Жанр: Детектив
Поймите меня правильно (ЛЕММИ КОШЕН 3)
...зовое судно "Мадрилена Сантаваль",
зарегистрированное как испанское судно, плавает под испанским флагом.
Оно стоит в трех с половиной милях от берега, то есть на полмили дальше
положенного лимита, недалеко от Довиля. Капитан и команда - испанцы и
мексиканцы - все прошли карантин. Медицинский работник был на борту и всем
выдал разрешение сойти на берег. У них есть моторный катер.
Таможенные ребята заявляют - никто из команды на берег не сходил, только
капитан и два каких-то парня, предположительно, пассажиры.
"Мадрилена" частное зафрахтованное судно. Человек, зафрахтовавший его,
находится на борту. Корабельные документы в порядке, никакого груза они не
привезли. Не может быть никаких сомнений, ты прав. Это то самое судно.
- Отличная работа, Сай, - сказал я. - А другие поручения?
- Тоже выполнил, и довольно хорошо. Большую часть работы проделал этот
морской парень из посольства. Завтра ровно в пять утра я выезжаю, чтобы все
организовать.
- О'кей, - сказал я. - Когда поедешь, возьми с собой Ларви Рилуотера,
братьев Грацци и Мартинелли. Эти ребята умеют здорово драться, когда нужно.
Они к тому времени уже все закончат.
Мы сговорились встретиться с ним около хаты, где работают ребята, ровно в
пять часов.
Он сказал о'кей. Может быть, я отпущу его хотя бы на часок, чтобы он
немного соснул?
Я повесил трубку и посмотрел на часы. Час ночи. Я позвонил дежурному,
попросил разбудить меня через три часа и завернулся в одеяло.
Прежде чем уснуть, я подумал: где-то я буду спать завтрашнюю ночь, если
меня будут интересовать проблемы сна?
Я встал в четыре часа утра, а в половине пятого приехал Сай Хинкс на
своей машине. Мы выпили кофе и поехали к ребятам.
Они отлично справились со своей работой. В уголке, под электрической
лампой, одна-одинешенька работала Джуанелла. На ней был старенький халатике
заштопанными на локтях рукавами. Она уже привинчивала футляр с бомбой.
- Когда должен сработать механизм? - спросила она.
Я сказал, что сегодня ночью, ровно в 12 часов.
Она сказала о'кей и завела механизм.
Мы занялись работой. Упаковали продукцию в огромные кожаные футляры,
такие, как я видел в студии Пьеррина. А бомбочку Джуанеллы мы упаковали в
особый футлярчик, в таких обычно находятся фотопластинки больших размеров.
Начало светать. Когда мы все погрузились в машину, я сказал Саю "до
свидания".
- Ты все знаешь, - сказал я. - Доставь эти футляры Пьеррину и еще раз
вдолби ему, что он должен сделать, и ради всего святого, не должно быть ни
малейшей ошибки.
Он сказал, никакой ошибки не будет.
Он сел в машину и вместе с ним Ларви Рилуотер и те три парня, о которых
говорил.
Когда они уже готовы был и стартовать, кто-то сзади дотронулся до моего
плеча. Джуанелла. Она сняла халат и оказалась в роскошном норковом манто
стоимостью по меньшей мере миллион долларов.
- Эй, слушай, красавчик, - сказала она. - Я в своей жизни всякую работу
выполняла, но никогда еще не была матросом.
Как насчет того, чтобы взять и меня на эту операцию? Уверяю тебя, я могу
пользоваться оружием не хуже любого из этих парней.
- Оставь, крошка, - сказал Ларви. - Эта игра не для детей. Мне совсем не
улыбается перспектива увидеть тебя распластанной где-нибудь на полу, сплошь
усеянной дырками от пуль.
Оставайся лучше здесь да купи себе пару платьев и несколько тысяч шляпок.
- Что же, предложение звучит заманчиво, - сказала она. - Только мне
кажется, будет менее опасно, если я поеду с вами, ребята.
Ларви посмотрел на нее, раздумывая. Потом взглянул на меня. Я понял.
- Да, - сказал он, - ты права. Будет очень обидно, если я получу полную
амнистию и устроюсь где-нибудь на работу, а ты вдруг влюбишься в
какого-нибудь копа.
- Не волнуйся, Ларви, - сказал я ему. - И не беспокойся о Джуанелле. Она
будет о'кей. Он улыбнулся.
- Я беспокоюсь не о ней, - сказал он. - Я беспокоюсь о тебе. Ты еще не
знаешь Джуанеллу.
Я смотрел вслед удалявшемуся автомобилю. Хотите верьте, хотите нет, но
мне все-таки стало немного грустно.
Я вернулся в отель и лег в постель.
ГЛАВА 14
Я взглянул на часы. Сейчас около десяти часов. Надеюсь, с автомобилем,
который я взял напрокат, ничего не случится, он будет там, где я его
оставил. Если его кто-нибудь украдет, будет весьма печально.
Я пошел вдоль набережной. Ночь сегодня выдалась темная и моросит дождь. Я
остановился и закурил.
Вдали, в море, мерцает огонек. Интересно, что это за судно? Может быть,
"Мадрилена Сантаваль"? -
Интересно, будет ли со мной удача, когда я поднимусь на борт этой
пиратской джонки? Как они меня примут: вежливо или просто всадят две
свинцовые пули чуть пониже пояса, чтобы навсегда избавить меня от
расстройства желудка.
Иду вдоль набережной. Вижу белую моторную лодку с фонариком на корме. В
лодке сидит парень и курит. Худощавый тип в полосатой тельняшке, на голове
синий берет.
Я крикнул этому парню. Он включил мотор, подогнал лодку к берегу и
протянул мне листок бумаги.
На нем написано: "Вот этот парень. Он, кажется, о'кей и знает, где
находится судно. Сай Хинкс".
- Слушай, приятель, - сказал я. - Ты знаешь, где находится "Мадрилена
Сантаваль"?
- Да, мсье, - кивнул он. - Все в порядке. Я вас отвезу. Пожалуйста,
садитесь.
Я вошел в лодку. В открытом море гуляли белые барашки, и вообще,
насколько я мог видеть, картина была довольно мрачная, не вызывающая
никакого энтузиазма.
Я закурил еще одну сигарету. Так я сидел, низко опустив голову,
затягиваясь сигаретой и ни о чем не думая. Наконец я понял, что мы прибыли.
Парень выключил мотор, встал на ноги и крикнул:
- "Мадрилена Сантаваль", - и дальше начал что-то кричать по-французски.
Направо, невдалеке - нас потихоньку течением сносило к нему, - стояло
большое грузовое судно. На вид хорошая морская посудина. Какой-то парень
подошел с фонарем в руках к корме и начал тоже по-французски вопить моему
парню.
Я ткнул парня в бок.
- Ты скажи им, что мистер Лемми Коушн хотел бы переброситься парой слов с
сеньорой Фернандой Мартинас. К сожалению, он забыл на берегу свои визитные
карточки.
Парень опять начал кричать. Через некоторое время кто-то зажег большой
фонарь на корме судна. Через борт перегнулся какой-то парень, а рядом с
ним... Фернанда.
Я встал.
- Эй, Фернанда, - крикнул я, - как поживаешь? Мистер Коушн собирается
нанести тебе визит, так что выстрой-ка поскорее на палубе почетный караул.
Человек на корме крикнул что-то моему парню, мы поднырнули под корму и
вышли с другой стороны судна, там нас ожидал опущенный трап. Мы подплыли к
нему.
Я начал подниматься по трапу.
- А ты можешь смываться, - сказал я парню. - Ты ведь получил свои деньги
от Хинкса? Да?
Он включил мотор и повернул к берегу.
Добравшись до последней ступеньки трапа, я остановился. Прямо передо мной
стояли два парня и дама.
Это были Тони Скала с пистолетом 44-го калибра, Фернанда в накидке из
шиншилл, которая влетела какому-нибудь дурачку в, копеечку, и еще какой-то
парень. Итальянец, по-моему, капитан.
- Ну что скажешь? - злой собакой прорычал Тони. Фернанда взяла его за
руку.
- Спокойно, мой друг, - сказала она. - Проверь, пожалуйста, не принес ли
с собой мистер Коушн, мой дорогой Лемми, оружие.
- Не волнуйся, золотко мое, - сказал я. - У меня нет с собой даже
авторучки. Я оставил ее на берегу, боялся, что кто-нибудь из твоих подручных
сопрет ее.
Но, пожалуйста, обыскивай меня, может быть, ты станешь от этого
счастливей. Да и на что мне оружие? Ведь вас здесь всего-навсего
каких-нибудь 25 человек, я вас просто могу всех перекусать.
Тони подошел ко мне, обыскал и отошел в сторону. Кажется, он уже здорово
нализался.
- Ах, как бы я хотел дать тебе по роже, проклятый коп, - сказал он, -
я... я с удовольствием выверну тебя нааизнанку и утоплю в бочке самогона. Я
тебя...
- Ну, что ты меня? Ты, чертово, крокодилово отродье! - огрызнулся я. -
Тебе очень хочется? Да? Только ты мне ничего не сделаешь. И не сделаешь
потому, что леди, твоя хозяйка, уже ломает свою очаровательную головку,
откуда я мог узнать, где найти вас, дураков, и почему я решил заявиться,
причем даже без оружия, на борт вашей посудины, битком набитой подонками,
способными на все?
Я спокойно, безмятежно перекинул ногу и оказался на палубе.
- Ты мне не очень нравишься, Тони, - сказал я ему. - Ты мне не понравился
даже если бы ты был трезв и от тебя не несло чесноком и луковым соусом.
Сделав быстрый боковой шажок в его сторону, я ударил его по шее ребром
ладони, отличным японским ударом выбил из его руки пистолет и бросил в воду.
Прежде чем он опомнился, я стукнул его левой коленкой прямо в живот.
Здорово стукнул! Все произошло так быстро, что он даже не успел сообразить,
кто, откуда и за что бьет. С диким воплем Тони повалился на палубу. Может
быть, я нечаянно ударил его слишком низко.
- Вот так-то вот, - сказал я. - Если ты думаешь, что я пришел сюда, на
вашу посудину, выслушивать дешевую геройскую похвальбу паршивых гангстеров,
то ты глубоко ошибаешься. Мог бы придумать что-нибудь поумнее.
Он встал. Должно быть, ему было лихо. Он прислонился к перилам и держался
за живот.
Я посмотрел на Фернанду.
Ребята, ох и красавица же она!
На ней какое-то кружевное вечернее платье, длинное сзади и очень короткое
спереди, так что я вижу ее очаровательные ножки.
Бабенка, на которую так приятно смотреть.
Она улыбается. Той же ленивой, нежной улыбочкой, какой она приветствовала
меня в ту ночь у себя дома в Мексике, когда она преподала мне урок ј 1 из
руководства для молодого человека "Как нужно обниматься".
- Лемми, - сказала она нежным, как патока, голосом. - Ты все такой же
очаровательный и такой же глупый, как раньше. Ты просто прелесть! Можно
опять приятно поболтать с тобой. "Нам нужно так много всего обсудить. И,
дорогой мой, поскольку ты здесь, ты снимешь с нас очень много хлопот.
Она достает золотой портсигар, берет из него сигарету и пристально
смотрит на меня поверх пламени зажигалки.
- Тони никогда не бывает смешным, - сказала она. - Он или никогда не
думает, или думает слишком много. Но ты можешь спуститься вниз. Тебе надо
выпить.
Она послала мне очаровательную улыбку. Затем произнесла те же слова,
которые говорила мне, когда я был у нее в доме и когда она сочиняла, как бы
ей поискуснее меня обмануть.
- Мой дом и все, что в нем, - твое, - сказала она с легким поклоном.
Мне стало страшно. Мурашки пошли по коже. Эта бабенка может, убаюкивая
колыбельной песней, перерезать тебе горло.
- О'кей, Фернанда, - сказал я. - Мне тоже нужно с тобой поговорить кое о
чем. Но если ты хочешь угостить меня вином, пусть кто-нибудь сначала выпьет
из моего стакана.
Меня уже неоднократно раньше пытались отравить.
Мы расселись за круглым столом в салоне капитана, довольно большой каюте,
и смотрим друг на друга. Какой-то даго в грязной куртке стюарда с
отвратительной улыбкой (я охотно заплатил бы 10 долларов за то, чтобы
стереть ее с поганой рожи) принес нам вино.
Очаровательное общество. Я вспомнил - как обычно вспоминают все ребята,
очутившиеся в подобной ситуации, - о разных переплетах, в которые мне
случалось попадать, и подумал, удастся ли мне выкарабкаться и на сей раз.
Думаю, что шансы на спасение следует рассчитывать, как четыре против
шести. Вы сами, ребята, понимаете - эта банда, так их и так, отлично знает,
что все карты в их руках.
Моя ставка только на то, что всегда любой преступник где-то в глубине
души слегка чего-то боится. Он разрабатывает отличный план, так же отлично
выполняет его, но все время боится, не осталось ли какой-нибудь необдуманной
мелочи и не попадется ли он из-за этого.
Я огляделся. Ручаюсь, эта шайка выиграла бы первый приз на любом
международном чемпионате мошенничества, убийств, членовредительства и
других, не менее экстравагантных деяний.
Фернанда - она ничего не пила - сидит напротив меня. Меховая накидка чуть
сползла с плеча, приоткрыв очаровательную шейку. Тони Скала, все еще
ухватившийся за живот и на 50 процентов более трезвый, чем раньше,
пристроился рядом с ней. Капитан с рожей, похожей на контурную карту горного
хребта, прислонившись к стене, курил дешевую сигару, вонявшую, как протухший
лук.
В салоне было еще три парня. Двоих из них я знаю: это Вилли Мунксвилл
(швед), до смерти добивший ножкой стула полицейского, который был до этого
уже ранен; второй - мексиканец по имени Параллйо, тоже довольно искусный
специалист по части нанесения людям увечий. Третьего парня я не знаю. Он
довольно молодой, с жесткой складкой губ, беспокойно сжимающимися пальцами.
Вероятно, наркоман.
Я выпил стакан виски. Они наблюдали за мной, как коты за мышью. Фернанда
все еще улыбается.
Она одарила своей очаровательной улыбкой всех присутствующих.
- Милый Лемми, - сказала она. - Как я рада видеть тебя у себя. Ну, кто же
будет говорить? Ты или я? Но прежде всего пусть кто-нибудь из вас, ребята,
пойдет в салон и попросит наших друзей не шуметь. Нам предстоит обсудить
очень важное дело.
Наркоман ушел. Где-то вдали играл граммофон и шайка орала песни.
- Слушай, Фернанда, - сказал я. - Мы здесь все друзья. Я пришел к тебе
поговорить по делу. Если тебе интересно, откуда я мог узнать, где ты
находишься, пожалуйста.
Догадаться было очень легко. Я знал, что ты начнешь игру, находясь в
таком месте, где ты будешь чувствовать себя в абсолютной безопасности...
например на борту корабля. Я знал, что вы все собрались во Франции. Поэтому
я сложил два плюс два и начал искать, нет ли где-нибудь поблизости
какого-нибудь испанского судна, которое недавно где-нибудь здесь
пришвартовалось. И вот я вас нашел.
Ты видишь, - продолжал я, - я ничего от тебя не скрываю. Я выложил все
карты на стол. Это единственный путь добиться успеха в нашем деле.
- Черта с два, - вмешался Скала. - Тебя уже один раз надули, легавый.
Между прочим, как тебе это понравилось? Мы заставили тебя и твое
правительство сделать именно то, что нам нужно было. Мы...
Фернанда положила ему руку на плечо. Он заткнулся. Она пользуется здесь
неограниченной властью.
- Слушай, Фернанда, - сказал я. - Скажи мне вот что. Что случилось с
Грирсоном, американским химиком? Он где-нибудь здесь?
Она печально взглянула на меня.
- Мне очень жаль несчастного мистера Грирсона, - сказала она. - Он был
так добр к нам и оказал нам большие услуги.
После кое-каких мер убеждений он согласился дать нам сведения. Как это
ужасно. Он так много сделал для нас, а потом такой несчастный случай, он
упал за борт. Просто ужасно! Но все произошло по его вине. Все детали этой
трагедии вы найдете в судовом журнале капитана.
Я кивнул.
- Да, - сказал я. - Вероятно, это был один из несчастных случаев, что так
часто происходят на море. О'кей. Ну, а что произошло с моей очаровательной
подружкой?
Фернанда рассмеялась.
- Вы имеете в виду Жоржетту Истри? - спросила она. Она посмотрела на Тони
Скала. Он начал улыбаться.
- Ну, здесь, Лемми, - продолжала она, - вся соль этой шутки. От всей души
поздравляю Тони за то, как ему удалось все разыграть. Вы понимаете, Жоржетта
искренне и с самыми чистыми намерениями все время хотела помочь вам... Она
не имеет никакого отношения к нашим планам. Она абсолютно чиста и невинна.
Просто она понадобилась нам на определенное время для выполнения
определенных деталей нашего плана.
Я смотрел на нее, широко открыв глаза.
- Сейчас она в абсолютной безопасности, - продолжала Фернанда, - за
исключением того, что бедняжка почему-то страшно обижена на Тони, когда он
время от времени пристает к ней с определенными предложениями сугубо
интимного характера.
Вы понимаете, у него вдруг вспыхнула смешная, нелепая страсть к Жоржетте
и он почему-то считает, что ее следует расценивать как часть его добычи в
этом деле! А, собственно, почему и нет?
Скала закурил сигарету. Он улыбается мне через стол лживой улыбкой гиены.
Парень ужасно доволен собой, считает, что дела у него идут отлично. ' Я тоже
попытался выдавить из себя подобие улыбки.
- Значит, я опять остался в дураках? Да? - сказал я. - Мы с Жоржеттой
Истри оба опростоволосились? Фернанда смеется коротким нежным смехом.
- Вот послушайте сами, Лемми, - сказала она. - После того как я сочла
необходимым убить несчастного Педро, я встретилась с блистательным Тони,
которого Джек Истри послал в Мексику точно выяснить, что там происходит. Я
объяснила ему все положение, и Тони согласился, что нам надо действовать
совместно.
Он вернулся в Чикаго и рассказал Джеку о результатах своей поездки. Он
сказал Джеку: единственный шанс для Джека что-нибудь выиграть, так это
передать джеймсоновскую формулу Ятлину, чей штаб находится во Франции.
Сделав это, Джек будет в абсолютной безопасности, и Ятлин разделит выручку с
ним пополам.
Конечно, Тони ничего не сказал ему о том, что мы между собой порешили
убить Ятлина, когда придет время. Как раз в это время Истри получил
телеграмму от Зеллары, ту, которую вы заставили ее послать из Мехико-Сити.
Он ужасно испугался. Но Тони осенила блестящая идея.
Совершенно очевидно, сказал он Джеку, вслед за телеграммой в Чикаго
появитесь и вы. И он предложил свои услуги. Он поговорит по секрету с
Жоржеттой, убедит ее, что есть только один-единственный путь разделаться с
Истри и со всей его бандой: связаться с вами, подсказать, где вы можете
найти джеймсоновскую половину формулы и где находится штаб Ятлина во
Франции.
Тони знал, как только вы будете уверены, Что формула находится в ваших
руках, контроль в американских портах будет снят. Значит, надо было всучить
вам фальшивую формулу, тогда Тони сможет выехать из Соединенных Штатов с
подлинной формулой в руках.
Истри этот план показался восхитительным. Он знал, что Жоржетта ненавидит
его, а идея заставить ее принять участие в нашей афере привела Истри в
восторг.
Тогда Тони предложил Жоржетте этот великолепный план. Он сказал, что
видел меня. К тому же, говорил он, и я, очень милая женщина, страшно
перепуганная связью с какой-то нелегальной деятельностью, и что я рассказала
ему все, что узнала от Педро.
Единственный шанс для них обоих, говорил Тони, для Жоржетты и для него,
это немедленно выйти из банды, помочь делу Правосудия и вообще вести себя,
как два ангелочка с крылышками.
Бедняжка Жоржетта ухватилась за этот шанс. Тони пообещал Жоржетте
привезти вас к ней. Полагаю, остальное вам известно.
Она закурила сигарету и с саркастической улыбочкой посмотрела на меня.
- Но тут произошла колоссальная вещь. Вы убили Джека Истри. Когда мы об
этом услышали, мы ужасно хохотали, потому что еще раньше решили - Тони, я и
наши друзья, - когда придет время, необходимо отделаться от Джека. В любом
случае, вы избавили нас от хлопот. Благодарим вас.
Она стряхнула пепел с сигареты.
- Теперь оставался только один человек, с которым нужно было разделаться,
это Ятлин.
Ятлин предполагал приехать сюда и вести переговоры о выкупе формулы. Мы
же решили совсем другое, и поэтому своевременно позаботились о Ятлине.
- И позаботилась о нем твоя сестренка Зеллара, - сказал я. - Да,
Фернанда, башка у тебя здорово варит, вынужден это признать. Сейчас ты
стоишь во главе. Все твои партнеры перебиты, и тебе ни с кем из них не
придется делить добычу, за исключением Тони Скала.
Я улыбнулся ему.
- А между прочим, ты не боишься? - спросил я. - Тебе никогда не приходило
в голову, что эта милая, очаровательная леди может вдруг решить, что незачем
делить добычу с кем бы то ни было, и в одно прекрасное утро ты не
проснешься? А?
Он глухо прорычал. Потом, должно быть, вспомнил что-то и улыбнулся.
- О'кей, коп, - сказал он. - Может быть, ты считаешь свои шутки очень
остроумными, но это тебе нисколько не поможет. Ты знаешь, я доволен тобой.
Во-первых, мне очень дешево удалось купить тебя тогда в Чикаго, когда я
рассказал трогательную мелодраму насчет Жоржетты.
Он горделиво посмотрел по сторонам в ожидании аплодисментов. И он их
получил: все присутствующие гоготали, как черти.
- Во-вторых, - продолжал он, - если бы ты пришел к ошибочному заключению
относительно Жоржетты сразу и не выложил ей все свои предположения, мне бы
никогда не заполучить Жоржетты, как своих ушей.
Я кивнул.
- Вероятно, ты забрал ее, когда она пришла к тебе в Армин Лодж? - спросил
я.
- Точно, - сказал он. - Я знал, что она во что бы то ни стало придет
туда: или для того, чтобы по твоему поручению выведать у нас все, или - и
как раз именно это и произошло - для того, чтобы узнать, почему я ее
обманул.
Он снова посмотрел на всех.
- Смешно? Верно? - продолжал он. - Жоржетта приезжает с пистолетом в
руках и заявляет мне, что она собирается отвезти меня немедленно к мистеру
Коушну. Ей так хочется доказать, что она невинная жертва. - Он смеется. - И
ей это удалось бы, но она не знала, что Параллио был внизу и когда он
услышал ее крики, он поднялся на второй этаж и вышиб из ее лапок пистолет.
Как она удивилась?!
Я молчал. Я дал себе клятву в один прекрасный день добраться до Скала и
разорвать его на куски. Меня прямо-таки мутит от его наглой морды.
В разговор вмешалась Фернанда.
- Все это, конечно, интересно и любопытно, - сказала она. - Но в то же
время, я уверена, что мой дорогой Лемми пришел на борт "Мадрилены" совсем не
для того, чтобы обсуждать события прошлого.
Будущее - гораздо более интересная тема. Может быть, у него есть
какие-нибудь предложения для нас?
Она улыбнулась мне.
- Есть, Лемми? - спросила она.
- Конечно. У меня для вас очень выгодное предложение, оно сделает вас
миллионерами.
Я встаю, достаю из кармана письмо посла и бросаю его через стол Фернанде.
- Вы видите, в письме говорится, что я имею право заплатить любому лицу
два миллиона долларов, не требуя расписки в получении денег.
О'кей. Вот мое предложение. Вы даете мне полностью обе формулы Джеймсона
и Грирсона, а я плачу вам два миллиона долларов. Вот все, что я должен
сказать.
Она читает письмо. На губах все еще играет легкая улыбочка. Я подумал, а
как будет выглядеть эта дамочка, если ее вздернуть на веревке?
- Есть еще одно маленькое добавление к этому предложению, - сказал я. -
Еще одно условие, и это условие ставлю я лично. Если я сойду с вашего
корабля, я заберу с собой Жоржетту Истри, и это мое окончательное решение.
Скала так и подпрыгнул.
- О! Черта с два ты ее возьмешь. Она останется здесь, она сама этого
хочет.
- О'кей, - сказал я. - Меня это мало трогает. Но тут вмешалась Фернанда.
- Хорошо, мы рассмотрим это предложение, Лемми, - сказала она. - Мы все
являемся партнерами в этом деле, включая капитана и команду корабля. Нам
необходимо обсудить все. Во всяком случае, сегодня мы вам не можем дать
ответ. Только завтра утром.
Она подошла ко мне, взяла меня за руку и я наслаждался тонким запахом ее
духов. Замечательные духи.
- Сегодня вы будете нашим гостем, - сказала она. - У нас в небольшом
салоне будет фиеста и вы присоединитесь к нам. Она соблазнительно
улыбнулась.
- Пойдемте, Лемми, - продолжала она. - Милости просим к нам, мы вам очень
рады. Вы нам очень нравитесь. Вы принесли хорошие вести.
Мы пошли в салон, где снова наяривала дикая музыка.
Я быстро соображал. Они не собираются вести переговоры до завтрашнего
утра. Кажется, я знаю почему. Я улыбнулся про себя.
Идя по палубе, я взглянул на свои часы.
В салоне набилось человек двадцать. Судовая команда, друзья Фернанды,
половина из них американцы, остальные испанцы, мексиканцы, итальянцы. Чудная
толпа.
В самом углу салона в одиночестве сидит Жоржетта. На ней все то же
платье, в котором она ушла из "Гран Клермона". Вид у нее усталый, и меня это
нисколько не удивило.
Я подошел к ней и сел рядом. Никто ни на кого не обращает внимания.
Капитан, Фернанда и два-три человека стоят в другом конце салона.
Некоторые начали отбивать чечетку. Все пили, как лошади. Чудовищная
пьянка! Я подумал: если это не адское судно, то как же тогда выглядит ад?
Жоржетта взглянула на меня с улыбкой в глазах.
- Ну, детка, - сказал я. - Кажется, они собирались нас обоих надуть.
Может быть, им это удастся. А может быть, и нет.
Ничего не говорите, я все знаю, Фернанда рассказала. Да, мы с вами
выглядим неприлично, желторотые птенцы, олухи.
- Ничего, Лемми, - сказала она. - Я все понимаю. У вас были все основания
не доверять мне, поэтому я и не пыталась объяснить.
Я понизил голос и с широчайшей улыбкой на лице наклонился к ней, будто
говорю ей приятные пустячки.
- Я нашел это судно по уголку от обложки журнала, на котором вы написали
записку и выбросили в окно машины, - сказал я. - Отличная работа, бэби. Все
будет хорошо. Сидите здесь и не волнуйтесь.
Стюард с идиотской улыбкой подошел к нам и предложил выпить. Хорошо, мы
выпьем бренди. Он принес. Когда он отошел, я подал знак Жоржетте сидеть
спокойно. Тони все время наблюдал за нами.
Я встал, повернулся спиной к Тони, чтобы он не мог догадаться, о чем
именно мы будем говорить с Жоржеттой, и сказал:
- Когда придет время, Жоржетта, делайте, что я вам скажу, только быстро,
- сказал я.
В салон вошли три парня: два американца и один итальянец.
Они подошли к Фернанде. Я медленно прошелся по салону,
...Закладка в соц.сетях
