Жанр: Детектив
Только за наличные
... вашей
дурацкой сказке? - спросил я. - Мне-то известно, что я Фаррар! И я дрался с
Кидом. У меня есть друзья, они могут подтвердить. В Пелотте живет человек,
который меня знает. Доставьте его сюда, он вам скажет, кто я есть на самом
деле. Его зовут Том Роше, у него свой кабачок.
- Так оно и есть, - ответил Ривкин. - Я с ним беседовал. Газеты писали
о нем. Вы же их имена тоже, конечно, видели в газете и вообразили, будто
знаете этих людей. Держите газету. Здесь вы прочтете про эту историю и
убедитесь, что я говорил правду.
Действительно, все было пропечатано именно так, как он и рассказал,
только забыта одна деталь. В газете сообщалось, будто я украл этот
"бентли".
Я отбросил газету и почувствовал, что задыхаюсь.
- Мы попытались идентифицировать "бентли", - сказал Ривкин. - Однако
номера на машине оказались фальшивыми. Зато удалось установить, кому
принадлежал "бьюик".
- Ну и что? Кому же он принадлежал? - спросил я сдавленным голосом.
- Да вам же, мой мальчик! Вас зовут Джон Рикка, вы проживаете в городе
Линкольн-бич, бульвар Франклина, дом номер тридцать девять, квартира
четыре.
- Вы лжете!
- Успокойтесь, прошу вас! - произнес он. - Я же предупредил,
потребуется время, прежде чем вы окажетесь в состоянии правильно
воспринимать то, что я вам рассказал. Ваша личность ведь установлена, вас
опознали.
Этого только еще не хватало!
- И кто же меня опознал? - поинтересовался я.
- Да ваш двоюродный брат. Потому-то вас и поместили в отдельную
палату. Как только была установлена ваша личность, брат сделал все для
того, чтобы обеспечить вам максимум комфорта и внимания.
- Нет у меня никакого двоюродного брата, и меня никогда не звали этим
дурацким именем Рикка! - закричал я, колотя кулаками по одеялу.
- И все-таки у вас есть двоюродный брат. Вчера вечером, когда вы
спали, он заходил вас навестить. И тут же вас признал. Добавьте еще номер
автомашины и поймете: сомнений быть не может!
- Не верю ни одному вашему слову! Нет у меня двоюродного брата,
слышите вы! Говорю же вам, я - Фаррар!
Ривкин смотрел на меня, почесывая за ухом. Вид у него был одновременно
и снисходительный и раздосадованный, будто он разговаривал с сумасшедшим.
- Послушайте, мой мальчик, постарайтесь взять себя в руки. Может быть,
когда вы его увидите, то сразу признаете.
Сердце мое вдруг остановилось.
- Кого его? Что вы тут болтаете? О ком говорите?
- О вашем двоюродном брате, Рикка. Он ждет тут, в коридоре.
Он вошел бесшумно, как призрак. Это был пузатый человек с толстыми
короткими ножками. Мелкие красные прожилки на его круглой физиономии
сплетались, словно нити сетки. Глаза у него были безжизненные, будто
осколки стекла. Толстые красные губы застыли в улыбке, которая не выражала
ничего. Я был точно уверен в одном: никогда этого человека видеть мне не
доводилось. Одежда и украшения на нем были высшего качества. На мизинце
красовался перстень с бриллиантом величиной с голубиное яйцо. В правой руке
посетитель держал огромный букет темно-красных роз.
Он остановился у кровати и какое-то время молча взирал на меня. Ривкин
с умиленным видом ретировался в сторону.
- Здравствуй, Джонни, - сказал толстяк.
Голос у него был тихий и вкрадчивый.
Я не разжимал губ. Просто не в силах был вымолвить ни слова. Мне
казалось, все происходит в каком-то кошмарном сне.
- А он весьма неплохо выглядит, - продолжал толстяк, улыбаясь Ривкину.
- Боже мой, Джонни, как ты меня напугал. Я тебя искал повсюду. Как ты себя
чувствуешь?
- Я вас не знаю, - ответил я скрипучим голосом. - Уходите!
- Ну, ну, мой мальчик, спокойно! - тихо сказал Ривкин. - Пусть он с
вами побеседует. Вы же хотите поскорее выздороветь, не так ли? Нам надо
постараться заставить ваш рассудок правильно функционировать.
- А я говорю, мне этот тип не знаком!
Толстяк положил букет роз на столик в изголовье кровати.
- Тебя сильно контузило, Джонни, - сказал он. - Но доктор думает, я
смогу тебе помочь.
Этот тип вызывал у меня чувство страха. Несмотря на улыбку, в его
взгляде было что-то леденящее.
- Мне нечего вам сказать.
- Ну, ну, Джонни, попытаемся вспомнить прошлое. Неужели ты забыл
Джинни?
Неужели это не кончится никогда? Я вцепился руками в простыню.
- Не понимаю, о ком вы говорите! Не желаю вас видеть!
- Ты не помнишь Джинни? Девушку, на которой хотел жениться? - Он
повернулся к Ривкину и пожал плечами. - Просто в голове не укладывается.
Я смотрел на него, не шевелясь.
- Мне пора идти, - решил Ривкин. - Не расстраивайтесь, мой мальчик.
Все в конце концов образуется, надо только немного постараться.
Мне хотелось сказать ему, чтобы он не уходил. Мне хотелось сказать
ему, чтобы он очистил палату от этой жуткой кучи мяса, но язык словно
прилип. Ривкин ушел, качая головой.
После его ухода наступило долгое молчание. Толстяк тихонько сопел,
глядя на меня змеиным взором, жирные губы по-прежнему изображали улыбку.
- Вы тоже уходите, - сказал я.
А он подошел ближе и сел на стул.
- Ты знаешь, как этого типа прозвали в полиции? - спросил он. - Лиса
Ривкин. А ведь он тебя купил этими словами "мой мальчик, мой мальчик"! Пари
держу, ты и впрямь поверил, будто он вовсю старается тебе помочь! Ну так
нет. Он только добивается, чтобы ты проникся к нему доверием, и когда он
будет уверен, что ты размяк и ослабил защиту, то обвинит в убийстве и
постарается сделать так, чтобы все сошлось. Не будь меня, ты сейчас сидел
бы в тюрьме. Ривкину не хватает только одного - мотива преступления. А я
мог бы ему в этом помочь. Но я ничего не сказал, потому что имею к тебе
предложение.
- Не желаю слушать! - ответил я. - Уходите отсюда!
- Им неизвестно, кто была эта женщина. Я мог бы им сказать, и стоит
мне только это сделать - тебе крышка. Конечно, я ничего не буду иметь, но
если понадобится, то покончу с тобой так, как не раз приходилось с другими.
- Не знаю, о чем вы тут говорите! Вы не мой двоюродный брат! Я вас
никогда раньше не видел!
Его улыбка сделалась еще шире.
- Разумеется, никакой я тебе не брат! Хочешь, скажу это Ривкину? Тогда
ему придется обвинить тебя в трех убийствах сразу. Но хватило бы и одного.
- Вы принимаете меня за кого-то другого, - произнес я, стараясь
придать голосу твердость. - Меня зовут Джон Фаррар. Я не Рикка и вовсе не
ваш двоюродный брат. А теперь прошу вас удалиться отсюда!
- Я прекрасно знаю, что ты Фаррар. И что ты убил Вертхама и Рейзнера.
Мне о тебе все известно. И ее ты прикончил тоже. Не будь пистолета, они бы
еще могли поверить в несчастный случай, но пистолет-то нашли, а на нем -
твои отпечатки пальцев.
- Так вы знаете, что я Фаррар?.. Значит, вы лгали, когда утверждали,
будто я Рикка?
- Ривкин поверил, что ты Рикка, - сказал толстяк, - и пока он в это
верит, ему можно продолжать пудрить мозги. Но если узнает, что ты Фаррар,
тебе конец.
Я прижал ладони к вискам. Казалось, вот-вот сойду с ума.
- Ладно, хватит шутки шутить. - И улыбка его вдруг исчезла. - Давай
работать вместе, тогда дело сладится. Я тебе скажу, как обхитрить Ривкина.
Раз мы вместе, то помогу тебе выкрутиться. - Он вытянул вперед голову,
положил руки на колени и в таком положении стал похож на черепаху. - Где ты
спрятал деньги?
Я молча закрыл лицо руками.
- Послушай, - сказал он, - ты ведь в тупике и выйти из него сможешь
только с моей помощью. Все можно уладить. Попрошу Хейма заняться этим делом
и поговорю с Ривкином. Скажи мне, где деньги, и будет полный порядок.
Выйдешь отсюда чистый, как ангел. Ну, что ты на это скажешь?
- Мне непонятно, о чем вы говорите, - ответил я, и твердость, с какой
это было сказано, поразила меня.
- Подумай, Фаррар. У тебя нет никаких шансов смыться с деньгами. Я
скажу тебе, что намереваюсь предпринять. Можешь рассчитывать на мою
поддержку. Даю тебе пять кусков, а с Ривкином улажу все сам. Так будет
по-честному, согласись!
- Если вы полагаете, что Ривкин может обвинить меня в чем угодно, то
пусть так и будет. Повторяю, вы принимаете меня за кого-то другого.
Поверьте, я ни слова не могу понять в этой истории с деньгами.
- Не надо нервничать, Фаррар, - сказал он. - Ты что, не доверяешь мне?
Но поразмысли хоть малость: мне ведь на тебя наплевать. Когда ты отсюда
выйдешь, будешь свободен, как ветер. Что мне тогда за дело до тебя? Вот
им-то не все равно, а мне - чихать. Отдай деньги, а я тебя вытащу отсюда.
- Не знаю ничего, - ответил я. - И даже если бы знал, то уж вам бы не
сказал. А теперь выметайтесь отсюда!
Толстая физиономия превратилась в искаженную гневом маску.
- Дурак! - вскричал он дрожащим от ярости голосом. - Где ты припрятал
монету? Если не скажешь, ты у меня пожалеешь, что появился на свет.
- Пошел вон!
Толстяк овладел собой. Ничего не выражающая улыбка вновь появилась на
его губах, он встал.
- Прекрасно, пусть будет так, коли на то пошло, - сказал он. -
Поступай как знаешь. Через пару часов ты окажешься за решеткой. Думаешь, на
тебе повиснет одно убийство? Ошибаешься! Целых три! Сидеть тебе в тюрьме до
конца дней своих!..
Прежде чем я успел поразмыслить по поводу того, что услышал, вошла
сестра.
- Ну как, приятная встреча? - поинтересовалась она, улыбаясь. -
Никогда бы не подумала, что вы двоюродные братья. Абсолютно никакого
сходства!
- Двоюродные братья вовсе не должны походить друг на друга, - ответил
я.
- Это точно, - согласилась сестра. Потом взяла со стола букет роз. -
Это он принес? Какая прелесть!
- Возьмите себе. Я не любитель цветов.
- Серьезно? Что ж, благодарю вас. Розы просто восхитительны. - Она
уткнулась носом в букет. - Ваш двоюродный брат, должно быть, очень богат.
Какой у него бриллиант на руке! А какая машина!
- Да, от голода он не умирает.
- Мне начинает казаться, что вы весьма важная персона.
- Это я-то? Да просто никто. С чего это вы вдруг взяли?
- Ну не скажите! А двое полицейских в коридоре? Поставлены вас
охранять. Нет, я уверена, вы очень важная особа.
Мне удалось сохранить невозмутимость, но не без труда.
- Видите ли, брат вообразил, будто меня намереваются похитить ради
выкупа. Идиотизм, конечно, но что поделать. Кстати, полицейские давно здесь
околачиваются?
- Да только что прибыли.
Теперь мне стало по-настоящему страшно.
- Скажите, пожалуйста, мисс, а куда подевалась моя одежда?
- Все вещи в стенном шкафу. Вам что-нибудь нужно?
- Нет, спасибо. Просто хотел узнать. Доктор говорил, вроде в конце
недели меня должны выписать.
- Достать вам что-нибудь?
- Нет, нет, ничего не нужно. Я бы не прочь немного вздремнуть. Эти
посещения меня утомили.
- Еще раз спасибо за цветы. Просто чудо какое-то!
С этими словами она удалилась. Выждав некоторое время, я сел на
кровать. Из больницы надо было сматываться. Судя по всему, Ривкин и Рикка
приняли меня за кого-то другого или один из этих типов, а может, и сразу
оба намеревались свалить на меня какое-то преступление.
На часах было двадцать минут седьмого. Санитарка приносила ужин в
четверть восьмого. В моем распоряжении оставалось пятьдесят минут, чтобы
одеться и выбраться из больницы.
Встал на ноги. Еще чувствовалась слабость, меня пошатывало, но гораздо
меньше, чем предполагал. Подошел к шкафу и открыл его. Думал, что обнаружу
там полотняный костюм, который принес мне Брант, однако увидел, что на
вешалке темно-синяя фланелевая пара и белая шелковая рубашка, внизу стоят
черные ботинки, а на верхней полке лежит широкополая шляпа. Это были не мои
вещи. За неимением иных пришлось взять эти.
Туфли, рубашка и костюм оказались в самый раз. Одевание заняло десять
минут, и, когда с ним было покончено, я чувствовал себя усталым. Присел на
кровать, чтобы немного отдохнуть.
Чуть не забыл надеть шляпу, а без нее выходить не следовало. Надо было
прикрыть повязку на голове.
Я подошел к двери, бесшумно открыл ее и бросил взгляд в коридор. В
самом конце его, около лестницы, заметил двух легавых. Они стояли ко мне
спиной. С другой стороны коридор заканчивался стеклянным витражом.
Единственный выход вел через лестницу. Вряд ли легавые позволят мне далеко
уйти.
Закрыв дверь, я отправился посмотреть, что делается за окном. Внизу -
пять этажей. Веранда этажом ниже была битком набита ходячими больными,
которые прогуливались перед ужином. Если попытаться выбраться через окно,
меня засекут немедленно.
Пока я ломал голову, пытаясь найти выход из безвыходного положения, в
коридоре послышались чьи-то голоса. Я подошел к двери и вновь приоткрыл ее,
готовый в любую минуту шмыгнуть в постель. Какая-то санитарка и парень в
белом халате вкатили каталку в палату напротив.
Я ждал. Было без десяти семь. Через двадцать минут придет санитарка и
принесет мне ужин. Если смываться, то делать это надо немедленно. Из палаты
напротив вышли сиделка и парень в белом халате.
- Надо зайти к доктору, - сказал парень. - Я забыл взять разрешение на
захоронение.
- Ты так и голову скоро забудешь где-нибудь! Впрочем, невелика будет
потеря! - ворчливо сказала сиделка, поворачиваясь к нему спиной. Парень тут
же обнял ее за талию, но девушка оттолкнула его.
- И не распускай свои лапы, не то я...
- Знаю, знаю! - ответил он кислым тоном. - Не то ты пожалуешься
старшей медсестре. Неужели тебе не хочется время от времени расслабиться?
Сиделка удалилась, так и не удостоив парня ответом. Санитар последовал
за ней.
Я открыл пошире дверь: полицейские облокотились о поручни ограды
лестничной клетки, наблюдая, как парень с девушкой спускаются вниз. Они
по-прежнему стояли ко мне спиной. На цыпочках я пересек коридор, осторожно
открыл дверь соседней палаты и вошел. Нервы были напряжены до предела, и я
чуть не вскрикнул, увидев на каталке труп, покрытый белой простыней.
Дрожа всем телом, поднял край простыни. Лежащая на каталке женщина
казалась спящей. Ужас охватывал меня при мысли о том, что предстояло
сделать, но другого выхода не было. Я судорожно стал искать, куда можно
было бы спрятать труп, но ничего подходящего не обнаружил. Но тут справа
заметил какую-то дверь, подойдя, открыл ее. Там была роскошная ванная
комната.
Я вкатил каталку в комнату, сорвал простыню, взял на руки покойницу и,
стараясь не смотреть на нее, понес, шатаясь, к ванне. Положив ее туда,
задернул пластмассовые занавески и покатил каталку в палату.
Я повалился на постель совершенно обессиленный. Тело дрожало, словно
осиновый лист. С большим трудом мне удалось все же взять себя в руки.
Нельзя было терять время. Сел на край каталки, накрыл ноги простыней, потом
снял шляпу, положил под себя и натянул покрывало на голову.
Некоторое время я лежал, не шевелясь. По мышцам изредка пробегала
судорога. Испугался, что, когда войдут санитар с сиделкой, заметят это. Уже
собирался было вскочить и спрятаться в ванной, как вдруг дверь открылась. Я
замер, стараясь не дышать. Каталка пришла в движение. Парень, который ее
покатил, что-то весело насвистывал. Видимо, мысли о бренности бытия его не
донимали.
Неожиданно каталка остановилась.
- Что у вас там под простыней? - спросил вдруг мужской голос.
Кровь застыла у меня в жилах. Это, конечно, был полицейский.
- Там-то? А как раз по вашей части! - бодро ответил санитар. -
Покойничек лежит.
- Да ну! Это так-то вы тут лечите людей?
- Спрашиваешь! Могу поклясться: главный врач имеет пакет акций в
похоронной компании.
- Там мужчина или женщина?
- Женщина. Умерла от перитонита. Думаю, хирург забыл перчатки у нее в
брюхе. А если не перчатки, то что-нибудь еще. Хирурги ведь самые рассеянные
люди!
Полицейский заржал, и каталка покатилась дальше. Она переехала через
какую-то ступеньку, потом послышалось шипение закрывающихся дверц лифта.
Спустя мгновение я почувствовал, что мы спускаемся вниз.
Санитар по-прежнему насвистывал. Небольшой толчок, и лифт остановился.
Дверцы зашипели и раскрылись, каталка снова отправилась в путь.
- Привет, Джо! - послышался женский голос.
- Салют, куколка, как делишки? Цветешь?
Каталка остановилась.
- Кто у тебя там?
- Миссис Эннисмор, палата сорок четыре, - ответил санитар. - Ты
сегодня просто прекрасно выглядишь.
- Сорок четвертая палата - это та, что напротив палаты, где лежит
Рикка?
- Точно. Там два шпика его караулят.
- Ты шутишь! Старшая медсестра с ума сойдет!
- А это уж забота Ривкина. Не хотел бы я иметь с ним дело. Он его
запросто купил, этого Рикка. Если парень рассчитывает выкрутиться,
симулируя потерю памяти, то глубоко заблуждается. Я как раз там был, когда
эта лиса заявила доктору Саммерсу, что имеется достаточно оснований для
обвинения Рикка в умышленном убийстве. Обязательно постараюсь
поприсутствовать завтра, когда они придут его арестовывать.
- А кого он убил?
- Какую-то женщину. И видимо, очень старался, его самого чуть не
убило. Слушай, малышка, давай-ка чуть-чуть покатаемся в лифте! Если
захотеть, он может и застрять между этажами!
- Тебя бы, конечно, это очень устроило!
- Подожди секунду, сдам сейчас свою говядину и вернусь. - Каталка
вновь покатилась. - Жди меня здесь, котенок! Готовься к незабываемым
впечатлениям!
Каталка стукнулась о дверцы лифта. Затем санитар резко толкнул ее
вперед, каталка врезалась в стенку. Раздался веселый голос:
- Изобретатель лифта был благодетелем человечества! Давай забирайся,
милашка! Я тебе сейчас расскажу одну забавную историю!
Потом воцарилось молчание. Я подождал, не шевелясь, пока закроются
дверцы лифта, и затем сдернул простыню и сел. Это была темная комната без
окон, но света от двери лифта было достаточно, чтобы различить ряд каталок
с неподвижными телами, укрытыми простынями.
Я слез с каталки и надел на голову шляпу. Когда глаза привыкли к
полутьме, заметил в другом конце помещения небольшую дверь и под ней слабую
полоску света.
Дверь вела к аллее, где стояло несколько карет "скорой помощи".
Вечерело, но еще было светло. За больничной оградой виднелись дома, ворота
никто не охранял.
В свете большой оранжевой луны волны океана казались янтарными. На
песке стояла автомашина с погашенными огнями, по обе ее стороны
раздевались: с одной - мужчина, с другой - женщина.
Раздевшись, они побежали к океану. Я выбрался из мангровых зарослей и
приблизился к машине. Порылся в пиджаке мужчины и во внутреннем кармане
обнаружил бумажник. Я взял сто пятьдесят долларов мелкими купюрами. В
бумажнике оставалось еще достаточно денег для роскошного ужина даме.
Положив бумажник в карман пиджака, я побросал вещи в машину и вернулся в
свое укрытие.
За время, проведенное в засаде, у меня родился план предстоящей
операции. Ривкин, конечно, уверен, что я постараюсь поскорее выбраться из
Майами. Ведь я сам же ему сказал, что привык путешествовать на попутках.
Он, несомненно, отдал приказ обыскивать все грузовики и легковые машины,
выезжающие из города. Поэтому самым правильным было остаться в Майами и
затаиться. Нужно найти там комнату и объяснить, что со дня на день жду
прибытия багажа.
Подходящих отелей в Майами, конечно, немало, но как до них добраться?
Следовало соблюдать предельную осторожность. Описание моей внешности,
конечно, уже имел каждый полицейский. И Рикка тоже, разумеется, охотился за
мной.
Я направился в сторону сияющей огнями набережной. Шел медленно.
Чувствовал себя усталым. Виски ломило. Я снял повязку - голова была обрита,
рана почти зарубцевалась.
Спустя несколько минут я оказался перед отелем, который вполне мог
удовлетворять заданным условиям. Он был убогим и спокойным.
- Хотел бы снять номер, - сказал я администратору.
- Десять долларов задатка, - сухо ответил он. - На какой срок?
- На несколько дней. Если понравится, может быть, пробуду неделю.
Он почесал затылок.
- А вы что, без багажа?
- Он на вокзале.
- У нас не любят постояльцев без багажа, мистер. Мы могли бы за ним
послать.
Я достал две купюры по десять долларов и бросил их на стойку.
- За багажом отправлюсь завтра утром. Покажите лучше номер.
Администратор снял с доски ключ, протянул ручку и книгу записи
постояльцев.
В графе, на которую мне было указано грязным пальцем, я записался как
Джон Кросби.
Администратор бросил на меня ничего не выражающий взгляд, нажал кнопку
и повернулся спиной.
Через несколько минут появился коридорный с противной мордой и взял у
администратора ключ. На коридорном были потертая синяя униформа и
засаленная каскетка.
- Второй этаж, - сказал он. - Багажа нет?
- Багажа нет.
Он провел меня в номер и включил свет.
- Ванная комната в конце коридора. Душ не работает, не включайте.
Номер был крошечным: кровать, стол, комод и потертый коврик у кровати.
- Прямо-таки Букингемский дворец! - сказал я.
- Гораздо лучше, - ответил коридорный. Он положил на комод ключи и с
надеждой посмотрел на меня. Когда я протянул ему доллар, он чуть было не
задохнулся от радости.
- Мистер что-нибудь пожелает? - спросил он живо. - Если вы тут вдруг
заскучаете, у меня есть целая куча телефонов симпатичнейших девиц.
- Катись, - предложил я.
- Если мистер передумает, позвоните вниз и вызовите меня. Мое имя
Маддакс.
- Проваливай, живо!
Чувствовалась такая усталость, что глаза закрывались сами собой.
Так я сидел, зевая, ни о чем не думая и вертя в руках шляпу. У меня
была привычка за подкладку шляпы прятать банкнот в десять долларов.
Спрячешь обычно, да и забудешь. А окажешься на мели, вот она и при тебе,
спасительная соломинка. А вдруг владелец этой шляпы имел такую же мудрую
привычку, подумалось мне. Я засунул пальцы под подкладку и вытащил тонкий
листок бумаги, развернул его. Это была багажная квитанция, на которой я
прочел следующее: "Джон Фаррар. Морской вокзал и аэропорт Майами". А в
графе для обозначения характера груза указывалось: один чемодан.
Желание спать улетучилось мгновенно, я чувствовал себя бодрым, как
никогда. Итак, эта шляпа, а следовательно, и костюм, что был на мне,
действительно мои! Посмотрел на дату квитанции: шестое сентября. Отмечено
было и время сдачи багажа: восемнадцать часов пять минут.
Некоторое время я сидел, тупо разглядывая потертый коврик у кровати.
Сомнений быть не могло: в памяти у меня возник провал в сорок дней, и, если
верить Рикка, в течение этого промежутка времени я убил двух мужчин и одну
женщину. Конечно, Рикка мог и соврать, но дабы окончательно не сойти с ума,
я должен был установить, что произошло за эти сорок дней. Начинать
следовало с аварии при выезде из Пелотты. Необходимо было вернуться на
место происшествия и попытаться найти собственный след. Содержимое
чемодана, возможно, поможет мне вспомнить происшедшее за эти сорок дней.
Согласно квитанции я имел все права на этот чемодан, ибо сам же сдал его в
камеру хранения.
Снял телефонную трубку.
- Пришлите Маддакса. Мне нужны сигареты. Скажите ему, пусть
поторопится.
Две минуты спустя вошел Маддакс. Его крысиная морда светилась
надеждой.
- Ну что, передумали? - спросил он, закрывая за собой дверь.
- Сигареты у тебя есть?
Он подал мне пачку.
- Я знаю одну маленькую блондинку...
- Дело не в этом.
Закурив сигарету, я вынул из кармана две бумажки по десять долларов и
сложил их пополам.
- Хочешь заработать?
У коридорного округлились глаза и отвисла челюсть.
- Приказывайте, мистер, я к вашим услугам.
Я протянул ему расписку.
- Сходи за этим чемоданом и принеси его сюда.
- Когда? Сейчас?
- Да, сейчас. Если, конечно, хочешь заработать двадцать долларов.
Он взглянул на расписку.
- Мне показалось, вас зовут Кросби, - произнес он, посмотрев
подозрительно.
Ответа не последовало. Я просто положил доллары в карман.
- Я же ничего такого не сказал, - поспешил заявить коридорный.
- Иди за чемоданом, и мигом!
Он выскочил как ошпаренный.
Ожидая его, я постарался поразмыслить об уже известных мне фактах.
Итак, в ночь на шестое сентября я находился на шоссе в семидесяти пяти
милях от Майами за рулем какого-то "бьюика" с откидным верхом,
зарегистрированного на имя Джона Рикка. Со мной была женщина, Делла или
другая, неизвестно. Произошла авария. Очевидно, я потерял управление
машиной, потому что о другом автомобиле речи не было. Женщину убило, а меня
спустя пять минут в бессознательном состоянии обнаружил полицейский
мотоциклист. Говорилось о пистолете с отпечатками пальцев, и в силу
каких-то причин Ривкин полагал, что авария была спровоцирована и речь шла о
преднамеренном убийстве. Надо было установить, кто была эта женщина и
почему у нее оказался пистолет. Важно знать также, почему вдруг машина
перестала слушаться руля. Ривкин сказал, что у меня была квартира на
бульваре Франклина в Линкольн-бич. Я вспомнил, Делла говорила, что она с
мужем направляется в Линкольн-бич, мне было предложено ехать туда вместе с
ними. Итак, судя по всему, можно утверждать, что я не только прожил сорок
дней в Линкольн-бич, но даже сумел там основательно устроиться. Костюм на
мне, а также тот факт, что я обладал "бьюиком", позволяли предположить, что
денег у меня имелось немало. Как это все стало возможно в такой короткий
отрезок времени?
...Закладка в соц.сетях
