Жанр: Детектив
Фанатик
... - Слышали бы вы, как я пою в полный голос!
- Займись лучше работой, - проворчал Бейглер. - Ты уже прочел рапорты?
- Заканчиваю, - Якоби глянул на часы и покачал головой. - Бог мой! Поспать
бы!..
Зазвонил телефон. Бейглер поднял трубку короткопалой волосатой лапой. Якоби
вдруг заметил, как напряглось лицо сержанта. По тому, как он порывисто поднялся и
отодвинул стул, стало ясно, что произошло нечто чрезвычайное.
Бейглер отрывисто произнес:
- Ничего не трогать. Наши люди будут у вас через несколько минут. Да, о'кей.
Момент! - Он положил трубку и тут же поднял трубку другого телефона, связываясь с
оперативной группой. - Джек! Немедленно пошли четырех парней в клинику
Гаррисона Уэнтворта. Там случилось что-то очень неприятное. Поставь охрану, но
ничего не трогай. - Он схватил трубку третьего телефона. - Чарли... Вызови Хесса.
Скажи, пусть немедленно мчит в клинику Гаррисона Уэнтворта. Подними по тревоге
отдел по расследованию убийств! Нам понадобятся все специалисты. - Глянул на
Якоби, который следил за ним с напряженным вниманием. - Сбежал один из опасных
сумасшедших. Убил санитара. Отдай распоряжение блокировать все дороги. Действуй!
- Как он выглядит? - рука Якоби потянулась к телефону.
- Понятия не имею. Но дороги надо перекрыть немедленно. Передай, чтобы у
всех проверяли документы. Сбежавшего зовут Пол Форрестер, и у него отсутствуют
какие-либо документы.
- Форрестер, - Якоби вздрогнул. - Бог мой! Это же...
- Я прекрасно знаю, кто он. Выполняй! - Бейглер вновь схватил телефон. -
Чарли... Нашел Хесса? Прекрасно. Дай мне шефа.
Шеф полиции, Фрэнк Террел, всегда спал чутко. Первый же звонок телефона,
стоящего рядом с двухспальной кроватью, разбудил его, его жена, Керри, спящая
слева, застонала; она просыпалась гораздо труднее.
Уже сидя на постели, Террел, широкоплечий полуседой мужчина с агрессивно
выдвинутым вперед подбородком, спросил:
- Да, Джо? В чем дело?
- Проблемы в клинике Гаррисона Уэнтворта, - коротко сказал Бейглер. - Пол
Форрестер убил санитара и сбежал.
- Пол Форрестер! - голос Террела дрогнул.
- Именно. Я приказал блокировать все дороги. Хесс уже на пути туда. Какие
будут распоряжения?
- Пришли за мной машину, Джо. Я немедленно еду.
Повесив трубку, Террел принялся торопливо одеваться.
Керри, крупная, привлекательная женщина, надела халат и, не задавая лишних
вопросов, вышла их спальни. К тому времени, когда Террел оделся, его уже поджидала
чашка крепкого кофе.
Он нежно улыбнулся, глядя на жену.
- Спасибо, дорогая. Даже не знаю, что бы я делал без тебя.
Одним глотком Террел осушил чашку. Послышался шум подъехавшей
автомашины.
- Это серьезно? - Керри проводила мужа до двери.
- Да... Вряд ли я вернусь сегодня ночью. Я позвоню, когда будет время. -
Поцеловав жену, он торопливо спустился по лестнице.
Пока машина мчалась в полицейское управление, Террел наспех составлял план
первоочередных действий. Зайдя в комнату, где находились детективы, он застал
Бейглера все еще отдающего приказы по телефону.
- Как я вижу, Джо, ты действуешь правильно. Это точно Пол Форрестер?
- Так сказал доктор Хертц... уж он-то знает.
- О'кей, допустим. Поговорим позже. - Террел сел на край стола Бейглера и снял
трубку, в то время как Бейглер вышел из помещения.
- Чарли, соедини меня с Роджером Уильямсом.
Через минуту сонный мужской голос произнес:
- Уильямс... какого черта?..
- Это капитан Террел. Только что из клиники сбежал Пол Форрестер.
Террел услышал, как человек на том конце провода шумно вздохнул. Затем
Уильямс, агент ФБР из Большого Майами, нервно спросил:
- Какие действия вы предприняли?
- Дороги блокированы. Мои люди сейчас в клинике. Мы нуждаемся в помощи.
Это случилось примерно полтора часа назад. Я поднял по тревоге всех своих людей, но
этого явно недостаточно. ЦРУ тоже должно помочь... И в Вашингтон не помешает
сообщить. Сделаете?
- Разумеется. Если он не угнал машину, то вряд ли ушел далеко.
- У нас даже нет его описания. Я немедленно еду в клинику. Вы найдете меня
там.
- Хорошо.
Террел повернулся к Якоби.
- Оставайся здесь. Макс. Отвечай на все телефонные звонки. Если случится чтонибудь
важное, свяжись со мной по рации.
- Да сэр.
Якоби подошел к столу Бейглера и сел в кресло. Он глянул на часы, висевшие на
стене. Было пятнадцать минут шестого. С чувством острого сожаления детектив понял,
что уснуть ему доведется еще очень и очень не скоро.
Доктор Макс Хертц из последних сил пытался сохранять спокойствие. Он сидел за
своим столом с чашкой кофе в руке и сигаретой в зубах. Поверх бело-голубой пижамы
он накинул халат. Жидкие волосы растрепались, выглядел доктор далеко не лучшим
образом.
- Такого здесь еще не случалось, - в который раз повторял он, глядя на сидящего
напротив него Террела. - Я в шоке. Моя клиника пользуется безупречной репутацией,
вы это прекрасно знаете. На излечении здесь находятся лишь очень важные пациенты.
Я заведую клиникой вот уже пятнадцать лет: Ни один пациент до сего дня не сбежал
отсюда... не было даже попыток сделать нечто подобною.
Террел нетерпеливо остановил доктора.
- Но это уже случилось. Не переживайте, мы найдем его. Как это произошло?
Доктор Хертц отхлебнул кофе, поставил чашку.
- Скорее всего, Льюис проявил халатность и сам подставил себя под удар. Однако
верится в это с трудом, так как персонал у меня весьма квалифицированный. Но иного
объяснения я не нахожу. Инструкции у нас очень строгие. Ночью на каждом этаже
дежурят, как минимум, два человека. Один из них отдыхает, а другой наблюдает за
коридором. Сидя за столом, он видит двери всех палат. Существует строгое правило:
если пациент позвонит, санитар обязан разбудить спящего напарника, прежде чем
отправиться в палату. С особо буйными надо соблюдать предельную осторожность. Я
думаю, на сей раз Льюис пренебрег правилами. Форрестер позвонил, и Льюис, вместо
того, чтобы разбудить Мейсона, легкомысленно направился в палату один. Впрочем,
"легкомысленно" - это слишком сильно сказано, ведь Форрестер никогда не проявлял
склонности к насилию. Он был самым примерным пациентом. Так что то, что Льюис
не разбудил Мейсона, в какой-то мере объяснимо. Думаю, Форрестер напал на Льюиса,
когда тот вошел. Потом Форрестер вытащил у Льюиса ключи, отпер входную дверь и
ворота.
Бейглер нерешительно вошел в кабинет доктора Хертца.
- Извините меня, шеф...
Террел поднялся.
- О'кей, доктор, будем считать, что так и было. Но есть одна вещь... пожалуйста,
ничего не говорите журналистам. Судя по всему, дело подпадает под юрисдикцию
Вашингтона, так как это не больше не меньше, как государственная тайна.
- Да... да, конечно. Я понимаю.
Глядя, как доктор пьет кофе, пытаясь унять дрожь в руках, Террел недовольно
поморщился и вышел в коридор. Бейглер вышел за ним.
- Представляете, наш Ловис вообразил, что он Шерлок Холмс, - нотки
презрения ясно слышались в голосе Бейглера. - Поговорите с ним.
Террел поднялся вслед за Бейглером по лестнице. Они вошли в палату Форрестера,
где детектив Фред Хесс из отдела по расследованию убийств, сидя на кровати, что-то
заносил в записную книжку, а доктор Ловис, патологоанатом, наблюдал, как двое
санитаров укладывают на носилки тело Фреда Льюиса.
Толстый коротышка, доктор Ловис пользовался заслуженным уважением Террела.
Они давно работали вместе, и Террел всегда прислушивался к мнению Ловиса.
- Что-нибудь не так, док? - спросил он, когда двое дюжих санитаров унесли
носилки.
- Из того, что мне говорили, следует, что это и есть орудие убийства. - Он указал
на ножку табуретки, лежавшую в пластиковой упаковке на столе. - На ней имеются
следы крови и мозга. На первый взгляд, именно этим и был убит санитар. Но я сильно
сомневаюсь. Череп проломлен гораздо более тяжелым орудием! Ножка табуретки сама
бы треснула от такого сильного удара. Санитара убили специальной дубинкой или же
стальным прутом, я так думаю.
Террел глянул на Хесса.
- А что ты думаешь, Фред?
- Док совершенно прав. Я целиком поддерживаю его версию. И еще одна вещь...
На ножке нет отпечатков пальцев. Тот, кто ее держал, был в перчатках.
Террел задумчиво почесал нос.
- С чего бы Форрестеру надевать перчатки? - спросил он сам себя. - Да и были
ли они у него вообще?
- Я спрашивал, - ответил Хесс. - Перчаток у него не имелось.
- Но ведь он мог стереть отпечатки пальцев.
- Тогда он стер бы и следы крови.
Вновь Террел задумался.
- Пропало ли что-нибудь из одежды?
- Голубой костюм, рубашка, белье, носки и ботинки. Я попросил Мейсона
проверить гардероб.
Террел глянул на разломанный табурет, валявшийся в углу палаты.
- Итак, никаких отпечатков пальцев?
- Никаких.
- Так... Возьмите табуретку. Проведем следственный эксперимент: можно ли
ножкой нанести столь сильный удар.
Пока Хесс отдавал распоряжения своим людям, Террел спустился в вестибюль, где
находился Бейглер.
- Ничего нового, Джо?
- Практически ничего. Я разговаривал со сторожем. Он спал, но все же
утверждает, что ночью здесь проезжала машина. Какое это было время ночи, он
сказать не может.
- Машина? Откуда? Зачем? Здесь же тупик.
- Он не уверен в этом, но все же...
- Это очень важно, Джо. Если он слышал, что здесь проезжала машина,
следовательно, кто-то помогал Форрестеру. А это намного усложнит наши поиски.
- Док полагает, что Льюиса убили около двух ночи. Это дает Форрестеру два часа
форы. Если его увезли на машине, то посты на дорогах ни к чему - мы опоздали.
- Вполне вероятно, что Форрестеру кто-то помогал. Он проломил череп Льюису.
Было ли у Форрестера орудие, которым он мог это сделать? Где он мог его прятать?
Почему подбросил нам ножку табурета?
Послышался шум винтов вертолета. Террел и Бейглер вышли из здания и
спустились на лужайку. Уже почти рассвело.
- Уильямс оперативен, - заметил Террел, наблюдая, как тяжелый армейский
вертолет на бреющем полете прочесывает окрестности клиники. - Молодцы! Но зря
теряют время. Если у Форрестера была машина, он находится уже за много миль
отсюда.
- Может быть, объявить тревогу в пяти соседних штатах, шеф? - спросил
Бейглер.
- Я спрошу об этом у Уильямса. Нужно возвращаться в управление. Если мы
объявим тревогу, об этом тут же пронюхают газетчики и раструбят по всему миру.
Форрестер - очень важная птица. Продолжай расследование. Джо. Важна любая
зацепка.
Террел вернулся в управление чуть позже семи утра. Он прошел в кабинет,
позвонил, чтобы принесли кофе, и вызвал Макса Якоби.
- Ничего нового? - спросил он молодого детектива.
- Практически ничего, - ответил тот. - Обнаружен труп молодой женщины.
Она работала в клубе "Гоу-гоу". Вышла из бара навеселе и свалилась в воду.
- Ерунда. Поручи это дело Лепски, - нетерпеливо сказал Террел. - О
Форрестере ничего не слышно?
- Нет, сэр.
Зазвонил телефон, и Террел взмахом руки показал, что Якоби может уйти. Затем он
поднял трубку.
- Я Марвин Уоррен, - послышался голос. - Буду к середине дня. Я уже послал к
вам Джесса Гамильтона из ЦРУ. Он должен быть у вас с минуты на минуту. Какие
новости?
Террел знал Марвина Уоррена только заочно. Тот возглавлял научноисследовательский
институт ракетостроения и являлся очень важной особой. Еще ему
говорили, что Уоррен неплохой человек и с ним легко найти общий язык. Террел
почтительно, но без подобострастия изложил выводы доктора Ловиса относительно
орудия убийства, не забыв упомянуть и то, что сторож слышал шум проехавшей
машины.
- Уильямс из ФБР в настоящий момент на вертолетах прочесывает местность.
Дороги перекрыты.
- Нет нужды напоминать вам, кто такой Форрестер, - озабоченно сказал Уоррен.
- Мы должны обязательно найти его.
- Понимаю. Как насчет прессы?
- Мы можем ее использовать. Гамильтон доставит фотографии Форрестера. Пусть
их напечатают на первых полосах всех газет. Из того, что вы мне сообщили,
маловероятно, что ученого похитили, хотя русские и китайцы дорого бы заплатили за
то, чтобы Форрестер попал в их руки. Так что мы должны найти его как можно
быстрее. - Уоррен помолчал, затем продолжал: - Гамильтон возьмет на себя
журналистов. Проинструктируйте своих людей. Пусть не болтают лишнего. Гамильтон
в курсе дела, что можно сказать журналистам, а чего нельзя. Пришлите в аэропорт
машину за мной. Я прилетаю рейсом 589. Всего доброго, - в трубке послышались
короткие гудки.
Террел некоторое время размышлял, затем пододвинул к себе блокнот и начал
делать пометки.
Коллеги считали детектива второго класса Тома Лепски смутьяном, вечно идущим
поперек течения. При этом у него была репутация профессионала, которому любое
дело по плечу. Это был высокий пластичный мужчина с приятными чертами лица и
ясными голубыми глазами. Честолюбив, впрочем, он не скрывал этого.
Лепски приехал в управление сразу же, как только его вызвали, - то есть чуть
позже семи утра. Настроение у него было хуже некуда. Он обещал жене провести
воскресный день на пляже, но все полетело к черту. Испортилось настроение и у жены.
Причина недовольства была на самом деле в другом. Если бы Лепски поручили
заниматься делом Форрестера, настроение его было бы куда лучше. Лепски понимал,
что очень скоро об исчезновении Форрестера пронюхают газетчики, и тогда каждый
детектив, занимающийся этим делом, попадет в сферу пристального внимания прессы.
А это значит - фотографии этих детективов запестрят на первых страницах газет.
Больше всего на свете жена Лепски любила, когда энергичное лицо мужа появлялось в
прессе: лучи славы мужа падали и на нее. Самому Лепски это тоже доставляло немалое
удовольствие.
Когда усталый Якоби протянул ему рапорт об обнаружении тела Дрены Френч с
требованием выяснить обстоятельства ее гибели, Лепски взорвался.
- Так ты вытащил меня из постели только затем, чтобы я выяснил, отчего умерла
эта проклятая шлюха? - зарычал он.
Якоби нравился Лепски, он восхищался его талантом, но все же сделал строгое
лицо и сказал:
- Не кипятись. Том. Это приказ шефа. Я только передаю тебе его распоряжение.
Лепски фыркнул.
- А все недотепы и безмозглые тупицы, значит, будут заниматься поисками
Форрестера... правильно?
- Да, все недотепы и безмозглые тупицы, - Якоби покачал головой. - Лишь
детектив второго класса Том Лепски получил ответственное задание. Прими мои
поздравления.
- Иногда мне кажется, что шефу давно пора на покой, - пробурчал Лепски,
скривив губы. - Он явно нуждается в проверке умственных способностей. - Сложил
рапорт и сунул в задний карман брюк. - И нечего здесь строить умную рожу.
Якоби продолжал рассматривать коллегу с каменным выражением лица. Лепски
еще раз негодующе фыркнул и быстро вышел из кабинета.
Он быстро прибыл в порт и, когда подъезжал к пристани, уже забыл о своих
огорчениях. К нему вернулась присущая ему наблюдательность и умение схватывать
все на лету - признаки настоящего полицейского.
Двое патрульных скучали возле покрытого клеенкой тела. Один из них, верзилаирландец
Майк О'Шайн, работал в порту давно и знал порт как свои пять пальцев.
Другой, Дик Лоусон, был моложе и гораздо менее опытен. Он работал в паре с
О'Шайном лишь полгода. За информацией Лепски обратился именно к О'Шайну.
- Это она? - Лепски поднял клеенку, глянув в мертвое лицо Дрены.
Наметанным глазом он сразу определил, что девушка умерла раньше, чем утонула.
Рваная рана на виске была смертельной. Он хмыкнул, затем обратился к Лоусону:
- Вызови санитарную машину. Пусть доставят тело в морг.
В этот час в порту было безлюдно, и троим мужчинам никто не мешал.
- Ее кто-то ударил, Майк? - спросил Лепски.
- Не думаю. Посмотри туда... - О'Шайн подвел его к краю мола и указал на нос
прогулочного катера. - Я думаю, она потеряла равновесие и, падая, разбила голову о
нос катера. Видишь, пятна крови.
Лепски посмотрел на пятна крови, отчетливо видные на белом носу катера, и
хмыкнул. Затем взял ирландца за руку.
- Давай покурим, - предложил он. - Дик и один управится.
Ирландец пошел вслед за Лепски и уселся в машине на место пассажира. Лепски
сел на место водителя. Когда он увидел, что Лоусон отправился к телефонной будке,
чтобы вызвать санитарную машину, открыл отделение для перчаток и достал бутылку
виски. Маленькие глазки ирландца довольно заблестели. Лишний раз приглашать его
не требовалось: он сделал пару больших глотков, вытер горлышко бутылки и протянул
ее Лепски.
- Прекрасный напиток.
Лепски пить не стал. Он спрятал бутылку обратно, в отделение для перчаток,
угостил ирландца сигаретой и закурил сам.
- Что ты можешь сказать мне о ней, Майк?
- Это Дрена Френч. Она работала в клубе "Гоу-гоу". В городе появилась полтора
года назад. Живет на Анкор-стрит в доме номер 187. У меня с ней проблем не было.
Думаю, она выпила лишнего, шла домой и свалилась в воду. Она вообще много пила.
Лепски вздохнул. До чего же тривиальное ему попалось дело. Однако по долгому
опыту он знал, что такие простые дела частенько преподносят неожиданные
сюрпризы.
- Парень у нее был?
- Ха!.. Крутился возле клуба почти каждую ночь. Неплохой парень... Я слышал,
он работает в клинике Гаррисона Уэнтворта... Кажется, он работает там санитаром.
Лепски вздрогнул и навострил уши, с интересом глядя на ирландца.
- Санитаром в клинике Уэнтворта? Ты уверен? - спросил он.
- Конечно.
- Как его зовут?
- Льюис... Да, именно Льюис.
Лепски тут же связался по радиотелефону с управлением. Трубку поднял Якоби.
- Макс... как звали санитара, которому раскроили череп в сумасшедшем доме?
- А я думал, ты занят делом в порту, - недовольно проворчал Якоби.
- Слышишь меня! - рявкнул Лепски. - Как его звали?
- Фред Льюис.
Лепски положил трубку и некоторое время сидел неподвижно, размышляя. О'Шайн
с любопытством смотрел на него.
- Майк, у нее были друзья? - наконец спросил он.
- Друзья? У девиц такой профессии настоящих друзей не бывает. Она неплохо
ладила с ОБрайеном... Пару раз, когда мы с ней встречались, она упоминала Тин-Тина
Вашингтона, бармена. Он ей явно нравился... неплохой парень. Но друзья... - О'Шайн
покачал головой.
- Этот, Тин-Тин... где его найти?
- Он снимает комнату прямо здесь, - ирландец ткнул толстым пальцем в сторону
большого дома.
Завывая, подкатила карета "скорой помощи". Из нее вышли два санитара.
- Давай, Майк, иди. Я отлучусь ненадолго, - сказал Лепски. - Скажи Лоусону,
чтобы охранял катер. Что-то здесь не так.
- Спасибо за выпивку. И не беспокойся, я прослежу за всем.
О'Шайн вышел из машины и, тяжело ступая, направился к машине "скорой
помощи".
Лепски вновь поднял трубку радиотелефона.
- Мне нужен фотограф. Макс, - сказал он, когда ему ответил Якоби. - И
пришли кого-нибудь из отдела по расследованию убийств.
- Здесь только Маклин... остальные все заняты в клинике. Что случилось, Том?
- Быстрее пришли ко мне фотографа и Маклина, - словно не слыша вопроса,
повторил Лепски.
Он вышел из машины и направился к дому, который указал О'Шайн. Обычный
дешевый пансион, каких много в районе порта. Неопрятный старик, дремавший за
конторкой, встрепенулся, когда вошел Лепски. Он знал полицейского, и в его
слезящихся глазках зажглась тревога.
- Добрый день, капитан, - сказал он. - Что-то случилось?
- Это тебе лучше знать.
До того, как стать детективом, Лепски много лет проработал патрульным
полицейским и хорошо знал всех старожилов порта, да и они его хорошо знали.
- У нас все нормально, капитан... Спокойно, как в детском садике.
- Ха!.. С двухголовыми монстрами... Знаю я вас.
Старик беспомощно улыбнулся.
- Все тихо, капитан... клянусь.
- Как мне найти Тип-Тина Вашингтона?
- Вы хотите его забрать, капитан? - старик выпучил глаза. - Более
безобидного...
- Где он? - по-полицейски рявкнул Лепски. - В какой квартире?
- Верхний этаж... Дверь выходит на лестничную площадку. Часа три как спит...
Лепски начал медленно подниматься по лестнице и достиг пятого этажа. Он
забарабанил в дверь, подождал, потом снова начал стучать. С той стороны двери
послышались шаги, и дверь распахнулась. Стоя в одной рубашке, Тин-Тин сонно
помаргивал. Узнав полицейского, пригласил его наконец в маленькую чистенькую
комнату.
Лепски осмотрелся, одобрительно кивнул и уселся на стул.
- Успокойся. - Он знал жителей порта. Криком здесь ничего не добьешься, но
дружеское обращение частенько приносит плоды. - Извини, что разбудил тебя,
парень. У нас небольшие неприятности. Ты можешь помочь.
Тин-Тин зевнул, откашлялся и потряс головой.
- Сэр, с вашими делами я не хочу иметь ничего общего. Вы сами по себе, я сам по
себе. - Он снова потряс головой и подошел к плите, на которой стоял кофейник. -
Хотите кофе? Он у меня всегда горячий. Черт, как же я люблю этот напиток!
- Не откажусь, - Лепски закурил.
Тин-Тин налил две чашки черного кофе.
- Что случилось? Ведь вы Том Лепски, не так ли? Вы были патрульным в этом
районе года четыре или пять назад?
- Да, но с тех пор много воды утекло. - Лепски улыбнулся и взял предложенную
чашку кофе. - Сейчас я детектив второго класса... и буду шефом полиции через пять
лет.
Тин-Тин сел на кровать, отхлебнул кофе, вздохнул, поставил чашку на стол и
почесал костлявые колени.
- Да... Старый Майк много говорил о вас. Он знает. - Тин-Тин выжидательно
посмотрел на Лепски. Кофе прогнал остатки сна. - К часу дня я должен быть в клубе.
Так что спать уже не придется. Что вы хотели узнать, мистер Лепски?
- Ты знал Дрену Френч?
Тин-Тин вздрогнул.
- Конечно. Мы с ней хорошие друзья.
- Она была пьяна вчера вечером?
- Пьяна? Нет, конечно. Так, немножко выпила, но пьяна не была. Что с ней
случилось?
- Она свалилась с набережной. Разбила голову... Умерла.
Тин-Тин съежился.
- Она умерла?
- Да... умерла.
Печаль появилась в больших черных глазах бармена. Лепски отвернулся.
Некоторое время Тин-Тин невидящим взглядом смотрел на потертый коврик и свои
босые ноги. Затем шумно вздохнул.
- Значит, такова была ее судьба, сэр. Она умерла сегодня... Другие завтра.
Надеюсь, Бог будет милостив к ней.
- Я тоже надеюсь на это. - Лепски допил кофе. - Что ты знаешь о ее друге...
Фреде Льюисе?
- Немного. Он практически не пат. Придет и сидит целый вечер, не сводя глаз с
Дрены. Этот парень был по уши влюблен в нее. Все видели - как он говорит, как
ходит... Глаза даже светятся. Да, он был без ума от нее.
Лепски пододвинул пустую чашку к Тин-Тину.
- Не нальешь ли еще? Прекрасный кофе.
Польщенный Тин-Тин поднялся и наполнил чашку.
- Рад, что вам поправилось. Я и сам считаю, что кофе получился на славу.
После паузы Лепски сказал:
- Странная парочка... Санитар из клиники и девица из клуба.
- Что тут странного? - Тин-Тин покачал головой. - Ничего странного. Люди
влюбляются друг в друга. Такое часто бывает.
- Она выпивала?
Тин-Тин нерешительно глянул на Лепски.
- Немного. Вы же знаете, что за жизнь у девочек в клубе. Вот и приходится
расслабляться. Да, она выпивала.
- Она не могла сама броситься в воду? Ну, скажем, была чем-то разочарована...
- Разочарована? - Зубы Вашингтона блеснули, как клавиши рояля в полутьме. -
Вот уж чего бы не сказал! Наоборот. В последний раз, когда мы говорили, Дрена
похвастала, что покупает ресторан. Да, она, может, и была немного навеселе, но вполне
счастлива. Нет, не стал бы человек бросаться в воду, имея такую перспективу.
- А что она говорила о ресторане?
- ну, вы же знаете девушек, у них рот не закрывается. Она похвасталась мне, что
покупает "Чайку", третьеразрядную забегаловку на Истерн-Пойнт. Сказала, что
покупает заведение вместе со своим другом, что в клубе сегодня в последний раз. А
клуб наш ругала последними словами. - Вашингтон вздохнул. - Конечно, была
немного выпивши... И вот теперь ее нет.
Лепски знал этот ресторан и его владельца Джеффа Хоукинса. Он также знал и то,
что Джефф хочет продать заведение. Дело принимало интересный оборот. Лепски
поднялся.
- Тин-Тин, - сказал он, - извини, что пришлось разбудить тебя. Можешь
отправляться обратно в постель.
- Дрена приглашала, чтобы я зашел к ней, - печально сказал ямаец. -
Возможно, она была пьянее, чем казалась?
- Да. Иди досыпай и спасибо за кофе... лучший кофе, который я пил в этом году.
- Лепски ничуть не кривил душой.
Он покинул комнату и, прыгая через две ступеньки, выбежал на залитую
солнечным светом улицу, и побежал в порт. Яхтсмены-любители уже готовили свои
лодки к утренней прогулке. Лепски подошел к патрульному Лоусону, охранявшему
забрызганный кровью катер.
- Ребята из отдела по расследованию убийств будут здесь с минуты на минуту.
Пока не осмотрят лодку, ничего не трогать. Ясно?
- Да, сэр.
Лепски сел в машину и поехал по набережной в направлении ресторана "Чайка".
Остановив машину, он вышел и кинул презрительный взгляд на убогое заведение.
Стучать в дверь пришлось долго; наконец ему открыли. Открыл Джефф Хоукинс,
пожилой мужчина в грязном, некогда белом купальном халате и сандалиях на босу
ногу.
- Во имя любви к Богу! Да это же шеф полиции Лепски! - воскликнул он.
- Пока еще нет, - отозвался польщенный Лепски. - Как дела, Джефф?
Давненько не виделись.
- Я спал. Какие-нибудь неприятности?
- Если бы ничего не случалось, я бы сидел без работы, - сказал Лепски, проходя
в полутемный зал. В ресторане было грязно. - Включи свет.
Хоукинс зажег верхний свет. Со второго этажа раздался визгливый голос: жена
спрашивала, кто пришел. Хоукинс рявкнул, чтобы она заткнулась, "и наступила
тишина.
Облокотившись о стойку, Лепски разглядывал Хоукинса. Тот еще не совсем
проснулся и осоловело водил глазами.
- Хотите кофе, капитан?
- Нет. Как я слышал, ты собираешься продать свое заведение?
Хоукинс сразу оживился.
- Уже продал. Эта маленькая танцовщица из клуба "Гоу-гоу". Дрена Френч. Она
купила у меня заведение за семь тысяч долларов. Ха! Как я рад, что расквитаюсь с
долгами!
Хмурое выражение появилось на лице Лепски. Заметив это, хозяин встревоженно
спросил:
- Что-нибудь не так? У нее нет денег? Я задавал себе вопрос, где шлюха могла
найти столько денег, но она клялась могилой матери, что сегодня мы оформим все
бумаги.
- Увы, она
...Закладка в соц.сетях
