком открылся бар.
- Виски, коньяк? Есть шампанское...
- Немного виски.
- Какую марку предпочитаете?
- Все равно. Давайте перейдем к делу.
- Извольте. - Кержич достал два хрустальных стакана и наполнил каждый на палец. - За ваш благополучный прилет.
Чижик кивнул.
- Итак, я слушаю вас. Кто, по-вашему, может помешать мне вступить в наследство?
Сделав небольшой глоток, Евгений Иванович отставил стакан:
- Как вы справедливо заметили, даже при наличии завещания всегда учитывают интересы наследников первой
руки. В этом вся и проблема.
- Вы хотите сказать, что моя жена оставила завещание на некое третье лицо и это лицо взволновано моим
существованием? Что ж, - Чижик постарался изобразить великодушную улыбку, - я готов поделиться. Я не жадный. Тем
более, как я понимаю, сумма там не малая. На всех хватит.
- Боюсь, вы не совсем понимаете суть проблемы. - Кержич казался расстроенным. - Совсем не понимаете.
- Так объясните мне ее, черт побери, на то вы и адвокат!
Евгений Иванович кивнул:
- Хорошо. Скажите, при каких обстоятельствах вы познакомились с вашей супругой?
Чижик растерянно взглянул на собеседника:
- Но какое это имеет значение?
- Поверьте, огромное.
Пан Станислав пожал плечами:
- Я нашел ее на крыльце своего дома. Она ничего не помнила. Врачи сказали, что это ретроградная амнезия.
- Значит, вы ничего не знаете о ее прошлом?
- Нет. - Чижик закусил губу. - Ничего.
- Ну вот видите. - Евгений Иванович облегченно вздохнул. - Тогда вам не составит труда понять следующую вещь:
если пани Амалия перед встречей с вами уже состояла в браке, то, разумеется, ваш брак будет признан недействительным.
Вы понимаете, о чем я?
Чижик помрачнел, как туча. Его и без того не маленький нос достиг своей максимальной длины и грозился стать
рекордсменом Гиннесса.
- И что же теперь делать?
- Что вы имеете в виду?
- Ее предыдущий брак, разумеется! Не стройте из себя идиота.
Евгений Иванович предостерегающе поднял палец:
- Старайтесь вести себя подобающим образом. Ведь я здесь для того, чтобы помочь вам.
- Но как же предыдущий брак?
- А я разве сказал, что он был? Я сказал, что он мог быть.
Чижик приоткрыл рот:
- Вы хотите сказать...
- Я хочу сказать, что от того, как мы с вами договоримся, будет зависеть, была ли пани Амалия перед встречей с
вами свободна или нет.
- Я все понял. - Лицо Чижика приняло решительно выражение. - Говорите ваши условия.
За время пути Кержич подробно объяснил план предстоящих действий. Чижик уже не выглядел таким
подавленным, как в начале путешествия, он слегка приободрился и даже порозовел.
- Значит, как владелец части завода, я имею право потребовать для ознакомления любые документы? В том числе и
касающиеся производства?
- Совершенно верно.
Пан Станислав прищурился:
- Вы хотите получить рецепт того снадобья, которое они производят?
- Да, хочу.
- Но ведь это в дальнейшем будет невыгодным для меня, не так ли?
- Пан Станислав, - Кержич выглядел абсолютно спокойным, - вам не выгодно будет только одно: если брачное
свидетельство пани Амалии будет обнаружено. К тому же я хочу получить всего лишь рецепт. И ни цента денег.
- Мне нужно сначала подумать, - продолжал упорствовать Чижик. - Что, если в результате этого завод потерпит
крах?
- Не смешите, - перебил его Кержич. - Лучше подумайте вот о чем: нынешняя владелица - миссис Харрис сейчас
действительно является скорее номинальной владелицей завода. До тех пор, пока не выплатит кредит. А он огромен, и вряд
ли ей удастся это сделать в ближайшее время. Завод фактически принадлежит вашей жене и... жене вашего племянника.
- Простите, кому?
- Вы не ослышались: вашему племяннику господину Римеру. Но он пока об этом ничего не знает. - Заметив, как
забегали глаза у Чижика, Евгений Иванович усмехнулся: - А если вы захотите, то не узнает никогда.
Чижик погрустнел:
- Боюсь, что уже поздно.
- Что значит поздно? - насторожился Евгений Иванович.
- Дело в том, что некоторое время назад я нанял детектива...
- Зачем вам это понадобилось? - Кержич не скрывал досады.
- Моя жена перед смертью обратилась к нему, и я хотел знать зачем. К тому же после гибели Амалии я обнаружил,
что ее тайник пуст. Я подумал, что, возможно, племянник как-то в этом замешан. Решил, что он пытается меня обойти, и...
- И что?
- Сейчас он где-то в Чехии вместе с тем самым детективом, которого я нанял. Это женщина, очень, знаете ли,
деятельная особа. Она звонила мне перед самым отъездом и что-то говорила о бизнесе Амалии и Риммы, но я был
взволнован разговором с вами, поэтому...
- Что они там делают? - перебил Кержич.
- Я так понимаю, ищут пропавшие сокровища. После смерти Риммы также пропали все драгоценности.
Кержич задумался:
- Вы думаете, дело только в деньгах?
- А в чем же еще? Я знаю, что хранилось в тайнике. Только украшения и деньги. Там был еще дневник, но...
При упоминании о дневнике Кержич несколько оживился:
- Вы читали его?
- Я?! - Пан Станислав был оскорблен. - За кого вы меня принимаете! Разумеется, я не читал его.
- А зря. Ну хорошо. Сейчас мы нанесем визит миссис Харрис, а затем разберемся и с вашим племянником, и с
вашим детективом...
При всех достоинствах славного города Чешские Будеевицы у него был один существенный недостаток - в нем
было слишком много домов. Проснувшись рано поутру, Даша пыталась сообразить, как же ей поступить дальше. Если бы у
нее сохранилось изображение дома, можно было бы обойти все риэлторские и справочные конторы - авось кто и вспомнил
бы. Но теперь оставалось только одно: заставить Римера вспомнить маршрут до мельчайших деталей и крутить головой по
сторонам. Слава богу, вдовец пока еще уверен, что она хорошо помнит, как этот треклятый дом выглядел. Иначе уже
давным-давно искал бы его сам. Потянувшись, Даша встала, почистила зубы, потом разбудила детей и заставила их
умываться. Мишка с Кешкой даже спорить не стали. Они были почти счастливы: замки, приключения, отсутствие занятий
и присутствие добрых дядей. Единственным темным пятном на светлом фоне сплошного удовольствия оставался Ример,
который при каждом удобном случае пугал близнецов и всячески их третировал. Детишки старались отвечать ему тем же,
принимая каверзы вдовца в рамках жанра, ибо, как известно, в каждой сказке, даже в самой прекрасной, существует своя
Баба Яга.
Баба Яга Ример сидел за накрытым столом в полном одиночестве.
- А где остальные? - удивленно огляделась Даша. - Уже ушли?
- Да прям... Еще и не вставали.
- Ого! - Она посмотрела на часы. - Половина десятого! Ничего себе они отдыхают. А вам почему не спится?
- Уснешь тут... - Вдовец засунул бутерброд в рот. - Эй, мелочь пузатая, - это он детям, - чего рты раззявили?
Набивайте брюхо, пока Карабас Барабас не проснулся и не сожрал вас вместе с ветчиной.
Мальчишки расселись по местам и принялись перешептываться.
- А чего этот Прохазка такой толстый? - обращаясь к тете, поинтересовался Кешка. - Он что, прокакаться не может?
Даша почувствовала, как сок льется у нее прямо в легкие. С трудом откашлявшись, она просипела:
- Иннокентий, за столом нельзя говорить такие вещи.
- А где можно?
- Нигде нельзя.
- Но почему он тогда такой толстый?
- Просто у него нарушен обмен веществ. Он много кушает, мало двигается и...
- И потому не может просраться, - докончил Ример.
После вчерашнего инцидента пан Прохазка стал для него врагом номер один.
Мальчишки прыснули со смеху, а у Даши аппетит пропал окончательно. Ради детей она решила не заострять
внимания на последней реплике и потому ограничилась короткой фразой:
- Николай, вы когда позавтракаете, зайдите ко мне в номер, мы с вами кое-что обсудим.
- А чего обсуждать-то? - Вдовец словно не замечал ее недовольства. - Я все прекрасно помню. Из этой гостиницы
мы прямиком направились в замок Глубока. Кстати, бабье там до-о-о-лго ходило, пока я обедал.
Даша неприветливо посмотрела на него.
- У меня такое ощущение, что во всех местах вы только ели и пили, а не знакомились к культурой.
Ример даже бровью не повел:
- У вас совершенно верное ощущение. Я очень люблю хорошо покушать и совершенно этого не стесняюсь.
- А почему ты тогда худой? - спросил Мишка. Вдовец отложил вилку и посмотрел на мальчишку, словно
вознамерился его проглотить:
- А ты не догадываешься? Это потому, что я хорошо...
С чем именно хорошо справляется циничный вдовец, Даша дослушивать не стала и поспешила ретироваться.
Она была крайне удивлена, обнаружив у себя в номере тетку Римера.
- Что вы здесь делаете? - спросила Даша, застывая в дверях.
Чижикова отпрыгнула от вещей и заморгала глазками.
- У меня голова разболелась... - попыталась улыбнуться та. - Я подумала, может, у вас есть анальгин?
Даша вошла в комнату и плотно прикрыла дверь.
- Не лгите. Вы обыскивали мои вещи. Зачем?
Чижикова попыталась прорва
...Закладка в соц.сетях
